#опрос #феминативы #русский_язык

#опрос #феминативы #русский_язык

#опрос #феминативы #русский_язык

#русский_язык #длиннопост
Про паронимы (типа доставших всех еще со школы «одеть / надеть») и сходные с ними случаи. В общем, про разные слова, которые по тем или иным причинам путаются между собой. Иногда это дает очень нежелательный эффект.
Недавно, например, попалось замечательное: «Совесть, честь, долг — всё это непрИходящие ценности!» Получилось весьма скептическое замечание вместо запланированного.
Или комплимент. Примерно такой: «спасибо за то, что вы ярко освещаете мир своим творчеством, прЕуменьшая страдания ваших читателей». Желая сказать, что автор облегчает чьи-то жизненные тяготы, комментатор вместо этого заявил, что он их обесценивает.

Всего не предусмотришь: случаются очень оригинальные ошибки. Кто-то, например, вместо слова «экзорцизм» употребляет «экзерсис», вместо «протекции» — «протекторат», вместо «позиционировать» — «презентовать», вместо «бесстрастный» — «беспристрастный» и даже вместо «геенны огненной» — «гиену огненную». Но с более распространенными словами недоразумения возникает достаточно систематически.
Иногда это банальные орфографические проблемы — например, смешение совершенно разных слов, которое не отслеживает «проверка орфографии».
Из распространенных примеров —
• балл / бал
• пасс / пас
• како́го / каково́
• воскресение / воскресенье (ну, тут хотя бы общая этимология)
• галлеон / галеон
Читаешь фанфик по ГП, где герой вытряхивает из кошеля целую флотилию старинных многопалубных парусников, — и дивишься чудесам магии…

А вот тут уже ближе к собственно паронимам:
• подпись / роспись / расписка
под документом / на керамике / в получении
• приёмник / преемник
радио и т. п. / наследник должности
• невежда / невежа
необразованный / невоспитанный
• компания / кампания
совокупность людей / совокупность действий
• ореол / ареал
нимб / область распространения
• эмигрант / иммигрант
выезжает / въезжает
• вытеснить, вытесненный / вытиснить, вытисненный
вытолкать, выдворить / сделать отпечаток тиснением

