Гарри Поттер и на самом деле (джен)

— Итак, Гарри Поттер и его друзья, похожие на Прюэттов… Нет, нет, представляться не надо. Меньше знаешь — крепче спишь. Так вот. Что вы, господа маги, знаете о дверях?

Прозрачная фигура указала палочкой, на которую тоже действовало заклинание прозрачности, делая её похожей на хрустальную сосульку, на близнеца, поднявшего руку. Гм, видимо, амбарный замок не стал частью комплекта скрыта вора, и виден прекрасно, как предполагаемое учебное пособие.

Фред отчеканил, внушительно кивая:

— Двери — это одно из сложнейших изобретений человечества. Эти потрясающие воображение устройства могут открываться, позволяя преодолеть дверной проём. А могут… закрывать дверной проём! Собою, соответственно, его загораживая. Напрочь запрещая, таким образом, доступ внутрь.

Джордж дождался паузы в речи брата и, в той же внушительной тональности, добавил, сдвинув брови:

— А ещё они скрипят.

— Да, брат мой, спасибо. Как я мог упустить это серьёзное свойство? — он повернулся к Наземникусу и важно повторил, подняв палец:

— И скрипят!

Я прикусил губу, чтоб не расхохотаться, и одновременно возвёл глаза в небо. Не могут пацаны без приколов, а вот сейчас надуется воришка и свалит за горизонт, что тогда? Но Флетчер расхохотался, теряя свою профессорскую важность, которую пытался напустить:

— Вылитые Гидеон и Фабиан… Ха-ха-ха. Эх, молодость, молодость! Но, тем не менее, хоть и в форме ёрничества над общеизвестными фактами, ты, братец Велеречивый, сумел выделить ту самую «суть» большинства дверей, к которой, собственно, и обращаются чарами. Как, в общем, все чары обращающиеся к тем или иным «сутям».

Я щёлкнул пальцами и добавил:

— Кроме скрипа, поскольку второго братца не похвалили.

— Кроме скрипа, — утвердил Наземникус и, пародируя близнеца, так же важно поднял указательный палец.

Рыжие шумно вздохнули, горюя об ошибке, сотворили горестные физиономии вселенской печали и обнялись, делая вид, что сотрясаются от рыданий, уткнувшись друг другу лбами в плечо. Впрочем, стиль выдержали не долго, тоже заржали. И таким образом как-то преодолели возникшее было в собравшейся компании напряжение анонимности.

Дождь, похоже, передумал изливаться, и край дождевой тучи, едва зацепив теплицы, уволокся в сторону тёмного леса, а обрывки облаков, летящих в ту же сторону на фоне серой пелены пасмурного неба, уже не выглядели водянистыми. «Профессор Доу» указал жестом, мол, присаживайтесь, в ногах правды нет, и несколькими движениями палочки трансфигурировал пеньки «закутка болельщиков» в узкие плетёные стулья с высокими спинками. В таких, вроде, и сидеть удобно, но и не развалишься, расслабляясь.

— Итак, функция дверей — загораживать и открывать дверной проём. Это нулевое базовое предназначение дверей преодолевается тысячами способов дистанционных воздействий. Порывом воздуха, волевой плетью, водяной каплей, да хоть молнией или даже левиосой. Кто чем лучше всего владеет и считает уместным для ситуации. В крайнем случае и рукой можно открыть, что впрочем, для мага моветон.

Однако двери, как правило, дополняются разнообразными устройствами, всячески усложняющими свободный доступ. И первым уровнем усложнений является замок. Он дополняет собой предназначение двери, усиливая её возможности, дополняя уровень. Дверь с замком — это уже не тряпка на входе в пещеру, запрещающая проникать всего лишь ветру и сырости, но вооружённый страж, преодолеть которого и необходимо. Это «первая оплётка» дверей, которую уже не преодолеть банальными импульсными чарами любой природы.

Разумеется, у кого есть ключ или же известен код доступа, войти не составляет труда. Но вот судя по вашему интересу к «алохаморе», что как раз и предназначена для вскрытия замков, вас интересует иная возможность…

Так вот, двери, за которыми нет ничего ценного или опасного, важного или тайного… Те двери, что нужно часто открывать разным людям и от которых у многих есть ключи, обычно запираются на один замок. Как та же хогвартская «стекляшка» с мётлами или закрытые классы замка, которые открыть не сложно.

