Пазл расколотой души, или Волдемортами не рождаются (джен)

Мальсибер не менее Повелителя был утомлен бессонной ночью, вызванной не только отслеживанием разговоров двух Тёмных Лордов, но и помощью аппарировавшему к нему домовику, который ничего не мог объяснить, а только скулил, трясся и просил пить. Отданного Лорду эльфа Ойген даже не надеялся увидеть живым, и когда тот вдруг вернулся и рухнул на пол, испугался и обрадовался разом. Он ничего не мог поделать с его странным недугом и ничем не мог помочь, так что, напоив и уложив его в свою постель, дал несчастному домовику безоар и, устроившись на мягком диванчике, сам не заметил, как заснул. Проснулся он только тогда, когда проголодавшийся котёнок уселся хозяину на грудь и начал жалобно мяукать.

— Сейчас, — сонно проговорил Ойген, гладя котёнка за ухом. А потом, вспомнив то, что было ночью, рассмеялся и, поднявшись, подхватил котёнка на руки и подошёл проверить эльфа. Тот спал, и Мальсибер занялся котёнком, вызвав домового эльфа Малфоев и стребовав тому еды, а себе — чая.

— Что, хозяин твой проснулся? — спросил он. — Передай ему, что я был бы рад его увидеть, как только он сможет.

— Хозяин Люциус давно проснулся, — кивнул эльф, — Нобби всё передаст хозяину.

— Принеси тогда мне завтрак, — решил Ойген и начал одеваться.

— Что пожелает на завтрак гость хозяина? — деловито уточнил эльф.

— Яичницу, ну и к ней чего-нибудь... И кекса к чаю. И хозяина в собеседники, — пошутил он.

— Нобби сделает, — поклонился ему эльф и пропал.

Вернувшись, он быстро сервировал на маленьком столике завтрак — яичницу, бекон, тосты с джемом, чай и лимонные кексы и, закончив приготовления, сказал:

— Нобби всё принес, кроме хозяина. Хозяин придёт сам.

Котёнок Рудперт, учуяв запах бекона, облизнулся и крадучись стал подбираться к столу.

— Благодарю, — Мальсибер отпустил эльфа и, усевшись за стол, перехватил котёнка в полудюйме от тарелки. — Ты же маленький и не ешь такое! — засмеявшись, сказал он.

— Миу-у! — запротестовал котёнок, который был убежден, что он Это ест! И ещё как ест! — Ми-иу!

— Но котята не едят бекон! — возразил Мальсибер, удерживая его в руках. — Но можешь попробовать яйцо, — решил он, убирая бекон с тарелки и сажая котёнка рядом. — Если хочешь.

Котёнок хотел — и тотчас же ткнулся мордочкой в тарелку, тихонько урча.

— Мерлин мой, Ойген, — изумился вошедший в комнату Люциус, — ты уже кормишь это животное из своей тарелки?

— Вот и славно, — довольно проговорил Мальсибер. — А бекон я съем потом... О, Люциус. Входи. Хочешь чаю? Глупо предлагать его тебе в твоём же доме, понимаю, но не сделать этого невежливо — и я не знаю, как мне поступить. А вообще мне есть, что рассказать.

— Ну так рассказывай, — Люциус со страдальческим видом покосился на поедающего яичницу котёнка и, тщательно расправив шелковую мантию, опустился в кресло. — Мы не видели на завтраке ни тебя, ни Повелителя и уже начали беспокоиться.

— Я проспал — и ты сейчас поймёшь, почему. А Лорд... — Мальсибер рассмеялся. — Я боюсь, что у него проблемы. Большие проблемы... с самим собой шестнадцатилетним.

— Если проблемы у Лорда, — кисло сказал Люциус, — то, боюсь, очень скоро они начнутся и у нас.

— Ты понимаешь, — Мальсибер снова засмеялся, — они слишком... специфические. Я не знаю, каким был настоящий Лорд в шестнадцать, но тот... не знаю, как назвать... кусок? — в его голове таков, что Северус, к примеру, рядом с ним — словно Эйв в сравнении с ним самим. Представляешь вот такое в голове? И никуда не деться. Этот... Лорд зовёт его Томом — постоянно оскорбляет его, упрекая в глупости и в отсутствии мозгов, — он опять рассмеялся и, поддев вилкой кусок яичницы, отправил его в рот.

— Мерлин, — ужаснулся Люциус, — и он терпит?

— А куда ему деваться? — Мальсибер расхохотался. — Правда, он грозился выселить его — но он не знает, как это можно сделать. И заткнуть его не может. Ты бы слышал, как Том разговаривает... между нами, он ужасно груб — Лорд даже как-то выразился в том смысле, что можно вывести Тома из приюта, но не приют из Тома.

