↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Команда (джен)



Автор:
Бета:
June 10
Фандом:
Рейтинг:
General
Жанр:
не указано
Размер:
Макси | 2004 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
AU
 
Проверено на грамотность
После воскрешения Волдеморт без конца пролетает со своими планами, и виновата в этом таинственная Команда, о существовании которой не подозревает никто, включая Дамблдора. А вот Снейпу крупно повезло, если считать "везением" очередной долг жизни имени Поттера.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава

Глава 35

Гостиная Аберфорта Дамблдора за последние сорок лет не изменилась совершенно. Все тот же засаленный ковер, тусклое, расчерченное грязными потеками окошко, слой пыли на каминной полке и безмятежная улыбка Арианы. Сунув нефритовую черепашку в карман, Альбус шагнул к портрету, бережно погладил картину у самого края рамы, ощущая кончиками пальцев неровные борозды масляных мазков.

— Здравствуй, моя Эриния… (1)

— Она уже без малого сто лет, как не здравствует.

Хозяин гостиной торчал в дверях, исподлобья оглядывая гостя. При виде его кошмарно грязных очков Альбусу, как всегда, захотелось немедленно протереть свои.

— И тебе тоже здравствуй, брат.

Секунду Аберфорт еще постоял на пороге, словно сомневаясь — войти-не войти — затем шагнул внутрь.

— Здравствуй. Что-то ты нынче зачастил. Никак с высшим благом нелады?

— Аб…

— Рабастан тебя с обеда дожидается.

Альбус невольно дернулся.

— Он пришел сюда… в натуральном виде?

Хозяин хмыкнул, запустил пальцы под нечесаную бороду, поскреб шею.

— Я эту шушваль под любой личиной чую. — Усмехнулся недобро. — Мой светлейший брат прибыл в грязный кабак якшаться с конченым отморозком. И как только тебя твое высшее благо отпустило?

— Перестань.

— Не командуй.

— Я не командую, а прошу.

— Знаем мы твои просьбы…

Альбус безнадежно махнул рукой и уселся на скрипучий диван. Аберфорт некоторое время еще нависал над ним, покачиваясь с пятки на носок, затем со вздохом опустился рядом.

— Стареем, брат. Даже ругаться толком не хочется, злости прежней нет.

— Тебя это огорчает?

— Еще бы. Кому нравится дряхлеть?

Помолчали.

— Аб.

— Чего?

— Меня скоро не станет.

Аберфорт удивленно моргнул.

— Да ну? Помирать собрался? С чего вдруг? Высшее благо требует?

Альбус беззвучно рассмеялся.

— Вот за что тебя люблю — с тобой притворяться не надо. Требует.

— Ну и дурак.

— Лучше не скажешь.

— Зачем?

— Пора уступать дорогу молодежи.

— Эк, спохватился! Раньше надо было думать. Сейчас они без тебя как козлята без вымени.

— То-то и оно. Торчу затычкой в бочке, ни туда, ни сюда.

— Ну и ехал бы в Зимбабве лимоны выращивать.

— Там они не растут.

— А где растут?

— В Италии, Испании, Аргентине…

— Езжай в Аргентину.

— Смысл? За мной прискачут совета просить, из-под земли достанут… Глупости все это, Аб, не имею я права сбежать, хотя хочется — спасу нет.

— Ты так и так бежишь.

— Живой беглец — предатель, мертвый — герой.

— Циник. На кого хозяйство бросишь?

— Справятся, в лихой год и кухарка — аврор. Главное — пока я жив, Том из подполья не вылезет, так и будет пакостить исподтишка. Люди гибнут, Аб…

— А-а… вот теперь понимаю. — Аберфорт медленно выпрямился, засопел грозно, стукнул костлявыми кулаками по острым коленкам. — Ты, значит, отдыхать ляжешь в уютный гробик, Риддл на радостях пойдет министерских резать, а сопляку Поттеру все это дерьмо разгребать?

— Такова его судьба, не я ее выбирал…

— Ну да, не ты! А кто его с Квирреллом стравил? Кто в пасть василиску сунул? Воспитатель хренов… Пареньку семнадцать лет, Ал, имей совесть! Сам со своим Геллертом бодаться шел — хоть пожить успел, а этого — из яслей сразу на скотобойню? Остановись!

— НЕ МО-ГУ!!!

Сложившись пополам, вжимая скрюченные пальцы в лицо, Альбус судорожно сглатывал яростную боль. Вот потому-то я и не люблю у тебя бывать, брат. «…имей совесть…» Ты — моя совесть, мой судия, моя Голгофа. Тебя не обманешь журнальной улыбкой, туманными речами, скоморошьими нарядами, конфетой в зубах. Ты — единственный! — видишь меня насквозь, всегда видел, даже когда сам я еще не подозревал, какую погань из себя вылепил. Здесь, в убогой комнатенке, в молчаливом присутствии Арианы, воскресает наяву давняя трагедия, роковой поединок, первая смерть в моем огромном послужном списке. И нельзя сфальшивить, невозможно оправдаться, все, что мне позволено — это жалкая попытка объяснить…

— Ты ведь знаешь, кто я такой, Аб. Самоуверенный кретин, вообразивший себя по молодости всезнающим и всемогущим мессией. Потом опомнился, поумнел, только свернуть с этой дороги уже не смог. Все казалось, еще один холмик, последний поворот — и на покой, но появлялись новые горы-чащобы-извилины, и не уйдешь в сторону, не присядешь на обочине, потому что больше некому… Страшная работа, грязная, подлая. Знал бы ты, сколько грехов я таскаю в душе, не нос бы мне своротил, а шею. Вот и Том на моей совести…

— Ну, пошел всех собак на себя вешать. Ты все-таки ему бывший учитель, а не мамочка.

— Для чего тогда нужны учителя?

Тяжелая братская пятерня опустилась Альбусу на спину.

— Из гниды фею не вырастишь. Том Риддл родился червивым насквозь, об него бы и сам Мерлин зубы обломал. Ты не о нем думай. Гарри — паренек хороший, светлый, я помню, как он тут детворе мозги вправлял. Правильный пацан. А ты его собираешься безусой мордашкой в дерьмо сунуть.

