Любой ценой (джен)

Недуг, поразивший руку Дамблдора, притягивал внимание учеников. Чистокровные многозначительно хмыкали, а остальные неосознанно хмурились: великий волшебник — и вдруг не может справиться с проблемой? Репутацию это подрывало сильнее, чем статьи в «Пророке» или закулисные интриги оппозиции. Лиссе тоже было интересно, кто и каким образом сумел преодолеть защиту такого колосса и нанести ему ощутимый вред, но подробности она узнавала не ради удовлетворения собственного любопытства, а потому что знала: этого от неё ждёт Тёмный Лорд. Источником информации, уже не в первый раз, стала МакГонагалл — та не утруждала себя окклюменцией, полагая, что никто не осмелится лезть в её мысли. Правда, знала МакГонагалл удручающе мало; видимо, о пренебрежении защитой разума Дамблдор был осведомлён и потому не баловал своего заместителя лишней откровенностью.

Написав крёстному о чёрной руке Дамблдора и всём, что удалось выудить из МакГонагалл, Лисса снова пошла в библиотеку: рунная магия требовала кропотливого изучения. Однако на полпути к замку её догнала незнакомая сова.

— Ты чья? — подозрительно спросила Миралисса, не торопясь забирать письмо.

Птица ухнула, выражая недовольство задержкой, и Лисса всё-таки отвязала конверт, но не руками, а заклинанием. Сова улетела, а она отлевитировала конверт в сумку и продолжила путь в библиотеку.

Послание не было проклято — чары не выявили ничего подозрительного, — однако что-то мешало Миралиссе поверить в его безвредность. Лежащее в центре стола письмо вызывало необъяснимую тревогу. Вытащив из сумки деревянную ложку, предназначенную для перемешивания зелий, она взломала печать и, поддев край пергамента, развернула письмо, так и не осмелившись дотронуться руками. Первым, на что она обратила внимание, был абсолютно незнакомый почерк.

«Мы не друзья, поэтому ты можешь усомниться в моих добрых намерениях, но и не враги, а потому прислушаться к предупреждению обязана».

Ни приветствия, ни обращения — начало выглядело интригующим.

«На субботу назначен поход в Хогсмид — не ходи. Ты наверняка возмущена запретом, но, поверь, так для тебя будет лучше. В Косом переулке, как мы с тобой помним, защитить магглорождённую было некому, в Хогсмиде у потенциальных защитников не останется на это времени — они будут заняты спасением собственных шкур.

Ты всегда была умницей и схватывала на лету. Прислушайся к предупреждению, я не желаю тебе зла.

Твой «ещё не друг», К.»

Миралисса изумлённо смотрела на лист пергамента перед собой, не в силах поверить, что Клэйтон Розье, единственный человек, знавший о происшествии в Косом переулке и видевший её в камере поместья Лорда, предупреждает её о нападении на Хогсмид. Он не мог не понимать, что не отделается одним пыточным проклятием за сочувствие грязнокровке, и всё же предупредил о грозящей опасности… Что это значит? И почему она узнаёт о нападении не от крёстного или отца, а от постороннего, в сущности, человека?

Активировав данное Блэком кольцо, Лисса послала сигнал вызова и поспешила на место встречи, так и не открыв книгу по рунам.

Погода радовала ясным небом и не по-осеннему тёплым солнцем. Вокруг замка бегали младшекурсники, с весёлым гиканьем играя в салки, чуть поодаль чинно восседали на траве студенты постарше. Пройти к Запретному лесу незаметно было невозможно, поэтому Лиссе пришлось сделать остановку и на несколько минут сесть под дерево с книгой, и только после этого, под чарами отвлечения внимания, скрыться среди кустов.

На условленном месте никого не было, но едва Миралисса ступила на поляну, с хлопком появился Регулус.

— Привет. Что-то случилось? — обеспокоенно спросил он, осматривая местность с палочкой в руке. Убедившись, что кроме них вокруг ни души, Регулус спрятал оружие и наконец-то посмотрел на Лиссу.

— В субботу планируется нападение на Хогсмид? — с места в карьер спросила она.

— Да.