— Странно, — удивился Люциус, — Лорд никогда не был грубым, скорее, издевательски вежливым. Но проблемы, я думаю, у нас всё же будут — ведь Повелитель, не имея возможности справиться с... Томом, отыграется на нас. И о каком приюте ты говоришь? — с любопытством добавил он.

— Так он жил в приюте, — удивился Мальсибер — а затем смутился. — Мерлин, я совсем запутался в том, что мы все знаем, а что — только я из-за всего этого... В общем, в детстве Лорд жил в маггловском приюте. Мне, пожалуй, тоже странна эта грубость — но ведь мы не знали его в детстве. А проблемы будут в любом случае — но... прости, я делаю всё, что могу, — развёл он руками.

— Тёмный Лорд в маггловском приюте, — пробормотал Люциус, — немыслимо.

— Да, представь себе, — с неожиданной печалью сказал Ойген. — Знаю, это странно, но ты знаешь... мне порою его жаль. Как представлю его мальчиком у магглов... — он повёл плечами и умолк.

— Ну, Поттер тоже рос у магглов, — пожал плечами Люциус, — и ничего, не умер.

— Так он рос в семье, — возразил Мальсибер. — Кажется, у тётки. А тут такое место странное... я немного посмотрел — это ужас, Люци. Ты представь, там есть такие дети, у которых вовсе нет родных — и которые никому не нужны. Совсем. И их селят в таких... в больших домах — и обращаются ужасно. А они друг с другом — ещё хуже.

— Вот почему он такой, — задумчиво сказал Люциус, — это многое объясняет.

— Объясняет? — переспросил Мальсибер. — Расскажи мне, — попросил он.

— Я всегда удивлялся, — негромко сказал Люциус, — почему Повелитель так поступает. А теперь понял — ему просто нет ни до кого дела. У него нет своих — семьи, друзей, близких... да они ему и не нужны. Он никому не доверяет, никого не любит и ни о ком не жалеет. Ему просто негде этому было научиться.

— Да, пожалуй, — тихо проговорил Мальсибер, больше не смеясь. — Может, дело в этом, а не в этих... хоркруксах, как я думал. Ты не представляешь, насколько у него там холодно и мрачно. Но всё это лирика, — оборвал он сам себя, — а главное — он понял, что Поттер — седьмой хоркрукс.

— Так, может, он его теперь и убивать передумает? — с надеждой спросил Люциус. — А то ведь у него идея-фикс была — убить Поттера! Ни до чего больше дела нет, только мальчишку уничтожить.

— Он и передумал, если я всё верно понял, — кивнул Мальсибер. — Так что у него теперь появится другая цель... и я даже рискну предположить, какая именно. Люци, ему нужен дом, — мягко проговорил Ойген.

— То есть он решил отсюда переехать? — моментально отреагировал Малфой. — Мерлиновы штаны! Наконец-то! Ойген, ты гений! Сегодня же начну искать подходящий вариант — знать бы только, что ему покажется подходящим.

— Погоди, — остановил его Мальсибер. — Ты не можешь просто так подарить ему дом — не с чего. Речи-то об этом не было — и будет скверно, если Лорд сообразит, что это не простое совпадение. А учитывая его подозрительность... В общем, ты ищи, конечно — но тихонько.

— Обязательно, — согласился с ним Люциус, — поскорей бы! — и он мечтательно зажмурился, представив свой дом без Тёмного Лорда.

* * *

Проснувшись поздним утром, Тёмный Лорд с неудовольствием посмотрел на оставшуюся беспризорной чашу и снова подумал, что пора обзаводиться собственным домом. Сколько можно жить по чужим... поместьям!

Цель была поставлена — оставалось лишь её достичь. Однако чем он дольше все обдумывал, тем больше у него портилось настроение. Потому что её воплощение требовало денег, а их... Не было. Во всяком случае, своих.

— Дожил, — пробормотал он расстроенно, — к семидесяти годам ни дома, ни денег, ни работы. На что я потратил собственную жизнь? На кучу кретинов с Метками?

Нагини сочувственно зашипела и положила голову к нему на колени, а Том в его голове буркнул:

— Я всегда хотел работать в школе! Если бы не Дамблдор, так бы всё и было!

— Тебя с Поттером познакомить? — спросил Тёмный Лорд. — Представь, что у тебя полный класс таких Поттеров. Наши Гойл с Крэббом на его фоне гении. В школе он работать хотел...

— Так не надо было делать из него хоркрукс! — ядовито откликнулся Том. — Так что это не пример! А другие — что я, с детьми не справлюсь? — фыркнул он презрительно. — Зато был бы жив, цел и никакой войны бы не понадобилось! Они все за мной пошли бы — и без всяких Меток!

— Может быть, ты и прав, хотя бы в части хоркруксов, — согласился Тёмный Лорд. И подумал, что Том, при всей редкой мерзости нрава, иногда всё же говорит дельные вещи. — Но какой смысл говорить об этом сейчас? Где деньги будем искать, Том?