— Выбора нет, Аб. Проклятое Пророчество… Ни один не сможет жить спокойно, пока жив другой… Мне очень дорог этот мальчик, но защитить его от судьбы не в моих силах, могу лишь помочь — направить, научить, подтолкнуть. И уйти с дороги.

— Погоди уходить, не горит.

— В том-то и дело, что горит. Том до меня не сегодня, так на днях доберется, я ему словно кость в горле. Погибать надо с пользой.

— Польза… Вот все у тебя не как у людей, Ал. Приголубил бы Риддла в Министерстве Авадой — это была б польза.

— Не все так просто… ты не понимаешь…

Ладонь на спине дрогнула и исчезла.

— Куда уж мне, убогому, чумазому трактирщику, до великого светлого Альбуса Дамблдора.

— Перестань, мой чумазый трактирщик-брат куда выше и чище меня.

— Пошел блажить… Ты эти песни своему стаду пой, здесь они не работают.

Альбус медленно выпрямился, отвел плечи назад, разминая затекшую спину, недоуменно повертел в руке смятую оправу очков.

— Тома мне не потянуть, Аб, сейчас он и вправду бессмертен.

— Однажды Авада отправила его в бега на тринадцать лет. Повтори маневр — и воспитывай своего героя спокойно.

— Нельзя, они с Гарри связаны накрепко, и суть этой связи совершенно не ясна. Кто знает, как Непростительное для Тома скажется на мальчике? Я не имею права так рисковать.

— Ну да, а шансов выстоять в поединке против Темного Лорда у семнадцатилетнего пацана куда больше. Опять темнишь, Ал.

— Прости.

— Братьев не выбирают. — Аберфорт посмотрел ему в лицо, нахмурился. — Весь лоб себе когтями рассадил, истеричка старая, — вытянул из кармана палочку, — сиди ровно, залечу.

— Спасибо. — Дождавшись окончания процедуры, Альбус восстановил покалеченные очки и водрузил их на нос. Махнул рукой в сторону портрета. — Ты наш тоннель давно проверял?

— С неделю тому, в Комнату, правда, не попал, она была занята. Уверен, что детвора его найдет?

— Вход зачарован на чувство голода, попросят у Комнаты еды — попадут прямо к тебе.

— Умно, если риддловы смертожоры туда и заберутся, то вряд ли не обедамши. Что еще я могу сделать?

— Приглядывай за Гарри, ему наверняка потребуется помощь. Зеркало Сириуса цело?

— Что ему сделается.

— Держи под рукой. И вот еще что, я сейчас познакомлю тебя с одним домовиком, они с Гарри большие друзья. Добби!


Чтобы сесть за уроки в пятницу сразу после последней пары, надо быть Гермионой Грейнджер. Драко Гермионой не был, поэтому, закинув сумку в спальню, он отправился в Выручай-комнату. Там обнаружились мрачные Чжоу с Луной, у ног их лежал одинокий бумажный журавлик.

— Так и знал, что вы здесь. Проблемы?

Чжоу со злостью пнула измятое оригами.

— Нифига у нас не выходит, эта Нить Ариадны годится только первокурсников по гостиным разводить.

Луна склонила голову к плечу, искоса взглянула на Драко.

— Может, втроем попробуем?

Чжоу по-турецки уселась на пол, призвала журавлика, повертела его в руке.

— Бесполезно, нужно что-нибудь покрепче. Малфой, наша задача — отправить эту птичку в шкаф и вернуть обратно. Есть идеи?

— А простой клубок ниток не пробовали?

— Пробовали, птичка лететь отказывается.

— Блин…

Луна отобрала у подруги журавлика и принялась задумчиво разглаживать мятые крылышки.

— Есть чары Хозяина вещи, но они действуют только на родовые артефакты. Можно взять фамильный перстень…

— Ага, и он с удовольствием полетит. Малфой, у тебя случайно не завалялся какой-нибудь родовой половичок-самолет?

Драко медленно покачал головой и тут же щелкнул пальцами.

— Хозяин вещи! Элементарно! Эльфы!

Чжоу хлопнула себя ладонью по лбу.

— Конечно! Малфой, ты, как всегда, гениален. Добби!

Домовик возник посреди Комнаты, увидел бывшего хозяина и испуганно прижал уши. Драко досадливо поморщился.

— Ну чего ты кипишуешь, я ж тебя даже не обругал ни разу.

— Простите, мистер Малфой, хозяин, сэр…

— Да какой, саламандру тебе за шиворот, хозяин… Помощь нужна. — Легко преодолев сопротивление своей аристократической натуры, Драко присел перед домовиком на корточки. — Надо запустить одну штучку в этот шкаф как можно глубже, а потом, когда девчонки скажут, аккуратно вытянуть назад. В шкафу полно магии, наши заклинания не выдерживают, вся надежда на тебя. Справишься?

Эльф оживился.

— Добби сможет, Добби хорошо чувствует вещи! Добби рад помочь!

— Ну вот и отлично. — Он поднялся. — Чанг, Лавгуд, командуйте. Эй, чего радуетесь, будто книззлы над сметаной?

Луна отвернулась, пряча улыбку, а Чжоу показала большой палец.

— Классный ты парень, Малфой. — Подмигнула. — Ханна тоже так думает.

Драко почувствовал, как щеки наливаются румянцем.

— То-то она от меня бегает, как от чумы… Действуйте, время идет.

Чжоу протянула эльфу журавлика, но тот вдруг выпучил глаза и затрясся.

— Добби не сейчас… Директор Дамблдор зовет Добби… Добби поможет потом!

— Стой! — крикнула Луна. — Куда ты? Где Дамблдор?

— Трактир «Кабанья голова»! — пискнул домовик и с громким хлопком исчез.

Троица переглянулась. Драко кивнул.

— Это Рабастан. Прикройте меня тут.


