Эффект птеродактиля (джен)

И мы направились в библиотеку. И даже не заблудились, и пришли куда надо. И мадам Пинс, добродушно усмехаясь, тут же рекомендовала нам подходящие учебники. Ну да, мотивация для самостоятельных поисков и дополнительных занятий. Многое из того, что дается на уроках, в реальной жизни не пригодится. Скорее всего, все эти танцующие ананасы и табакерки из мышей были неплохой разминкой и учили базовым вещам. А кто хотел научиться готовить, убирать в доме и тому подобное, тот искал дополнительную литературу и учился сам. Пожалуй, мне такой подход нравится.

И девочки, и мальчики тщательно переписали заклинания и зарисовали движение палочки. Даже Уизли не выступал. Хм… рассчитывает на халяву? Ну, пусть ребята сами разбираются.

— Скажите, пожалуйста, — обратилась я к библиотекарю, когда мы сдали книги, — я бы очень хотела ознакомиться с Уставом Хогвартса. И, если можно, полный Свод законов, пожалуйста.

Если мадам Пинс и удивилась, то ничего не сказала. Мне были выданы два внушительных фолианта. И нам разрешили взять их с собой.

До ужина еще было время, поэтому мы с Невиллом выгуляли своих питомцев. Парвати познакомила нас со своей сестрой Падмой, которая поступила на Райвенкло. Мы вместе сочинили письмо мистеру Патилу по поводу моего аквариума. И послали заказ на два чайных сервиза и чай. Мы с Дином Томасом попросили родителей прислать чай в пакетиках. Гарри Поттер предложил воспользоваться своей совой. Ого, а парнишка не прочь влиться в наш здоровый коллектив. Это хорошо! Посмотрим, чем все это закончится.

После ужина мы сделали уроки, я покормила Бетти и углубилась для начала в Свод законов магической Британии. И не пожалела.

Несмотря на довольно длительное римское владычество, британцы умудрились не унаследовать классическое римское право. Англо-саксонское право прецедентное, там куча заморочек, и часто действуют довольно-таки экзотические законы, которые просто никто не удосужился отменить. Про существование такого закона все могут благополучно забыть до тех пор, пока не найдется какой-нибудь крючкотвор-любитель, вроде мистера Фрэнкленда из «Собаки Баскервилей», и не покажет всем кузькину мать. Или кого-нибудь не привлекут за достаточно безобидную деятельность, как ту же Хелен Дункан. В магическом законодательстве таких казусов оказалось намного больше. И часть из них затрагивала магглорожденных волшебников. И вот тут-то мне и поплохело.

Этим законам было столько же лет, сколько и Хогвартсу. Они в основном и касались обучения детей простецов и их положения среди магов. И положение это было незавидное. В те времена многое решалось с помощью грубой силы (магической, естественно!), а конкуренты магам были не нужны. Именно поэтому магглорожденных многому не учили. Хотя и были шансы неплохо устроиться. Однако для этого надо было иметь не только большую силу, но и неплохой талант интригана.

Со временем ситуация только ухудшалась. Границы между сословиями становились все более жесткими, социальные лифты исчезали. Некоторое количество знатных и богатых магглорожденных было на особом положении, остальным приходилось несладко. А после принятия Статута Секретности стало еще хуже.

К этому времени в Англии и Шотландии уже отгремела первая волна охоты на ведьм, когда безумные толпы, науськанные часто психически больными охотниками, жгли и вешали без суда и следствия несчастных, пытающихся лечить своих соседей или имеющих физические недостатки. Детей с необычными способностями или прятали, или старались от них избавиться. Поступление в Хогвартс давало им шанс на жизнь. Они были рады забыть об опасном мире своих родителей, а родители очень часто были рады забыть о них. Специальным Указом первого министра магии Гампа они все считались сиротами и поступали под опеку директора Хогвартса. Эта опека была формальной, потому что детей практически сразу делили между собой чистокровные семьи. Кто-то был не против обновить кровь и присматривался к привлекательным и сильным ведьмам. Кого-то присматривали в ученики. Кто-то становился доверенным слугой. Могли принять и младшей ветвью. Бездетные могли и усыновить. Это было на бумаге, в реале же случались и жуткие истории. Мнением самих магглорожденных никто не интересовался. Фактически — это была узаконенная работорговля. Мне стало страшно.

