Две галки на клеверном поле (гет)

— Как-то быстро всё, — сказала Беллатриса ворчливо, включая люстру, — даже размяться как следует не успели. А с твоими щитами, Поттер, вообще скучно, как будто по манекенам лупишь.

— Белла, ты можешь, кха-кха, сделать что-то с этим вонючим дерьмом?

— Нет, Поттер, вообще в первый раз вижу такое заклинание.

— Мерлинова борода, кто это был вообще?! Кха-кха, позови Кричера, надо послать сову Кингсли.

Он споткнулся в дыму о лежащее окровавленное тело, чертыхнулся и выбрался поближе к двери. Около нее валялись еще трое, сраженных заклинаниями Беллы. Они выглядели не сильно лучше, чем самый первый. Белла не привыкла церемониться.

— Вот этого я узнаю, — она склонилась над самым дальним телом незнакомого Гарри волшебника, — один из тех, кто меня пытал.

— Что ж, он получил свое.

— Ну, нет уж! Повезло собаке. Не узнала в темноте, иначе был бы сейчас жив, голубчик. Попробовал бы на себе много чего, прежде чем подохнуть!

Она пнула тело ногой и плюнула на него.

— Кричер пришел, хозяин По...

Домовик воззрился на царящий в комнате погром.

— Кричер, кха-кха, принеси мне сову и не вздумай здесь ничего трогать. Вообще лучше не заходи в гостиную, пока этот проклятый дым не рассеется.

— Дым? — спросил домовик. — Хозяину мешает дым?

— Да, черт возьми, очень мешает!

Кричер пробормотал что-то и щелкнул пальцами. Дым мощной струей ринулся в камин, и через несколько секунд от него не осталось и следа.

«Уборка помещений не по нашей с Беллой части», — подумал Гарри.

Ясно было, что от сраженных Беллатрисой нападавших толку уже не было никакого. Он взглянул на последнего, скрученного им самим, до сих пор его невозможно было увидеть в дыму, Гарри лишь слышал его кашель. Теперь же он разглядел под туго обвернутой веревками серой мантией курчавые черные волосы, коричневую кожу...

— Дин?! — спросил он, не веря своим глазам. — Дин Томас?!

Он подошел поближе к связанному телу. Нет, он не обознался. Его сосед по комнате в гриффиндорской башне, парень с которым они рядом провели долгих шесть лет, его соратник по борьбе, один из тех, кого он вытащил из подземелий Малфой-менор... заодно с напавшими на него грабителями и убийцами? Как такое было возможно? Он не верил своим глазам.

— А, Гарри... — сдавленным голосом промолвил Дин, — вот и снова встретились.

— Как же так, Дин? Как же так... — он не мог толком подобрать слов.

— Да, Гарри, спроси у себя, как же так? Как же так вышло, что ты нас предал?

— Я никого не предавал, Дин, кто тебе сказал это?

— Просто обернись, и ты поймешь, что мне не нужно никаких слов, чтобы всё понять. Ты дерешься вместе с упивающейся. Той самой, которая сунула тебя в подвал и хотела убить, вместе с твоими друзьями. Той самой, что пытала Гермиону.

— Ты просто идиот, Дин! — разозлился он. — Гермиона, в отличие от тебя, всё поняла! А ты повелся на то, что тебе рассказали. Как ты очутился в этой компании?

— Я работаю в аврорате, Гарри. Ты не знал? Я шел сюда вместе с товарищами на операцию по поиску важных улик.

— В таком случае, тебя обманули, Дин...

— Он брешет, Поттер! — прервала его Белла, встав сзади над ним, сидящим на корточках.

— Погоди...

— Я сказала, он брешет! Погляди на его лицо. Он пришел ночью в твой дом, пробрался, желая застать тебя спящим, чтобы легче было взять...

— Нет! — смог выкрикнуть Дин, насколько ему позволяли веревки. — Мы хотели только забрать бумаги!

— Ага, конечно. Слушай его больше, Поттер! А то, они не знали, что ты будешь обороняться... Эй ты, слышишь, как там тебя? — она пнула Дина ногой. — Вы пришли вшестером ночью в чужую квартиру. Скажи мне, что ты веришь, будто хозяин мог не проснуться, пока вы будете заниматься поисками. Нет, вы пробрались сюда, чтобы СНАЧАЛА убить хозяина, А ПОТОМ искать документы. Так всё было?

