Просто продолжать жить (гет)

Они оказались в небольшой, выложенной камнем комнате, в центре которой из колодца с невысокими бортиками высоко бил радужный разноцветный фонтан. Вода — прозрачная, чистая и в то же время играющая всеми цветами радуги, бросала многоцветные блики на стены, и от этого казалось, будто комната освещена солнцем. Вдоль стен тянулись каменные же скамейки — а больше в комнате не было ничего.

— Он правда выполняет желания? — спросил Рабастан, кажется, впервые обратившись к Монтегю самостоятельно и напрямую.

— Конечно, — улыбнулся тот. — Проблема обычно в формулировках — и в том, чтобы вынести их из этой комнаты.

— Они сбываются только здесь? — уточнил Поттер, на всякий случай подходя к Рабастану поближе. Мерлин знает, что придёт ему в голову — а фантазия у художника должна быть богатой.

— Нет, почему, — неопределённо отозвался Монтегю. — Вопрос не в том, где они сбываются — вопрос в том, как.

— «Я хочу быть счастливым» — раз и лишаешься мозга, да? — пошутил Поттер. — И пускаешь пузыри — счастливо. Или превращаешься в какую-нибудь улитку. На бескрайнем капустном поле.

— Вроде того, — кивнул Монтегю. — В принципе, можете попробовать — но сперва согласуйте формулировку. Лучше начать с чего-нибудь простого и ясно определяемого.

— Вроде мороженого? — спросил Рабастан, улыбнувшись.

— Только точно сказать, какого именно, сколько, в чём и когда, — кивнул Монтегю. — Вы какое хотите?

— Карамельное, — сказал Рабастан. — С ириской. И с шоколадом, — добавил он, немного подумав.

— Тогда заказ будет звучать так, — немного подумав, проговорил Монтегю: — Полпинты карамельного мороженого с ириской и шоколадом в вафельном рожке. Так?

— А как же исключения из закона Гампа? — удивлённо спросил Гарри.

— Но трансфигурировать-то еду можно, — пожал Монтегю плечами. — На деле это будет просто вода — мы много раз проверяли. Тут ничего опасного.

— Не стоит, — возразил Поттер. Нет, он, конечно, доверял Монтегю — но зачем рисковать? Тем более, не собой? — Я предлагаю потом поесть нормального мороженого, — сказал он. — Зайдём потом к Фортескью — уверен, у него оно вкуснее.

— Но это же интереснее! — возразил Рабастан. Его брови чуть сдвинулись, и взгляд стал упрямым. Мерлин… может, Мордред с ним? Особенно, если Монтегю тоже это съест. Хотя это и не гарантия, конечно.

— Как в сказке, — мечтательно промурлыкала Луна. — Съешь кусочек — и уже не сможешь вернуться…

— Ну, что вы, — с некоторой досадой возразил Монтегю. — Вы же сами знаете, как он работает — зачем вы пугаете нашего гостя?

— Но мы же не можем быть уверены до конца, верно? — безмятежно спросила Луна. — Мы все пробовали что-нибудь — и все до сих пор здесь.

— Потому что доступ к нему имеют только сотрудники, — возразил ей, но как-то безнадёжно, Монтегю.

— Но кто был сначала — яйцо или курица? — улыбнулась она. — Можно попросить что-нибудь несъедобное. Что ты хочешь? — спросила она Рабастана.

— Пить, — тут же ответил тот. — Я хочу пить. Можно? — он потянулся к фонтану, и Поттер поймал себя на том, что во рту у него пересохло.

— А что будет, если выпить из фонтана? — спросил Гарри, пока Луна трансфигурировала из какой-то верёвочки стакан и наполняла его водой из палочки.

— Исполнятся все желания, — усмехнулся Монтегю. — Разом.

— Все? — переспросил Поттер.

— Все, которые ты когда-либо испытывал, — хмыкнул тот. — А учитывая, что любой из нас хоть раз, да задумывался о самоубийстве…

— И не только, — тихо заметил Поттер.

— Не только, — согласился Монтегю. — Но до этого обычно не доходит — зато мы получаем трупы, забросанные всяким хламом от мячиков и мороженного до гоночных мётел и голых девиц. Которые, впрочем, начинают на глазах таять — видимо, смерть желающего магию отменяет.

