Вероятность (джен)

Шагнув из портала недалеко от ворот Хогвартса, Стивен испытал ни с чем не сравнимое удовольствие. Прошедшее лето, конечно, не могло считаться худшим периодом в его жизни (почетное первое место в этом списке занимали долгие месяцы после автоаварии), но было определенно омерзительным.

Директор Дамблдор проникся положением гостя из другой реальности и снабдил Стивена определенной суммой в местной валюте «на обустройство», но ее половина ушла в первый же день на покупку книг. Стивен сгреб почти половину ассортимента книжного магазина «Флориш и Блоттс» на волшебной улочке — Косой аллее. А после этого начались проблемы. О том, чтобы снять жилье в обычном, неволшебном Лондоне, не могло быть и речи — цены откровенно пугали, а риэлторские конторы требовали документы, которых у Стивена не было.

В карманах его костюма не оказалось ни цента налички, только банковская карта, совершенно бесполезная в этой ситуации. На дворе стоял девяносто шестой год — ни бесконтактных платежей, ни смартфонов. А в довершении всего, Стивен Стрэндж из этой реальности, если он вообще существовал, еще не получил диплома, так что нельзя было даже позаимствовать его документы для проверки доступа к счету.

Устроиться в магическом мире с комфортом тоже не вышло — оставшейся у Стивена суммы едва хватило на оплату проживания в небольшой комнате над грязным и тесным пабом «Дырявый котел». Даже комната в Камар-Тадже, где Стрэндж провел первые месяцы своего ученичества, была значительно комфортней и просторней.

Впрочем, Стивен не так-то много времени проводил в реальном мире, уделяя все внимание чтению купленных книг. Те, которые были написаны на латыни или на относительно современном английском, давались без труда, зато над старо-английским пришлось попотеть, причем в отсутствии Google-переводчика процесс был решительно неприятным. К счастью, заниматься можно было почти круглые сутки, в том числе и во сне, так что к концу августа, когда в окно Стивена влетела сова и передала письмо с приглашением в Хогвартс и объяснением, как именно до школы добираться, все книги были прочитаны, местная система магии — изучена, а особо любопытные заклинания даже адаптированы к двойному кольцу. Палочку Стрэндж покупать не стал, во всяком случае, пока — во-первых, дорого, во-вторых, незнакомый инструмент мог сыграть плохую службу.

Вечером замок выглядел величественно, хотя и несколько мрачно. С неба предсказуемо сыпалась противная морось, так что Стивен, поплотнее закутавшись в подрагивающий от недовольства плащ, уже собирался было направиться к дверям, в тепло, как услышал стук копыт. Обернулся: к нему тянулась вереница карет, запряженных крупными, похожими на конские скелеты, обтянутые кожей, крылатых тварей. Стивен шагнулся назад, плащ чуть приподнял его — но кони не попытались напасть. Первый из них остановился, дверца кареты открылась, и оттуда показались дети — смеющиеся, счастливые и довольные. Стивен чуть сместился подальше в тень, чтобы не привлекать к себе раньше времени внимания, и покачал головой — к счастью, в его собственной школе самым страшным существом был учитель биологии, щеголявший деревянным протезом правой руки. Дети все прибывали, сбивались в стайки и спешили к замку, а Стивен машинально рассматривал их лица, вычленяя знакомые. Таких было немного. Сначала мимо прошли Лонгботтом, светленькая девочка, сломавшая ногу в битве, и ее рыжая подруга. Потом в толпе мелькнула рыжая макушка Уизли, бывшего пациента, и лохматая голова третьей девочки из Отдела тайн. Смутно-знакомым Стивену показался тощий блондин, и, едва он прошел мимо, как память подсказала — это родственник одного из Пожирателей, того самого, который пытался выпендриться, копируя безупречный выговор английской аристократии. Наконец, все дети оказались в замке, а Стивен нахмурился и потер лоб. Гарри Поттера среди них почему-то не было.