Но вы должны кое-что знать дополнительно, прежде чем применять эти чары. На замок зачастую вешаются сигнальные чары, оповещающие хозяина об открытии замка. Молчаливые или же световые, звуковые и прочие комбинации, насколько фантазии хватает. А также бывает, ставятся защитные заклинания, отпугивающие, связывающие, парализующие, вплоть до убивающих. С последними вы вряд ли встретитесь в Хогвартсе, однако без дополнительных умений взлома легко можно «лохоморнуться», сдуру сотворив Алохамору без подготовки. Всевозможные чары на дверях, ребята, это так называемая «вторая оплётка» предназначения двери.

Таким образом, тайное вскрытие любой двери требует тщательно взвесить риски, для чего зачастую необходимо длительное наблюдение за входящими в неё людьми. Особенно стоит заострить внимание на последовательности открытия замков, ведь их может быть несколько. Как и дополнительных задвижек, защёлок, запоров и цепочек, не говоря уж о перекрещивающихся навесках.

И это только дверь, ребята! Одинокая банальная загородка, за которой, допустим, даже простейшего шлюза нет. Но уясните сразу, что при входе на чужую территорию без ведома хозяина вы автоматически лишаетесь гражданской неприкосновенности. Это по факту сразу ставит вас вне закона, а это, знаете ли, очень опасно, поскольку позволяет хозяину банально вас убить. Поэтому, если решили обнести какого-нибудь жителя Хогсмида, сразу забудьте об этом, как о внезапной глупости, что пришла в порядке бреда при наложении похмелья на мухоморное зелье, которое случайно глотнул вместо антидота, пока, чертыхаясь, искал безоарный камень… Кха-кха… мда, ну вы поняли, в общем.

Я покачал головой:

— Нет, у нас цель попроще. Ближе к вскрытию запертых классов. И да, мы вняли и прониклись… Так ведь, одинаковые? — на что близнецы разом кивнули и хором фыркнули:

— Тебе совершенно не идёт снейповский излом брови, вот честно, Гарри. Ну, не надувайся… так-то всё верно, мы реально прониклись. Не совсем дураки-то. Как бы.

А Фред привстал и чуть поклонился:

— Профессор Доу, вступительная часть была чрезвычайно поучительна и интересна. Но всё же надеемся, будет и конкретика по интересующему нас вопросу?

Флетчер повесил замок на палец, неспешно взмахнул палочкой и отчётливо произнёс:

— Алохамора.

Дужка замка щёлкнула, открываясь, а сам замок, что начал было падать, был ловко подхвачен в воздухе, после чего полупрозрачная фигура одним хлопком защёлкнула дужку обратно.

— Итак, вы увидели действие чар. И что вы поняли, господа маги?

Близнецы тут же посыпали комментарии:

— Оно безопасно, раз вы колдовали прямо на свою руку.

— Ударение на первый слог. Но мы пробовали на первый!

— Глиф тот же, что и мы пробовали. Не сложный, одномерный. Не понимаю…

— Направление на замок. Всё верно.

Они переглянулись, замолчав, и дали мне время сказать:

— Я заметил, что предисловие было о дверях, а чары применились на отдельном замке!

Прозрачная физиономия неопределённо колыхнулась, но голос прозвучал с радостным одобрением:

— Бинго, Гарри! Итак, главная суть этих чар — обращение именно к замку. Однако, когда замок является функцией двери, обращение идёт именно к двери, как к комплекту сутей. Да что за взоры… Я вас умоляю, не надо делать такие пустые глаза, господа маги. Сейчас всё поймёте. Алохамора — чары, изобретённые на Гавайских островах во время пребывания там того самого общеизвестного мага Элдана Эльмарина, история которого, кроме имени, ни в чём не совпадает с реальностью. Этот маг сумел совместить в чарах местное гавайское слово с латынью. Нюансы его истории неизвестны, но, по косвенным данным, его там долго держали в плену. Простимулировав таким образом экзотическое чароплётство. «Алоха» — это гавайское приветствие, выражение дружелюбия, словесное устранение барьеров между людьми. Компонент «Мора» же тут срабатывает в значении «задержка»…

Маг вдруг прервался и, пробормотав: «Гоменум ревелио», сотворил глиф палочкой и мгновенно провёл ею вокруг себя. Хмыкнув, дёрнул плечом, мол, «показалось», и вновь повернулся к нам.