— Но я не хочу просто воду! — запротестовал Рабастан, отодвигая руку Луны со стаканом. — Я хочу из фонтана — просто попробовать!

При этих словах вода забила сильнее, и Гарри показалось, что фонтан немного отклонился в их сторону.

— Попроси что-нибудь, — быстро сказал Поттеру Монтегю. — Конкретное и простое. Иначе нам придётся срочно уйти.

— Почему не ты? — настороженно спросил Поттер.

— Потому что меня он хорошо знает — а вы новенькие и куда больше ему интересны. Давай!

— Хочешь увидеть тех сиреневых бабочек? — спросила Рабастана Луна? — Настоящих?

— А он может? — глаза Рабастана сверкнули.

— Может, конечно, — она улыбнулась. — Попроси его. Только не спеши.

— Я хочу сиреневых бабочек. Маленьких и прозрачных, — сказал Рабастан, с совершенно детским любопытством глядя на фонтан. — Как мы рисовали с Луной, только живых. Немного.

Фонтан вдруг замер — и резко иссяк, но через секунду забил снова, и с вершины его струи сорвалось десятка полтора маленьких бабочек нежно-сиреневого цвета. Вода, попадая к ним на крылья, не причиняла им никакого вреда, и они, легко пролетев прямо сквозь струи, опустились на руку к Рабастану.

— Никогда не сомневался в талантах мадам Скамандер, — Монтегю, не подходя слишком близко, рассматривал бабочек с интересом.

— Пить хочется зверски, — признался Поттер. — Причём не просто пить, а именно из него.

— В этом и проблема, — кивнул Монтегю. — Поэтому он и находится здесь. Мало кто продержался больше четверти часа — поэтому сюда запрещено входить поодиночке. Только втроём — или больше.

— Почему не вдвоём? — Поттер облизнул пересохшие губы.

— Потому что на двоих его хватает, — усмехнулся Монтегю. — А вот в трёх он уже путается. Я думаю, нам пора, — сказал он, тоже облизнув губы.

— Тоже хочется? — спросил Поттер.

— Ты даже не представляешь, насколько, — усмехнулся он и сказал громче: — Я предлагаю двинуться дальше. У нас впереди небольшая вселенная и волшебный лес.

— Лес? — Рабастан оторвался от бабочек, которых они с Луной разглядывали.

— Можно сначала в лес, — согласился Монтегю. — Пойдёмте?

«Как удачно я пообещал вернуться через три часа», — подумал Поттер, снова шагая по бесконечному коридору, на сей раз никуда не изгибавшемуся, а всё время слегка поднимающемуся наверх. Дорога оказалась короткой — и на сей раз Монтегю, отперев дверь, вежливо пропустил их вперёд, в уже знакомого им вида крохотную комнатушку. Вторая дверь здесь была самой обычной, деревянной — вот только без ручки.

— Волшебный лес — это лес, всегда выглядящий так, как вам хочется, — сказал Монтегю. — Или, если быть более точным, таким, каким вы представляете себе лес. И именно с такими животными. Надеюсь, никто из наших гостей не боится леса?

— Нет, — заулыбался Рабастан. — Там опасно?

— А вам как кажется? — ответил вопросом на вопрос Монтегю.

— Я думаю, нет, — решительно сказал Рабастан, и Поттер уловил в глазах Монтегю удовлетворение.

И подумал, что было бы, если бы привести сюда Хагрида.

Эта мысль его развеселила, и он, ступая под своды деревьев вслед за Луной, спросил Монтегю тихонько:

— А если бы он оказался охотником на мантикор?

— Это-то как раз не так страшно, — возразил Монтегю. — Они горные твари, и вряд ли специалист ожидает столкнуться с ними в лесу. А вот нунду какой-нибудь, теоретически, вполне может тут встретиться — хотя вообще-то они твари пустынные. Но кому что пустыня — что саванна, а тут уже шаг до леса… могло бы выйти неприятно.

— Что, бывало? — спросил Поттер с пониманием.

— У нас тут ликвидаторы практикуются, — ответил Монтегю. — Это, конечно, служебная информация, ну да ладно, — он махнул рукой. — Мы тут тоже работаем — дементоров вот делали, пока живой образец не добыли: всё-таки лес и болота близки.

— Я правильно понимаю, что это, так сказать, смешанный лес? — спросил Поттер, идя рядом с Монтегю по широкой тропинке. — Из представлений нас четверых?

— Да Мерлин упаси, — Монтегю покачал головой. — Нет, конечно — иначе как тут работать? Он воспринимает образы того, кто первым сюда войдёт. Приятный лес у мистера Лестрейнджа — я так понимаю, шотландский?

Здесь было много сосен, перемежавшихся мелкими берёзами, рябиной, осиной и ивняком, по ветвям которых прыгали рыжие белки и птицы, большую часть которых Поттер не знал. Под ногами стелился густой мягкий мох и идти было легко — Монтегю вдруг кивнул куда-то в сторону и шепнул:

— Олени.

И действительно, на виднеющейся меж деревьев поляне виднелось стадо крупных оленей. Головы некоторых из них украшали красивейшие рога, ветвистые и большие. Гарри улыбнулся: по вполне понятным причинам видеть этих прекрасных животных ему было приятно.

— Прямо как твой, — негромко проговорил Монтегю.

Поттер хмыкнул.

— Эти лучше. Полагаешь, Шотландия?

— Очень похоже, — с уверенностью сказал Монтегю. — Я там охочусь по осени — почти узнаю места. Видишь — сплошной мох и полно ручьёв. И сосны с белками. Рябина эта ещё… и берёзы. Что интересно, — с удовольствием рассказывал он, пока Рабастан и Луна ушли заметно дальше, — время года здесь тоже можно задать. Этот летний — и я ручаться могу, что Лестрейндж-младший не охотник.

— Иначе был бы осенний? — спросил с пониманием Поттер.

— Как правило, да, — согласился Монтегю. — Исключения бывают, конечно — но нечасто. Симпатичное место, — он с видимым удовольствием оглядывался. — И он идёт так уверенно… не удивлюсь, если мы сейчас придём к какому-нибудь дому.

— И что будет, если войти? — спросил с любопытством Поттер.

— А мы не будем входить, — добродушно отозвался Монтегю.

— Я предупрежу, — Поттер пошёл чуть быстрее, и Монтегю сказал ему в спину:

— Мадам Скамандер, разумеется, в курсе.

Но Гарри всё же догнал Рабастана с Луной — и вовремя. Они как раз вышли к краю водоёма с тёмной прозрачной водой, из которой кое-где торчали лишённые коры остовы деревьев, и с причудливо изрезанным берегом, на другой стороне которого виднелся старый каменный дом.

— Ваш? — спросил Гарри, подходя к Рабастану.

— Наш на море, — удивлённо ответил ему тот. — Вы же были у нас — вы не помните?

— Я подумал, вдруг у вас есть ещё какой-нибудь охотничий домик, — сказал Гарри.

— Нет, — помотал головой Рабастан. — Это Уолла. Но, наверное, внутрь заходить без Уолли нехорошо?

— Нехорошо, — радуясь, что не придётся ничего запрещать, согласился с ним Поттер. — Давайте, не пойдём.

— А мы тут ещё надолго? — спросил Рабастан нетерпеливо.

— Вы устали? — понимающе спросил Поттер, и тот кивнул:

— Здесь здорово, но я хочу домой… мы же можем после прийти ещё?

— Да, конечно, — Гарри улыбнулся ему и, обернувшись к Монтегю, сказал:

— Давай на сегодня закончим? Очень много впечатлений — мистер Лестрейндж не мы с тобой, ему нужно всё это как-то пережить и переварить.

— Конечно, — покладисто согласился тот. — Продолжим в другой раз, если будет желание. На выход?

Коридор на сей раз оказался удивительно короток — они прошли едва ли с десяток дверей и, выйдя в одну из них, неожиданно оказались в хорошо знакомой Гарри приёмной. Он взглянул на часы — и ещё раз похвалил себя за предусмотрительность: они покинули Лестрейндж-холл больше двух с половиной часов назад.

— График работ мы завтра обговорим, — сказал Поттер Монтегю. — Хочу согласовать с собственным — не успел.

— Завтра так завтра, — не стал спорить тот — и они попрощались.