С одной стороны, нужно было уйти в замок и найти Дамблдора — в конце концов, не стоит опаздывать в первый рабочий день. С другой стороны, Гарри и его приятели Стивену были нужны живыми и здоровыми, так что было бы логично начать искать ребенка.

Он не успел принять однозначного решения — из дверей Хогвартса вышел профессор Снейп и быстро, почти торопливо зашагал к каретам. Мимо Стивена он проскочил так быстро, что даже не заметил его, и тогда Стрэндж спросил:

 — Потеряли кого-то?

Профессор ответил беззвучным (невербальным) заклинанием, от которого Стивен благополучно увернулся.

 — Кто здесь? — рявкнул Снейп.

 — Всего лишь ваш коллега, — Стивен вышел из тени и опустился на землю. Плащ тут же поджал полы, не желая промокнуть.

 — Доктор Стрэндж, — Снейп показал желтые зубы, видимо, пытаясь изобразить улыбку, но безуспешно, — вам пора бы на праздничный ужин.

 — А вам — разыскивать Гарри Поттера.

Палочка Снейпа тут же указала Стивену на грудь.

 — Что вы знаете о Поттере?

 — Только то, что он не приехал в карете.

 — Если мальчишка опять что-нибудь выкинул…

 — Эй! Он со мной! — раздалось издалека, и тут же из-за последней кареты показалась непримечательная женщина с грязно-серыми волосами и несколько помятый Гарри.

 — Тонкс, — проскрежетал Снейп.

 — Добрый вечер, мисс, добрый вечер, Гарри, — улыбнулся Стивен. Поттер заулыбался так, словно встретил лучшего друга:

 — Доктор Стрэндж! — потом обернулся к женщине и искренне сказал: — Спасибо, Тонкс.

 — Поттер, — Снейп повернулся к мальчику, и тот заметно стушевался, — нарушаете правила, еще не начав года?

 — Вы не можете снять с меня баллы, сэр, — вскинул голову Гарри, — год еще не начался.

Какой бы формой поощрения эти баллы не были, Снейп явно очень хотел их снять, но, видимо, и правда не мог. Зато не без удовольствия сообщил:

 — Что не мешает мне назначить вам отработку. Скажем, на всю первую неделю, с семи до девяти.

Когда учился Стивен, их в школе иногда, в качестве особо жестокой меры наказания, засаживали за строчки, а пару раз химик заставлял драить парты и полы после неудачных экспериментов или дурацких шуток. Интересно, какой вид отработки имел в виду Снейп?

 — Будете мыть котлы, — пояснил Снейп, дав тем самым Стрэнджу отличную подсказку:

 — Извините, профессор, — обратился он вежливо, — не уступите ли вы мне мистера Поттера на эту неделю? У вас едва ли так много грязных котлов, учитывая, что год только начался, а у меня — огромная библиотека, которую нужно рассортировать и расставить на полки, желательно без магии. Некоторые фолианты очень капризны.

Снейп колебался, даже с шага сбился.

 — Да будет вам известно, что Поттер не умеет читать и вряд ли знает, с какой стороны браться за книгу.

Стивен хмыкнул:

 — Что сделает наказание более… полезным, не так ли? Думаю, за пять лет обучения мистер Поттер вымыл порядочное количество грязных котлов, и ему это не помогло.

Они уже вошли в замок, где действительно было сухо и тепло, а Снейп все колебался. Но вдруг перед ним из воздуха соткалась серебристая птица, которая голосом Дамблдора сообщила:

 — Время! — и Снейп рявкнул:

 — Черт с вами.

Гарри позади тихо, но очень удовлетворенно выдохнул, а Стивен искренне сказал:

 — Спасибо, коллега!