— Но меня никто не предупредил? Лорду больше не нужен шпион в школе? — не обращая внимания на растерянность Блэка, Лисса ткнула в него пальцем и обвиняюще произнесла: — Если бы завтра кто-то из Пожирателей случайно убил грязнокровку Торн, Лорд вряд ли похвалил бы вас!

— Мира… — на выдохе протянул потрясённый Блэк. — Мерлин, ты права… Мне и в голову не пришло, что тебя нужно предупредить — ты же чистокровная волшебница…

— Угу, только знает об этом пять человек, — махнула она рукой.

— От кого ты узнала о нападении? — справившись с удивлением, заинтересовался Блэк.

— От человека, чьё предупреждение оказалось для меня полной неожиданностью, — уклончиво ответила Лисса.

Блэк вопросительно уставился на неё, но, не получив ответа, не стал требовать подробностей и сменил тему:

— Что с заданием?

— Ну… хвастаться пока нечем, — нехотя призналась Лисса. — Это сложно и требует времени. Думаю, я смогу справиться, но пока рано говорить.

— Ладно, время у тебя есть, работай спокойно. А как с Поттером?

— Получше, — улыбнулась она и замолчала, услышав совсем недалеко голоса.

Регулус мгновенно оказался рядом. Прижав девушку к себе, он зажал ей рот ладонью, отступил назад и прислушался.

Лисса хотела было возразить, что прекрасно понимает необходимость сохранять тишину, но близость мужчины оказалась неожиданно приятной, и она промолчала.

— Я видел! — прозвучал гневный голос, в котором Миралисса без труда узнала Уизли. — Зачем ещё кому-то идти в лес, если они не Пожиратели?!

— Рон, она не может быть одной из них, — устало возразил Поттер, остановившись в нескольких ярдах от Лиссы и Регулуса, прямо за стеной густого кустарника. — Она магглорождённая!

— Она слизеринка! — рявкнул Уизли. — Такая же змея, как и остальные.

— Рон, это нелогично. Волдеморт и его люди убьют её, стоит им только её увидеть, как она может быть одной из них? Пойдём обратно.

— Мы должны найти её! — рыская по кустам, словно Пожиратели смерти могли спрятаться под корнями деревьев, буркнул Уизли.

Регулус отступил назад, потянув за собой и Лиссу.

— Послушай, — предпринял ещё одну обречённую на провал попытку достучаться до Уизли Гарри, — она не такая, как остальные слизеринцы. Она просто притворялась.

— И зачем же ей это понадобилось?

— Ну, подумай! Малфой пять лет задирал Гермиону только из-за её происхождения. Представь, каково было бы Торн жить в этом гадюшнике, скажи она правду про родителей-магглов?

— Гарри, — Уизли резко обернулся и недоверчиво уставился на друга, — ты что, её защищаешь?!

Поттер смутился, отчего Блэк приглушенно фыркнул, но возмущение Уизли заглушило этот звук.

— Всё, ты как хочешь, а я возвращаюсь в замок, — твёрдо сказал Поттер, поворачиваясь спиной к Уизли. — Не понимаю, чего вы с Гермионой взъелись на неё? Торн вас не трогает, а ты ведёшь себя хуже слизеринцев.

— Что?!

— То! Они её травят, Рон! Неужели ты не видишь? Почему ты кидаешься в драку, стоит Малфою обозвать Гермиону, но в то же время сам оскорбляешь девушку?

— Она не девушка, Гарри, она — слизеринка!

— Ну, знаешь ли! — неподдельно разозлился Поттер. — Я больше не хочу этого слышать!

— Гарри!

— Я иду в замок, — отрезал Поттер и действительно зашагал прочь.

Уизли немного покричал, призывая того вернуться, но ничего не добился и, грязно выругавшись в адрес Миралиссы, Пожирателей и обнаруженной на кустах паутины, бросился догонять друга.

Треск сучьев под ногами удаляющихся парней постепенно стихал, и Регулус наконец отпустил Миралиссу.

— Быстро же ты заставила его встать на твою защиту, — с усмешкой качнул он головой.