Слова, которые иногда ошибочно принимаются за синонимы, хотя ими не являются:
• злой / злостный
Слово «злостный» связано не со злобой, а с сознательно дурными и (или) мошенническими намерениями. Ср: «злой умысел» (эмоции вообще, оценочный аспект) и «злостный умысел» (конкретная направленность на причинение вреда). Улыбнуться, к примеру, можно злобно, но не злостно.
• благотворный / благотворительный
Эти значения соотносятся как «приносящий добро» / «относящийся к оказанию материальной помощи нуждающимся или поддержке благотворительных организаций». Дождь в пустыне точно будет благотворным, но уж никак не благотворительным.
• неприятный / нелицеприятный
Нелицеприятный означает «беспристрастный». Конечно, часто беспристрастность неприятна, но тем не менее…
• невыразительный / невзрачный
Невзрачный — это преимущественно «непривлекательный с виду, неказистый», на что как бы намекает корень, восходящий к «зреть». Поэтому звуки, запахи и т. п. лучше невзрачными не называть.
• жалобный / жалостный / жалостливый
Два крайних слова — не только не синонимы, но практически антонимы.
«Жалобный» — «выражающий страдание». «Жалостный — 1) выражающий жалость, сострадание; 2) возбуждающий жалость. А «жалостливый» — выражающий жалость, сострадание. Актив и пассив.
Поэтому очень странно звучат фразы типа: «Гарри жалостливо воззрился на Макгонагалл, надеясь, что ему удалось растрогать суровое деканское сердце». Тут подходит либо «жалобно» (лучший вариант, т. к. недвусмысленный), либо «жалостно».
• обессилеть / обессилить
лишиться сил / лишить (кого-либо) сил
• вожделенный / вожделеющий
Аналогично: «страстно желаемый» / «выражающий сильное (чаще чувственное) влечение».
Эта ошибка встречается даже в переводе «Гарри Поттера»: «У Хагрида исторгся вожделенный вопль» (ГП и КО). Получилось, что кто-то очень хотел заставить Хагрида заорать. В оригинале он издает именно «вожделеющий» стон: «Hagrid let out a moan of longing».
То же самое — с парой
• унизительный / уничижительный
Первое слово относится к субъекту, второе — к объекту, на который направлено действие или отношение. Поэтому — «он наградил меня уничижительным взглядом», но: «он откликнулся с унизительной поспешностью».
• косный / костный
«Косный» — «отсталый» — происходит НЕ от слова «кость», а от древнерусского косьный (медленный, медлительный, тупой, вялый).
• комплиментарный / комплементарный
Второе слово ничего общего с комплиментами не имеет и означает «дополняющий» (от лат. complementum). Например: «комплементарные товары», «комплементарные теории» — т. е. дополняющие друг друга.
• опробовать / апробировать
Апробация (лат. “approbare” — одобрять, утверждать, признавать) — официальное одобрение после испытаний или проверки. Работа может быть опробована, но апробация — это уже шаг № 2, который то ли будет, то ли нет.
• преклонить / приклонить (например, голову)
Совпадает только сема «действие, направленное сверху вниз». Но «преклонить» — это «почтительно опустить», а «приклонить» — всего лишь «пристроить». «Преклоните головы перед памятью павших героев», но: «Скитался, не имея где приклонить головы». Если вы в последнем случае напишете через «Е», то смысл будет не тот, что герой ваш бездомный, а тот, что он зачем-то ищет место, где ему хочется помолиться (например).
• считаный / считанный
Согласно общему правилу, прилагательные, образованные от глаголов несовершенного вида, пишутся с одним Н (считаные минуты — от «что делать? — считать ← счёт»), а от глаголов совершенного вида — с двумя (считанные <с устройства> данные — от «что сделать? — считать ← чтение»).
Тем не менее раньше слово «считанный» приводилось в списке исключений (т. е. стабильно писалось через НН) и было выведено из него относительно недавно. Поэтому в словарях ХХ века написание «считаные минуты» определяется как ошибочное, а в словарях XXI века — как правильное.
НО: если при «считан(н)ые» есть зависимое слово, то оно превращается в причастие и однозначно пишется через НН: «считанные кассиром деньги»; то же — и в случае приставки: «пересчитанные деньги». (Было бы проще, если бы его так и оставили исключением.)
• чувственный / чувствительный
Оба слова неоднозначны, и эти значения не совпадают.
Чувственный — это «осуществляемый при посредстве чувств»: 1) относящийся к органам чувств — зрению, слуху и т. д. («чувственное восприятие»); 2) телесный, плотский, сексуальный, эротичный («чувственные наслаждения», «чувственные губы»). Характерная ошибка в отзывах типа: «чувственная история — я читала и плакала». Однако «чувственные» истории рассчитаны на совершенно другую физиологическую реакцию…
Чувствительный — обладающий (повышенной) восприимчивостью к внешним воздействиям, физическим или эмоциональным: «чувствительные пальцы», «чувствительная душа». Так что, описывая свою героиню как «чувственную натуру», хорошенько подумайте, точно ли вы имели в виду именно то, что написали.
• бесталанный / бездарный
«Талант» происходит от греческого «talanton» (крупная весовая денежная единица); через посредство евангельской притчи слово приобрело нынешнее переносное значение.
А вот «бесталанный» — от тюркского «талан»: счастливая доля, удача, успех. Бесталанный — это несчастный, неудачливый, обездоленный.
• ревнивый / ревностный
Ревностный — то же самое, что старательный, усердный.
• ревновать кого-то / ревновать к кому-то
Тут есть простое правило: «ревнуют» всегда того, кого любят (к сопернику). Утверждая, будто Ленский приревновал Онегина к Ольге, вы автоматически помещаете ваш фанфик в категорию «слэш».
• чему обязан (дат. падеж) / чем обязан (тв. падеж)
«Чему (какой причине) я обязан удовольствием вас видеть?» — «Разве ты не помнишь, чем (каким благом) обязан мне и всей нашей семье?»
«Чему обязан», адресованное визитеру, это краткая формулировка первого вопроса. А вот спрашивая: «Чем обязан?», вы довольно-таки по-хамски интересуетесь, не задолжали ли вы часом что-нибудь своему гостю, раз он позволяет себе отнимать ваше драгоценное время.
• имеет место / имеет быть
«Имеет место» (канцелярск.) = «есть» («отдельные недоработки имеют место»).
«Имеет быть» (устар.) = «будет» («праздник имеет быть завтра вечером»).
«Имеет место быть» — ошибочная контаминация, лишенная смысла.
• инсайд / инсайт
Журналистика, бизнес, спорт / психология, философия
Инсайд — закрытая информация (ну, или полусредний нападающий в футболе).
Инсайт — внезапное озарение.
• вече́рня / (Тайная) ве́черя
Церковная вечерняя служба / ужин (Христа с учениками). И ударение тоже разное.
• подмышка / под мышкой
Отменная ловушка, куда попадает большинство.
«Мышка» — это мышца под плечевым сгибом. Отсюда происходят существительное «подмышка» (слитно) и наречное сочетание «под мышкой» (раздельно).
Ср.: «Платье жмет в подмышках». — «Мужчина нес под мышкой кожаный портфель». (Грамматический вопрос — не «чем (какой частью тела) нёс?», а «под чем нёс?»)
• стих / стихотворение
Стих — это одна (!) строчка стихотворного текста. Кроме того, это слово может употребляться в общем значении: «тип художественной речи» (александрийский стих, ахматовский стих и т. п.).
• классицизм / классика
Классицизм — направление в искусстве, существовавшее примерно (в разных странах по-разному) в XVII–XVIII веке. В архитектуре этот стиль немного задержался.
Классика — все произведения искусства, получившие признание как образцовые шедевры (но вовсе не всё «старьё» подряд).
В русской литературе классицизм кончился примерно с Державиным. А вот в разряд «классики» попадают не только Державин с Фонвизиным, но и, например, «Слово о полку Игореве», написанное в XII веке (задолго до всякого классицизма), а с другой стороны — Блок с Буниным и даже Булгаков (которые писали много позже)…
Соответственно, путаются понятия «классицистское искусство» и «классическое искусство».
Аналогичные сложности имеются с парами:
• сентименталистский / сентиментальный
• романтический / романтичный
• реалистический / реалистичный
Ср.: «сентименталистский (романтический, реалистический) роман» — «сентиментальное настроение», «романтичная девушка», «реалистичный взгляд на вещи».
Если, например, упоминается «романтический пейзаж», то речь идет об изображении природы, выполненное художником, принадлежащим к романтическому направлению (или реальный вид, пригодный для такого художника в качестве натуры). Если «романтичный пейзаж» — то речь о том, что данный ландшафт создает у наблюдателя возвышенно-мечтательное настроение.
Определить какую-нибудь повесть как сентименталистскую значит сразу отнести ее к XVIII веку — и к определенному литературному направлению. А утверждение, что она сентиментальная, равносильно тому, чтобы назвать ее чувствительной (умилительной): это читательское впечатление, и не более того. Само слово к тому же может иметь оттенок пейоративности: для одного это — «трогательно» (или, как выражаются дамы, «в сердечко»), а для другого — «сопли и слюни». Понять, что конкретно имелось в виду, можно разве что из контекста. (Полгода назад во время конкурса на Фанфиксе возникли взаимные обиды между одним из авторов и рецензентом — как раз из-за того, что в слово «сентиментальный» они вкладывали разные значения.)
• благо (существительное или наречие) / благо (союз)
Здесь смешение порождает частую пунктуационную ошибку.
«Благо» как союз обычно стоит в начале предложения (часто придаточного) и запятой после себя не требует:
Ср: «Его взяли в команду, благо вакансия была» (союз со значением «так как»). — «И тут с неба как хлынет! Благо, <что> я с утра захватил зонтик» (здесь в значении «хорошо»). Если запятую не поставить, получится, что дождик пошел именно из-за зонтика.
• домогаться / добираться
Здесь смешение не самих слов, а грамматического управления. У глагола «домогаться» оно беспредложное: «домогаться кого-то», но не «до кого-то».
• -ете / -ите
Смешение флексий повелительного наклонения с изъявительным (2-е л. мн. ч. наст. вр.). Многие словоформы различаются только ударением (смотрѝте — смо́трите), но встречаются отличия в окончаниях — и вот тут возникают орфографические ошибки. Особенно часто страдают пары «ищи́те / и́щете» и «пиши́те / пи́шете».
Окончание -и́те — ударное, и это форма повелительного наклонения:
«Вы тут пи́шЕте…» — констатация факта. «Вы тут пишИ́те…» — совет или приказ.
Запомнить просто: «пишИте», «ищИте» — это мн. ч. от повелительного «пишИ́», «ищИ́» — с ударением на И.
• не смотря на / несмотря на
В значении «вопреки» это сочетание деепричастием не является и пишется слитно.
Ср: «Девушка сидела неподвижно, хмурясь и не смотря на меня». — «Несмотря на возраст, он продолжал занятия спортом».
• в виду / ввиду
«Иметь (что-либо, кого-либо) в виду» (в знач. «подразумевать, помнить о…») — раздельно. А вот «ввиду» в значении «из-за чего-то» — слитно.
Ср.: «Когда я это говорил, я не вас имел в виду!» — «Ввиду хорошей погоды в парке толпился народ».
• причём / при чём
Бич аннотаций (они же «саммари»). «Казалось бы, при(?)чём тут (эльф Добби, носки Дамблдора, свадьба Косолапсуса)?»
Пишется раздельно. «Казалось бы, при чём тут...?»
Слитное «причём» означает «а также, помимо того, вдобавок, сверх»: «Он отказался, причём тут же добавил, что бесплатно, мол, на меня работать не собирается».
А еще есть такое злополучное сочетание, которое пишут в 4-х разных вариантах. Даже в одном и том же тексте иногда попадаются все четыре. Вот мнемотехнический финт:
Если вы хотите сказать, что объект «А» НИкаким, НИ малейшим образом не относится к объекту «Б» и между ними — НИ-НИ — абсолютно НИчего общего…
…так и пишите: все 3 слова ПО ОТДЕЛЬНОСТИ и через НИ:
НИ ПРИ ЧЁМ.
«Он тут ни при чём». И никаких «не при чём», «не причём» и «ни причём».
Из той же оперы — сочетания типа «чтобы не / что бы не / что бы ни / чтобы ни».
Как вам такая фраза: «Критики дружно расхваливали его, чтобы он не писал»? (Интересно, это как же расхваливать надо…)
• Бог, Боже / бог, боже
С прописной буквы — в упоминании единого Верховного существа в монотеистических религиях:
«Как труп, в пустыне я лежал, / И Бога глас ко мне воззвал» (А.С.Пушкин)
«Восстал всевышний Бог, да судит / Земных богов во сонме их» (Г.Р.Державин)
«Те, кто достойней, — Боже, Боже! / Да узрят царствие Твое» (А.А.Блок)
«Я этой ночью слышал зов Аллаха…» (Н.С.Гумилев)
Написание «Б-г» принято в иудаизме.
Со строчной буквы — когда употребляется в переносном смысле либо по отношению к политеистическим божествам, а также в устойчивых разговорных сочетаниях вне связи с религией: не бог весть, бог знает что, бог с ним, не дай бог, ради бога, как бог на душу положит, боже упаси, ей-богу, всё не слава богу и т. д. У того же Пушкина:
«Скажи мне, кудесник, любимец богов…»
«Ты, Моцарт, бог — и сам того не знаешь…»
«Вошла — и что ж? о боже! страх какой!..»
«А господь его ведает — вор ли, разбойник…»
«Поэзия, прости господи, должна быть глуповата…»
Кодифицировано в академических справочниках с 2007 года и принято РПЦ: см., напр.
https://www.hramstrastoterpcy.ru/2015/05/kak-pisat-slova-svyazannye-s-cerkovyu/
Тут есть нюанс. В спорных случаях (а они имеются) в зависимости от выбора возникают оттенки смысла, иногда очень серьезные.
Например, как писать это слово в знаменитом стихотворении «Я вас любил»?
«Как дай вам Бог любимой быть другим…» — это идущая от сердца молитва («я люблю тебя несмотря ни на что — и искренне желаю тебе счастья»).
«Как дай вам бог любимой быть другим…» — смысл получается примерно такой: «освобождаю место другому претенденту, но как бы тебе об этом не пожалеть», т. е. здесь «дай-то бог» — междометное выражение со значением маловероятности события.
У Пушкина в рукописи — с заглавной, но ему муками выбора терзаться не приходилось: в ту эпоху это было стандартное написание. В старой советской орфографии на этом месте была строчная буква — и тоже задумываться было не над чем: просто стандарт поменялся. А вот сейчас…
Если без шуточек, то тут первый вариант, конечно. С учетом всего контекста.
Но на самом деле по действующим сейчас правилам каждому пишущему надо самостоятельно определять, насколько воззвание к высшим силам в таких случаях носит буквальный или формальный характер. Стоит ли ради красного поговорочного словца беспокоить Его всуе вашей большой буквой?

