Команда (джен)

Представляю вашему вниманию новый шедевр от Ella1_ http://www.pichome.ru/image/DDU — Минерва в Образе. Полагаю, поклонники соответствующего эпизода из предыдущей главы оценят неизменный талант нашего с Командой иллюстратора.

Удачи!

Выйдя из камина, Минерва удивленно огляделась: в кабинете царили непривычный полумрак и тишина. Горела лишь треть свечей, смолкло жужжание серебряных приборов, Фоукс исчез, рамы портретов зияли пустотой. Хозяин кабинета неподвижно сидел в своем кресле, уставившись на думосбор. От этой неподвижности Минерве стало не по себе: в той же позе она оставила директора утром, слив в чашу воспоминание о рандеву с Командором.

— Альбус?

— Добрый вечер, Минерва. Присаживайся.

— Благодарю. — Она устроилась в кресле. — У вас все хорошо?

— Почему ты спрашиваешь?

— Здесь тихо, пусто и темно. Это не говоря уж о том, что впервые за сорок лет вы не предложили мне чаю.

Дамблдор наконец оторвался от думосбора.

— Извини, я сейчас…

— Нет, нет! — она поспешно вскинула ладони, — я только что от Помоны. Просто для вас забыть о чайной традиции — случай из ряда вон. Неужели мой отчет о визите в логово Серой Лиги произвел на вас такое впечатление? Сколько раз с утра вы успели его просмотреть?

— Твое воспоминание у меня там, — махнул рукой куда-то в сторону, — не возражаешь, если я пока оставлю его у себя?

Минерва забеспокоилась.

— Есть неясности?

— Там все — сплошная неясность… Хотя этот твой Командор выражается конкретней некуда.

— Он не мой.

— Да, конечно. Прости. Может, все-таки чаю?

Она улыбнулась, отрицательно покачала головой.

— Что же занимает ваш думосбор и ваши мысли, Альбус, если не Лига? И чем я могу помочь?

Дамблдор как-то не по-дамблдоровски горько усмехнулся, безнадежно махнул рукой.

— Если б я сам знал… Ваш хваленый Великий Маг пребывает в полной растерянности, Минерва, — стянул с носа очки и принялся протирать их полой мантии, — Рубеусу только не говори. Не дай Мерлин, явится с ведром бренди лечить от депрессии.

— Альбус, вы меня пугаете.

Директор водрузил очки на место и развел руками.

— Извини в очередной раз, — провел пальцем по краю думосбора, туда-сюда. — Я думал о Гарри. Мальчик растет.

Минерва снова насторожилась.

— Разумеется, ему уже семнадцать.

— Всего семнадцать, дорогая. — Он вдруг с силой стиснул резной край чаши, словно намереваясь раздавить каменный сосуд в пыль. — Мерлин мой, если б ты знала, до чего мне не хочется бросать мальчика в эпицентр грядущего кошмара! Помыслить страшно, через что ему предстоит пройти, и сколь мала надежда…

— Надежда? — Минерва невольно снизила голос до шепота. — Надежда на… победу?

— Надежда на то… — Альбус внезапно охрип, — …на то, что Гарри выживет.

Она резко поднялась, едва не опрокинув кресло.

— Святая Медана, Альбус!!! Скажите, что это шутка! Иначе я самолично приведу сюда Рубеуса с ведром!

— Сядь, пожалуйста. Я не шучу. — Директор тяжело вздохнул и подтолкнул к ней думосбор. — Я собирался поручить это Северусу, но у него, в связи с рождественскими событиями, куда меньше шансов довести дело до конца. Гарри должен узнать правду лишь в последний момент, Минерва, перед решающей встречей с Томом, иначе у него просто может не хватить мужества до нее дожить. Боюсь, Северус к тому времени будет… недосягаем.

— Недосягаем? — страшным шепотом переспросила Минерва. — В каком смысле — недосягаем? Что вы собираетесь…

— Не я. Том. — Взгляд Альбуса на секунду обрел былую властность. — Сядь, Минерва, прошу тебя, и постарайся успокоиться. Для того, что я собираюсь тебе показать, необходима ясная голова.

