Гарри Поттер и на самом деле (джен)

Велосипед управлению сопротивлялся. Я много лет ездил на спортивных. А у этого — косая рама, он универсально-семейный, почти дамский, отчего навыки привычного к нему Поттера наложились на мои. Совершенно другая посадка, иначе держится равновесие, здесь на педалях нет туклипсов... Даже обычных стреп нет — простые, как изначальная древность! Гм, и передач нет. Две банальные звёздочки. Единственное отличие от велосипеда, на котором ездил ещё мой дед — ручной тормоз-скобочка на руле, причём под левую руку. А! Точно, Дадлик же левша у нас, так что правильно. И в общем-то, как подсказывает память, такой велосипед считается серьёзной покупкой, совершенно как и в моём детстве. У меня разве что обязательного замка не было, которым положено пристегивать велосипед, чтоб не украли.

Ну да ничего, повилял неуверенно по обочине, но приноровился довольно быстро. Едва за борьбой с двухколесным конём не упустил тётку, чей брючный костюм исчез в одном из немногочисленных переулков Тисовой. Я поднажал было, но память Поттера подкинула спокойствие от знания, что там находится стоянка для машин в тупике и спрятавшийся за деревьями коттедж женского клуба, в котором тётка частенько зависает.

Сплетничает с другими тётками всякие женские сплетни. Там у них вроде бы спортзал какой-то, каминная, курильня и бог весть что ещё. Клуб, в общем...

Ага «Синий кофр» на вывеске.

— Синячат, видимо, там взрослые девочки, судя по названию, хе-хе. Кофр же... Хрен знает, что это такое. Может, чулок, раз синий? Хотя нет, судя по рисунку, кофр — это какая-то коробка.

Но настороженность осталась. Собираются членши клуба вообще-то по вечерам, а сейчас полдень. Не собрались и сейчас внепланово, поскольку машин на стоянке нет. Это Петунье до него, считай, два шага, а многие приезжают за много миль с другого конца пригорода. Так что, у неё там встреча с кем-то конкретным? Если, опять же, это действительно тётка, а не то, что я подозреваю.

Под вывеской приоткрытая дверь на пружине, подпёртая стулом. Почему-то возникла ассоциация со снаряженной мышеловкой. Интуиции я доверяю, поэтому свернул в сторону и спрятал велосипед в кустах под глухой кирпичной стеной.

Я поёжился, но вроде бы привела не детская жажда приключений, а вполне себе обоснованный страх, который требуется немедленно разрешить, чтоб не грыз.

А стена высокая, интересно, что за ней? С улицы коттедж выглядит красиво и трёхэтажно, но вот в сторону уходит внушительное несимметричное крыло.

Вокруг тишина, над узкими газонами порхают бабочки, в висящих на стене ящиках с фиолетовыми колокольчиками копошатся шмели. Под крышей пищат птенцы и суетятся птахи, похожие на чёрных воробьев.

Всё это подчёркивает тишину, как на каком-то далёком хуторе в средние века.

Камер слежения не видно, да и не распространены они ещё в начале девяностых нигде в мире. Охранников тоже не заметно, как и собак...

Впрочем, сейчас день, и здесь нет высоких заборов, тем более грезящихся колючек. Всё говорит о том, что ничего особенного в этом клубе нет. Чуйка же, не рекомендующая заходить, в сущности, объясняется тем, что в чужой дом вообще заходить не стоит. Как минимум, нехорошо.

Я обошёл здание и хмыкнул. С этой стороны у крыла были окна. Узкие, длинные, до самой крыши, правда начинались они со второго этажа, первый же этаж занимала ступенька подсобных помещений. Интереса они не вызвали, надо, по идее, обойти весь дом для начала... Но вдруг из-за стены послышался глухой всплеск, будто там опрокинули огромную бочку.

— Гм, что за хрень? Надо посмотреть.

Я поднял взгляд на водосточную трубу, но оценил свою способность взобраться очень скептически. Прошёл дальше и обнаружил в нише пожарную лестницу на крышу, с которой прекрасно можно было шагнуть к приметным стёклам.

Через минуту я уже крался к окну, осторожно ступая по листовому железу. Главное — при ходьбе наступать туда, где видны шляпки саморезов, иначе можно шагнуть на отгибающийся «пузырь» что сыграет под ногой и загрохочет. Шум же здесь мне определённо ни к чему. Со стороны городских зданий прикрывают высокие раскидистые деревья, сплетающие ветви сплошной стеной. А чтобы в окне не появился силуэт, присядем на корточки. Выглянем на полголовы (до глаз, больше и не надо). Заметить не просто, тем более если высунуться плавно... Навыки штурмовика давно прошедших войн всплыли автоматически.

Раз-два-три... Голову обратно.

За три секунды можно многое увидеть, а вот рассчитывать дальнейшие действия можно и в укромном месте. Следуя автоматизмам прошлой жизни, довернул корпус за угол, под «толстую часть» кладки.

Здесь смысла в этом нет, но пусть тело усваивает правильные положения. Потому как если бы внутри оказался враг, просто не успевший поймать за три секунды мои полголовы на мушку, очередь пошла бы в стену ниже окна, которая автоматную пулю не удержит. Она хоть и ослабнет, но всё равно способна клюнуть до смерти.

Бассейн. В этом странном здании расположен бассейн. В нём кто-то плавает. Конструкция с лестницей, похожа на...

Раз-два-три...

Это вышка для прыжков в воду. Навскидку — семиметровая. И, похоже, громкий всплеск как раз и донёсся после такого прыжка. Вот тебе и «Синий кофр».

Раз-два-три...