Толкнув дверь с цифрой «8», Альбус вошел в комнатенку и первым делом позаботился о запорах и заглушке. Сидящий на подоконнике Лестрандж даже не обернулся.

— Напрасно вы так беспечны, Рабастан. Сюда кто угодно может заглянуть, а вы без маскировки, и даже дверь не озаботились запереть.

— Дверь… маскировка… — Лестрандж вынул из кармана маленькую фляжку, взболтнул и небрежно бросил на кровать. — Зачем? Все равно уже не жилец, днем раньше, днем позже…

Альбус невольно усмехнулся. Встретились два покойника…

— Не стоит себя хоронить раньше времени.

Рабастан наконец посмотрел на гостя. Одутловатое, невыразительное лицо, серые щеки, нос смотрит чуть в сторону — видать, тоже ломали. Светло-карие, полные прямо-таки нереальной тоски глаза. И впрямь без пяти минут мертвец.

— А что еще вы можете мне предложить, господин директор? Азкабан? Спасибо, я там был, не понравилось. Лучше сдохнуть.

— Откровенно говоря, не понимаю. — Альбус сел на единственный в комнате табурет, поерзал, устраиваясь на непривычно жестком сиденье. — Вы так и не сказали, чего ждете от нашего договора, Рабастан. Спасти вас от Азкабана действительно не в моих силах, слишком много крови на ваших руках. Только смягчить приговор…

— Успокойтесь, директор, ничего мне от вас не надо. — Лестрандж снова уставился в окно. — Хочу только, чтобы кто-нибудь в конце концов остановил эту тварь. Руди, конечно, не ангел, но он был моим братом. Они ведь учились вместе, помните? — Он ткнулся лбом в грязное стекло. — Ничего святого у мерзкой змеищи…

— Шестнадцать лет назад вы думали иначе. Так упорно разыскивали своего господина…

Плечи Лестранджа дрогнули.

— Лонгботтомы… Белла никогда не знала тормозов. — Он повернул голову вбок, потерся о стекло виском. — Глупо тогда вышло. Вы вправе не верить, директор, но мы с Руди не собирались доводить дело до крайности.

— Возможно. С чего вы вообще взяли, будто Лонгботтомы в курсе судьбы Тома?

— Был праздник, все радовались, даже авроры на дежурстве позволили себе кружку-другую эля. Мы втроем хотели выбраться из Лондона, аппарировать опасались — ночь, комендантский час никто не отменял. Идиоты, конечно, тогда все аппарировали из дома в дом, но мы ж не знали. Шли пешком под Оборотным. В Энфилде(2) наткнулись на группу авроров под мухой, там был и Фрэнк. Он хвастался своим, что знает, где спрятано тело Лорда. Врал, разумеется, но Белла будто с цепи сорвалась, едва уговорили ее не атаковать втроем семерых авроров, а подождать до утра. У меня случайно оказались фунты, мы сняли комнату в магловском клоповнике. Я уговаривал Руди бежать, доказывал, что Белла сошла с ума, но он наотрез отказался ее бросить… Днем мы отправились в дом Лонгботтомов. — Рабастан зажмурился. — До сих пор благодарю Мерлина, что их сын гостил у бабки…

Альбус опустил голову. Перед глазами стояло безумное лицо Алисы.

— Вы могли ее остановить.

Лестрандж едва слышно всхлипнул.

— Остановишь ее, как же. Меня она просто обездвижила, а Руди… Руди всегда был готов ей туфли целовать. Знаете, директор, мне приходилось пытать и магов, и маглов, но когда это делаешь толпой — мозг отключается, остается кураж. Будто страшный сон. А в тот день… — Резко обернулся. — Думаете, это вы мне не можете простить Лонгботтомов? Нет. Это я их себе никогда не прощу. Четырнадцать лет в Азкабане день и ночь их глаза видел, не жаловался. И в аду буду гореть — за них.

Лестрандж наклонился, упершись локтями в колени, принялся тереть запястьями скулы. Глядя на его лысую макушку, Альбус вдруг задохнулся от жалости, омерзения и… понимания. В одном адском котле нам с тобой вариться, Рабастан, ибо я — великий светлый маг Альбус Дамблдор — виновен ничуть не меньше. У тебя — Лонгботтомы, у меня — Поттеры. У тебя — любовь к брату, у меня — высшее благо. А результат один — кровь, грязь, искалеченные судьбы. Потому не в праве я тебя клеймить, презирать, ненавидеть. Бог судья нам обоим.

— Бог судья…

— А есть ли Он? — глухо, сквозь ладони. — Как можно такое допустить?

Альбус печально усмехнулся.

— Раз сидим мы тут с тобой вдвоем, два прожженных, полумертвых грешника, значит, Он есть… Довольно, Рабастан, давайте о деле. Есть новости?

— Есть. — Рабастан слез с подоконника, сел на кровать. — Очень странные новости… Сегодня утром Лорд должен был переехать в Малфой-мэнор. Мне поручили приглядеть за Поместьем, там остались вещи. Но в полдень Лорд вдруг вернулся, злой, как некормленая мантикора, и какой-то потрепанный. Угостил меня Круцио, велел дождаться Питера, а его не беспокоить, и спрятался у себя в спальне. Час спустя Нарцисса привезла Петтигрю с разбитой физиономией, в совершенно невменяемом состоянии.

— Нарцисса?

— Она передала общий приказ Лорда для Внутреннего Круга — носа не совать в Малфой-мэнор — и сразу ушла. Я попытался добиться от Питера информации, но он молчит. Сказал только, что Драко — полный говнюк.

— Вот как? Драко… Действительно странно.

— Больше я ничего не знаю, директор.

— Благодарю, Рабастан. — Альбус встал. — Мне пора.

Лестрандж понимающе кивнул.

— Хотите успеть до ужина тряхануть мелкого Малфоя?

— Почему ты так думаешь?

— Ладно вам, все наши в курсе, что он теперь двойной шпион. Жалко мальчишку. — Рабастан взял свою фляжку, отвернул крышечку и отсалютовал Альбусу. — Удачи, директор.


