Тёмный Командир - 2 (джен)

В крохотном кабинете Отдела Тайн стояла тишина. Август Руквуд медленно выдохнул. Моргнул, переводя взгляд на контрольную книжную полку. Ряд безликих серых книг пополнился новым экземпляром, и совсем недавно. Плечи и шея ныли от напряжения — видно, в последнее время было много работы. Крайне много. Руквуд сверился с календарём на пустом столе, наколдовал Темпус. Воспоминания пестрели зияющими дырами.

Значит, невыразимцам снова стёрли память.

В послевоенные годы, занятые лениво-добровольными исследованиями и скучной рутиной, это было редкостью. Никаких секретных проектов, никаких сверхважных и срочных дел. Август существовал в вязкой и пресной скуке, пока однажды не получил сообщение о возвращении Тёмного Лорда и его командира.

Бескрайняя пустота вновь озарилась светом.

Узловатые пальцы проскользили по корешкам, пересчитывая их. Официальные рабочие записи чередовались с дневниками в строгом порядке. Август сдвинул новый экземпляр на себя. Раскрыл на первой информативной странице. Под кожей заскреблись муравьи.

Что это? Новый шифр?

Август перевернул дневник, рассматривая каллиграфически ровные, нечитаемые строчки. Проект, захвативший умы Отдела Тайн в последнее время, выглядел… интересным. Записи покрывали страницы с двух сторон, кое-где были вклеены длинные пергаментные вставки с обрывочными схемами — их следовало сложить верным образом, чтобы получить достоверную информацию.

Уголок губ дёрнулся. Август в два шага вернулся к письменному столу. Вытянул из стопки нарезанных пергаментов чистый, схватил перо и наколдовал дополнительный источник света.

Время было приниматься за работу.

* * *

Дверь в переговорную распахнулась без стука. Гарольд поднял взгляд — он уже знал, кого увидит перед собой. Руквуд никогда не тратил время на лишние действия.

Переступив порог, тот захлопнул створку отточенным жестом, и Гарольд удивлённо отпрянул. На грудь словно камень уронили. Тонкие ниточки тревоги и раздражения могли быть нормальными для кого угодно, но не для Руквуда. Даже призрачные и едва заметные — Гарольд и вовсе не почувствовал бы их, если бы в переговорной был кто-то ещё, — они в мгновение ока выкрутили напряжение на максимум.

— Весь персонал подвергся процедуре стирания памяти, — ровный голос Августа нарушил молчание.

— Сколько?

— Последний отрезок около шестнадцати дней.

Гарольд цокнул языком с нескрываемым недовольством. Руквуд приблизился, не отрывая взгляда. Тёмно-серые, глубоко посаженные глаза не моргали.

— Удалось восстановить? — Гарольд задал этот вопрос для приличия, нисколько не сомневаясь в положительном ответе. Кивнул на ближайший стул.

Тяжёлый вздох — слишком человеческий для Руквуда — выбил из колеи.

— Нет.

Август опустился на стул, не утеряв неестественно прямой осанки. Гарольд перехватил тонкий бумажный конверт, коснувшись ненароком ледяных пальцев.

Краткая искра досады проскочила между ними.

— За прошедшую неделю — только малая часть, — пояснил Руквуд. — Уровень слежки превышает обычный порог. Использованы новые методы шифрования.

Несколько секунд прошли в молчании. Гарольд вскрыл конверт и разложил перед собой аккуратные прямоугольные листы. Сухие строчки обрывались и пестрели вопросами. В схемах явно недоставало детализации — грубые линии и минимум опознавательных подписей.

— Что это?

Руквуд не отрывал взгляда от записей.

— Не имею представления.

Раздумья заняли секунды три — за это время Август не сдвинулся ни на полдюйма и не спешил комментировать принесённые новости. Тишина в переговорной ощущалась вязкой, тревожной, как затаившийся перед прыжком зверь. Гарольд поднялся и махнул, призывая следовать за собой.

Ситуация окончательно вышла за рамки привычного. Да что там! Она и на пессимистичные прогнозы мало походила.

Тёмный Лорд откликнулся на зов сразу же: он был в рабочем кабинете и благосклонно согласился отложить свои великие дела. Не утруждая себя объяснениями, командир повёл Руквуда прямиком к нему.

— Надо поговорить. — Гарольд едва переступил порог и поднял ладонь, останавливая закономерный вопрос.

Том поджал губы. Отточенным движением кинул перо в подставку, и взгляд в ту же секунду прикипел к Августу. Недоумение и тревога повисли в воздухе, щедро приправленные раздражением.

Гарольд говорил один, изредка оборачивался к Руквуду за подтверждением — механическим кивком. Том хмурился, переплетал пальцы, переводил взгляд от одного к другому, но молчал, пока рассказ не подошёл к завершению.

— Для чего это? — Том с напускной брезгливостью перевернул один из листов, которые отдал ему Гарольд.

Руквуд на мгновение прикрыл глаза.

— Нет данных.

Гарольд выразительно вздохнул. Раздражение Тома грозило воспламенить не только несчастный пергамент, но и самого Руквуда.