А потом высокие двери напротив входных распахнулись, и на миг Стивен отвлекся от всех разговоров. Зал был прекрасен — узкие граненые колонны уносились ввысь, под потолок, но потолка не было — вместо него раскинулось звездное небо. Если бы в нем еще кружилась Земля, светящаяся от силы трех храмов, то можно было бы представить себя с Камар-Тадже, слушающим лекцию Вонга о внешних угрозах и о защите, которую маги дают миру. Конечно, Стивен читал об этом потолке, но вживую он производил впечатление куда более сильное и даже давящее.

Но Земли не было, только звезды, и наваждение быстро рассеялось. Стивен опустил глаза и быстро оглядел множество людей. Ученики сидели за четырьмя длинными столами, а педагоги поместились за одним, стоящим перпендикулярно остальным. В центре восседал на золотом, похожем на трон кресле профессор Дамблдор, рядом с ним только что села пожилая женщина в изумрудной мантии и высокой остроконечной шляпе, с другой стороны разместился седой карлик с внимательными цепкими глазами. С краю сидел великан с нечесаной черной бородой и такими же волосами. Остальные показались Стивену непримечательными, во всяком случае, пока. Гарри быстро шмыгнул за свой стол, Снейп с достоинством поднялся к преподавателям, а Стивен остался стоять, но Дамблдор быстро понял его замешательство и широким жестом указал на место между Снейпом и неинтересной женщиной неопределенного возраста. Стрэндж кивнул и расположился там, Дамблдор же встал из-за стола и поднял левую руку.

Разговоры тут же смолкли, все ученики обернулись к нему.

 — Добро пожаловать в Хогвартс! Я вижу, что вам всем не терпится поскорее начать набивать животы после долгой дороги, но прежде я все-таки скажу вам несколько слов. Рад приветствовать новичков в этих стенах, надеюсь, школа станет для вас вторым домом. Нашей старой гвардии — привет!

Дамблдор подмигнул, и кто-то из детей негромко засмеялся.

 — В этом году пост преподавателя защиты от темных искусств займет гость с востока, доктор Стивен Стрэндж! Удачи, профессор!

Стивен поднялся со своего места и вежливо поклонился в ответ на оживленные аплодисменты.

 — Ну, а теперь… Олух! Пузырь! Остаток! Уловка!

Не успел Стивен спросить, какого черта происходит, как до сих пор пустые столы заполнились разнообразными блюдами.

 — Приятного аппетита, — сказал Стрэндж и невозмутимо пододвинул к себе блюдо с жареными овощами, собирался было положить, но проклятая рука дрогнула, густой соус едва не расплескался по столу. Слева чуть дернул углом рта Снейп, а Стивен подумал, что, кажется, совершенно отвык работать руками за два месяца безвылазного сидения в комнате над «Дырявым котлом». Чтобы не продолжать веселить своего соседа по столу, в дальнейшем он пользовался магией.

 — Простите, профессор, — неуверенно проговорила женщина справа, — я не совсем расслышала. Директор сказал, вы с Востока?

 — Совершенно верно, — согласился Стивен, — доктор Стрэндж.

 — Чарити Бербидж, я веду маггловедение, — женщина хихикнула не то над своим именем, не то над предметом.

 — Рад знакомству, — неискренне сказал Стивен, — что вам налить?

Получив стакан тыквенного сока, женщина разулыбалась, и Стивен счел за благо обратиться к Снейпу с первым пришедшим в голову вопросом:

 — Как провели лето, профессор?

Судя по взгляду Снейпа, он всерьез подумывал о том, чтобы убить Стивена, но количество свидетелей его остановило:

 — Чертовски хреново, а вы… профессор?

 — Ровно так же, — довольно сообщил Стивен, магией подкладывая себе кусок мяса и наблюдая за тем, как нож режет его на куски. — Впрочем, изучение вашей магии меня порядком увлекло.

Снейп некоторое время молчал, переживая какую-то сложную внутреннюю борьбу, а потом все-таки спросил с самым скучающим видом:

 — Хотите сказать, ваша магия отличается?

