Хроноворот Салазара, или О роли детали в истории (джен)

Урок зелий после их ночной эскапады пятикурсникам запомнился надолго. Эйвери, который оказался в паре с Малфоем, при изготовлении простейшего Усыпляющего зелья вдруг отшвырнул нож в сторону — стоявшая рядом Вальбурга Блэк, поставив за мгновение до того, как тот должен был вонзиться в ее левую руку, Протего, осчастливила его кратким нелицеприятным высказыванием и заклятием чесотки — и уставился на лежащих перед ним флоббер-червей дикими глазами.

— Мистер Эйвери, что происходит? — тотчас же отреагировал Слагхорн.

— Всё отлично, профессор, — отозвался Эйвери. Его голос был привычно холодным, но руки подрагивали, и он словно бы прикрывал ладонью флоббер-червей.

Мальсибер, толкнув Тома в бок, хихикнул и прошептал:

— С ума сойти... я даже не ожидал! Ты погляди на его рожу!

Том посмотрел — да, обычно невозмутимая высокомерная физиономия Эйвери была слегка... перекошенной? Нет, скорее потрясенной.

— Эйвери, — манерно растягивая слова, напомнил напарнику Малфой, — ты не забыл, что нам надо нарезать флоббер-червей?

— Простите, профессор, мне что-то нехорошо, — вдруг сказал Эйвери, резко вставая и... сгребая червей в свой карман. — Думаю, мне нужно в больничное крыло. Вы позволите?

— Что такое, мистер Эйвери? — встревожился Слагхорн.

— Думаю, я просто переработал вчера, — быстро ответил Эйвери, сглатывая в тот миг, когда его взгляд упал на методично режущую червей Вальбургу.

— Ступайте, конечно, — кивнул Слагхорн. — Мистер Гонт, проводите мистера Эйвери.

— Я сам прекрасно доберусь, не стоит, профессор, — быстро возразил Эйвери.

— Иди! — подтолкнул Тома Мальсибер. — Ну же!

— Нет, нет, мистер Эйвери, — решительно сказал Том. — Как префект, я настаиваю на том, чтобы проводить вас. Ваше состояние меня весьма беспокоит — к примеру, вы положили ингредиенты не на доску, а в собственный карман.

Вальбурга Блэк сморщила нос, ее кузина смешливо фыркнула, а Крэбб озадаченно сказал:

— А за каким дракклом он их в карман-то сунул? Они ж невкусные...

— Слизерам и флоббер-черви вкусные, — заржал МакЛагген.

— О! — отозвался Лестрейндж. — Слышу голос знатока! — он кивнул МакЛаггену с деланным уважением. — Грифферы всегда говорят только о том, в чём твёрдо уверены.

— Я дойду один! — прошипел не хуже змеи Эйвери, однако Слагхорн, встревожено на него глядя, спросил:

— Что у вас в кармане, мистер Эйвери?

— Ничего! — отрывисто сказал он, вынимая влажную от слизи руку и демонстрируя её профессору. — Идём! — почти рявкнул он Тому и, развернувшись и не обращая внимания на изумлённого Слагхорна, почти что бегом бросился прочь из кабинета.

— Знаешь, Эйвери, — сочувственно сказал Том, нагнав того на половине пути к Больничному крылу, — я тебя даже в чем-то понимаю. Но некоторые вещи делать просто необходимо. Брезгливому в зельях ничего не светит. Давить флоббер-червей, потрошить рогатых жаб, мелко шинковать лукотрусов... И ты знаешь, что шкурку с бумсланга для качественной оборотки надо снимать обязательно заживо?

— Знаешь, Гонт, — Эйвери остановился так резко, что Том едва не налетел на него, — давать непрошеные советы невежливо. Хотя, впрочем, откуда бы тебе об этом знать, — добавил он, презрительно скривив губы на бледном с нездоровой прозеленью сейчас лице. — Чему-чему, а этикету тебя не учили.