Очень интересно вышло со словом
• шербет
В Викисловаре — вопрос о компетентности этого ресурса оставим в стороне — оно указано как пароним к слову «щербет», хотя в чем различие — не говорится.
ФБУ «Ростест–Москва», хотя и не является ни разу филологическим учреждением (а вовсе даже метрологическим), имеет к этому слову свой интерес — и на собственной страничке ВК скромно сообщает, что в кулинарном его значении имеются различия: якобы «шербет — замороженный десерт или фруктовый прохладительный напиток», а «щербет — восточная сладость из сгущенного молока».
Похоже, эта лингвистическая гипотеза родилась из желания разгадать великую тайну: почему на полках лежат товары с ярлычком «щербет», а в академических изданиях «1001 ночи» герои пьют шербет. Иными словами, налицо попытка развести значения, раздвоив слово и сотворив из него паронимы.
Тем не менее орфографические словари в обоих случаях однозначно указывают норму: «шербет» — как для сладости, так и для напитка.
Написание через Щ ранее встречалось крайне редко, как своего рода авторская фишка (наподобие блоковских «мятелей»). Однако приблизительно в 1980-е гг. именно оно массово стало распространяться от неграмотных торговых этикеток — и оказалось крайне заразительным.
Вероятно, «щербет» через Щ со временем тоже станет вариантом нормы, как «калоши / галоши». Но пока это просто очень распространенная ошибка.
Похожая история приключилась с просторечным словечком «трындеть». Его иногда пишут через Е — «трендеть», и в Интернете можно встретить попытки сделать тут паронимы: якобы трындеть — это нести чушь, а трендеть — занудно уговаривать. Тем не менее в словарях зафиксирована одна-единственная форма — через Ы.

Не то чтобы ошибки, но…
• вперемешку / вперемежку
В первом случае мы имеем дело с хаосом, а во втором — с упорядоченным чередованием.
• суетный / суетливый
У слова «суетный» есть минимум два собственных исконных значения: 1) тщетный, напрасный; 2) пустой, не имеющий истинной ценности.
Поэтому лучше не навешивать на него еще и значение «суетливый» = «хлопотливый»: это создает ненужную двусмыслицу.
• ждать (род. пад. / вин. пад.)
Родительный падеж — при отсутствии определенности: «жду писем», «жду случая». Винительный — определенность есть: «жду сестру», «жду поезд в Москву».
• есть = является / суть (глагол)
Тоже не синонимы, в грамматическом смысле.
«Суть» — это древнерусская (книжный оттенок отчетливо ощущается) форма 3-го лица множественного числа настоящего времени глагола «быти». «Писатели во всех странах мира суть класс самый малочисленный изо всего народонаселения» (А.С.Пушкин).
А вот когда один персонаж Тургенева говорит другому: «Вы, молодой человек, суть неопытный», — то такое употребление слова уже воспринималось как показатель «неправильной» разговорной речи. Если уж балакать по-древнерусски, то герой должен был сказать «еси», но и во времена Тургенева «еси» уже давно и прочно осело в фольклоре. Но об этом я недавно уже писала.
Со временем ощущение неправильности стерлось, и сегодня большинство людей использует «суть» просто как высокопарный (часто с оттенком иронии) синоним глагола «являться».
• довлеть / подавлять
«Довлеть» — слово старославянского происхождения. Оно означает не «тяготеть, угнетать», а «быть достаточным» (от того же корня образовано «довольно»). В Евангелии: «довлеет дневи злоба его» — т. е. «каждому дню достаточно своей заботы».
От этого стиха происходят слова «злободневный» и «самодовлеющий».
Однако под влиянием чисто внешнего звукового сходства слово ошибочно стало использоваться как синоним «подавлять» (иногда даже пишут: «дАвлеть»). Сначала это делали люди малообразованные, которые ниверситетов не кончали и библиёв не читали, потом к такому употреблению постепенно стали привыкать…
Еще и словарь С.И.Ожегова отмечает это значение как распространенную ошибку. Но поскольку толковые словари ориентируются не только на норму, но и на живой разговорный язык, то сегодня «тяготеть, подавлять» уже фиксируется словарями в качестве второго значения, с пометой «разг.», в то время как у первого, исконного значения слова «довлеть» стоит помета «книжн.».
В итоге «довлеть» осталось без стилистически нейтрального значения. Либо книжный оттенок, либо разговорный.
А вот еще похожая история:
• будировать / будить, возбуждать (интерес, внимание и т. п.)
Глагол «будировать» сейчас звучит архаично, но временами встречается. Это типичный варваризм, образовавшийся во времена засилья французского языка в высшем обществе. Произведен он от «bouder» — ‘дуться, сердиться, избегать, демонстрировать неудовольствие’. И в русском языке значение у него то же самое: «Несколько дней он как будто будировал и не ходил ко мне» (М.Е.Салтыков-Щедрин. Убежище Монрепо).
Потом случилось то же самое, что и с «довлеть». Красивое иностранное словечко подхватили люди, французским не владеющие: они ошибочно поняли его как более вычурную «интеллигентную» форму глагола «будить». И начали им щеголять…
Сегодня значение «возбуждать» кое-где указывается как «разговорное», но большинство словарей признает его речевой ошибкой.

Наконец, существует большая группа похожих слов, которые обозначают разные смысловые оттенки. Это вообще самостоятельный материал для подбора и исследования: тут можно было бы целую книгу написать. Приведу только пару примеров, чтобы ясно было, о чем речь:
• младше / моложе
Первое слово происходит от «младший» и преимущественно связывается с положением с иерархии (социальным статусом): «Брат был младше меня на несколько лет и в те времена казался неподходящим товарищем для наших игр».
Второе — от слова «молодой»; оно акцентирует внимание главным образом на физическом состоянии: «Брат был порядком моложе меня, так что продолжал шагать, как ни в чем не бывало, — а вот я уже начинал подумывать о привале».
• преуменьшить / приуменьшить
В разных справочниках можно найти разные комментарии по поводу этой пары. В некоторых случаях данные слова могут выступать как почти синонимы. Но в определенных контекстах, подобных приведенному в начале поста, эти слова означают разные и даже противоположные вещи — ср.: «преуменьшить опасность» (не придать должного значения) и «приуменьшить опасность» (сделать ее меньше).
У «преуменьшить» (в отличие от «приуменьшить») есть антоним — «п(е)реувеличить».
А вот в паре
• преумножить / приумножить
— есть, как говорится, нюанс. Она либо объявлялась без затей синонимической — например, у С.И.Ожегова и Н.Ю.Шведовой (1992), либо дублирующей отношения предыдущей пары (сильно увеличить / несколько увеличить) — например, у В.И.Даля или много позже у С.А.Кузнецова (1998).
А в 2012 г. Орфографический словарь РАН оставил только одно слово из пары: «приумножить» (во всех случаях). Так что написание, которое до этого момента было вопросом свободного выбора, в одночасье сделалось ошибкой. Ну и кому от этой инновации стало легче, спрашивается?
Лично я не стала бы помечать «преумножить» как ошибку: это просто вариант, ныне единичным волевым актом выведенный из актуального употребления.
Можно, конечно, докопаться — и всякий раз проверять, был ли текст, в котором встречается «преумножить», создан до 2012 года — или уже после, но это уже какая-то запредельная степень орфо-занудства. Потому что так можно дойти и до поисков точной даты выхода словаря (месяц и число), его поступления в продажу, распространения…
А там уже и до судебного процесса недалеко: «Пусть обвинение докажет, что мой подзащитный: а) имел возможность получить и проштудировать данный словарь до вышеуказанного числа; б) обязан был ежедневно отслеживать все новейшие издания орфографических словарей!»
В общем, вы поняли.

