Кадет Поттер (джен)

Отбытие на пятый учебный год в Хогвартс сильно отличалось от прошлых лет, ведь раньше Гарри с друзьями просто запирался в купе, а теперь ему надлежало исполнять обязанности старосты. «Ну, Маккошка, ну удружила», — думал Гарри, стоя у барьера и ожидая прибытия будущих первокурсников. Близнецы Кларк и Альберт Рихтер, а с ними ещё и близнецы по фамилии Кларк{?}[Читаем внимательно: 1) близнецы Кларк и Альберт Рихтер , то есть Кларк Рихтер и Альберт Риктер соответственно 2)близнецы по фамилии Кларк, то есть ещё одна пара, но по фамилии Кларк, имена не указаны ], должны были появиться с минуты на минуту, а братья Криви уже ушли за барьер занимать купе.

Наконец на платформе замаячила высокая фигура капитана второго ранга Рихтера и следующих за ним детей. Гарри отлепился от стены и поприветствовал вышестоящего по званию, после чего капитан с облегчением вздохнул. Он, конечно, знал, что его мальчишки не останутся совсем без присмотра, но так оно всё равно спокойнее. Затем была погрузка в экспресс, и первогодки остались на попечении братьев Криви и подтянувшегося Невилла. А Гарри отбыл в купе старост на совещание. Там же он узнал, что новой старостой Слизерина стала Гринграсс, а от парней был Малфой. Затем было патрулирование и прибытие в Хогвартс.

Большой зал как всегда гудел, ученики переговаривались и обсуждали прошедшее лето, за столом Гриффиндора стоял гвалт, а Гарри старался не показывать своих переживаний. Скоро начнётся распределение, и среди первокурсников будут те, кого ему доверили оберегать, ибо в одиннадцать лет о чём-либо другом речи быть не могло. Парни, конечно, самостоятельные, но этот мир для них абсолютно нов.

Наконец появились первокурсники, шляпа спела очередную странную песенку, и Маккошка начала зачитывать список. Гарри сидел, скрестив пальцы даже на ногах, и ждал, когда прозвучат фамилии троих кадетов.

— Кларк, Кристиан, — произнесла МакГонагалл, и из уже поредевшей толпы к табурету вышел донельзя сосредоточенный шатен. А спустя минуту шляпа прокричала: «Гриффиндор».

— Кларк, Уильям, — продолжила МакГонагалл и на табурете оказалась точная копия только что устроившегося за Гриффиндорским столом мальчишки. Прошла минута, вторая, ученики начали переглядываться, а мальчик продолжал сидеть на табурете и только побелевшие костяшки пальцев выдавали то, как он напряжён. Наконец, по прошествии пяти минут, шляпа проорала «Гриффиндор», и мальчик, победно вскинув руку, направился к столу, за которым уже сидели его сослуживцы по летнему лагерю. Затем было ещё несколько имён, и на табурет уселся первый из близнецов Рихтеров. На то, чтобы добить шляпу, ему потребовалось всего три минуты.

Стоило первому из братьев усесться рядом с остальными, те сразу же поинтересовались, куда его хотела отправить шляпа.

— На Слизерин, соловьём пела, а я пообещал, что спалю на хрен, коли рот разинет.

— А меня на Рейвенкло, но я тоже уломал, — гордо похвастался Уильям Кларк. Так за тихой беседой пролетела оставшаяся часть распределения, и для приветственной речи поднялся директор Дамблдор.

— Нашим новичкам, — звучно заговорил Дамблдор, сияя улыбкой и широко распахнув объятия, — добро пожаловать! Нашей старой гвардии — добро пожаловать в насиженные гнёзда! Придёт ещё время для речей, но сейчас время для другого. Уплетайте за обе щеки!

После того, как все насытились, и еда исчезла с тарелок, вновь поднялся Дамблдор, как обычно толкнул речь о запрете хождения в Запретный же лес.

— Отбор в команды факультетов по квиддичу будет происходить…

Дамблдор умолк и с недоумением посмотрел на профессора Амбридж. Поскольку стоя она была лишь ненамного выше, чем сидя, все не сразу поняли, почему Дамблдор перестал говорить. Но тут послышалось её негромкое «кхе, кхе» и стало ясно, что она поднялась на ноги и намерена держать речь. Замешательство Дамблдора продлилось всего какую-нибудь секунду, затем он проворно сел и уставил на профессора Амбридж пытливый взгляд из-за очков-половинок.