Она медленно опустилась в кресло. Хорошо, Альбус, я спокойна, почти спокойна, ведь у меня куда больше поводов для оптимизма, нежели у тебя. Что бы ты там ни припас в своем думосборе, Команда найдет способ с этим справиться. Вы ничего, ни-че-го-шень-ки не знаете, господин Одиночка.

— Я готова.

Два зеленых китайских шарика растворились в воздухе, но отзвук мягкого звона остался, словно не желая уступать уютное пространство комнаты тишине. Гарри искоса взглянул на учителя и откупорил высокую квадратную бутыль с желтой этикеткой.

— Северус?

Снейп протянул руку за бокалом.

— На сей раз без трансфигурационных фокусов?

Тот пожал плечами.

— Странный факт, но при идентичных характеристиках натуральный продукт ценится куда выше. Мне показалось, Гордонс нравится вам больше других.

— Правильно показалось, только такими темпами мы с тобой элементарно сопьемся. — Он сделал небольшой глоток и прикрыл глаза, — Поттер, если в твоем арсенале завалялась еще пара-тройка подобных секретов — лучше сразу отправь меня в Мунго.

— Клянусь, это последний. — Гарри с тревогой смотрел на подрагивающий в руке профессора бокал. — Северус, у нашего плана отличные шансы…

— Я не хочу слушать про шансы, Поттер. Я хочу гарантий.

— Теоретически…

— К черту теорию!

— Ладно. Раньше уверенности не было, но в субботу у нас появилась возможность проверить. Джин и Чо двенадцать часов удерживали меня при фактически нежизнеспособном организме.

— Поттер, речь идет об аваде!

— А что авада? Заклинание, которое вырывает из тела душу и сознание, отключая заодно все жизненные процессы. Дементор плюс мгновенный яд. Внешние ментальные привязки сумеют уберечь личность объекта от путешествия в иные миры, а с телом справится банальный эннервейт. Главное здесь — не упустить время, у маглов продолжительность клинической смерти без особых последствий для организма — пять-шесть минут. Или придется накладывать общий стазис, что не есть хорошо.

Снейп некоторое время размышлял, прихлебывая джин.

— Если не ошибаюсь, хоркрукс, в отличие от тебя, никто не держал, тем не менее, он на месте и невредим, так? Где же гарантия…

— Северус, — мягко перебил Гарри, — его держал я.

Бокал со стуком приземлился на стол, расплескав содержимое по светлой полировке. Мальчишка невозмутимо убрал лужу и долил в опустевшую емкость джин.

— Поттер, ты меня в гроб вгонишь.

— Я не специально. У хоркрукса имеются собственные защитные механизмы. Едва запахло жареным, он вцепился в меня клещом, и тратить силы на сопротивление я посчитал нерентабельным.

— А с чего ты взял, что при аваде он станет действовать иначе?

— Северус, речь о моем сознании и моей драгоценной тушке, я — законный владелец этого хозяйства. А он — всего лишь огрызок чужой души. Один хороший пинок…

Снейп поднял бровь.

— Отчего же не пнешь? Прямо сейчас?

Поттер развел руками.

— Я б с удовольствием, но во-первых, на сегодняшний момент избавляться от довеска рано, слишком многое завязано на моих ментальных экскурсиях в разум Риддла. А во-вторых, у хоркрукса регистрация хотя и временная, но вполне законная. Пресловутый пинок возможен лишь в случае разрыва связи души с ее физическим вместилищем, другими словами, в момент смерти.

Снейп одним глотком опустошил бокал и сам налил себе добавки.

— Насколько понимаю, это и есть план финальной битвы двух гигантов? Не слишком обнадеживает.

— Отчего же? В Команде нынче шесть полноценных ментальных магов, мы просто обречены на успех.

— Есть ли способ избавить тебя от излишней самоуверенности, Поттер?