— Это не моя заслуга, — честно сказала Лисса. — Уизли кого угодно достанет.

— Возможно, но ведь это не всё? Чем-то ты зацепила Поттера, раз он выказывает готовность пойти против друга.

— Хм… Лорд требует невозможного, приказывая подружиться с Поттером. Я интригую его, говорю то, что он никогда не услышит от своих гриффиндорцев, поэтому он сам ищет встреч. Но вряд ли это когда-нибудь выльется в дружбу. От Уизли он не отвернётся и не выступит против него ни ради меня, ни ради кого-то другого. Поттер верный друг, этого у него не отнять. Как ни странно, ваш брат оказался прав: Поттер хороший человек. Окружение портит его, но он по-прежнему верит в справедливость, прощение…

— Значит, твоя отвратительная идея оказалась жизнеспособна?

— Почему отвратительная? — не поняла Миралисса.

— Ты — чистокровная волшебница. Ужасно уже то, что тебе пришлось расти среди магглов, но это…

— Это привычная роль, — пожала плечами Лисса. — Я никогда не ждала хорошего отношения от людей — не было такой привычки. Потому и не разочаровывалась, да и откровенно говоря, не страдала от отсутствия общения. В приюте со мной никто не разговаривал вообще, когда Снейп пришёл за мной с письмом, я его едва не довела молчаливостью, — Лисса ехидно улыбнулась, — бедняга принялся мне доказывать, что я не могу быть немой, потому что волшебница. В Хогвартсе мне пришлось очень сильно напрягаться на первом курсе, чтобы вообще говорить, так что даже хорошо, что меня по большей части игнорировали поначалу, успела «научиться». Но быть изгоем для меня не в новинку. Сложности, конечно, есть, но с помощью Драко я нормально справляюсь.

— И в чём же выражается его помощь? — скептически хмыкнул Блэк.

— Ну, в первую же неделю он остановил парня, который собирался подлить мне в сок аконит.

— Что?!!

Миралисса поняла, что она только что сказала, и едва не застонала.

— Всё в порядке! Малфой успел вмешаться и мне ничего не угрожало! Не говорите Барти!

— Тебя же чуть не убили! — воскликнул Регулус, с настоящим страхом глядя на Лиссу. — Нужно немедленно прекращать эти игры!

— Мистер Блэк, пожалуйста! Я принимаю все меры предосторожности, проверяю еду на яды и зелья. За мной постоянно присматривают Малфой и Гойл, да и Поттер, сами видели, защищает меня!

— Мира, — не ожидая такого отпора, он выслушал её речь молча, — если с тобой что-нибудь случится…

— Мистер Блэк!

— Регулус.

— Регулус, пожалуйста, не говорите никому. Это моё задание, я справлюсь, поверьте.

— Что ты пытаешься доказать? — проницательно спросил Блэк. Миралисса опустила взгляд. — Что из тебя выйдет хороший Пожиратель смерти? Так никто в этом не сомневается. Что Лорд не ошибся, доверив тебе ответственное задание? Ты уже доказала, что достойна доверия. Или всё-таки дело в другом? Ты идёшь на риск, чтобы Рэй понял, что ты хорошая дочь? Мира, посмотри на меня, — приказал Блэк, когда голова Лиссы опустилась ещё ниже. — Ну же, милая. Не нужно ничего доказывать, мы все приняли тебя. Даже Рудольфус признал, что дочь — это не плохо. Реймонд просто не знает, как себя вести, но он гордится тобой.

— Правда?

В этом слове была такая надежда, что Регулус не удержался и обнял Миралиссу.

— Конечно, правда, — прошептал он ей в макушку.

* * *

Разговор с Блэком — Регулусом! — затянулся, и в замок Лисса вернулась, когда стали сгущаться сумерки. Несмотря на то, что она так и не почитала книгу по рунам, беседа принесла умиротворение, которого ей так не хватало, а значит, день прошёл не зря. Пряча лёгкую улыбку, что так и норовила растянуть губы, Лисса шагала в сторону Большого зала в хорошем настроении и игнорировала всё, что могло его испортить.