— Белла...

— Да заткнись ты, Поттер! Сколько можно верить во всякую добродетельную херь?! Иди-ка лучше, вызывай Кингсли, а я сама займусь этим лживым недоноском.

— Нет, Гарри, не оставляй меня с ней! — взмолился Томас. — Пожалуйста, ты же не сделаешь этого?! Гарри, мы не хотели тебя убивать, только оглушить, у нас был четкий приказ на этот счет.

— Вот видишь, Поттер, он уже начинает менять показания. А меня вы тоже собирались только оглушить?

— Тебя? Но... Гарри... она же упивающаяся, соратница Волдеморта. Гарри! Нельзя же сравнивать.

— Беллу, значит, в расход! — ухмыльнулась она жутко, запуская свои пальцы с длинными ногтями в густую шевелюру Томаса.

— Гарри! Пожалуйста!

— Белла, не надо, оставь его в покое. Его допросят как положено, если надо, дадут веритасерум. Оставь.

Но ее не так-то просто было оторвать от этого занятия. Она ухватила волосы своей жертвы и повернула его голову к себе, смотря прямо в глаза.

— Ответь-ка мне, почему Поттера сказано было оставить в живых?

— Я не знаю...

— Ну!

— Я слышал только, как говорили, что он... что на него... что-то повесят.

— Ты понял, Поттер? «Повесят»!

— Гарри! Пожалуйста! — Дин чуть не плакал.

— Кто был этот чудак в белой мантии?

— Я не знаю.

Она схватила его второй рукой за мошонку и сдавила, сперва слабо, потом сильнее и сильнее, продолжая глядеть прямо в глаза.

— Я спрошу еще раз. Кто это был?

— Я не знаю! Честное слово! Нет! НЕЕЕТ!

— Ну, хватит! — Гарри взял ее подмышки и оттащил от извивающегося Томаса.

— Я не знаю, — хныкал тот, — он появился в самый последний момент. Я его никогда раньше не видел. Сказали — он будет руководить операцией.

— Хуй на него, кто бы он ни был! — сказала Белла, отряхиваясь. — В следующий раз попадется. Погляди, Поттер, чего они стоят — твои друзья! Раскололся за десять секунд, даже круцио не понадобилось! Тьфу!

Гарри отвернулся. Он не хотел смотреть в тот угол, где лежал Дин. Его почти тошнило сейчас, настолько отвратительна была ситуация. Куда же всё катится?!

— Сова, хозяин, — проскрипел рядом голос домовика, — Кричер принес сову.

Он набросал дрожащими пальцами записку Кингсли и выпустил сову в окно.

— Кричер, принеси вино и стаканы, — выдохнул он и рухнул в кресло.

— Схожу за своей, — Белла бросила ему на колени его палочку и, чмокнув в макушку, удалилась.

Удары обрушивались на него один за другим. Всё-таки, одно дело, осуждать и не поддерживать, а другое — впрямую участвовать в нападении на своего бывшего друга. И неизвестно еще, не причастен ли Томас к преступлениям против семей упивающихся. Иначе стал ли бы он соглашаться примкнуть к этому налету. Наверняка у тех, кто его послал, нашлось, чем на него надавить. Всё это было настолько отвратительно, что Гарри хотелось просто убежать куда-нибудь. Прочь из этой квартиры, из этого города, из этой страны. Куда-нибудь подальше, к морю. Он впервые задумался о том, чтобы уехать. Например, сразу после того, как он поможет Кингсли навести порядок. Похоже, здесь уже почти не осталось тех, ради кого стоило бы оставаться. Несколько минут прошли в одних из самых тягостных раздумий в его жизни.

— Ух! — сказал Кингсли, выходя из камина. — Слава Мерлину, всё обошлось! Я всю ночь сидел, как на иголках. Постоянно порывался бросить всё и бежать сюда.

— Всё в порядке, Кингсли, — улыбнулся Гарри, — мы справились. Правда, Белла слегка перестаралась. Хорошо, что остался хотя бы один свидетель в нормальном состоянии, — он указал на лежащего Томаса.

— Ты доверил Белле палочку?! — изумился Кингсли, но почти в тот же самый момент Дин заорал «помогите!» и он кинул, — ладно, об этом потом.

— Что такое, мистер Томас? — Шеклболт подошел к связанному, возвышаясь над ним подобно скале.

