Исцеляя душу (джен)

В этой и последующих главах использованы слегка перефразированные афоризмы несравненной Фаины Раневской и некоторых шедевров мировой литературы и кинематографа.

Снейп вернулся в свои покои, бросил на полку три уменьшенные метлы, снял мантию и со вздохом облегчения опустился в кресло возле камина. Ему не нужна была метла, чтобы летать, но ради Поттера он сел на это нелепое средство передвижения и теперь расплачивался болью в пояснице. Скорее всего, у Поттера тоже спина болит с непривычки. Надо будет зайти к нему перед сном.

Декан слабо улыбнулся. Какой, однако, счастливый вид был у мальчишки, когда метла, наконец, подчинилась ему! Упорный ребенок, надо признать. Другой на его месте испугался бы, распсиховался и бросил, а он все-таки полез на метлу, хотя только утром, во время урока, пережил сильнейший стресс.

Подумав о Роланде Хуч, Снейп почувствовал, как закипает в груди гнев. Как вообще эта курица умудряется обучать первогодок полетам, не объясняя им элементарных вещей? Или она полагает, что достаточно взгромоздиться на метлу, и все, ребенок полетит? В большинстве случаев так оно и бывает, конечно. Дети из волшебных семей более-менее знакомы с полетами. А магглорожденные? Или маленькие волшебники, которые росли в маггловских семьях?

Мысли Снейпа повернули в другом направлении. Магглорожденные приходят в волшебную школу, не владея обычными для магов навыками вроде письма пером. Декан Слизерина прекрасно знал эту проблему и каждый год поручал своим старостам выделить несколько свободных вечеров для обучения новичков сносно обращаться с письменными принадлежностями. Именно поэтому у слизеринцев вполне читаемый почерк, в отличие от тех же гриффиндорцев, чьи работы иной раз невозможно разобрать без магии. Минерва не считала нужным обременять себя такими мелкими заботами.

Минерва! Снейп вспомнил вчерашний разговор в кабинете директора. Собственно, поначалу разговора, как такового, не получилось. Как и предполагал Снейп, Макгонагалл предпочла налететь разъяренной кошкой на него, чем предъявлять претензии Дамблдору. Зельевар, не сдержавшись, дал волю своему сарказму, в результате Минерва настолько взбеленилась, что готова была наброситься на него с кулаками. Если бы не Дамблдор, кто знает, не закончилась бы эта встреча потасовкой.

* * *

Днем ранее.

— Северус Снейп! — Макгонагалл ворвалась в директорский кабинет в крайне раздраконенном состоянии.

— Минерва, — слегка наклонил голову Снейп.

— Будь любезен объяснить мне, что это ты устроил сегодня на своем уроке? — прошипела Минерва.

— Полагаю, учил твоих болванов уму-рузуму, — усмехнулся Снейп.

— Как ты посмел?! — Макгонагалл трясло от ярости. — Ты снял пятьдесят баллов!

— Согласен, мало, — невозмутимо ответил зельевар. — Но обещаю, на следующем уроке обязательно это исправлю.

— Ты! Ты!.. — Минерва задохнулась. — Если ты это сделаешь… если ты… клянусь, я…

— Ты что? Перестанешь со мной разговаривать? Это угроза или награда? — Снейп покосился на ухмыляющегося Дамблдора. Разгневанная Макгонагалл потеряла дар речи и только сверлила зельевара взглядом голодной гиены. Дамблдор кашлянул:

— Минерва, не стоит так огорчаться, учебный год начался всего месяц назад, я уверен, твой факультет вернет все баллы еще до Рождества.

Макгонагалл резко повернулась к директору.

— Альбус, я понимаю, что ВЫ наказали моих учеников, и могу согласиться, что справедливо. Но ОН? — она ткнула пальцем в сторону Снейпа. Мастер зелий хмыкнул, но промолчал, а Дамблдор, улыбнувшись, примиряюще поднял ладони:

— Минерва, Минерва, остановись. Северус ничем не хотел обидеть тебя.