В камине вскипело зеленое пламя. Снейп отложил книгу и тревожно нахмурился. Что опять стряслось, если Альбус решил не дожидаться педсовета? Сейчас узнаем…

Директор против обыкновения не стал тратить время на приветствия.

— Северус, мне срочно нужен Драко, он сейчас в своей спальне. Будь добр, приведи его и отправь ко мне через камин.

Пламя опало. Весь во власти дурных предчувствий, Снейп накинул мантию и принялся застегивать многочисленные пуговицы. Права Грейнджер, надо заклинание… Что же случилось? Неужели умудрились проколоться в мэноре? На Карте у Альбуса Драко в спальне, но где он на самом деле — Мерлин знает. Вот черт… Он шагнул к двери и на пороге столкнулся с Малфоем.

— Драко, слава богам. Тебя вызывает директор.

— Блин, так и знал…

— Что вы опять натворили?

— Вроде ничего, но все равно, кажется, встряли. Вы куда?

— За тобой в спальню.

— Ага, платок там… Сэр, я с вами мышкой, можно? По пути все расскажу.

Секунду спустя Снейп посадил грызуна к себе в карман и вышел в коридор.

«Ну?»

«Питер проболтался Рабастану, что я присутствовал при переезде».

«Черт…»

«Рабастан встречался с Даблдором в «Кабаньей голове», я только оттуда».

«Надо было все-таки отпросить тебя на переезд официально».

«Тогда Дамблдор заинтересовался бы произошедшим в мэноре, а мы договорились не привлекать его внимания… впрочем, все равно привлекли. Как выкручиваться — ума не приложу».

«Выбора нет, говори, что ни при чем. Свидетелей масса — я, Поттер, Грейнджер».

«А как тогда?..»

«Ты ничего не видел, не слышал, не знаешь. И… вот что, вали все на Нарциссу. Узнав про переезд, она велела тебе не волноваться, мол, справится с этим сама».

«Он же явится в мэнор».

«Будем решать проблемы по мере поступления. Скоро ужин, потом педсовет, я договорюсь с Минервой ругаться как можно дольше. На ночь глядя Альбус точно в гости не нагрянет».

«Ясно. Спасибо, сэр».


Альбус сидел в своем кресле, жевал мармеладку и умиленно улыбался. Школьной темой номер один на этой неделе ожидаемо стали Поттер и Малфой, так что нет ничего удивительного в том, что пятничный педсовет превратился в перепалку двух деканов. Остальные молча пили чай, переводя снисходительные взгляды со вздрюченной МакГонагалл на арктически спокойного Снейпа.

— Извини, Минерва, но на сей раз у тебя нет причин упрекать меня в пристрастности. Мистер Малфой получил точно такое же взыскание…

— О да, конечно, такое же. Не считая того факта, что завтра с утра у нас матч с Райвенкло, а капитан гриффиндорской сборной вместо квиддичного поля вынужден торчать у тебя в подземельях и строгать всякую мерзость!

— Поттеру стоило об этом подумать до того, как устраивать свару под дверью моего кабинета.

— Малфой наверняка его спровоцировал!

— Недоказуемо.

— Есть свидетели!

— Разумеется, можно вызвать их сюда, только что они скажут? Гриффиндорцы наверняка будут с пеной у рта доказывать вину мистера Малфоя, а слизеринцы сделают то же самое в отношении Поттера. И все останутся при своем.

— Но ведь надо учитывать….

— Матч? Ни в коем случае, я достаточно ценю уважение своих студентов, чтобы не совершить подобную глупость. Кроме того, если я вдруг отменю на сегодня отработку, это будет однозначно воспринято как поблажка в сторону Поттера и вызовет новый дуэльный виток. Не трудись, Минерва, наказание останется в силе, даже если Поттер вздумает завтра жениться.

МакГонагалл прищурилась.

— Помнится, семь лет назад перед матчем Слизерина с Хафлпаффом, когда Маркус Флинт наградил Оливера Вуда дополнительной парой ушей…

Снейп пожал плечами.

— Ты пошла мне навстречу и перенесла отработку на следующую неделю. Поверь, я весьма благодарен и при случае верну долг. Но не сегодня.

Она страдальчески завела глаза под потолок.

— Ты невозможен. Альбус, сделай что-нибудь!

Дамблдор сочувственно развел руками.

— Прости, Минерва, ничем не могу помочь. Взыскание вполне заслуженно, Северус в своем праве.

Она шумно выдохнула.

— Хорошо, пусть так. Но какой резон наказывать мисс Грейнджер? Девочка ни в чем не виновата, тем не менее, ей придется до конца семестра проводить вечера в подземельях вместе с дуэлянтами.

Снейп невозмутимо протянул руку к своей чашке, сделал глоток.

— Мисс Грейнджер чересчур увлеклась благотворительностью. Если она собирается продолжать в том же духе, ей стоит усвоить, что добро не менее наказуемо, чем зло. — Он взглянул на часы. — Собственно, продолжать полемику нет смысла, через пятнадцать минут отработка подойдет к концу. Альбус, я еще нужен? Мне пора спускаться в лабораторию, проверить качество работы и вернуть мальчишкам палочки.

— Конечно, Северус, мы и так сегодня засиделись. Все свободны. Минерва, задержись.

Она понимающе кивнула. Снейп окинул их острым взглядом, стремительно поднялся и вышел. Вслед за ним в дверь принялся протискиваться Хагрид, остальные, как всегда, выстроились в очередь, тихонько переговариваясь и наблюдая, как Филиус левитирует к буфету чайные чашки. Альбус невольно вздохнул. Милая, привычная картина, до чего же больно сознавать, что старому мирному Хогвартсу совсем скоро придет конец…

— Еще чаю, Минерва?

— Помилуйте, Альбус, я хоть и волшебница, но не бездонная бочка.

— Но дорогая, сегодня ты так увлеклась пикировкой с Северусом, что почти не притронулась к своей чашке.

— Да? Странно, ощущение, будто выпила целое ведро. — Она подождала, пока за Помоной захлопнется дверь. — Я думала, вы позовете меня вчера.