— Господин министр! Помогите мне! Поттер и Беллатриса Лестрейндж собираются меня пытать!

— Для того, кто забрался в квартиру своего бывшего друга с намерением его ограбить, не больно-то разумно обвинять хозяина, а, Томас?

— Это была санкционированная операция, господин министр. Нам показали пергамент. Без этого никто в здравом уме не согласился бы напасть на Поттера.

— О том, кем она была санкционирована, мы еще с тобой поговорим, Томас. А пока советую лежать тут и не жаловаться, а не то, клянусь, я забуду, что министр и добавлю еще от себя! Гарри, пойдем, спустимся вниз, поговорим в спокойной обстановке.

Они перешли в столовую, куда Кричер принес новую бутылку вина из кладовой.

— Вот, — Гарри поставил перед Кингсли кубик уменьшенного шкафа с документами, извлеченный из сейфа Лестрейнджей.

— Разрешишь мне взглянуть сейчас? — заинтересовался министр.

— Конечно.

Кингсли поставил кубик на пол на свободное место и прочел финита.

— Ого! — изумился он, — вот это картотека! Похоже, на изучение всего этого добра уйдет немало времени.

— Ну да, — согласился Гарри, — а его-то как раз и нет. Ты знаешь, что один из нападавших сбежал?

Кингсли обернулся, глядя на него, и нахмурился.

— Это скверно. Теперь они предупреждены, что атака провалилась, и начнут разбегаться, как тараканы по щелям.

— Извини, Кингсли, это моя вина! Надо было догадаться, первым делом, закрыть камин, как только они вошли.

— Не тебе извиняться, Гарри. Ты в очередной раз рисковал жизнью, чтобы спасти других.

— Да не так уж я рисковал со Старшей палочкой в руках, — он пожал плечами, — и с Беллой в качестве помощницы. Если бы не этот странный маг в белой мантии...

— Какой маг?

— Который и сбежал. Представить не могу, кто это такой, но дрался он здорово. Без него мы бы уложили всех за пять секунд... Ну... за десять!

— А что сказал Томас?

— Судя по всему, он ничего о нем не знает.

— Он может и врать.

— Не думаю. Он так перетрусил, когда Беллатриса начала ему задавать вопросы, что, по-моему, маму родную был готов выдать.

Кингсли усмехнулся.

— Да уж, она может произвести впечатление на неокрепшие умы. Кстати, Гарри, судя по всему, это и тебя касается. Похоже, из вас двоих на поводке оказался именно ты, а не она.

— Хватит! — он вдруг взорвался. — Честное слово, хватит, Кингсли! С таким же успехом ты мог бы сказать, что все мы еще недавно были на поводке у Дамблдора!

— Гарри...

— Мы должны ДОВЕРЯТЬ друг другу, Кингсли! Плевать на то, кто мы такие. Стоило только появиться одному единственному подозрению и посмотри, к чему это привело! — он взмахнул руками. — Бывший Орден Феникса теперь дерется друг против друга. До чего мы дошли?

Шеклболт опустил голову.

— Я не хочу это повторять, понимаешь, Кингсли, не хочу!

— У тебя что-то случилось, Гарри? Я имею в виду... помимо этой ночи.

— Да, химера меня задери, случилось! Случилось, что тот, с кем мы дрались бок о бок месяц назад, вламывается ко мне в квартиру! Случилось, что я прихожу в дом, который считал родным, а в меня там бросают обвинение в предательстве! Давай, Кингсли, скажи мне теперь ты, что я стал заодно с упивающимися!

— Понятно. Уизли, да?

Он отвернулся.

— Гарри, ты, видимо, постоянно думаешь о том, что кто-то из них выдал тебя.

— А что уж тут думать, — сказал он обреченным тоном и сел за стол, подливая себе вино.

— Ну да, если посчитать, оказывается, что без них не обойтись, так?

— Да уж. Кстати, Гермиона вчера прислала мне письмо с предупреждением о ночном налете. Вот и выходит, что это или кто-то из старших Уизли или Джордж.

— Или Рон...

— Об этом я даже думать не хочу, Кингсли! И не убеждай меня, и не говори ничего!

— Я и не собираюсь. Кстати, Гарри, ты забыл еще об одном персонаже.

— О ком?

— Наземникус Флэтчер. Он тоже имел доступ в твою квартиру. Про него после войны все как-то позабыли, но кто поручится, что его услуги не пригодились сейчас?