И заодно — несколько частых ошибок:
• «подноготная» (от слова «ноготь», а не «нагой»), поэтому не «поднаготная»
• «мозаика» не имеет ничего общего с «зайкой» и через Й не пишется
• «поДскользнуться» — это ошибка из той же серии, что и «поДчерк»
• «компоновать», но не «компановать»
• «черт-те что», но не «черти что»
• «очочки», а не «очёчки»;
• «рецензия на роман», но: «обзор романа»
• «анфас», но не «в анфас»: французское «en» и есть «в (фас)».
• «нежели», но не «нежели чем»: «нежели» и есть «чем»
• «все равно», но не «все равно на (кого-то)»: можно сказать или «мне наплевать на него», или «он мне безразличен»;
• притяжательные прилагательные от имен собственных на -ов, -ев, -ин пишутся С ПРОПИСНОЙ БУКВЫ: «это Игорева машина / Егоров адрес / тёть-Машина дача». Другое дело, что эти формы: а) разговорные; б) нередко выглядят неуклюже, и тогда лучше заменять их обычным родительным падежом.

Литература:
Еськова Н.А. Краткий словарь трудностей русского языка. М.: Русский язык, 2000
Ефремова Т.Ф. Новый словарь русского языка: Толково-словообразовательный. М.: Русский язык, 2000.
Клубков П.А. Говорите, пожалуйста, правильно. СПб.: Норинт, 2001.
Королева М.А. Русский в порядке. М.: АСТ, 2024.
Крысин Л.П. Толковый словарь иноязычных слов. М.: Русский язык, 2001.
Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Азбуковник, 1999.
Русский орфографический словарь / Российская академия наук. Институт русского языка им. В. В. Виноградова; отв. редактор Лопатин В.В. — М.: АСТ-Пресс книга, 2016.
Толковый словарь русского языка / Российская академия наук. Институт русского языка им. В. В. Виноградова; отв. редактор Шведова Н. Ю. — М.: Азбуковник, 2007.

#русский_язык #история #длиннопост
С Днем славянской письменности! Сегодня #книги будут специфические.
Существуют выпуски серии «для чайников», которые обещают ознакомить читателя с теорией музыки, с искусством разведения йоркширских терьеров, с секретами оригами…
Только на Фанфиксе! Старославянский для чайников: почувствуй себя знатоком за 20 минут! Или даже за 15 — если вы схватываете на лету.

Вузовские учебники старославянского языка и исторической грамматики — не менее духоподъемное чтение, чем сопромат. Не верите — откройте и полистайте: в первых главах для разминки излагаются веселые похождения Форджей небезызвестных Кирилла и Мефодия — а вот дальше начинается настоящий пир духа.
И все же усердным трудом оттуда можно выкопать несколько более или менее поддающихся адаптации жемчужин — сакральное знание о том, какие следы старославянского языка сохранились в современной речи и какие причины вызвали к жизни некоторые причуды великого и могучего.
Например, отчего сбежали беглые гласные? Почему у нас глаголы в прошедшем времени имеют категорию рода, но не лица («я, ты, он(а) жил(а)»), а глаголы настоящего и будущего времени — наоборот, категорию лица, но не рода («я живу, ты живешь, он(а) живет»)? Почему так странно склоняется местоимение ОН? И так далее.

Предуведомление насчет терминов, которое можно опустить.
Если вы (вполне логично) предполагаете, что старославянским называется тот язык, на котором говорили наши с вами далекие предки, — гоните эту мысль от себя.
Во-первых, он по своему строю и составу относится не к восточнославянским, а к южнославянским языкам.
А во-вторых, на нем, собственно, ВООБЩЕ никто никогда не говорил. Он был разработан вышеупомянутыми Кириллом и Мефодием — на основе родного для них южносолунского диалекта древнеболгарского языка — в качестве письменного литературного языка славянских народов. Как бы такое письменное эсперанто.
В такой роли старославянский и функционировал в X–XI вв., причем в конце этого периода из него сформировался церковнославянский — язык православного богослужения, используемый и по сию пору в двух изводах: старомосковский (старообрядцы) и синодальный (патриаршая церковь).
Что же до устной речи, то предки наши в дописьменную эпоху (до VII в.) говорили на языке, который принято называть праславянским, а устный язык более позднего времени (до XV в., т. е. до начала разделения русского, белорусского и украинского) называется древнерусским. Но из старо- и церковнославянского кое-что потихоньку просочилось в живую устную речь.