— Благодарю вас, директор, — жеманно улыбаясь, начала Амбридж, — за добрые слова приветствия. — Стоило только услышать её голос, как Гарри понял — это попадос, соревнующийся по своим способностям с незабвенным Локхартом. А новый преподаватель тем временем продолжала вещать.

— Как приятно, доложу я вам, снова оказаться в Хогвартсе! — она опять улыбнулась. — И увидеть столько обращённых ко мне счастливых маленьких лиц! Я с нетерпением жду знакомства с каждым из вас и убеждена, что мы станем очень хорошими друзьями!

Школьники начали переглядываться, некоторые с трудом подавляли смех.

— Министерство магии неизменно считало обучение юных волшебников и волшебниц делом чрезвычайной важности. Редкостные дарования, с которыми вы родились, могут быть растрачены впустую, если их не развивать и не оттачивать бережными наставлениями. Древние навыки, которые выделяют волшебное сообщество из всех прочих, должны передаваться из поколения в поколение — иначе мы потеряем их навсегда. Беречь, преумножать и шлифовать сокровища магических познаний, накопленные нашими предками — первейшая обязанность тех, кто посвятил себя благородному делу преподавания.

— Каждый новый директор Хогвартса привносил в трудное дело руководства этой древней школой нечто новое, и так оно и должно быть, ибо без прогресса нашим уделом стали бы застой и гниение. Однако прогресс ради прогресса поощрять не следует, ибо большая часть наших проверенных временем традиций в пересмотре не нуждается. Итак, необходимо равновесие между старым и новым, между постоянством и переменами, между традицией и новаторством…

Дальнейшие слова Амбридж Гарри уже не слушал, готовясь исполнять свои обязанности старосты. Как только директор объявил окончание пира, Гарри поднялся и, бросив взгляд на коллегу, увлечённую разговором с одноклассником вздохнул. «Ну что за бардак?»

— Гриффиндор, построились, первый курс во главу колонны, — раздался голос Поттера, перекрыв собой все смешки и разговоры.

— Эй, Поттер, ты чего? — возмутился кто-то из старшекурсников.

— Я вам не Перси Уизли, так что встали в строй и пошли наверх. Или вам напомнить, что именно отсутствие дисциплины привело к несчастному случаю с Грейнджер? Может, вам всем и наплевать, а меня с детства приучили быть ответственным. Если не нужна дисциплина, так идите и жалуйтесь декану, что она меня в старосты назначила, а пока этот значок на моей груди, бардак на факультете буду пресекать. Стоун, оторвись от своего занятия и встань замыкающей.

— Сдурел, что ли?

— Десять баллов с Гриффиндора, Стоун, и встань в конце колонны, — всё также спокойно ответил ей Гарри и до гриффиндорцев начало доходить, что лафа закончилась и этот помешанный на дисциплине монстр им жизни не даст. До башни дошли без происшествий, и Гарри, отпустив старшекурсников, собрал вокруг себя первый курс.

— Значит так, молодёжь, запоминаем. Моё имя Гарри Поттер и мне наплевать, что вы там обо мне в книжках читали. Пока я староста, баловаться не дам. Вас особо касается, Уизли, — Гарри специально вперил взгляд в близнецов. — Я вас предупредил.

— Сейчас я провожу мальчиков к их комнате, Стоун, девочки на тебе и чтобы завтра в восемь была здесь. Вас тоже касается, первый курс. Рихтер, Кларк и Кларк — зарядка в 07:00, для остальных по желанию. — Первокурсники переглянулись и вереницей потянулись за Гарри по лестнице, ведущей в мужское общежитие, где для них была проведена экскурсия, закончившаяся в спальне.

— Строгий, однако, — пробормотал один из новеньких.

— Просто требовательный, — откликнулся один из близнецов.

— И не говори, кстати, а почему это для всех сбор в восемь, а вам в семь?

— Это на зарядку и пробежку, а Поттер наш старший товарищ, мы в одной школе до Хогвартса были.

— А с вами можно? — робко спросил мальчишка, которого звали Юан.

— Конечно, это сугубо добровольно, только надо подходящую одежду иметь. Её в стандартном комплекте нет, а в школьной форме особо не побегаешь.

Утром ровно в семь в гостиной Гриффиндора уже собрались братья Криви, а также Невилл и первогодки, к которым в итоге прибился и Юан, после чего все спустились к озеру и началась зарядка. Пока старшие бежали кросс, Деннис остался с младшим составом. А по возвращении в гостиную Гарри обнаружил нескольких зевак, изучающих какое-то объявление.

«ГРЕБИ ГАЛЕОНЫ ГРАБЛЯМИ! Приток карманных денег отстаёт от твоих расходов? Хочешь маленько разжиться золотишком? Свяжись через общую гостиную Гриффиндора с Фредом и Джорджем Уизли, готовыми предложить нетрудную и почти безболезненную работу с неполным рабочим днём (всю ответственность, однако, несёт нанимающийся)» — гласило оно. Гарри демонстративно поправил очки и, сорвав объявление, покинул гостиную, чтобы спустя пять минут стоять перед МакГонагалл.

— Профессор, вы обязаны вмешаться, иначе я не ручаюсь за последствия. Вы прекрасно знаете, что Уизли чихать на баллы и отработки, но если из-за их действий пострадает хоть один вверенный мне студент, я приму меры и обоим мистерам Уизли они не понравятся.

Пришлось МакГонагалл оторваться от бумаг и проследовать в гостиную, где близнецы уже возмущались тем, что их объявление сорвали.

— Мистер и мистер Уизли, ко мне в кабинет. Живо, — велела МакГонагалл, и один из близнецов погрозил Гарри кулаком, после чего последовал на выход из гостиной вслед за братом и деканом.

— Значит так, народ, проделки Уизли и ваше в этом участие — это, конечно дело личное, но первый и второй курс прошу от контактов с этими людьми воздержаться, ибо их увлечения зачастую опасны для жизни. А теперь, первый курс, построились и идём на завтрак, Стоун, замыкаешь.

Затем была раздача расписаний и отлов Стоун за шиворот, ибо та пыталась слинять.

— На первый урок отведу я, после трансфигурации у них сдвоенные зелья и мне плевать, чем ты там занята и с кем поговорить не успела. Отведёшь от класса до класса, — припечатал недовольную напарницу Поттер и, построив первогодок, повёл на первую в их жизни трансфигурацию. Это был первый за семь лет урок трансфигурации, на который не опоздал ни один первогодка. А Гарри не удержался и припомнил МакГонагалл её слова про карту, после чего покинул аудиторию и направился на историю магии. Затем были руны и зелья, а на обеде выяснилось, что Стоун решила, что забирать первый курс с зелий — это лишнее и те заблудились в подземельях, выйдя лишь благодаря тому, что вмешалась староста змеиного факультета и отвела их на обед вместе со студентами Слизерина. После такого Гарри очень хотел вытрясти из Стоун душу, но ограничился максимально разрешёнными для старост двадцатью баллами, а также назначением отработки в виде написания ста строчек.

Стоун кипела от негодования, но поделать ничего не могла, а Дафна улыбнулась жениху и обрадовала тем, что у них сегодня по графику совместное патрулирование.

После обеда был первый в этом учебном году урок защиты от тёмных искусств, во время которого Гарри понял, что министерство в лице первого заместителя министра магии Долорес Амбридж издевается над студентами. Те книги, которые раздала профессор, если и можно было назвать учебником, то исключительно для детского сада, там даже картинки были соответствующие. А ещё похожая на жабу преподавательница, которую Гарри решил окрестить Жамбридж, почему-то очень пристально смотрела на него, будто ждала чего-то и, судя по её недовольному виду, желаемого не увидела.

По окончании заседания группы детского сада, а по-иному урок защиты назвать было просто нельзя, Гарри направился в совятню, где подозвал своего филина*, получившего имя Ясна. Так звали кошку Дафны, и Гарри, когда крёстный буквально всучил ему питомца, не придумал ничего лучше, чем заимствовать это имя, да и сове вроде понравилось. По крайней мере, она откликалась, а ещё это было абсолютно ручное животное, правда, только в отношении Гарри.

Вот и сейчас Ясна прилетела, стоило только позвать, получила угощения и порцию почесушек, после чего схватила письмо и унеслась к адресату.

Вернулась красавица-почтальонша на следующий день. Стоило Гарри прочитать ответ Сириуса, как его глаза сузились, и он очень недобро посмотрел в сторону директора. В письме Сириус рассказал, что практически всё лето этот бородатый недоопекун имел наглость распространять всякую гнусь и делал это со ссылкой на Гарри. Оказалось, что крёстный пресёк несколько весьма нелицеприятных публикаций в «Пророке» и дважды имел разговор на повышенных тонах с означенным выше светочем магического мира. Теперь было ясно, чего хотела Амбридж — ей приказали проверить Гарри на лояльность, ибо министерство встало на дыбы и ни в какую не желало соглашаться с заявлениями директора Хогвартса.

Так незаметно пролетело две недели, и пятничный Ежедневный Пророк оповестил всех о новой образовательной реформе. Заголовок статьи гласил:

МИНИСТЕРСТВО ПРОВОДИТ РЕФОРМУ ОБРАЗОВАНИЯ

ДОЛОРЕС АМБРИДЖ НАЗНАЧЕНА НА НОВУЮ ДОЛЖНОСТЬ

ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА

«Вчера вечером Министерство магии приняло неожиданную меру, издав декрет, предоставляющий ему беспрецедентный контроль над школой чародейства и волшебства Хогвартс.

«Последнее время министр с растущим беспокойством следил за деятельностью Хогвартса, — сообщил нам младший помощник министра Перси Уизли. — Нынешнее решение принято в связи с озабоченностью родителей, считающих, что школа движется в нежелательном направлении».

За последнее время это не первый случай, когда министр Корнелиус Фадж использует новые законы для совершенствования образовательного процесса в школе волшебства. Не далее, как 30 августа был принят Декрет об образовании № 22, согласно которому в случае, если нынешний директор не в состоянии подыскать кандидата на преподавательскую должность, министерство само подберёт подходящего человека.

«Именно так и получила назначение в Хогвартс профессор Амбридж, — заявил вчера вечером Уизли. — Дамблдор никого не нашёл, и в результате министр назначил Амбридж. Выбор чрезвычайно удачный… »

— Однако, — задумчиво протянул Гарри. — Теперь понятно, кого нам благодарить за столь увлекательные уроки ЗОТИ.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что наш дорогой директор задолбал играть в свои игры. ПЯТЬ лет, Нев, ПЯТЬ долбанных лет и ПЯТЬ преподавателей ЗОТИ, из которых что-то делали ДВОЕ и из этих ДВОИХ один оказался беглым зеком. Знаешь, я правда был бы рад этому декрету, если бы не одно НО: из-за этого бородатого полудурка, всё лето нёсшего какую-то чушь, огребает вся школа. Крёстный мне рассказал о том, что этот великий светоч говорил, да так рьяно, что его подвинули с должности председателя Визенгамота. По его мнению, Сам-Знаешь-Кто воскрес и мало этого, я, видите ли, ЭТО подтверждаю, а то, что я всё лето в лагере был и тому есть достаточно свидетелей? И я абсолютно уверен, что с начала четвёртого курса с директором не перекинулся и парой слов, а самый содержательный наш разговор состоял из его вопроса о моей роли в странном поведении кубка и моей клятвы, что "не был и даже рядом не стоял".

В итоге его деятельности мы получаем Амбридж и, будто этого мало, она каждый урок старательно провоцирует меня непонятно на что. Иначе её взгляды и обмолвки я понять не могу. Вот только я не понимаю, чего она добивается. Если хочет услышать, что я не поддерживаю Дамблдора, так пусть открыто спросит. Я из своего отношения к своему бывшему опекуну секрета не делаю. Если хочет услышать от меня подтверждение его слов, то увы, я не могу быть полезен, ибо это слова директора и только его и ко мне они отношения не имеют. — Последнюю часть фразы Гарри намеренно произнёс чуть громче, дабы заинтересованные лица могли его услышать.

Согласно новому Декрету генеральный инспектор Хогвартса бойко взялась за дело. Со слов сокурсников, первой, к кому наведалась Жамбридж, была преподаватель прорицания.

— Волшебные палочки убрать, — начала второй в году урок защиты профессор Амбридж. — На прошлом уроке мы закончили главу первую. Прошу раскрыть книги на странице девятнадцать и приступить ко второй главе: «Общие теории защиты и их происхождение». — Гарри вздохнул и принялся тупо переписывать параграф, стараясь не думать о бездарно потраченном времени.

Урок профессора Флитвика прошёл по вполне ожидаемому сценарию, а затем была трансфигурация, и в углу кабинета обнаружилась Жамбридж. С момента, как в класс зашла МакГонагалл, она делала вид, словно никакой жабы в розовой кофточке в классе нет. Все ученики получили по одной белой мышке и задачу заставить её исчезнуть. С заданием Гарри справился на отлично, ибо его мышь исчезла без следа.

Недели тянулись своей чередой, свои права заявил октябрь. Гарри продолжал утренние пробежки, а ещё старался побольше времени проводить со своей наречённой, они даже партами поменялись и теперь Невилл садился с Ноттом. В гостиной Гарри уже несколько раз снимал баллы с близнецов, но прекратить их эксперименты был безсилен, хотя усилиями младшего состава желающих испытывать на себе изобретения Уизли сильно поубавилось.

Первая вылазка в Хогсмид и традиционная уже закупка какао прошли как обычно, и единственное, от чего Гарри недоумевал, было то, что вот уже который год тыквенный сок имеет популярность ниже плинтуса и по факту идёт чистый перевод продуктов. А администрация школы так и не исключила его из меню.

Во второй понедельник октября на доске объявлений красовалось следующее:

ПРИКАЗ ГЕНЕРАЛЬНОГО ИНСПЕКТОРА ХОГВАРТСА

«Все ученические организации, общества, команды, кружки и клубы настоящим упраздняются.

Организацией, обществом, командой, кружком и клубом считается регулярно собирающаяся группа из трёх и более учеников.

За разрешением на реорганизацию обращаться к генеральному инспектору (профессору Амбридж). Никакие организации, общества, команды, кружки и клубы учеников не могут существовать без ведома и санкции генерального инспектора.

Всякий ученик, уличённый в принадлежности к организации, обществу, команде, кружку или клубу, не санкционированным генеральным инспектором, будет исключён.

Основанием настоящего приказа является Декрет об образовании № 24.

Подписано: Долорес Джейн Амбридж, генеральный инспектор».

— Однако, — пожал плечами Гарри и вместе с друзьями направился на утреннюю пробежку, а уже вечером его вызвали пред светлые очи генерального инспектора — иначе как свечением от счастья назвать состояние Жамбридж было нельзя. Она с ходу уведомила о том, что он, Гарри Поттер, исключён из Хогвартса за нарушение. Гарри лишь посмотрел на неё, как на умалишённую.

— Профессор, вы правда уверены в своих действиях? — поинтересовался Гарри, а мысленно добавил: «где ж ты была все эти годы, как надо, так хрен тебе».

— Что вы имеете в виду, мистер Поттер?

— Я имею в виду, уверены ли вы в том, что я нарушил хоть одно правило?

— Абсолютно. Вы нарушили Декрет об образовании номер двадцать четыре.

— Интересно, но я не состою ни в одном кружке, клубе или иной организации.

— Вы и несколько других учеников факультета Гриффиндор на протяжении уже четырёх, я уточняла, лет, собираетесь каждое утро у озера.

— Мы делаем зарядку, профессор, З-А-Р-Я-Д-К-У, — чётко, почти по буквам, произнёс Гарри

— Я считаю, что это организация, и она подлежит утверждению! — радостно завопила Жамбридж. По-другому её возглас Гарри охарактеризовать просто не мог.

— Профессор, вы понимаете, что уже вечером мой опекун подаст на вас в суд?

— Что?

— Вы не ослышались. Вы понимаете, как вы и министр будете выглядеть в глазах полного состава Визенгамота? Ведь только таким составом может быть рассмотрено дело, касающееся лорда или наследника титула.

Я наследник рода Поттер и через два года стану графом. Вы уверены, что готовы к последствиям рассмотрения Визенгамотом дела о том, что вы запрещаете мне заниматься физическими упражнениями? — Амбридж сидела как громом поражённая, она явно не была готова к тому, что может получить отпор.

— Если вам угодно, вы можете посетить наши утренние, как вы выразились, собрания, прогулка на свежем воздухе крайне полезна для здоровья. Если это все претензии, то я пойду, мне к расширенному заседанию Визенгамота готовиться нужно.

— Постойте, Поттер, — воскликнула Амбридж, на лице которой не осталось и тени былого ликования. — Я отменяю ваше исключение, но поясните мне, зачем вам всё это?

— Вы имеете в виду З-А-Р-Я-Д-К-У? — с явной издёвкой уточнил Гарри.

— Да, — почти прошипела Долорес Амбридж, прекрасно понимавшая, что мальчишка оказался совсем не таким, как она себе представляла.

— Зарядка, профессор, необходима для бодрости духа и развития физического тела, а также сохранения здоровья. Возможно, вы не знаете, но девушкам нравятся подтянутые стройные молодые люди. А так как с недавних пор я помолвлен, то для меня это весьма актуально. И, если вам будет угодно, вы можете поднять данные из больничного крыла, из которых узнаете, что я попал туда всего один раз в конце второго курса, и это при том, что эпидемию гриппа в Хогвартсе объявляли трижды за время моего обучения в стенах данной школы, а в прошлом году меня заставили искупаться в Чёрном озере в феврале месяце.

— Можете идти, мистер Поттер, — процедила Жамбридж.

Комментарий к Глава двадцать первая «Генеральный инспектор Хогвартса и Визенгамот»

* https://wallpapershome.ru/jivotnie/wild/sova-hishnik-ptica-priroda-zelenaya-glaza-seraya-jivotnoe-1331.html?page=18 конкретный и единственный МС, сова Поттера, это совиная копия моей кошки.