— Хм, да я действительно про него забыл.

— Зато мы про него не забыли, — сказала Беллатриса, входя на кухню, — привет, Шеклболт.

— Ты это о чем, Белла?

Она подставила стакан, и Гарри наполнил его.

— Вы же не думаете, что такой пройдоха исчез бы просто так? Небось, после войны был бы первый, кто бы прибежал требовать компенсацию.

— Так и где он?

— После того, как вы устроили такой резвый налет на Министерство, естественно, Лорда заинтересовало, ради чего это Поттер вдруг решил так рискнуть. Амбридж сперва отпиралась, но после того, как ее чуть-чуть потрясли, рассказала всё и об амулете и о том, у кого она его изъяла. Так что за Флэтчером отправился в погоню целый отряд упивающихся во главе с Эйвери. Но тот, видимо, сразу, как только узнал о налете на Министерство, пустился в бега. Последние его следы были обнаружены в Дувре. После этого о нем никто ничего не слышал. Так что делайте выводы. Он подался на материк.

Она выпила.

— Это ничего еще не доказывает, — заметил Кингсли.

— Как скажешь, — Белла пожала плечами, — если вам обоим нравится утешать себя, можете этим заниматься и дальше. В общем, тут у вас скучно, я пойду еще попугаю этого малого в гостиной, — она ухмыльнулась.

— Белла!

— Не бойся, Поттер, показания он дать сможет.

— Белла!

Но она уже удалилась.

— И что теперь? — спросил Гарри.

— Я тут для себя набросал план, кого отправить в отставку, хотя, думаю, до утра многие разбегутся сами. Самая большая проблема, разумеется, с Авроратом. Я решил пока поставить во главе Долиша.

— Долиша? Его же после войны вообще отстранили от работы.

— Знаю. Я сам и отстранил. А теперь думаю, что вот такой как он тупой служака сейчас лучше всего и подойдет. Я за всю свою долгую службу ни разу не слышал, чтобы он нарушил приказ. Будет делать ровно то, что ему предписано. А вот что делать с остальными, ума не приложу. Я, конечно, не сидел сложа руки, отобрал несколько человек, на которых я смогу положиться в первое время, но откуда взять еще авроров, не представляю.

— Я, кажется, могу тебе подсказать, хотя не думаю, что тебе это понравится. Обратись к Люциусу Малфою.

— Ты прав, Гарри, что-то мне это совсем не нравится.

— У него сейчас собралось много тех, кто был обижен репрессиями против чистокровных. Среди них наверняка найдется достаточно магов, кто согласится поработать над расследованием дел против них. Их не получится подкупить, и невозможно запугать, так как терять им уже нечего. Из них получится настоящий отряд. Добавь туда толковых выпускников Слизерина, типа Драко Малфоя или Блейза Забини, вот будет тебе опора.

— Хм, Гарри, получается, что мы возвращаемся назад, снова даем привилегии чистокровным...

— Ну, если восстановление справедливости ты называешь возвращением привилегий... По мне, так выхода у нас всё равно нет, но решать тебе, ты — министр.

Они чокнулись и выпили.

— Хорошо, я подумаю над этой идеей. А сейчас надо заняться текущими делами. Я приглашу несколько магов, которым доверяю, они проведут все следственные действия в отношении напавших на твой дом, Гарри. А после этого мы наложим на него новое заклинание Доверия. И на этот раз ты сам выберешь хранителя.

— Ты сможешь это сделать?

Кингсли отчего-то хитро улыбнулся.

— Уверяю тебя, Гарри, я уже делал это неоднократно.

— Хорошо. Но, получается, кроме тебя и Гермионы мне и выбрать-то некого.

— А что делать с Беллатрисой?

— Ты о доме? Боюсь, что это уже больше ее дом, чем мой.

— Я не о доме. Мы же не можем всё это просто так оставить?

— Почему?

— На ее руках куча невинных жертв, Гарри.

— Ну, так и пусть искупает свою вину, делая что-то полезное. Как сейчас, например.

— Не думаю, что смогу объяснить общественности, что ближайшая соратница Волдеморта...

— Кингсли, общественности вовсе не обязательно знать подробности. Не знает же общественность распорядок дня заключенных в Азкабане.

— Это не одно и то же.

— Пусть так. Но сейчас она намного полезнее на свободе. Для всех полезнее.

— А потом?

— До «потом» еще надо дожить!