Мыслит — значит, существует (гет)

— Так ты правда понятия не имеешь, кто это?

— Нет, Грейнджер, я же тебе уже сказала. Если я учусь на Слизерине, это еще не значит, что я обязательно замешана во всех заговорах с целью тебя прикончить.

— А Дафна права, понимаешь?

Гринграсс смерила Невилла пристальным, долгим взглядом.

— Ну хорошо, Гринграсс права, — сдался тот. — Но мы что, серьезно обязаны общаться исключительно по фамилиям?

— Да, у нас на Слизерине такие правила.

— Как и правила пытаться убить таких, как я, но ты ведь этого не делаешь, — парировала Гермиона. — Даже Гарри разрешает называть себя по имени, а ты же знаешь, какой он порой бывает нелюдимый…

— У меня вообще-то уши горят, Гермиона.

Все обернулись к Гарри. Он как раз входил в пустой класс, служивший им тайным местом встреч. За ним шла Луна. Заметив их встревоженные лица, Гарри так и застыл на пороге.

— Что? У меня что-то на носу?

— Да нет... Извини.

— Ну и что вам удалось выяснить? — спросил Гарри. — Если не считать того, что Гермиона считает меня нелюдимым и до сих пор не переросла убеждение, будто все слизеринцы — порождение зла.

— Откуда ты узнал?..

— Полно тебе, Невилл. Речь ведь идет о наследнике Слизерина, а у Гермионы родители — маглы. Неудивительно, что ее хваленая логика дала сбой. Так неужели никто из вас не заметил, что в тот вечер кое-кого не было?

— Ну, там крутились те двое шестикурсников, — подала голос Дафна. — Если вы понимаете, о ком я.

— Брось, Дафна, — отмахнулся Гарри. — Мы-то с тобой прекрасно знаем, что это не они.

— Они со Слизерина? — тут же вмешалась Гермиона.

— Гермиона, серьезно, тебе пора бы уже перезагрузить мозги, — вздохнул он. — Но если отвечать на твой вопрос: да, они из этих «злобных слизеринцев».

— И как ты можешь вот так сразу вычеркивать их из списка подозреваемых?

— У них алиби, — отрезал Гарри. — Они торчали в чулане для швабр рядом с Залом Славы. По той простой причине, что они всегда там торчат.

— Но что им делать в чулане для швабр? — удивилась Гермиона.

Невилл при этих словах заметно позеленел.

— Спросишь об этом у Невилла на досуге. Думаю, после этого ты поймешь, почему мне так хотелось сменить Малфою пол.

— Гарри, это отвратительно!

До Гермионы наконец-то дошел смысл, и на её лице отразилось такое потрясение, что сразу стало ясно — блаженны не ведающие.

— Знаю, — вздохнул Гарри. — Ну так что, есть еще отсутствующие? Луна, ты почему молчишь? Озари нас своей мудростью.

— Лично я считаю, что нарглы ни в чем не виноваты, — подала голос Луна. — Но сбрасывать их со счетов все равно не стоит.

— Да, я знаю, что Корнера там не было, но хотел поговорить о нем в самом конце, — кивнул Гарри. — Он хоть и придурок, но не злой. Так что запишем его под третьим номером.

Гермиона, Невилл и Дафна хмуро уставились на Гарри с Луной.

— Что? — не понял Гарри.

— Луна говорит тебе про нарглов, а ты из этого делаешь вывод, что Корнер — подозреваемый номер три? — возмутилась Гермиона. — А первые два тогда кто?

— Потише, Гермиона. Это было тонко. Но если бы ты знала нарглов так же хорошо, как я… Мерзкие маленькие твари, уж поверь. А первых двух подозреваемых я пока и сам не знаю. Я просто прикинул наперед: следующие двое наверняка окажутся куда убедительнее Корнера. Ну так что, есть еще соображения? Может, поищем на Гриффиндоре или Хаффлпаффе?

— Погоди, я думал, мы ищем наследника Слизерина. Ты серьезно допускаешь, что это мог сделать гриффиндорец?

— Это не был выпад в твой адрес, Невилл. Но если отвечать на твой вопрос — да, гриффиндорцем вполне может оказаться засланный слизеринец.

— Засланный слизеринец? — с сомнением переспросила Гермиона.

— Ну да, а что такого? Вот взять меня. Распределяющая шляпа ведь хотела отправить меня на Слизерин. Но я внушил ей, что с моей стороны будет куда больше в духе Слизерина скрыть свою истинную натуру и пойти на другой факультет. Так я и оказался на Рейвенкло.

— Это правда?! — в один голос выдохнули Гермиона и Невилл.

— Нет, конечно. Ладно, раз других зацепок у нас нет, придется искать их самим. Гермиона, ты присматриваешь за гриффиндорцами. Невилл, ты берешь на себя Хаффлпафф. Луна, ты думаешь о том же, о чем и я?

— Да, Гарри. Но как нам дотащить стокилограммовую головку сыра до нашей гостиной?

— Обычным левитационным заклинанием.

— Ну, конечно, — обронила Луна и вприпрыжку ушла.

Оба гриффиндорца посмотрели ей вслед с искренним беспокойством за её душевное здоровье и двинулись следом — правда, прыгать они не стали. В классе остались только Гарри и Дафна.

— А ведь это была правда, — тихо сказала она.

— Прости, Дафна, ты что-то сказала?

— То, что ты наплел про Распределяющую шляпу, — это ведь правда. Тебе место на Слизерине.

— Думай как хочешь, — усмехнулся Гарри. — А я пошел просить судью посмотреть видеоповтор.

Заметив её недоуменный взгляд, он пояснил:

— Вот в чём главное преимущество маглов перед волшебниками. У них спортивные метафоры не ограничиваются одним-единственным видом спорта.

* * *

— Это еще что за конверт? — спросила Гермиона.

— А это, дорогая моя Гермиона, список подозреваемых. Ну, делитесь, что вам удалось разузнать?

— Из Гриффиндора отсутствовала только Джинни Уизли.

— А у меня по Хаффлпаффу проходит некий Стеббинс, — добавил Невилл.

— Прекрасно. Давайте проверим, совпадает ли это с моим чутьем, — Гарри надорвал конверт и выложил листок на стол.

Подозреваемый №1: Стеббинс

Подозреваемый №2: Уизли №7

Подозреваемый №3: Корнер

— Но как ты узнал?! — поразилась Гермиона.

— Запросил видеоповтор, — Гарри усмехнулся, заметив, что Невилл недоумевает точно так же, как до этого Дафна. — Это магловская спортивная метафора.

— Но откуда у тебя вообще мог взяться видеоповтор? — Гермиона в замешательстве всплеснула руками.

— Это же просто фигура речи, Гермиона. Я зашел к Дамблдору, попросил одолжить Омут памяти и пересмотрел воспоминание, чтобы вычислить тех, кого не было в зале.

— И он вот так просто отдал его тебе? И даже не спросил зачем?

— Спросил, конечно. Я сказал, что он нужен нам с вами. Мол, мы хотим делиться детскими воспоминаниями ради укрепления дружеских уз.

— И он поверил? — скептически переспросила Дафна.

— Ну разумеется! Можно подумать, он величайший волшебник, способный читать чужие мысли и с ходу распознавать ложь.

— Но почему ты поставил Джинни на второе место? — вмешался Невилл.

— А что такое, Невилл? Ты неравнодушен к Уизли Номер Семь?

Тот заметно покраснел.

— Дело абсолютно не в этом. Мне просто кажется, что Корнер на роль виновника подходит куда больше, чем она.

— А я вот так не считаю, — возразил Гарри. — Еще месяц назад она едва ли не молилась на меня и ходила за мной хвостиком. А теперь перестала. Это подозрительно.

— То есть ты всерьез полагаешь, что если кто-то не выказывает тебе безграничного обожания, то он автоматически в чем-то виноват? — Дафну искренне позабавили его слова.

— Разумеется.

После этого заявления Невилл только закатил глаза, Гермиона шумно вздохнула, Дафна по какой-то неведомой причине осталась крайне довольна собой, а с лица Луны не сходила загадочная улыбка.

Впрочем, у Луны всегда был такой таинственный вид.

Гарри дождался, пока они успокоятся, и повернулся к Невиллу.

— Ладно, ты присматриваешь за Номером Семь. Думаю, эта задача тебя не сильно обременит. Только действуй тоньше, иначе Номер Шесть решит, будто ты заглядываешься на его младшую сестренку. А Корнера я беру на себя.

— А если это всё-таки Стеббинс? — спросила Гермиона.

— Тогда Стеббинса я тоже беру на себя. Собрание окончено.

Класс опустел. Задержался только Гарри. Дождавшись, пока шаги в коридоре стихнут, он взял перо, размашисто перечеркнул имена Стеббинса и Корнера, а «Уизли №7» обвёл в жирный кружок.

Затем он скомкал пергамент, сунул его в карман, собрал вещи и вышел вслед за остальными.