Пазл расколотой души, или Волдемортами не рождаются (джен)

— Ты слышала? — возмущённо спросил Темный Лорд, обращаясь к Нагини. — И это ещё были одни из лучших! Соратнички, тоже мне! «Как прикажете... мы со всем согласны...» — передразнил он ушедших. — Что, ну что с такими можно сделать?

Нагини сочувственно потрясла хвостом и демонстративно вздохнула.

— С-с-страх-х, — прошипела она.

— И как с такими работать? — продолжал бушевать Тёмный Лорд. — Ну ничего без меня сделать не в состоянии!

Нагини подползла поближе к хозяину и положила голову к нему на колени, а затем подсунула её под руку.

Лорд привычно погладил змею по голове и посмотрел на горящий в камине огонь.

— Интересно, почему я раньше не замечал, во что они превратились? — удивленно спросил он. — Это же не люди, а какие-то китайские болванчики! Головами кивают, со всем соглашаются — и ни тени мысли в глазах.

Нагини тяжело и определённо сочувственно вздохнула и слегка боднула лбом его руку.

— С-с-страх-х, — прошипела она опять.

— Страх... — согласился с ней Волдеморт и несколько недоумённо сказал: — Но ведь в начале нашего движения такого не было? Что же изменилось? Когда всё пошло не так?

Нагини резко ткнулась носом в его левое предплечье и зашипела.

— Ты предлагаешь позвать ещё кого-то? — удивился Волдеморт. — Руквуда? Яксли? Трэверса, не приведи Мерлин? Зачем?

Нагини очень недовольно зашипела и опять ткнулась носом в метку, снова повторив:

— С-с-страх-х-х! С-с-сильный!

— Ты думаешь, что они боятся Метки? — Волдеморт пренебрежительно поморщился. — Да каждый из них чуть не на коленях умолял о великой чести её заполучить!

— С-с-самцы, — пренебрежительно прошипела Нагини и слегка прищёлкнула хвостом. — С-с-сопляки. Не с-с-сообраз-с-сили, а потом с-с-стало поз-с-сдно.

— Не сообразили? — так же пренебрежительно прошипел Лорд. — Что там можно соображать? По Метке их можно вызвать к себе, к ним можно аппарировать, по Метке можно передать сообщение...

— А мож-ш-шно причинить боль, — ответила змея, — с-с-сильную. С-с-страх.

Страх... Они все что, настолько боятся боли? Но ведь это глупо! Он ведь... Ну да, Селвин умер, но ведь это же произошло случайно! И он же с тех пор ни разу не использовал Круциатус, хотя поводов было сколько угодно!

— Меня окружают одни идиоты, — пожаловался Лорд. — Неужели так трудно понять, что это была всего лишь случайность? А они тут теперь решили изображать домовых эльфов! «Да, мой Лорд, как прикажете, мой Лорд, я со всем согласен, мой Лорд...». Тьфу. Скоро начнут головами о стол биться. Вот что с ними делать?

— Объяс-с-снить, — прошипела Нагини.

— Что объяснить? — изумился Волдеморт.

— Вс-с-сё! — в голосе змеи прозвучало нетерпение.

— Ты полагаешь, — голос Волдеморта налился ядом, — что я начну объяснять этим кретинам, что был неправ? Или что никто из них больше не пострадает? А не много ли им чести, как говорится?

Нагини возмущенно зашипела и опять ткнулась головой в его левое предплечье, повторив:

— Объяс-с-снить!

— Объяснить, как именно работает механизм Метки? — задумчиво спросил Волдеморт. — И что это даст? А вообще... — он немного помолчал, бездумно глядя в огонь. — Мне иногда кажется, что я начинаю вести себя не лучше них. Как будто заражаюсь идиотизмом от тех же Крэбба и Гойла. Вот зачем я этим двум болванам вообще Метку поставил?

Нагини снова зашипела, и в её шипении отчётливо слышалось не самое лестное определение его умственных способностей.

— А раньше ты почему молчала? — сердито спросил Лорд. — Ты же мой фамильяр, а не безмозглый павлин!

Нагини изумлённо и обиженно зашипела и, демонстративно свернувшись кольцами на полу, спрятала в них голову.

— Все меня бросили, — обиделся Тёмный Лорд, — даже ты.

Нагини подняла голову, поглядела на него и устало закрыла глаза.