— Выглядит это словосочетание каким-то бредом, — произнёс Фред, почесав в затылке. А Джордж ему вторил:

— Ага, «здравствуй, задержка». И почему замок вообще на это открывается? Какой-то бестолковый взлом выходит, так-то…

— Ну, таки немного терпения, мои пламенные ученики, хе-хе, — Флетчер, увлекаясь, начинал сбиваться на «одесский говорок», хотя старался его скрывать. (Не спрашивайте, как это укладывалось в моём англо-поттеровском разуме, не знаю. Магия, не иначе). А он продолжал:

— Ключевой смысл этого канакского слова — «устранение барьеров». Но эти чары не взламывают замок физически. Они магически устраняют задержку между вашим желанием войти и запирающей функцией двери. Оно буквально просит механизм замка «перестать быть причиной задержки». И замку приходится открыться, чтобы это обеспечить. Теперь вам понятно, почему при правильном ударении, движении палочкой и целеуказании у вас Алохамора не получалась?

Близнецы переглянулись и хором ответили, покачав головой:

— Нет!

Прозрачная фигура тяжело вздохнула, и морщины в области бровей шевельнулись, играя бликами. После чего «стеклянная» голова повернулась ко мне. Ожидания в глазных впадинах я не разобрал, но оно определённо подразумевалось. Я постарался собрать разбегающиеся смыслы слов вора и выдать:

— Уважаемый профессор Доу, очевидно, считает, что дал достаточно информации, дабы мы поняли. Итак… есть комбинация: «алоха» в значении «устранение барьеров» и «мора» в смысле «задержка». Если рассматривать чары лингвистически, как попробовали близнецы, то смысл ускользает. Однако, если это такая просьба, то… именно её нужно вкладывать в чары. То есть не просто «сказал и взмахнул», а «попросил, вкладывая ощущение, и взмахнул». Вроде бы как: «Уважаемый замок, будьте любезны, отмените на некоторое время свою закрывающую функцию, поскольку мне, такому вежливому и хорошему, очень нужно войти». И он такой весь сразу: «Конечно, уважаемый, как можно не пропустить такого хорошего человека-то! Щёлк! Заходи дорогой!»

Близнецы расхохотались было, но, заканчивая фразу, я взмахнул палочкой и, постаравшись вложить проговорённый смысл, попросил: «Алохамора». Дужка замка щёлкнула и повисла, как и челюсти открытых ртов обоих близнецов.

— Отлично, Гарри! — воскликнул «Доу», вновь ловя падающий замок. — В эти чары нужно вкладывать не обычный для магов «приказ\требование» к материи, а именно просьбу.

Он перебросил замок Фреду, и тот щёлкнул зубами, возвращая рту закрытое положение, и подхватил его в полёте. Получил от Джорджа лёгкий подзатыльник — «не хватай руками всё, что бросают!» А Доу сделал жест, мол, «пробуйте», а сам продолжил:

— Для срабатывания многих чар требуются «ключи». Например: «яростное желание убить», «самое светлое воспоминание», «представление в смешном виде». Алохамора же активируется просьбой. Только, если замок находится в двери, обращаться нужно именно к двери.

Проговаривая это, Флетчер трансфигурировал из пня калитку из штакетника, а из второго сотворил шикарную резную арку, подходящую для двустворчатых врат.

— А зачем тогда на одну дверь навешивать несколько запоров и задвижек, о которых вы говорили раньше? — поинтересовался я. — Ведь достаточно попросить дверь, и она все откроет, так ведь?

На что Флетчер, движением палочки сделав из одной калитки две и пытаясь приладить их к не особо подходящим косякам, пояснил:

— Нет. Тут ограничение срабатывает: «одна формула — один замок». Для каждого отдельно. И слава Мерлину! Иначе бы очень трудно было его использовать, дозируя количество применяемой магии… Да какого скампа!