— Не учили, — согласился с ним Том. — Этикет лучше всего усваивается на личном примере, учить ему в большинстве случаев бесполезно. И ты тому лучшее подтверждение, — очень укоризненно сказал он, копируя интонацию своего самого нелюбимого учителя. А ведь как действует-то, а! — Швырнул ножом в девушку, даже не извинившись. Украл ингредиенты — какой позор! — продолжал он с той же издевательски мягкой укоризной перечислять прегрешения Эйвери. — Не попрощался с профессором, не поблагодарил его за беспокойство... Твой учитель этикета явно не соответствовал своей должности.

— Зато твой учитель нравоучительности был явно на высоте, — фыркнул Эйвери. — Я не удивлён, что вы так быстро спелись с этой гриффирской выскочкой — но с неё что взять, с шотландки и полукровки... а кстати, — он широко и очень гадко улыбнулся. — Об этом обычно не спрашивают — но кем был твой папочка, а, Гонт? А то вдруг он, под стать нашей гриффирской красотке, тоже маггл?

— Эйвери-Эйвери, — презрительно усмехнулся Том, — в приличных семьях за такие вопросы принято бить по физиониомии, а у Гонтов — просто убивать, — он достал из кармана змею и погладил ее. — Сейчас я попрошу ее укусить тебя — и ты сдохнешь прямо здесь, а я с наслаждением на это полюбуюсь. А потом вызову помощь — тебе же стало плохо, это все видели, но до Больничного крыла мы не дошли. Причем яд этой красавицы не определит ни один колдомедик, а укус я залечу мгновенно. Еще один такой намек — и ты просто сдохнешь. Тебе все понятно — или есть ещё вопросы?

— Гонт-Гонт, — передразнил Тома Эйвери. — Не тому ты рассказываешь про яды, — он покачал головой. — Не существует змеиных ядов, которые нельзя определить — уж точно не моему отцу, Гонт. И отправишься ты на северные моря — пожизненно... так что не стоит так глупо пугать меня. Тебе понятно — или ещё есть вопросы?

— Северные моря, — задумчиво протянул Том, — Что же, при самом плохом раскладе оттуда вполне можно вернуться. А вот ты — ты не вернешься никогда. С того света не возвращаются. Эйвери, ты решил оскорбить мою мать и спрятаться за спину папочки? Ты настолько ничтожен, что сам не в состоянии отвечать за свои поступки? Ещё раз посмеешь разинуть рот про мою мать — сдохнешь, — равнодушно предупредил Том. — И мне плевать, что будет потом — главное, что у тебя никакого потом уже не будет.

— Ты так в этом уверен, Гонт? — усмехнулся Эйвери. — Ступай в класс — Слагхорн, небось, уже заждался тебя. Я сам как-нибудь доберусь до больничного.

— Я всегда выполняю свои обещания, — улыбнулся Том одними губами, глядя на Эйвери, — и я обещал тебя проводить. И не только. Так что я уверен — а ты иди вперёд.

— Ну, что ты, — возразил Эйвери. — Вперёд ступай ты. Ты же префект — тебе и быть всегда впереди. А я уж как-нибудь следом...

— Боишься, что ударю в спину? Правильно, бойся, — ласково сказал Том.

— Боюсь, что ты сделаешь прямо сейчас, — поправил его Эйвери не менее ласково. — Так что ступай вперед.

— Нет, зачем же сейчас? — очень удивился Том. — Ты ведь уже предупрежден, так зачем давать тебе лишний шанс? И потом — разве я похож на того, кто убивает без пользы?

— Весьма, — насмешливо проговорил Эйвери. — Да и поди пойми, что ты для себя сочтёшь пользой.

— Молодые люди — почему вы не на занятиях? — послышался удивленный голос директора. Армандо Диппет подошел к ним неслышно, так что его приближение не заметил даже Том с его острым слухом и чутьем на опасность. Вот и не верь после этого в особую магию директоров Хогвартса! — Мистер Эйвери, мистер Гонт, в чем дело?

— Мистеру Эйвери стало нехорошо на зельях, — почтительно ответил Том, — и профессор Слагхорн попросил меня проводить его до Больничного крыла. Но мистер Эйвери настаивает, что дальше он сможет дойти один — а я возражаю, так как не хочу подводить профессора.

