Любой ценой (джен)

Исчезновение Снейпа оказало на Пожирателей двоякое действие — с одной стороны, было радостно очистить ряды от предателя, с другой… Хоть и подозревали Снейпа давно, до последнего верили, что они все — едины.

Лорд не стал задерживаться в зале, удалившись в свои покои, поэтому и Лиссу ничто не держало в поместье Лорда. Но в школу её не сразу отпустили. Она видела, что Драко попытался пробиться к ней, но был перехвачен на полпути Беллатрисой — как подозревала Миралисса, мадам Лестрейндж желала лично проследить, чтобы племянник покинул поместье невредимым.

Сама же Лисса уступила настоятельным просьбам крёстного и согласилась сначала переместиться домой и немного прийти в себя. Вскоре к ним присоединилась и Белла, аппарировавшая Драко домой.

— Сбылась твоя мечта, — утешительно улыбнулся Бартемиус, отпуская домовика и самостоятельно сервируя стол, — Снейп раскрыт и наказан.

— Лорд правильно поступил, что не стал его убивать, — кивнула она. — Это станет для него худшим наказанием, чем самая мучительная смерть. Жаль, конечно, что дело ограничилось только лишением магии, Снейп заслужил большего.

— Я бы его с удовольствием угостила парочкой Круциатусов, — хищно усмехнулась Белла, — но без дружеского напутствия он всё равно не остался… Мерлин! Когда он послал в тебя Аваду…

Лисса вздрогнула, вновь вспоминая те кошмарные мгновения, а Бартемиус не смог удержаться и перетянул крестницу к себе на колени, после чего крепко обнял.

А потом они просто сидели и пили — взрослые алкоголь, Лисса — горячий чай. И лишь под утро, когда после двойной порции успокоительного зелья её наконец перестало трясти, Барти разрешил вернуться в школу.

Порт-ключ переместил её на окраину Хогсмида, и пришлось постараться, чтобы остаться незамеченной. В замок она вошла перед самым началом завтрака.

Хогвартс был тих и мрачен. Шагая по коридору в сторону Большого зала, Миралисса то и дело натыкалась на всхлипывающих студентов и недоумевала: какое им дело до смерти директора? Если бы пострадал кто-то из учеников, было бы понятно, но с директором никто из них не был близок — разве что Поттер, и потому слёзы казались неуместными.

Гул явственно приобрёл иную тональность — пропали смех и радостные восклицания. Лисса вошла вместе с младшекурсниками Равенкло и скользнула за свой стол.

— Где Драко? — первым делом негромко спросил Гойл, стоило ей сесть.

— Дома, — невозмутимо сообщила она.

— Он правда убил директора?

— Нет.

Грегори и оказавшийся поблизости Нотт вздохнули с облегчением.

— Что вчера произошло? — ещё сильнее понизив голос, продолжил расспросы Гойл.

— Это не наше дело, — ушла от ответа Миралисса. — Вы узнаете всё, что должны, тогда, когда это будет нужно.

Грегори понимающе кивнул и приступил к завтраку, а вот Теодор окинул её раздражённым взглядом и, прежде чем пересесть, бросил:

— Ты слишком много на себя берёшь, Торн. Смотри, как бы тебе не надорваться.

Лисса отвечать не стала. Гойл посмотрел на неё с выражением «будь осторожна», но тоже промолчал и приступил к завтраку.

Объявление МакГонагалл, чьи красные глаза недвусмысленно намекали на постигшее её горе, все слушали внимательно: всё-таки решалась судьба выпускников.

— СОВ и ЖАБА переносятся на неделю. Хогвартс-экспресс прибудет в Хогсмид завтра в четыре часа, прошу всех не опаздывать… — она запнулась и наконец произнесла то, что намеревалась: — Похороны профессора Дамблдора состоятся завтра утром.

Слизеринцы презрительно переглянулись, когда по залу прокатилась волна горестных вздохов. Об участии в нападении Снейпа знали все, поэтому на них смотрели с подозрением и злостью, однако о Малфое не было сказано ни слова.

Лисса искала глазами Поттера, пытаясь понять, почему он сдал одного ненавистного слизеринца, но умолчал о присутствии на месте преступления другого, но тот как сквозь землю провалился. Грейнджер с Уизли так же отсутствовали на завтраке.

— Ты видел Поттера? — тихо уточнила она у Гойла по пути в подземелье, убедившись, что никто из гриффиндорцев не обладает нужной информацией.

— Нет… — он нахмурился и неуверенно произнёс: — Вроде кто-то упоминал, что он в Больничном крыле… Точно, Кэрроу! Флора утром говорила. Спроси её.

— Ладно. Спасибо.

Но задавать вопросы Кэрроу Лиссе не пришлось — воспоминание о том, как поздно вечером в Больничное крыло нагрянула целая толпа гриффиндорцев, лежало прямо на поверхности. Минуту спустя Миралисса уже знала всё, что нужно: из студентов никто серьёзно не пострадал, лишь одного из старших братьев Уизли подрал Грейбек — не укусил, но потрепал.

К обеду ситуация изменилась: на смену растерянности и горю пришла злость. Однако никаких нападок на Слизерин не было — их сплочённость пока ещё служила надёжным щитом.

На похороны они пошли только после скандала со Слизнортом, спешно назначенным их новым деканом. Брызгая слюной, профессор стоял посреди гостиной и орал, что они не имеют права отказывать в проявлении уважения Дамблдору, и если даже они настолько бесчувственны, что их не тронула трагическая гибель великого светлого мага, то настраивать против себя и так ненавидящую их общественность — глупость, не достойная студентов Салазара. Они до последнего отказывались, но Слизнорт был прав: такой демарш не скоро бы забыли, поэтому нехотя последовали за остальными учениками.

— Явно умер не от скромности, — протянул кто-то, и, глядя на величественный мраморный монумент, воздвигнутый над могилой, все согласились, что даже смерть не смогла вытравить в бывшем директоре желание выделиться.

* * *

С Поттером Миралисса смогла встретиться только в поезде. Причём она встречи не искала. Он вошёл в её купе и молча привалился к стене.

— Что? — считывая разнообразные мысли Поттера, подала она голос, когда пауза чересчур затянулась.

— Я видел тебя на похоронах, — глухо произнёс тот. — Ты выглядела так, словно тебе было скучно.

— А мне и было, — хмыкнула она.

— Он погиб, борясь с Пожирателями смерти!

— Он погиб, как старая кляча, которую слишком долго жалели пристрелить, — взорвалась Миралисса. — Он даже не сопротивлялся! Слабак! «Великий маг»! Ха! Да последний бродяжка-сквиб из Лютного сделал бы больше для спасения собственной шкуры, чем ваш великий Дамблдор!

У Гарри отвисла челюсть.

— Ты… Откуда ты знаешь?!

— Я была там, Поттер. Да. Я была на Астрономической башне в ту ночь. Как и ты.

— Но…

— Я видела то же, что и ты. Вот только у меня нет розовых очков.

Гарри молча смотрел на неё и не находил слов.

— Ты — странная, — наконец изрёк он. — Я никогда не встречал человека, который бы настолько нестандартно реагировал…

— Я ты вообще мало кого встречал, — перебила Миралисса. — Живёшь, как мордредова принцесса в башне: ничего не видишь, кроме своей розовой спальни да безоблачного голубого неба. Посмотри на бренную землю наконец. Вокруг реальный мир, Поттер. Жестокий и безжалостный. Мы все в нём живём с рождения, и только ты…

— Меня пугает твоё прошлое, — вдруг произнёс он.

— А твоё будущее тебя не пугает? — зарычала Лисса.

Гарри грустно улыбнулся.

— Почему ты злишься? Ты всегда так спокойна…

— Зато ты всегда слишком нервно реагируешь, — парировала она. — Скажи мне, Поттер, почему ты никому не сказал о присутствии Драко на Астрономической башне в ту ночь? Это плата за тайну Грейнджер?

— Нет. Я… Он ничего не сделал. Я видел, он не собирался нападать… И он твой друг, — неловко закончил Гарри.

— Спасибо, — заставила себя произнести Миралисса. Поттера хотелось встряхнуть. Ударить. Наорать на него, лишь бы он вынырнул из своего апатичного состояния. Но ещё больше хотелось вытолкать его из купе, захлопнуть дверь и больше никогда его не видеть и не слышать. Но поддаться эмоциям она не могла — Лорд не отменял своего задания. И, пересилив себя, Лисса задала уместный вопрос: — Что собираешься делать?

— Я не вернусь в школу, — посерьёзнел он. — Дамблдор поручил мне… В общем, я не вернусь.

Спрашивать что-то она не стала. Зачем, если о крестражах Поттер не собирался говорить даже с членами Ордена Феникса?

— Будь осторожен, — только и сказала Миралисса.

— Ты тоже, — вновь улыбнулся Поттер и покинул купе.

* * *

На подъезде к Лондону в купе заглянул Гойл. Смущаясь, он пожелал Лиссе хороших каникул и поспешил удалиться, пока его никто не увидел. Читать Гойла Лисса перестала давным-давно, однако иногда всё же подглядывала. Вот и сейчас её удивило смущение, которое вообще не было свойственно всегда спокойному и уверенно державшемуся Грегори, и она решила подсмотреть… И наткнулась на глухую стену. В принципе, сомнений в хорошем отношении Гойла у неё никогда не было, с самого первого курса они прекрасно ладили, да и мощные окклюменционные щиты — в случае с Гойловой наследственностью были насущной необходимостью. И всё же она слегка расстроилась. Невозможность удостовериться в искренности собеседника напрягала.

Размышляя на тему усиления ментальной защиты у сокурсников, она вышла из поезда и тут же активировала порт-ключ — кроме Гойла ей не с кем было прощаться.

Возвращение в дом крёстного всегда было для Миралиссы праздником. Приютская воспитанница готова была каждый день благодарить Бартемиуса и высшие силы за то, что у неё теперь есть дом.

Разложив вещи по местам, она некоторое время просто так сидела на кровати, наслаждаясь до сих пор новым ощущением, и не сразу спустилась вниз. Дома никого не было. Распорядившись насчёт ужина, она составила список покупок назавтра и задумалась, чему посвятить свободное время в первую очередь: анимагии или окклюменции. Дементоры подчинялись Тёмному Лорду и не нападали на его людей, так что приоритет был отдан анимагии. Приняв решение, Лисса улыбнулась и погрузилась в медитацию, ожидая, пока крёстный вернётся.

— Ты почему до сих пор не спишь? — вместо приветствия спросил Крауч, входя в гостиную.

— Вас ждала, — просто ответила Миралисса, вставая и обнимая его. — Вы выглядите усталым.

— Поручения Лорда следуют одно за другим без перерыва. Но на тебя я всегда найду время, — поцеловав крестницу в макушку, он отстранился и внимательно посмотрел на неё: — Тебе бы тоже не мешало отдохнуть. Завтра поговорим.

— Хорошо, — согласилась Лисса, зевая.

Однако утром вместо Крауча её ждала записка с извинениями: его снова вызвал Волдеморт.

Почти весь июль Пожиратели смерти работали без продыху. Бескровный переворот требовал колоссальных усилий от каждого и, конечно же, огромного количества времени, и Лисса скучала, видя крёстного лишь поздними вечерами, да и то мельком.

Свободное время, разумеется, не было лишним, Лиссе было чем занять разум, и всё же каникулы она предпочла бы проводить совершенно иначе, нежели в библиотеке или за письменным столом, окружённая горами исписанного пергамента.

Сохранённые в зачарованные фиалы воспоминания о том, что она узнала в ментальной сфере во время рождественских каникул, дождались своего часа. Скрупулёзно записывая всё важное, нужное и полезное, Миралисса параллельно старалась разобраться в том, что хотя бы казалось не слишком сложным. Получалось… мало что получалось. Список вопросов для обсуждения с крёстным рос, число прочитанных книг увеличивалось, Лисса становилась грустнее.

Анимагией они смогли заняться только в начале августа, когда Министерство полностью подчинилось Тёмному Лорду, и Пожиратели смерти смогли немного расслабиться.

Первым делом Бартемиус устроил крестнице блиц-опрос по теоритической части и, только удостоверившись, что та ничего не забыла и не перепутает в процессе, разрешил перейти к практике. И всё получилось уже через два дня — всё же подготовилась Миралисса на славу, постаравшись проработать все детали и нюансы.

— Это вообще что?! — вернув человеческий облик, изумлённо спросила Миралисса, продолжая смотреть в высокое зеркало, где секунду назад отражался зверь неведомого вида. Удивление затмило даже радость от достижения результата.

— Кто-то из семейства кошачьих, — ласково улыбнулся Бартемиус. — Нужно посмотреть в энциклопедии. Но ты умница. Я был уверен, что тебе понадобится минимум неделя.

— Спасибо, — немного растерянно протянула она. — По расчётам выходил обычный кот…

— Ты и есть кот. А на «обычность» расчёт не проведёшь, — хмыкнул Барти. — Ладно, с анимагией закончили, можно и на море ехать.

— Ура! — восторженно захлопала в ладоши Лисса.

Удивительно, но им действительно удалось уехать.

Лежа на шезлонге и потягивая ананасовый фрэш, Миралисса читала замаскированный под дамский роман учебник по нумерологии и радовалась отсутствию магической прессы. Близость Барти, уделявшего ей всё свободное время, готового отвечать на бесчисленные вопросы, на равных беседовавшего с ней — всё это делало Лиссу по-настоящему счастливой. Шестой курс был очень утомительным как в плане учёбы, так и с точки зрения сотрудничества с Тёмным Лордом, и Лисса устала от постоянного волнения, контроля за каждым словом, взглядом, выражением лица, постоянной ответственности. Ей было совершенно неинтересно, как именно Волдеморту удалось захватить власть, или какая судьба постигла остатки Ордена Феникса, те несколько человек, чья судьба была для неё важна — в безопасности, а остальной мир мой гореть хоть синим пламенем. И она была очень признательна Тёмному Лорду за возможность полноценно отдохнуть на каникулах.

Возвращаться не хотелось, но Миралисса понимала, что дома крёстного ждут дела, и даже если он получает от отдыха такое же удовольствие, как и она, долгое безделье тяготит его.

Лондон встретил их преддождевой духотой и пылью. Бартемиус сразу же отправился к Лорду, а Лисса залезла на подоконник в своей комнате и с грустью стала следить за спешащими по своим делам магглами: отца она не видела ни разу за все каникулы.

* * *

За покупками к школе Лисса решила отправиться одна. С Лордом она не встречалась, а сам он ничего ей не передавал через крёстного, так что Лисса не знала, если ли ещё необходимость изображать грязнокровку, или её общению с Поттером пришёл конец и можно вернуть свою жизнь в привычное русло. Но во избежание неприятностей не стала писать никому из друзей — если, конечно, у неё всё ещё были друзья.

«Дырявый котёл» выглядел точно так же, как и в её первый визит много лет назад — грязным, мрачным и полупустым. Мазнув взглядом по лицу хмурого бармена, она проскользнула к заднему выходу и вскоре уже шагала по волшебной улице.

Косой переулок выглядел довольно мрачно. Не настолько, конечно, как Лютный, однако пыльные стёкла давно закрытых лавок навевали неприятные мысли. Миралисса видела, как вжимают голову в плечи обычные волшебники, поспешно переходя от одного магазина к другому, стараясь как можно быстрее закончить с покупками и убраться подальше. Видела, как родители одёргиваю детей, стоило тем повысить голос или задержаться перед какой-нибудь витриной. Слышала их страх перед встречей с кем-нибудь из Пожирателей, но не понимала, почему они так себя ведут: об учреждении Комиссии по учёту за маггловскими выродками она ещё ничего не знала.

— Лисса!

Вопль раздался в нескольких футах от неё, отчего она испуганно подпрыгнула и обернулась уже сжимая в руке палочку.

— Ты меня до инфаркта доведёшь! — облегчённо улыбнулась она, качая головой. — Привет, Драко.

— Я соскучился, — сияя, как маггловская новогодняя ёлка, заявил Малфой. — Ни одного письма! Как ты могла!

— Сначала было не до тебя, а потом мы уехали во Францию, а совы-то через Ла-Манш не слишком охотно летают… Впрочем, я не была уверена, что могу тебе написать. Сам понимаешь, — честно сказала она и извинительно улыбнулась. — Прости. Хотя ты сам мог бы написать — по возвращению корреспонденции я не обнаружила. Так что мы квиты. Как дела?

— Неожиданно хорошо, — посерьёзнел тот. — Отец вернулся из Азкабана постаревший лет на двадцать, но сейчас уже почти пришёл в себя. Теперь в Министерстве пропадает. Твой, кстати, часто у нас бывает, они вместе в ДМС работают, постоянно что-то обсуждают, решают всё новые и новые проблемы, что вылезают как грибы после дождя… Ты что, не знала? — перебил он сам себя, заметив, как подруга помрачнела.

— Нет, — односложно ответила она и перевела тему: — Что нового у тебя самого?

— Ну… Родители договариваются насчёт моей помолвки. С Гринграсс, — Драко скорчил физиономию.

— С Дафной?! — искренне удивилась Лисса, зная, что они не очень-то ладили все годы учёбы.

— Нет, Асторией, — хмыкнул Драко. — Кстати, о помолвках. Ты знаешь, что Тед с Дафной расстались?

— Нет, откуда? Мы же не общались с прошлого сентября. Мистер Нотт не дал согласия?

— Вряд ли дело в этом. Мистеру Нотту незачем отказываться от такой невестки. Мне Дафна не нравится, но объективно она хороша: чистокровная, миловидная, как волшебница — многим даст фору. Да ещё и, если не путаю, их семьи вообще ни разу не пересекались, так что никаких противопоказаний к здоровому потомству. Точно не знаю, что там у них произошло, но… Теодор зол, как стая оборотней в полнолуние.

Лисса промолчала: ехидную реплику о том, что Нотт зря весь год на неё злился из-за необходимости что-то скрывать от своей девушки, ведь в результате всё равно не смог сохранить отношения, озвучивать не имело смысла.

— Ты уже всё купил? — снова сменила она тему.

— Книжный остался, — потрясая пакетом с фирменным знаком «Твилфитт и Таттинг», ответил тот. — А ты?

— Тоже учебники, — указывая на сумку с чарами расширения пространства, парировала она.

— Пойдём?

— Э-э-э… Драко…

— Мне плевать, что тебя считают грязнокровкой! — разозлился Малфой. — Ты моя подруга, и достаточно того, что весь прошлый год нам пришлось общаться урывками. Пусть кто-нибудь только посмеет вякнуть!

— Не заводись, — примирительно улыбнулась Лисса. — Ты же знаешь, я с удовольствием проведу время с тобой. Дело ведь не во мне.

Драко немного покраснел, но тон его звучал абсолютно спокойно:

— Тогда идём за учебниками. Уж в совместном посещения книжного никто не сумеет увидеть что-то неправильное. Кстати, видела, в списке учебников книга Бэрка?

— Глазам не поверила, — усиленно закивала Миралисса. — Я-то её читала, но — учебник?! Неужели это действительно тот самый владелец «Горбин и Бэрк»?

— Да, я тоже засомневался. Сегодня специально заходил к нему, чтобы спросить. Но я тебе больше скажу, — понизил он голос, — Карактак Бэрк будет преподавать артефакторику!

— Вау! — только и смогла выдохнуть Лисса.

С Драко было весело. Они посетили книжный, где купили учебники, а потом всё же не удержались от посещения Лютного переулка — что-то для внеклассного чтения прибрести можно было только там. И даже почти зашли в кафе Фортескью, но там не было свободных мест, и, пока Малфой придумывал, куда ещё можно направиться, Лисса вспомнила о своей роли и заставила и Драко осознать, что гулять по Косому переулку у всех на виду, когда приказ Лорда о её сближении с Поттером не отменён — плохая идея.

И всё же… Миралисса была довольна тем, как прошёл день. Оказывается, она ужасно соскучилась по обществу лучшего друга.