Гарри широко улыбнулся, отсалютовал бокалом.

— Не знаю, сэр, Джин уже пятый год пытается.

— Пора нам с ней устроить семинар по обмену опытом. — Снейп повертел в руках пустой бокал и решительно отставил его подальше. — Значит, Лорд должен послать в тебя аваду и тем уничтожить собственный хоркрукс. А чем он займется, пока мы будем приводить тебя в порядок?

— Не все сразу, Северус. У нас еще куча нерешенных задач: оставшиеся хоркруксы, Ближний Круг, да и директора со счетов скидывать рано.

— Извини, но меня сейчас интересуют только твои шансы выжить.

— Позже, сэр, — Поттер поспешно спрятал под диван бутылку с бокалами, — возвращается Герм, она эту тему не переносит.

— Вполне ее понимаю.

Наблюдать, как ты сам входишь в дверь, стремительно пересекаешь комнату и опускаешься в кресло, было странно и слегка жутковато.

— Добрая ночь, мисс Грейнджер.

— Добрая. — Двойник устало кивнул и вдруг принюхался. — Ну и куда ты его засунул, Гарри?

Поттер недоуменно заморгал.

— Не понимаю.

— Все ты понимаешь, алкоголик. У профессора, между прочим, отличное обоняние, а можжевеловый дух здесь и безносый учует. Или инициатором сабантуя, — «он» резко повернулся к Снейпу и многообещающе прищурился, — на сей раз являешься не ты?

Попав под прицел собственного взгляда, Снейп ощутил внезапное желание уменьшиться в размерах и заползти под стол. Нда, не зря студенты байки травят…

— Мисс Грейнджер, вы чересчур вжились в роль, я вам не первокурсник. Извольте выйти из Образа.

— Ох, простите.

Укоротившись на добрый фут, она буквально съехала по спинке кресла. Поттер облегченно выдохнул.

— Слава Мерлину. Общество двух профессоров Снейпов немного напрягает.

— Гарри, где джин?

— Должна быть в Хогвартсе…

— Не валяй дурака!

— Да нафига он тебе сдался?

— Выпить хочу, идиот!

— Герм… — Поттер нерешительно вернул бутылку на стол, — ты серьезно?

— Куда серьезней.

Гермиона выпутала ладони из длинных рукавов, трансфигурировала в рюмку забытое на столе перо. Подумав, превратила рюмку в коньячный бокал, щедро плеснула себе джина, отхлебнула сразу половину — и закашлялась, согнувшись в три погибели и прижав руку ко рту. Снейп отобрал у нее остатки выпивки, не церемонясь, огрел между лопаток.

— Употреблять высокоградусный алкоголь надо уметь, мисс Грейнджер. Что у вас случилось?

— Ничего… — она вытерла рукавом слезы, — просто работа у вас… нервная.

— Рад, что вы оценили. Зачем приходил Теодор?

— За зельями. — Гермиона жадно осушила подсунутый Поттером стакан с водой, — спасибо, так намного лучше. И как вы эту гадость пьете?

— Опыт. Рассказывайте.

— Мне пришлось распотрошить ваш запас, профессор. Волдеморт, похоже, баловался сектусемпрой, отец Тео при смерти, а у семьи нет денег даже на релаксант. Парень руки мне… вам целовал.

Снейп поднялся.

— Я немедленно отправляюсь…

— Через мой труп! — хором объявили гриффиндорцы, Поттер для верности ухватил зельевара за запястье. Снейп уставился на его пальцы, просчитывая, сколько котлов пришлось бы отдраить наглецу, случись нечто подобное до Рождества.

— Сэр. — Мальчишка потянул его вниз, заставив усесться обратно на диван. Количество котлов возросло втрое. — Это очень плохая идея.

— Речь идет о моем ученике, Поттер. И о жизни хорошего знакомого.

— Нотты — последователи Волдеморта, возможно, вас заманивают в ловушку.

— Ты сам сказал, что Лорд сегодня пытал Теодора.

— У него есть жена и сын.

