В наступившей тишине раздалось деликатное покашливание. Мистер Блэк обернулся на звук и обнаружил на стене живой портрет, на котором был изображён пожилой мужчина в строгом костюме.

— Простите, сэр, — обратился он уважительно к нарисованному джентльмену, — вы что-то хотели сказать?

— Разумеется, молодые люди, — отозвался джентльмен, чья одежда выдавала викторианскую эпоху. Он оценивающе посмотрел на незваных гостей. — Я хотел бы знать: кто вы такие и по какому праву находитесь в этом доме?

— Проще простого, — Джейсон выпрямился, принимая официальную позу.

— Я Джейсон Орион Блэк, глава древнего и благороднейшего рода Блэк, а также законный опекун Генри Джеймса Поттера, вашего потомка.

Произнося последнее имя, Джейсон указал на мальчика, который смотрел на портрет широко раскрытыми глазами, не в силах оторвать взгляд от неожиданно обретённого предка.

— А вы, сэр, кто? — спросил Гарри сразу после представления, делая неуверенный шаг ближе к портрету.

— А я, судя по всему, ваш дед — Генри Хардвин Поттер, — ответил живой портрет, внимательно изучая черты лица мальчика.

— Это вряд ли, сэр, — покачал головой Гарри нахмурившись. — Моего деда звали Флимонт.

— Вот оно как, — усмехнулся старик на портрете, и в его глазах мелькнуло понимание. — Тогда, юноша, я ваш прадед. И, к слову, последний артефактор рода Поттеров.

— Извините, мистер Поттер, — вклинился в зарождающийся разговор Джейсон, — но мы пришли затем, чтобы закрепить за мальчиком право собственности. Не могли бы вы помочь нам с этим?

Генри Поттер-старший переключил своё внимание на главу Блэков, внимательно изучая его взглядом опытного аристократа.

— А судя по вашему акценту, мистер Блэк, вы американец, — констатировал он после паузы. — Значит, вся британская ветвь рода мертва.

В словах нарисованного джентльмена не было горечи — лишь простая констатация факта, произнесённая с достоинством человека, повидавшего многое. Джейсон молча кивнул, соглашаясь, и портрет продолжил:

— Не могли бы вы рассказать, что случилось? — вежливо поинтересовался он.

— Могу, конечно. Только это займёт немало времени, — ответил Джейсон, намекая, что подобный разговор лучше вести в более удобной обстановке.

— Разумеется, — спохватился портрет. — Давайте пройдём в кабинет главы рода. Там будет удобнее, да и я приглашу остальных родственников.

Джейсон и Гарри направились в роскошно обставленный кабинет главы рода Поттеров. В этом помещении не было сдержанного готического шика Блэков — здесь царила атмосфера учёности и созидания. Массивный дубовый стол представлял собой сложный артефакт, источавший едва уловимое магическое сияние, а развешанные на стенах чертежи и проекты поражали своей изобретательностью и своеобразием. На стене в массивной бронзовой раме висел необычный натюрморт: в роскошном кабинете был изображён изысканно сервированный стол с фруктами и вином, где серебряные приборы поблёскивали в свете свечей. Именно эта нарисованная комната сейчас была заполнена до отказа портретами родственников Гарри.

— Ну-с, господа, давайте послушаем новости из мира живых, — провозгласила изящная рыжеволосая дама с капризным выражением лица. — Я уверена, что мой сын Джеймс…

— Просрал всё, что можно, — жёстко закончил за неё Генри Поттер. — Хватит, Юфимия! Все уже в курсе, что вы безобразно избаловали сына. И это очень дорого обошлось всему роду. Давайте же поприветствуем мистера Джейсона Ориона Блэка и его воспитанника Генри Джеймса Поттера!

Все нарисованные маги внимательно рассматривали гостей, удобно устроившихся в креслах и с нескрываемым интересом наблюдавших за этим семейным балаганом.

— Хм-хм, — деликатно прокашлялся ещё один волшебник средних лет с добрым лицом. — Меня зовут Флимонт Поттер. Кажется, я твой дедушка, Генри. Не расскажешь ли ты, что произошло?

Гарри удовлетворённо кивнул и принялся рассказывать о своей жизни за все эти годы. Портреты в ужасе ахали, мужская половина семейства вставляла гневные комментарии, а Джейсон молча слушал, изредка поправляя своего ученика в деталях. Когда повествование дошло до попадания в турнир и появления Джейсона, фокус внимания портретов переместился на него.

— И что же, мистер Блэк, вы являлись запасным наследником? — поинтересовался Генри Поттер-старший.

Настал черёд Джейсона рассказывать свою часть истории, и он сделал это обстоятельно и без прикрас. Его повествование произвело огромное впечатление на покойных Поттеров. Версия, рассказанная здесь, была давно согласована с Вальбургой Блэк — ничего, что могло бы повредить роду, не говорилось, но все события мужчина изложил честно и без утайки. Он описал, чего можно ожидать от третьего тура и насколько серьёзной должна быть подготовка, для чего понадобились земли семьи Поттеров и какую мутную роль играл диктатор Дамблдор в перевороте восьмидесятых годов.

Когда он закончил, старик Хардвин Поттер, молчавший всё это время, наконец произнёс:

— Как вижу, глупость и доверчивость моих потомков становилась сильнее с каждым поколением.

Патриарх семьи зло глянул на Флимонта с Юфимией, и те потупили взоры.

— Пустили в семью Дамблдора, словно козла в огород, и получили в итоге последнего в роду несовершеннолетнего сироту, — продолжал патриарх с горечью. — Спасибо хоть у Арктуруса Блэка разума оказалось побольше, чем у его детишек и братьев. Наш род в долгу перед вами, мистер Блэк.

Старик помолчал, собираясь с мыслями, а затем перешёл к делу:

— Теперь о закреплении права собственности. В ритуальной комнате тебе просто надо капнуть кровью на семейный алтарь и произнести своё полное имя. Сможешь, Генри?

Подросток решительно кивнул родственнику. Мальчик был невероятно счастлив — у него, оказывается, есть самая настоящая семья и дом. Как у Драко Малфоя, и даже лучше! Сердце переполняла радость от этого открытия.

— Теперь дальше, — продолжил патриарх, и его голос зазвучал торжественно. — Я, властью старшего в роду, признаю Джейсона Ориона Блэка официальным опекуном моего праправнука Генри Джеймса Поттера. Мы присоединяемся к ритуалу отделения магических земель. Полномочия Генри получит у камня рода.

Хардвин сделал паузу, словно вспоминая что-то важное:

— Да, ещё призовите сюда домовика Добби. Хватит ему скитаться по чужим домам — пусть наводит порядок здесь, в родовом поместье.

Почему его отец не привёл сюда их с мамой?

Джейсону решение главы рода пришлось по душе, и он отправился с мальчиком в указанное место для подтверждения права собственности. Ритуальный зал располагался в цокольном этаже особняка, и войти туда Джейсон, конечно же, не мог — древняя магия не пускала чужую кровь. Поэтому он терпеливо ждал подростка снаружи, прислонившись к холодной каменной стене и прислушиваясь к едва уловимому гулу пробуждающихся защитных чар усадьбы.

Гарри вышел из ритуального зала уставшим, но невероятно довольным — на его лице сияла счастливая улыбка.

— Сэр, я решил призвать Добби прямо в ритуальный зал! — мальчик буквально светился от удовольствия. — И дедушка Генри сказал, что так правильно! Там есть такая же пустая картина, на которую могут приходить все портреты. Оказывается, они часто присутствуют на ритуалах и помогают их проводить!

Подросток вошёл в то самое возбуждённое состояние, в котором мог болтать без умолку, перескакивая с одной мысли на другую.

— Ну это понятно, — мягко вклинился в этот бесконечный поток слов Джейсон. — Поттеры — род артефакторов, естественно, что они создали такие портреты, которые могут быть полезны живым членам семьи.

Гарри охотно согласился с наставником и продолжил восхищённо описывать последствия своего ритуала. Оказывается, Добби стало плохо около алтаря рода — магические узы, связывавшие эльфа с Дожами, причиняли ему боль. И подросток сам, под чутким руководством предка, заново привязал домовика обязательствами к роду Поттеров, освободив его от прежнего рабства.

Джейсон одобрительно улыбнулся и произнёс:

— Ты молодец, Гарри. А сейчас давай запечатаем здесь всё как следует и отправимся на ужин. Завтра с утра мы с тобой встретим «Чёрную луну», а затем отправимся в мастерские твоего рода.

— Да, сэр! — с готовностью откликнулся Гарри, всё ещё переполненный эмоциями.

После того как они последовательно запечатали особняк, активировав все защитные чары, наставник и ученик взялись за порт-ключ и перенеслись в особняк на площади Гриммо. Их ждал семейный ужин, и Гарри с нетерпением предвкушал возможность поделиться новостями с остальными обитателями дома.

и войти туда Джейсон, конечно же, не мог — древняя магия не пускала чужую кровь.

— Сэр, я решил призвать Добби прямо в ритуальный зал! — мальчик буквально светился от удовольствия.

подросток сам, под чутким руководством предка, заново привязал домовика обязательствами к роду Поттеров, освободив его от прежнего рабства.

Так эта че, в Добби кровь Поттеров?

Потому, что никакого такого особняка Поттеров никогда не существовало в природе?

Lady Astrel
В Хогвартсе отменили каббалу

Освободил от прежнего рабства и тут же заключил в новое. Добрый, хороший мальчик.

Стоп! Добби же был эльфом Малфоев в каноне. А тут что за хрень?

Гарри позвал домовика — и через мгновение перед ними с лёгким хлопком возник ушастый пучеглазый уродец.

Блэк не стал терять ни секунды: резким движением бросил вперёд ловушку. Раздалась короткая вспышка, и Добби, заверещав, оказался заперт внутри стеклянного куба.

— Урок первый, Гарри, — спокойно произнёс Джейсон, наблюдая, как эльф мечется за магическими прутьями. — Домовые эльфы — призванные духи. Они не существуют сами по себе: только в связке с родом или хозяином, который их вызвал. Если такой дух начинает наказывать себя — значит, с магией рода, его призвавшего, что-то не так. Либо кто-то пытался переподчинить его и заставить вредить прежним хозяевам.

Он подошёл ближе, разглядывая пойманного Добби, и уголки его губ чуть дрогнули.

— Есть способ узнать, кому этот эльф принадлежит, — сказал он. — Правда, ритуал в Британии тоже под запретом… но, к счастью, мы не в Британии, а в Албании, не так ли?

Гарри кивнул, и в его взгляде мелькнул азарт. Правила — последнее, о чём он думал в такие моменты.

Джейсон достал из походной сумки серебряный кинжал — из тех, что используют в охоте на оборотней, но при определённых обстоятельствах он пригодится и в ритуале. Остриё блеснуло в свете пламени костра. Он порезал палец себе и затем Гарри, позволив каплям крови, упасть на землю между ними и клеткой. Несколько коротких строк на латыни — и воздух вокруг мальчика и эльфа засветился мягким голубоватым светом.

У Гарри ореол был чистым, ровным, а вот у Добби сияние переливалось с примесью мутных буро-серых пятен.

— Поздравляю, Гарри, — произнёс Джейсон, убирая кинжал. — Это твой домовик. Ты — последний из Поттеров, и этот эльф принадлежит твоему роду.

Lady Astrel

А здесь - вот, глава 13

Кайзер Прайм
А крутого-то что Выпиван сделал?)

заново привязал домовика обязательствами к роду Поттеров, освободив его от прежнего рабства.

Мне редко, но встречалось, что Добби на самом деле домовик Поттеров. Чаще всего его ненормальность там обосновывалась тем, что его пытались переподчинить, обычно Дамблдор.

Frau Selig
И отдал Малфоям? Оо
А у Малфоев своего домовика не было, что ли? Позор для чистокоровного рода. Похоже, Дезмонд прав, что дела у них из рук вон плохо, ни хрена у них нет))))