— Было о чем подумать. — Альбус поставил перед ней флакончик с воспоминанием. — Скажи-ка, Минерва… ты встречалась с ним уже дважды. Не заметила ничего… необычного?

— Необычного? Святая Медана, да назовите мне там хоть что-то обычное!

— Разумеется, но… вот эти девочки-иллюзоры. На самом деле они — взрослые женщины, в истинной своей жизни замаскированные настолько плотно, что никому и в голову не придет… Минерва, у тебя не возникало вопроса, почему маг со столь невероятным потенциалом не проявил себя еще в Хогвартсе?

— Наверняка слизеринец.

— Возможно. И все же. Сомневаюсь, что наш Командор с младых ногтей готовил себя к роли руководителя тайной организации. Я не в состоянии вообразить себе причин, по которым одиннадцатилетний ребенок стал бы скрывать свои выдающиеся способности. Это не говоря уж о том, что стихийные выбросы подобного уровня не могут остаться незамеченными.

— Маглорожденный?

— Тем более, я помню, какой индекс чары Финире Эссентия показали в случае четырехлетнего Тома Риддла. С мальчиками всегда связаны определенные ожидания, и они стараются им соответствовать. Иное дело — девочки, особенно те, перед которыми семья и общество ставят единственную задачу — выгодно выйти замуж.

— О! — Минерва округлила глаза. — Вы считаете, Командор — женщина?

— Подозреваю, что так.

— Но… Мерлина ради, Альбус, только не говорите, что собираетесь проверять всех домохозяек Британии.

— В нашем случае круг поисков не так уж велик. Это должна быть чистокровная волшебница из семьи, где принято следовать традициям. Далее, учитывая осведомленность Командора в делах Тома, она, вне всяких сомнений, замужем за кем-то из Внутреннего круга, а возможно, и сама носит Метку. И последнее. Три года назад у нее появилась весомая причина создать Серую Лигу. Таковой причиной стало возрождение Тома и то, чем оно грозит ее сыну.

— Святая Медана…

— Как видишь, список подозреваемых весьма ограничен: Синтия Нотт, Мэри Треверс, Ганория Паркинсон, Линда Гойл… Впрочем, у меня есть конкретная кандидатка в Командоры. Скажи, Минерва, что ты думаешь о Нарциссе Малфой?


День для Форса Фортунаса закончился удачно: вернувшись из Малфой-мэнора, он успел перехватить Марту и теперь с умилением наблюдал, как синеглазая очаровашка уписывает большой шоколадный рожок.

— Еще хочешь?

Она смущенно потупилась, старательно вытерла салфеткой пальцы и подняла глаза — будто полыхнула застенчивой синевой. У Форса в сотый раз перехватило дыхание, губы сами собой расплылись в восхищенной улыбке.

— Какая ты…

— Толстая, да? Мама меня с семи лет по врачам таскала, и потом уже, в Хогвартсе, я сама в Мунго на заговоры ходила — все без толку. Только помани шоколадкой…

Форс испуганно замахал руками.

— Да я не это хотел… то есть… какая ты толстая? Не толстая! Ты… такая…

— Не надо!

Марта жалобно заморгала. Форсу страшно захотелось испарить к мантикорам столик и прижать синеокий подарок судьбы к своему мужественному плечу.

— Хочешь, я их всех на дуэль вызову?

— Кого?

— Ну… кто говорит — толстая.

— Зеркала?

— Ек-макарек, нашла, кого слушать!

— Они хоть не врут. — Марта горько вздохнула. — То, что у нас в дамской комнате, натуральные истерики устраивает: не хочу, говорит, тебя отражать, ты в меня не помещаешься, позови лучше Люси…

Форс тут же решил пробраться втихаря в дамскую комнату и разнести стервозную стекляшку Бомбардой.

— Это которая Люси? Та швабра из секретариата Визенгамота?

— У нее фигура модели!

— Да кому нужна такая модель? Ни пощупать, ни погладить, обнимешь — все руки о ребра отобьешь. Не-ет, женщина должна быть мягкой…

Марта порозовела и упрямо поджала губки.

— Люси красивая!

— Хо! Вывеску вон видишь? Тоже красивая, только плоская. Полюбовался — и мимо прошел.

— Мужчины от Люси без ума!

— Все?

— Все!

Форс расстроенно облизал ложку.

— Да что ж это за город… — он показал пареньку за стойкой два пальца, тот кивнул. — Вот у нас в Дублине…

— Нет зеркал?

Слава Мерлину, улыбается. Ямочки на щечках — пальцы чешутся потрогать.

— Марта, — он лег грудью на столик. — Ты — удивительная.

Она недоуменно распахнула глазищи — захлебнуться можно, ей-богу — оглядела себя с боков, откинувшись, посмотрела под стол.

— Удивительная… корова.

— В Индии коровы — священные животные, — блеснул эрудицией Форс, и тут же снова замахал руками, — прости, совсем одурел… ох, только не плачь! Марта…

Она торопливо поднялась, взяла сумочку.

— Спасибо, Форс, мне пора…

— Куда! — Он поймал ее за запястье. — Не уходи! Сейчас еще мороженого принесут, я его тоже люблю… Ну нравишься ты мне, понимаешь?

— Нравлюсь? Я?

— А что такого?

Она растерянно пожала плечами и села обратно. Форс не спешил отпускать ее руку, с удовольствием осязая под пальцами пухлую девичью плоть.

— Я думала, тебе в аптеку…

— Да гори она огнем, аптека!

— Мог бы так и сказать.

— Ну, сначала я даже не надеялся. Полон Аврорат мужиков, а такая девушка — и не занята.

Марта робко улыбнулась, и Форс мысленно пообещал себе к следующему свиданию скупить весь лондонский шоколад.

— Пойдем завтра после работы гулять?

— Пойдем… Ты в кино был?

— А?

Марта оживилась.

— Это такое магловское развлечение, тебе понравится. Я поищу, вдруг где-нибудь «Титаник» показывают… Ма-амочки мои, мы не лопнем?