К тому же темной лошадкой оставался пока неизвестный мне отец. Вдруг он все-таки был человеком не бедным? Кто получил эти деньги, если его нет в живых, и другие наследники отсутствуют? Срочно! Срочно выяснять, кто он такой! Но вот как?

Раздел о наследовании оказался большим. И написан был сухим казенным языком. Ничего, прорвемся. Выходило, что при отсутствии прямых наследников бастард мог получить все. Но просто так прийти в банк и потребовать проверки крови было нельзя. Процедура была длительной и стоила дорого. И проводилась отдельно в каждом конкретном случае. Живой родич мог отрезать от Рода, отказать в наследстве и так далее. Но есть шанс из бесправной магглокровки превратиться в признанную полукровку. И я этот шанс использую.

Родители были рады прислать мне целую кучу самых разных чаев в пакетиках. А еще — большую коробку конфет к чаю. Написали, что очень рады появлению у меня друзей. Заклинания мы отработали при Флитвике, и он дал добро на заваривание чая в спальнях. Это было восхитительно. Тем более что девочкам тоже прислали конфеты и пирожные.

Чай в пакетиках оценили все. Было решено, что по вечерам мы будем заваривать чай в чайничке, а если кому захочется просто выпить чаю, он сможет взять пакетик. Очень удобно.

Невиллу больше всего понравился чай с гибискусом, и он попросил меня потом купить еще пачку, чтобы подарить бабушке на Рождество.

А еще мы решили делать вместе уроки. Так получилось, что кому-то лучше давались чары, кому-то трансфигурация, а Невиллу — гербология. И он был единственным мальчиком, который прижился в нашей компании. Остальные предпочитали наскоро писать эссе и заниматься своими мальчишескими делами. Дин Томас привез с собой футбольный мяч и сагитировал нескольких ребят играть в футбол. Полукровка Шеймус тоже неплохо играл, неожиданно к ним присоединился Гарри, потом подтянулись ребята с других факультетов. Рон попытался наехать на маггловский спорт, но его никто не стал слушать. Он немного подулся, но затем понял, что так останется совсем один, и прибился к футболистам. Уж не знаю, как они там играли, мне было не до того. Я набиралась храбрости для посещения Больничного Крыла. Невилл вызвался меня сопровождать.

Направление было нам известно, но все-таки в какой-то момент мы свернули не туда. Но догадались об этом, когда коридор закончился лестницей, ведущей куда-то вниз.

— Надо спросить дорогу, — сказала я.

— Да, конечно, — согласился Невилл, — извини меня, пожалуйста, это я тебя запутал.

— Ну почему сразу запутал? Ты же сам идешь туда в первый раз. Мы просто свернули не туда. Сейчас вернемся и кого-нибудь спросим. Или портрет поищем.

— Что вы тут делаете? — послышался мужской голос.

Мы обернулись. По лестнице поднимался профессор Снейп. Ой…

— Мы заблудились, сэр, — честно ответила я, — вы не подскажете, как нам пройти в Больничное Крыло?

Он тут же цепко оглядел нас с ног до головы, видимо, в поисках травм.

— Что-то случилось? — спросил профессор.

— Нет, сэр. Я хотела проконсультироваться со школьной медиковедьмой. А Невилл лучше меня знает замок и взялся проводить.

Невилл сжался под его взглядом, но за меня прятаться не стал. Стоял и смотрел в глаза грозного учителя.

— Следуйте за мной! — безапелляционно приказал Снейп. — Вам очень повезло, я как раз направляюсь в Больничное Крыло.

И мы заторопились за ним. Собственно, мы не так уж и заблудились, действительно в самом конце свернули не туда, но до этого были уже почти у цели. Декан Слизерина пользовался кратчайшей дорогой. Интересно, не он ли мой папаша? Носы, если что, абсолютно не похожи. Ладно, не будем об этом, а то еще почует чего, шпион со стажем.