 — Полностью, — кивнул Стивен, — другие механизмы, другая идеология, не говоря уже о способах создания заклинаний.

Снейп внимательно посмотрел на движущиеся сами по себе столовые приборы, наморщил лоб, а потом сказал задумчиво:

 — Вы ведь не учились в волшебной школе.

 — Я стал магом позднее. Да, я читал, у вас с волшебными способностями рождаются, у нас, возможно, тоже…

 — Едва ли вы родились с магией. Если ей не учиться с детства, она начинает разрушать волшебника и постепенно сводит с ума.

 — Тем интереснее было разбираться в вашей. Для большинства заклинаний у меня есть свои аналоги, но вот зелья… Как именно «Костерост», к примеру, сращивает кости? Как зелье распознает, что именно нужно срастить?

Когда раздался тихий звон — стук ножа по бокалу — Стивен и Снейп уже увлеченно чертили на салфетке схемы восстановления костной ткани и пытались прикинуть, как именно можно доработать существующее зелье, чтобы оно восстанавливало, к примеру, не кости, а нейронные связи.

 — Хм, — сообщил Стивен, сминая салфетку, — продолжим позднее.

Снейп поджал губы и ловким движением салфетку отобрал. Плащ дернулся было защитить имущество хозяина, но Стрэндж его успокоил — если бы ему понадобилось что-то из этих наработок, он легко вспомнил бы все до последней запятой.

 — Надеюсь, вы все наелись до отвала! — сказал Дамблдор, и опустевшие блюда исчезли со столов. — И прежде, чем вы пойдете спать, я должен напомнить вам о правилах. Запретный лес называется так неспроста — в него нельзя заходить никому из учеников. По-прежнему запрещено колдовство в коридорах, а список недопустимых для хранения и использования предметов пополнился всеми товарами из магазина «Всевозможные волшебные вредилки». С полным списком вы можете ознакомиться у нашего смотрителя, мистера Филча, — Дамблдор сделал паузу, дети поулыбались, а потом успокоились и стали серьезными. — Вы помните, — проговорил директор негромко, — что произошло в прошлом году. Тьма отступила благодаря мужеству вашего товарища, но она не исчезла. Она затаилась и ждет своего часа, и главное ее оружие — это ваши сердца. Именно их зло будет пытаться заполучить, потому что, сделав это, оно одержит победу без войны. К счастью, у каждого из вас есть верный хранитель…

Стивен обвел взглядом всех учеников. Кто-то выглядел напуганным, кто-то мрачным. Гарри и его друзья хмурились, блондин — сын Пожирателя — нервно облизывал губы.

Дамблдор выдержал паузу и продолжил:

 — Имя хранителя — совесть. Не позволяйте ей уснуть, не пытайтесь утихомирить ее. Слушайте ее, терпите уколы и укусы. Пока совесть жива, зло не коснется вас, и вы будете непобедимы. А теперь… — Дамблдор улыбнулся, как будто только что не говорил о сложных материях, — всем спать!

Он хлопнул в ладоши, и Стивен заметил, что с его правой рукой что-то не так, но рассмотреть не успел.

Дети завозились, вылезая из-за столов, и вскоре покинули зал, зевая и разговаривая в полный голос. Педагоги тоже начали двигать стулья и расходиться. Снейп исчез первым, причем Стивен готов был держать пари, что он не ляжет спать, а продолжит возиться со схемами — ему был знаком этот сдерживаемый азарт приближающегося открытия. Чарити Бербидж помялась возле своего стула, но потом тоже ушла, а остальные окружили Стивена и начали знакомиться. Женщина в изумрудной мантии представилась профессором трансфигурации Минервой МакГонагалл, сухо пожелала удачи и удалилась, сообщив, что ей надо проследить за «своими львятами». Карлик с хитрыми глазами назвался Филиусом Флитвиком, пригласил как-нибудь выпить чаю и тоже поспешил к детям. Его примеру последовала невысокая полная женщина с копной седых кудряшек — Помона Спраут, только пригласила не на чай, а на кружку травяного отвара.

Наконец, Стивен сумел подойти к Дамблдору, поблагодарить еще раз за предоставленную должность и уточнить, когда, собственно, у него будут занятия.

 — А, Стивен, — улыбнулся старик, — надеюсь, вам у нас понравится. Расписание уже ждет в ваших комнатах, если хотите, домовой эльф вас проводит.

 — Спасибо, директор, — сказал Стрэндж и с удовольствием последовал за маленьким ушастым существом по многочисленным лестницам и коридорам.

В этот раз ему выделили не одну комнату, а целых пять. Стивен достал из кармана уменьшенные вещи и снял с них заклинания — книги и маленький сундучок с одеждой заняли почти всю гостиную.

 — Господину профессору нужна помощь с вещами? — спросило существо. — Тилли может помочь.

Стивен провел рукой над книгами, и они мгновенно заполнили пустые полки шкафов, после чего сказал:

 — Спасибо, я справлюсь. Во сколько завтрак?

 — В восемь, господин профессор. Тилли может чем-то помочь?

Стивен прикинул, чего ему не хватает для жизни, и попросил:

 — Принеси мне заварочный чайник и несколько чашек, Тилли.

Существо махнуло ушами и исчезло с тихим хлопком, а спустя пару секунд снова появилось, держа в руках поднос с небольшим керамическим чайником и такой же чашкой. Стивен наколдовал в углу гостиной низкий столик, и, когда эльф поставил прибор, уточнил:

 — Где-то здесь должно быть мое расписание.

Существо протянуло руку и достало из ниоткуда свиток пергамента. Стивен пробежал написанное глазами.

 — Кабинет защиты от темных искусств, кстати, где?

Оказалось, совсем рядом, буквально за стеной.

 — Что ж, — сказал Стивен, — думаю, это все. Спасибо, Тилли.

 — Тилли рад служить господину профессору, — сообщил эльф и исчез.

Еще немного повозившись с обустройством комнат и кабинета (который пришлось избавлять от омерзительных розовых штор и оборудовать татами вместо парт), Стивен с удовольствием лег спать, прихватив в астрал «Историю магии» автора Б. Бэгшот.

За свою жизнь Стивен никогда не преподавал. Как-то пару раз его звали читать лекции в университет, но он отказывался под благовидным предлогом, хотя на самом деле просто не представлял, как выдержит идиотские вопросы адептов медицины. Он предпочитал общаться со специалистами, а не с недоучками. Здесь же ему предстояло куда худшее занятие — учить магии даже не студентов, определившихся с профессией и примерно знающих, чего они хотят от жизни, а детей.

Не сказать, чтобы он нервничал — учитывая, что именно было поставлено на карту в этой игре, он просто не мог не справиться, — но определенное волнение все-таки испытывал, идя на первый свой урок, к шестому курсу Гриффиндора и Слизерина.

Про систему факультетов он, разумеется, прочитал уже давно, но не был готов к тому, что увидит не просто грызущихся между собой подростков, а настоящих врагов. Гриффиндор, в красно-желтых галстуках, стоял одной стеной, и каждый из пятнадцати учеников готов был атаковать. Слизерин, в зеленых галстуках, разбрелся по кабинету кучками и нервно оглядывался.

Стивен распахнул дверь и вошел в кабинет и сказал спокойно:

 — Добрый день, класс, — и тут же все взгляды устремились на него.

 — Здравствуйте, сэр! — с вызовом сказал Гарри и обернулся на сына Пожирателя. Блондин скривился и прошептал негромко, но так, чтобы Стивен точно услышал:

 — Мерлин, янки — хуже грязнокровки.

Стивен хмыкнул — вот о чем он совершенно не подумал, так о том, что кому-то может не понравиться его американский акцент.

 — Меня зовут доктор Стрэндж, — сказал он, вставая у окна, — я ваш новый преподаватель защиты от темных искусств и я, как кое-кто изволил заметить, американец.

Блондин заметно покраснел, причем очень забавно, пятнами.

 — Магии я учился на Востоке, поэтому колдую иначе.

Безо всякого предупреждения он начертил в воздухе круг, основу щита. Подростки охнули и отшатнулись. Еще движение, поверх круга встал квадрат, укрепляя конструкцию. Четыре круга поменьше у краев, шестиконечная звезда, защитный контур — и щит поплыл к учебникам, мерцая красно-золотым.

 — Это щит, — пояснил Стрэндж, — и он совершенно безобиден до тех пор, пока его не попытаются атаковать. А это… — оставив щит плавать по классу, Стивен создал простейшее оружие. Клинок из чистой магии заискрился у него между ладоней, — меч, удар которого перерубает сталь.

Стивен опустил руки, и магические конструкции растаяли.

 — Ваша магия хороша, удобна. Но уязвима. Почему?

Подростки молчали, и только одна — лохматая подруга Гарри — рискнула поднять руку.

 — Да, — обратился к ней Стивен, — как тебя зовут?

 — Гермиона Грейнджер, — Слизерин зафыркал, но тут же заткнулся, стоило Стивену обернуться.

 — Итак, почему ваша магия уязвима?

 — Палочки, сэр. Думаю, дело в них. Если мы лишимся палочки…

 — Вы будете мертвы, — согласился Стивен, снял двойное кольцо, положил на подоконник и снова наколдовал щит — было куда тяжелее, руки покалывало, но это не имело значения. — Магия исходит не из инструмента, а из волшебника. Ваш разум — вот что создает колдовство.

 — Кровь делает нас магами, — сказал блондин, — а не эти фокусы.

Стивен вздохнул и велел:

 — Выйди-ка сюда.

Парень подчинился, но с таким видом, словно делал одолжение. Встал посреди кабинета, пнув ногой татами, сунул руки в карманы и вскинул голову.

 — Как тебя зовут?

 — Драко Малфой, — выплюнул он.

Точно, Малфой — вспомнил Стивен фамилию Пожирателя. Он снова надел двойное кольцо и наколдовал посреди кабинета иллюзию — мозг человека.

 — Смотри, Драко Малфой, — проговорил он, — это находится у тебя в голове, его работа позволяет тебе говорить, ходить, двигать руками. Если что-то случится здесь… — он подсветил красным нужный отдел, — ты лишишься речи, будешь мычать, но не сможешь сказать и слова. Если здесь, — подсветка сместилась, — ты перестанешь писать. Будешь понимать все слова, знать их значения, но тебе не удастся написать даже собственное имя. И наконец, поражение этого отдела… — подсветка снова переместилась, — приведет к тому, чтобы ты превратишься в овощ.

Малфой побледнел и спросил тихо, уже без вызова:

 — Что значит, в овощ?

 — Полная утрата когнитивной функции, мистер Малфой. Ни памяти, ни желаний, ни знаний, только… физиологические потребности, — жестом Стивен развеял картинку и продолжил спокойно, — при этом, если перелить тебе до пятидесяти процентов чужой крови, ты все еще продолжишь быть собой. Так что советую беречь голову.

Малфой о чем-то задумался, а Стивен велел:

 — Располагайтесь.

 — Что, на полу? — спросил Уизли, но Гарри его одернул и первым подвинул себе тростниковый мат и уселся на него. Постепенно его примеру последовали и гриффиндорцы, и слизеринцы. Стрэндж удобно завис в позе лотоса в сорока сантиметрах от пола, сложил руки перед грудью и улыбнулся: как знать, может, педагогика — это его призвание?