— Чушь! Я знаю Синтию…

— Ничего не скажу о ней, но Тео спит и видит, как бы подарить вас Риддлу на Пасху. Не пущу.

— У меня есть твоя защита и портал.

— Защита не рассчитана на то, что вы самолично полезете в пекло, а портал не прикроет ни от круциатуса, ни от авады. Сэр, пожалуйста… Мы сейчас вызовем Драко, отправим туда от вашего имени. Уж ему-то точно ничего не грозит.

Когда Минерва вынырнула из мутной дымки погасшего воспоминания, кабинет был залит светом, на низких столиках по углам привычно потренькивали серебряные конструкции, в рамах дремали портреты, а Фоукс, щелкая клювом, прореживал перышки под крылом. На столе рядом с думосбором дымилась чашка чая. МакГонагалл схватила ее и, обжигаясь, отпила сразу половину.

— Как ты себя чувствуешь, Минерва?

— Рубеус с его ведром сейчас бы не помешал. — Она перевела дух. — Откуда эти помехи?

— Гораций никогда не был силен в окклюменции. Он подделал часть воспоминания, поскольку отнесся к любопытству Тома куда снисходительнее, чем хотел показать. Как видишь, мне удалось восстановить стертые куски разговора, хотя качество оставляет желать лучшего.

— Ясно.

Она залпом допила чай и резко поставила чашку обратно, едва не расколотив блюдце. Дамблдор невозмутимо трансфигурировал то и другое в бокалы, призвал откуда-то темную пузатую бутылку.

— Немного бренди нам с тобой действительно не повредит.

Она с готовностью протянула руку за своей порцией. Как там говорил Северус? Средство для снятия стресса? Панталоны Гвиневеры, так и спиться недолго.

— Хоркруксы… Значит, вот откуда взялось бессмертие Того-Кого… — поморщилась, — Волдеморта. И сколько же их у него, Альбус? Три? Пять?

— Полагаю, семь. Том всегда был неравнодушен к разного рода символам.

— Святая Медана… Чудовище.

— Их могло быть намного больше, не требуй создание каждого весьма сложного ритуала.

— И что теперь с ними делать?

— Часть уже уничтожена. Но не все.

Альбус бросил на нее тяжелый взгляд, и Минерва почувствовала, как по спине бегут мурашки. Знает ли об этом Команда? Конечно, знает, раз Поттер по три раза на дню заглядывает в волдемортовы мозги. А ее посвятить, очевидно, не сочли нужным. Вот тебе и «никогда не скроет важных фактов»… Стоп, Минерва. Прошло всего два дня. Они просто не успели.

— Вы хотите, чтобы я рассказала о хоркруксах Командору?

— Он и сам отлично о них осведомлен.

— Ах, да, таинственный Обряд в Акингтоне. Значит, я должна выяснить планы Лиги в отношении поиска и уничтожения хоркруксов?

— Да, раз уж Командор до такой степени лоялен… Прямо спроси его, насколько он уже продвинулся и готов ли поделиться информацией.

Не сомневайся, Альбус, спрошу. Еще как спрошу!

— Хорошо, — она чуть усмехнулась. — Признаться, я очень рада, что не придется играть в кошки-мышки.

— Вряд ли подобное тебе по плечу. Ты очень честный человек, Минерва.

— Камешек в северусов огород?

— Отнюдь. Каждому свое.

Минерва допила остатки бренди, аккуратно поставила бокал на стол.

— Я не понимаю, при чем тут Гарри.

Дамблдор помрачнел и снова откупорил бутылку.

— Альбус, мне доста…

— Поверь, он тебе понадобится, — наполнил бокалы почти до краев и выпрямился, сцепив над бородой пальцы. — Провалившийся в Акингтоне Обряд — восьмой по счету. Седьмой тоже прошел не по плану, но все же состоялся. В Годриковой Лощине шестнадцать лет назад.

— Поттеры… И?

— Минерва, — мягко, почти нежно, таким тоном с младенцами разговаривают, — вместилищем хоркрукса может стать что угодно. В том числе и живое существо.