Расстроенный разговором Тёмный Лорд встал с кресла и вышел из комнаты.

Нагини он с собой не позвал.

* * *

Беллатрикс уже третий день не находила себе места. Сначала эта идиотская история в рейде, когда Мальсибер якобы её спас — ЕЁ! — спас Мальсибер! Да расскажите это павлинам дорогого зятя Люциуса, может, они и поверят!

Потом был неприятный разговор с Лордом и как пощёчина — отстранение от рейдов. А этого безмозглого мальчишку Лорд удостоил великой награды — позволил поцеловать руку! О, как об этом мечтала Беллатрикс — но нет, ей досталось только ледяное «мадам Лестрейндж!» Мерлин, за что?

А все вели себя так, будто бы ничего не случилось — вот и сейчас её сестра преспокойно возилась со своими розами, подрезая и подвязывая их с таким тщанием, словно всё шло как обычно!

— Цисси! — Белла всё-таки не выдержала. — Как ты можешь заниматься такой ерундой?

— Прости? — та бросила на сестру удивлённый взгляд. — Обрезка розовых кустов — это отнюдь не ерунда, а необходимость! Они без этого вырождаются и хиреют, причём очень быстро.

— Да пропади они пропадом, — фыркнула Белла, — у нас тут проблемы, а ты о розах!

— О каких проблемах ты говоришь? — удивлённо приподняла бровь Нарцисса. — И какое отношение к ним имеют розы?

— Я боюсь, что с нашим Повелителем что-то не то! — выпалила Белла, которая могла поделиться этим только с сестрой. — Он последние дни странно себя ведёт.

— Разве? — на лице Нарциссы мелькнуло удивлённое выражение. — Прости — у меня столько хлопот в саду и по дому... всех нужно накормить, обустроить — ты же понимаешь. Но ты в самом деле выглядишь встревоженной — расскажи мне, что, по-твоему, не так?

— Да Повелитель сам на себя не похож! — охотно откликнулась Белла. — А все этот негодяй Мальсибер!

— Ойген-то при чём? — на сей раз Нарцисса удивилась, кажется, по-настоящему. Или это так выглядело. — Что он сделал?

— Он заколдовал нашего Повелителя! — убежденно заявила Белла. — Не знаю как, но заколдовал!

— Что ты говоришь такое? — Нарцисса даже замерла с палочкой в руке. — Белла, это совершенно невозможно. Заколдовать Повелителя мог бы только более сильный волшебник — ты полагаешь, Ойген сильнее его?

— Я не знаю, — Белла на мгновение задумалась, но потом упрямо продолжила: — И все равно, это он! Он что-то сделал с Милордом, Цисси! Сделал в тот момент, когда Повелитель позволил ему величайшую милость! А он... Цисси, Повелитель с того дня слишком сильно изменился!

— А может быть, Повелитель изменился со дня смерти Селвина? — Нарцисса скептически поморщилась. — Или с того момента, как понял, что ты едва не погибла и он мог тебя потерять?

— Что? — Белла неверяще посмотрела на сестру.

— Что? — переспросила та. — Я перечисляю тебе те события, которые произошли перед тем, как Повелитель изменился.

— Ты ещё вспомни про эту мерзкую тварь, которую притащил на завтрак никчемный братец Родольфуса, — сердито сказала Белла. — Цисси, Повелитель отстранил меня от рейдов! Да что там — рейдов вообще больше нет! Несколько дней!

— Ну, так это же вполне логично, — слегка пожала плечами Нарцисса. — Повелитель всегда тебя выделял — и, возможно, он действительно не хочет потерять тебя. Но он понимает же, до чего тебе обидно оказаться в стороне — вот рейдов и нет. Да и для чего они теперь? Нас и так уже все до смерти боятся. Белла, ну сама подумай — что вероятнее? Это — или то, что Мальсибер смог его заколдовать? Да я даже не уверена, что у него по чарам в школе было «Превосходно»!

— Ты думаешь? — Белла в волнении сжала руки. — Хорошо, пусть так — но ведь Милорд же и вести себя стал по-другому! Ни одного Непростительного за эти дни, Цисси, ни одного! А Мальсибер... кто знает, какие семейные заклинания у них были в ходу? И при чем тут вообще мордредово «Превосходно» по Чарам? Цисси, я ему не доверяю!