— Вот, Поппи, привел двух первокурсников. Они жаждут консультации. Список необходимых зелий готов?

Медиковедьма удивленно уставилась на нас. Потом протянула Снейпу лист пергамента.

— И что же вам нужно, молодые люди? — доброжелательно спросила она.

Гад Снейп никуда не ушел. Еще и любопытный, паразит! Ну и ладно…

— Извините, мэм, это личное. Скажите, пожалуйста, маги обычных людей лечат? И какие болезни?

— У вас болен кто-то из родственников? — спросила она.

— У меня есть младший брат, — ответила я, — у него синдром Дауна. Это не болезнь, в общем-то, это генетическая мутация. У него лишняя хромосома. Магглы такое лечить не могут. А маги? Вы не знаете?

Мадам Помфри очень удивилась. Снейп заинтересованно приподнял бровь. Знает? Хотя может и знать, живет ведь по канону среди магглов.

— Никогда не слышала о такой болезни, — ответила медиковедьма, — что у него лишнее?

— Хромосома, — ответила я, — это генетическое нарушение. Он из-за этого отстает в развитии.

— Мерлин мой! Я и слов-то таких не знаю! Чего только магглы не придумают.

— Я потом объясню вам, Поппи, — вздохнул Снейп, — ничего хорошего. Мне очень жаль, мисс, но такие недуги не лечат даже волшебники.

— Спасибо, что сказали, сэр, — поблагодарила я, — только… только, пожалуйста, не говорите никому. Все-таки это касается моей семьи.

— Разумеется, мисс, можете не волноваться.

И мы отправились в башню Гриффиндора. Я и не надеялась особо, но вдруг магия смогла бы помочь Грейнджерам? Все-таки они неплохие люди.

— А твой брат, он совсем болен? — тихо спросил Невилл.

— Да, он никогда не повзрослеет. То есть, он вырастет, но только физически.

Невилл вздохнул.

— У меня мама и папа в Мунго, — сказал Невилл, — они ни меня, ни бабушку не узнают. Их пытали непростительными заклятиями Лестранжи и Крауч. Они сейчас в Азкабане, Крауч там умер. Но от этого не легче.

— И надежды нет? — спросила я.

Он покачал головой. Дальше мы шли, держась за руки.

А в пятницу был урок зелий. Я надеялась, что Невилл, наблюдавший Снейпа во внеурочном «состоянии», теперь не будет так уж его бояться. И я сяду с ним за одну парту. Хоть котел не взорвет и не пострадает. Поттер пускай сам отбивается от злобного Мастера Зелий, у него шкурка потолще.

Шоу состоялось по расписанию. В декане Слизерина погиб великий актер. Умеет держать внимание, ничего не скажешь. Потом последовало показательное размазывание Поттера. Я сидела тихо, руку не тянула. А потом мы варили зелье от фурункулов.

Невилл ничего не взорвал. К тому же я бдительно следила за расходом игл дикобраза. Нам даже зелье зачли. Во как!

Пока все шло тихо и мирно, но приближался урок полетов, и у меня были нехорошие предчувствия. Особенно они усилились, когда Невиллу за завтраком прислали напоминалку. Черт его знает, но директору надо было поссорить Поттера со слизеринцами, еще раз подчеркнуть его исключительность, назначив ловцом, а еще и подсократить парнишке количество свободного времени. Все-таки тренировки его буквально сжирали. Пожалуй, придется бдить и постараться предотвратить конфликт. Или влезть в него так, чтобы родео в воздухе не состоялось.

На поляну, где должен был проходить урок, я вышла в растрепанных чувствах. Трава была влажной, я поскользнулась, Невилл меня подхватил… В результате мы с ним остановились рядом. Метлы не внушали мне никакого доверия.

— Добрый день, класс!

От мадам Хуч так разило перегаром, что можно было опьянеть от одного выхлопа. Охренеть! Да случись что, до нее просто не дойдет, что вообще что-то делать надо.