Две подплывшие к столику порции мороженого были не просто большими — огромными. Форс ошеломленно оглянулся на стойку. Паренек-официант хитро ему подмигнул и растопырил два пальца буквой «V».

— Ох… В Дублине это означает «повторить».

— А в Лондоне — «удвоить». — Марта аккуратно слизнула верхушку. — Мммм, всю жизнь мечтала…

Форс перевел дыхание и взял ложку. Ладно, завтра поглядим на этого ее Титануса, а в воскресенье аппарируем в Дублин. Попробует мамин шоколадный пудинг — точно никуда не денется.

— Ты чего не ешь?

— Извини, задумался. — Он поспешно сунул ложку в рот. — Здорово, что ты сегодня задержалась.

— Это из-за Тима. — Марта понизила голос до шепота. — Они с Эджкомбом так орали, что шефу пришлось вмешаться и навесить обоим по выговору. А оформлять кому? Мне.

— Эджкомб тоже орал?

— Еще как! Тим умудрился перепутать приказы: вы сегодня не к Малфоям должны были идти, а к Дэвисам.

— Да ну?

— Скандал до небес, все Министерство сбежалось послушать. Ты ж знаешь Тима: он сначала вопит, а после думает. Эджкомб тоже не кудрявая овечка, дело едва до драки не дошло, но явился шеф, заткнул обоих Силенцио и повел к Тиму в кабинет разбираться. Там они открыли сейф и нашли приказы на Дэвисов. Видел бы ты лицо Тима…

— Ничего удивительного. У него там целая гора свитков, и все одинаковые.

Марта пожала плечами.

— Так он-то свои маркировки должен видеть. Вообще странно, Тим по жизни жуткий педант. Он по запаху чернил определяет, когда отчет написан, а тут собственные приказы…

Форс нахмурился. В голове возникла утренняя картинка: широкие рукава синей мантии мелькают над грудой свитков. «Держи, это твой»… Где-то в районе затылка засвербила игла нехорошей догадки.

— Марта, ты случайно не знаешь… такую…

Ек-макарек, имени-то спросить не удосужился!

— Кого?

— Ну… дылда. Шатенка. Худющая, лохматая, в очках, мантия синяя.

— У нас вроде таких нет.

— Сказала — не местная.

— С другого уровня? — Марта задумалась. — Синие мантии вообще — форма Отдела Тайн, но они их редко носят, не любят выделяться.

— Эта, видно, любит. Я ее утром в коридоре встретил.

— Понравилась?

Форса передернуло.

— Скажешь тоже! Хамила без продыху, страшила очкастая.

— Зачем тогда она тебе?

— Э-э-э… странно просто. Шла с охапкой пергаментов по нашему этажу, всех знает, и тебя тоже, а ты ее — нет.

— Может, она к Уизли приходила?

— Может… Отдел Тайн? Хм…

Иголка подозрения разрослась до размеров шила. Могла лахудра подменить свитки? Запросто. Но зачем вдруг Отделу Тайн понадобилось отправлять авроров в Малфой-мэнор именно сегодня? Ничего особенного там не случилось, если не считать шикарного обеда в обществе сомнительно-гостеприимных хозяев. Или все наоборот, дело в Дэвисах? Придется доложить Эджкомбу, не шутки. Посоветоваться бы с кем…

— Форс?

Конечно, вот она сидит — лучшая кандидатка в советчики. Всех знает, сама не дура и не трепло.

— Марта, я, кажется, влип…

Он решительно вывалил ей утреннюю историю и ворох своих подозрений. Выслушав, девушка отодвинула мороженое, тревожно прикусила губу.

— Нехорошо… Уверен, что хочешь доложиться? Тим тебя сожрет.

— Понимаешь, они все равно меня вычислят: Тим сам выдал мне приказы, а Эджкомб помнит, что я опоздал. Лучше самому прийти с повинной.

— Ну, это не проблема, скажешь — меня встретил, заболтались, я как раз в то время в архив ходила.

Утонув в очередной раз в океане застенчивой синевы, Форс возблагодарил небеса за волшебное свое везение. Не девчонка — сокровище. Куда вы все смотрели, придурки? Швабру Люси им подавай…

— Спасибо. Только все равно это неспроста, а один я расследование не потяну.

— Вряд ли есть чего расследовать. У Тима защита на сейфе аховая, ее взломать нереально. Лахудру твою я, правда, ни разу не встречала, но в Министерстве прорва народу, чему удивляться. Совпадение, Форс, чистое совпадение, лучше забудь. Тиму только дай повод свалить на кого свой косяк, пропадешь ни за что.

Форс уныло кивнул.

— Отправят обратно в Дублин… Но я к тебе буду приезжать, каждый день, можно?

— Можно, только… давай ты лучше не уедешь.

— Золотко… ой, извини.

Марта покраснела.

— Ничего, мне нравится.

— Хорошо, золотко… — Форс силком заставил себя вернуться к невеселой теме. — Понимаешь, я бы плюнул, но есть еще одна странная история. Ярмарку помнишь?

— Еще б не помнить. Тим кинул в тебя Финитой и погасил Метку, потом весь Аврорат полночи отчеты строчил.

— Верно. Только меня там не было.

— Где?

— Там, с Меткой.

— А кто был?

— Понятия не имею.

— Подожди, давай сначала. Вас всех усыпили…

— Я ж не знал, что всех, думал, один такой дурак. Просыпаюсь в какой-то палатке, на улице день. Прибегаю на пост — ребята подмигивают, по плечу хлопают, спрашивают, как объяснительную писать собираюсь. Молчу, стыдно же — аврор, ек-макарек, службу проспал. Что к чему, выяснил только вечером, когда за отчеты сели, мой мне Тим лично диктовал. Злой, как бес, рта не дал раскрыть, пригрозил Силенцио. Я хотел к Чангу пойти, но… не пошел.