В зале ни одной горящей лампы. Если смотрю поверх очков — там сумрак, дневного света через узкие окна маловато. Да и отсвечивают они, отбрасывая часть. А вот через очки чётко видно, что в бассейне рассекает воду единственный пловец.

Раз-два-три-четыре... Коварные оборотни не целятся палочками, автоматами, арбалетами и огнемётами. Очевидно, отстреливать голову мне никто не собирается, так что спокойно рассматриваем. А поттеровская-то мальчишечья часть испытывает азарт и жгучий интерес. Интересно ему, ишь ты... Приключенец.

Пловец схватился за лесенку, шапочка чёрная, очки плавательные. Рывок — и в два шага выпрямился на краю бассейна. Чёрный закрытый купальник, знакомо поджатые губы. Всё-таки тётя Петунья? Шагает широко и как-то нервозно (поскользнёшься же!). Вообще тётка у меня не грациозная, худая, высокая и жилистая. Похожа на хищную цаплю, высматривающую лягушек. И шагает похоже.

На вышку она буквально взлетела. Ступила на край трамплина, вытянула руки над головой. Пружинистый прыжок. Сальто! Оборот-оборот-оборот... охренеть закрутилась! И не вписывается же! Прямо перед водой вместо того, чтобы сгруппироваться, наоборот, раскрылась, руками и ногами изобразив букву Х, после чего со всей дури грянулась плашмя о воду. Бубух!!! Фонтан воды, и из-за стены донëсся мощный шлепок, от которого аж скулы свело. Твою же мать!

Я аж подскочил от прилива адреналина. Срабатывают стандартные мужские инстинкты — вытащить, откачать, спасти. Но, похоже, Петунья сознание не теряла, поскольку замерла лишь на несколько секунд, после чего, неспешно загребая, подплыла к лесенке. Правда, на этот раз не выскочила дёргано, а покачивалась в воде, держась за поручни, стараясь, видимо, восстановить дыхание.

Я же вновь присел, терзаясь вопросом: «Это что я только что видел?» Но определённо надо досмотреть до какого-то логического завершения.

Вокруг ничего не изменилось: птички чирикают, солнце светит, шелестят деревья, которые трогают порывы легкого ветра, поблёскивает рукоятка руля велосипеда из кустов. А тётка вновь шагает вдоль бассейна. На этот раз без рывков, значительно спокойней. И снова на вышку. Надо досмотреть этот мазохизм.

Вспомнил о встроенной фокусировке внимания в моих очках-артефактах и «зацепился» взглядом за пловчиху, отмечая все детали. Выбившаяся из-под шапочки тёмная прядь, тёмно-красный ободок плавательных очков, синяя вена на шее, морщины в уголках рта и сеточка под нижней губой. Странно, тётке, по идее, должно быть немного за тридцать, а подобные появляются лишь ближе к пятидесяти. Хотя, может, проблема в том, что не может ухаживать за собой всякими магловскими кремами? Ладно, для домыслов ещё рано.

Забралась, встала совершенно так же, вскинув соединëнные ладони над головой. Прыжок и сальто назад, на этот раз всего один оборот. Тело вытянуто струной, вход в воду идеальный. Вообще бесшумно, даже всплеска на поверхности не было, но только тело скрылось под водой, как поверхность озарила зелёная вспышка. Неяркая, но очень хорошо видимая в очках. А если глянуть поверх артефактных стёкол... Ничего. Магия осталась пятном, которое медленно расплывалось, бледнея и исчезая. Петунья же двигалась размытой фигурой под водой, вроде бы и не собираясь всплывать. Голову тут же наполнил рой мыслей:

«Может, она оборотень? Анимаг, превращающийся в русалку? О, в русских же сказках, чтоб превратиться в волка там или ещё кого, нужно обязательно «грянуться» оземь. А если русалка — значит об воду? Или как они уж тут называются, в поттериане — гриндилоу? Им пальцы ещё, вроде, зачем-то ломают, обороняясь. Или гриндилоу эти что-то другое?»

Но тут тётка вынырнула и рывком уселась на краю бассейна. Ни хвоста, ни жабр. И плавать она, похоже, больше не собирается. Стянула шапочку, встряхнула волосами, рассыпавшимися по плечам. И плавательные очки положила рядом. Затем выпрямилась и непринуждённо закинула ступни на бёдра в позе лотоса. Ладони на коленях, глаза закрыты. Глубокий медленный вдох... Выдох. Обычное йоговское дыхание на успокоение.

Ничего не складывалось. «Грянулась» она о воду, как минимум, дважды, причём, похоже, вполне намеренно. Ныряет она явно отлично. Магический выплеск же был, напротив, при хорошем вхождении в воду. Но зачем он вообще? Может, ритуал сейчас какой-нибудь проведёт? Вытащит из подсобки чёрного козла и зарежет. Нарисует его кровью пентаграмму и... Ну, что-нибудь зловещее наколдует? Водяного призовет? Ждём...

Петунья подышала ещё немного, потом встала и удалилась в неприметную дверь.

Я подождал пять минут, потом десять, и ещё немного... После чего понял, что никакого ритуала не дождусь.

Поттер внутри вознегодовал, словно поманили ребёнка конфеткой, а потом выбросили её в окно. Я лишь отметил закрытую дверь клуба, когда вывозил велосипед за руль, и хмыкнул:

— Видно, ушла рыбка. Побилась, понимаешь, об воду, пшикнула магией и исчезла. Ничего не ясно. Есть, понимаешь, в каждой женщине какая-то загадка, Гарик. Вот, по ходу, и в тётке твоей есть. Будем разгадывать, чтоб засоюзить её. С магией она определённо связана, так что вот.