— При чем тут я? — всплеснула руками Макгонагалл. — На кону кубок школы, а этот… — она запнулась, наткнувшись на предостерегающий взгляд зельевара. — Он делает все, чтобы Гриффиндор его не получил!

Снейп фыркнул:

— Вот уж мне нет никакого дела до гриффиндорского кубка! У меня полно более существенных проблем.

— Минерва! — Дамблдор прихлопнул ладонью по столу. — Ты ведешь себя совсем по-детски. Сядьте оба и давайте спокойно поговорим.

Зельевар безропотно опустился в кресло. Раздраженно шипя, Минерва последовала его примеру, уловив в безмятежном голосе директора стальную нотку. Убедившись, что оба профессора более-менее утихомирились, Дамблдор негромко заговорил:

— Минерва, твои ученики повели себя более, чем отвратительно. Я считаю, что они заслужили наказание.

— Я согласна, — слегка покраснела Макгонагалл. — Но почему это делает декан Слизерина?

— Может быть, потому, что декан Гриффиндора этого не делает? — проворчал Снейп себе под нос.

— Северус! — Дамблдор осуждающе посмотрел на Снейпа. — Я пригласил вас обоих не для того, чтобы вы тут глаза друг другу выцарапали.

— Что вы предлагаете, Альбус? Извиниться перед компанией выскочек и позволить им и дальше безобразничать? Или просто вернуть назад все снятые мною баллы? — Снейп насмешливо посмотрел на встрепенувшуюся Минерву.

— Я хочу, чтобы то, что произошло утром, больше не повторилось — вздохнул Дамблдор. Он выглядел уставшим и совсем старым. — Почему возник этот конфликт? С чего все началось?

— Зависть и лень! — бросил Снейп. Минерва тут же взвилась:

— Мои ученики никому не завидуют!

— Неужели? — усмехнулся зельевар. — Насколько я помню, мистер Уизли довольно ясно дал всем понять, что его не устраивает привилегированное, по его мнению, положение одного из учеников моего факультета, в отличие от самого мистера Уизли, этого положения не имеющего. Что это, если не зависть?

— Северус, ты всегда выворачиваешь все шиворот-навыворот! — возмутилась Макгонагалл. — Высказать свое мнение — это еще не преступление!

— Отнюдь, Минерва, — возразил Снейп. Чем больше горячилась его коллега, тем саркастичнее становился он сам. — Смотря какое мнение, как и кому оно высказано. То, что устроил ваш ученик в Большом Зале, — это подлое, мягко говоря, нападение на человека, не способного на тот момент защититься.

Минерва сверкнула глазами, но промолчала. Честно говоря, в большинстве случаев, когда им с Северусом доводилось выяснять отношения, она была согласна с рассудительными доводами молодого коллеги. Но проклятый темперамент не давал признать это сразу.

— Я тоже накажу мистера Уизли и всех остальных, — остывая, уже более спокойно сказала Минерва. Снейп с иронией поднял брови:

— Вот как? И каким же образом?

— Это не твое дело, Северус! — отрезала Минерва. Снейп в знак смирения поднял вверх обе ладони. Его глаза искрились, губы кривились в насмешливой ухмылке.

— Хорошо, Минерва, ты накажешь виновных. Но вернемся к вопросу, почему все-таки возникла такая ситуация? — Дамблдор поправил свои очки. — Почему Рон Уизли вообще поднял эту тему? Может быть, ему чего-то не хватает у нас в школе?

— Ваш Уизли из тех людей, к которым просто хочется подойти и поинтересоваться, сложно ли жить без мозгов, — фыркнул Снейп и получил еще один уничижительный взгляд Макгонагалл.

— Ты считаешь, Северус, что мои гриффиндорцы совсем глупцы?

— Ну что ты, Минерва, — Снейп откровенно развлекался. — Мозги них есть, вот только с инструкцией не все разобрались.

Макгонагалл опять стала закипать, однако Дамблдор быстро перехватил инициативу, не дав перепалке возобновиться с новой силой:

— Северус, а что с Гарри? Он в порядке?

— Насколько возможно в сложившейся ситуации, — пожал плечами Снейп. — У него был нервный срыв, мне пришлось применить легилименцию.

— На ребенке? — возмутилась Минерва. — Северус, ты беспринципный…

— Минерва! — холодно оборвал гневную тираду коллеги Снейп. — Будь любезна не оскорблять меня! Поттер — не твоя забота. И если мне нужно будет легилиментить своих учеников, я не стану спрашивать у тебя разрешения.

— Надеюсь, эта мера была обоснованной? — Дамблдор вопросительно посмотрел на Снейпа. Зельевар кивнул:

— Разумеется, Альбус. Я поставил блок на его эмоции, иначе одной истерикой дело не обошлось бы.

— Но ты же понимаешь, мальчик мой, что такой блок долго держать нельзя?

— Я и не собираюсь, но снимать его нецелесообразно, пока не восстановится общее состояние Поттера. Лишние нервы при его проблемах абсолютно ни к чему.

— О чем вы говорите? — не выдержала Минерва. — Что с Гарри Поттером?

— Ничего такого, что не поддается исправлению, — Снейп, сдерживая саркастическое замечание, так и рвущееся с языка, говорил серьезно. — Минерва, я бы попросил тебя присмотреть за своими болванами — Поттеру сейчас нужна спокойная обстановка, а не выяснение отношений с тем же Уизли.

— Да что не так с Гарри? — воскликнула Минерва. Она уже напрочь забыла про снятые баллы и школьный кубок. Что бы о ней не думали и не говорили, она по-своему переживала за учеников, а Гарри Поттер был все-таки не совсем обычным мальчиком.

— Гарри болен, — подал голос Дамблдор. — Я пока не могу посвятить тебя во все подробности, Минерва, но поверь, все очень серьезно. Северус работает над решением проблемы, и мне бы хотелось заручиться также и твоей поддержкой.

— Конечно! — взволнованно воскликнула Минерва. — Чем я могу помочь?

— Собственно говоря, мы уже кое-что сделали, — несколько смущенно произнес Дамблдор, поглядывая на невозмутимого Снейпа. Зельевар понял, что директор опасается вызвать на него гнев вспыльчивого декана Гриффиндора, и спокойно сказал:

— Я попросил двоих твоих учеников присмотреть за Поттером.

— Ты что сделал? — опасно тихим голосом спросила Минерва.

— Прости, — серьезным тоном извинился Снейп, однако в его черных глазах плясали насмешливые огоньки. — Мне надо было попросить у тебя позволения использовать твоих драгоценных учеников в моих сомнительных планах.

Минерва шумно выдохнула и, взяв себя в руки, поинтересовалась:

— И кого ты осчастливил своим вниманием?

— Мисс Грейнджер и Лонгботтома, — коротко ответил Снейп.

— Почему именно они?

— Они и Поттер умудрились подружиться, — зельевар пожал плечами с таким выражением лица, словно удивлялся, как такое вообще могло произойти.

— Как они будут… э-э-э… присматривать за Гарри?

— Мисс Грейнджер станет контролировать его учебные нагрузки, — Снейпу не очень хотелось говорить на эту тему, но он понимал, что Минерве нужно объяснить хотя бы самое необходимое, чтобы в дальнейшем избежать проблем недопонимания. — Пока Поттеру запрещено использовать магию, он много времени проводит за подготовкой теоретических заданий, но и такая нагрузка в больших количествах может ему повредить. Мисс Грейнджер ограничит его нахождение в библиотеке двумя-тремя часами. Лонгботтома я попросил помочь Поттеру с зельеварением.

— Невилла? — изумлению Минервы не было предела. — Северус, ты же сам недавно жаловался, что более неспособного к зельеварению ученика ты еще не встречал.

— Возможно, индивидуальные занятия пойдут ему на пользу, — философски изрек Снейп. Макгонагалл с сомнением покачала головой, но не стала возражать. Дамблдор хлопнул в ладоши:

— Ну что же, Минерва, Северус, я полагаю, вопрос решен?

Дождавшись утвердительных кивков обоих деканов, директор улыбнулся:

— В таком случае не смею вас больше задерживать. Северус, мальчик мой, если тебе что-то понадобится для Гарри, обращайся в любое время.

Снейп склонил голову в знак согласия и вышел из кабинета вслед за Макгонагалл. В коридоре Минерва так резко обернулась к зельевару, что он едва удержался, чтобы не попятиться.

— Северус Снейп, ты самый поразительный сукин сын из всех, кого я знаю!

Снейп приподнял бровь в немом удивлении.

— Я понятия не имею, как это у тебя получается, — продолжала Минерва. — Но под твоей отвратительно ледяной оболочкой скрывается большое сердце.

Снейп фыркнул:

— Минерва, ты переоцениваешь мою совесть, думая, что она у меня есть.

— Есть, Северус, — серьезно сказала Макгонагалл. — Я не знаю, зачем ты всех пытаешься убедить в своей холодности и беспринципности, но…

— Стоп! — Снейп выставил вперед ладони, словно отгораживаясь от слов Минервы. — Не говори ничего, о чем впоследствии можешь пожалеть.

Макгонагалл легко дотронулась до рукава его мантии:

— Спасибо, Северус. Могу я попросить тебя об одолжении?

Снейп вздохнул и молча кивнул.

— Я назначила отработку Рону Уизли. Не мог бы ты провести ее?

— Я? — удивился Снейп. Минерва улыбнулась:

— Мне кажется, у тебя лучше получится донести до этого мальчика все безобразие его поведения.

Оставив зельевара в полной растерянности, Минерва удалилась.

* * *

…Снейп вернулся в реальность с той же улыбкой, с какой погрузился в воспоминания. Минерва, как всегда, оставила последнее слово за собой. Поразительная женщина! Вспыльчивая, готовая в гневе растерзать, но отходчивая и легко прощающая. Не всегда внимательная к своим львятам, но добрая и отзывчивая на чужую боль.

Зельевар потянулся, морщась от боли в спине, и встал: скоро отбой, пора навестить Поттера. Накинув мантию, он стремительно вышел из кабинета.

* * *

Незадолго до отбоя мы с Драко уже лежали в кроватях, лениво переговариваясь. Я очень устал, к тому же с непривычки после полета на метле сильно болела спина. Однако, несмотря ни на что, я был доволен: я сделал это, я полетел!

Неожиданно дверь нашей комнаты открылась.

— Крестный! — радостно воскликнул Драко. — А завтра нам можно будет полетать?

Снейп подошел ближе, усмехнулся, глядя на меня:

— Поттер, вы тоже хотите полетать?

— Не знаю, сэр, — я сполз ниже под одеяло, стараясь лечь так, чтобы меньше ныла больная спина.

— Понятно, — хмыкнул декан. — Драко, боюсь, я не могу тебе ничего обещать.

— Крестный! — умоляюще протянул Драко.

— У меня не так много времени, чтобы каждый вечер тратить на всякие глупости! — строго сказал Снейп и смягчился при виде огорченного лица крестника. — Возможно, через несколько дней мы повторим урок полетов.

Малфой удовлетворенно кивнул, а Снейп повернулся ко мне:

— Спина болит?

— Да, сэр, — признался я и поспешно добавил: — Но совсем немного, мне не надо…

— Я не брал с собой никаких зелий, — перебил меня декан, усмехаясь. — Я знаю способ помочь вам без лекарств.

— Какой? — с облегчением спросил я, готовый принять все, что угодно, только не зелья.

— Самый обыкновенный массаж, — сообщил Снейп и велел: — Перевернитесь на живот!

Я с сомнением и некоторой опаской перевернулся и вздрогнул, когда декан, сев на край моей кровати, положил ладони мне на спину. Однако он ничего не сказал, а через минуту я забыл обо всем на свете, блаженствуя под сильными руками Снейпа, осторожно разминавшими мои болезненно напряженные мышцы так, что вскоре я почувствовал облегчение от боли и смог расслабиться.

Драко выпросил свою порцию массажа и, получив желаемое, уже совсем засыпая, пробормотал:

— Ты самый лучший крестный на свете…

Снейп хмыкнул, поправил нам одеяла и вышел из комнаты.