Форс умолчал лишь об одном: в той палатке он проснулся не просто так, а под боком у незнакомой девицы, в ужасе натянул штаны, схватил в охапку мантию с ботинками и снитчем вылетел наружу. Вернувшись два часа спустя, уже не нашел ни палатки, ни девицы. Ну как про такое в отчете писать?

Марта незаметно прикончила мороженое и теперь в волнении грызла костяшки пальцев. Форс тихонько пододвинул к ней свою креманицу. Девушка не глядя схватила ложку.

— Вот это да… Слава Мерлину, что никому не сказал.

— Марта, золотко, я струсил, понимаешь?

— Это не трусость, а здравый смысл. Смотри сам: на твоей лахудре была синяя мантия, так? И ярмарочные штучки очень смахивают на проделки Отдела Тайн, полевые испытания какие-нибудь…

— По-твоему, это они драконов увели?

— Кто их знает. Ходили слухи, что распоряжению Шеклболта куда-то в Глостершир — но не на Ярмарку! — был отправлен отряд Медоуза, они-то драконов и переловили. Невыразимцы тоже подчиняются лично Шеклболту, а Шеклболт — большой друг Дамблдора и наверняка состоит в Ордене Феникса…

— Где?

— Тайный Орден, про него никто ничего не знает. Ну, кроме того, что его создал Дамблдор для войны с Тем-Кого-Нельзя-Называть.

— О, как…

— А теперь гляди: разве от всех этих историй кто-нибудь пострадал?

— Вроде нет.

— Вот видишь. Наверняка там была операция Ордена Феникса, или Отдела Тайн, или всех вместе. Шеклболт точно в курсе, иначе почему служебное разбирательство по поводу сонного порошка прекратил? Политические игры, Форс, не встревай. — Марта умоляюще сложила руки. — Не ходи к Эджкомбу, пожалуйста, пускай сами разбираются.

— Не пойду.

— Слава Мерлину… Ой. Я твое мороженое съела. Прости, пожалуйста, это от волнения: когда нервничаю, лопаю, что под руку попадется. Я сейчас для тебя еще возьму… ну Форс! Чего улыбаешься? Глупо выгляжу, да?

— Марта, ты умница.

— Правда?

Конечно, правда, золотко, да благословят звезды интриганку-лахудру. Ты верно рассчитала, к начальству с откровениями лезть не стоит, но вот в чем беда: забыть про все это вовсе у меня тоже не получится. Аврор я, золотко, и гриффиндорец. Спасибо, что подсказала, к кому обратиться, а теперь давай еще по мороженому.

Форс обернулся к стойке и поднял над головой два пальца буквой «V».


1. Называя Ариану «Эринией», Альбус, разумеется, имеет в виду не классическую древнегреческую троицу злобных старух, богинь мщения, а более позднюю трактовку, воплощенную в «Эвфменидах» Эсхила, где Эринии — олицетворение угрызений совести и справедливой кары, преследующие виновного до самой смерти.

2. Энфилд — одна из лондонских окраин.

Глава опубликована: 14.08.2011
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 4427 (показать все)
Commandor
mafusik3005
"После стольких лет - Постоянно"
Хихикс=))
Все время вспоминаю перевод Спивак=))
Я недавно решила расслабиться и перечитать все 7 книг, купила себе подписку киндла а там перевод Спивак) На второй странице Думбльдор меня добил и пришлось читать на английском
_Екатерина
Да если не ошибаюсь, не был Дамблдор на момент ареста Сириуса Верховным. Барти Крауч старший, нет разве? А Дамблдор был лишь директором школы, пусть и сильным магом и победителем Гриндевальда. Но все же простым директором.
mafusik3005
Commandor
Я недавно решила расслабиться и перечитать все 7 книг, купила себе подписку киндла а там перевод Спивак) На второй странице Думбльдор меня добил и пришлось читать на английском
Вас тоже она бесит? =))
Commandor
Согласна. На судах пожирателей Дамблдор был одним из визенгамота э. Не был верховным на тот момент. И сила его голоса равнялась остальным (их там человек 50 вроде сидело)
Commandor
А кого нет? Я еще ни разу не встречала поклонников перевода Спивак:)
_Екатерина
А я согласна. Сириуса-то Дамблдор на 12 лет в Азкабане оставил: знал он, не знал, но ведь даже не попытался выяснить
Сейчас будет много текста, сорри

По-моему, этот момент конкретно в этом произведении передан очень хорошо: это мы знаем, что Сириус не предавал, и читая оригинальное произведение/фанфики оно кажется очевидным. Но Автор хорошо передала, что, в общем-то, у нас нет ниодного повода думать, что Дамблдор хорошо знал и разбиралася во всех своих учениках, и на основании чего ему не верить окружающим свидетелям и их показаниям?

И то же самое касается "если бы он знал, кто предатель - оставил бы как есть". Это мы знаем, что по итогу прихода Волдеморта в Годриковую Впадину Гарри Поттер выжил. Но предположить заранее, что годовалый ребенок может пережить аваду, это как предположить, что завтра на Землю упадет Луна, так как Грюм-Крауч ясно говорит в 4ой книге, что никто и никогда не переживал заклятье Авады кроме Гарри Поттера. Мы, конечно, находимся в разделе фанфикшена, где всегда можно додумать, что Дамблдор нашел некие тайные знания, но если не натягивать сову на глобус, то история должна была быть такой: Волдеморт узнал тайну, пришел к Поттерам, убил всех троих и счастливый ушел с новым хоркруксом.

И даже если все-таки помучать сову, одна из причин, почему жертва Лили сработала, было то, что Волдеморт не собирался её убивать (В оригинальном тексте он просит её отойти в сторону). И даже если поведение Снейпа с его просьбой не убивать Лили можно было бы предугадать, то тот факт, что Волдеморт собирался выполнить просьбу своего подчиненного уже нет. Дамблдор скорее должен был бы предположить, что это Снейп за такие просьбы сам схлопочет зеленый луч между глаз, чем то, что Волдеморт будет в таком хорошем настроении, что согласится сохранить жизнь какой-то магглорожденной.

