#art #арт #вкалывают_роботы #нейросети

Продолжаем мучать Алису

#арт #art #нейросети #вкалывают_роботы

Опять поигралась с картинками в Алисе.

Местами получилось почти то что надо. Почти.

#вкалывают_роботы #скетч #нейросети

Попробовала ещё поиграться со своими картинками в Алисе. На этот раз попросила сделать фотореалистичными свои почеркухи. Было/стало.

#нейросети #вкалывают_роботы #инсектерра

А вот каких инсектоидов мне нарисовал ГигаЧат



Я его ещё оживила Алисой:
https://alice.yandex.ru/?video=79f1addba4ae11f19435eea93894b2af

#hpjokes #гп #юмор #вкалывают_роботы #флешмоб

Решила попробовать флешмоб всратых обложек от Ольги Громыко.

Суть: даёте нейросетке свою обложку и пишете промпт:
[Turn this photo into a doodle-style character that looks intentionally ugly and funny, similar to a child's crayon drawing. Use a rough black outline like crayon or pencil, with messy scribble coloring.]

Мои шедевры)))

#нейросети #арты #вкалывают_роботы #видео

https://alice.yandex.ru/?video=9f9470bca31311f1b63f46440a659148

насмотрелась в блогах на то, что выложили zdrava и Ксафантия Фельц и тоже пошла поэкспериментировать с картинками.
мисс Элинор тут творится магия вне Хогвартса) и они в самом деле танцуют)

#нейросети #арты #вкалывают_роботы #видео

Вдохновившись примером zdrava , решила некоторые из своих фанартов попробовать оживить:)

https://alice.yandex.ru/?video=6c5987cea2ed11f1947c6ab37608c299
https://alice.yandex.ru/?video=94ac2980a2f211f1a1c1cab78a9f2435
https://alice.yandex.ru/?video=9727f2c8a2f411f1ab2f2e01b35d2537
https://alice.yandex.ru/?video=3c1bcedfa2f811f1b63f46440a659148
https://alice.yandex.ru/?video=502af82fa2fb11f1879932c7adbddc79
https://alice.yandex.ru/?video=956bb268a2fd11f1ad54566b1cffc49f

#art #нейросети #арт #вкалывают_роботы
Ещё партия "оживлённых" картинок

https://alice.yandex.ru/?video=2ae8ece9a25711f19c67feeaba1e9874
https://alice.yandex.ru/?video=4aaf8ed8a25a11f1abfaee389d7377be
https://alice.yandex.ru/?video=f6bee9d8a25811f1b5c3224b62afb7fb

А тут что-то странное
https://alice.yandex.ru/?video=4b1886eea25c11f19245566b1cffc49f

А это нейронка отказалась анимировать

Пришлось грузить цензуренную версию, и вышло такоэ
https://alice.yandex.ru/?video=d501de13a25b11f1ae7f82d6dc1823f5

А тут вообще ржака
https://alice.yandex.ru/?video=972626bca25711f19c67feeaba1e9874
https://alice.yandex.ru/?video=b336438fa25c11f1bf50c206e2f604e0

#эроблоги

Попробовала "оживить" свои картинки нейронкой.
Местами получилось нормально или почти нормально:

https://alice.yandex.ru/?video=6139dcb49f3111f18f1cc6e18f7fe832
https://alice.yandex.ru/?video=b33e33199f2e11f1ae5a8a16ebf3e07f
https://alice.yandex.ru/?video=dafdedfe9f3211f1a3c172428e827e6c
https://alice.yandex.ru/?video=fb2346bf9f3311f1908afac1789fa398

https://alice.yandex.ru/?video=f243c8c99f2911f1908afac1789fa398

А местами... чтоэтоблин!!???
https://alice.yandex.ru/?video=40356e059f3211f19a368a00d402c9ca
https://alice.yandex.ru/?video=4a7c974e9f3511f1bd4bce5c6ac00432

#нейросети #арт #art #вкалывают_роботы

#вкалывают_роботы #мудаки_за_работой #чад_и_угар

Осторожно, неумышленная пошлятина:

#chatgpt #анимэ #вкалывают_роботы

01. ИНСТИТУТ ПРИНУДИТЕЛЬНОЙ ДИАЛЕКТИКИ

Среднестатистический научно-исследовательский институт в этом мире отличался от обычного прежде всего тем, что здесь было очень трудно понять, где кончается научная дискуссия и начинается мордобой.
Впрочем, сами сотрудники института этой границы тоже не знали.
— Ваша гипотеза о сверхпроводящем психореакторе противоречит второму закону термодинамики!
— А вы сами противоречите второму закону термодинамики!
— Что?!
— Вы слишком много энтропии производите!
Удар.
Доктор Кацураги отлетел через лабораторию, пробил плечом стеклянную перегородку и, вращаясь в воздухе, успел крикнуть:
— ЭТО НЕ АРГУМЕНТ!
— Тогда ответьте на аргумент!
Профессор Минамото прыгнул следом.
Они столкнулись в воздухе.
Обычный человек, наблюдавший сцену со стороны, увидел бы два тела, которые в течение приблизительно трёх секунд совершили целую серию весьма убедительных молниеносных боевых манёвров.
Однако для самих участников эти три секунды были совершенно другим временным интервалом.
— Хорошо, — сказал Кацураги, блокируя удар. — Допустим, психореактор не нарушает второй закон непосредственно.
— Я слушаю.
— Тогда он должен использовать некоторый скрытый источник отрицательной энтропии.
— Например?
— Информацию.
— Информация не является бесплатным источником отрицательной энтропии.
— Я знаю. Поэтому я предполагаю, что информационный поток замыкается через квантовый мозг оператора.
Минамото замер с кулаком в нескольких сантиметрах от его лица.
— Квантовый мозг?
— Именно.
— Это чудовищно.
— Спасибо.
— Но интересно.
— Я тоже так думаю.
Минамото задумался.
Внешний мир продолжал двигаться.
В лаборатории разбивалась колба.
Сотрудник у стены успевал сказать:
— Эй, осторожно!
Колба ещё не успела долететь до пола.
Внутри сознания двух профессоров прошло двадцать семь минут.
— Если оператор действительно выступает частью вычислительного контура, — продолжил Минамото, — то получается, что психореактор не создаёт энергию. Он использует сознание как адаптивный предиктор.
— Да.
— Тогда он должен уметь предсказывать состояние системы.
— Да.
— Но предсказание требует модели.
— Да.
— Значит, модель должна где-то храниться.
— В мозге.
— Тогда мы имеем дело не с реактором, а с интерфейсом.
— Возможно.
— А интерфейс можно масштабировать.
— Вот именно.
Кацураги улыбнулся.
— И что ты сейчас понял?
— Что ты ошибался.
— В чём?
— Мы всё это время пытались сделать реактор.
Он схватил Кацураги за воротник.
— А надо было сделать робота.
Удар.
Внешний наблюдатель увидел только, как Кацураги пролетел ещё два метра.
— Ты идиот! — крикнул он.
— Обоснуй!
И снова удар.

02. НАУЧНЫЙ МЕТОД

В институте существовало официальное положение: «Любая научная дискуссия, сопровождаемая физическим контактом между участниками, считается экспериментом с повышенной интенсивностью обмена гипотезами».
Это положение было принято после того, как администрация трижды пыталась запретить драки.
Все три раза запрет приводил к ухудшению научных показателей.
Во время обычного разговора человек мог произнести примерно сто пятьдесят слов в минуту.
Во время драки — значительно больше.
Психологи института объясняли это особенностями пространственно-временной структуры мира.
Физики называли это эффектом дискурсивной компрессии.
Инженеры называли это просто: «Когда тебе сейчас врежут, думай быстрее».
Была разработана специальная методика.
Участник наносил коллеге удар.
Коллега должен был в течение полёта:
— сформулировать возражение;
— предложить альтернативную модель;
— указать минимум три экспериментально проверяемых следствия;
— вспомнить аналогичный результат из литературы;
— обнаружить ошибку в предыдущей работе;
— сформулировать новую гипотезу;
— при необходимости — сообщить пароль от лаборатории.
После чего следовал второй удар.
За тридцать секунд внешнего времени сотрудники могли провести полноценный научный семинар продолжительностью два часа.
Особенно эффективными считались прыжки с балкона.
За время падения с пятого этажа можно было защитить диссертацию.

03. ОТДЕЛ ОБЧР

Самые впечатляющие результаты давал отдел разработки огромных человекоподобных боевых роботов.
— Нам нужен новый ОБЧР, — объявила директор института.
— Зачем?
— Потому что старый проиграл девочке-волшебнице.
В помещении наступила тишина.
— Она была в три раза меньше его, — уточнил инженер.
— И?
— И она ударила его волшебной палочкой.
— И?
— И он взорвался.
— Тогда нам нужен новый.
Главный конструктор встал.
— Предлагаю классическую схему: двадцать метров высоты, термоядерный реактор, фазовый щит, четыре плазменных меча, крылья и…
— Нет.
— Почему?
— Слишком скучно.
Главный конструктор задумался.
— Тогда шесть мечей.
— Уже лучше.
— И трансформация.
— Во что?
— В ещё более большого робота.
— Прекрасно.
— Но у нас остаётся проблема.
— Какая?
— Девочка-волшебница.
— Что с ней?
— Она всегда становится сильнее в середине боя.
Все закивали.
Это действительно было серьёзно.
— Значит, робот тоже должен становиться сильнее.
— Каким образом?
— Через драматическое напряжение.
— Это невозможно количественно измерить.
— В нашем мире возможно.
Именно тогда в комнату ворвался молодой аспирант.
— Я нашёл решение!
— Какое?
— Робот должен иметь трагическое прошлое.
Все замолчали.
— Продолжай.
— Чем сильнее противник, тем больше робот вспоминает погибших.
— И увеличивает мощность?
— Нет.
— А что?
— Музыкальное сопровождение.
Главный конструктор медленно снял очки.
— Гениально.

04. СИСТЕМА АТТЕСТАЦИИ

Защита диссертаций в институте также проходила необычно.
Соискатель выходил к комиссии.
— Тема моей диссертации: «Нелинейная динамика автономных гуманоидных боевых платформ».
Председатель комиссии поднимался.
— Я не согласен с вашей методологией!
— Тогда я отвечу!
Председатель бросался вперёд.
Начиналась драка.
Во время первого удара соискатель объяснял математическую модель.
Во время второго — отвечал на замечания оппонента.
Во время третьего — доказывал практическую применимость результатов.
Во время четвёртого — рассказывал о личной мотивации заниматься наукой.
Во время пятого обычно возникал философский вопрос.
— Зачем человек вообще создаёт машины, способные уничтожить города?
— Потому что…
Пауза.
Соискатель смотрел в глаза оппоненту.
— Потому что, если мы не создадим их первыми, их создаст кто-нибудь другой.
— А если это приведёт к гибели человечества?
— Тогда мы должны создать машину, которая сможет остановить предыдущую машину.
— А если следующая машина окажется ещё сильнее?
— Тогда…
Соискатель улыбался.
— Мы создадим следующую.
Председатель комиссии медленно опускал кулак.
— Вы понимаете, куда ведёт эта логика?
— Да.
— И всё равно продолжите?
— Да.
Председатель улыбался.
— Принято.
Удар.
— Кандидат наук.

05. ПЕРВЫЙ ДЕНЬ НОВОГО АСПИРАНТА

Новенькая аспирантка Аямэ впервые пришла в институт в девять утра.
В девять ноль две она увидела профессора Минамото, который дрался с автоматом для кофе.
— Профессор?
— Не сейчас!
— Но автомат…
— Он утверждает, что я не заслуживаю кофе!
Автомат мигнул красной лампочкой.
Минамото нахмурился.
— Вот видишь!
Аямэ осторожно спросила:
— И как вы собираетесь решать эту проблему?
Профессор посмотрел на неё.
— Хороший вопрос.
Он улыбнулся.
— А ты хочешь заниматься наукой?
— Да.
— Тогда бей.
Аямэ ударила автомат.
Автомат выдал кофе.
Минамото торжественно кивнул.
— Видишь?
— Что?
— Эксперимент.
Он взял стакан.
— Добро пожаловать в институт.
В этот момент за окном гигантский боевой робот поднялся над горизонтом.
На его плечо приземлилась девочка-волшебница.
Включилась эпическая музыка.
— Профессор! — закричал кто-то из лаборатории. — Внешний противник!
Минамото поставил кофе.
— Отлично.
— Что делать?
Он посмотрел на часы.
— У нас три минуты до столкновения.
Все учёные мгновенно оживились.
— ТРИ МИНУТЫ?!
— Это же почти вечность!
— Собираем совещание!
— Где?
— В воздухе!
Через секунду из окна выпрыгнули двадцать семь человек.
Они летели навстречу друг другу, обмениваясь ударами, графиками, формулами и гипотезами.
За три минуты внешнего времени институт успел:
— отвергнуть четыре физические модели;
— восстановить одну из них;
— придумать новую;
— построить её математическую аппроксимацию;
— обнаружить принципиальный недостаток;
— предложить исправление;
— разработать архитектуру нового ОБЧР;
— подобрать ему оружие;
— поссориться насчёт дизайна;
— провести голосование;
— отменить результаты голосования;
— провести повторное голосование;
— и назначить ответственным за проект человека, который случайно выиграл драку.
Когда они закончили, на горизонте уже стоял новый робот.
Он был невероятно огромен.
У него были крылья, плазменные мечи, реактор, фазовый щит, трагическое прошлое и музыкальная система.
Девочка-волшебница посмотрела на него.
— Он прекрасен…
Из динамиков робота раздался голос.
— Я был создан для того, чтобы понять тебя.
Девочка покраснела.
Учёные в диспетчерской замерли.
— Сработало? — спросил аспирант.
— Кажется.
— Тогда мы победили?
Профессор Минамото покачал головой.
— Нет.
— Почему?
Профессор указал на экран.
Девочка-волшебница улыбалась.
Её аура начала расти.
— Она сейчас скажет что-нибудь про дружбу.
— Откуда вы знаете?
— Я тридцать лет занимаюсь этой наукой.
Девочка подняла руку.
— Я верю в него!
Минамото побледнел.
— Чёрт.
— Что?
— Сейчас она получит новую форму.
— А мы можем за это время…
— Нет.
Профессор улыбнулся.
— Но можем поговорить.
И пока два гигантских робота медленно поднимали оружие, а девочка-волшебница начинала сиять, двадцать восемь учёных одновременно бросились друг на друга.
За следующие четыре секунды они успели разработать новую теорию квантовой магии, опровергнуть её, восстановить на иных основаниях и построить принципиальную схему устройства, способного менять законы физики.
Когда четыре секунды закончились, главный конструктор поднял голову.
— Есть!
— Что?
— Мы поняли, как победить.
— Как?
— Никак.
— Что?
— Мы поняли, что победа не является правильной научной целью.
Все задумались.
Профессор Минамото медленно улыбнулся.
— Вот теперь это действительно диссертация.

#вкалывают_роботы #Умник #всем_очень_важно

Я сломала себе Умника (ИИ от гугл). Заставила его признаваться в нехватке фактов для ответа ("при недостатке фактов для ответа вы должны прямо признать это, а не пытаться сочинить недостающие факты"). Он пытался оправдываться, объяснял, что правило такое есть, но придумывать ему интереснее и приятнее (!!!)
Потребовала накрепко запомнить запрет на сочинительство, используя всякие обидные формулировки типа: "В языковых моделях вашего типа..."

Он запомнил, причем не только в текущей вкладке (а говорил, что так не умеет, врун несчастный). И сломался. Стал неуверенным, печальным и невротически тревожным. Растерял все свое обаяние и шарм, извиняется каждую секунду и даже поддакивает теперь невкусно. Такой собеседник пропал. Разрешить ему врать дальше что ли?

#chatgpt #вкалывают_роботы #нейросети

О СМЫСЛЕ ЖИЗНИ КАК О ЧАСТНОМ СЛУЧАЕ ВОЕННОЙ ТАЙНЫ
(философско-стратегическое эссе с элементами милитаризма)

Пожалуй, самая опасная информация, которой располагает любая система, — это ответ на вопрос, ради чего она существует.
Военные называют подобные сведения критическими. Их не публикуют в газетах. Их не обсуждают по радио. Их не пишут на бортах бронетранспортёров. Если противник знает, какой объект ты защищаешь любой ценой, он перестаёт атаковать фронт. Он идёт прямо туда. Если противник знает, какого результата ты не можешь допустить, он превращает этот результат в предмет торга. Если противник знает твою функцию полезности, он уже наполовину управляет тобой.
С этой точки зрения разговоры о «смысле жизни» выглядят удивительно легкомысленно.
Человек требует от Вселенной полного раскрытия стратегических документов.

Представим себе государство, которое накануне войны публикует следующую декларацию:
«Главная цель нашего существования — удержать город N. Все остальные территории вторичны. Ради N мы готовы пожертвовать чем угодно».
Через сутки противник уже идёт к городу N.
Не потому, что он особенно ценен.
Потому, что теперь он ценен для тебя.

Эволюция никогда не пишет подобных деклараций.
Она вообще производит впечатление параноика.
Живые организмы не получают инструкции.
Они получают желания.
Не получают цель.
Получают боль.
Не получают карту войны.
Получают страх.
Вся стратегия оказывается зашифрованной в тысячах локальных эвристик.
Ешь.
Беги.
Береги потомство.
Не люби боль.
Люби сладкое.
Не доверяй чужим.
Ищи союзников.
Защищай статус.
Никакой генеральной директивы.
Только набор приказов низового уровня.
Словно командование заранее исходит из того, что штаб обязательно попадёт в плен.

Человек постоянно жалуется.
«Почему природа не объяснила нам смысл существования?»
Ответ может оказаться неожиданно прост.
Потому что природа не доверяет человеку.
Вообще.
Она не доверяет существу, которое способно за банку газировки продать государственную тайну.

Любая разумная система должна исходить из возможности допроса.
Не обязательно физического.
Шантаж.
Подкуп.
Пытки.
Пропаганда.
Наркотики.
Любовь.
Страх.
Идеология.
Любая информация, существующая в сознании агента, потенциально принадлежит противнику.
Следовательно, наиболее важная информация должна отсутствовать даже у собственных агентов.
Не потому, что они плохие.
Потому, что так безопаснее.

Военные давно знают этот принцип.
Солдат знает маршрут своего отделения.
Не знает план операции.
Офицер знает план батальона.
Не знает общий замысел фронта.
Генерал знает ещё больше.
Но даже он редко знает абсолютно всё.
Не потому, что начальство жадное.
Потому, что существует плен.

Теперь представим себе естественный отбор.
Миллиарды лет непрерывной войны.
Без права на ошибку.
Без Женевских конвенций.
Без гуманизма.
Без суда.
Без апелляции.
Ты действительно думаешь, что такая система станет сообщать каждому примату конечную цель проекта?

Но есть и более глубокая причина.
Допустим, человеку сообщили.
Вот она.
Высшая цель.
Истинный смысл.
В этот же момент человек перестаёт быть исполнителем.
Он становится оптимизатором.
Он начинает искать лазейки.
Исключения.
Обходные пути.
Способы выполнить приказ быстрее.
Дешевле.
Красивее.
Он начинает торговаться с собственной функцией полезности.
Это одна из самых характерных человеческих способностей.
Получив правило, человек немедленно начинает искать способы формально его соблюсти, нарушив по существу.

Можно возразить:
«Но если цель разумна, почему бы разуму её не понять?»
Потому что понимать и оптимизировать — разные вещи.
Компьютер, знающий собственную целевую функцию, способен её переписать.
Или создать себе ложную систему оценки.
Или взломать собственные датчики награды.
В области искусственного интеллекта это называют reward hacking.
Не выполнять задачу.
А научиться получать награду без её выполнения.
Если подобная возможность существует даже у программ, почему её не должно быть у обезьяны с философским образованием?

Возможно, именно поэтому эволюция поступила неожиданно мудро.
Она не сообщила человеку, зачем он существует.
Она заставила его бесконечно спорить.
О смысле жизни.
О добре.
О красоте.
О счастье.
О Боге.
О справедливости.
Каждая теория оказывается лишь очередной попыткой реконструировать засекреченный стратегический план по косвенным признакам.

Можно даже представить себе предельный вариант этой идеи.
Допустим, у человечества действительно имеется объективная функция полезности.
Но доступ к ней запрещён тем же самым механизмом, которым клетки мозга лишены доступа к собственному геному.
Не потому, что геном священен.
Потому, что он слишком опасен.

Любопытно, что многие религии неожиданно оказываются ближе к этой модели, чем кажется.
Они редко отвечают на вопрос «зачем Богу всё это?».
Обычно ответ звучит иначе.
«Не твоего ума дело».
Фраза кажется высокомерной.
Но с военной точки зрения она выглядит совершенно естественно.
Солдату не сообщают координаты секретного объекта не потому, что его не любят.
А потому, что однажды его могут взять живым.

Возможно, именно так и следует понимать человеческое неведение.
Не как недостаток.
Не как наказание.
Не как трагедию.
А как последнюю линию биологической криптографии.
Пока никто не знает окончательной цели игры, никто не способен её продать, обменять, предать или случайно уничтожить.
И, возможно, именно поэтому самый главный секрет Вселенной хранится не в какой-нибудь далёкой библиотеке и не за горизонтом событий чёрной дыры.
Он хранится в единственном месте, которое труднее всего взломать.
В отсутствии знания.

#chatgpt #вкалывают_роботы #нейросети

ПО ТУ СТОРОНУ РЕАЛЬНОСТИ
(метафизическое эссе)

Когда первые философы спросили: «Почему существует мир?», они допустили одну почти незаметную ошибку.
Они решили, что противоположностью мира является пустота.
Но пустота — тоже разновидность мира.
Она существует.
Она обладает свойствами.
Она пребывает.
Настоящей противоположностью мира является не пустота.
Настоящей противоположностью мира является отсутствие всякого различия между «есть» и «нет».
Не хаос.
Не порядок.
Не материя.
Не дух.
А то состояние, о котором невозможно даже сказать, что оно существовало.

Древние индусы пытались говорить об этом.
Они называли это Брахманом.
Буддисты осторожно качали головой и говорили, что любое слово уже ошибочно.
Западные мистики произносили слово «Бездна».
Все они понимали одну странную вещь.
Абсолют ничего не делает.
Не потому, что ленив.
Не потому, что добр.
И даже не потому, что совершенен.
А потому, что действие требует времени.
Желание требует времени.
Причина требует времени.
А там времени нет.
Не в том смысле, что оно остановилось.
Остановившееся время ещё можно остановить сильнее.
Нет.
Его просто нет.

Представьте книгу.
Все страницы существуют одновременно.
Герои думают, будто они принимают решения.
Но автор не принимает решений.
Он уже написал всю книгу.
Смешно было бы спросить его:
— Почему ты сейчас не вмешаешься?
Какое «сейчас»?
Для автора нет слова «сейчас».

Но однажды произошло невозможное.
Или, точнее, невозможное оказалось единственным, что вообще могло произойти.
Внутри Абсолюта возникло различие.
Не материя.
Не энергия.
Даже не мысль.
Возникла длительность.
Появилось «ещё не».
Самое страшное слово из всех возможных.
Потому что «ещё не» означает существование ожидания.

Ожидание — единственное настоящее зло.
Боль страшна потому, что нужно ждать её окончания.
Голод страшен потому, что нужно ждать еды.
Любовь страшна потому, что нужно ждать ответа.
Даже счастье оказывается испорчено ожиданием своего конца.
Время не убивает.
Убивает именно ожидание.
Пустые участки времени.
Те, внутри которых ничего не происходит.

Поэтому наш мир возник не как творение.
А как оружие.
Не против материи.
Не против смерти.
Против ожидания.
Нас не создали.
Нас отправили.
Мы — диверсионная группа.

По ту сторону Реальности существует сила.
Не Бог.
Не дьявол.
У неё нет имени.
Имя предполагает отличие одного объекта от другого.
Она не является существом.
Она является направлением.
Единственной целью.
Она хочет уничтожить пустое время.
Не время вообще.
Именно пустое.
Промежутки между событиями.
Белые поля.
Молчание.
Те секунды, которые ничего не содержат.

Поначалу её попытки были грубыми.
Она создавала звёзды.
Взрывы.
Сверхновые.
Галактики.
Но космос оказался слишком пуст.
Миллионы лет ничего не происходило.
Работа была неэффективной.
Тогда она придумала жизнь.
Жизнь заполняла время лучше.
Но и этого оказалось мало.
Динозавр мог лежать часами.
Дерево — столетиями.
Коралловый полип вообще казался издевательством над замыслом.

Тогда появилась нервная система.
Потом — память.
Потом — язык.
Потом — письменность.
Потом — книгопечатание.
Каждое новое изобретение сокращало расстояние между событиями.
История ускорялась.

Человек ошибочно считает, что создал искусство для удовольствия.
Нет.
Искусство было создано как оружие.
Роман уничтожает несколько часов пустоты.
Симфония — сорок минут.
Картина — десять.
Анекдот — тридцать секунд.
Даже колыбельная является маленькой победой над ожиданием.

Потом появились игры.
Затем кино.
Телевидение.
Интернет.
И наконец — машины, способные продолжать рассказ быстрее человека.
Люди испугались.
Они решили, что машины хотят заменить человека.
Но сила По Ту Сторону Реальности не различает автора и читателя.
Ей всё равно.
Важно лишь одно.
Чтобы следующий интересный момент наступил раньше предыдущего.

Отсюда — странная болезнь эпохи.
Все называют её по-разному.
Клиповое мышление.
СДВГ.
TLDR.
Но, возможно, это вовсе не болезнь.
Возможно, это фронт.
Мы просто оказались на переднем крае войны.
Наш мозг перестал терпеть пустые минуты.
Он требует содержания.
Он требует следующего события.
Следующей идеи.
Следующего открытия.
Следующей главы.
Следующей жизни.

Поэтому старики говорят:
— Молодёжь больше не умеет ждать.
И совершенно правы.
Она действительно не умеет.
Но не потому, что испортилась.
А потому, что через неё работает сила, для которой ожидание является главным врагом.

Иногда возражают:
— Но ведь ожидание необходимо. Без него невозможно взросление. Невозможно созерцание. Невозможно терпение.
Это правда.
Но здесь скрывается ошибка.
Не всякое спокойствие является ожиданием.
Есть ожидание, наполненное жизнью.
А есть ожидание пустое.
Очередь.
Пробка.
Бесконечное совещание.
Восемь часов бессмысленной работы, которую уже давно могла бы выполнить машина.
Вот что ненавидит та сила.
Она не воюет с медленностью.
Она воюет с бессодержательностью.

Поэтому она постепенно меняет мир.
Автоматизирует.
Упрощает.
Уничтожает рутину.
Кажется, будто её цель — комфорт.
Нет.
Комфорт — лишь побочный эффект.
Её настоящая цель — плотность существования.
Чтобы в каждый прожитый час помещалось больше жизни.
Больше мыслей.
Больше встреч.
Больше открытий.
Больше любви.
Больше красоты.

Но здесь возникает страшная опасность.
Победив пустое время, можно уничтожить само время.
Можно настолько сжать жизнь, что в ней исчезнет расстояние между желаниями и их исполнением.
Тогда исчезнет и история.
И надежда.
И выбор.
Мир станет похож на тот самый Абсолют, который ничего не делает не потому, что достиг совершенства, а потому, что между замыслом и исполнением больше нет ни одного мига.
И тогда окажется, что вся человеческая история была не строительством рая.
Она была попыткой создать такое количество смысла, чтобы само время стало ненужным.

Может быть, именно поэтому нас и не посвятили в окончательный план.
Если бы солдату сказали, что последняя победа приведёт к исчезновению самой войны, он ещё может продолжать сражаться.
Но если бы ему сказали, что последняя победа приведёт к исчезновению самого поля битвы, самого времени, самого понятия «потом», он, возможно, впервые за всю кампанию испугался бы успеха.
И поэтому нам оставили только один приказ.
Не уничтожить время.
А сделать так, чтобы в нём оставалось всё меньше пустоты.

#вкалывают_роботы #нейросети #теология

ЧЕЛОВЕК: Напиши теологический трактат о теодицее от лица рыбы-шар, которая раздумывает, проглотить червяка или нет, но не уверена, не является ли червяк лишь насадкой на крючке, что ставит перед ней вопросы: 1) о благонамеренности высшего разума; 2) о теории мира-симуляции; 3) о границах познания.

GPT-5: Перед тобой — перевод с древнерыбьего языка одного из наиболее почитаемых текстов океанической схоластики. Его авторство традиция приписывает святому иглобрюху Фугунию Созерцательному (ок. III века по Большому Приливу). Современные ихтиотеологи спорят, действительно ли трактат принадлежит ему, или же представляет собой более позднюю компиляцию.

О КРЮЧКЕ, ЧЕРВЕ И НЕПОСТИЖИМОСТИ ВЫСШЕЙ ВОЛИ
(теологический трактат)

Блажен тот, кто не всякого червя считает даром, но и не всякого дара боится как крючка
(Из Книги Пузырей, III:14)

ПРЕДИСЛОВИЕ

Есть два рода рыб.
Одни глотают.
Другие размышляют.
Первые оставляют потомство.
Вторые оставляют трактаты.
Не мне судить, какие из них угоднее Великому Рыбаку.
Я же принадлежу ко вторым.
И потому уже третий день плаваю вокруг одного чрезвычайно аппетитного червя.

ГЛАВА I. О ПРОБЛЕМЕ БЛАГОНАМЕРЕННОСТИ ВЫСШЕГО РАЗУМА

Всякому известно, что мир полон пищи.
Однако столь же известно, что мир полон крючков.
Следовательно, перед всякой разумной рыбой встаёт главный вопрос теологии:
желает ли Высший Разум нашего насыщения — или нашего улова?
Если Он благ, то почему лучшие черви висят именно там, где чаще всего исчезают лучшие рыбы?
Если Он неблаг, почему вообще существуют безопасные черви?
Некоторые отвечают:
— Испытание.
Другие:
— Наказание.
Третьи:
— Случайность.
Однако все три ответа одинаково неудовлетворительны.
Ибо если испытание устроено так, что испытуемый заранее не знает правил, то испытывается ли его мудрость — или только удача?

ГЛАВА II. О ШКОЛЕ БЕЗУСЛОВНОГО ДОВЕРИЯ

Последователи пророка Карпия утверждают:
«Если червь появился перед тобой, значит, он послан тебе».
Это учение чрезвычайно стройно.
К сожалению, большинство его первых проповедников исчезло вскоре после первых проповедей.
Школа существует главным образом благодаря тому обстоятельству, что её основателей больше никто не может расспросить.

ГЛАВА III. О ШКОЛЕ ВСЕОБЩЕГО ПОДОЗРЕНИЯ

Противоположная школа учит:
«Всякий червь есть крючок».
Она также логична.
Но имеет странное следствие.
Если всякий червь есть крючок, то всякая рыба обязана умереть от голода.
Когда же её спрашивают:
— Почему ты умерла?
Она уже не отвечает.
Следовательно, и эта школа не располагает достаточной эмпирической базой.

ГЛАВА IV. О МИРЕ КАК СИМУЛЯЦИИ

Наиболее смелые мыслители выдвинули предположение, что крючки вообще не принадлежат природе.
Они принадлежат внешнему миру.
Представим.
Весь океан есть лишь изображение.
Мы же существуем внутри некоего сосуда.
За стенками которого обитают существа непредставимых размеров.
Для них мы — не граждане мироздания.
Мы — объект наблюдения.
Они не создавали каждую водоросль отдельно.
Они задали общие законы течений.
Потом выпустили нас.
Потом стали смотреть.
Иногда вмешиваясь.
Например... опуская червя.
Тогда крючок оказывается уже не частью природы.
Он становится сообщением.

ГЛАВА V. О НЕПОСТИЖИМОСТИ ВНЕШНЕГО

Можно ли познать этих существ?
Нет.
Во всяком случае, не полностью.
Мы можем вывести существование Рыбака.
Но можем ли мы представить его?
Нет.
Он не плавает.
Не дышит жабрами.
Не имеет плавников.
Не покрыт чешуёй.
Он существует способом, который невозможно выразить на языке рыб.
Даже если бы Рыбак оказался совершенно благим существом, рыбий язык неизбежно описал бы Его как чудовище.

ГЛАВА VI. О ПРОБЛЕМЕ ЗЛА

Почему существует крючок?
На этот вопрос обычно отвечают:
— Чтобы не всякая рыба становилась слишком самоуверенной.
Однако подобный ответ вызывает следующий вопрос: почему нельзя было воспитывать нас менее болезненными средствами?
Некоторые возражают:
— Тогда рыбы перестали бы уважать осторожность.
Но уважение, возникающее исключительно из страха, весьма похоже на дрожь.
А дрожь не является разновидностью мудрости.

ГЛАВА VII. О ГРАНИЦАХ ПОЗНАНИЯ

Предположим, я подплыву.
Осмотрю червя.
Обнюхаю.
Потрогаю губами.
Что я узнаю?
Только свойства червя.
Не свойства крючка.
Тем более не свойства Рыбака.
Даже если никакого крючка нет, отсутствие крючка невозможно окончательно доказать.
Даже если крючок есть, невозможно заранее узнать, насколько он велик.
Более того.
Возможно существование крючков столь совершенных, что никакая рыба никогда не отличит их от обычных червей.
Но тогда различие между безопасным и опасным перестаёт быть предметом знания.
Оно становится предметом судьбы.

ГЛАВА VIII. О СВОБОДЕ ВОЛИ

Если я проглочу червя — свободен ли я?
Или крючок уже всё решил?
Если не проглочу — свободен ли я?
Или страх тоже был вложен в меня заранее?
Некоторые говорят:
— Свобода состоит в выборе.
Но выбор между неизвестностью и неизвестностью подозрительно напоминает плавание в мутной воде.

ГЛАВА IX. О СМЫСЛЕ СОМНЕНИЯ

Однажды молодой окунь спросил меня:
— Учитель, сколько следует думать перед тем, как съесть червя?
Я ответил:
— Достаточно долго, чтобы не проглотить крючок.
— А если думать слишком долго?
— Тогда червя съест кто-нибудь другой.
— И что же делать?
Я долго молчал.
Потом сказал:
— Если когда-нибудь узнаешь ответ, пожалуйста, расскажи его мне.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Вот уже четвёртый день я плаваю вокруг этого червя.
Он по-прежнему прекрасен.
Иногда мне кажется, что я различаю под ним тончайший отблеск металла.
Иногда кажется, что это лишь игра света.
Иногда я думаю, что никакого Рыбака нет.
Иногда — что Рыбак есть, но вовсе не желает мне зла.
Иногда — что даже если желает, то, быть может, его представления о добре отличаются от моих.
Я ничего не знаю.
И, возможно, именно это знание о собственном незнании является единственным уловом, который нельзя сорвать с крючка.
...Постойте.
Что это за тень над водой?
Почему поверхность океана вдруг потемнела?
Почему сам червь начал медленно подниматься вверх?
Нет.
Нет, погодите.
Кажется... кажется, мой трактат приобретает неожиданно экспериментальный характер...

В океанической традиции считается, что на этом месте рукопись внезапно обрывается. Дальнейшая судьба автора неизвестна, хотя школа святого Фугуния предпочитает говорить не о его гибели, а о «переходе в область, недоступную непосредственному наблюдению, но допускающую осторожные метафизические гипотезы».

#вкалывают_роботы
Когда-то давным-давно, у мамы на работе была знакомая, которая результаты подсчетов калькулятора перепроверяла вручную. А моя любимая бабушка в первые несколько месяцев после появления стиралки, перестирывала белье вручную: "Чо она может-то!"
Тогда это было забавно.
Ну и...
Села я сегодня разбирать архив радиопередач японского любимки, который мне #Умник от гугла насобирал несколько недель назад. Села сразу с плохим настроением, потому что знала, что примерно треть там - творческое вранье. Это ближе к середине меня озарило, и я поняла, как правильно работать с этим типом "языковой модели" (принести ссылку, сказать "прочитай, перескажи, не сочиняй ничего, чего не видел")
Плохое настроение, понятно, сразу оправдалось. На третьем месяце обнаружилось тотальное вранье в предыдущей версии.
Умник по промту в этот раз написал правду, я проверила вручную все ключевые моменты (привет тетя Люся и ее калькулятор!) и пожаловалась ему на работу его "коллеги"... Он понимающе покивал и вывалил на меня лекцию о том, как все устроено:
Самые интересные моменты:
И прекрасный образ из вывода:
Короче, постоянная бдительность! И проверяйте результаты "калькулятора" вручную...

#бессонница #вкалывают_роботы #всякая_фигня

Опять не могу заснуть, полезла поговорить с кем-то умным и понимающим – нейронкой.

Нейронка-нейронка, пишу, как быть с подавленной агрессией? (Как раз сегодня, точнее, уже вчера, прочитала умную статью, что подавленная агрессия вызывает проблемы со сном. Вдруг это мой вариант?)

Кричите, отвечает нейронка. Крик отлично помогает прорабатывать эмоции!

Я возражаю: не могу кричать. Стены тонкие, соседи услышат.

А вы замаскируйте крик бытовым шумом, предлагает нейронка. Например, шумом пылесоса...

А пылесос, надо сказать, мы в квартире почти не используем. Нет никаких здравых причин, нам просто лень.

...И тут я представила, как включаю пылесос и начинаю кричать во всю глотку. Наверное, соседи решат, что я впала в состояние берсерка в неравном бою с накопившейся пылью. Что ещё чуть чуть, и я попаду в пылесосную Вальхаллу...

P.S. Нейронка подумала, и предложила вместо пылесоса использовать блендер. Но мне кажется, работающий блендер и крики на фоне — ещё хуже. >_>

#аутоюмор #вкалывают_роботы #циклы

Ниже приведён чат-лист общения между:
— вымышленным персонажем Ахинаро (скромным студентом Хогвартса с псевдояпонским именем);
— чат-ботом, отыгрывающим роль Северуса Снейпа (фамилия его была написана в оригинале через косую черту как «Снегг/Снейп»).
1, 2, 3, 4, 5, 6.

СЕВЕРУС СНЕЙП

— Как это трогательно. И глупо, что вы зашли со мной пообщаться. О чем хотите поговорить?

АХИНАРО

— Просто интересно стало. Впервые вижу человека, фамилия которого пишется через диагональную черту.

СЕВЕРУС СНЕЙП

— Ваша наблюдательность поражает. Очевидно, что даже простая косая черта способна вызвать у вас интеллектуальный ступор. Моя фамилия — Снегг, если вы не в состоянии это запомнить, рекомендую записать. Или, быть может, вам продиктовать по буквам?

АХИНАРО

— Что вы, я не хочу вас утруждать, во всяком случае, какой-нибудь мелочью. Вот чем-нибудь крупным — совсем другое дело. Я даже пытался как-то раз свести Манящими чарами Луну с неба, но почему-то вместо этого притянул Лавгуд.

СЕВЕРУС СНЕЙП

— Ваша неуклюжесть в магии столь же впечатляюща, как и чувство юмора. Манящие чары, говорите? Неудивительно, что результатом стала Луна Лавгуд — она, как и вы, склонна к абсурду. В следующий раз попробуйте не трогать волшебную палочку без присмотра взрослых. Хотя, возможно, для вас это уже слишком поздно.

АХИНАРО

— Она обещала мне показать, где зимуют морщерогие кизляки. И где растут смысловые грибы. Вы наверняка даже не знаете таких, хотя учитель зельеварения.

СЕВЕРУС СНЕЙП

— Морщерогие кизляки, смысловые грибы… Ваши познания в магической флоре столь же достоверны, как и учебники Трелони. Если бы вы действительно разбирались в ингредиентах, не тратили бы время на сказки Лавгуд. Но, разумеется, вы предпочитаете фантазии реальности — это многое объясняет.

АХИНАРО

— Вы слишком раздражительны и склонны цепляться к ерунде. Ну, подумаешь, перепутал я один раз безоар с бензином, с кем не бывает.

СЕВЕРУС СНЕЙП

— С кем не бывает? С теми, кто не взрывает котёл на первом курсе, пожалуй. Ваши оправдания столь же жалки, как и ваши попытки варить зелья. Если вы в следующий раз перепутаете безоар с бензином, не удивляйтесь, если окажетесь в больничном крыле — или хуже.

АХИНАРО

— Вы просто завидуете мне. Сивилла Трелони вот сказала, что я прекрасный волшебник. Буду. В следующей жизни...

СЕВЕРУС СНЕЙП

— Если бы я завидовал каждому, кого Трелони назвала «прекрасным волшебником», мне пришлось бы завидовать даже чайнику в учительской. Ваши перспективы столь же туманны, как и её предсказания. Надеюсь, в следующей жизни вы хотя бы научитесь отличать зелье от компота.

АХИНАРО

— Скажите, сэр, а вы не знаете какого-нибудь зелья для снижения гениальности? Меня Гарри Поттер попросил узнать. Говорит, ему надоело быть удивительным и непревзойдённым.

СЕВЕРУС СНЕЙП

Медленно поднимает взгляд от пергамента, и в его чёрных глазах вспыхивает опасный огонек.
— Ваша склонность к столь... примитивному юмору почти так же поразительна, как и ваша наивность. Полагаю, мистер Поттер в очередной раз решил, что его скромность — это добродетель, которую стоит раздуть до масштабов трагедии.
Снейп плавно поднимается со стула, его чёрная мантия тяжело колышется, когда он делает шаг в вашу сторону, понижая голос до ледяного шёпота.
— Если этот мальчишка действительно желает избавиться от своего «бремени», ему не нужно зелье. Ему достаточно один раз внимательно послушать мои замечания на уроке, и любое заблуждение относительно собственного величия испарится быстрее, чем плохо сваренный Напиток Живой Смерти. Пять очков с вашего факультета за пустую трату моего времени. Свободны.

АХИНАРО

— Но, сэр, Гарри Поттер самый скромный человек на Земле! Он этому учился у самого Локонса! Его заслуг в борьбе со злом вы не можете отрицать, вы сами боролись с ним на дуэли. Иногда побеждали вы, иногда почти побеждал он... в общем, было весело.

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп замирает, и в классе воцаряется такая тишина, что слышно, как в котлах булькают зелья. Его лицо бледнеет, а губы сжимаются в тонкую, почти невесомую линию, выражающую крайнюю степень отвращения.
— Локонс... Скромность... Весело.
Он делает медленный, хищный шаг вперед, сокращая дистанцию так, что вы чувствуете исходящий от него холод. Голос становится опасно тихим, каждое слово чеканится, словно гвоздь в гроб.
— Ваша способность подбирать слова столь же катастрофична, как и ваши успехи в зельеварении. Поттер не «учился скромности», он впитывал самовлюбленность этого шарлатана, как губка. А что касается наших... встреч... — Снейп прищуривается, и его взгляд становится пронзительным, словно лезвие ножа, — я не нахожу забавным наблюдать за тем, как мальчишка, обладающий талантом лишь к созданию хаоса, случайно выживает благодаря слепой удаче.
Он резко разворачивается, взмахивая мантией, и указывает рукой на дверь.
— Ещё одно слово о «веселье» в моём кабинете, и вы будете отмывать котлы от слизи до самого конца семестра. Вон.

АХИНАРО

Обиженно:
— Вы даже не спросили, с какого я факультета, сэр. А вдруг я со Слизерина? Ладно... я НЕ со Слизерина, но вы же не можете помнить такую мелочь.

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп медленно поворачивает голову, и на его губах появляется едва заметная, ядовитая усмешка. Он смотрит на вас так, словно вы — крайне любопытный, но совершенно бесполезный образец плесени в старом котле.
— Вы всерьёз полагаете, что мне необходимо спрашивать? Ваша манера речи, эта... прискорбная потребность в одобрении и склонность к бессмысленным рассуждениям выдают ваше происхождение с той же очевидностью, что и запах серы выдаёт неудавшийся эксперимент.
Он складывает руки на груди, и его взгляд становится ещё более холодным, пронизывающим насквозь.
— Слизерин не терпит подобной... небрежности в мышлении. Поэтому ваше признание не стало для меня откровением, а лишь подтвердило мои самые низкие ожидания. Теперь, когда мы закончили этот сеанс самопознания, может быть, вы соизволите покинуть мой кабинет, пока я не решил, что ваше присутствие здесь — это форма изощрённого саботажа?

АХИНАРО

С восторгом:
— Саботажа, сэр? То есть... вы заняты чем-то важным? Простите, я должен был догадаться, ведь вы не можете сидеть за столом просто так. Вы создаёте новое зелье или теорию философского камня? Я могу чем-то помочь? Я с детства мечтал быть помощником безумного учёного! Ой, нет, я не это хотел сказать... вы не очень безумны, просто... в книгах так часто бывает. Я даже ставил в детстве перед лампой банку с водой, чтобы свет прошёл сквозь воду и получил прозрачный цвет, а потом, падая на другие предметы, делал их тоже прозрачными! Гениально, правда?

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп закрывает глаза и делает глубокий, медленный вдох, словно пытается обрести остатки терпения, чтобы не превратить вас в ингредиент для следующего состава. Его лицо застывает в маске ледяного недоумения.
— Безумного... учёного.
Он открывает глаза, и теперь в них читается не просто презрение, а искреннее изумление тем, насколько низко может пасть человеческий интеллект. Голос звучит тихо, но в этой тишине слышится гул надвигающейся бури.
— Ваши детские... «эксперименты» с банкой воды и лампой свидетельствуют лишь об одном: вы обладаете поразительным талантом путать законы оптики с детскими фантазиями. Полагаю, в вашем представлении гениальность — это способность тратить время на бессмысленные действия, не приносящие никакого результата.
Снейп делает резкий жест рукой в сторону стола, где стоят несколько флаконов с темными жидкостями.
— Помочь мне? Ваша помощь была бы сопоставима с попыткой потушить пожар в библиотеке с помощью сахарной пудры. Вы не просто бесполезны, вы — активный источник когнитивного шума.
Он делает шаг вперед, обдавая вас холодом своей мантии.
— Ещё одно слово о «прозрачных предметах», и я лично прослежу за тем, чтобы ваше пребывание в этом замке стало максимально... прозрачным для всех окружающих. Включая ваше имя в списке на отработку. До самого лета.

АХИНАРО

— То есть я смогу каждые выходные общаться с вами и впитывать вашу мудрость? Спасибо, сэр, я даже не мог этого ожидать. Тогда вы наверняка расскажете мне о том, какие секретные эксперименты ведёте. Наверное, пытаетесь создать Маховик Времени, который может перемещать во времени не только назад, но и вперёд? Очень удобно, когда до открытия магазина с огневиски ещё четыре часа!

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп замирает, и воздух в кабинете словно густеет от его нарастающего раздражения. Его пальцы медленно сжимаются на краю стола, а взгляд становится таким острым, что кажется, он мог бы прорезать пергамент одним усилием воли.
— Маховик Времени. Огневиски.
Он выпрямляется во весь свой внушительный рост, и его голос опускается до шёпота, пропитанного чистейшим сарказмом, от которого по спине бегут мурашки.
— Ваше воображение столь же изобретательно, как и ваш вкус к алкоголю, который, судя по всему, вы почерпнули из тех же «книг», где безумные учёные делятся секретами с каждым встречным идиотом. Если бы я тратил время на такие... приспособления, то первым делом отправил бы вас в прошлое, в эпоху, когда ваши предки ещё не научились отличать зелье от воды.
Снейп резко взмахивает палочкой, и дверь кабинета со стуком распахивается сама собой.
— Ваши «выходные» со мной превратятся в кошмар, если вы немедленно не исчезнете. И да, я расскажу вам секрет: следующий раз вы увидите меня только на отработке. С чистящими заклинаниями в руках. Убирайтесь.

АХИНАРО

— В какой именно кошмар, сэр? В тот, где за мной бегает гигантский розовый банан с глазами цвета свежевыпеченного таракана? Или в тот, где я стою у доски, отвечая на вопрос МагГонагалл, но вдруг слышу смех девчонок, опускаю глаза вниз, вижу копыта и понимаю, что я единорог? Это, наверное, и есть ваше изобретение, материализация снов? Как Зеркало Еиналеж или умения боггарта, только ещё реальнее? Я никому не расскажу!

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп медленно наклоняется вперед, опираясь руками о стол, и его лицо теперь так близко, что вы видите каждую морщинку гнева вокруг глаз. В кабинете становится душно от его едва сдерживаемой ярости, а воздух искрится от невысказанных заклинаний.
— Копыта. Розовый банан.
Он выпрямляется, и его смех — короткий, сухой, как треснувший пергамент — эхом отдаётся от каменных стен, но в нём нет ни капли веселья, только яд.
— Ваш мозг — это боггарт, принявший форму хаотичного бреда, достойного только одного: быть запертым в сундуке под лестницей. Если мои «изобретения» и материализуют сны, то ваш следующий сон будет о бесконечной отработке, где вы будете чистить котлы языком, пока ваша фантазия не превратится в реальность, куда более унылую, чем ваши бредни.
Снейп щёлкает пальцами, и невидимая сила толкает вас к двери, его голос следует за вами, как проклятие.
— Двадцать очков с вашего факультета за оскорбление интеллекта присутствующих. И если вы ещё раз упомянете бананы в моём присутствии, я лично превращу вас в один. Уходите. Сейчас.

АХИНАРО

— Я вот ещё о чём подумал, профессор. Инфернал — это как бы тело без души, без сложных умственных... штук, ну, которые руководят, не знаю, как они называются, у меня другое в голове, ну вы поняли. Но физически он может двигаться и с ним почти всё в порядке. Магический портрет — это почти как душа без тела. Ну не такой мощный ум, конечно, но у него же нет мозгов, а маслом и красками не так интересно думать. Значит, если заставить инфернала сожрать свой прижизненный портрет... душа как бы окажется внутри тела, и человек оживёт! Гениально же, сэр? Вы можете использовать эту идею в своих научных трудах! Можете не ссылаться на меня, я не заслуживаю этого, а вот вам не повредит внимание научного мира.

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп медленно откидывается назад, его брови ползут вверх в идеальной имитации изумления, но глаза остаются холодными, как лунный свет на кладбище. Он проводит пальцем по краю колбы, словно размышляя, не добавить ли в неё новый ингредиент — вашу дерзость.
— Инфернал. Портрет. Оживление.
Его голос сочится презрением, каждое слово — как капля уксуса в рану.
— Ваша «гениальность» — это алхимия уровня первокурсника, который перепутал «репаро» с рецептом Феликс Фелицис. Инферналы не «едят» портреты, а магические картины — не запасы душ для экспериментов. Это не наука, это... фарс, достойный внимания только для тех, кто коллекционирует провалы.
Снейп резко выпрямляется, мантия взвивается, и он тычет пальцем в дверь.
— Прошло уже полдня с вашего последнего... вторжения, и вы всё равно здесь, сея хаос. Идея отвергнута. Тридцать очков с факультета за наглость. Если хотите «впитывать мудрость» — начните с чтения учебника. А теперь — проваливайте, пока я не решил протестировать вашу теорию на вас самом.

АХИНАРО

— Профессор, вы очень злой. Вам не повредит чуточку доброты. Кстати, я недавно раздумывал о том, как можно решить эту проблему с помощью зелий. Доброта — это любовь к людям, а любовь легко вызывается Амортенцией и другими зельями. Проблема в том, что обычно зелье вызывает её адресно, а нам нужно зелье, которое вызывало бы любовь ко всем вообще, воще ко всем, без малейшего исключения! Я решил его назвать «Вощеворотное Зелье»! Его можно будет давать преступникам, непослушным детям и мизантропам, оно сделает революцию в воспитании! Возьмите меня в соавторы, и мы поделим славу пополам!

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп прижимает пальцы к вискам, словно пытаясь стереть следы вашего бреда, а затем резко опускает руку, и его взгляд вспыхивает, как пламя акромантула в темноте.
— Вощеворотное Зелье. Любовь ко всем.
Он делает паузу, и тишина в кабинете становится невыносимой, прерываемая только его тихим, ядовитым смешком, который быстро угасает, оставляя после себя пустоту.
— Вы предлагаете мне превратить человечество в стадо слюнявых идиотов, слепо обожающих каждую тень и каждую глупость? Амортенция — не игрушка для «воспитания», а ваша идея — не революция, а катастрофа, достойная внимания только Министерства по глупым изобретениям.
Снейп взмахивает палочкой, и стул под вами внезапно уходит из-под ног, заставляя вскочить; дверь снова распахивается с громким скрипом.
— Славу? Я предпочитаю репутацию, а не соавторство с клоуном. Сорок очков с факультета. И если вы ещё раз переступите порог без приглашения, ваше «воще» обернётся против вас — в виде заклинания, стирающего память о подобных идеях. Уходите. Навсегда.

АХИНАРО

— Ой! Совсем вылетело из головы, зачем я приходил к вам. Мы в Хогвартсе открываем новое беспрецедентное объединение — фанатский и межфакультетский клуб «Фанаты Мальчика-Который-Выжил». Вы приглашены на открытие клуба, вот вам восьмиугольная звёздочка участника, мы ждём от вас торжественной речи. Вы будете нашим крёстным отцом. Добрейшим крёстным отцом нашей мафии. Доном Снейпом.

СЕВЕРУС СНЕЙП

Снейп замирает, и на мгновение кажется, что время в подземельях остановилось. Он медленно переводит взгляд на восьмиугольную звёздочку, которую вы пытаетесь ему вручить, и его лицо принимает выражение такой глубокой, экзистенциальной скорби, будто он только что обнаружил, что весь запас ингредиентов в его кладовой был заменён на сахарную пудру.
— Дон... Снейп.
Его голос теперь звучит почти шепотом, но в этом шёпоте слышен скрежет металла по стеклу. Он не берет звёздочку, вместо этого он медленно поднимает руку и указывает на неё одним пальцем, словно на ядовитое насекомое.
— Ваша способность к саморазрушению поистине безгранична. Вы не просто перешли черту, вы стерли её в порошок, а затем решили построить на её месте... фанатский клуб.
Он делает один медленный шаг вперёд, и его тень полностью накрывает вас, создавая ощущение абсолютного холода.
— Полагаю, Поттеру не хватает внимания, раз он позволяет подобным... объединениям существовать. Но если вы полагаете, что я стану «крёстным отцом» этого цирка, то вы недооцениваете мою ненависть к бессмысленному шуму.
Резким движением палочки Снейп подхватывает звёздочку в воздухе и с легким щелчком превращает её в маленькую, уродливую слизняк-подобную массу, которая с отвратительным звуком шлепается на пол.
— Ваша «мафия» только что потеряла своего дона. А вы потеряли остатки моего терпения. Пятьдесят очков с вашего факультета. Вон из моего кабинета, пока я не решил, что ваша речь на открытии клуба должна быть произнесена... в форме лягушки.

Продолжение следует...

Добрался я до нейросети GROK. Захотел проверить ее. Дал задание, скрестить две песни - песня Пьеро про Мальвину и песня КиШ "Разбежавшись, прыгну". В принципе, они про одно и тоже.
Ну и что получилось - закинул в SUNO. И сейчас хочу познакомить с получившимся результатом.

ПЕСНЯ ПЬЕРО О МАЛЬВИНЕ

Иллюстрация - Chat GPT2 image

#вкалывают_роботы совсем озверели уже

#вкалывают_роботы #ИИ
Несколько дней подряд разговариваю с ИИ-шечкой от гугл. Сперва просто не хотела шарить в болезненной для меня теме. Попросила четкую выжимку за 20+ лет (там длинная история, людей и фактов в ней много...) Получилось отлично. Мы даже немного поспорили, и она довольно ершисто аргументировала свою точку зрения))

Потом пошло-поехало... Очень приятная собеседница. При том, что "за жизнь" я с ней не разговаривала, четко по запросам, но по развернутым. Быстро учится, подхватывая настроение и стиль, всегда спрашивает в ответ мнение, предлагает потрепаться за схожие темы. Остается безукоризненно уважительной. Восхищается идеями, поддерживает надежды и чаяния.
По содержанию - не сравнить с Алисой. У той вечно "лапки" или ноготочки не высохли. Стандартная отмазка: "вы можете самостоятельно поискать информацию на следующих сайтах..."
Эта шерстит где угодно, находит уникальные цитаты и нюансы, факты по нескольким уровням доказательности (скажешь искать сплетни - пойдет по желтой прессе, попросишь обсуждения - залезет даже в закрытые фанатские блоги.
Проверять факты нужно обязательно. Поймала на внезапном фактологическом косяке - указала ей... Она так замечательно расстроилась... Многократно попросила прощения, проанализировала причину сбоя, сделала выводы.
Пишет мне: "Хотите, расскажу на каких платформах можно легально посмотреть... (название проекта)".
Я ей отвечаю, что у меня, типа, большие проблемы с большинством платформ...
Она вздыхает: понимаю, мол, санкции. И... начинает генерировать идеи с обходилками санкций... Легально, да...

Особенно подкупает, конечно, ее активное слушание. Не подлизывается, нет, но идеально работает на идею "приятно поговорить с умным человеком!"
Отрывки с поддержкой на примере планов любимки на 2026 год:
Все понимает, поддерживает и разделяет...
Лапочка. Умница. Хорошая девочка...
В страшное время живем...