— Ну, чего ждем? Встаньте слева от метлы и скомандуйте ей: «Вверх!».

Странно, но палка с прутьями послушалась с первого раза.

— А теперь садитесь на метлу верхом, по моему сигналу оттолкнитесь ногами и зависните в паре футов над землей.

Угу, сели, оттолкнулись… Б%%%%! Метла свечой взвилась в воздух.

— Девочка, вернись! — послышалось снизу.

Щаз… Метлу шарахало из стороны в сторону, я вцепилась в древко, ибо эта сука явно пыталась меня сбросить на землю. НЕ ХОЧУ! НЕНАВИЖУ! А-А-А-А-А!

В опасной близости промелькнула стена.

— Ой! Убьется! Гермиона! Держись! — орали снизу.

Метла сделала очередной кульбит, а я озверела окончательно. Ну, тварь заколдованная! Урою суку! И я изо всех сил стиснула рукоять. Метла завибрировала. Снова приблизилась стена, я резко задрала рукоять кверху. Подошвы моих туфель шваркнули по каменной кладке и чуть не выбили стекло в подвернувшемся окне. На какой-то миг я увидела широко распахнутые глаза нашей деканши по ту сторону оконного проема.

— Б%%%%%! — неслось над Запретным лесом.

Но эта падла уже начинала слушаться. Меня охватило дурное веселье. Я сделала мертвую петлю и пошла на снижение.

— Па-а-а-берегись!

Студенты прыснули в разные стороны. Хуч осталась на месте, и я ногой сбила с нее шляпу. Из дверей бежали преподаватели. Эх, жалко, что у меня нет сирены, как у Юнкерса, все бы у меня сейчас в штаны наделали. Я заложила еще один вираж на малой высоте и приземлилась. Без брызг. Десять баллов!

— Что здесь происходит?! — грозно возопил подоспевший директор.

Что-что... Я была навеселе и летала на метле. Мать вашу! Что там было в Уставе Хогвартса? И все в том же угаре я крикнула:

— Обвиняю школу Хогвартс в покушении на мою жизнь и требую справедливости! ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС!

Над поляной громыхнуло, все замерли. В дело вступала магия Основателей. Директора Хогвартса основательно перекосило. Упс, ну и кашу я заварила! А отступать теперь некуда.

В старые и не очень добрые времена Хогвартс был кроме всего прочего еще и Убежищем. А еще в те же времена цвели, пахли и активно плодоносили вражда и кровная месть. По идее, кровники в таком месте сводить счеты права не имели. Но иногда пытались. В этом случае обвинялась школа и директор, как не сумевшие обеспечить безопасность. Созывался суд. Именно это я сейчас и активировала. Я была уверена, что мне досталась метла, которая предназначалась Невиллу. Покушение на меня ничего бы не дало. Драко Малфой мог бы высказаться про магглокровку-неумеху, но в этом случае его бы не поняли даже свои. Девочка — это девочка. А вот на Невилла наехать было бы можно.

Теперь никто не сможет покинуть эту поляну до тех пор, пока не состоится разбирательство. Сейчас прибудут члены Совета Попечителей, возможно, будет представитель от министерства. А мне было важно, чтобы метлу проверили. Это даст нам хоть какую-то защиту от дедушки.

Да, я спалилась по полной, но я всегда была хреновым политиком. Не быть мне Бондом, то есть — Снейпом. Ладно, заодно и еще один план опробую. Эх, меня прёт…

Студенты смотрели на меня выпученными глазами. Мадам Хуч икала. Дамблдор бросил на нее косой взгляд, потом уставился на метлу в моих руках. Обломись! Требование разобраться здесь и сейчас исключало применение магии, а еще он не мог у меня забрать метлу. Средневековые маги дураками не были, они знали, как обезопасить улики и место преступления.

Послышались хлопки аппарации. В таких случаях членов Попечительского Совета магия Хогвартса пропускала. В Уставе было довольно много интересного про этот самый Совет. И теперь я точно знаю, что Люциус Малфой просто не мог бы подбросить дневник Тома Риддла получившей письмо из Хогвартса ученице. Ибо он клялся защищать интересы школы, жизнь и здоровье учеников. Хм... А как же Дамблдора еще магией не размазало? Директора ведь тоже клялись и не хило? Или он как-то сумел обойти древнее правило? Может быть, он и не был полноправным директором, как та же Амбридж? Или сумел чего-то там нахимичить? Может, за него клятву братец Аберфорт давал, они вроде похожи? Неужели такой вариант Основатели не предусмотрели?

— Что случилось? — спросил у присутствующих лорд Малфой.

Говорить надо было мне.

— Я обвиняю школу Хогвартс в покушении на мою жизнь. Пусть сильные маги проверят метлу, которая чуть не убила меня, на предмет вредоносных чар.

— Ты же понимаешь, девочка, что в том случае, если твое обвинение не подтвердится, то тебя отчислят? — спросил другой волшебник, имени которого я не знала.

— А девочка магглорожденная, ей и деваться некуда, — пробормотал «в сторону» Дамблдор, — придется магию блокировать. Какая жалость!

Ну, сука бородатая!

— А может и не магглорожденная! — выдала я.

— Что-о-о?! — переспросил Люциус Малфой.

— Уважаемая, да вы пьяны как тролль! — поднесла к носу платочек бабушка Невилла, которая тоже, как оказалось, входила в Попечительский Совет. — Дамблдор, вы за это ответите! Мы доверили вам наших детей, а у вас их учат… да чему она их научить может! Вы сами посмотрите.

Мадам Хуч снова икнула. Уважаю леди Августу. Но, похоже, что зачарованную метлу на нашу преподавательницу полетов и спишут. Возможно, ее и подпоили для этого. Тут и мадам Пинс могла стукнуть, что кто-то Уставом Хогвартса интересуется. Да и кто-нибудь из чистокровных среагировать мог. Теоретически.

— Простите, мисс, — Люциус Малфой подошел ближе, — вы утверждаете, что не являетесь магглорожденной. У вас есть для этого основания?

И чего задергался? Рыльце в пушку, что ли?

— Да, сэр. После того, как нас посетила профессор МакГоннагал с письмом из Хогвартса, и стало известно, что я ведьма, я случайно услышала разговор моих родителей. Мистер Грейнджер меня удочерил, мама родила меня до того, как он на ней женился. И в тот вечер он спросил ее о моем биологическом отце. А она сказала, что ничего не помнит. Совсем ничего. А я узнала, что волшебники умеют стирать память. И что стирание памяти маггла преступлением не считается. Вот я и подумала, что мою маму мог изнасиловать какой-то волшебник. Или она что-то про него узнала, или он был женат и не хотел, чтобы его жена узнала о ребенке.

У присутствующих леди и джентльменов глаза полезли на лоб. Ну почему у меня всегда так, а? Ведь твердо решила сидеть тихо и не высовываться. Да я теперь на всю магическую Британию прогремела, про Гарри Поттера все забудут, гарантирую. Потому что ТАКАЯ сплетня в глазах обывателей стоит десятка развоплощенных Темных Лордов. Члены Попечительского Совета тихо посовещались. Метлу было решено обследовать на месте. Два мага достали волшебные палочки, и я отдала им свой летательный агрегат. После всплеска адреналина я медленно успокаивалась. Наступал упадок сил.

Между тем к нам подошел еще один маг. А мои одноклассницы о чем-то зашушукались. Было видно, как Парвати что-то говорит с горящими глазами, а Лаванда и Фэй с ужасом смотрят на нее.

— Что тут у вас? — спросила их леди Августа, которая, видимо, хотела поговорить с внуком, но заметила это перешептывание.

— Мэм, — нерешительно проговорила Парвати, — я не знаю, важно это или нет, но Гермиона поскользнулась, а Невилл ей помог. Они … ну, как сказать… если бы не это, то они бы заняли другие места. Вот! Эта метла досталась бы Невиллу.