На мой взгляд, Дамблдор был достаточно расчетливым политиком, и как я уже написала выше, он должен был рассчитать ходы так, чтобы Гарри Поттер 100% выжил, и встреча самого могущественного маньяка с желанием его убить в это вписаться никак не могла
Показать полностью
mafusik3005
Commandor
А кого нет? Я еще ни разу не встречала поклонников перевода Спивак:)
Мне приходилось встречать. И спорить насчёт того, что Думбльдор - тот, кто много думает, и тому подобное=))
Правда, спустя пару комментариев мне надоело.
mafusik3005
Если честно, к концу Вашего комментария я чуть запутался. Хотя три раза перечитал.
Вы считаете, что Дамблдор не знал, что Сириус Блэк не предатель?
По этому фанфику -да, не знал. А по канону и кинону - не знаю, не уверен.
Commandor
Я изначально пару месяцев назад писала, что не считаю, что если бы Дамблдор знал, кто предатель, то все равно оставил бы все как есть. Потому что оставить все как есть = отправить Волдеморта к Поттерам = убить Гарри Поттера = убить надежду магического мира. Дамблдор не мог предположить заранее, что Гарри Поттер в возрасте одного года не просто переживет встречу с одним из сильшейших магов, но переживет убивающие заклятие.


Commandor
mafusik3005
Мне приходилось встречать. И спорить насчёт того, что Думбльдор - тот, кто много думает, и тому подобное=))
вы знаете, я достаточно лояльно отношусь к переводам имен. У Роулинг было много говорящих фамилий, и, на мой взгляд, это неплохо, попытаться адоптировать хотя бы частично их смысл. Но Спивак просто в какой-то момент забила и на читаемость, и на смысл (в том числе здравый). Это просто невозможно читать же!
Не знаю... Если дать возможность выжить магическому миру ценой жизни трёх людей... Я б рискнул.
А по поводу Спивак -согласен)
Commandor
Не знаю... Если дать возможность выжить магическому миру ценой жизни трёх людей... Я б рискнул.
а как это может дать возможность выжить а не убьёт её окончательно? Нет никакой логики, которая говорит, что смерть всех троих может хоть как-то помочь. Из пророчества мы знаем только то, что родится ребенок, которой сможет противостоять Волдеморту. Логичнее сделать все возможное, чтобы предполагаемый ребенок выжил (и кстати, в каноне Дамблдор предлагает себя в качестве хранителя). А не стопроцентно гарантировать смерть одному из предпологаемых детей
Очень понравился ваш фик, прочла залпом, спасибо за работу ❤
Очень напомнил "Of a linear circle" К сожалению, перевода на русский нет (хотя возможно летом я начну это исправлять))) но знающим английский очень советую погуглить, очень похож на команду! Тоже есть "третья-серая" сторона, адекватный Северус, дамби не совсем хорош но и не прям гад, МакГонагалл 👌👌👌, Гарри и ко правда там не такие крутые как тут (но только в начале)) вообщем прям пока читала только и думала о них, всем полюбившим команду советую!
К вопросу о Блэке.
Да простит меня Автор, но поскольку этот вопрос уже задолбал, возьму смелость кинуть ссылку на наш с Malice Crash разбор этого эпизода в рамках разбора всей идиотской ситуации Хэллоуина-1981:
https://ficbook.net/readfic/11794076/30341246#part_content
И альтернативную версию объяснения действий Дамблдора:
https://ficbook.net/readfic/018c0cb1-9e97-77d0-a8a6-29331e5a1bb3
В принципе, больше говорить и нечего, но! Отмечу, что вопрос стоит не как "почему Дамблдор не вытащил Блэка", а как "почему Дамблдор ВООБЩЕ не допросил Блэка" (при том, что он мог допросить узника Азкабана и даже инициировать пересмотр дела, см. историю Морфина Гонта, о которой сам Альбус нам и поведал в каноне). И этот вопрос в рамках канона вряд ли отвечаем без либо махрового дамбигада, либо деменции у того же таки Дамблдора.
mafusik3005
Commandor
а как это может дать возможность выжить а не убьёт её окончательно? Нет никакой логики, которая говорит, что смерть всех троих может хоть как-то помочь. Из пророчества мы знаем только то, что родится ребенок, которой сможет противостоять Волдеморту. Логичнее сделать все возможное, чтобы предполагаемый ребенок выжил (и кстати, в каноне Дамблдор предлагает себя в качестве хранителя). А не стопроцентно гарантировать смерть одному из предпологаемых детей
Так, возможно, замысел Дамблдора в том и был - кто кого убьет? Если бы выжил сильнейший по пророчеству (мы в сказке, не забывайте, тут и пророчества работают), думаю, Дамблдор вышел бы на бой с Волди. Учитывая, что Том всегда побаивался Альбуса, после исполнения пророчества - один из них убьет другого - Альбуса остался бы единственным, кто мог бы одолеть Тома.
Потому и смерть троих Поттеров не стала бы большой потерей для мира.
Но Гарри выжил. И комбинатору пришлось создавать новый план.
Элен Иргиз
А разве обязательно в Москве печатать? Мне кажется, можно и в каком-то менее крупном городе найти издателя, они там почти все услуги подобного плана предлагают… И разослать оттуда же можно. Или я не знаю каких-то нюансов?

Я бы тоже поучаствовала в этом деле, живу в основном в Петербурге сейчас, но в Москве бываю периодически :)
Freace
А разве обязательно в Москве печатать?
Я думаю, про Москву вспоминают потому, что прошлый тираж тут печатали. Сама Tansan из Петербурга, не знаю, почему отдали предпочтение московской типографии. Обычно подальше от Москвы бывает подешевле как раз.
Основной нюанс в том, что нужен доброволец, который забесплатно проделает море работы: напишет всем желающим, соберет с них деньги, согласует макет с типографией, примет тираж и разошлет его. Это довольно муторно.
Я свою книгу небольшую в 50 экземпляров месяц делал, сигнальные варианты пришлось 3 раза печатать, исправлять. А тут работа громоздкая... Лично я как представлю, так уже и не хочется...
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх