Мыслит — значит, существует (гет)

В то утро Гарри спустился в Большой зал к завтраку самым первым. Постепенно столы начали заполняться учениками, принявшимися за еду. И вот, когда в зале собралась уже добрая половина школы, Гермиона увлеченно мазала тост, Луна вырезала сердечки на бруске сливочного масла, а Невилл как раз здоровался с Гарри, над столами разнесся пронзительный крик.

— Гарри!

Все как один обернулись к источнику шума, бесцеремонно нарушившего трапезу. К их столу стремительно бежала Дафна. Она буквально коршуном налетела на Гарри и крепко прижала его к себе.

— Как ты угадал?! Нет, забудь, глупый вопрос, ну конечно, ты всё знал… Но… О Мерлин, спасибо тебе, Гарри!

— Дафна, если бы ты могла обнимать меня не так сильно, — прохрипел он. — Позвоночник у меня всего один, и я им, представь себе, дорожу.

Дафна наконец выпустила Мальчика-Который-Выжил из объятий. Ее щеки тут же тронул легкий румянец.

— Ой, извини, — смутилась она и добавила: — Спасибо.

Не успел Гарри ничего ответить, как она скрылась из виду так же внезапно, как и появилась.

Все ученики какое-то время пристально разглядывали Гарри, надеясь найти объяснение случившемуся. Однако, сообразив, что никаких разъяснений они не дождутся, ребята вернулись к куда более важному занятию — к завтраку.

— Это еще что сейчас было, Гарри? — недоуменно спросил Невилл.

— Да ничего особенного, Невилл. Просто Дафна умудрилась выставить себя на посмешище перед всей школой в собственный день рождения. Ну и меня заодно втянула.

— У нее сегодня день рождения?! — изумилась Гермиона.

— А ты не знала? — повернулся к ней Невилл.

— Я знала, что он в этом месяце, раз уж в прошлом Гарри сказал, что ее день рождения будет в следующем. Но точной даты я не помнила. И всё же это никак не объясняет ее бурную реакцию.

— Полагаю, ей понравился подарок, — пожал плечами Гарри.

— Если так, она от него явно в полном восторге! — воскликнул Невилл. — Но как ты угадал, чего она хочет?

Гарри бросил на него многозначительный взгляд.

— И только не надо снова про правило номер три, — поспешно добавил Невилл. — Кстати, почему именно номер три? Нет, серьезно, я хочу знать, как ты догадался.

Гарри вздохнул.

— Я заплатил Паркинсон, чтобы она прочитала ее дневник.

— Если Дафна об этом узнает, она будет в ярости. Надеюсь, ты это понимаешь? — Невилл недовольно покачал головой.

— Ну, мне показалось, она выглядела вполне счастливой, — отозвался Гарри.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я, Гарри.

— Понимаю. Но в любом случае моей вины здесь нет. Сам-то я в ее дневник не заглядывал, это всё Паркинсон.

— Но ты ведь заплатил ей за это!

— Не совсем. Она занималась этим и раньше, совершенно бесплатно. Так что я, по сути, просто купил информацию.

Невилл в свою очередь тяжело вздохнул и заметил:

— Ты должен хотя бы сказать Дафне, что Паркинсон читает ее дневник.

— Именно это я и собираюсь сделать.

* * *

Спустя два дня Пэнси Паркинсон нашли в одном из подземелий — она висела вниз головой, привязанная к потолку за ноги, и была без сознания. Девочку тут же доставили в больничное крыло и привели в чувство, но виновницу случившегося так и не нашли.

Гарри тем временем ходил мрачнее тучи. Друзья были уверены, что всё дело в Локхарте, чьи чудачества ему теперь приходилось терпеть наравне со всей остальной школой. Сам он, впрочем, это отрицал и утверждал, будто лекции профессора всего лишь мешают ему войти в резонанс с животным внутри себя — что бы это ни значило.

Истинная причина его дурного настроения выяснилась лишь в конце января, когда во время ужина директор поднялся со своего места.

— Я должен сделать важное объявление, — звучный голос Дамблдора разнёсся над столами Большого зала. — Благодаря неоценимой помощи юного Гарри Поттера вход в Тайную комнату был успешно найден, а обитавшее там чудовище — обезврежено. Таким образом, события, омрачавшие первый триместр, больше не повторятся. Благодарю за внимание. И еще пятьдесят очков Рейвенкло за это выдающееся открытие!

* * *

— Почему ты такой хмурый, Гарри? — удивилась Гермиона. — Тебе радоваться надо, ведь ты смог отыскать Тайную комнату!

— Я знаю, Гермиона, но я собирался спуститься туда в одиночку, чтобы препарировать василиска. Хотел проверить, сгодятся ли его части для редких зелий. Но Дамблдор вставил мне палки в колёса, и теперь этим занимается Снейп! Подумаешь, пятьдесят очков! Да пусть бы он мне хоть пятьдесят тысяч начислил — я бы всё равно предпочёл, чтобы вместо них мне достался флакон с ядом василиска.

— Но как директор вообще на тебя вышел? — спросила Дафна.

— Вот это и есть самое паршивое: он меня скопировал!

— Скопировал? — переспросил Невилл.

— Да, Невилл, скопировал. Приставил ко мне домашних эльфов, чтобы они за мной шпионили. Он не имел права так поступать! Вообще-то, это я всегда использовал домовиков как личную информационную сеть…

— Какое вопиющее безобразие с его стороны, действительно, — с самым серьёзным видом поддакнула Дафна.

— Спасибо, конечно, за попытку меня утешить, Дафна. Но в следующий раз постарайся, чтобы в твоем голосе было хоть немного меньше сарказма.

— А с чего ты взял, будто я пыталась тебя утешить? — хмыкнула Дафна.

— Да, кстати, а где Луна?

— Прости, но я вообще не вижу связи, Гарри, — подал голос Невилл.

— А я не вижу Луну.

— Думаю, она сейчас с Джинни.

— Надеюсь, они там не валентинки для меня строчат.

— Знаешь, Гарри, мир не вращается вокруг одной твоей персоны. — Дафна демонстративно закатила глаза.

— Прекрасно это знаю, Дафна. Но я живу на этом свете всего двенадцать лет, так что дай небесным телам время привыкнуть к моему присутствию.

— Терпеть тебя не могу, идиот самовлюбленный, — процедила она.

— Спасибо, — Гарри сухо улыбнулся.

* * *

К несчастью для Гарри, он оказался прав. Хуже того, организацию Дня святого Валентина поручили Локхарту, который подошел к делу со своим весьма сомнительным вкусом. В итоге Гарри получил целых четыре валентинки.

Первую от Сьюзен Боунс, которая благодарила его за помощь с уроками. Словно у Гарри вообще был выбор! Эта девочка твердо считала, что слово «нет» ответом быть не может. Две открытки ему и вовсе пропел мрачный карлик, наряженный Купидоном. Судя по всему, Луна и Номер Семь превзошли сами себя, создавая эти шедевры экспериментальной поэзии. Последняя валентинка оказалась анонимной, и в ней автору признавались в безоговорочной любви.

— Очень остроумно, Дафна, — сухо обронил Гарри.

— Как ты догадался, что это я? — Дафна в изумлении уставилась на него.

— Я применил чары обнаружения, которые показали, что почерк был изменен, так что я просто снял заклинание и узнал твой почерк.

— Ты теперь на все любовные письма чары обнаружения накладываешь? — хмуро поинтересовалась она. Было очевидно, что её сильно задело такое быстрое разоблачение.

— Нет, только на анонимные, — спокойно ответил Гарри. — Дружеский совет на будущее, если не хочешь снова попасться: не используй магию, лучше попробуй изменить почерк вручную. Магловские методы, конечно, сложнее, зато их невозможно засечь никакими чарами.

— Сама знаю. Ты лучше Малфою это объясни. Он у нас кретин, а не я.

— Знаю, Дафна. И спасибо за открытку. Мне кажется, для некоторых вещей, о которых ты там понаписала, мы еще маловаты, но звучит многообещающе.

— Идиот, — бросила она. — Если тебе больше нечего сказать, я пошла.

Гарри лишь с улыбкой проводил ее взглядом, глядя, как она стремительно направляется к выходу.