— Вы имеете в виду… — кровь стремительно отлила от щек, перед глазами потемнело, — нет, я не… Гарри…

В следующую секунду на затылок легла теплая ладонь, к губам прижалось стекло, в нос ударил резкий коньячный запах.

— Ох, Минерва, прости, совсем забыл о твоем сердце. Не стоило тебя поить…

— Напротив, Альбус, — она отобрала у него бокал и сделала два приличных глотка, — хотя я сейчас предпочла бы виски, — еще один глоток. — Вы уверены?

— Это куда более логичное объяснение их ментальной связи, нежели таинственный побочный эффект отрикошетившей авады.

— Значит, мальчик должен умереть… — она зажмурилась, — а я — та, кому вы намерены поручить сомнительную честь сообщить ему об этом.

Директор левитировал от камина второе кресло и уселся рядом.

— Поверь, Минерва, будь у меня выбор, я бы не за что не свалил на тебя этот груз. Но Хогвартс всегда имел для Тома чрезвычайную значимость, и финальный акт драмы, скорее всего, будет проходить именно здесь. Вполне возможно, ни Северуса, ни меня к тому времени уже не будет в живых. Остаешься только ты.

Минерва растерялась.

— Но… почему?

— Потому что ты — единственная, у кого достаточно смелости и чувства долга…

— Да я не об этом! Вы и Северус — почему?

— Считай это интуицией.

Заметив за очками-половинками прежний лукавый огонек, Минерва разозлилась.

— Значит, вы планируете красиво положить себя на алтарь и уйти в сиянии славы, а Гарри останется расхлебывать? Браво, господин директор! Северуса со своей интуицией познакомить не забыли?

— У него, как и у тебя, есть выбор, но я почему-то не сомневаюсь в его решении.

Не сомневаетесь, господин директор? В таком случае, вас ожидает сюрприз… Она залпом допила остатки бренди и почти бросила бокал на стол.

— Мерлин мой, Альбус, вы и представить себе не можете, до чего я устала от ваших загадок…

— Прошу, не сердись. Ты и так теперь знаешь больше, чем все остальные, вместе взятые.

— Благодарю за доверие, — она сама удивилась, насколько легко ей дались северусовы интонации, — поразительно, как вы вообще решились показать мне парочку экспонатов из своей коллекции тайн.

— Теперь понятно, где наш зельевар научился язвить. Минерва, я не из прихоти держу тебя в неведении. В свое время ты узнаешь...

— Ох, Альбус, у вас все всё всегда узнают в свое время. Только люди почему-то потом гибнут.

— Я не оправдываюсь, но от ошибок не застрахован никто.

— Вот именно, — она устало потерла висок и с тоской вспомнила гибкое, полное молодой силы тело львицы. Годы, милочка, годы… — Альбус, почему вы никак не хотите понять, что одна голова хорошо, а десять — лучше?

— Общение с Командором не прошло для тебя даром. Мы с тобой далеко не молоды, Минерва, поздно менять привычки.

Та-а-ак. Совпадение или ...? Ее щиты проверяли Северус с Поттером, да и портал должен помочь, но мало ли на что способен победитель Гриндевальда.

— Ваши привычки порой обходятся окружающим слишком дорого.

Дамблдор опустил голову.

— Минерва, прошу...

— Ох, избавьте меня от вашего фальшивого покаяния, Альбус.

Он резко повернулся, в голубых глазах мелькнул гнев.

— Ты несправедлива. Пускай давешние слова Уолдена вызвали у тебя сомнения в моей искренности, но смехотворные обвинения Командора — еще не повод вешать на меня всех собак.

Она поднялась, демонстративно налила себе еще бренди и, опершись бедром на край стола, посмотрела на начальника сверху вниз.

— Вы сказали, у Гарри есть надежда?

Он отвел взгляд.

— В ритуале возрождения Волдеморт использовал его кровь. Защита Лили живет в том, против кого была направлена, и теперь совершеннолетие Гарри уже не имеет особого значения. Волдеморт не в состоянии убить мальчика, пока жив он сам.

— А Гарри?

— Есть мизерный шанс, что проклятие Тома воздействует лишь на хоркрукс, поскольку на него защита не распространяется, тогда Гарри сможет исполнить Пророчество. В противном случае погибнут оба.

— Святая Медана… — оставив браваду, Минерва упала обратно в кресло, закрыв лицо руками, — и все это я должна буду рассказать мальчику?

— Да, дорогая. — Дамблдор хмыкнул. — Ну как, ты по-прежнему рвешься узнать все мои тайны? — он похлопал ее по плечу. — Только не стоит говорить ему о шансах. Когда у Гарри нет надежды, он действует намного решительнее.

— Почему же вы рассказали об этом мне? — глухо спросила она. — Почему вообще рассказали? Почему сейчас?

— Потому что не знаю, что случится завтра. С каждым днем Том становится все непредсказуемее. Несколько часов назад он убил Родольфуса Лестранджа — без всякого повода, просто так, — тяжелый вздох. — Конечно, вряд ли Том решится напасть на школу сейчас, средь бела дня, когда я жив-здоров, а Кингсли во главе Министерства и настороже, но чем черт не шутит. В прошлом году он уже поручил кое-кому мое убийство.

— Кому?

— Неважно, главное — в ближайшее время Волдеморт планирует повторить свой трюк. Моя смерть развяжет ему руки, так что Том не пожалеет усилий.

— А вы собираетесь ему подыграть?

— Я стар, Минерва.

Дамблдор не спеша вернулся в директорское кресло, убрал бутылку с бокалами. Минерва поняла, что аудиенция подходит к концу.

— Есть ли среди всего этого информация, не предназначенная для ушей Командора?

— Нет. Расскажи ему все, что сочтешь нужным. И передай: если у него появятся идеи, как помочь Гарри — я буду очень рад.

Явившись на кухню заварить чаю, Гарри обнаружил Финнигана. Тот перелистывал страницы толстой тетради, одновременно уплетая многоэтажный сэндвич.

— Симус? Ты откуда свалился?

— Здрассьте, мы с Колином уже часа два как пришли.

— И ни слуху, ни духу, будто у нас тут не мелкий коттеджик, а Малфой-мэнор. Может, еще кто по углам сидит, а мы и не в курсе?

— Нас вообще-то профессор видел. Он не сказал?

— Нет…

— Ах, простите, что не доложился, мистер Поттер, — Снейп отобрал у Гарри пакет с заваркой, — не иначе, как временное помутнение рассудка. Только им можно объяснить тот факт, что я доверил вам столь ответственное дело, как приготовление чая. Хорошо, опомнился.

— Я умею!

— Поверю тогда, когда увижу приличный балл в твоем экзаменационном листе. Как успехи, мистер Финниган?

— Отлично. Наш Колин — натуральный гений, и маньяк еще почище меня. Приклеился к паяльнику намертво. Пойду сэндвич ему отнесу.

Гарри заглянул в забытую на столе тетрадь.

— Похоже, они нашли друг друга, — присел на табурет, наблюдая за действиями Снейпа, — красиво вы работаете, сэр.

Тот усмехнулся.

— Комплимент от Поттера станет жемчужиной моей коллекции дифирамбов.

— Это не комплимент, я с первого курса любуюсь… Ну слава Мерлину, Малфой идет. Драко, сколько можно перышки чистить! Я ж тебя не на бал зову.

— Как всегда, любезен, Поттер, — Драко уселся за стол, схватил брошенный Симусом кусок колбасы и по-плебейски впился в него зубами, — м-м-м, вкушнотишша…

— Мистер Малфой, где ваши манеры?

— Я ешть хошу…

— Это не повод вести себя подобно варвару на привале.

— Фигня, — Драко прожевал и нацелился откусить еще, — Грейнджер права: все эти великосветские условности яйца выеденного не стоят. Поттер, дай хлеба, а?

Гарри поставил перед ним тарелку с оставшейся отбивной.

— Вау!

— Постой, я подогрею… Да куда руками, вилку хоть возьми! Во оголодал. Не ужинал, что ли?

— И не офедал.

— Почему?

— Домой мотался за книгой, Эджкомб попросила для курсовой. А вместо ужина меня Лорд вызвал, только от него. Сок есть?

— Мультифрукт.

— Это как? Впрочем, без разницы, давай. Зачем звали?

— Погоди, сначала — чего хотел Риддл?

— Кнарл его знает. Сначала битый час сидел и молчал, а мы с Руквудом, как два идиота, на него пялились. Потом спросил, что со шкафом, велел ускориться. — Драко глотнул из стакана. — Вкусно. Маглы делают? А в Англии этот мультифрукт растет?

— Не отвлекайся.

— Дальше они с Руквудом принялись изучать какие-то пергаменты, насколько я понял, их Рабастан из Багдада привез, мне же сунули томик Шекспира и приказали не скучать. — Малфой допил сок и жестом попросил Поттера налить еще. — Обалденная штука… С этой книжкой я и просидел до ночи, озверел вконец. Ненавижу Шекспира, откуда он там только взялся.

— Бред какой-то.

— Точно. Потом Руквуд ушел, а Лорд посадил себе на колени Нагини и принялся выспрашивать меня про успехи в учебе, прямо-таки заботливый дядюшка. Сказал, что намерен сделать Руквуда директором Хогвартса. Затем вдруг сообщил про болезнь тетки Беллы и спросил об отце. Тут меня, видать, перекосило, и он, наконец, пришел в себя — отругал за непочтение и прочел лекцию о том, что Темный Лорд всегда прав. И лишь под конец выдал нечто осмысленное: приказ следить за вами, сэр, выяснить уровень вашей магической силы и — по возможности — кто вы такой. Поттер, дай упаковку посмотреть.

— Стой. Это все?

— Все. Напомнил про шкаф и выставил вон, даже не круциатнул ни разу. Так зачем звали?

— Сэр, расскажите ему, я к Риддлу.

Поттер выскочил за дверь, но не успел Снейп объяснить суть проблемы, как тот уже вернулся.

— Черт, он спит, — снова сел за стол, задумчиво сунул в рот зубочистку, — и сон видит. Про Хогвартс. Не нравится мне все это.

— Завтра посмотришь.

— Завтра мне на уроки… Оп-па, — посреди кухни материализовалась долговязая фигура, — привет, Рон. А у тебя что стряслось?

— Это я его вызвал, Поттер. — Снейп убрал пакет с чаем в шкаф, — мистер Уизли, ваша дама сердца уснула на полуслове. Разумнее всего было бы оставить ее здесь, но, к сожалению, заменить ее завтра будет некому — ваши братья попросили тайм-аут до конца недели.

— Понял. — Рон почесал рыжую макушку, — сэр, она не спит с позапрошлого воскресенья. Нельзя ли устроить ей отвод по болезни?

— Хорошая идея, я поговорю с Минервой.

— И снотворного, не то подскочит с утра и помчится на лекции.

— Это лишнее. Передайте мисс Грейнджер, что если я увижу ее в коридорах до обеда — сниму баллы и отстраню от проекта на месяц. Будет упрямиться — скажите, что забота — вещь обоюдная.

Рон насупился.

— То есть?

Снейп закатил глаза.

— Прошу, избавьте меня от сцены ревности, лучше займитесь своей девушкой.

— Блин, тащить буду — проснется.

— Она под Наведенным Сном. Теперь ты, Драко. Наелся? Готов прогуляться?

— Все, что угодно, кроме Шекспира.

— Тогда отправляйся к Ноттам… стоп. Поттер, я могу пойти туда под Образом.

— Повторюсь, через мой труп. Драко предстоит общение с Тео, а вы уверены, что знаете все их студенческие фишки? Как объясните внезапно возникший целительский дар? Да и цитосонировать вам пока еще рано.

— Я не собираюсь…

— Ой, ладно, не удержитесь ведь. Сэр, ну ни к чему вам рисковать, Драко справится с этим намного лучше.

Снейп скорчил недовольную физиономию, сел рядом с Поттером, взял чашку с остывшим чаем. Он сдался. Малфой оторвался от изучения пакета с соком, окинул парочку насмешливым взглядом.

— Забота — вещь обоюдная… — и замахал руками в ответ на два одинаково яростных прищура, — молчу, молчу. Значит, мне всего лишь надо выяснить, как у них дела? Нет проблем, давайте координаты для аппарации.

Собеседники синхронно задрали брови, переглянулись.

— Черт, об этом я не подумал… После пожара они раз пять сменили адрес, последний должен быть у меня в факультетском журнале.

Драко вздохнул.

— Понятно, задача усложняется, придется сначала заглянуть в ваш кабинет, сэр. Это будет стоить вам, — щелкнул ногтем по пакету, — ящика такой вот вкуснятины. Заодно растолкуете мне, что такое Е211(1). Адью!

И бесшумно аппарировал, хулигански подмигнув напоследок онемевшему от такой наглости Снейпу. Гарри захихикал. У зельевара руки зачесались влепить ему подзатыльник.

— Во что вы превратили наследника Малфоев, Поттер? Раньше он бы сесть за стол без подобающей сервировки побрезговал, а нынче хватает мясо руками, игнорирует отсутствие салфеток, разговаривает с набитым ртом и хамит совершенно по-узлевски. Полагаю, следующим шагом станет женитьба на красотке-магле.

— Не согласен. Пока в мире существует Ханна, прочим раскрасавицам ничего не светит.

Они обменялись понимающими улыбками.

— Гермиона сама уснула, или это вы ее вырубили?

Проницательный, паршивец. Снейп взял ложку и принялся гонять в холодном чае чаинки.

— Поттер, до каких пор ты намерен видеть во мне чудовище?

— Я ж не имел в виду — петрификусом. Какой-нибудь милый слизеринский фокус…

Зельевар рассмеялся.

— Я просто изобразил сеанс саморегуляции с шариками, и через полминуты услышал ее сопение. Когда мисс Грейнджер принялась хлестать Гордонс, до меня вдруг дошло, что она вымотана ничуть не меньше меня.

— Вы друг друга стоите.

— Поттер, если ты собираешься читать мне мораль…

— Позже, сэр, сюда идет профессор МакГонагалл. Может, стоило перенести планерку на сегодня, раз уж все равно всем дома не сидится? Добрый вечер, мэм.

— Ночь, мистер Поттер, ночь! Когда вы, наконец, выучитесь смотреть на часы?

Вид у гриффиндорской деканши был боевой, Снейп невольно вспомнил случайно найденную в школьном архиве колдографию, на которой юная Минерва МакГонагалл демонстрировала дуэльные навыки во время ТРИТОНа по ЗОТИ.

— Действительно ночь, Минерва, и если ты планируешь снять с Поттера баллы, я с удовольствием на это посмотрю. Присаживайся. Чаю?

— Мерлин, нет!

— Понятно, ты была у Альбуса, узнала нечто новое и явилась сюда с целью устроить нагоняй. Осталось выяснить, кому и по какому поводу.

— Вам обоим. — Она села, отодвинула в сторону пакет с соком и уставилась на Гарри. — Мистер Поттер, объясните-ка мне, каким образом вы собираетесь избавиться от волдемортова хоркрукса?

Глядя на ее суровое лицо и сжатые в тонкую нитку губы, Снейп чувствовал, как отпускает, растворяется тяжелый шлейф откровений этого дня. Он наконец поверил: все будет хорошо. Команда справится.

1. Е211 — бензоат натрия, популярный консервант, в числе прочего препятствует брожению соков. Не знаю, использовали ли его британские производители, но один мой знакомый диетолог рассказывал, что в конце прошлого века Е211 пихали буквально во все подряд.