— Как где? — изумился тот. — У нас же есть эти... с Метками. Я надеюсь, они все богаты так же, как хозяин этого жилища? Вот и пусть поделятся. А, вернее, просто отдадут нам всё, что есть. Деньги — это тоже власть, — добавил он довольно. — Всё равно они рабы — а имущество раба, если я не ошибаюсь, принадлежит хозяину.

— Том, — вздохнул Тёмный Лорд, — ты же в школу ходил. Сначала в маггловскую, потом в Хогвартс. В твоей светлой голове не задержалась информация о восстаниях рабов — или о тех же гоблинских войнах? Ты этого хочешь? Никогда не надо загонять кого-то в угол. А вот сделать так, чтобы они сами с радостью отдали нам деньги — это было бы неплохо, — наставительно добавил он.

— Ты о чём вообще? — изумился Том. — О каком восстании? Они — наша собственность! Да если они даже попытаются, мы с тобой убьём их, да и всё! Ну или сделаем так больно, что они и думать о таком забудут!

— Опять, — скривился Тёмный Лорд. — Ты не делаешь выводов. Ну, убил я Селвина — и что? Его деньги вернулись в семью. Какая нам от этого польза?

— Так надо было сперва забрать их! — словно идиоту пояснил Том. — Нужно просто их заставить всё отдать нам. Пригрозив, что в противном случае мы их всех убьём. И семьи тоже.

— Тебе с такими замашками в Лютный надо, — ответил Волдеморт. — Топорная работа.

— Я, по крайней мере, что-то предложил! — парировал Том. — А ты всё сидишь и ноешь — ах, где мне денег раздобыть! Ах, я такой несчастный, у меня нет дома и профессии! Тьфу! — он сплюнул раздражённо.

Нагини недовольно зашипела и оскалилась. Происходящее с хозяином ей не нравилось.

— Томми-Томми, — насмешливо сказал Лорд, — твоё предложение из разряда идиотских. Пожалуй, я погорячился насчет Лютного — даже там не любят сторонников настолько радикальных действий. Нет, мы сделаем проще. Как ты думаешь, Малфою очень нравится наше присутствие в доме? И на что он готов, чтобы мы его покинули? Зная сыночка Абраксаса, не удивлюсь, если он предложит своим «боевым товарищам» скинуться на дом для Тёмного Лорда — не одному же ему страдать!

— Ты что, будешь их ПРОСИТЬ?! — презрения в голосе Тома хватило бы и на десяток человек. — Может, даже на коленях? Пожа-а-алуйста, — тоненько заголосил он, — дайте мне немного ваших... ой, моих — но формально ваших де-е-енег! Так?!

— Я тебя для этого выпущу, — пообещал ему Тёмный Лорд, — с ума сошёл — просить?

— С тебя станется, — не сдавался Том. — Так что ты сделаешь? Прикажешь?

— Поделюсь идеей создать здесь сборный пункт для наших союзников, — оскалился Лорд. — Приглашу пожить Фенрира со стаей, великанов, дементоров, акромантулов, горных троллей, егерей...И сделать базовые лагеря в домах всех остальных. Нет, я мог бы сделать это у себя — но все силы отдал борьбе, не обзаведясь даже своим углом, так что придется им потерпеть.

— И чего? — недоуменно спросил Том. — Так они же согласятся.

— Пусть соглашаются и потерпят такое соседство, — ответил Лорд. — А то что-то им жизнь стала праздником казаться.

— Тебе же свой дом нужен был, — напомнил Том.

— Нужен, — согласился Волдеморт. — Не хочешь жить в родовом гнезде, кстати? Хижину Гонтов я спалил Адским пламенем, а вот особняк Риддлов цел. Правда, там никто не рискует поселиться.

— Ты что, хочешь поселиться в маггловском жилище?! — разъярился Том. — Тебе приюта было мало?!!

— Маггловское, не маггловское — философски заметил Тёмный Лорд, — а по праву наследования наше. Кто говорил, что своё отдавать нельзя?

— Оно маггловское! — яростно повторил Том, но было слышно, что он, на самом деле, растерялся и не знает, что ответить. Но и соглашаться не желает.

— И магглы в гробу перевернутся, когда мы там поселимся, — усмехнулся Волдеморт. — Хотя бы ради этого стоит — и ради земли Гонтов поблизости. Кстати, там можно отстроить уже магический дом.

— Да делай ты, что хочешь! — буркнул, явно не найдя возражений, Том — и обиженно умолк. Лорд прямо ощущал, как тот скрестил руки на груди и надулся.

— Спасибо, Том, — вежливо поблагодарил мальчишку Волдеморт. Ну что же, одна сторона согласна — осталось дожать другую.