И вот теперь об этом. (Информация «в нарезку», можно выбирать отдельными ломтиками.)
***
Часто жалуются, что орфографические нормы не поспевают за живым языком. Хотя все в курсе, как российские школьники в свое время маялись с буквой Ѣ (ять).
Ять отменили только в 1918 году, а восприниматься на слух он перестал уже во второй половине XVIII века, когда его произношение в русском языке полностью совпало с Е. Ждать этой реформы пришлось без малого 200 лет.
Но если вы думаете, что древнерусским школярам жилось проще...
Давным-давно в праславянском языке были носовые гласные — «юсы»: Е с носовым призвуком — Ѧ, «юс малый», и О с носовым призвуком — Ѫ, «юс большой» (оба юса имели еще и йотированные формы: Ѩ и Ѭ ).
Сегодня носовые гласные из всех славянских языков остались только в польском и кашубском. А из русского произношения они исчезли вскоре после создания кириллицы — уже к Х–XI вв. Между тем на письме юсы сохранились до XVII (Ѫ) и XVIII (Ѧ) века. Иными словами, в этом случае орфографической реформы пришлось ждать 700 лет!
А у болгар Ѫ просуществовал и вовсе до 1945 года, после чего был заменен — в основном на Ъ.
В современном языке память о юсах сохранилась в таких чередованиях, как звУк / звОНок, селО / селЕНие, памЯть / помИНать, времЯ / времЕНи, обнЯть / обнИМать и т. д. В определенных позициях юс здесь прояснился в гласный + четкий носовой согласный.
И тут стоит сказать доброе слово в защиту орфографических ошибок! Как можно установить, когда именно носовые гласные исчезли из русской речи? Благодаря чему вообще лингвисты могут сегодня составить карту диалектов эпохи средневековья?
Да благодаря ошибкам писцов, конечно! Они безбожно путали Ѫ с У, а Ѧ с ИА (Я). Именно в эти гласные «юсы» в итоге и перешли (кстати, даже само начертание буквы Я восходит к Ѧ). Так что и от малограмотности бывает польза. Откуда бы мы еще узнали, как звучала живая речь сотни лет назад?
***
Нынешние «немые» Ь и Ъ русского языка когда-то были полноценными гласными звуками, только редуцированными («сверхкраткими»). Ь (ерь) был очень коротеньким Е, а Ъ (ер) — таким же коротеньким О (болгарский Ъ тоже как бы намекает).
Но в XII–XIII вв. случилось
— КАПИТАЛЬНОЕ
— — ФОНЕТИЧЕСКОЕ
— — — ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ
под драматичным названием «падение редуцированных». В сильной (ударной) позиции эти звуки совпали с полными О и Е, а в слабой, безударной — просто-напросто растаяли, тем не менее — увы, увы! — тоже надолго еще застряв в орфографии.
Это одна из нескольких причин появления всем известных по школе «беглых гласных»: «сон / сна», «день / дня» и т. п. Когда-то это были СЪНЪ и ДЬНЬ. В тех словоформах, где Ъ и Ь оказывались под ударением, они перешли соответственно в О и Е, а в безударных позициях попросту сбежали из произношения, на какое-то время оставшись на письме. В других слабых позициях Ъ и Ь еще ранее истаяли полностью: МъНОГО, КъНИГА, БРЬВьНО, СЛЪНьЦЕ и т. д.
Реформа 1918 года сохранила их только как показатели мягкости / твердости предшествующих согласных.
***
В большинстве случаев, когда мы наблюдаем чередование согласных в корне, это пары К/Ч, Г/Ж и Х/Ш. Например: веК/веЧный, друГ/друЖина, дыХнуть/дыШать и т. п.
Эта фигня называется первой палатализацией: К, Г и Х перешли в шипящие перед гласными переднего ряда И, Е, Ь и Ѣ (не ищите их слишком усердно: сейчас на месте этих гласных нередко уже другие звуки).
Была и вторая палатализация — переход этих же звуков в свистящие Ц, З и С перед гласными переднего ряда, произошедшими из дифтонгов, например: друГ/друЗья. Но в современном русском языке они сохранились в основном в составе церковнославянских формул типа: «темна вода во облаЦех» (облако), «на воздуСях» (воздух), «почить в БоЗе» (Бог), «в руЦе Божией» (рука), «притча во языЦех» (языки), «его же и монаСи приемлют» (монахи; старинная надпись на сосудах с вином) и т. п.
Все эти затейливые процессы провоцировались влиянием универсального закона слогового сингармонизма (упрощенно — стремления соседствующих звуков к артикуляционному уподоблению).
Были также третья и четвертая палатализации, но о них умолчу. Не благодарите.
***
Как известно, числа в старославянском языке записывались буквами с титлами над ними. Девятью буквами (от АЗ до ФИТА) обозначались единицы, девятью — десятки (от И до ЧЕРВЬ) и еще девятью — сотни (от РЦЫ до ЦЫ). Для тысяч брались опять буквы-единицы, но со специальным значком.
Как и в современной системе числовых обозначений, десятки стояли перед единицами, сотни — перед десятками, и т. д. Но числа второго десятка составляли исключение: там десятки располагались после единиц. Этот порядок сохранился в современных названиях чисел: 21 — «двадцать один», т. е. 20 + 1; но 11 — не «десять один» (10 + 1), а «одиннадцать», т. е. 1 + 10 (дцать), один-на-дцать. То же самое — двенадцать, тринадцать… и так до девятнадцати. (Дальше уже начинаются так называемые «составные имена числительные», образование которых происходит на основе умножения и сложения.)
В англо-германских языках, как правило, аналогичная картина.
***
Тем, кто учит русский с нуля, можно посочувствовать. А вот вы когда-нибудь вообще замечали, что сочетания «числительное + существительное» в именительном падеже, начиная с 5, согласовываются по другой модели?
Например:
Один кувшин, тарелка, блюдце;
два / три / четыре кувшинА, тарелкИ, блюдцА;
но:
пять / шесть / семь (и т. д.) кувшинОВ, тарелОК, блюдЕЦ…
Причина в том, что в древнерусском языке числительные не выделялись как самостоятельная часть речи. Группа от 1 до 4 грамматически сближалась с прилагательными и согласовывалась с нужными существительными в роде, числе и падеже. А группа от 5 до 10 выступала в качестве существительных — и связывалась с другими существительными посредством управления.
После ряда дальнейших трансформаций мы получили современные, но по-прежнему отличающиеся формы согласования — рудимент древней системы частей речи.
***
В отдельных словах законсервировались следы угасавшей с XIII века категории двойственного числа. Так, наречие «воочию» произошло от местного падежа двойственного числа «очи» с предлогом ВЪ.
До революции просуществовала женская форма 3-го лица множественного / двойственного числа ОНѢ. У Пушкина: «…И при лунѣ / Обнявшись, плакали онѣ».
Ряд слов, обозначавших парные предметы, сохранился именно в формах двойственного числа: рога́, глаза́, берега́, рукава́, бока́ (во мн. числе эти слова имели окончание –И), а также пле́чи, коле́ни, у́ши, о́чи (во мн. числе тут было –А или –Ѣ). (Маленькие дети иногда пытаются говорить «ро́гИ» или «гла́зЫ».)
Что касается «плечей» и «коленей», то здесь вытесненное множественное число осталось нам на память в поэтических цитатах: «Умыть лицо, плеча́ и грудь», «Упал без чувств он на коле́на» и т. д.
***
Современное числительное двеСТИ отличается окончанием от числительных триСТА и четыреСТА потому, что 200 склонялось по двойственному числу, а 300 и 400 — по множественному.
Остальные сотни — пятьСОТ, шестьСОТ и т. д. — представляют собой остаток родительного падежа мн. ч.: пять (чего?) сотен и т. д.
Например, ПОЛТОРАСТА — это пол(овина) (в)тора (чего?) ста.
Исконные формы числительных 40 и 90 — ЧЕТЫРЕДЕСѦТЪ и ДЕВѦТЬДЕСѦТЪ — были вытеснены. Слово «сорок» — существительное, обозначавшее рубаху (сохранилось слово «сорочка»). В один «сорок» можно было увязать 40 шкурок соболей, на полную шубу; название предмета было перенесено на число. Насчет «девяноста» существует несколько гипотез, но единого мнения нет.
***
Не все гласные в древнерусском языке могли стоять в начале слова: перед начальным А постепенно развился J, и старославянские слова типа АГНЬЦЬ, АВИТИ, АГОДА, АЗЪ и т. п. превратились в современные ЯГНЕНОК, ЯВИТЬ, ЯГОДА, Я… (И что-то прямо символическое чудится в том, что АЗ был первой буквой алфавита, а стал последней.)