— А кому ты доверяешь? — с едва ощутимым раздражением спросила Нарцисса. — Может, Люциусу? Или Снейпу? Белла, ты не доверяешь никому — никогда не доверяла, насколько я знаю. Или я ошиблась? А вот я прекрасно помню времена, когда никаких убийств и непростительных не то что ежедневно — вовсе не было! И тогда это, представь, считалось нормой! Повелитель вовсе не всегда был таким, как в последние недели... Может, месяцы. И, знаешь? Я считаю нормой как раз это, а не смерть от Круциатуса за какую-то случайность! — она даже раскраснелась от волнения. — Белла, ты не думала, что, возможно, у Повелителя случилось что-то, что его отчаянно раздражало, заставляя на всех нас срываться — а теперь он, наконец, нашел решение и поэтому успокоился и стал прежним? Вспомни, раньше, когда вы делали что-то не так, разве он был таким вспыльчивым?

— Я доверяю Повелителю! — возмутилась Белла. — Доверяю тебе! Родольфусу, — добавила она, немного подумав, — и МакНейру: он, по-моему, просто не умеет предавать. А вот остальные... Снейп — полукровная тварь, которая втёрлась в доверие к Лорду, Руквуд, которому плевать на всех, безмозглые идиоты вроде Крэбба с Гойлом, великовозрастные балбесы Рабастан с Роули, слюнтяй Эйвери, психи Кэрроу, не выбирающийся из своей дури Трэверс, лицемерная дрянь Мальсибер... Кому, кому из них вообще можно доверять? А вот насчет Повелителя... — она глубоко вздохнула, — возможно, ты и права. Его что-то огорчало — а никто из нас не заметил! — в голосе Беллы звучало раскаяние. — О, наш Повелитель! Как он бесконечно одинок!

— Все великие одиноки, — тоже вздохнула Нарцисса. — Знаешь, мне кажется, что самое тяжелое для них — когда даже самые преданные им люди перестают принимать их такими, каковы они есть, и не одобряют перемен. Поэтому и пропускают некоторые важные вещи. Я, возможно, не права, но мне кажется, что как раз теперь Повелитель стал прежним. И то, что было в эти последние месяцы, закончилось.

— Цисси! — Белла порывисто обняла сестру. — Ты права! Повелитель теперь похож на самого себя — такого, каким он был, когда мы все пошли за ним! А я ничего не замечала, — она расстроено покачала головой, — и ничем ему не помогла. А ему опять пришлось со всем справляться самому! Уже в который раз!

— Именно, — подтвердила Нарцисса. — И я лично очень рада этому, — добавила она, не уточняя, о чём говорит.

Белла разомкнула объятья и огляделась по сторонам. Повсюду виднелись розовые кусты, которые она терпеть не могла с детства за сладкий тяжёлый запах и подлые шипы, небольшие клумбы для нарциссов и крокусов и снова розы, розы, розы…

— Розы, — усмехнулась она, — всегда розы. Сначала дома, теперь здесь... Ты всегда была идеальной, Цисси. Идеальная дочь, идеальная жена, идеальная хозяйка. Твоему мужу безумно повезло с женой. В отличие от моего, — неожиданно для себя самой вдруг сказала она.

— Каждому своё, — улыбнулась в ответ Нарцисса, — и каждый получает, что заслуживает.

— А ты стала злой, сестричка, — удивлённо произнесла Белла, с недоверием глядя на Нарциссу, — надо же. Или ты просто перестала притворяться?

— Я устала, Белла, — резко ответила Нарцисса. — Посмотрела бы я на тебя, если бы тебе пришлось принимать в своем доме полтора десятка человек месяцами, а твоя сестра при этом делала бы вид, что это не твой дом, а её, и пыталась бы распоряжаться в нём, как в собственном. Понравилось бы тебе, если бы мы все жили в Лестрейндж-холле, а ты должна была бы думать каждый день, как и чем кормить нас, менять постели и стирать одежду? И заботиться о том, чтобы тот же Трэверс, например, случайно не спалил твой дом дотла?

— Это было решение Повелителя! — ответила Белла, словно защищаясь. — Если бы он приказал, мы все перебрались бы в Лестрейндж-холл!

И она, развернувшись, торопливо пошла прочь, сжимая в руках палочку. Любого другого, посмевшего так говорить с ней, она прокляла бы не задумываясь, но младшую сестру Беллатрикс всё-таки любила.

Как могла.