Пазл расколотой души, или Волдемортами не рождаются (джен)

— Мой Лорд! — довольный Люциус вошёл в комнату, где проходило собрание, и радостно выпалил: — Архитектор прибудет завтра с утра!

— Замечательно, — прошипел всё ещё разозлённый Повелитель, мрачно смотрящий на Лестрейнджей. Вот с кого Метки он не снимет ни за какие... маффины! Надо же, какие таланты к интригам открылись у старшего Лестрейнджа, так что терять над ним контроль нельзя ни под каким видом. — Все могут быть свободны.

— А что здесь было-то? — еле слышным шёпотом спросил Люциус у бледного, как смерть Мальсибера, еле держащегося на ногах.

Тот измученно улыбнулся и слегка качнул головой, прося этим жестом дождаться, покуда они останутся одни, благо Лорд явно собирался уходить. И когда он это сделал, Ойген рухнул в кресло и некоторое время там лежал, покуда Люциус придвигал его к огню и укрывал пледом. Его оставили в покое — а Родольфус, искоса поглядывая на так некстати не последовавшую вслед за Лордом Беллатрикс, сказал:

— Я изложил Милорду новую политическую программу, и он был так милостив, что согласился с ней. Это в целом. А в частности, — он неожиданно весело усмехнулся, — он весьма пенял нам с Беллой на отсутствие детей.

— Мерлин, — ответил не ожидавший такого развития событий Люциус, — как... неожиданно. А что за программа? — с любопытством спросил он.

— А я расскажу, — пообещал Родольфус. — Давай только Тони дождёмся... а то нехорошо — программа-то общая. Белла, дорогая, — обратился он к сидящей с крайне странным выражением лица жене, — с тобой всё в порядке? Ты не хочешь отдохнуть перед, — он сделал паузу, — вечерними делами?

— Просто мечтаю, дорогой, — резко ответила Беллатрикс, — а пока пойду обрадую сестру. В свете вашей новой программы ей стоит быть заранее готовой к тому, что Драко придется жениться на грязнокровке!

И она вышла из комнаты, изо всей силы хлопнув дверью.

— Ничего не понимаю, — озадаченно произнёс Люциус. — При чём здесь Драко? Какая ещё женитьба на грязнокровке?

Родольфус почти беззвучно рассмеялся. Он вообще выглядел необыкновенно довольным и даже, кажется, помолодевшим.

— Говорю же — дай дождаться Антонина... А вот, кстати, и он, — радостно поприветствовал он входящего в зал Долохова. — Как же ты опоздал! — поприветствовал его Родольфус. — Лорд потребовал программу, что нам поручил.

— Мать! — вполне предсказуемо ответил Долохов. — И как ты выкрутился? Потому что я вообще про неё забыл.

— Ну как, — очень задумчиво протянул Родольфус.

И рассказал. В подробностях. С огромным удовольствием разглядывая на глазах вытягивающиеся лица Долохова и Малфоя.

— Да что ж ему всё неймётся-то, а? — зло сказал Долохов. — А ты, Руди, сообразить не мог, что по краешку ходишь? Он же тебя после первых же слов про кражу магии мог заавадить! Не говоря уже про браки с магглами. То-то Белла вылетела отсюда злая, как голодная мантикора.

— Не мог, — подал голос Мальсибер. — Тебя не было — а у меня, между прочим, вышло кое-что. Ты вот знаешь, например, — спросил он, разворачивая кресло к ним, — где наш Лорд провёл всё детство?

— Да откуда? — удивился Долохов. — Судя по всему, в Лондоне или где-то неподалеку от него. Говорит он без акцента — хоть шотландского, хоть ирландского, так что я его всегда хорошо понимал — для меня-то английский не родной.

— Он провёл его в приюте, — сообщил ему Мальсибер. — В маггловском приюте. Знаешь, что это такое?

Долохов явно знал — потому что разразился долгой, прочувствованной нецензурной тирадой — сначала на английском, а потом, видимо не найдя подходящих слов, на русском.

— Видел я приютских, — буркнул он, закончив сольное выступление. — Маггловских, правда. Крысёныши, из которых иной раз вырастают крысиные волки. Если раньше никто не придавит.

— Ну, вот он и вырос, — продолжал Мальсибер. — Когда Руди говорил обо всём этом, я старался, чтобы он вспоминал себя... и мне, похоже, удалось. Кстати, у меня есть ещё новость. Метку с Эйвери наш Лорд тоже снял — и велел не показываться больше на глаза — так что, — добавил он с улыбкой, — больше тебе с ним не мучиться.

— С Эйвери-то почему? — изумился Долохов, непонимающе глядя на Мальсибера. — Ну с тобой более-менее понятно, но Эйвери? Да он скорее бы его заавадил!

— Он меняется, — ответил тот. — Мне кажется, он становится более... человеком, что ли. И он хочет собрать себя. Снова. Целиком.

— Ну, тогда пусть собирает, — Долохов, похоже, всё ещё был под впечатлением от услышанного. — Может, и выйдет из этого что-нибудь пристойное. Устал я уже мотаться по Британии и террор устраивать. Да и для здоровья вредно работать не то пугалом, не то дементором. Ещё бы отпустил меня отсюда, — мечтательно сказал он, — а то осточертело жить под боком у дорогого Повелителя.

— Поверь, я стараюсь, — почему-то виновато проговорил Мальсибер. — Чтобы он отпустил всех вас. Но ведь это не Империо — я не могу его заставить. Зато, — добавил он, повеселев, — я, кажется, нашёл для него остров, на котором он решил построить дом. Далеко отсюда, — подчеркнул он. — Нам всем нужно скинуться, я думаю? — спросил он у Малфоя.

— Да-да, разумеется! — торопливо проговорил Малфой. — Удовольствие явно не дешёвое, но оно того стоит. Мерлин, неужели он переключится на что-то нормальное? Пусть строит дом, проводит какие угодно политические программы, разыгрывает карту со злодеем Фаджем, — он фыркнул от смеха. — Фадж в роли Мирового Зла!

— Ну, я предлагал Слагхорна, — заметил Родольфус. — Но он даже возмутился... вообще, это интересно. Почему вдруг? Пожалел старого учителя?

— Может, факультетская солидарность? — предположил Люциус. — Фадж всё же с Хаффлпаффа.

— Нет, — хмыкнул Долохов, — просто Фаджа считают марионеткой Дамблдора, в отличие от Слагхорна. Очень уж наш Лорд Дамблдора не любит.

— Не любит, — кивнул Родольфус. — Я поэтому Слагхорна и предложил — они ведь друзья. Но, пожалуй, Фадж и вправду лучше.

— Думаю, — заметил Люциус, — что нашему Повелителю просто непонятно понятие дружбы. А вот марионетка в его систему ценностей вполне вписывается.

— Интересно, а что будет, если он поймёт однажды, что это такое? — спросил Рабастан. — Вот он удивится...

— Раньше мантикоры травоядными станут, — пробурчал Долохов и прикрыл глаза рукой. — Устал, как собака, — пожаловался он. — Так что пойду-ка я спать, благо хоть рейдов сейчас нет.

— А теперь у нас вместо рейдов стройка будет! — засмеялся Рабастан. — Будем строить дом для Повелителя. Кто фундамент копать, кто камни тесать, кто доски пилить...

— Кто языком болтать, — неодобрительно сказал Долохов. — Балабол.

— Строить будут эльфы, — успокоил их Мальсибер. — А вот с дружбой мысль интересная...

— Ты Лорда, дружащего с кем-то, представляешь? — колко сказал Долохов. — Тогда я завидую твоей фантазии. Или Лорда в роли любящего папаши. Тьфу, не дай Мерлин, приснится, — и он, пожелав всем спокойной ночи, ушёл к себе.

— Не поверишь, — тихо и задумчиво сказал Мальсибер ему в спину. — Как раз в роли папаши я его представляю очень хорошо...

* * *

— Цисси! — Белла, постучав, влетела в малую гостиную, где по вечерам любила проводить время её младшая сестра. — Цисси, это какой-то кошмар!

— Что именно? — с несколько наигранным интересом отозвалась Нарцисса, откладывая в сторону недочитанную книгу.

— Да то, что мой муж сошёл с ума! — зло сказала Беллатрикс. — Ты бы слышала, что он предлагал Повелителю!

— Ты же мне расскажешь? — полуутвердительно спросила её младшая сестра.

— Разумеется! — Беллатрикс упала в кресло, потом вскочила с него и хлопнула в ладоши, вызывая эльфа. — Огневиски! — резко скомандовала она. — Хочу забыть это как страшный сон.

Домовик послушно поклонился, исчез — и через минуту появился с бутылкой Огденского и парой бокалов, которые поставил на столик, а затем так же бесшумно исчез.

Белла, пометавшись по комнате, вдруг ударила кулаком по стене и закричала:

— Ненавижу!

— Белла, что стряслось? — теперь уже по-настоящему взволнованно спросила Нарцисса. — Кого ты ненавидишь? Что у вас случилось?

— Родольфус предложил Повелителю узаконить браки с магглами, — зло ответила Беллатрикс, — признать сквибов и грязнокровок равными нам. Предатель!

— Что?! — ахнула Нарцисса. — Белла, что ты говоришь?! Это невозможно! Почему?!

— Милорд поручил им с Долоховым разработать новую программу действий, — Белла порывисто вскочила с места и вновь заметалась по комнате, — не знаю, что из этого предложил Долохов, но мой муж, — буквально выплюнула она, — заявил, что все грязнокровки на самом деле — потомки волшебников. Или сквибов! И что никакой кражи магии нет! И надо прекратить их преследовать, а в появлении сквибов, оказывается, виноваты чистокровные семьи! Он, видите ли, статистику собрал! И наш Лорд — Лорд его слушал!

Нарцисса молча слушала, давая сестре возможность выговориться. Белла несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

— А ещё, — добавила он, — этот негодяй предложил узаконить браки с магглами! И его ничтожный братец тут же вылез с инициативой — он, видите ли, готов наплодить полукровок! Лестрейндж! Полукровок!

— Он ведь сам полукровка, — после некоторого молчания сказала Нарцисса.

— Кто полукровка? — оторопела Беллатрикс. — Рабастан?

— Про Рабастана я не знаю, — пожала плечами Нарцисса. — Я про Лорда. Его отец — маггл. Помнишь, как он возродился?

— Цисси, — с изумлением сказала Беллатрикс, — как ты можешь говорить такие чудовищные вещи? Повелитель возродился с помощью ритуала, использовав кровь врага и плоть слуги! А поскольку рядом не нашлось никого, кроме этого ничтожества Петтигрю, то возродился он не таким, каким был до проклятого Хеллоуина. Какой ещё отец-маггл? Наш Лорд — наследник Салазара, это знают все!

— А ещё в том ритуале используется кость отца, — терпеливо напомнила ей Нарцисса. — Не веришь — потребуй воспоминание у этой крысы, или вот хоть Люциуса попроси. Он там был. А наследник Салазара наш Лорд по матери, насколько я понимаю. Иначе почему у него была фамилия не Гонт, а Риддл?

— Нет, — резко ответила Беллатрикс, — не верю. И вообще — речь не об этом. Цисси, Повелитель сказал, что можно возродить род Блэков! Если у меня родится сын, то он может носить фамилию Блэк! А Родольфус заявил, что для этого надо развестись! Мерлин, за кого я вышла замуж! Как же я раньше этого не замечала?

— Что значит «не верю»? — неожиданно разозлилась Нарцисса. — Я же говорю тебе — возьми воспоминание и посмотри! Отец Лорда — маггл, и это факт! А что до Блэков — это новость замечательная, — она несколько нервно улыбнулась, явно с усилием беря себя в руки. — Почему Родольфус так сказал, не пояснишь?

— Он сказал, что надо заставить кого-то взять мою фамилию, и тогда мои дети будут Блэками, — зло сказала Белла, — как будто бы забыл, что второй сын в семье мог взять фамилию матери, если больше никого не осталось! А воспоминание... я посмотрю. У всех. У Петтигрю, Люциуса, Эйвери, Нотта — кто там ещё был!

— Белла, — недобро прищурилась Нарцисса, — дело было только в этом? Прежде ни о чём другом Лорд не говорил?

Она очень хорошо знала свою сестру — и о её умении слышать только часть сказанного, причём ту, которая её устраивает, а всё остальное пропускать мимо ушей, Нарцисса знала с детства. И, сказать по правде, это её невыразимо раздражало.

— О чём? — спросила Беллатрикс, — он вообще мало что говорил, только слушал этого мерзавца! А я ещё сначала за него испугалась — что он сошёл с ума и Милорд его сейчас заавадит! Да лучше бы заавадил, чем терпеть такой позор!

— То есть, — уточнила Нарцисса, — Лорду его мысль понравилась? И про магглорождённых, и про полукровок-детей? А почему? Как-то же Родольфус это объяснил?

— Да буду я слушать, как он это объяснил, — резко ответила Белла. — Вот представь, если твоего сына заставят жениться на грязнокровке? Это как вообще?

— Ты — и споришь с Лордом? — подняла бровь Нарцисса.

— Я спорю с Лордом? — изумлённо спросила Беллатрикс. — Я говорю о Родольфусе!

— Но Родольфус не способен заставить моего сына сделать что-либо — тем более, в таком вопросе, — возразила Нарцисса. — Это может только Лорд. По твоим словам я поняла, что он с ним согласился. Я ошиблась?

— Он его запутал, — заявила Беллатрикс, — ты же знаешь, как Родольфус может занудствовать! Заговорит человека так, что он уже не понимает, о чём речь! Это низко — злоупотреблять доверием Повелителя!

— Запутал Лорда? — в голосе Нарциссы явственно зазвучал сарказм. — Белла, ты что говоришь? Да твой супруг гений! — она иронично усмехнулась. — Человек, способный задурить голову самому Лорду — Белла, ты должна гордиться им!

— Что? — Беллатрикс с недоумением посмотрела на сестру. — Ты... ты просто смеёшься надо мной? Да ты… да как ты можешь! — и она вылетела из гостиной, опрокинув столик с бутылкой так и не выпитого ей огневиски.

— Я хотела бы, — вздохнула Нарцисса. — Только мне давно уже не до смеха... однако что они там всё-таки придумали? — проговорила она озадаченно и отправилась на поиски супруга.