Отсюда следует, что все русские слова, начинающиеся с А (за исключением АВОСЬ, АЙ, АХ и их производных), являются не исконно русскими, а заимствованными. В чем, в общем-то, нетрудно убедиться, заглянув в любой словарь. Немногие кажущиеся исключения, типа АД или АЛКАТЬ, на самом деле тоже заимствованы — из церковнославянского языка.
***
Не была свойственна славянским языкам также фонема Ф, и славянские книжники использовали ее, опять же, только в заимствованных (греческих) словах. Исконно русскими словами являются только звукоподражания ФЫРКАТЬ и ФУКАТЬ. Остальные русские слова с буквой Ф так или иначе заимствованы из разных языков.
В некоторых говорах и до сего дня встречается произношение с заменой Ф на Х(В): ХВЁДОР, ХВАРТУК, ХВАКТ и т. п.
***
Слова с корневыми сочетаниями –ЛЕ, –ЛА, –РЕ и –РА — старославянского происхождения. От сохранившихся русских эквивалентов они обычно отличаются более «торжественной» сферой употребления (град/город, брег/берег, глас/голос), но иногда расходятся и по значению (прах/порох, глава/голова, страна/сторона, власть/волость, хранить/хоронить и т. д.)
В словах с полногласными сочетаниями –ОЛО, –ОЛО, –ЕРЕ и –ОРО еще сохранились следы древнего (праславянского периода, т. е. до нашей эры) интонационного ударения — повышения или понижения голоса. Там, где интонация была восходящей, ударение падает на второй гласный: воро́на, вперёд, боло́то. Там, где она была нисходящей, — на первый: го́род, во́рон, бе́рег, го́лод.
***
Остатки звательного падежа («брате», «сестро», «жено» и т. п.) сохранились в цитатах («Чего тебе надобно, старче?»), а также в обращениях (отче, друже) и в произошедших от них междометных выражениях («боже мой», «господи»).
***
Грамматическим признаком категории одушевленности исторически является совпадение формы родительного падежа с формой винительного: нет князя / вижу князя; нет коня / вижу коня. Но с одной оговоркой, а именно: это наблюдается только у одушевленных существительных мужского рода.
А вот существительные женского и среднего рода склоняются как неодушевленные — падежные формы у них разные! Ср.: нет сестры / вижу сестру; нет лошади / вижу лошадь — и та же картина у неодушевленных (любого рода): леса / лес; избы / избу.
Женщины (и даже, как видим, живые существа, грамматически относившиеся к женскому роду) подвергались этой возмутительной языковой дискриминации потому, что женщина в общественных условиях раннего средневековья не могла считаться полноценным деятелем. И язык сохранил это свидетельство неравенства в правах.
Слово «мужчина» кажется исключением, т. к. тоже имеет разные формы родительного и винительного. Но дело в том, что оно появилось примерно в XV веке изначально как собирательное существительное (по аналогии со словами типа «община») и склонялось, естественно, тоже как неодушевленное — в отличие от слова «муж», обозначавшего мужчину в современном смысле. И только в XVIII веке слово «мужчина» обрело нынешнее значение, вытеснив «мужа», который стал обозначать семейный статус (за исключением выражений типа «государственные мужи», «ученые мужи» и пр.). А склонение так и осталось прежним.
***
Сохранившиеся в нашем языке обороты типа: «хотел было», «собрался было», «решил было» и т. п. являются рудиментами плюсквамперфекта (да-да, у нас было не только предпрошедшее время, но даже и предбудущее — а еще был имперфект, перфект, аорист простой и сигматический, супин — и т. д., и т. п.), который образовывался путем сочетания глагола БЫТИ в форме имперфекта и причастия прошедшего времени на –Л: «азъ есмь бѣхъ (или: былъ) сделалъ».
Например, отец блудного сына в Евангелии объявляет, что его сын «изгыблъ бѣ и обрѣте ся», т. е. сначала чуть было не погиб, а потом нашелся.
Значение этих форм связывалось с действием, которое в прошлом предшествовало другому действию — чаще то, что должно было совершиться, но по каким-то причинам осталось нереализованным. Отсюда же ведет свое происхождение и частица БЫ (было).
Тот же остаток плюсквамперфекта — в сказочном зачине «жили-были» — т. е. жили когда-то очень давно, перед началом действия сказки.
Эта форма задержалась в некоторых говорах — и до сих пор отражает семантику давно совершившегося действия, результаты которого сохранились в настоящем: «Этот дом от сестры достался. Она и сама здесь была жила».
***
В русском литературном языке еще жива форма со значением давнопрошедшего времени, близкая к плюсквамперфекту: это бесприставочные глаголы с суффиксом –ИВА, –ЫВА. Например: «Здесь барин СИЖИВАЛ один, / Здесь с ним ОБЕДЫВАЛ зимою / Покойный Ленский, наш сосед…». (Такие же глаголы с приставками имеют уже другое значение — повторяющегося действия: посиживал, посматривал, похаживал и т. п.)
А вот поговорка «Одним махом семерых побивахом» сохранила форму аориста (1-е лицо мн. ч.) — «побили». И междометие «чу» когда-то было аористом 2-го лица ед. ч. от глагола «чути» — «слышать».
Имперфект (всевозможные БЯХУ и т. д.) исчез бесследно. Он обозначал многосоставное действие, длительно совершавшееся (и иногда повторявшееся) в прошлом; сегодня это место занимают глаголы несовершенного вида прошедшего времени: ЖЕЛААШЕ → желал, ѢДѢАХѪ → ел, ДАѢАШЕ → давал, и т. п.
А от перфекта нам осталось наше нынешнее прошедшее время — после того как он утратил глагол-связку (есмь, еси, есть, есмъ, есте, суть). По этой причине в прошедшем времени — в отличие от настоящего и будущего — не распознается лицо (я, ты, он сделал): эта грамматическая функция пропала вместе со связкой. Прошедшее время в русском языке — это бывшее причастие, поэтому оно и изменяется, как причастие: только по числам и (в ед. числе) по родам.
В речи иногда используется только связка «суть», но сегодня говорящий обычно не учитывает (или даже не подозревает), что она обозначает исключительно 3-е лицо мн. числа.
Например: «Смех, жалость и ужас суть три струны нашего воображения» (А.С.Пушкин). Здесь связка употребляется в правильной форме, так как относится к нескольким объектам. А вот герой В.Я.Шишкова, который говорит: «Ты суть ветвь от древа нашего казацкого, праведная дщерь роду нашего», — уже допускает ошибку: следовало сказать: «ты еси» (ср.: «иже еси на небеси».)
***
Частицы «вишь» и «ишь» являются остатком старославянского повелительного наклонения от ВИДѢТИ. У Пушкина: «Восстань, пророк, и виждь, и внемли…»
Для выражения повеления, относящегося к 3-му лицу /лицам, использовалась форма простого будущего времени с частицей ДА: «да придутъ» (пусть они придут). В современном языке она сохранилась в устойчивых сочетаниях типа «да здравствует», «да будет так» и т. п.
***
Формы действительных причастий настоящего времени (с суффиксами –УЩ, –ЮЩ, –АЩ и –ЯЩ) были заимствованы древнерусским языком из старославянского. Это чувствуется и сегодня: такие причастия активно используются в письменном стиле речи, но в разговоре, особенно при злоупотреблении ими, отчетливо ощущаются как «книжные».
Обратите внимание: в художественной литературе эти причастия естественно выглядят в речи автора (описание, рассуждение и повествование) и вообще в письменной речи, особенно официальной; но если они попадаются в устной речи персонажей, то создают яркую языковую характеристику: «говорит как пишет». Это следует учитывать также при переводах. Стиль речи, изобилуЮЩий такими царапаЮЩими слух причастиями, может быть органичным, например, для Гермионы, но никак не для Рона.
***
Более сложные случаи… для тех, кто чувствует в себе силы продолжать.