— К какой области относятся разработки?

— Нет данных.

На сей раз Гарольд всё-таки выступил вперёд, спасая Августа от круциатуса.

«Мы поэтому к тебе и пришли. Посмотришь?»

Том нехотя перевёл взгляд. Поднялся из-за стола, в два шага преодолел разделявшее их с Августом расстояние. Тот в опасной близости от Тёмного Лорда не шевельнулся. Руквуд продолжал стоять памятником самому себе — неподвижным и равнодушным к изменчивости окружения.

— Только будь осторожнее. — Гарольд привлёк внимание Тома, чуть коснувшись его локтя. — Мне не нужен безвольный овощ.

Том иронично вскинул брови. Плотная завеса из злости и подозрений душила, как бы Гарольд ни пытался её перекрыть.

— Уверен, что это вообще он? Может, в Отделе Тайн теперь и подменных болванчиков делают. — Уголок тонких губ дёрнулся вверх.

Гарольд покачал головой.

— Август…

Руквуд моргнул, сбиваясь с ритма, и пришёл в движение. Застёжки на мантии легко расстегнулись — пальцы пробежались по ним, едва касаясь, — та же учесть постигла и тёмно-синюю рубашку под ней. Не испытывая ни капли смущения, Август снова замер.

Том метнулся взглядом к Гарольду. Нахмурился, сузил глаза. Шагнул вплотную к Руквуду, чуть склонился. Придирчиво сверил каждую линию под выпирающими рёбрами. Чёрная Метка — нерушимое доказательство. Вот только находилась она не на положенном месте.

«Гарольд…»

«Так было нужно, — отрезал командир, стоически выдержав ещё один полный раздражения взгляд. — В интересах секретности».

О расположении метки Руквуда, кроме Гарольда, ныне знал лишь сам носитель. Место, на котором знак Тёмного Лорда не думали искать — солнечное сплетение. В прошлом не нашлось ни одного варианта получше, но отправить небоевую Тень в Министерство без подстраховки Гарольд не решился. Своя плата за секретность тоже имелась: Руквуд не мог позвать никого из товарищей, несмотря на особую связь Теней. Лишь до командира могли доходить его ослабленные импульсы.

Том распрямился и хлёстким движением вытащил волшебную палочку. Гарольд подобрался: на мгновение показалось, что тот нападёт. Злость раскручивалась, подпитывая саму себя — и то было не лучшее время для легилименции, — но Руквуд не поморщился, даже когда в его разум вторглись без должной аккуратности.

Гарольд направил эмпатию прямо в бушующее пожарище. Сжал плечо Тома, шагнул ближе, усиливая контакт. Реддла в данную минуту бесило абсолютно всё: тревожность новостей, вскрывшиеся секреты, недостаточный контроль над Тенями… даже равнодушие Руквуда. И последнее — больше всего.

Тишина звенела в ушах. Гарольд упрямо втягивал воздух, ставший на вкус ядовитым и колким, пропускал злость через себя, как громоотвод. Перед закрытыми глазами мелькали неясные картины. Отголоски образов, которые воспринимал Том через легилименцию.

Разум Руквуда — стерильная операционная с непроходящим ожиданием нападения и чужим взглядом со всех точек разом. Коридоры Отдела Тайн — приглушённое освещение и молчаливые маги в тёмно-синих мантиях. Мучительно медленное чувство загустевшей воды, стекающей по бесконечному жёлобу.

Абсолютное ничто. Тупик.

Гарольд передёрнул плечами в неосознанной попытке избавиться от неприятных ощущений. Том хмыкнул, сбрасывая резким движением его ладонь с себя. Опустил палочку.

— Ничего. — Он отступил к столу и, поймав взгляд Гарольда, криво усмехнулся: — Похоже, в Отделе Тайн наконец научились подтирать память качественно… Воспоминания не заблокированы и не скрыты. Их просто не существует.

Гарольд потёр переносицу. Если уж Том ничего не нашёл, то привлекать кого-то другого — бессмысленно.

— Не понимаю, что именно тебя в этом веселит.

Перетянутая злость остаточными угольками тлела в груди, хотя в носу кололо совсем от другого. Том находил ситуацию забавной.

— Ну что ты, — ухмылка его стала шире, — я просто в бешенстве. Слишком много совпадений…

Руквуд, методично застёгивающий мелкие пуговицы, поднял взгляд.

— «Совпадений»?

— Не сказать чтобы меня это волновало… Так, невнятные слухи то там, то здесь. — Том неспешно обошёл стол и опустился в кресло. Посмотрел на Гарольда. — Ты действительно не слышал ничего о том, что происходило в последнее время в Министерстве?

Дозированная информация, которую смаковал Том, раздражала неторопливостью. Гарольд поморщился: похоже, всё-таки перестарался с вытягиванием эмоций. Дела Министерства его мало волновали на фоне других проблем — с таким Пожиратели под руководством Лорда справлялись и сами. Тени же скорее создавались как боевой отряд, чем их деятельность по большей части и ограничивалась, поэтому обычно голова командира была занята другим.

— Скримджер дал добро на формирование нового поколения Охотников, и Путеводные Звёзды летали как раз в то время, которое так удачно попросили забыть невыразимцев. — Реддл хмыкнул. — У меня так же есть сведения, что Отдел Тайн напрямую занимался разработками в этой области.

Гарольд вскинулся:

«Так чего ты сразу не сказал!» — Он скрестил руки на груди, титаническим усилием задавливая перетянутую злость.

— Разве эти, — произнёс Гарольд вслух, — личности не вымерли после победы над Гриндевальдом? Какой смысл набирать молодняк без основы?

— О… — Том рассмеялся и переплёл перед собой тонкие пальцы. — Кое-кто не очень хорошо учил Историю Магии, Гарольд? Неужели система образования в Хогвартсе вновь терпит крах?

Гарольд с силой сжал зубы. Раздражение бурлило, норовя вырваться наружу. Выдыхаемый воздух казался нестерпимо горячим, горло жгло. Вид веселящегося Тома расшатывал перенапряжённый контроль ещё больше.

Видимо, что-то в лице Гарольда изменилось, потому что Реддл расплылся в отвратительной ухмылке и сжалился, сворачивая интригу.

— Ладно-ладно, позволь снова побыть твоим просветителем, как в былые годы. — Лёгкий смешок отдался звоном внутри черепа. — Я и сам узнал об этом сравнительно недавно… но Охотники существовали и после Первой Магической.

Гарольд покосился на Руквуда, который застыл рядом, безучастный к разговору. Похоже, эту информацию он уже знал или не считал интересной.

— Они скрывались под аврорскими мантиями, поэтому никто не знал о том, что созыв дал какие-то результаты, — продолжал Том. — А после… были казнены, как только их деятельность перешла разумные границы. Сумасшедшие мясники, охочие до крови тёмных магов и нелюдей. Не удивительно, что наличие такого отряда на поводке Министерства никого не обрадовало.

— Можешь не продолжать, — Гарольд поджал губы. Едва сдержался, чтобы не уколоть Тома, который талантливо избегал говорить о своём прошлом поражении, выверяя формулировки. — Кто-то выжил?

— Пожиратели так и не выяснили, кто это. Но этот кто-то, по некоторым слухам, не только сумел спастись в тот раз, но и пережил войну с Гриндевальдом в основном составе. Достаточно яркая характеристика, правда?

Повисло молчание. Том лениво крутил волшебную палочку в руках и не вмешивался в тяжёлые думы Гарольда.

— Август. Как только начнёт вырисовываться хоть что-то… — командир сжал переносицу, — пусть и очень незначительное, я хочу об этом знать.

Руквуд медленно кивнул.

— Мне не нравится даже думать о секретных разработках Отдела Тайн, — Гарольд встряхнулся и посмотрел на Тома. — Если всё так, как вы говорите — у них было больше пятнадцати лет на исследования. Кто знает, что могли создать самые талантливые маги современности за это время?

* * *

Перси зашипел сквозь зубы. Острая боль вырвала из сна — нечто впилось у основания черепа, как если бы из подушки внезапно выросла булавка. Ладонь машинально метнулась под голову, но ничего странного или торчащего не нащупала.

Волшебная палочка обнаружилась на тумбочке, как и всегда. Перекатилась под неловкими со сна пальцами. Перси схватил её со второй попытки. Магический свет резанул по глазам даже сквозь сомкнутые веки. Боль снова прострелила шею. Затылок противно заныл, а плечи покрылись гусиной кожей.

И тут пришло осознание.

Неужели… время? Перси распахнул глаза и подскочил с кровати. Жёсткий ковёр впился в босые ступни. Следом — холодный гладкий пол. Пришлось оттолкнуться от косяка, задавая нужное направление. Ноги заплетались как во сне.

Перси рухнул на колени перед диваном, вжался щекой в давно не чищенный ворс. В пыли и паутине нашарил плоскую коробку, обёрнутую бумагой. Вот оно! Зацепил за самый край — Перси подался вперёд, вытянул руку, насколько то было возможно.

И надо же было так далеко закинуть снаряжение, выданное Отделом Тайн…

После пары минут безуспешных попыток дотянуться до него и одной новой булавки, загнанной под череп, Перси вспомнил, что он маг. Взмах палочки вытянул из-под дивана клубок пыли вместе с вожделенной коробкой и чьим-то — Перси мог бы поклясться, что не его! — старым носком.

Горло пересохло, когда кончик палочки аккуратно разрезал бумагу, и на свету маслянисто заблестела чёрная крышка. Кристалл, вживлённый невыразимцами в шею, нагревался и дёргал всё чаще. Мысли туманила боль, но руки действовали сами по себе: вытаскивали из явно расширенного нутра детали снаряжения, схему сборки и раскладывали их в необходимом порядке.

Перси встряхнулся. Дурак! Надо было сразу всё изучить, а не забрасывать под диван. Глупое желание вернуться к обыденности, забыть тяжёлые разговоры и изматывающие тесты тогда оказалось сильнее любопытства. А потом рабочая рутина и впрямь вытеснила остальные мысли. Ночь в Отделе Тайн показалась далёким сном без чёткой концовки. Только всплывали в краткие мгновения отдыха хриплый, сумасшедший смех Ольфа и его напутственная фраза:

«Ну, бывай, Уизли. Через несколько минут ты для меня… Да что там! Для всех здесь перестанешь существовать. Будет только прилежный Четырнадцатый номер. И девственная пустота в голове за прошедшие пару недель».

Перси дёрнул плечом. Пользуясь временным затишьем, наскоро умылся прохладной водой и прополоскал рот в тщетной попытке избавиться от металлического кислого привкуса. Новая вспышка боли заставила вцепиться в края раковины. Мир накренился. Под ключицами словно крюком зацепило и потянуло.

Застёжки выскальзывали из пальцев и путались между собой. Перси метался по комнате. То и дело натыкался на диван и запинался о разбросанные по полу вещи. Ежесекундно сверялся с краткой схемой — не забыть ещё её уничтожить! — и застывал на месте, когда боль становилась слишком сильной.

Перчатки из драконьей кожи обхватили кисти так, словно были сделаны на заказ по его меркам — ни в какое сравнение не шли с универсальными ученическими, необходимыми для работы с особо опасными ингредиентами. Плотная — пропитанная защитными составами и зачарованная — мантия не сковывала движений и, несмотря на обилие креплений и хитроумных застёжек, оказалась весьма удобной.

Перси как раз закончил заправлять штаны в высокие сапоги и потянулся к маске, напоминающей маггловский противогаз, когда голова снова пошла кругом. Краткое помутнение — и рука изменила траекторию.

Точно! Совсем забыл про индивидуальный Маховик Времени в защитной капсуле.

Спрятав его под мантию, Перси огляделся. Больше ничего. Ещё раз глянул на схему, прежде чем ткнуть в неё палочкой, запуская чары уничтожения. Повернулся к зеркалу, поверил застёжки. Бледное осунувшееся лицо нелепо контрастировало с тёмно-коричневой формой. Торчали примятые на одну сторону рыжие кудряшки. Как будто голову Перси приклеили ради смеха чужому телу.

Маска в отражении блеснула круглыми линзами. Перси накинул капюшон и приблизил её к лицу — застёжки ожили, защёлкиваясь сами собой. По спине пробежали мурашки: последняя деталь встала на место. Он попрыгал на месте (тяжёлые сапоги непривычно пружинили, но других неудобств не доставляли), потряс головой — ничего отваливаться или расстёгиваться вроде бы не собиралось.

— Ладно, пора. — Маска исказила голос, превратив его в металлический скрежет. Перси отшатнулся от неожиданности.

Невыразимцы сделали всё ради сохранения тайны личности Охотников, как Ольф и говорил. Ни друзья и родные, ни даже товарищи не должны были заподозрить, кто скрывался под безликим номером. Наказание — немедленное устранение.

Свидетелей… или самого Охотника.

Перси машинально потёр вспотевшие ладони, забыв о перчатках. Прочистил горло и зажмурился.

— Ноль. Один. Четыре. — От собственного металлического голоса сводило скулы, как Перси не пытался говорить тише. — Оливер. Ханна. Оливия. Томас. Артур… Сбор.

Один из четырёх паролей, которые заставили выучить Охотников, означал малую степень опасности и приводил в действие обычный портал в штаб-квартиру для общего сбора. Каждая комбинация с ростом быстродействия укорачивалась, но становилась сложнее для подбора и произношения. Как бы повёрнуты ни были на безопасности разработчики Отдела Тайн, они попытались принять во внимание все аспекты работы Охотников. В том числе и необходимость экстренного портала.

Почувствовав рывок в области пупка, Перси ощутимо расслабился. Хотя бы эту часть инструкций он выполнил правильно.

 

— А-а… Четырнадцатый, — протянул Ольф, едва ноги ощутили под собой твёрдую поверхность. — Не торопишься, я смотрю.

Щелчок. Перси повернул голову на звук, и Ольф закатил глаза, отрываясь от механического секундомера.

— Особое приглашение надо? — Он дёрнул подбородком в сторону приоткрытой двери. — Давай уже, шагай к остальным!

Перси кивнул, хотя его ответ уже не требовался. Ольф остался на месте: видно, ожидал ещё более опаздывающих бойцов. В груди на этой мысли потеплело и засвербело одновременно. Да, сейчас Перси не первый, но хотя бы и не последний.

Всё ещё наверстается. Обязательно наверстается.

За дверью обнаружилась комната куда просторнее предыдущей. Неяркий красноватый свет мягко обтекал застывшие — идентичные — фигуры с тусклыми номерами на рукавах. Дальняя стена бликовала и переливалась — не камень, а огромное непрозрачное стекло. В середине сгрудились длинные диванчики в несколько рядов, занять которые решились немногие.

Перси натужно сглотнул и сделал шаг.

Охотники единым движением повернули головы в его сторону, пригвождая к месту. Воздух застыл под рёбрами. Губы изогнулись в дежурной улыбке по устоявшейся привычке. Перси одёрнул сам себя. А смысл? Лиц-то всё равно не было видно из-за масок. Да и, пожалуй, при таком освещении рассмотреть детали мимики не получилось бы.

Перси коротко кивнул товарищам и поспешил отойти к стене, которая сулила иллюзию опоры. Взгляд беспрестанно метался по комнате и наполняющим её магам: отмечал расположение, запоминал номера. Перси даже попытался составить их по порядку, но не доставало слишком многих, так что он бросил эту затею, не досчитав и до тридцати. И с чего он вообще решил, что они присваивались подряд, а не следуя коллективному безумству невыразимцев?

В тревожном ожидании текли минуты, пока Ольф наконец не переступил порог, хлопнув дверью за последним опоздавшим. Перси проследил весь путь Главного, перед которым расступались Охотники, словно тот окружил себя невидимым барьером. Напряжённые плечи, в одной руке толстый блокнот, с которым он то и дело сверялся, в другой — волшебная палочка.

Воздух возле него почти искрил. Казалось, Ольф вот-вот выбросит руку в сторону и нападёт. Перси не мог заставить себя моргнуть. Всё внимание сконцентрировалось на одной движущейся точке.

На мгновение их взгляды встретились. Ольф посмотрел в блокнот, снова на Перси, и брови его свелись к переносице сильнее.

— Слушайте сюда. — Он резко остановился, словно налетел на препятствие. Развернулся у стеклянной стены, чтобы видеть каждого в комнате. — Дам вам инструкции по вашему первому заданию.

Охотники затихли. Немногие — кто до этого вальяжно сидел и полулежал на диванчиках, — заинтересованно подобрались; другие же заозирались, как будто искали в соседях поддержки.

— Что? — Ольф негромко рассмеялся и махнул палочкой в сторону тёмного стекла, по которому расползлись светящиеся линии. — Ожидали долгих предисловий и месячного курса молодого бойца?

Кто-то закивал, кто-то зафыркал. Комнату как приливной волной затопило шелестом мантий, скрипом и скрежещущими шепотками. Перси сжал кулаки, пытаясь игнорировать зачастившее сердце. Он стоял достаточно далеко от основной массы Охотников и просто надеялся, что никому его зашкалившего пульса слышно не было.

— На это нет времени. — Ольф хрустнул шеей и усмехнулся. — Всё решит естественный отбор.

Он обвёл магов жёстким взглядом, и шум уничтожился сам собой. Перси невольно задержал дыхание.

— Поступили данные о твари, которая завелась в самом сердце магического общества. — Ольф неторопливо двинулся вдоль стеклянной стены, чуть касаясь её палочкой. — И не где-то… а прямо в Хогвартсе!

Металлический рокот оглушил. Перси стукнулся лопатками об стену — сам не заметил, когда отступил от неё. На стекле рядом с линиями, которые сложились в схематичный план территории, появились колдографии Запретного леса. Нечёткие, тёмные, но с без труда различимой громадной фигурой между деревьев.

— Великан! — Ольф развёл руками, а затем хлопнул ладонью по поверхности за собой. — Грёбаный великан, который выламывает деревья под боком у школьников! Тихо и мирно… Представили?

Перси сощурился, вглядываясь в колдографии. Не может быть. Это ведь Хогвартс! Учителя ни за что бы не позволили… По спине прокатилась ледяная волна. Нет. Всё, что он думал о Хогвартсе и Дамблдоре, было иллюзией. Если директор мог обернуться тёмной тварью, громящей Министерство, то почему бы и в самой школе не завестись великану? В той, где уже обращали учеников в камень, и ловили беглых преступников.

— Да-а-а… — Ольф не сразу пресёк вновь поднявшийся шум. Он довольно жмурился, как кот под ласковыми руками хозяйки. — И ваше первое задание: уничтожить тварь.

«Уничтожить»? Перси мотнул головой. Проморгался, окинул взглядом невозмутимо продолжающего вещать Ольфа. Пальцы похолодели.

Какой смысл убивать? Разве недостаточно было отправить великана обратно к сородичам?

Все, как по команде, обернулись. Перси слишком поздно прикусил язык — фраза вырвалась, стоило о ней подумать.

— Та-ак, — Ольф опасно сузил глаза. — Четырнадцатый думает, что великаны не так опасны, чтобы их уничтожать… Кто-то хочет поддержать товарища?

В воздух несмело взметнулось две руки, и Перси почувствовал ничем не подкреплённую нежность к этим людям. Он был не один.

— Тридцать Второй и Пятый. — Повисла тишина. — Отлично. Вы втроём отправляетесь на дело принудительно.

Перси открыл было рот, чтобы возмутиться, но Ольф пресёк возражения на корню:

— Своими глазами увидите. — Он хмыкнул, бегло листая блокнот. — Значит так… Ещё трое добровольцев!

Оставшаяся часть команды набралась быстро: желающих оказалось более, чем достаточно. Перси непонимающе вертел головой от одного к другому. Почему эти маги так рвались к опасности… к уничтожению живого существа. Зачем?

Инструктаж слушали все без исключения. Перси тоже старался: мозг привычно запоминал информацию и анализировал, но бесчисленные вопросы крутились без ответа. Прорваться наружу он им больше не позволял.

— Двух часов будет достаточно, — бросил Ольф, когда остальные Охотники, не задействованные в миссии, разошлись. — С вами я не пойду. С одним мелким великаном справятся и бездари вроде вас.

Перси смолчал и на сей раз: за годы работы в Министерстве ему было не в первой слышать снисходительные насмешки. Однако завершить миссию с отличием обозначилось делом наивысшего приоритета. Доказать свою значимость. Не ударить в грязь лицом. Особенно здесь. Среди тех, кто не знал о том, что он — Уизли.

Идеальный чистый старт, которого до этого в жизни не случилось.

Их группа из шести человек забилась в комнатушку для перемещений. Последним зашёл Ольф. Жестом поторопил переглядывающихся Охотников, крутанув воздух на уровне груди. Все разом отогнули верхний слой мантий, за которым скрывались Маховики Времени.

Одновременно деактивировались защитные капсулы. Два оборота назад. Мир смазался, Ольф исчез… чтобы тут же появиться чуть правее.

— Чего вылупились-то? — хохотнул Главный. — Хватайте портал, и поживее. Время не ждёт!

Он кинул им длинную верёвку, связанную в кольцо.

— Помните — цель всего одна. Лишнего ничего не творить, ни с кем не говорить, как дело сделаете…

— Мы знаем, — перебил его рослый мужчина, стоящий от Перси по правую руку. — Вы нам уже всё это говорили.

Ольф отрывисто рыкнул.

— Тогда чего сопли жуём? Трясутся, как на смертный бой! Режь верёвку, Десятый, не заставляй меня…

Окончание фразы Перси не услышал: портал сработал, как только верёвка была разрезана. В лёгкие тут же толкнулся свежий, но совсем безвкусный воздух — маска не пропускала запахов. Охотники оказались на опушке Запретного леса, за пределами защитных чар Хогвартса, как и было оговорено.

— Наверное… стоит проверить места, где великана уже видели, — пробился сквозь искажения женский голос.

Перси обернулся, не справившись с удивлением. Так пятый номер на самом деле девушка! Этого не было заметно в полутьме, но сейчас, при ближайшем рассмотрении, не оставалось сомнений.

— Женщина-охотник? — ехидно пропел Десятый. — Милая, ты чего здесь забыла?

В свете неполной луны блеснули линзы: Пятая повернула голову, скрестив руки на груди. Воздух ощутимо потяжелел.

— У нас есть дело, — Перси втиснулся между парочкой заградительным буфером. — Давайте отложим пустые препирания на потом.

Десятый буркнул в маску что-то очень похожее на «хороший мальчик» и первым зашагал к лесу. Остальные, помедлив, с осторожностью последовали за ним. Пятая двинулась последней, огибая Перси, который застыл на месте в нерешительности.

— Спасибо. — Он не знал наверняка, действительно ли услышал это тихое слово, когда она прошла мимо, но на душе потеплело.

Перси встряхнулся и, подкрутив колёсико на линзах — как показывал Ольф на инструктаже, — бросился догонять группу. Мир окрасился в серые тона, стал светлее и чётче, как при заклятии ночного видения. Разве что теперь регулировать яркость и постоянно поддерживать чары не было нужды. Спасибо невыразимцам.

Возвышающиеся вдалеке знакомые очертания Хогвартса успокаивали. Перси улыбался, изредка оглядываясь на них — высматривал светящиеся кое-где окна в просветах между крон. Ветки хрустели под ногами. Шелест листьев создавал приятный фон.

Удивительное умиротворение для Запретного леса, слывшего опасным местом.

За ностальгией по школьным временам Перси не сразу обратил внимание на далёкий скрежет и глухие удары. Прислушался, только когда Пятая, идущая впереди, резко затормозила и подняла палочку.

Треск поваленного дерева нельзя было спутать ни с чем другим.

Охотники сорвались вперёд. Они не сговаривались. Даже Десятый, своевольно занявший лидерскую позицию, ни слова не произнёс. Перси просто в один момент осознал — надо бежать. Вперёд, за остальными. Подгоняемый набирающим темп сердцем и вскипающим азартом.

Кто там впереди? Зачем они направляются к источнику неестественного шума? Что собираются делать?

Вопросы вспыхивали и гасли так стремительно, что Перси не успевал как следует в них вдуматься. Дыхание сбилось после первого же десятка футов. Приходилось хватать воздух ртом, и от этого саднило горло. Мышцы болезненно ныли.

Ещё и подворачивающиеся под ноги корни! Ветки кустов цеплялись за мантию, трава путалась вокруг лодыжек. Спина Пятой не то что не приближалась — расстояние между ней и Перси увеличивалось куда стремительнее, чем он бежал.

Что-то хрустнуло громче, чем до этого. Щиколотку больно дёрнуло, и Перси взмахнул руками: нога провалилась в пустоту между корнями. Чудом получилось выставить вперёд ладони, прежде чем он рухнул вперёд.

Перси застонал сквозь зубы. Ушибы стремительно наливались жаром. Повезло ещё, что упал в траву, а не на торчащие в паре дюймов сухие ветки. Он раздражённо дёрнулся из западни, но стопа крепко застряла — только щиколотку повторно прострелило болью.

Позор. Какой же позор! Провалить первую миссию, так к ней и не приступив. Перси перевернулся в сидячее положение. Схватился обеими руками за лодыжку. Потянул.

Ну давай… совсем чуть-чуть.

Жуткий треск раздался куда ближе, чем до этого. Сердце сжалось, и всё в мире замерло. Перси медленно обернулся на звук.

Вековые стволы зловеще заскрипели. Огромная фигура протиснулась через них, и земля задрожала под тяжёлыми шагами. Перси обмер. Даже дыхание задержал, не в силах оторвать взгляда от исполина, размер которого колдографии совершено не передавали.

Мутные глаза великана смотрели вниз. Он щурился и водил руками перед собой, тупо разинув рот, словно искал в кустах что-то мелкое. Перси затрясло. Палец никак не попадал по кнопке, активирующей связь. Ледяной пот пропитал рубашку под плотной мантией, и кровь отхлынула от конечностей.

Великан наклонился ближе к земле, потёр глаза по-детски неловким жестом.

— Хаггер?! — От утробного крика заболели уши.

Перси запрокинул голову. Разум существовал отдельно от тела. Он видел каждую выбоину в неровных зубах, кое-как воткнутых в дёсны. Ни звука не получалось выдавить, не то что полноценно позвать на помощь.

— Чего расселся?! — гаркнули слева. — Поднимайся, мать твою! Ну!

Тело мгновенно подчинилось команде. Ещё до того, как Перси осознал, что голос принадлежал Десятому, рука схватила волшебную палочку. Три коротких взмаха — заклинание известное любому третьекурснику — и мешающиеся корни брызнули крошевом в разные стороны.

Щиколотку вновь обожгло болью, когда Перси вскочил на ноги, но это уже не волновало. Охотники окружали великана. Голос Десятого звучал прямо внутри маски, координируя действия. Не раздумывая, Перси бросился вперёд — к остальным, и адреналин окончательно перехватил управление над телом.

Сердце стучало в ушах, перебивая звучные приказы, усталость испарилась вслед за последними мыслями.

Совсем рядом впечаталась в землю громадная ступня. Искры на миг ослепили. Перси взвизгнул, перекатываясь в сторону. Ужас опалил нервы. Что он только что?.. Колени ослабли. Палочка едва не выскользнула из онемевших пальцев.

Великан в ярости ревел и топтался на месте. Одной ладонью прикрывал лицо от ярких огоньков, а второй размахивал перед собой, словно наудачу отгонял мух. Одному из Охотников не повезло: кончик громадного пальца, задевший вскользь, отправил его прямиком в дерево. Перси кинулся к нему, но Тридцать Второй поднялся на ноги через секунду — видно, успел смягчить удар заклинанием.

Битва не замирала ни на мгновение. Всполохи, грохот, треск — от всего этого голова шла кругом. Воздуха не хватало. «Естественный отбор»? Да царящий вокруг хаос на что угодно похож был, только не на учебную миссию!

Оглушающие заклинания разбивались об грубую кожу. Вместо положенного эффекта они оставляли едва заметные ожоги, которые сильнее злили существо. Великан прыгал по поляне, пытаясь растоптать магов, и не переставая кричал одно-единственное слово:

— Хаггер!

Что это был язык, Перси не понимал. От рёва закладывало уши и вибрировали кости. Великан оступался, хватался за верхушки деревьев, которые гнулись и скрипели, но упрямо держался на ногах, несмотря на все ухищрения Охотников.

Да обрывки толстых верёвок, намотанных на лодыжки, доставляли великану больше неудобств, чем огрызающиеся заклятиями маги!

Перси моргнул. Подавил порыв протереть глаза.

Верёвки…

— Свяжем его! — Решение пришло мгновенно, и Перси сорвался с места. — Вокруг его ног остались верёвки!

— Спасибо, умник! — огрызнулся Десятый прямо в ухо. — Мы бы ни за что не догадались…

На краю поляны громыхнула Бомбарда. Серые ошмётки брызнули в стороны — Перси экстренно затормозил, налетев на куст. Великан завизжал от боли и перехватил левую кисть, на которой недоставало пальцев. Картина не сразу собралась целиком. Перси метался взглядом от одного к другому, пока не выявил виновника. Тридцать Второй, отступив к деревьям, бестолково тёр заляпанные линзы, как будто позабыл о существовании очищающих чар. Великан ломанулся в противоположную от него сторону, сметая всё на своём пути.

— Давайте… — неуверенно выдохнул Тридцать Второй, когда Десятый окликнул его. — Да, давайте его свяжем.

Перси втянул воздух сквозь зубы, борясь с подступающей тошнотой. Взмахнул палочкой, помогая товарищу счистить кровь. Из-за заклятия ночного видения та напоминала смоль: чёрную и густую. Растерянность Тридцать Второго никак не вязалась с его грозным видом. Он был на полторы головы выше Перси и дважды шире в плечах.

Десятый громко ругнулся и обернулся туда, где трещали и ломались деревья.

— Вперёд, — процедил он. — Эй, девчонка! Отвлеки его. Постарайся развернуть обратно к нам.

Перси скривился на резкий тон и уже приготовился к очередному спору, но его не последовало. Сухое «Принято» от Пятой — и она аппарировала с места.

Повторный хлопок раздался в отдалении.

Они нагнали великана спустя несколько минут. Точнее, это Пятая пригнала того навстречу Охотникам, используя жалящие заклятия. Перси к тому моменту этичность методов почти не волновала — мозг был занят просчётом траектории, чтобы не попасть ни под заклятия товарищей, ни существу под ноги.

Магические верёвки рвались, едва закрепившись, но для замедления великана хватило и этого. Несколько залпов усыпляющих чар попали точно в цель. Движения существа становились ленивыми и медленными, пока наконец колени не подогнулись. Великан качнулся. Ладонь мазнула по ближайшим деревьям. С чудовищным грохотом огромная туша повалилась на землю и больше попыток подняться не предпринимала.

Восторженный вопль был единым на всех. Перси широко улыбался, оглядывая Охотников. Они справились! Они сделали это.

— Эй, здоровяк! — Десятый расхаживал туда-сюда по груди спящего великана, неизвестно когда успев забраться на него. — Помоги-ка мне.

Перси повернул голову.

— Что ты делаешь?

— Надо убить тварь, пока она не проснулась, — Охотник направил на шею великана палочку.

— Стой! — Сердце укололо. Перси рванулся вперёд. — Вот так просто? Убьёшь спящего?

Десятый повернулся к нему. Склонился, упираясь руками в колеи, словно с неразумным ребёнком пытался договориться.

— Этот «спящий» чуть не растоптал нас пару минут назад. Думаешь, он вообще задумывался над моралью?

Перси с силой сжал зубы.

— Должен быть другой выход.

На плечо легла чья-то рука: Пятая появилась в поле зрения — в груди затлела надежда на поддержку, — и покачала головой.

— Не хочется признавать, но в этот раз я согласна с этим мужланом. Великаны не могут жить с людьми.

— Они ведь живут в горах…

— И сколько «несчастных случаев» там происходит? — Тридцать Второй не сводил палочки со спящего. — Об этом не пишут в «Ежедневном Пророке»… но в маггловских новостях странности мелькают довольно часто.

Перси обвёл взглядом Охотников. Те, что стояли поодаль, согласно закивали. Одна за другой вскидывались волшебные палочки.

— Можешь отвернуться, паинька. — В голосе Десятого слышалась жалость, от которой становилось гадко вдвойне.

От пальцев отхлынула кровь. Перси резко выдохнул, но запал для продолжения спора потух: не осталось ни сил, ни аргументов. Секунда, вторая… И все зашевелились, словно приняли его молчание за согласие.

— Делайте, что считаете нужным. — Перси круто развернулся и шагнул прочь. Ни какая в мире сила не могла заставить его остаться здесь.

Экипировка Охотников мешала закрыть уши. Глаза жгло, зуб на зуб не попадал от дрожи. Перси дёрнулся на многоголосое режущее заклинание. Деревья впереди вспыхнули неестественной яркостью.

Раздался до тошноты противный чавкающий звук.

Перси отшатнулся, когда мимо него на поляну промчался огромный силуэт. Страшно растрёпанный лесничий грозно размахивал нелепым зонтом в намерении не то заколдовать пришельцев, не то просто разогнать, как мелкое зверьё.

— Вы чего это тут уду!.. — Воинственная фраза сменилась вскриком.

Хагрид! Перси запоздало обернулся.

Десятый спрыгнул с трупа великана, и онемевший Хагрид попятился от надвигающейся фигуры. Выставленный зонтик ткнулся прямо в грудь, но Охотник внимания не обратил. Вскинул волшебную палочку, чуть дёрнул подбородком — остальные подобрались.

Плечи Хагрида тяжело вздымались и опускались. Он вертел головой, но ни слова выдавить из себя не мог.

Спустя полсекунды зонтик безвольно упал на вытоптанную траву.

— Достаточно. — Перси перехватил Десятого за запястье, избегая смотреть на Хагрида. — У нас была одна цель.

Срывающееся дыхание хранителя ключей Хогвартса вторило собственному. Осознание накатывало волнами. Так вот кто держал великана в Запретном лесу… И о причинах знать уже не хотелось. Сделанного было не отменить.

— Уходим, — процедил Перси. Втиснулся между Хагридом и Десятым, тесня последнего.

Повторять ещё раз не пришлось. Охотники один за другим растворялись в воздухе: активировали персональные портключи на базу без лишних споров. Перси дождался, пока Десятый последует за остальными, и только тогда оглянулся на Хагрида.

Тот не сводил взгляда с обезглавленного. Открывал и закрывал рот в глубочайшем шоке.

Перси пробормотал код портключа, надеясь оказаться подальше прежде, чем к Хагриду вернётся способность трезво мыслить.

— Г-грошик? — Тихий зов было последним, что он услышал, прежде чем оказаться в тесной каменной каморке.

Безупречно выполненное задание радости не приносило.