Губы почтенной леди сжались в тонкую линию.

— Ты уверена, девочка?

— Я могу воспоминание предоставить. Я знаю, что так делают, — твердо сказала Парвати, — только пусть у меня его возьмут в присутствии моего отца. Я знаю правила.

Сознательность моих одноклассников росла прямо на глазах. Между тем меня очень внимательно разглядывали. Очень интересно, я все-таки на родного папашу похожа? Или, что более вероятно, на бабушку с дедушкой?

— Мисс, — сказал тот волшебник, что подошел ко мне и лорду Малфою, — то, что вы рассказали, выглядит довольно убедительным. Но почему вы молчали до сих пор?

— Я посмотрела свод законов, — ответила я, — там написано, что проверку проводят, если есть конкретные доказательства, и она дорого стоит. А я же ничего не знаю. Но я бы обязательно стала искать. Понимаете, сэр, может быть это и смешно звучит, но я ведь вырасту. И влюблюсь в кого-нибудь. Или в меня влюбятся. Мне бы не хотелось думать, не брат ли мне тот парень, что мне так понравился. Вот! Я намеревалась побольше узнать о волшебниках, а потом попросить помощи у кого-нибудь из взрослых. Но раз уж так получилось…

— Вы абсолютно правы, мисс, — согласился волшебник, — я вас прекрасно понимаю. Давайте сделаем так: вы дадите мне все данные вашей матери, которые знаете. А также — прядь ваших волос и немного крови. Не волнуйтесь, в таких случаях дают клятву не использовать волосы и кровь во вред. Уверен, что мы довольно быстро найдем вашего отца. Должен заметить, что вы очень похожи на одну ведьму, с которой я был раньше знаком. Пока я вам не скажу ее имени, мне нужно удостовериться. Но все разрешится довольно скоро, обещаю.

Похоже, что Дамблдор не столько наблюдал за магами, курочащими метлу, сколько прислушивался к нашему разговору. Хм… а ведь он тоже мог заметить сходство. Уж он-то точно знает практически все население магической Британии. Мог и думосбросом воспользоваться. Очень интересно, что за афера с моим участием планировалась.

— А моим родителям это не повредит, сэр? — спросила я. — Все-таки маги не очень хорошо относятся к обычным людям. А мои мама и папа очень хорошие.

— Не волнуйтесь, мисс.

Ну вот, даже если все и узнают про Эдвина, ничего страшного. Но кто же мой папаша? Получается, что чистокровный, да еще и не из последних. И на кого я так похожа? На бабушку? А что, так часто бывает. Блин, теперь изведусь, пока не узнаю.

Между тем выяснилось, что метла действительно была заколдована. Дамблдор клялся и божился, что понятия не имел, бросал грозные взгляды на сомлевшую мадам Хуч, качал головой и всячески забалтывал окружающих. Даже покаялся, что давненько не обновлял защитные щиты Хогвартса. Выкрутится, козел старый, как пить дать — выкрутится. Попечителям и в кошмарном сне не приснится, что с клятвой директора что-то не так. Вся надежда на Августу. Облом-с!

Только леди Лонгботтом раскрыла рот, чтобы потребовать дополнительно расследования, как начала каяться мадам Хуч. Я была права. Тетка призналась в ненависти к детям вообще и к первокурсникам Гриффиндора в частности. Ей не понравился Невилл, и она решила его проучить. Нет, убийство не планировалось, просто травма. Еще продолжая говорить, она медленно опустилась на траву…

Студентов поспешно отправили в замок. Похоже, что преподавательница полетов только что умерла. Нет, я, конечно, могла продолжать вопить и требовать, но как бы не оказалось, что и этот вариант предусмотрен. Мое требование созывало попечителей, но на окончательный вердикт не влияло. А они были магами, очень хорошо знали про клятвы и обеты и даже представить себе не могли, что директор Хогвартса что-то намудрил при вступлении в должность.

Ладно, и так неплохо получилось. И кто там у нас папаша? Может, завтра узнаю? Эх… мечты…