Команда (джен)

— Профессор!.. Сэр!.. Се-ве-рус!!!

— М? — Снейп с трудом оторвался от густо исписанных листов и сфокусировал взгляд на вошедшем. — Поттер, пергамент и перо мне, живо. И позовите сюда эту ненормальную. Она с ума сошла — мешать выжимку из лапринуса с толченым безоаром в пропорции пять к одному? При чем здесь лед? И что это за странная пометка — «модиф. Solanum»? (1) Она зелье собралась варить или суп?

— Рад, что вы поправляетесь, сэр. Гермиона великолепно готовит, но кулинарные рецепты у нее в другой тетради. О лапринусе вам лучше побеседовать с Невиллом, он скрестил его с обыкновенным картофелем. При охлаждении сахар преобразуется в крахмал… или наоборот… и нейтрализует какие-то там ядовитые составляющие. Короче, я в этом слабо разбираюсь, зато знаю результат — отличное тонизирующее. Качественно снимает проявления усталости, оно у нас просто нарасхват.

— Лонгботтом в своем репертуаре. Кому еще взбредет в голову скрещивать ядовитый сорняк с огородной культурой.

— Невилл не единственный здесь специалист по части смелых экспериментов, притом угадайте, у кого мы этому научились. Гермиона все удивляется, зачем вы рекомендуете нам учебники, если на каждом уроке в пух и прах разносите их содержимое, словно войну объявили вековым догматам. Не знаю другого преподавателя, которому было бы до такой степени плевать на научные традиции.

— Может быть, но по части вызова традициям Грейнджер далеко меня переплюнула. Что бы там ни натворил Лонгботтом, безумие — смешивать биологически активные компоненты класса А.

— Сэ-эр… вы же знаете, для меня все эти нюансы — темный лес.

— Надо же, Поттер, хоть в чем-то вы не притворялись.

— Да уж, в зельеварении я был и остаюсь стопроцентной бездарностью. Рад, что не разочаровал вас. Прошу, давайте на время оставим научные изыскания Гермионы и займемся вашим здоровьем, иначе, боюсь, вы нескоро сможете изобразить на пергаменте нечто читабельное.

Снейп с сожалением закрыл тетрадь и сунул ее под подушку.

— Хорошо. Что от меня требуется?

— Всего лишь расслабиться и не мешать. — Поттер придвинул кресло ближе к кровати. — В магловской медицине ваш диагноз обозначили бы как вегетативный криз или частичный паралич периферийной нервной системы — следствие беспрецедентной по силе и времени воздействия серии Круцио. Чудо, что вы это пережили…

— С вашей помощью. Как именно вы собираетесь меня… гм… ремонтировать?

— Сейчас начну прощупывать и восстанавливать нервные волокна. Работа долгая, скрупулезная и изматывающая, потому постарайтесь меня не отвлекать, все вопросы после. Переворачивайтесь.

— Зачем?

— Начинать нужно со спинного мозга, а чем ближе объект воздействия, тем проще с ним работать. Ощущения, конечно, будут разные, но ничего болезненного или неприятного проявиться не должно. Если есть желание, можете отслеживать процесс, у вас ведь тоже большие способности к целительству. Почему вы не стали их развивать?

— Так жизнь сложилась. Начинайте, Поттер, не то прибавите себе работы — я, знаете ли, не привык подставлять спину под неизвестные мне чары. — И невольно вздрогнул от прикосновения пальцев к обнаженной шее. — Ох…

— Неужели больно?

— У вас руки ледяные.

— Да? Странный эффект. Ледяными они были минут пятнадцать назад — мы с Герм вытащили Малфоя поиграть в снежки.

— Решили разнообразить досуг? Снежки, елка, Санта Клаус?

— До Санты не дошло, Малфой уснул на ходу.

— Наведенный Сон?

— Нет, их высочество еще не настолько мне доверяет, но, думаю, после того как на него обрушили сугроб, спать будет слаще, чем младенец. Все, сэр, начинаем.

И легко коснулся чуть прохладными на этот раз пальцами седьмого позвонка. Некоторое время ничего не происходило, зельевар уже собрался задать вопрос, как вдруг… словно теплое озерцо возникло где-то у основания шеи и растеклось глубоко под кожей тонкими струйками, повинуясь медленному движению рук Поттера. Вот пальцы приостановились у плеча, чуть надавили — и плавный поток вспыхнул горячим водоворотом. Мощная волна какой-то странной, непривычной магии накрыла Снейпа, расслабила, разнежила, потянула за собой, покачивая и погружая в полусонное забытье. Отслеживать процесс? Какое там, зельевар потерялся в ощущениях. Прошло немало времени, прежде чем он пришел в себя, сообразив, что легкие касания превратились в энергичные поглаживания.