Он выдохнул и отменил кривую трансфигурацию не желающих вписываться заготовок, возвращая пням первозданную форму. От близнецов в это время раздался радостный выкрик. Фреду удалось-таки «алохаморнуть» замок. А Наземникус кивнул на пни, буркнув:

— Трансфигурация не всегда правильные свойства даёт. В общем, на дверях какого-нибудь запертого класса в Хогвартсе попробуйте. На втором этаже обычного маршрута между кабинетами, их, как правило, никто из учеников не использует… Да, только сначала вслух спросите: «Филч?» — старик кастелян всегда накладывает свою метку на закрытую им дверь, и возле замочной скважины загорится буква «F» фиолетовая. Эти двери безопасны. Если метка не загорится, а дверь закрыта, лучше не лезьте. Это кто-то из учеников себе присмотрел кабинетик и наверняка защитил.

— Понятно. Так и сделаем. Но есть ещё несколько вопросов, профессор.

Каким-то седьмым чувством ощущаю, что Наземникусу очень нравится обращение, как к профессору. Может, жилка учительская нереализованная требует или вообще не привычен к уважению, которое требуется как по возрасту, так и по вероятным достижениям, которыми, в общем-то, не похвалишься ни перед кем.

— Время, которое запирающий механизм будет открытым, при случае настоятельной просьбы, насколько понимаю, зависит от количества магии, вложенного в заклинание, и от сложности как замка, так и его материалов. Однако вот, к примеру, такой навесной замок сам после того, как чары выдохнутся, не защёлкнется ведь обратно? Также, скажем, как и задвижка открывшаяся или сброшенный крючок, щеколда и прочие?

— Верно, хотя бывают замки с механизмами, что автоматически восстанавливают свою запирающую функцию, — ответил вор, впрочем, во фразе прозвучала некоторая досадливая неохотность. Но пока продолжим понемногу поддавливать.

— А значит, после того, как мы откроем дверь того или иного школьного класса, она так и останется открытой? Ключ-то от замка у Филча? И наверняка кастеляну несложно будет узнать, кто это тут такой умный изучил воровское заклинание? После чего и директору может доложить, и декану, да и сам что-нибудь вроде съёма баллов сотворить тоже же запросто?

Прозрачная голова покивала:

— Это вполне возможно. Хотя о дополнительных умениях близнецов и твоих, Гарри, я просто не знаю. Но если ты считаешь, что это может стать проблемой, могу дать и противоположные чары….

Близнецы переглянулись, и Фред выпалил:

— Коллопортус?

На что вальяжно подбиравший слова явно с целью подвести формулировку под долг Наземникус аж поперхнулся:

— Что? Нет! Забудьте вообще это дурацкое заклятье! Это как лечить голову топором!

— Но почему? — удивились близнецы хором.

— Да потому, что «коллопортус» отменяет на время для двери её суть, просто превращая её в часть стены, в которой она находится. Смотрится это как сращивание двери с косяком и стеной. Когда вложенная в это заклинание магия выдыхается, дверь возвращается в состояние до его применения. А дурацкое — потому что материалы краев двери, косяка и стены очень быстро портятся. Изделия деградируют. Причём никаким «репаро» — ещё одно идиотское, всё портящее заклинание, кстати — их будет не восстановить.

— Но этим заклинаниям учат в Хогвартсе! — растерянно сказал Фред.

На что прозрачная фигура вздохнула и махнула рукой:

— Да учите, мне-то что… Мне нет дела до министерской политики перевода кучи магических материалов. Что там у них является двигателем торговли и прочим… двигателем. Просто запомните: не использовать вариаций «репаро» на чём-то редком или уникальном, старинном или непонятном. А двери…

Наземникус невербально призвал открытый замок, который близнецы за разговором оставили на пне, и, взмахнув палочкой, произнёс:

— Клаустрифико.

Дужка замка, сыто чавкнув, защелкнулась:

— Вот вам парное заклинание, возвращающее запирающему устройству его естественное закрытое состояние\предназначение. Открытое состояние в принципе противоестественно его сути. Ну и, разумеется, когда он является частью двери, обращаться нужно именно к двери. Всё ясно?

— Вежливо попросить, — кивнул я, — это заклинание тоже имеет гавайские корни, профессор?

— Нет, это таки чистая латынь. Комбинация «клауструм» — суть замок, засов. И «фио» форма «стать, делаться, совершаться» Естественное преображение, переход в исходное состояние. Метаморфоза, как поговаривает… Не важно, кто.

Возмутившийся было на «плохие» заклинания вор, похоже, успокоился и продолжил сыпать интересными секретами. Незлобив, видимо, Наземникус, и, конечно, он быстро понял наше детское коварство, с которым мы сыпали «профессор-профессор» слишком часто. Лишь насмешливо-хитро щурился, явно одобряя.

Он ещё с полчаса охотно нам отвечал, время от времени кидая на окрестности «гоменум ревелио». Отвечал бы, наверное, и дольше, пока я несколько самонадеянно не попробовал повторить поиск людей, разобрав, какой едва видимый глиф выписывает кончик флетчерской палочки.

Попробовал — и почувствовал такой мощный отток маны (без какого-то результата), что аж ноги подкосились. На что услышал совершенно волшебный мат старого мага, поминающего Мордреда, Мерлина и Моргану между ними в странных композициях и экзотических ритуалах. Причём связана эта ругань была с выговором, имеющим жёсткий посыл: «Не делай так!»

Обучение на этом, несмотря на явную досаду близнецов, «прозрачный Доу» закончил, отправив их прочь небрежным помахиванием кисти. И эти два хулиганистых раздолбая, для которых нет авторитетов, ушли, бросая на меня опасливые и несколько сочувствующие взгляды (в стиле «ясно, у них свои дела»). Да уж, это не вечно пьяный «Мундунгус» Роулинг, который крал у маглов тряпки, здесь даже как-то слово «воришка» к нему особо не употребишь.

Я поднапрягся, стиснув рукоятку палочки. Близнецы ошибаются, «дел»-то у меня как раз с этим «донным скатом» и нет. Сказать ему, что записал всё и «обливиэйт» не имеет смысла? С другой стороны, а смысл меня обливиэйтить-то? Да и делился Флетчер знаниями охотно. Работает в стиле «первая порция бесплатно»? Опять же, «свой взрослый» мне очень нужен в магическом мире, почему бы и не этот, раз так удачно подвернулся? Не перепараноить бы, испортив правильный, в целом, заход. Но он молчит уже полминуты, а последние пять секунд палочку спрятал и, заложив руки за спину, начал покачиваться с пяток на носки. Значит, слово за мной:

— Урок оказался… познавательным, — сказал я, невольно копируя манеру Снейпа. Одновременно понимая, что она появилась как раз из-за привычки тщательно подбирать правильные фразы. — И он стоит… денег, — добавил я, похлопав по карману тем же жестом, который демонстрировал сам Флетчер у Хагрида, поясняя, на что конкретно претендует.

Так, понимание ситуации я обозначил. Озвучивать же предполагаемую цифру пока нельзя, это подразумевает возможность сразу и выдать, тогда как у меня осталось всего лишь несколько галеонов сдачи от хагридовских закупок. Поэтому скажем так:

— Мне хочется услышать вашу оценку этого урока. Ну и...

— Во сколько оцениваю? А сколько занесёшь, — хитро хмыкнул Наземникус. — Я тебе не бизнесмен, а человек с понятием.

«Черт, вот самый неуютный стиль торга. Игра в «догадайку» Стиль, конечно, классический, но как же с такими «понятийными» трудно... Не угадаешь сумму, дашь больше — станешь дойной коровой, жирным карасём, лохом. Дашь меньше — перейдёшь в разряд «нищеброд», «не интересно тратить время». А он продолжает обозначать рамки:

— Но, помни, Гарри, используешь на свой страх и риск. Ко мне никаких претензий.

Ага, впрочем, такой расклад позволяет приплюсовать в счет дополнительные услуги. Так что добавим пунктик:

— Мне хочется достойно вознаградить вас, профессор, с дальнейшей возможностью получать подобные консультации. Но ученику Хогвартса проблематично посещать банк, а просить целого директора…

— Да, не нужно тревожить его светлость, — поспешно прервал мою многозначительную паузу вор, опасливо глянув в небо.

— В общем, парень, когда сподобишь смотаться до банка, вызывай меня совой. Не бойся использовать школьных, на выходе их не перехватить даже при желании. Встречной записки не жди, я просто появлюсь в окрестностях. Хотя бы и здесь. Ну или нет, если не смогу.

Так. Полезное заклинание изучил, в глазах рыжих приобрёл дополнительный авторитет, намётки на поход в банк сделал, речь «проценты тикают» не поднималась. Пока всё в мою пользу, но сейчас приоритетная проблема — Хэллоуин, который вот-вот настанет.