Сев в стороне от остальных слизеринцев, она с аппетитом принялась за ужин, подняла взгляд от брокколи… и наткнулась на Поттера. Хмурое выражение лица, с которым он расчленял что-то в своей тарелке, однозначно свидетельствовало, что что-то не в порядке. Вздохнув, смиренно принимая, что момент безвозвратно испорчен, Миралисса прислушалась, и её глаза удивлённо округлились.

Поттер рассорился с Уизли. С одной стороны, в этом не было ничего необычного — рыжий способен своей упёртостью вывести из себя и святого, а не далее как пару часов назад он явственно допёк Поттера подозрениями в адрес самой Лиссы, но с другой — никогда раньше поводом для их ссор не выступала кардинально разное мнение о людях. Уизли злился на друга и Миралиссу, не понимая, как можно защищать слизеринку и подозревая заговор против Мальчика-Который-Выжил, зато Поттер был откровенно разочарован. Сосредоточившись на мыслях Гарри, Лисса с удивлением поняла, что тот совершенно не жалеет о ссоре, более того, почти рад, что Уизли на некоторое время оставит его в покое.

Времени до отбоя оставалось предостаточно, поэтому после ужина Лисса снова направилась в библиотеку, вновь ставшую для неё прибежищем. Она сомневалась, стоит ли письменно благодарить Розье, ведь это может его подставить, но и сделать вид, будто предупреждение — ерунда, не могла. Достав чистый лист пергамента и чернильницу с пером, она задумалась, как лучше сформулировать послание, но была вынуждена отвлечься — рядом кто-то был.

«Кем-то» оказался Гарри Поттер в мантии-невидимке. Он стоял прямо за спиной Миралиссы и, естественно, увидел бы всё, что та собиралась писать, так что если бы не легилименция, план Лорда рухнулся бы в ближайшие минуты.

Поняв, что была на грани разоблачения, Лисса не столько испугалась, сколько разозлилась. Ему что, никто не говорил о недопустимости вторжения в личное пространство?! Едва удержавшись от того, чтобы не проклясть Поттера, она стиснула зубы и схватила перо.

«Жизнь в Хогвартсе ещё никогда не была настолько невыносима, — написала Лисса; Поттер судорожно вздохнул, словно увидел признака. — Раньше большинство студентов меня просто игнорировали, а теперь каждый так и норовит толкнуть, сказать гадость… Я понимаю Драко — он чувствует себя преданным, но остальные? — Лисса знала, что для того, чтобы втереться в доверие к Поттеру, нужно избавиться от его друзей, но полагала, что на это потребуется очень много времени и придётся придумывать какой-нибудь хитроумный план, однако прямо сейчас у неё появилась прекрасная возможность ускорить события. Поттер сам построил себе ловушку, всё, что Миралиссе было нужно сделать, захлопнуть её. — К примеру, Грейнджер. Эта лицемерка молчит при Поттере, зная, что он нормальный парень, который никогда не одобрит травлю, и действует, только когда он не видит».

Мысли Поттера состояли из смеси недоверия, боли и разочарования. У него не было повода сомневаться в правдивости прочитанных слов, ведь он был совершенно уверен, что Лисса не подозревает о его присутствии, и тем ужаснее было понимание, что друзья действуют за его спиной.

Боясь переборщить, Лисса на пробу написала:

«За что Уизли оскорбляет меня? Он едва мне руку не сломал на прошлой неделе, выясняя, кто из слизеринцев Пожиратель смерти. Мне-то откуда знать?»

Поттер скрипнул зубами.

«Я даже не уверена, что доживу до конца учебного года: три попытки отравления уже были, а ведь ещё только сентябрь. Спасибо Малфою, остановил придурков. Драко умный парень и понимает, что убийство с рук не сойдёт. Интересно, если Поттер примет сторону своих убогих друзей, они тоже станут на меня охотиться?»

Этого Гарри не вынес. Когда его шаги окончательно затихли, Лисса уничтожила исписанный пергамент и широко улыбнулась: возможно, дружба с Поттером окажется не настолько сложным заданием, как она думала? Посмеиваясь про себя, она достала чистый лист и занялась составлением текста для Розье.