— Поттер?

— Все в порядке, сэр, небольшой массаж напоследок.

— Массаж?

— Ну да. Вы против?

— Нет… — Снейп не решился признаться, что факт массажа для него так же непривычен, как и предыдущий процесс.

— Теперь, пожалуй, вы уже сможете обойтись без поильника. Сейчас закончим и попробуем встать…

— Отлично! А то Грейнджер пугала меня пятидневным постельным режимом.

— Ну, это она погорячилась. От силы дня два.

— Поттер, вы только что сказали…

— Я сказал, попробуем встать, а не ходить. Мне жаль, но вы пока не в состоянии передвигаться самостоятельно. Однако это не повод присутствовать на планерке, лежа в кровати перед сборищем студентов, — у меня совести не хватит подложить вам такую свинью.

Накинув одеяло на плечи пациента, он пересел в кресло и закрыл глаза. Снейп пригляделся. Бледный, дышит часто, руки на подлокотниках заметно дрожат. Боги, что с ним опять такое?

— Поттер!

— Все в порядке, сэр. Цитосанация всегда жутко выматывает, а я и так не в форме — неделька была аховая.

— Цито… что?

— Магическая цитосанация, такое вот топорное определение. В переводе на нормальный язык — вмешательство в организм на клеточном уровне. Так уж получилось, что этот вид целительских чар открыл именно я, надо ж было как-то назвать.

— Поттер… черт, вы хоть понимаете, что произвели переворот в колдомедицине?

— К сожалению, это не совсем верно, цитосанация требует особых, довольно редких способностей. Собственно, среди наших мы с вами пока единственные, кто ими обладает, так что, если хотите…

— Если хочу? Даже не думай отвертеться!

— Договорились. Пойду поищу для вас одежду.

— Здесь найдется мантия на мой рост?

— У нас богатая костюмерная, иллюзорные заклятия мы стараемся не использовать. И… ради бога, сэр, не пытайтесь без меня вставать. Не хватало еще свежих переломов.

— Мистер Поттер, не стоит отказывать мне в здравом смысле. Идите уж, я подожду.

Через двадцать минут Снейп с удивлением разглядывал черный сюртук — точную копию его собственного. Поттер весело ухмылялся.

— Откуда вы это взяли?

— Вещи мы заказываем в магловском ателье от имени любительской театральной студии. Комплект фактически новый, сэр, нам нечасто доводилось изображать вас.

— Вот как? — Снейп помрачнел. — И сколько раз вы применяли ко мне обливиацию?

— Никогда. Я вам не Дамблдор. Представьте, профессор, у сына Джеймса Поттера имеются свои принципы.

— Гм. В честь чего особое отношение? С прочими, насколько я понял, вы не церемонитесь.

— Прочие мне врут через слово.

— Например, ваш однокурсник Дин Томас?

— Э-э-э… — Поттер нахохлился, снял очки и принялся протирать их полой мантии. — Ладно. Скажем так: вам я обязан жизнью. Сойдет?

— Приемлемо. Помогите-ка мне одеться.

Десять минут спустя зельевар при помощи Поттера осторожно поднялся. Сразу накатило головокружение, ноги подгибались, но мальчишка оказался неожиданно крепок — роль подпорки он исполнял без видимого напряга.

— Отлично, сэр. До дивана два шага. Справимся?

— Попробуем.

Ценой неимоверных усилий Снейп заставил непослушные ноги передвигаться и, тяжело дыша, рухнул на диван. Поттер плюхнулся рядом.

— Это только начало, Северус, через пару дней вы уже опробуете вашу знаменитую походку. Поверьте, все будет хорошо.

— Похоже, я верю вам куда больше, чем вы можете вообразить. Студент стал свидетелем моей слабости, а я даже не злюсь.

— Спасибо, сэр. Народ начнет собираться через час, мы вполне успеем поужинать. Как насчет…

Стукнула дверь.

— Ханна не придет. У нее племянница заболела, а тетке нужно на дежурство.

Грейнджер старательно избегала взгляда учителя. Ну что за детство…

— Гермиона, неужели вы до сих пор дуетесь на меня из-за горстки сухарей? Кажется, раньше у вас был куда более серьезный повод обижаться.

— По-настоящему она только однажды обиделась, — торопливо вмешался Поттер. — Помните, когда Малфой ей зубы нарастил?

Девчонка фыркнула и молча принялась сгребать с тумбочки аптечный арсенал. Снейп с изумлением почувствовал укол совести.

— Смотреть надо на результат, Поттер. Я не сомневался, что вашей подруге хватит ума воспользоваться случаем и исправить недостаток внешности.

— Маленький намек по-слизерински?

— Именно. Ну-с, мисс Грейнджер?

Она тряхнула головой и рассмеялась.

— Простите, профессор, издержки женской натуры. Если мальчишек не держать в узде, они живенько на шею сядут.

Снейп угрожающе вздернул бровь.

— Позвольте заметить, мисс, я давно уже не отношусь к категории мальчишек.

— Мой отец намного старше вас, тем не менее на него это действует безотказно. Еще раз простите, сэр. Мир?

Снейп собрался было напомнить нахальной девчонке, почему его называют Ужасом Подземелий, но уголок рта сам собою полез вверх. Он закатил глаза и шумно выдохнул.

— Нет, это невозможно. Ваша гриффиндорская компания откровенно дурно на меня влияет. Прошу, пожалейте мою репутацию и не провоцируйте на глупые улыбки хотя бы в присутствии остальных.

Грейнджер хитро прищурилась.

— Среди этих остальных будут такие мастера провокаций, как Фред и Джордж Уизли, профессор.

— На эту парочку у меня давно выработан иммунитет.

— Не зарекайтесь, сэр, то, что они вытворяли на уроках, цветочки. Боюсь, ягодки вам вскоре предстоит оценить.

— Спасибо, что предупредили. Кто еще придет?

— Рон, Джинни, Невилл, Луна, Симус, Эрни с Мариэттой. Все. У Ханны дела, а Чжоу сейчас в Корее.

— Чжоу Чанг тоже в Команде?

— Разумеется. После того как… — Грейнджер вдруг замолчала и неуверенно посмотрела на Поттера. Тот пожал плечами и продолжил:

— После гибели Седрика она пыталась действовать в одиночку. Мы поймали ее на попытке пошпионить за старшим Малфоем и убедили не делать глупостей. Чжоу очень сильная волшебница и отличный аналитик, а в умении отследить фигуранта ей вообще нет равных.

— Значит, мне показалось, что… э-э-э…

Гриффиндорцы весело переглянулись.

— Вы про омелу, сэр? Липа для Дамблдора. Директору взбрело на ум поиграть в сводника. Позарез требовалось отвлечь его внимание от Джинни — она в то время занималась проектом «Скунсик Баскервилей» и периодически исчезала из школы. Чжоу отлично сыграла роль моей подружки. Иногда это оказывалось нам на руку — к примеру, когда потребовалось присмотреть за Роджером Дэвисом в Хогсмиде, она закатила мне настолько правдоподобный скандал, что я сам почти поверил.

— Зачем вам понадобился Дэвис?

— Его отец приложил руку к побегу Упивающихся из Азкабана, он троюродный брат Малсибера. Были подозрения, что Роджер собирается встретиться с дядей, но оказалось, у него обычное свидание.

— Гм. Во Внешнем Круге полно народу, я не знаю и десятой части. Дэвис пошел по стопам отца?

— Нет, он старается держаться подальше от политики и семейных интриг, его интересуют только девушки и квиддич. Интересно, как такой олух очутился в Райвенкло.

— У Дэвиса отличные задатки и явное нежелание их развивать. К сожалению. Ну да бог с ним. Поттер, вы, кажется, собирались организовать ужин?

— Хорошо бы. Герм, у нас имеется что-нибудь кроме сухарей?

— Пастуший пирог и салат, Малфой не оставил мне времени на изыски.

— Я принесу, а вы тут пока порядок наведите.

Поттер медленным шагом покинул комнату. Грейнджер обеспокоено смотрела ему вслед.

— Вижу, Гарри устроил очередной сеанс цитосанации, профессор?

— Скажем так: поильник мне больше не понадобится.

— Вот дьявол! — Явно расстроенная, Грейнджер запустила пальцы в и без того растрепанную копну волос, прикусила губу. — Бестолочь гриффиндорская, все ему неймется…

— Вам так понравилось кормить меня с ложечки?

— Да не в этом дело… Послушайте, сэр, я понимаю ваше желание встать на ноги как можно быстрее, но прошу, не позволяйте Гарри форсировать процесс. Вы не представляете, чего ему стоили события этой недели. Еще одна героическая выходка в таком духе — и он просто свалится с нервным истощением.

— Подобное уже бывало?

— Летом, после ног Джин и позвоночника Невилла, он отключился на девять дней. Потом долго не мог попасть ложкой в тарелку… в общем, тяжелые выдались каникулы.

— То есть вам придется, в худшем случае, приобрести второй поильник?

— Не хотелось бы.

— Хорошо, я постараюсь притушить поттеровский энтузиазм. Хотя он упрям, как сотня гиппогрифов.

— Вас он послушает, сэр.

— Не знаю, с чего вы так уверены в этом, но сделаю все, что в моих силах. Поттер просил навести порядок.

— Конечно. — Она трансфигурировала тумбочку в низкий столик и передвинула ближе к дивану. Повернулась к кровати…

— Не торопитесь. Под подушкой ваши записи.

— Вы их читали? — Тетрадь прилетела в руки зельевара. Грейнджер откровенно волновалась. — Ваше мнение, профессор?

— Нам есть что обсудить. С вами и с мистером Лонгботтомом.

— Значит, я вовремя. — Лонгботтом улыбался в дверях. — Добрый вечер, профессор, Гермиона.

Снейп моргнул и задрал бровь — мальчишку явно подменили. Где вошедшая в поговорку неловкость, неуверенные движения и затравленный взгляд? Парень шагнул в комнату, небрежным взмахом палочки превратил кровать в изящную кушетку, уселся и невозмутимо ответил на взгляд учителя. Да, пожалуй, по части актерских способностей Лонгботтом на порядок превосходит всех остальных.

— Рад вас видеть, сэр. Вижу, вы уже в норме?

Зельевар медленно кивнул.

— Практически.

— Ну, зная Гарри, удивляться нечему. Вы хотели что-то со мной обсудить, профессор?

— Верно, мистер Лонгботтом. Расскажите-ка мне о лапринусе…

Следующий час прошел в жаркой дискуссии. Увлеченная спорами троица не заметила ни появления Поттера с тарелками, ни поглощения их содержимого, и лишь негромкий всхрап заставил компанию прервать разговор. Скорчившись в неудобной позе, положив голову на подлокотник дивана, Поттер крепко спал. Некоторое время все молча наблюдали эту картину.

— Он зеленый, — шепотом заметил Лонгботтом.

— Видел бы ты его вчера, — отозвалась Грейнджер. — Инфери отдыхают.

Снейп коснулся руки спящего.

— Поттер…

— Профессор, не стоит…

— У него шея затечет. Поттер, проснись на секунду. Поттер…

Убедившись, что от его действий нет никакого толку, зельевар осторожно потянул юношу за плечи и устроил черноволосую голову у себя на коленях. Поттер во сне облегченно вздохнул и свернулся калачиком. Гриффиндорцы многозначительно переглянулись. Снейп внезапно осознал, как его действия выглядят со стороны, и постарался скрыть смущение.

— В чем дело, господа? Не ожидали, что злобный профессор может позаботиться о своем студенте?

Грейнджер суетливо подскочила и принялась руками сгребать со столика посуду.

— Пойду пока, у меня там зелье варится. Нев, возьми соусник. Мы вернемся, когда все соберутся, профессор.

Чертовы гриффиндорцы. Но какого Мерлина я — я! — даю им повод деликатничать? Сижу бог знает где, за щекой у меня карамель, а на коленях развалился Гарри Поттер! Ну и плевать…

Поттер засопел. Во сне черты его разгладились и приобрели какое-то открытое, по-детски невинное выражение. От мягкой улыбки на обветренных губах непривычно защемило в груди. Мальчишка… ребенок с судьбой мессии. Смерть родителей, злобная зависть родственников, грязные политические игры. Всю жизнь тебя боялись, ненавидели и использовали, как же ты умудрился сохранить душу столь светлой и чистой? Где взял силы отказаться от навязанной судьбой и Альбусом роли и сделать собственный ход? Учитель осторожно пригладил жесткие поттеровские вихры. Спи, мальчик. Немалая доля твоих бед лежит на моей совести, но я постараюсь исправить свои ошибки. Спи. Ты тоже больше не один.

_______________________________

1. Solanum tuberosum — картофель (лат.)