Вы когда-нибудь задумывались над тем, почему личные местоимения (и не только в русском языке) так странно склоняются? Формы косвенных падежей образованы не от именительного, а явно от какого-то другого слова (такой тип склонения называется супплетивным).
Посмотрим на примере местоимения ОН, и начать придется немножко издалека.
На заметку поклонникам стилизации «под древнеславянщину»: если лицо или предмет, на который указывалось в тексте, был близок к говорящему, для указания на него обычно использовались формы местоимения СЬ: «Сей есть Иисусъ пророкъ…»
Если лицо или предмет были близки к собеседнику или одному из действующих лиц, то в ход шло местоимение ТЪ (тот): «И осквѣрнися требами земля Русская и холмъ тъ».
Но личного местоимения 3-го лица в древнюю эпоху не существовало. Если лицо или предмет не были близки ни к одному из собеседников, использовалось указательное местоимение И, которое склонялось по обычной модели: кого? — И-ЕГО; кому? — И-ЕМУ… Две первые гласные слились в одну йотированную → ЕГО, ЕМУ и т. д.
Со временем в этой же функции стало появляться и другое указательное местоимение — ОНЪ (ОНОГО, ОНОМУ): «Оному же рекшу: Даждь сему мѣсто».
(В роли личного данное местоимение отличалось от указательного ударением в женском и среднем роде: ср. личное ОНА́, ОНО́ — и указательное О́НА(Я), О́НО(Е). Последнее сохранилось в формуле «во время о́но» — т. е. «во время, не близкое к нашему».)
Со временем эти две формы объединились: ОН присвоило косвенные падежи исчезнувшего И — ЕГО, ЕМУ и т. д., — а собственные формы склонения ОН стали принадлежностью архаизованных стилизаций со значением «(э)тот»:
«С оным скиптром пошел к кораблям аргивян меднобронных…»
«Вследствие оного прошения моего, что от меня, дворянина Ивана Никифорова сына Довгочхуна, к тому имело быть…»
Вот так мы и получили «странное» супплетивное склонение местоимения ОН. Парадоксально, но факт: корень его в косвенных падежах растворился без следа, а место корня заняли голые флексии мягкого склонения прилагательных — типа вечерний, хороший, вещий, горячий, осенний, волчий и пр. Это легко увидеть, просклоняв любое такое прилагательное: синЕГО, синЕМУ, синИМ и т. п.
***
Это же древнее указательное местоимение И приросло к окончанию форм прилагательных там, где требовалось указать на известный признак предмета (нечто похожее по функции на артикль). В связке с родовыми окончаниями после йотации получились современные флексии полных прилагательных, так наз. «членные формы»:
НОВЪ+И → НОВЫЙ, НОВА+ИА → НОВАЯ, НОВО+ИЕ → НОВОЕ и т. п.
Более старые «именные формы» могли выступать в роли определения — и, соответственно, склонялись, но сегодня их косвенные падежи сохранились только в застывших оборотах типа «по белу свету» или «от мала до велика». А так они остались исключительно в функции составной части именного сказуемого, где сообщают о предмете нечто новое.
Ср.: «эти счастливые люди» (1) — «эти люди [суть] счастливы» (2).
Так мы обзавелись полными и краткими формами прилагательных.
***
Формы НЕГО, НЕМУ, НИМ и т. п. (с начальным Н) получились из предшествующего предлога: давным-давно эти предлоги выглядели как ВЪН, СЪН и КЪН. Со временем (под действием т. наз. «закона открытого слога», но это отдельная заунывная песня) средний гласный Ъ (редуцированный) растаял, предлоги превратились в наши однобуквенные В, С и К, а оставшееся «беспризорным» Н приросло к начальной йотированной гласной следующего за ним местоимения.
По тем же фонологическим причинам получились, например, слова ВНУШИТЬ (ВЪН + ОУШИТИ, от «уши») или ВНУТРЬ (ВЪН + ѪТРЬ; отсюда же — «утроба»). То есть нечто помещается в ухо или в утробу.
***
Для старославянского языка характерны конструкции с двойными падежами. Они использовались при глаголах, указывавших на переход предмета или лица в иное состояние. Слово, указывавшее на это состояние, согласовывалось в падеже со словом, обозначавшим данное лицо или предмет. Существовали конструкции с двойным винительным, родительным и дательным. В целом же в современном русском языке этим конструкциям соответствует творительный падеж.
Остатки их мы встречаем в былинных формулах, типа:
«Направо (ЕМУ) ѣхати — ЖЕНАТУ быти» (двойной дательный; совр. — «быть женатым»).
Двойной винительный: «СЫНА моего примите собѣ КНЯЗЯ» (совр. — «князем»).
Двойной родительный: «Не видѣша ЕГО МЬРТВА» (совр. — «мертвым).
Далекое эхо двойных падежей еще слышится сегодня в живой речи: можно сказать: «Я не знал его холостым», а можно — «я не знал ЕГО ХОЛОСТОГО».
***
До самого XIX века дожил, хотя уже в форме архаической стилизации (нередко иронической), очень распространенный в древности «дательный самостоятельный».
Это причастный оборот, характеризовавший условия совершения действия, к которому примыкал. С ним согласовывалось дополнение в дательном падеже.
«Не ИМѪШТУ же ЕМУ чесо взъдати повелѣ господь его да продадѧтъ и». «Имущу» и «ему» стоят в дательном падеже. На современный русский язык оборот переводится обстоятельственным придаточным предложением: «Так как ему нечем было заплатить, хозяин приказал, чтобы его продали».
У Н.С.Лескова в «Архиерейских объездах» герой пишет: «Еще СУЩУ МИ на одре, утром получен с почты пакет…» — т. е. «еще когда я пребывал (существовал) на одре (в постели)». «Сущу» и «ми» тоже оба стоят в дательном падеже.
***
Вниманию писателей: синтаксическая особенность старославянского (и церковнославянского) языка, наиболее легко поддающаяся стилизации, — дефицит формально выраженных подлежащих. Грамматически неполные предложения просто нанизываются друг на друга. Здесь используется, во-первых, принцип очевидности подлежащего из контекста, а во-вторых — наличие в языке грамматических форм глагола (лицо и число), способных указывать на субъект действия.
Пример из Евангелия на церковнославянском, с современной орфографией. В этой уголовной истории, содержащей 15 простых предложений, всего 6 формально выраженных подлежащих (выделены капсом):
Отсутствие личного местоимения в функции подлежащего, если оно имеет только грамматическое значение, сохранилось и в современном русском языке, например:
Не вѣмъ чьто глаголеши — (Я) не знаю, о чем (ты) говоришь.
Так как формы глаголов однозначно указывают на говорящего и его собеседника, местоимения здесь не обязательны. Но они появляется там, где старые грамматические формы исчезли. Например:
Колицѣмъ длъжьнъ еси господину своему? — Сколько (ты) должен своему хозяину?
Глагол-связка ЕСИ, указывающая на 2-е лицо, исчезла из языка, и поэтому теперь требуется уточнение, кто именно должен: собеседник или кто-то другой.
Тут все вспомнили бессмертное: «Ох ты, гой еси, добрый молодец!» ГОИТЬ — «жить, здравствовать», пожелание здоровья.
Что касается второго в процитированном выше тексте подлежащего — ИЖЕ — то это загадочное словечко в современном русском языке сохранилось только в словах молитв («иже еси» и т. д.) и в сочетании «и иже с ним(и)». Раньше это было чрезвычайно распространенное относительное местоимение мужского рода, составленное из местоимения И («он») и частицы ЖЕ. В итоге получаем «он же», в современном переводе — «который». Склонялось это слово самым обычным образом: (и)егоже, имуже, имже… В женском роде было ИАЖЕ / ЯЖЕ (еаже, ейже, юже, еюже, нейже), а в среднем — ЕЖЕ.
Например, в Евангелии:
Онъ же нача ротитися и клятися, яко не вѣмъ Человѣка Сего, ЕГОЖЕ вы глаголете. — Он же начал клясться и божиться: не знаю Человека Сего, о Котором вы говорите (досл: его же вы говорите).
Идѣта въ весь, ѢЖЕ естъ прѣмо вама. — Идите в деревню, которая (досл.: она же) прямо перед вами.
И шуточное: «Блажен муж, иже / Сидит к каше ближе!»
***
Г.А.Хабургаев. Старославянский язык. М., 1986.
В.В.Иванов. Историческая грамматика русского языка. М., 1990.

