— Эй!
По лестничной площадке эхом разнесся хриплый голос. Пролетом выше, опершись о перила, стоял мужичок в растянутой и слегка заляпанной майке. Он сжал руку в кулак и дернул большим пальцем, будто прокрутил невидимое колесико.
— Есть чем прикурить? — в зубах соседа сверху качалась сигарета.
Руки неосознанно пробежались по карманам мантии.
— Нет, сэр.
Мужчина еще сильнее налег на перила, с прищуром уставившись на Каспина.
— А начальник у вас юморист.
Каспин забегал глазами, пытаясь понять, откуда этот выбритый наголо магл может знать Писгуда.
— Эти ваши балахоны, — сосед кивком указал на мантию. — Это на какой работе такая интересная униформа?
С губ Каспина сорвался едва слышный смешок.
— Мы — сообщество тёмных колдунов, — он ехидно растянул губы в улыбке. — Строим коварный план по завоеванию мира.
Мужчина захохотал.
— Возьмете к себе?
— Простите, вход только по приглашениям, — произнес Каспин под жужжание лампочки.
Свет резво замигал.
Мужчина отпрянул от перил и взглянул под потолок.
— Опять она за свое, вечно тут какие-то перебои. Ничего-ничего, сейчас заработает, — жужжание оборвалось, и свет окончательно погас. — А нет, в этот раз с концами.
Каспин поджал губы и покосился в сторону.
— Безобразие какое, — кивая, он на ощупь вытянул ключ из дипломата, сделал шаг к двери и демонстративно посмотрел на пустое запястье. — Ох, как поздно, пожалуй, я вас покину.

***

Каспин откинул занавеску, скрывавшую небольшую мастерскую. Впрочем, мастерской этот закуток можно было назвать с натяжкой — скорее, это был уголок его любимых «игрушек». На стене висела полка с выстроенными в ряд склянками разной формы. Некоторые были подписаны именами, другие — помечены краткими описаниями людей. Под полкой стоял Омут памяти, который Каспин ценил еще больше, чем телевизор. Магловское чудо техники он полюбил как раз за схожий функционал, хотя между ними и было фундаментальное отличие.
Достав из комода несколько пустых флаконов, Каспин оставил их на столешнице, чтобы позже, проходя мимо, точно вспомнить о порученном Лордом задании.
«Делу время… но только после хорошего отдыха», — подумал Каспин и плюхнулся на кровать, случайно пнув брошенный на полу дипломат.
За эти несколько дней он совсем позабыл о своей покупке в лавке старьёвщика, но теперь, видя дипломат перед собой в спокойной домашней обстановке, в голове моментально всплыли воспоминания о маленькой радости, лежащей внутри него.
Каспин вытащил рамку из сумки и, не успев насладиться чарующими улыбками пары с колдографии, отвлёкся на посторонний предмет, вывалившийся следом.
Это был пустой с виду конверт без подписи и печати.
«О-о нет... Нет. Нет. Нет», — подумал Каспин и, не мешкая, поднял забытое.
Дело пахло сверхурочной работой на побегушках у Амбридж. Эта эксцентричная дамочка служила наказанием для всех провинившихся в Министерстве магии. Кажется, она находила забавным чуть ли не ежедневную замену своих помощников. Хотя помощниками их назвать было сложно — в основном те, кого к ней отправляли, выполняли лишь мелкие поручения и её личные прихоти, едва ли связанные с работой. К важным делам эта женщина никого не подпускала. То ли таким образом пыталась выслужиться перед Фаджем (а выслужиться у неё получалось, не за красивые же глазки её держат на посту помощника министра, несмотря на скверный характер), то ли у неё большие проблемы с доверием. Чёрт его знает.
Письмо надёжно застряло в уголке конверта, давая Каспину время успокоиться или накрутить себя ещё больше. Писгуд ведь не из тех, кто будет молча ждать, пока кто-то безответственный вспомнит о своей работе? Хотя это могло быть его очередной ловушкой, чтобы потом в полной мере поиздеваться над нерадивым подчинённым.
Каспин дёрнул за лист пергамента и, оторвав уголок, наконец извлёк письмо из конверта.
Письмо несло в себе короткое послание, написанное аккуратным почерком, украшенным декоративными завитками. Словно принадлежало некой высокопоставленной особе. Просто загляденье.
Но вот содержание у Каспина вызывало отнюдь не восхищение.

Твоё вступление в наши ряды, мальчик, вышло поспешным, а потому некоторые церемонии пришлось опустить. Однако я не мог вовсе оставить без внимания своего нового друга. Та неподдельная гамма чувств, которую ты уделил моей внешности при нашей первой встрече, не оставила сомнений: этот скромный презент придётся тебе по вкусу.
P.S. Позаботься о том, чтобы он занял подобающее место.

Каспин отложил письмо и вывернул содержимое сумки на кровать. Все те же знакомые вещи. Никаких проклятых предметов или еще чего похуже внутри не оказалось. Он перевел взгляд на лежащую снимком вниз рамку. Каспин помотал головой.
«Нет. Бред», — он сгрёб несколько фантиков в кучу и смял в комок. Взгляд вновь упал на рамку.
— Не-ет, не может быть, — Каспин нерешительно потянулся к рамке и схватился за подставку.
Он медленно перевернул виновницу ускоренного пульса.

— *****, — из его рта вырвалось отнюдь не заклинание.
Прекрасной пары с колдографии и след простыл. Теперь оттуда на него смотрели налитые алым глаза.

***

Хлопок крышки ознаменовал конец кормежки. На сегодня с муками кроликов покончено, хотя это не касалось бедолаг, уже оказавшихся в желудке прожорливой змеюки.
— Милорд… — произнес Каспин неожиданно хрипло и глухо. Он прочистил горло, прикрыв рот кулаком, и повторил: — Мой Лорд, кажется, она наелась. Где я могу оставить ящик?
В ответ послышались лишь шорохи со стороны сытой змеи.
— Милорд?
— …
Каспин нерешительно приблизился к спинке кресла.
— Милорд…
Выдержав еще несколько секунд без ответа, он оперся на кресло и подался вперед, чтобы заглянуть за спинку.
Сухая рука схватила запястье и потянула к себе. В ушах зазвенел собачий лай и до боли знакомый голос.
— Квартплата выросла ещё на пятнадцать процентов!
— А?.. Миссис Пиккет?..

***

— Не знаю, что за миссис Пиккет тебе снится, но оставь свои фантазии, — возмутилась Селена Вэнс, глядя в мутные глаза Каспина, которые вновь медленно накрывали веки.
— Не спать! — Селена встряхнула его за плечо. — Тебя вызывают!
Каспин потёр лицо и качнулся к столу.
— Кто вызывает?
— Не знаю. Сказали — гость, — Селена окинула взглядом лениво поднимающегося Каспина.
Конечно, спать на рабочем месте непозволительно, но единичный случай можно и простить. Так что очевидцы послеобеденного сна негласно решили не доносить начальнику, хотя и провожали коллегу осуждающим цоканьем, чтоб впредь не расслаблялся.
Зажав дипломат подмышкой, Каспин сладко зевнул и вышел за дверь.