— Я прекрасно доберусь сам, — подтвердил Эйвери. — Я просто перезанимался вчера.

— Ну, так ступайте, — с легким раздражением сказал ему Диппет. — А вы, мистер Гонт, идите на урок.

— Как скажете, господин директор, — склонил голову Том, — но я предпочел бы выполнить данное профессору обещание. Тем более мы почти пришли — а состояние мистера Эйвери мне очень не нравится.

— Ступайте в класс! — с нажимом проговорил директор. — Я сам провожу мистера Эйвери — надеюсь, вас это устроит? — спросил он ехидно.

Эйвери, стоящий за его спиной, усмехнулся.

— Безусловно, — ответил Том. — Благодарю вас, господин директор, — он окинул Эйвери насмешливым и обещающим взглядом и пошел назад. Мерлин, что на него нашло? Том Риддл никогда не позволил бы вывести себя из равновесия и не стал бы угрожать — зачем? Угрожают слабые, сильные нападают сразу и без предупреждения. А Том Гонт… высмеял бы Эйвери, пожалуй. За нездоровый интерес к чужим делам. Он же… Мордред бы вас всех побрал, что с ним творится? Не только Эйвери после вчерашней ночи сам выставил себя идиотом.

— Ну?! — накинулся на него Мальсибер. — Что было?

— Поговорили, — невесело усмехнулся Том, — о жизни и смерти.

— В смысле? — Мальсибер, чьё зелье было уже всё равно безнадёжно испорчено, махнул рукой на котёл и во все глаза смотрел на Тома. — Чьей? Флоббер-червей?

— И их в том числе, — Том посмотрел на зелье и с интересом спросил: — Что ты туда добавил для такого эффекта?

— А? — рассеянно спросил Мальсибер. — Да я перепутал листья чего-то там с чем-то там... эти с вот этими, — показал он. — Пахнет приятно, кстати... ну расскажи толком!

— Я молю Мерлина, чтобы тебе не пришло в голову когда-нибудь самому заварить травяной чай, — вздохнул Том. — Страшной убойной силы получится вещь.

— Ага, и надо будет ее по флаконам разлить и продавать всем желающим быстро и с гарантией избавиться от врагов, — заржал стоящий рядом Флинт.

— А зачем мне заваривать чай самому? — изумился Мальсибер. — Есть же эльфы! Но тебе могу сделать, — тотчас же предложил он Флинту.

— Сначала в Гильдию вступи, — посоветовал ему Том, — а уже потом вари на заказ сильнодействующие яды.

Слагхорн собрал работы, разочарованно скривился при виде сваренного Мальсибером зелья и сказал:

— Боюсь, мистер Мальсибер, что без помощи мистера Гонта ваше зелье может быть оценено только на «Отвратительно». И вы почти приблизились к уровню мистера Крэбба и мистера Гойла. «Тролль», господа! Я сочту себя великим гением от педагогики, если вы хотя бы раз сумеете получить иную оценку. Но ниже «Тролля» оценок быть не может, а даже до «Отвратительно» ни одно ваше творение не дотягивает.

Он взмахом палочки уничтожил содержимое всех котлов, вызвав разочарованный вздох у Флинта, покосившегося на мальсиберовский шедевр. Вернее, пустой котел из-под шедевра.

— Ого, — почти восхищённо проговорил Мальсибер. — Надо же... а я был уверен в «Тролле»... и поэтому, — добавил он торжествующе, демонстрируя Флинту небольшой флакон, — я немного зелья отлил. На память. Но ты всё равно не бросай меня больше тут одного, — повернулся он к Тому, — а то вдруг оно взорвётся, как в прошлом году, помнишь?

— Для «Тролля», я тебя уверяю, нужен врожденный талант, — сказал Том. — Как у Крэбба с Гойлом. А у тебя всего лишь выдающаяся способность испортить любое зелье. Нет, надо будет все-таки попробовать вариант с чаем, — мечтательно сказал он. — И угостить им нашего дорогого Эйвери, когда он вернется из Больничного крыла.

«И надо будет разобраться, что ещё не так с нашей страшной местью, — тревожно подумал он. — Что-то мне не по себе».