К вопросу о #феминативы , #русский_язык , #реал
Рельсошпалоукладчик - механизм,
Рельсошпалоукладчица - девушка за пультом, а мужчина за тем же пультом - машинист. Со слов знакомого - помощника машиниста тепловоза.

#опрос #феминативы #русский_язык

#опрос #феминативы #русский_язык

#опрос #феминативы #русский_язык

#опрос #феминативы #русский_язык

#русский_язык

В Бутурлиновском районе Воронежской области есть село Гвазда. На Гвазде родился мой прадед, но ещё когда он был ребёнком, их семья переехала с Гвазды на Высокий — посёлок в Таловском районе.

Именно так — на Гвазде, с Гвазды, на Высокий — говорят местные жители. Причём такое употребление предлогов не универсально, оно работает лишь с несколькими топонимами.

#жизненное #всякая_фигня #русский_язык

Вас не бесит, когда отечественные политики или ученые говорят на камеру, к примеру, фразу "более восемьсот гектаров"?

Я учил русский язык в школе, падежи учил, я знаю, что правильно "более восьмисот гектаров". Мне прям жестко режет слух, когда люди не умеют ставить числительные в разные падежи. И особенно, когда это делают те люди, которые должны быть образованными.

#матчасть #русский_язык #пики


Кофе женского рода!

#русский_язык
Когда я не работаю, так и тянет снова влезть на табуреточку в блогах)))
Вот почему-то кажется таким упоросом слово "здОрово" в контексте нцы. Как кто-то кого-то здорово приласкал да как этот второй/эта вторая кто-то себя здорово чувствовал. У меня это слово ассоциируется с чем-то бравурно-советским, бодро-пионерским, типа, "Здорово быть пионером" или что-то подобное. И когда такое здорово быть пионером оказывается в нце, мне смешно и не атмосферно. Тем более есть же миллион синонимов, чтобы описать все степени неземного блаженства, что ж им далось это "здорово"... 😄

#русский_язык #феминативы #матчасть

В спорах о феминативах я люблю подчёркивать, что не существует никаких специальных феминативов для жён: чиновница — это и женщина-чиновник, и жена чиновника, солдатка — это и женщина-солдат, и жена солдата, купчиха — это и женщина-купец, и жена купца, докторша — это и женщина-доктор, и жена доктора. Прикладывая иллюстрации для наглядности:


Это сильный риторический приём, потому что он слегка шокирует людей, имеющих иллюзии на этот счёт, особенно о финали -ша (хотя казалось бы, достаточно очевидно, что привычка определять жену через род занятий мужа в принципе уходит в прошлое и по большей части осталась в XIX веке).

Но на самом деле я преувеличиваю (-: Есть несколько групп слов, с которыми это не работает.

#история #русский_язык

Александр Шишков, известный радетель за чистоту русского языка, над которым за это подшучивали Пушкин и Белинский, не любил слово развиваться — ведь это калька с французского se devélopper. Слово, которое он предлагал взамен, современному человеку покажется едва ли не антонимом развитию — это слово прозябать. Дело в том, что это слово, старославянизм по происхождению, изначально имело значение «расти, прорастать» — обычно о растениях. Этимологически оно связано со словом зябь, т.е. «поле, вспаханное с осени под весенний посев». Само биологическое царство растений называли царством прозябаемых. Правда, уже во времена Шишкова слово прозябать воспринималось как архаичное или книжно-педантское. Его постепенно начали использовать в смысле «вести растительное, бессмысленное существование», сначала иронически, и потом, когда старое значение совсем забылось, уже без всякой иронии.

Подробнее тут: https://etymolog.ruslang.ru/vinogradov.php?id=prozjabat

#русский_язык #история и отчасти #писательство
Иногда у писателей (странные люди эти писатели, чего им только в голову не приходит) возникает идея вставить в свое творение фрагмент с дореволюционной орфографией.
Впрочем, традиция эта древняя и почтенная. Подтверждение от авторитета:
Но тут случается всякое. Вот автор — причем весьма известный! — пишет:

#цитаты #русский_язык #феминативы #матчасть

И. А. Гончаров, «Пепиньерка».

P.S. А пепиньер — это класс подготовки пепиньерок, а не мужчина того же рода деятельности, что и пепиньерки. Впрочем, не жало же никому называть мужчину того же рода деятельности, что и маникюрши, маникюром.

#цветы_реала #русский_язык
Привычка делать утреннюю гимнастику под разнообразную музыку приводит к тому, что временно ничем полезным не занятая голова — а попробуйте в такт прыжкам и отжиманиям умные думы думать! — начинает задаваться дурацкими вопросами.
На сей раз я зацепилась за строчку из знаменитой песни «На безымянной высоте». Надо сказать, что исполнители довольно ясно выпевают все звуки — так что даже безударные звучат четко. Не то чтоб я их прицельно регистрировала, но тут уж не услышать трудно. И стало мне интересно: а как эта строчка звучит у других певцов?
Дай-ка, думаю, гляну: на что ж нам Интернет даден?
Силы небесные, да кто бы знал, что столько народищу пело / поет эту самую песню! Ладно бы женщины, но ведь и дети малые.
Ну, кое-кого из них я помню, конечно. Но 90% исполнителей... Ужас как я отстала от эстрадной жизни. В общем, имена и фамилии — по данным сайта «Музыка Mail.ru». Может, и переврали где.
Грант под это исследование, пожалуй, получить не удастся, — опубликую-ка его на Фанфиксе. Итак, что показали результаты расследования на тему: «НЕ vs НИ на всенародном певческом референдуме»?

— поют: «и как бы трудно НИ бывало, / ты верен был своей мечте».

— поют: «и как бы трудно НЕ бывало, / ты верен был своей мечте». Название последнего ансамбля — «Завтрашний День» — звучит прямо пророчески: НЕ и в самом деле слышится в 1,7 раза чаще.

А варианты есть?
Есть!!
Ядвига Поплавская & Александр Тиханович, Максим Кукнерик & Анатолий Анцупов, а также группа «Челси» поют вразнобой.
Хор Академического симфонического оркестра Санкт-Петербурга поет «и как бы трудно НИ бывало»… в основном.
Адилет (Шайлобек-Тегин) вместо этой роковой строчки просто повторяет «но только крепче мы дружили»; к аналогичному фокусу прибегает и Рашид Алиев (но это, похоже, и вовсе тролль: сложно поверить, чтоб у человека до такой степени не было ни голоса, ни слуха).
Звезды эстрадной и оперной сцены Эдуард Хиль, Владимир Трошин, Евгений Нестеренко и Борис Штоколов… благоразумно пропускают этот куплет вообще.
А Виктор Степаков (SoLiD) — самый хитрый.

В качестве контрольного образца выступила песня Р.Паулса «Старинные часы».
19 певиц и певцов убеждены, что ход времени неудержим: «И время НИ на миг не остановишь».
А вот 26 исполнителей, во главе с дорогой Аллой Борисовной, уверены, будто на миг — но только на миг! — можно: «И время НЕ на миг не остановишь». (Доктор Фауст в восхищении!)
Разница менее значительная, но в целом тоже в пользу НЕ.
Не знаю, можно ли отсюда вывести какую-либо мораль. Разве что — выбор большинства — не всегда правильный выбор. Но это звучит как-то недемократично.

И бонусом: в песне соблазнительницы из «Бриллиантовой руки» — «Помоги мне» — Наташа Королева (урожд. Порывай) выдает интересный фонетический эффект.
В «помоги» и «гибнет» у Наташи при первом использовании каждого слова звучит «Г» [ɡ], а при повторе, когда оно произносится с особенным надрывом, — совершенно четкий южнорусско-белорусско-украинский [γ]: почти «помохи» и «хибнет» (с жестким Х) — так называемый «фрикативный Г».
У Аиды Ведищевой — исконной исполнительницы, а также у Нины Бродской и Ольги Пирагс во всех случаях — однозначно [ɡ].
Мне прям сразу вспомнился второй курс универа и диалектологическая практика. И заодно профессор Генри Хиггинс из «Пигмалиона».
Для справки: в русском языке фрикативный Г считается фонетической нормой только в словах «Господь / Господи», «ей-богу» и… «бухгалтер». А также «ага», «ого» и «о-го-го».
Бухгалтера в этом месте могут гордо приосаниться: о-го-го!

#русский_язык #матчасть

О склонении/несклонении топонимов на -ово/-ёво/-ево/-ино.

Взяло меня любопытство, а когда вообще появилась эта тенденция к несклонению. Её приписывают речи военных и географов, якобы во времена Русско-Японской, Первой Мировой или даже Великой Отечественной войны так записывали топонимы для пущей точности. Для меня эта идея выглядит сомнительной, потому что уже в начале XX века несклонение иногда встречается в речи людей, никак не связанных с армией или географией. И вот откопал я пока что самый ранний известный мне пример такого словоупотребления, и не абы какой.

Письмо Фёдора Михайловича Достоевского к Александру Петровичу Милюкову, июнь 1866 года: