кукурузник

— Нет. — сдавленно проговорил Гарри, внезапно осознавая ситуацию. — Гермиона, ты слышишь? Нет.

После его слов в зале воцарилась мёртвая тишина. Гермиона растерянно обернулась к нему и нервно прикусила губу.

— Почему? Ты же понимаешь, что можешь с этим справится. — упрашивающим тоном проговорила она. Рон за её спиной активно закивал головой. — Среди нас всех ты единственный, кто имеет реальный опыт применения магии.

— Может, Поттер расскажет, как он этот опыт получил? — самодовольным тоном протянул Захария Смит. — Что именно произошло в прошлом году?

Раздался согласный гул. Гарри встал на ноги, пристально вглядываясь в лица собравшихся.

— Вот зачем вы здесь. Защита от Тёмных искусств вас всех не интересует. — тихо проговорил он.

— Конечно интересует, Гарри! — горячо заверила Гермиона. — Мы должны…

— Нет, Гермиона. — отрезал Гарри. — Посмотри правде в глаза. Они пришли сюда загнать меня в угол. Говорить о Седрике и Воландеморте.

Чжоу вздрогнула и разбила бутылку. Многие ахнули, стоило только произнести ненавистное имя.

— Всё с вами ясно. — заключил Гарри и направился к выходу.

— Ну и что с того? Мы заслуживаем знать! — голос Захария Смита вгрызался в ему в затылок не хуже сверла. — Не говоря уже о СОВ…

— Почему мне должно быть не плевать на ваши результаты СОВ? — не выдержал Гарри. Судя по лицам, такого ответа от него никто не ждал. — В столкновении с Воландемортом знание программы СОВ вам ничем не поможет. У вас нет ни единого шанса против него.

— Конечно! Он есть только у тебя, не так ли? — фыркнул Смит. — Какими такими навыками ты обладаешь…

— Экспульсо! Флиппендо! Петрификус Тоталус! — уши заложил изумленный крик. Стол оттолкнулся от пола и впечатал Захарию в противоположную стену. Никто даже не успел достать палочку. На шум их подсобного помещения вышел бармен, окинул всех равнодушным взглядом и снова скрылся за дверью. — Вы все… Просто дети. — устало сказал Гарри, отменяя заклинания. Смит рухнул на пол, лихорадочно хватая ртом воздух. — Хотите готовиться к экзаменам и освоить Защиту? Вперёд. Пустых классов в замке достаточно. Но я не буду рассказывать о Воландеморте, чтобы потешить ваше самолюбие. Также как и не стану пытаться вас в чём-то убедить. Если слов Дамблдора и смерти Седрика для вас недостаточно, то я ничем не могу вам помочь.

Гарри решил закончить этот идиотский разговор и уже открыл дверь, когда почувствовал, что какое-то заклинание отрикошетило от его мантии. Ремешок на руке сжался. Захария Смит вскрикнул от боли.

— Больше так не делай. Никогда не знаешь, какие сюрпризы может преподнести противник, даже если он кажется уязвимым.
На улице с каждым вдохом прохладного воздуха становилось легче. Гарри чувствовал отчаянное желание то ли тщательно вымыться, то ли бессовестно напиться до беспамятства. Через пару минут за спиной послышались торопливые шаги.

— Эй! Постой, приятель! — крикнул Рон. Гарри остановился.

— Прости. — первым делом выпалила Гермиона. — Я правда думала, что это хорошая идея…

— Идея была неплохой. — признал Гарри.

— Ты не злишься? — с облегчением вздохнула Гермиона.

— Было бы глупо злиться на тебя за то, что кругом слишком много идиотов. — Гарри пожал плечами. Рон хрюкнул от смеха. — Но в следующий раз предупреди меня, если захочешь, чтобы я участвовал в чём-то подобном.

— На самом деле я придумала ещё кое-что. — начала Гермиона, после его кивка глубоко вздохнула и продолжила смелее. — Я подумала, что если «Пророк» не захочет публиковать правду, может, другие издания согласятся взять у тебя интервью. В чём-то Смит прав. Люди имеют право знать. Если мы заставим хотя бы некоторых засомневаться и быть осторожнее, этого уже достаточно.

— И кто из журналистов согласится совершить карьерное самоубийство? — скептически уточнил Гарри.

— Рита Скиттер. — с готовностью выпалила Гермиона. — В смысле, раз уж она всё равно у меня на крючке, мы можем это использовать. Сейчас самый подходящий момент.

— А ты всерьёз всё продумала! — восхитился Рон. Гермиона смущённо покраснела. — Только представьте, какое лицо будет у этой жабы Амбридж…

— Вот именно. — снова нахмурился Гарри.

— Мне кажется, ради того чтобы известить людей, стоит рискнуть. — неуверенно сказала Гермиона.
— Я должен всё это обдумать. — покачал головой Гарри. На пару минут между ними воцарилось неуютное молчание. На центральной улице пришлось серьёзно сбавить шаг, чтобы пройти сквозь толпу.

— Да ладно тебе, приятель! — Рон от души хлопнул его по плечу. — Между прочим, ты круто приложил этого придурка! Он даже рта открыть не успел!

— Когда ты успел применить Протего, Гарри? — охотно сменила тему Гермиона.

— Я не применял. Сириус дал мне ремешок. Безделушка, отпугивает мелкие сглазы и заклинания, не давая «прилипнуть». — пояснил Гарри. — И колдовство… Сириус подсказал. На самом деле, ничего особенного. Просто подбираете для себя максимально удобную связку заклинаний, да и всё. Остальное — дело практики.

— Всё равно круто! — стоял на своём Рон. — Клык для защиты мыслей, теперь вот ремешок… Сколько у тебя вообще артефактов?

— Всего три. — успокоил его Гарри. — Есть ещё один ремень: на руке. Зелья в пище определяет. Если захотите, на каникулах он может подобрать для вас тоже самое.

— Это будет здорово! — воодушевился Рон. — Только представьте лицо Малфоя, когда в него что-то отскочит?

— Рональд!

— Что? Уже и помечтать нельзя!

— Гарри, на самом деле, я давно хотела попросить тебя. — неловко начала Гермиона, снова повернувшись к нему.

— О чём попросить?

— Ну, я предполагала, что ты не захочешь обучать всех и подумала, что мы могли бы тренироваться вместе. В смысле, только втроем. Так и к Защите больше шансов подготовиться, времени осталось мало. СОВ — очень важный экзамен, он определяет те предметы, которыми мы будем заниматься дальше, кроме того…

— Гермиона, не забывай дышать. — поддел лучшую подругу Рон. — И ради Мерлина, дай Гарри ответить.

— Думаю, ты права. — согласился Гарри. — Нужно только подкорректировать расписание подготовки. В конце концов, не усмотрит же Министерство мировой заговор в трёх учениках, практикующих Защиту от Тёмных искусств?

— Надеюсь. — Гарри со вздохом посмотрел в зеркало. — Кстати, о Хогсмиде… Гермиона думает, что мне стоит дать интервью. Другим изданиям, кроме «Пророка».

— По поводу?

— Воландеморт. Вроде как, люди имеют право знать.

Сириус замолчал на пару минут, задумчиво почесывая бороду.

— Она права, но только отчасти. К тому же, это слишком рискованно для тебя. Особенно сейчас.

— Это будет не слишком трусливо с моей стороне? — осторожно уточнил Гарри.

— Нет. — помотал головой Сириус. — Это просто рационально, трусость тут ни причём. Кстати, кто бы согласился взять такое интервью? Это буквально карьерное самоубийство.

— Ага. — ухмыльнулся Гарри. — Она поймала Риту Скиттер.

— Поймала?

— Точно. Эта сука — незарегистрированный анимаг. Жук. Гермиона поймала её на четвёртом курсе и заставила заткнуться на мой счёт. Ну и насчёт турнира.

— Ух ты! — восхитился Сириус. — Это действительно может пригодиться. Хотя идея с интервью сейчас несвоевременна, это не значит, что мы не можем предупредить людей иным способом.

— Ты что-то придумал?

— Пока без деталей. Как только додумаюсь — сообщу.

— Сириус, ты должен быть осторожным!

— Всё будет хорошо. — Сириус поднялся на ноги и направился к шкафу с одеждой. — Знаю, что это сложно, но тебе нужно выдохнуть.

— Легко сказать. — огрызнулся Гарри.

— Да. — Сириус снова развернул зеркало к своему лицу. — А теперь ложись. Выспись хорошенько. Завтра станет легче. Ты справишься. Потом поможешь справиться другим. Воландеморт искалечил жизнь очень многих семей.

— Хорошо. — пристыженно согласился Гарри. Почему-то до этого момента он даже не подумал, каково другим, чьи родители также участвовали или участвуют в Ордене.

— Выше нос. Прорвёмся. — напутствовал Сириус. Зеркало погасло.

На уроке травологии он быстро нашёл знакомую макушку Сьюзан Боунс и направился к ней.

— Привет. Ты не возражаешь работать вместе?

— Привет. Я не против. — удивлённо ответила она. Гарри только улыбнулся, тут же бросил рядом рюкзак, закатывая рукава. Через пару минут пересаживания китайской жующей капусты, Сьюзан проговорила. — Ты довольно хорошо справляешься с растениями.

— Правда? Думаю, дело в том, что я довольно много работаю в саду летом. Тетя Петунья она… Довольно педантична в этом вопросе. Весь дом и сад должны быть в идеальном состоянии.

— М-м. — отреагировала Сьюзан, задумчиво сощурившись. Гарри ловко вытянул руку и протянул ей капусту. Беглянка угрюмо пошевелила красными листьями. — В любом случае… Я считаю, ты был прав.

— Что ты имеешь ввиду?

— Тогда, в Хогсмиде. Только ты имеешь право решать, кому и что рассказывать о том, что произошло. — Сьюзан нахмурилась. — То, как себя повели некоторые, настоящее свинство.

— Ты мне веришь? — с замиранием сердца уточнил Гарри.

— Да, верю. В твоей версии хотя бы нет логических дыр, в отличие от пропаганды Министерства. К тому же, тётя говорит, что власти придают слишком много внимания тебе и Дамблдору, как для тех, кого они считают глупцами. Передай мне компост, пожалуйста.

— Спасибо. — улыбнулся Гарри, протягивая ведёрко. В груди отчётливо потеплело от неожиданной поддержки.

— Пожалуйста. — важно кивнула Сьюзан и тяжело вздохнула. — Даже не знаю, что бы я делала на твоём месте. После этой дурацкой статьи многие на факультете только и знают, что шептаться и коситься на меня, как на смертельно больную. Это ужас.

— Твои дядя и тётя.
— И двоюродные братья. — мрачно продолжила Сьюзан. — Я написала тёте Амелии, что хочу продолжить учиться в Хогвартсе, несмотря на происходящее. Надеюсь, она послушает. В смысле… Я просто не могу уйти! Хогвартс — это мой дом!

— Я понимаю. — тихо согласился Гарри, задумчиво поглаживая капусту. Та довольно заурчала.

— Жаль, что с уроками не срослось. Все видели, как ты выступил на Турнире. И несмотря на то, какие они задницы, думаю, учитель из тебя бы вышел отличный. — вздохнула Сьюзан.

— Ну, я всё ещё могу помочь, если ты этого хочешь. — осторожно предложил Гарри.

— Правда?

— Конечно! Начни с базовых заклинаний, и если что-то будет непонятно, то спрашивай. Это не так уж и сложно.

— Базовых заклинаний? — уточнила Сьюзан.

— В прошлом году меня спасли чары Призыва. И разоружающее заклятье. — пояснил Гарри, упустив часть про Приори Инкантатем. В конце концов, сейчас это не имело отношения к делу. Хотя на кладбище ему действительно повезло.

— Хорошо. Спасибо тебе, Гарри. Это очень важно для меня.

Остаток урока прошёл достаточно мирно и спокойно, не считая нескольких кочанов сбежавшей капусты. Их работа со Сьюзан принесла факультетам дополнительные баллы, множество косых взглядов и взбудораженного шёпота, предвещающего волну новых сплетен.

— Решил себе завести новую девушку, приятель? — хлопнул его по спине Рон. От неожиданности Гарри чуть не улетел носом в землю, но успел вовремя выровнять шаг.

— Рональд! — возмутилась Гермиона.

— Что? Уже и спросить нельзя!

— Прекратите спорить. Мы просто разговаривали. — вздохнул Гарри. — С каких пор разговор с девушкой приравнивается непременной попытке затащить её в постель?

— Ну, с учётом твоей репутации… — повёл бровями с намёком Рон. — Я хочу сказать, происходящим нужно наслаждаться, пока есть такая возможность, улавливаешь?

— Рональд! Это отвратительно! — запротестовала Гермиона.

«Сегодня выяснилось, что я несколько недель играла в ролевую игру на сервере с психопатом. С помощью моего компьютера он взломал систему и узнал личные данные нашей команды. Этот псих отправил Гидеону голову жертвы посылкой домой, Моргана чуть не арестовали во время отпуска. Я подвергла всех опасности!!!!!!!»

«Подожди, вы нашли его? Никто не пострадал? Что с Гидеоном и Морганом? Чья это была голова?»

«Жертвой оказался недавно освободившийся мерзавец. Из команды никто не пострадал. Слава богу, хотя Эмили чуть не подстрелили. Но мы поймали этого психа!!!!! И спасли девочку, которую тот держал в подвале несколько лет. Всё равно, я ужасно себя чувствую…

Я месяцами переписывалась с маньяком, мечтая о реальной встрече. Я подставила всех под удар своей наивностью и дурацкой надеждой найти кого-то, кому я понравлюсь!

Ещё Рид… Я и не представляла, что он так страдает. Его мама болеет шизофренией. Он даже никому не сказал. И вида не подал. Я бы точно так не смогла. Я недостойна быть среди них…»

«Гарсия, это не так. Ты сердце этой команды. Ты ведь это знаешь, правда?

А что касается этой игры… Думаю, псих нашёл бы способ подобраться ко всем вам. Он же псих. Ты ни в чем не виновата.

Ты замечательная. Умная, красивая, потрясающая… Я не могу представить никого лучше тебя. Честное слово.»

«Спасибо, Гарри. Не знаю, что бы я без тебя делала. Порой мне сложно открыто говорить с остальными. Хотч, Эмили, Рид… Они все ежедневно сталкиваются с такими ужасами. Куда им ещё мои проблемы.»

«Обращайся. Ты себя недооцениваешь. Как я уже сказал, ты — сердце. Самая важная часть, без которой не будет работать всё остальное. Без тебя спасти Алию и её детей было бы гораздо сложнее, я точно знаю. Ты самая настоящая волшебница, Гарсия.»

«Как у тебя прошёл день? Случилось что-то интересное? Снейп и жаба всё ещё достают тебя?»

Что-то произошло. Хагрид явно приютил что-то большое и агрессивное, судя по вырванным с корнем деревьям, обломанным ветвям кустов, следам на траве. Будто что-то волокли.

Лужицы густой, тёмной крови с характерным металлическим запахом стали ещё одним неприятным открытием. Гарри ускорил шаг, дурное предчувствие крепло. Лес был слишком безлюден, будто всё живое стремилось спрятаться. И скоро Гарри понял почему, когда услышал жуткий рёв.

С трудом перелезая через объемный ствол, первым, что он увидел, был котлован несколько километров в глубину. Кругом были разбросаны стволы деревьев и какие-то камни. Один из огромных валунов вдруг зашевелился, у Гарри от страха пересохло в горле, когда он заметил смутно знакомую фигуру.

— ХАГРИД! УХОДИ ОТТУДА! Я ОТВЛЕКУ ЕГО!

— Гарри! Нет! Не вмешивайся! Он не понимает! — прокричал Хагрид и еле успел увернуться. Очередное дерево пролетело и приземлилось где-то позади Гарри с жутким грохотом.
«Блядь! Блядь! Блядь! Блядь! Блядь!» — ругался Гарри, швыряя в великана всё, что попадалось в досягаемости палочки. В основном это были валуны и обломки стволов. Краем глаза он следил за тем, как Хагрид выбирается из котлована, оставляя на траве кровавый след.

Великан взревел и рванулся вперед. К счастью, цепи на его руках и ногах оказались достаточно крепкими. Но Гарри не собирался слишком долго испытывать удачу, тем более, что импровизированные снаряды начали потихоньку заканчиваться.

Он бежал. Бежал так быстро, как не бегал никогда в жизни, стараясь избегать всех возможных препятствий.Хагрид неподалеку охнул и растянулся на земле. Вслед из котлована раздался разочарованный рёв великана.

— Вставай, Хагрид. Слышишь? — как можно твёрже проговорил Гарри, стараясь не поддаваться панике. От левой ноги Хагрида отсутствовал здоровенный кусок, повсюду была кровь, Хагрид выглядел бледным.

— Он не хотел… Не хотел… Он ещё маленький! — спутанно проговорил Хагрид. — Я должен позаботиться о нём, отвести в безопасное место!

— Ты не сможешь, если истечёшь здесь кровью. — прямо сказал Гарри и схватил Хагрида за руку. — Давай. Поднимайся! Ты слишком тяжелый, я не смогу тебя нести! Вставай, Хагрид!!!

К счастью, Хагрид встал. Идти приходилось медленно, Гарри то и дело оборачивался на звук хриплого дыхания и приглушенного бормотания. Крови на земле становилось всё больше, когда наконец показалась хижина, Хагрид снова упал на землю.

— Хагрид! Нет-нет-нет, не смей! Не вздумай! — окончательно запаниковал Гарри, бросаясь на колени рядом. Дикими глазами он обвёл подлесок и редкие деревья. — КТО-НИБУДЬ! КЕНТАВРЫ! ПОЖАЛУЙСТА!!! ЭЙ! ПОМОГИТЕ НАМ! Я ЖЕ ЗНАЮ, ЧТО ВЫ ЗДЕСЬ!

Как по волшебству, раздался треск веток. Гарри разглядел мутную фигуру кентавра, сердито кулаком стёр слёзы.

— Слава Богу! Вы ведь поможете, правда?! Хагриду очень нужна помощь! Пожалуйста!

— Уже слишком поздно, Гарри. — мягко проговорил кентавр. Кажется, это именно его Гарри встретил на первом курсе? Как же его? Финеас? Флоред? Лоренцо? Имя напрочь вылетело из головы, Гарри бросил взгляд на бледное лицо Хагрида, судорожно вздохнул.

— Ничего подобного! Я побегу за помощью! А вы просто не дайте ему умереть! Пожалуйста! Я сделаю всё, что угодно!

— Судьба не в нашей власти, Гарри…

— Плевать! — разозлился Гарри, вскакивая на ноги. Больше всего на свете ему хотелось разбить печальное лицо кентавра на части, но на это не было времени. — Просто будьте здесь, пока я не вернусь!

Не дожидаясь ответа, он побежал в сторону замка. Легкие горели, в боку закололо, но он и не думал тормозить. Мысли перескакивали с одного на другое. Гарри вскинул палочку к небу и рявкнул:

— АКЦИО!

Секунды тянулись томительно долго, пока он ругал себя последними словами. Послышался знакомый свист воздуха, не сбавляя шага, Гарри запрыгнул на метлу, крепко сжимая рукоять. Перед знакомым ощущением полёта удушающий, липкий страх отступил на второй план.

«Успею! Успею, будь я проклят!»

Башни стремительно приближались. Гарри еле успел затормозить перед знакомым окном, заклятьем выбивая стекло. Мадам Помфри подскочила, обронив со стола чернильницу и нацелила палочку. Макгонагалл на стуле напротив испуганно ахнула и сделала тоже самое.

— Поттер, что вы здесь…

— Нет времени! Хагрид истекает кровью! Мадам Помфри, я доставлю вас!

Остальным повезло меньше, и теперь то и дело из-за грохота чемоданов и шагов слышались ругательства мадам Блэк. Гарри потягивал осторожными глотками шоколад из дымящейся кружки в столовой и смотрел в окно. Встреча с отделом поведенческого анализа дала ему много пищи для размышлений, не говоря уже о том, что было крайне приятно увидеть Гарсию. Мобильник покоился во внутреннем кармане куртки, надежно зачарованной, чтобы изолировать магию. Им с Сириусом три дня понадобилось, чтобы по-настоящему решить эту задачку. К счастью, это оказалось проще, чем создать с нуля интерактивную карту Хогвартса. Гарри усмехнулся новому слову в своём лексиконе. А ведь это было всего несколько дней в компании Гарсии.

— Гарри, ты готов? — в проёме кухни показалась голова Ремуса. — Нам пора выходить.

— Да, конечно. — согласился Гарри. — Мы на вокзал?

— Не на этот раз. Грозный Глаз решил, что безопаснее воспользоваться «Рыцарем».

Гарри наморщил лоб, задумавшись. С одной стороны, автобус приедет гораздо быстрее поезда, а с другой — поездку вряд ли можно назвать приятной, учитывая вероятность оставить мозги на оконном стекле.

— Ремус. А есть у волшебников что-то вроде фиксирующих чар?

— Фиксирующих чар? — моргнул Ремус. — Что ты имеешь ввиду?

— Как ремень безопасности. — пояснил Гарри. — Думаю, «Рыцарю» стоило бы взять пример с магглов в этом отношении.
— Такие чары есть, но они достаточно сложные. — вмешался Сириус, спускаясь по лестнице и следом за ними выходя в коридор. — Ими зачаровывают мётлы. Но ничего не мешает тебе воспользоваться клейким заклятьем. Оно шуточное, но может помочь тебе против синяков.

— Заколдовать сидения? — задумался Гарри.

— Не сидения, одежду. — поправил Ремус. — На сидениях может стоять защита, это всё-таки автобус.

— Я попробую. — благодарно улыбнулся Гарри и ответил на объятье Сириусу. Следом он крепко пожал руку Ремусу. — Ладно, тогда увидимся. Будьте осторожны, вы оба.

— Это мои слова! — притворно надулся Сириус и улыбнулся. — Удачи на экзаменах. Если понадобиться помощь, Кричер пришлёт конспекты. Программа за это время не особо изменилась.

— Хорошо. — Гарри улыбнулся на прощание, вышел следом за Ремусом, наблюдая, как исчезает дом уже через пару шагов.

— Наконец-то! Что вы так долго? — проворчал Грозный Глаз.

— Прощались. — неловко улыбнулся Ремус, вскинул палочку.

Знакомый трёхэтажный автобус появился в мгновение ока, вынудив Уизли испуганно подскочить.

«Но хотя бы никто из них не расселся на асфальте в отличие от меня» — иронично подумал Гарри. За его спиной Тонкс велела Шанпайку заткнуться, пригрозив проклятьем.

— Ух ты! Всегда мечтал на нём покататься! — оживился Рон, оглядываясь по сторонам, недоуменно моргнув на Гарри. — Что ты делаешь?

— Клейкое заклятье. — пояснил Гарри. — Кому-нибудь ещё помочь?

— Зачем? Есть же поручни. — плюхнулся на свое место Рон. Гарри пожал плечами и осторожно сел. Попытался оторвать предплечье от подлокотника кресла, улыбнулся.

Как только все расселись, «Рыцарь» без предупреждения рванул с места. Рон, как и кто-то позади, полетел на пол. Гарри перевёл взгляд на пейзажи за окном.

— Где мы, Стэн? — заинтересовался он.

— Бирмингемская автострада — скучающе отозвался Стэн, любопытно посмотрев на Гарри из-под газеты. — А ты круто выступил в прошлом году. Скажи, Эрн?

— Выступил? — переспросил Гарри, с сочувствием заметив, что Рон на этот раз ударился лбом об оконное стекло.

— Так на Турнире! Я следил за каждым выпуском «Пророка», уж будь уверен! Ну и интервью, конечно. — похвастал Стэн. — Такой шанс в 14 лет участвовать и победить. Каково это?

— Жутко. — подобрал слово Гарри. — И в газетах не так уж много было правды.

— Тем не менее, ты победил! — ухмыльнулся Стэн. — Чемпион Турнира в 14 лет — это добавило тебе славы.

— Я не хотел этого. — отвернулся Гарри, уже жалея, что поддержал этот разговор. Мелькнула проселочная дорога, автобус остановился перед безымянным баром, выпуская наружу седую, сгорбленную ведьму с салатовым цветом лица. Должно быть, поездка не отразилась на её самочувствии хорошо. Гарри успел только моргнуть, прежде чем снаружи замелькали знакомые пейзажи Хогсмида. На землю падали крупные снежинки.

— Я передумал, я больше не хочу на этом ездить. — пробормотал Рон, потирая ушибленный локоть и первым выходя наружу следом за Грозным Глазом. Гарри фыркнул себе под нос, снимая чары. И взялся помогать Ремусу вытаскивать чужой багаж.

— Да, мой мальчик. Присаживайся. — гостеприимно улыбнулся Дамблдор. — Я давно хотел поговорить с тобой, но в свете последних событий решил это отложить к началу семестра. Как прошло Рождество?

— Тихо. — кратко охарактеризовал Гарри. — О чём вы хотели со мной поговорить?

— Ваша наглость, как всегда, не знает границ, Поттер. — ядовито процедил Снейп. Гарри равнодушно повёл плечом, не сводя взгляда с директора.

— Всё в порядке, Северус. — сверкнул оправой очков-полумесяцев Дамблдор. — Что ты знаешь об окклюменции, Гарри?

— Что ей обучают с детства, чтобы при необходимости защититься от любителей читать чужие мысли. В другом случае используют артефакты. — ответил Гарри. — А что?

— Я полагаю, у тебя есть артефакт? — с любопытством спросил Дамблдор. Чувствуя на себе прожигающий взгляд Снейпа, Гарри расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и продемонстрировал небольшой клык на серебряной цепочке. — А… Видна работа Блэков. Ты постоянно его носишь?

— Да. — подтвердил Гарри. — Порой забываю, что он на месте.

— А за то время, что ты его носишь, у тебя были особые сны?
— О Воландеморте? — переспросил Гарри.

— Поттер! — рассерженной змеёй зашипел Снейп. Дамблдор только кивнул.

— У меня исчезли эти сны ещё до амулета. После нападения дементоров.

— Вот как. — нахмурился задумчиво Дамблдор. — Тем не менее, предосторожности лишними не будут…

— Предосторожности, сэр? — почему-то Гарри был уверен, что ответ ему не понравиться.

— Мы посовещались с профессором Снейпом… — начал Дамблдор. Снейп при этих словах издал неопределённый саркастичный звук. — И пришли к выводу, что тебе необходимо изучить окклюменцию. Между тобой и лордом Воландемортом существует какая-то связь, нам нужно позаботиться о твоей безопасности до того, как он об этом догадается.

— Но артефакт…

— До сих пор служил тебе исправно. — кивнул Дамблдор. И всё-таки никогда не мешает подстраховаться. Это ради твоего блага, мальчик мой.

— Кто будет меня учить? — уточнил Гарри.

«Спорить бессмысленно. Дамблдор уже все решил.»

— Профессор Снейп является одним из лучших окклюментов в Британии… — улыбнулся Дамблдор.

— Это не означает, что из него выйдет отличный учитель! — не выдержал Гарри.

— ПОТТЕР! — рявкнул Снейп.

— Видите о чём я говорю? Из этих уроков не выйдет ничего хорошего! — вскочил Гарри.

— Ти-хо! — потребовал Дамблдор раньше чем Снейп успел выдать что-то ядовитое в качестве ответа. — Я попрошу вас немного успокоиться. Гарри, присядь.

Гарри медленно выдохнул носом, сел обратно в кресло. Снейп остался стоять со стиснутыми от злости зубами.

— Я понимаю, что отношения между вами достаточно сложные. — начал Дамблдор. — Но и вы оба должны понять: у нас мало времени. Гарри, я могу тебя заверить, что профессор Снейп — один из самых компетентных волшебников в области магии разума, как в защите, так и в нападении. Постарайся приложить как можно больше усилий, чтобы получить ещё одно преимущество против лорда Воландеморта. В конце концов, однажды это может сыграть очень важную роль, я бы сказал, даже решающую роль. — под пристальным взглядом Дамблдора Гарри неохотно кивнул. — Северус, со своей стороны я надеюсь, что ты сможешь преодолеть своё предубеждение и в полную силу передать накопленный опыт.

Гарри действительно разделся и рухнул в постель, но заснуть упорно не получалось, несмотря на скопившуюся за день усталость. Поразмыслив, он сунул руку в чемодан и вытащил мобильник из потайного кармана. Торопливо задернул балдахин. Телефон издал приветственный гудок.

К счастью, всё ещё работал. Хотя антенна телефонной связи была на самом минимальном уровне. Для звонка этого, конечно, не хватит, да и долго пользоваться мобильником непосредственно в замке чревато последствиями, но сейчас…

«Привет. Это просто дерьмовый понедельник, и он грозит стать ещё хуже.»

«Привет!!! Думаю, тебе нужно завести себе анти-стресс! Как ты обычно расслабляешься? Нагрузка перед экзаменами просто жуткая, я ненавидела школу в этот период. И да, понедельники — дерьмо!!!!!!»

Гарри улыбнулся, задумался. Через пару секунд он всё-таки начал писать.

«Обычно меня расслабляют полёты. Но теперь это невозможно, потому что жаба конфисковала метлу. А школьный инвентарь годится максимум для того, чтобы мести двор. И через пару часов мне придётся открыть свои мозги человеку, который меня ненавидит.»
На этот раз ответа пришлось подождать чуть дольше, но зато Гарри услышал звук сразу нескольких уведомлений.

«Сочувствую по поводу метлы. Думаю, я хотела бы увидеть, как ты летаешь. Но вряд ли рискнула бы лететь сама. Страшно боюсь высоты, не считая самолётов. И то потому, что понимаю, как они работают. Полёт похож на поездку в автомобиле???? Или на мотоцикле?

Насчёт открытия мозгов… Попробуй отнестись к этому с другой стороны, восприми это как упражнение для ума. Думай о какой-то ерунде, вроде обезьяны с бананом или о птичках на проводе. Уверена, тогда этот человек быстро от тебя отстанет. Я же правильно понимаю, что ты имеешь ввиду профессора зелий????

Знаешь, я сразу вспомнила свою учительницу по химии в старшей школе. У неё было много наград и сертификатов, но при этом… Она была самой настоящей стереотипной сукой предпенсионного возраста, какую только можно представить!!!!!!!! Из-за этого я так и не смогла сдать химию на приемлемую оценку. Сейчас думаю, что зря. Стоило утереть ей нос своим прекрасным аттестатом. Может, ты попытаешься взглянуть на эту возможность?????

Представь, как взбесится этот ваш Снейп, если ты не позволишь себя унизить и покажешь отличный результат!!! Я знаю, что ты справишься! Твоя голова точно заточена на аналитику и системное мышление! Стоит только захотеть!!!

Впрочем, мне со стороны легко давать советы. Извини. Как тебе возможность общения через sms? Письма — это, конечно, очень романтично, но, на мой взгляд, мгновенные сообщения всё же гораздо эффективнее. Кстати об эффективности, ты ведь сможешь вовремя зарядить батарейку??? Я только что вспомнила, что вряд ли проектировщики замка далеко в горах в долбанной Шотландии предположительно в средних веках предусмотрели наличие розеток. Это просто ужасно. И завораживает. Я ещё не определилась.»

«Полёт — скорее ближе к мотоциклам, чем к автомобилям. По словам Сириуса. Я никогда не водил мотоцикл. Может, в будущем стоит над этим подумать? Сдать на права для меня не слишком поздно?

Насчёт обезьян и птичек я подумаю. Мне не очень нравится сама по себе перспектива насчёт того, чтобы Снейп копался в моей голове. К тому же, он выставил меня сегодня полным посмешищем перед всем классом. Снова. Стоит постараться освоить окклюменцию. Хотя бы для того, чтобы как можно скорее от него избавиться. Самое обидное, что перед поступлением в Хогвартс мне действительно были интересны зелья. Пока Снейп не завалил меня перед всем классом на первом же занятии. В общем, не знаю. Мне сложно сохранять свои мозги хоть в каком-то подобии порядка, когда я думаю обо всём этом.

Ты действительно считаешь, что твой аттестат мог бы заставить ту суку заткнуться? По-моему, на таких, как она и Снейп такие методы просто не действуют. Всегда найдётся новый повод для придирок, ведь так? А даже если нет, то отсутствие совести только поспособствует тому, чтобы этот повод придумать! В общем, ты поняла.

Sms — это что-то новое и, несомненно, прекрасное. Мне было волнительно писать и получать письма, но сейчас приятно, что удалось так сильно сократить время ответа. Не говоря уже о том, что я вряд ли смогу завести ещё одну сову в ближайшее время.

По поводу розеток решит Сириус, мне просто нужно будет переправить ему мобильник. В конце концов, чары, благодаря которым мы сейчас можем переписываться несмотря ни на что — это его рук дело. Довольно выгодно иметь в качестве крёстного отца бывшего Мародёра!»

«Шутишь?! Даже я сдала на права. Ты тем более справишься, ты ведь справился с метлой без обучения, если я правильно помню, так что. Достаточно только захотеть научиться!!!

Что касается Снейпа, может быть ты и прав. Но тогда это ещё больший повод не позволить ему пить твою кровь.

Будь мы в Америке, можно было бы попробовать сменить преподавателя, но раз уж выбора тебе не предоставили, лучше сохранять позитивное мышление всем препятствиям назло! Пожалуй, при следующей встрече я подарю тебе анти-стресс!

Обязательно напиши мне, чем закончиться день! Сейчас я должна бежать на самолёт! Пока-пока!!!»

Гарри улыбнулся сердечкам в конце сообщения, вернул мобильник на место, ненадолго прикрыл глаза. Сон не шёл, а садиться за что-то продуктивное было бессмысленно. Впервые в жизни Гарри действительно было НЕЧЕМ заняться. Жизнь редко давала возможность притормозить, и теперь он вдруг задумался.

«Как бы отреагировали родители?» — перед глазами живо встали фигуры в отражении Зеркала желаний. Вспомнилась улыбка мамы, Гарри грустно улыбнулся в потолок. — «Наверное, маме бы Гарсия понравилась. А отец, как я, тормозил, услышав очередной незнакомый термин… Хотя… Может, сейчас в технологиях я бы разбирался лучше? В конце концов, мама была магглорождённой, пусть и уехала в магический мир в 11 лет.

А Дурсли? Мама попыталась бы наладить отношения с тётей Петуньей?»

Представив его с родителями на пороге дома номер 4 Тисовой улицы, Гарри скептически фыркнул. Нет, дружбы семьями между ними наверняка не сложилось бы. Скорее всего, он бы с самого детства дружил с Роном и другими Уизли. Может, ещё с семьями других людей, которые входят в Орден? Тонкс, например. Почему нет? Андромеда и Тед Тонкс помогали Ордену до самого конца войны. Или Сьюзан Боунс… Она могла бы приходить с мадам Боунс в их дом в Годриковой впадине, и пока взрослые разговаривали бы о своих скучных, взрослых вещах, он бы вместе с остальными играл в квиддич, волшебные шахматы или, что вероятнее, вместе с близнецами пытался бы подстроить какие-нибудь пакости, подслушать свежие новости, с помощью Удлинителей…

Конечно, с ними был бы и Невилл, как и сам Гарри, с самого детства выросший с родителями, и иногда бывающий в гостях у своей строгой бабушки, когда родители занимались бы делами Ордена или своей работой в Министерстве.

Ему снова пять: он бежит, что есть сил. Страх холодным ветром подкрадывается к затылку, когда слух улавливает хриплое дыхание Злыдня. Самый большой и злобный пёс тетушки Мардж вот-вот нагонит его, чтобы разорвать на куски. Сердце усиливает бег. Непослушные, вспотевшие руки с трудом подтягивают его на ветку дерева в самый последний момент, когда позади отчётливо клацают челюсти. Гарри вцепляется в дерево со всех своих сил, со страхом смотрит вниз. Кроме лая и ворчания внизу слышится смех Дадли и приближающиеся голоса взрослых…

***

— Отвратительно! — выплюнул Снейп, пока Гарри стоял на четвереньках на полу, лихорадочно ловя ртом воздух.

По спине уже текли ручейки пота, как будто он и впрямь пробежал несколько километров от Злыдня. Ладонь крепко сжимала волшебную палочку.

— Вы настолько ничтожны, что даже не пытаетесь постараться! Тёмный Лорд пройдет сквозь ваше сознание, как нож сквозь масло! Вы даже не осознаете, сколько людей подвергают себя риску ради вашей жалкой жизни и нисколько не цените их усилий! Вы — такой же, как ваш ублюдочный папаша! Высокомерный, наглый…

— ЗАТКНИСЬ!

Гарри вскочил на ноги, нацелив волшебную палочку в ненавистное лицо. Снейп оставался Снейпом. Гарри знал, что его ждёт, как только придёт сюда, и всё-таки по венам растекался ядом холодный гнев.

— О! Неужели? Правда наконец-то пробивается сквозь ваше твердолобое высокомерие, Поттер? — издевательски скривил губы Снейп.

— Я не слабый. И не высокомерный. И мой отец не был таким.

— Тогда докажите это! Сопротивляйтесь! -рявкнул Снейп. — Лег…
— БОМБАРДА!

Глаза Снейпа на секунду расширились, но он успел отскочить от разлетевшегося на части кресла,

— Экспелиармус!

— Протего! — взревел Гарри. Вокруг его тела образовалась тонкая, синяя пленка, луч разоруживающего заклятья безвредно отскочил, разбив несколько банок за его спиной.

— Вам нужно успокоиться, Поттер! — процедил Снейп, перемещаясь влево, держа кончик палочки нацеленным Гарри в лицо. — Соберитесь! Вы здесь для того, чтобы научиться защищать себя!

— Плевать. Я больше не позволю вам оскорблять моих родителей!

— Я заставлю вас слушаться, Поттер! Хотите вы того или нет! — зло проговорил Снейп. А потом сделал то, чего Гарри никак не ожидал. — Круцио! Леггиллименс!

Боль пронзила всё его тела тысячей острых ножей, Гарри рухнул на пол раньше, чем успел сообразить, перед глазами снова замелькали картины их прошлого. А ещё кто-то кричал…

....
Следующее пробуждение прошло немного легче, хотя теперь Гарри тошнило. Мадам Помфри, а это была именно она, помогла ему добраться до ванной комнаты, потом смочила его губы восхитительно прохладной тряпицей с водой. Снова зелье. Сон.

Осторожно открыв глаза Гарри огляделся и тут же напрягся на кровати. Тело ощущалось отвратительно слабым. И палочки нигде не было.

— Что вам надо?! — огрызнулся Гарри. Голос охрип. И горло почему-то болело. Интересно, у него получится закричать и позвать на помощь? Мадам Помфри точно услышит, она всегда находиться неподалёку от палат.

— Мои извинения, Поттер. — скривил губы Снейп. — Мне не следовало давить на вас подобным образом. Кто знал, что вы сломаетесь так быстро? Ваше неумение сосредотачиваться…

— Убирайтесь. — отрезал Гарри и прикрыл глаза. Вот только, когда он открыл их обратно, Снейп по-прежнему оставался на стуле. — Вон! Я не желаю вас видеть!

— Жизнь крайне редко совпадает с нашими желаниями, Поттер. — усмехнулся Снейп, но всё-таки поднялся на ноги. — Наши уроки продолжаться. Каждый понедельник, до тех пор, пока вы не научитесь контролировать мысли в своей идиотской голове…

— Нет. — сказал Гарри. — Я не буду у вас ничему учиться. Как только Дамблдор узнает, что вы применили непростительное…

— Вы думаете, он об этом не знает, Поттер? — вкрадчиво уточнил Снейп. В животе у Гарри как будто образовался огромный кусок льда.

— Вы не можете…

— Я бы не советовал вам проверять границы моих возможностей. — фыркнул Снейп. — Понедельник, Поттер. Шесть часов вечера.

Оставшись один в палате Гарри молча смотрел в потолок. Тело не слушалось и болело. О том, как сильно раскалывалась его голова, легче было просто промолчать.

«Вот к чему мы пришли, профессор Дамблдор? Меня будут пытать каждую неделю. Ради всеобщего блага.»

— Нельзя раздать полицейским фото мёртвой женщины.

— Я знаю, но…

— У вас своя работа, у меня — своя.

Рид невозмутимо прибавил шагу, даже не думая отставать от Крюгера, вокруг которого как раз столпилось ещё пятеро разведчиков.
— Подумайте. Где самое удобное для Алии место? Может, в арабском квартале?

— Лучше начать с изучения личности Саммерса. — вставил своё слово Рид.

— Как хотите. Но Алию могут скоро убить на глазах у детей. Это вас не смущает? Всё ясно. — обернулся Крюгер. И снова обратился к разведчикам. — Продолжим.

— Саммерс был одержим безопасностью… — настойчиво начал Рид.

— Как и все здесь. — отрезал Крюгер.

— Его не волновали деньги, он не хотел иметь семью, думал только о работе, он был властным!

— Одиночка вне общества. — нахмурился Крюгер.

— Но в среде которой он мог управлять.

— Значит, он мог отвезти Алию туда, где мог все контролировать и куда только он имел доступ. — Крюгер сделал паузу.

— Но с другой стороны… — продолжил Рид.

— Достаточно. — скомандовал Крюгер. — Изучите район, где находилась квартира Саммерса. Нас интересуют промышленные объекты и склады.

Разведчики кивнули и рассредоточились по своим местам. Крюгер снова обернулся к Риду, неожиданно добавив. — А вы молодец. Спасибо.

Рид проследил за тем, как субъект возвращается за свой стол и про себя вздохнул. Теперь нужно попробовать разговорить Хопкинс. Кроме того…

— Гарсия, ты можешь кое с чем помочь?

— Заказывай, сладкий, для тебя всё самое лучшее.

— Гарсия? — поторопил Рид.

— Нашла! — торжествующе улыбнулась она. — Наша дамочка лишена опеки над детьми. Сразу после этого были длинные сессии у психотерапевта и несколько дальних поездок посреди рабочего месяца. Есть чеки из ресторанов, отель в Турции на две недели во время отпуска, и угадай кто отправился по чистой случайности в тот же город, куда она поехала?

— Спасибо. Я знаю, что делать. — отключился Рид.

— Что? — потянулась Гарсия, почувствовав на себе пристальный взгляд. — Тебе не нравится, как я работаю?

— Совсем наоборот. — улыбнулся Гарри. — Я думаю, что ты потрясающая, Гарсия!

— Спасибо! — смутилась Гарсия и снова перевела взгляд на монитор. — Попробуем ещё раз? Вдруг удастся узнать что-то интересное.

— Давай. — кивнул Гарри, и снова подтянул к себе папку с документами.

— Насколько тяжело женщине вашего склада было адаптироваться к работе в ЦРУ?

— Ближе к делу, агент. — без интереса поторопила его Хопкинс и встала из-за стола. Рид без смущения последовал за ней.

— Вы разведены, лишены опеки над детьми. Подобное эмоциональное состояние…

— Это допрос?

— Беседа.

— Прочтите моё досье.

— Прочёл. Во время операции в Европе вас взяли в заложницы.

— Я получила помощь психолога.

— Не помогло, учитывая, что сразу после этого рухнул ваш брак. Скажите, полёты в Турцию позволяют вам сохранять стабильный контроль над эмоциями или вы просто компенсируете таким образом стресс? Всплеск дофамина, адреналина, вся эта секретность…

— Зачем вы мне всё это говорите?! — Хопкинс почти закричала на Рида. И только тут заметила, что в комнате стало тихо. Все присутствующие пристально наблюдали за происходящим. Даже Блэк застыл в дверях вместе с Гидеоном.

— Я лишь хочу сказать, что после такого потрясения, как плен, можно пойти против своей страны… — продолжил Рид.

— Какого потрясения?!

— Избиения, изнасилования, угрозы, бессонница после этого. В вашем личном деле ведь не указано, через сколько испытаний вы прошли.

— Хватит! Это нарушение прав человека! — подошёл Крюгер.

— Не вмешивайтесь! — приказал Хокс. — Пока мы не найдем предателя и Алию, любые права отменяются!

Крюгер сжал челюсть и остановился в паре шагов от Рида. Рид намеренно не обратил на него внимания, повернувшись к Хопкинс.

— Где вы были в ночь убийства Саммерса? — прямо спросил он. Заметил расширившиеся зрачки, сбившийся пульс…

— Она была со мной. В своей квартире. — Крюгер с вызовом вздёрнул подбородок. Градус напряжения в комнате сместился.

— Насколько я помню, вы женатый человек. В конце концов, вы должны были уйти. — озвучил Гидеон. — Оливия, вы проснулись в пустой постели?

— Да. Одна. — процедила Хопкинс.

— Моя жена подтвердит, что я вернулся в половину второго. Если хотите арестовать нас за роман, пожалуйста. — проговорил Крюгер, посмотрев прямо в глаза Бруно Хокса.

— С вами я разберусь потом. — пообещал он, прежде чем скрыться в своём кабинете.

— Беседа окончена, доктор Рид? — язвительно поинтересовалась Хопкинс.

Рид не обиделся, только кивнул и посторонился, когда она пролетела мимо него. Крюгер пошёл следом.

— Оливия.

— Не надо! — отмахнулась она и вышла за дверь.

— Рид молодец. — прокомментировал Гидеон, снова зажимая кнопку перемотки на пульте. — Сейчас мы намного ближе к поимке субъекта, чем десять минут назад. Он дал нам подсказку.

— Какую? — заинтересовался Сириус.

— Саммерс действительно был властным. Он подозревал в предательстве одного из своих боссов, и хотел узнать, кто это, прежде чем вывезти Алию.

— И что это нам…? — начал Сириус и поперхнулся глотком воды. В машине Саммерса на заднем сиденье сидела женщина в обнимку с двумя детьми.

— Власть. Контроль. Ум. — пробормотал Гидеон. — Он пытался что-то рассказать мне. Гарсия!

— Да, босс?

— Сосредоточься на интервью Саммерса. Записывай все, что он говорит. И пришли мне в печатном виде.

— Хорошо!

***

— Что случилось? Скачок напряжения? — уточнил Гарри, когда монитор ноутбука внезапно погас, как и остальные.

— Мы от аккумулятора. И лампочка горит. — напомнила Гарсия, зажимая и удерживая кнопку питания. — Кто-то обрубил концы. Данные наверняка сохраняться, кроме запросов и файлов, которые открывали последние десять минут. Я попробую сделать процедуру восстановления и посмотреть, в какой именно части здания это произошло, но скорее всего…

— Кто-то запустил вирус? — закончил Гарри, уловив ход её мыслей. Пока что он не так хорошо разбирался в компьютерах, но звучала вся эта ситуация паршиво. На столе завибрировал мобильник, Гарсия ответила, ухом прижав его к плечу.

— Поняла. Уже работаю. — откликнулась она и положила трубку. Выглядела она хмурой и напряжённой.

— Что? — спросил Гарри. — Гарсия, в чём дело?

— В здании убили ещё одного агента. Хотч нашёл труп Оливии Хопкинс со свёрнутой шеей за компьютером, в одном из помещений. Вполне возможно, она нашла предателя за миг до своей смерти.

— Ты сможешь…

— Да. Я больше не позволю никого убить в этом здании, даже если придется перевернуть архивы ЦРУ вверх дном. Пока я этим занимаюсь, просмотри реплики Саммерса. Может быть, тебе удастся разгадать загадку.

— Президенты приходят и уходят. Остаются люди, которые управляют президентами. — тон Саммера был уставшим, но всё таким же собранным, несмотря
на то, что 3 часа встречи практически подошли к концу.

— Такие, как вы. — посмотрел на него Гидеон.

— Как я? Нет. — хрипло хохотнул Саммер. — Я — пешка. Меня могут заменить другой такой же, но в игре я поумнел.

— В игре? Что за игра?

— Морской бой. Я — корабль. Меня хотят потопить.

— Как вы боретесь?

— Герметизирую отсеки. Запечатываю все ячейки моей жизни.

— Получается? — улыбнулся Гидеон.

— Если один из отсеков даст течь, в другие вода не проникнет. И я останусь на плаву.

— А если ударит снаряд?

— У меня есть ящик, куда я сложил самое ценное. Он — моя страховка.

— Отчего?

— От внезапной смерти. Я прячу её от псевдодрузей.

***
Гарри остановил запись и нахмурился. Нашел чистый лист бумаги, щелкнул ручкой, остановился.

— Гарсия.

— Да?

— Скажи, квартира Джона Саммерса находиться случайно не рядом с портом Лондона?

— Вроде бы неподалёку, а что?

— Позвони Гидеону.

Гарсия кивнула и нажала несколько клавиш.

— Гидеон. Кажется, Гарри хочет вам что-то сказать.

У Гарри внезапно пересохло в горле под пристальным взглядом агентов и Сириуса, но он заставил себя выпрямиться.

— Саммерс был одним из лучших агентов, он слишком хитёр для того, чтобы его просто так поймали. Но я думаю, он знал, что идёт запись. Я думаю, что вас с ним снимал предатель, как и остальных агентов, с которыми вы разговаривали, чтобы отвести внимание конкретно от Саммерса.

— Это знают все и улыбаются в кадр. Что-то ещё? — спокойно спросил Гидеон.

— Таймкод на 38.5, во второй части интервью. Морской бой. Он пытался сказать вам о предателе, о том, что ему приходится герметизировать отсеки. Спрятать самое важное в отдельный контейнер.

— Его прикрытием в Аравии была работа в порту! — вмешался Сириус, зашелестев бумагами.

— Он намекал, как найти Алию! — подскочил со своего места Гарри.

— Контейнер — это большой ящик! — защелкала клавиатурой Гарсия. — Держу пари, в порту Лондона просто целая куча контейнеров!

— Нужно взять ближайший радиус от его квартиры. — быстро добавил Гарри. — Он всё контролировал. И не стал бы рисковать, размещая всё «самое важное» слишком далеко.

— Гарсия? — вмешался Хотчнер, когда она внезапно застыла и нервно прикусила губу.- Что происходит?

— В систему снова кто-то влез! Не могу ничего сделать! — в панике заключила она, Гарри нахмурился.

— Мы узнали, где Алия. Но об этом узнал и предатель. — констатировал Хотчнер, повернув голову к выходу из комнаты.

— Значит, пора действовать. — решил Гидеон. — Организуйте вертолёты и тепловой сенсор. Морган, ты возьмешь с собой Санчес в составе второй группы. Мистер Блэк тоже пойдет с вами, его навыки могут пригодиться. Хотч, Рид, действуем согласно плану, вы остаётесь здесь. Гарри…

— Да, сэр?

— Ты молодец.

— Мы не можем арестовать Хасана. Надо заняться им внутри ЦРУ. — проговорил Бруно Хокс, не отводя напряжённого взгляда от экрана.

— Как объяснить это властям Аравии? — спросил Гидеон.

— Что объяснять? Официально ничего не было! — обернулся Хокс.

— Нужно спасти Алию и её детей. Что делать с Хасаном — подумаем потом.

— Морган! — проговорил в наушник Рид, регулируя изображение на мониторе. — Они прямо перед тобой!

***

— Мы агенты ФБР! Отпустите женщину! И бросьте пистолет! — приказал Морган и прицелился ублюдку в лоб. — Я сказал — бросьте пистолет!

Избавившись от железной хватки мужа, Алия тут же бросилась к сжавшимся в тёмном углу контейнера детям и сгребла их в объятья, медленно продвигаясь к выходу.

Хасан медленно положил пистолет под ноги, самодовольно усмехнулся, сохраняя пренебрежительное спокойствие.

— У меня дипломатическая неприкосновенность.

Морган издал отрицательный звук.

— Ошибаетесь. Этот контейнер ещё не прошёл таможню. Официально вы не находитесь на территории Англии. Саммерс был умным.

— Точно. Бросай оружие. — велела Джина Санчес, переместившись Моргану за спину и прижав дуло собственного пистолета к его затылку.

***

— Морган! Что происходит? — спросил Гидеон, не сводя пристального взгляда с монитора, где «тёплые» силуэты медленно покидали контейнер. — Морган?

— Ты уверен, что предатель не Джина? — переспросил Хокс, обернувшись к нему.

— Морган, в чем дело? — повторил Гидеон.

— Чрезвычайная ситуация.

— Джина, не делай этого. — начал Гидеон.

— Вашим приказам я не подчиняюсь! Бруно, что мне делать?
— Закройте детям глаза! — послышался голос Моргана за шумом работающих лопастей вертолёта.

— Бруно! — повторила Джина.

— Ты знаешь, что делать. — проговорил Хокс.

— Ты не отдашь приказ. — вмешался Гидеон. — Джина, не надо.

— Я сразу сказал, что это наше внутреннее дело, Джейсон.

— Джина, чего ты ждёшь?! — отвернулся к монитору Хокс.

— Приказа.

— Прикончи его! — приказал Хокс.

— Не смей! — перебил Гидеон.

— Ты прервёшь видеозапись, Бруно, да?

— Конечно, прервите запись. — не поворачивая головы, приказал Хокс. — Прервите!

Монитор погас, раздался четырёхкратный выстрел, в отделе установилась оглушительная тишина, которую через пару минут разорвал одинокий звук телефонного звонка. Затем ещё одного. И ещё.

Рид сжал губы в тонкую полоску, внимательно наблюдая за Гидеоном. Если только они ошиблись, это стоило многих жизней.

— Спасибо тебе за помощь, друг. — повернулся Хокс.

— Почему? Почему ты предал всё, во что верил? — отозвался Гидеон.

— Ты о чём?

— Хотч спросил каково тебе после потери коллег. Нормальный человек ответил бы, что чувствует вину.

— Как ты блестяще вычислил, предатель Крюгер. — пожал плечами Хокс.

Крюгер встал из-за стола, и протянул бывшему начальнику записку.

«Мы знаем, что предатель не вы, а Бруно»

— Смешно. Нелепо. — отреагировал Хокс, убирая записку во внутренний карман пиджака.

— Нелепа твоя уверенность в том, что тебе всё сойдет с рук. — спокойно сказал Гидеон.

— Прости, но так как Хасан мёртв, у тебя нет доказательств..
***
— Ну вы ребята меня напугали. — проговорил Сириус, продолжая прижимать ублюдка к земле и фиксируя его руки за спиной наручниками. К счастью, этому предателю не удалось от него сбежать. В конце концов, как сбежать от того, о присутствии которого ты и не подозреваешь?

— Мне помогла вера Гидеона в меня. — прокомментировала Санчес. — Вот я и не сомневалась.

— По какой причине Бруно всё-таки приказал убить его? — поинтересовался Сириус и толкнул арестованного вперёд, без усилий удерживая его одной рукой. — Много знал?

— По той же причине, по которой они вдвоём убили Саммерса. — отозвался Морган. — Они спасали себя. Гидеон был прав.

— Похоже. — кивнула Джина, бросив долгий взгляд на Моргана. Сириус по-собачьи фыркнул на такое явное проявление симпатии и пошёл вперёд, одной рукой прислонив телефон к уху.

— Привет, солнышко! Передашь тому жуткому доктору Риду хорошие новости?

Морган закатил глаза и рванул вперёд, зарычав двигателем.

— Всё прошло хорошо? — прокомментировал Гидеон, пока Эмили разворачивала машину.

— Более чем. — отозвалась она. — Мальчика утвердили.

— А Блэк? — с интересом спросил Хотчнер.

— Не в штате. Он менее стабилен. Но мы будем держать с ним связь.

— Хорошо. — вздохнул Хотчнер. — Будем надеятся, спасение магической Британии пройдет также тихо.

— Они ни о чём не догадаются, как всегда… Поехали. — скомандовал Гидеон

Гарри аппарировал вместе с Сириусом обратно в переулок на площади Гриммо в довольно странном настроении. Он был доволен, что этот день закончился хорошо, рад спасти женщину и двоих детей от ужасной участи, и одновременно с этим ему теперь всё меньше хотелось тратить время на возвращение в Хогвартс, к Амбридж, Дамблдору и подготовке к экзаменам.

Гарри крепко сжал мобильник в кармане и бесшумно поднялся в комнату Регулуса Блэка. Не раздеваясь, так и упал на постель. Открыл телефон. Улыбнулся совместному фото с Гарсией на заставке.

«Надо будет ей позвонить. Сириус говорил, что связь на заднем дворе работает.» — подумал он и незаметно для себя заснул, даже не проснувшись, когда миссис Уизли звала всех на ужин.

Эмили кивнула и начала развешивать на доске фотографии. Сириус погасил улыбку и опустился на стул, задумчиво прищурившись.

— Члены антитеррористической группы ЦРУ заняты спасением одного из своих информаторов. Они подозревают, что среди них есть предатель, вся группа под колпаком. — кратко описала она суть происходящего.

— Составим портрет предателя. Начнем. — поднялся на ноги Гидеон. — На фото — погибший агент Джон Саммерс, был одним из лучших долгие годы. Его труп был найден в его доме, ЦРУ имитировало самоубийство.

— Твоя семья здорово зла на тебя за то, что ты не пришёл на похороны. — первым пришёл в себя Сириус, сделав солидный глоток из кружки. Гарри запоздало закрыл рот, бросив взгляд по сторонам. На них по-прежнему никто не обращал внимания.

— Это их проблема, не моя. — отрезал Перси холодным голосом. — Они злятся на меня с тех пор, как я начал работать на Министерство.

— Ты имеешь ввиду ФБР? — не выдержал Гарри. И тут же сгорбился под пристальным взглядом.

— Интерпол, ФБР, Министерство… Как ни назови, они этого никогда не одобряли. — более спокойным тоном ответил Перси, сделал долгий глоток из кружки и вздохнул полной грудью. — В конце концов, я перестал спорить. И просто ушёл.

— Что вы сказали? — поплотнее запахнул домашний халат Сириус. Не помогло. Могильный холод беспрепятственно пополз по позвоночнику, заставляя покрепче сжать пальцы.

— Мне очень жаль. Но это правда. Я прошу тебя приютить Молли с детьми и Гарри на все каникулы, чтобы мы могли без помех организовать похороны. — скорбный голос Дамблдора доходил до Сириуса как сквозь толщу воды, а потом в его груди что-то неистово разгорелось.

— По словам Снейпа Пожиратели не были готовы к прямому столкновению. И что теперь?! Вы продолжите ему доверять?!

— Артура укусила змея. К сожалению, мы не могли подобного предусмотреть. Когда Финеас нашел тело, я сразу же отправил Северуса с противоядием, но было слишком поздно.

— Змея Темного Лорда! Разве этого недостаточно, чтобы признать, что на нас нападают?! Пора действовать! Проникнуть в Отдел тайн и умыкнуть это оружие, пока ещё возможно! Иначе получается, что Артур погиб зря!

— Нет. Мы не можем этого сделать и нарушить план! Разговор окончен!

Сириус в бессильной ярости наблюдал, как Дамблдор направляется обратно к камину с просто неслыханным хладнокровием.
— Скажите, Альбус, сколько хороших людей должны погибнуть, прежде чем вы хотя бы скажете, в чём состоит ваш план?

— Артур прекрасно знал, на что шёл, когда вступил в Орден. — не оборачиваясь, ответил Дамблдор. Что-то в его голосе дрогнуло, разозлив Сириуса ещё больше.

— Скажите это в глаза его жене и детям.

Ответа не последовало. Пламя в камине на короткую секунду вспыхнуло зелёным, прежде чем гостиная снова погрузилась во мрак. Сириус развернулся и вышел через заднюю дверь, по щиколотку провалившись в снег босыми ногами. Холод электрическим разрядом прошёл по телу, Сириус захлопнул дверь, мобильник-раскладушка распахнулся с тихим щелчком.

«Эти чёртовы гудки длятся целую вечность! Давай же!»

— Да?

— Эмили. У нас проблемы.

Тело Артура доставил Снейп в невзрачном черном мешке. Зачарованные лопаты бесконечно долго вгрызались в мёрзлую землю. Тело медленно поплыло по воздуху.

«Это будто и не он. На самом деле, не он.» — задумался Сириус, вглядываясь в лицо друга. Слишком много морщин. Седина на висках, круги под глазами. Жуткая, нереальная картина.

Тем не менее, Артура Уизли уложили в яму. Лопаты заработали снова, забрасывая комья земли внутрь. С тяжелых, нависающих облаков начал падать снег крупными, холодными хлопьями. Где-то справа послышались рыдания Молли и какой-то невнятный звук, будто кто-то старался сдержать вдох и одновременно взвыть. Сириус выдохнул носом и положил ладонь Гарри на плечо.

Гарри вздрогнул: горе неумолимо гнуло его к земле, по лицу текли молчаливые слезы, которые он безуспешно пытался скрыть. Наконец, лопаты с безжизненным стуком упали на землю. Сириус моргнул и огляделся. Запущенный огород Уизли, скрытый под снегом и одна, безымянная могила, об обитателе которой будут знать только самые близкие.

«Артур заслуживает большего» — подумал он. Крепко сжал плечо крестника, переместившись обратно в особняк на площади Гриммо. Скоро рядом с ними появились остальные и разбрелись кто-куда.

Сириус потёр шею и со вздохом взмахом руки призвал из бара бутылку огневиски и пару стопок. В янтарной жидкости мелькнул синий отблеск, свою стопку он опустошил первой. Напиток обжёг горло, но тяжёлый холод в груди, конечно, никуда не делся.

— Выпей. Это помогает.

— Лучше чем шоколад?

«Хороший знак.» — подумал Сириус, усмехнулся и наполнил их стопки заново, когда Гарри согнулся в приступе кашля. Напиток оказался слишком крепким.

— С определённого возраста, пожалуй, да. — проговорил он вслух.

Они снова выпили и на какое-то время снова замолчали. Честно говоря, Сириус ожидал рыданий или истерики, но не было ни того, ни другого. Поэтому он просто был рядом, снова наполняя стопки.

— Почему всегда так? — нарушил молчание Гарри.

— Так?

— Погибают только хорошие люди. А тот же Воландеморт живет, дышит, продолжает строить планы! Это несправедливо!

— Верно. Несправедливо. — огневиски обжёг горло, Сириус уселся на стол. — Но справедливость — это не то, что мы можем контролировать. В наших силах только нести ответственность за наши собственные решения и их последствия. Артур рисковал, вступая в Орден, как и все мы. Смерть — то, с чем нам придётся смириться, если мы не хотим уподобляться Воландеморту.

Гарри кивнул, ещё больше ссутулившись и нервно перебирая стопку кончиками бледных пальцев.

— Я никогда не хотел, чтобы кто-то погиб из-за меня.

— Это не из-за тебя. — строго нахмурился Сириус. — Не ты убил Артура Уизли.
— Если бы не я, этого всего бы не было! Если бы я был сильнее в прошлом году и не позволил взять мою кровь, Воландеморт не обрёл тела! Если бы не я, Воландеморту не нужно было бы оружие в Отделе Тайн, и мистер Уизли. не оказался бы там!

«Наконец-то! Истерика. Хотя бы с этим я знаю, что делать.» — мысль мелькнула и погасла, Сириус полностью переключил внимание на крестника.

Комната задрожала, стопка в руках Гарри лопнула, разлетевшись осколками, воздух будто загустел и потеплел от количества магии. Сириус опустился на колени и притянул крестника в объятья, шепотом проговаривая какую-то успокаивающую белиберду. Он даже не следил за тем, что конкретно говорил, только продолжал перебирать непослушные темные волосы и прижимать Гарри к себе.

Алкоголь сделал своё дело. Сдерживаемые эмоции лавиной вырвались наружу, Гарри рыдал взахлёб, вздрагивая всем телом и отчаянно прижимаясь к груди… Взрослого. Впервые за всю свою жизнь, скорее всего.

После посещения дома номер четыре, Сириус до сих пор злился на Петунью. Неужели это было так много? Любовь и поддержка для сироты, который был и остается твоей кровью! Не важно, какие у тебя отношения с сестрой, но это ведь ребёнок, который не должен отвечать за чужие грехи. Впрочем, прямо сейчас это было не важно.

Гарри продолжал плакать до того момента, пока не начал икать, жадно проглотил предложенный Сириусом стакан воды, принял платок, высморкался и затих, не делая попыток выбраться из объятий. В конце концов, Сириус без усилий подхватил его на руки и добрался до небольшого кожаного дивана перед камином. Щелкнул пальцами. Желтое пламя вспыхнуло, создавая тёплый полукруг света. Гарри повернул голову и уставился в огонь.

— Извини. — через пару минут молчания прошептал он пристыжено. — Я не должен вести себя так…

— О чем ты говоришь? Ты не должен извиняться за свои эмоции. — строго заметил Сириус. — Я тоже плакал, когда погибли Лили и Джеймс. Долгими ночами. Плакать — это всё, что я мог.

— А к этому привыкаешь? Когда-нибудь.

— Боль останется. Со временем она станет не такой острой. И ты научишься с этим справляться.

— А твои родители?

— А что с ними?

— Ну, они ведь тоже умерли. По ним ты плакал?

Сириус честно наморщил лоб, попытавшись вспомнить. Попытка оказалась провальной.
— Не думаю, что это так. У нас… Были довольно сложные отношения. Отец умер первым от драконьей оспы, тогда я уже сбежал из дома и оборвал все контакты с семьей. Матушка умерла годы спустя, я к тому времени был уже в Азкабане и мало вспоминал её.

— И твой брат.

— Да. В его случае мы даже тела не похоронили. — неловко ответил Сириус. По всему получалось, что родственник из него хуёвый. Оставалось надеяться, что крёстный из него в итоге выйдет лучше, чем сын или брат.

— Ты не жалеешь, что всё так сложилось? Если бы ты мог вернутся, всё исправить…

— Сомневаюсь, что это возможно. Моя семья… Даже если бы я попытался наладить контакты, в итоге всё равно бы попыталась сломать меня и перестроить под себя. А в таком случае, кто знает? Может, бегал бы сейчас с Тёмной меткой на предплечье, и был правой рукой Воландеморта, как обо мне говорят.

— Ну нет… Ты бы не стал. — убеждённо сказал Гарри, вызвав у Сириуса усмешку.

«Этот парень верит в меня больше, чем я сам. Я не имею права его подвести. К слову…»

— Ты не должен взваливать на себя вину за всё, что происходит вокруг, Гарри. Это неправильно.

— Я понимаю. Но я ничего не могу с собой поделать. С самого первого курса я без конца боюсь подвергнуть друзей опасности, а мистер Уизли… Семья Уизли многое сделала для меня. Я не могу это проигнорировать.

— И не надо. Дай себе время на траур. А после… Это будет сложно, но ты должен смотреть в будущее. У тебя получится. Ты невероятный человек, Гарри. Нужно только распорядиться этой силой.

— Я бы отдал её, только бы родители были живы, а мои друзья — в безопасности.

Сириус понимающе кивнул и крепко сжал его плечо. На некоторое время они снова замолчали, слушая треск поленьев в камине.

— А они ведь где-то похоронены? Мама с папой. И что стало с домом?

— Думаю, дом остался на месте. — неуверенно сказал Сириус. — Их похоронили в Годриковой Лощине, где вы жили. Но я не был там, честно говоря.

— Я тоже. — стыдливо опустил голову Гарри. — Даже никогда об этом не спрашивал. Моя жизнь вечно какой-то кавардак. Тролли, василиски, дементоры… Как-то не было времени подумать об этом.

— Твоя мама бы этому ничуть не удивилась. — хохотнул Сириус, взмахом руки призывая бутылку и свежую пару стопок. — А Джеймс бы страшно гордился, точно говорю.
И сокрушался, что не может в этом поучаствовать, когда Лили не слышит.

— Ясно. — сказал Гарри и снова выпил, выдохнув. — Я хотел бы побывать там до того как уеду в Америку. Наверное, могилы нужно будет привести в порядок.

— Мы это сделаем. — кивнул Сириус, тщательно подавив чувство стыда, что сам до этого не додумался. — В конце концов, сейчас каникулы. Кроме того, твоя Гарсия писала, что приедет на праздники?

— Она не моя! — покраснел Гарри, потом вздохнул. — Да… Мы увидимся с ними в маггловском мире. Наверное, понадобиться много оборотного.

— А твои друзья?

— Рон и Гермиона? А что с ними?

— Ты скажешь им?

— Я думал написать письмо. Они ведь захотят пойти со мной.

— Конечно. Они ведь твои друзья.

— Вот именно! Я не хочу подвергать их опасности! На этот раз не хочу. Не переживу, если они погибнут, как мистер Уизли. — к концу тирады голос Гарри стал тише, он снова сморгнул слёзы.

— Я понимаю. — мягко проговорил Сириус. — Тебе решать. Но всё же… Честнее было бы с ними объясниться.

— Я над этим подумаю.

— Тогда ладно. — Сириус выдохнул, поднимаясь с дивана. — Пойду… Нужно организовать поминальный ужин. И собрать остальных.

— Я помогу.

Каникулы выдались достаточно тихими. Уизли были в трауре, Гермиона несколько дней спустя после Рождества отбыла к родителям. Гарри чувствовал себя виноватым, хотя и понимал, что ничего не сможет поделать со всей этой ситуацией. Не сейчас.

«Говорить о будущем, как минимум, недальновидно. Рону не до того, Гермиона может сказать Дамблдору раньше времени. В конце концов, сколько раз она раскрывала мои секреты, думая, что действует по-дружески? Сириус не согласен, но, по крайней мере, точно поддержит меня.»

Как бы Гарри ни хотелось доверять друзьям, сейчас он просто не мог этого сделать. Может быть, позже. Только почему от этой мысли у него болезненно сжималось сердце? Снаружи падал снег. Бросив взгляд на часы, Гарри решил собраться. Ещё довольно рано, но это всё же лучше, чем просто сидеть в этой тишине.

Сириус уже ждал его у задней двери, небрежно прислонившись к дверному косяку. Легенду им обеспечит эльф, если вдруг кто-то из обитателей дома станет их искать. Эмили сказала, что их «связной» между отделами будет ждать в «Дырявом котле», чтобы проводить до места встречи в маггловском мире. Так будет гораздо безопаснее.

«Наверное, ещё один агент. Может, Рид, о котором она упоминала? По описанию Гарсии он чем-то похож на Гермиону, только не читает нотации.»

Гарри поглубже натянул капюшон. Казалось, прошла целая жизнь с тех пор, как Гарсия и Морган спасли его! Снова увидеть её? Мерлин! Одна только мысль об этом заставляла сжаться горло от волнения. Таких эмоций Гарри не испытывал даже перед свиданиями.

В неприметном переулке за домом Сириус положил руку Гарри на плечо, и обоих с негромким хлопком протянуло через пространство. Задний двор «Дырявого котла» Гарри узнал без особого труда. Разве что…

«Стена раньше казалась выше.» — усмехнулся он про себя, следом за крёстным погружаясь в полумрак бара. В воздухе витал сизый табачный дым, заставляя щурить глаза. Народу было битком, люди входили и выходили каждую пару минут. Пахло деревом, едой и кислым алкоголем.

— Я же говорил. Никому и дела нет. — хрипло хохотнул Сириус. — Нет ничего проще, чем спрятаться в толпе.

— Прекрасно. Как думаешь, кто из них связной? — торопливо прошептал Гарри. Ему было не так-то просто справиться с нервами. А что, если их заметят? Сириуса тогда точно отправят обратно в Азкабан!
— Идём. — уверенно потянул его Сириус, вырывая из жуткий мыслей в реальность. Открылась и закрылась входная дверь, холодный ветер хлопнул Гарри по спине, заставляя ускорить шаг. Левый столик в углу, практически у самой двери действительно был занят высоким молодым человеком, лицо которого было также прикрыто капюшоном. Сириус усадил Гарри, не говоря ни слова, развернулся к барной стойке лицом и левитировал на столик три литровых кружки тёмного пива.

Гарри в принципе был не против, но сейчас его мысли были заняты отнюдь не выпивкой. Человек напротив погасил небольшую, круглую трубку, выпустив перед собой тонкую струю дыма и взмахом палочки возвел вокруг них купол конфиденциальности, прежде чем развернуться на свет.

— Перси?! — севшим шёпотом поразился Гарри.

— Что это за удивлённый тон? — с сарказмом отозвался Уизли, с вызовом приподнимая брови. Его облик больше ничем не походил на школьного старосту. Волосы на голове остриженные под полубокс, щетина покрывающая подбородок и никаких очков. Да и пепел из трубки он вытряхнул явно привычным движением. Изменилась даже осанка, в движениях появилась плавность хищника перед броском.

Лондон встретил его серым небом, холодным ветром и покрытым льдом асфальтом. Идти приходилось осторожно. В этот раз, подражая магглом, Сириус решил воспользоваться электричкой. Народу было порядочно, так что он поспешил занять место поближе к выходу.

Петунья… Сказать честно, она никогда не производила особо впечатления очень приятной особы. Даже Лили так и не смогла с ней поладить годы спустя после окончания Хогвартса. Вернон Дурсль и вовсе Сириусу запомнился смутно: тучный, невзрачный мужчина со слишком вспыльчивым характером. Помнится, они даже подрались на свадебной церемонии из-за безобидной шутки с ирисками, меняющими цвет кожи, и волшебным фейерверком в фонтане. Лили потом три недели обижалась на них с Джеймсом: «вы не должны были портить свадьбу моей сестры!»

Сириус фыркнул собственным воспоминаниям, не отлипая лбом от холодного окна. Ближе к пригороду из-за туч неохотно выглянуло солнце, со временем городской пейзаж сменили одинаковые, будто с открытки, дома. Почти на месте.

Дом №4 на Тисовой улице ничуть не изменился за те несколько лет, что Сириус тут не был. Правда, ослепшие пустые окна подсказали, что хозяева отсутствуют. Ещё раз убедившись, что за ним никто не наблюдает, Сириус направился к задней двери. Открыть ее не составило особого труда. Покалывание на затылке подсказало, что
действие оборотного зелья закончилось. Что ж, оно и к лучшему. Очки заблаговременно отправились во внутренний карман куртки, по соседству с ещё одним флакончиком оборотного на обратный путь.

От нечего делать Сириус заглянул в каждую комнату. Хмыкнул на стерильно чистую кухню, осмотрел гостиную. Настроение немного испортилось.

«Ни одного фото Гарри. Такое впечатление, будто тут живёт один ребёнок. Это странно. Даже у меня с семьёй есть фотографии, невзирая на то, что мы с матушкой могли проклинать друг друга по три раза на дню. Нужно будет расспросить Петунью.»

С этими мыслями Сириус поднялся на второй этаж. Тут обнаружилось куда больше дверей. Безошибочно и безо всякого интереса он определил супружескую спальню в персиковых тонах, ещё одну комнату, вероятно, гостевую. За следующей дверью оказалась подростковая спальня. Сириус сначала предположил, что это комната Гарри, но быстро понял, что ошибся.

«Гарри говорил, что у него нет компьютера. Да и одежда явно не его размера. Комната кузена.» — под ногой что-то зашелестело, Сириус небрежно пнул пустую пачку из-под чипсов, ещё раз скользнул взглядом по коллекции дисков с играми и нескольких фигурок супергероев, вышел. За следующей дверью оказалась какая-то кладовка с поломанными игрушками и старыми вещами.

Остановившись перед последней дверью в конце коридора, Сириус застыл, почувствовав, как ярость ледяной хваткой сжимает горло. Замки. Замки с внешней стороны двери, небольшая прорезь ближе к полу, достаточная, чтобы протолкнуть внутрь поднос с едой. Как какому-то…

Пинком открыв дверь, Сириус порывисто сделал несколько шагов вперёд. Остановился. Прошло несколько добрых минут, в течение которых ему пришлось глубоко дышать, лишь бы сдержать собственную ярость под контролем. На окнах виднелись пазы для решёток. Решётки. На окнах. У ребенка! В доме, где его должны были воспитывать в любви и заботе по словам Дамблдора!

Сириус открыл платяной шкаф, нахмурился на старые выцветшие рубашки и мешковатые джинсы на несколько размеров больше необходимого. Это одежда явно принадлежала кузену, но никак не Гарри.

Никаких книг. Игрушек. Элементарной настольной лампы и предметов для письма, вроде мелкой канцелярии. Плакатов на стенах. Ни-че-го. Кстати о стенах… Сириус вытянул руку, недоверчиво коснулся поверхности пальцами. Импровизированно зачеркнутые палочки римских цифр, вырезанные в стене чем-то острым, возможно, перочинным ножом. Самодельный календарь.

Кровь застучала в ушах. Сириус с трудом сглотнул желчь в горле, отогнав видение собственной камеры. С точно такими же отметками. Из оцепенения его вывел звук подъезжающего автомобиля. Сириус резко развернулся и поспешил вниз.

«Петунье придётся отвечать на вопросы, хочет она того или нет!»

Спуск с лестницы по собственным ощущениям длился бесконечные секунды, за это время в охваченном злостью разуме пролетело миллион вариантов приветствий, но этого не потребовалось. Только увидев Сириуса, Петунья побледнела и закричала, в панике отступая ко входной двери. Из кухни выскочил Вернон наперевес с какой-то скалкой и застыл, увидев палочку в руке Сириуса.

— Я… Я думаю, нам нужно поговорить. — нарушил наступившую тишину нервный Дадли. Хоть он и не выглядел таким испуганным, как родители. — Если только вы не собираетесь накладывать на нас проклятье… Мистер Блэк?

Петунья бросила дикий взгляд на сына, после чего снова перевела глаза на Сириуса. Вернон издал непонятный звук, но опустил скалку, медленно направившись к жене.

— Поверь мне, парень, мне сейчас ничего так сильно не хочется, как хорошенько проклясть вас всех. — процедил Сириус. — Но ты прав. Нам нужно поговорить. Садитесь.

Дурсли протиснулись к собственному дивану боком, Дадли медленно опустился в кресло в углу и сжал подлокотники, прочистив горло:

— Вы будете говорить стоя, мистер Блэк? Я понимаю, что чай предлагать бессмысленно, но… Хотя бы сядьте.

Сириус занял другое кресло, брезгливо разглядывая Петунью. Годы не пощадили ее. Лицо за это время ощутимо осунулось и обогатилось глубокими морщинами, особенно на лбу. Неестественно длинная шея теперь выделялась ещё больше, вместе со слегка покатыми плечами. Впрочем, возможно, это от страха. Вернон Дурсль рядом и вовсе старался казаться вдвое меньше, чем на самом деле. Круглое лицо то багровело, то пепельно серело от страха. Взгляд был прикован к палочке, которую Сириус демонстративно держал на виду.

Конечно, он мог бы справиться и без неё, но к чему светить собственные возможности раньше времени? Не говоря уже о том, что оказалось неожиданно приятно держать этих мразей на прицеле.

— Почему? За что вы так с ним поступили? — наконец, выдавил из себя он, сумев хоть как-то сформулировать ту бурю эмоций, которая овладела им.

— Что это ты хочешь сказать?! — внезапно перешла в наступление Петунья. — Мы растили его в этом доме! Дали всё необходимое до того момента, пока он не пошёл в эту вашу школу.
Сириус глубоко вздохнул, сдерживая желание как следует врезать этой наглой суке по лицу.
— Да. Растили. Запирая, как зверя.

— Мы не хотели его брать! — поддержал жену Дурсль. — Он свалился к нам, как снег на голову, вместе со всей этой ненормальностью! И с тех пор от этого мальчишки были одни неприятности! Моя бы воля, я бы как следует выбил из него всю эту дурь!

— МОЛЧАТЬ! — рявкнул Сириус, вскакивая на ноги. Из палочки полетели красные искры, заставив супругов вжаться в диван от ужаса. — Вы просто чудовищны. Обойтись так с ребёнком. Никто не обязывал Вас любить его! Да любая волшебная семья в нашем мире была бы счастлива воспитывать Гарри!

— Неужели?! Так какого черта его отдали нам?! Если мы такие чудовищные! И где был ты сам все эти годы?! В тюрьме?! И после этого смеешь упрекать меня?! Такой же, как моя идиотка-сестрица, только и можешь, что самоутверждаться за чужой счёт! — Петунья сбросила руку мужа, тяжело дыша, выпрямилась. — Забирайте мальчишку! И катитесь в Преисподнюю вместе с ним! Он незаслуженно занял место в этом доме!

— Прекратите! Это неправда! — Дурсли вздрогнули и изумлённо посмотрели на сына. Дадли отвернулся от родителей к Сириусу. — Мистер Блэк… Сириус… Прошу вас, сядьте. Едва ли вы шли сюда просто поругаться. Хотя я вас понимаю. Честно.

— Дадли, это неправильно, ты вовсе не должен… — недоверчиво начал Вернон.

— Сам разберусь, большое спасибо! — с неожиданным ядом в голосе проговорил Дадли, бросив злой взгляд на отца. — Неправильно — это чулан под лестницей, отец.

— Чулан под лестницей, парень? — хрипло переспросил Сириус.

— Поверьте мне. Вы не хотите знать. А если и хотите, то… Спросите его сами. — Дадли с силой сжал переносицу, зажмурившись ненадолго. Потом вздохнул и посмотрел на Сириуса. — Вы пришли с бумагами от агентов ФБР, верно?

— ФБР? — напрягся Вернон, Петунья испуганно пискнула.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился Сириус. Из всего этого семейства Дадли выглядел подозрительно адекватным.

«Это при том, что у них с Гарри никогда не было хороших отношений. Что произошло?»

— Я разговаривал с Эмили Прентис — просто ответил Дадли, напрочь проигнорировав родителей. — После того, как они спасли нас с Гарри. Так… Что нужно сделать?

— Вам нужно подписать эти бумаги.

Невинное заклятье увеличения на стопку документов заставило Дурслей вздрогнуть. Что ж, тем лучше. Дрожащими пальцами Петунья приняла у него шариковую ручку. Некоторое время тишину нарушал только скрип и шелест бумаги.

— Не уходите ещё пару минут. — смущённо попросил Дадли. Заинтригованный Сириус кивнул и проследил за тем, как он поднимается по лестнице. Вернон и Петунья ощутимо напряглись, но глаз поднимать от документов не спешили. Дадли вернулся как раз к тому моменту, когда Сириус убирал уменьшенную папку в карман. — Полагаю, вам пора?

— Да. Мне больше ничего не нужно. — от Сириуса не укрылось, как шумно выдохнула Петунья.

— Я вас провожу. — вызвался Дадли.

До задней двери дошли молча. Сириус выпил свою порцию зелья, подождал, нацепил на нос очки. За его спиной раздался вздох.

— Ты ведь не просто так шёл сказать мне «до свидания»? — подтолкнул Сириус. В конце концов, у него было мало времени.

— Да нет, я на самом деле… — Дадли покраснел и опустил глаза. Затем быстро сунул руку в карман и протянул сжатый кулак Сириусу. — Вот. Передайте Гарри, пожалуйста. И скажите, что мне жаль. Красивым жестом, конечно, сломанного детства не вернёшь, но всё-таки… Надеюсь, он поймет.

— Рыцарь? — уточнил Сириус, с любопытством рассматривая деревянную игрушку. Копье, руки, ноги, голова — всё было подвижным и аккуратно окрашенным. Даже седло пестрело деталями, украшенное гриффиндорским львом.

— У него уже был такой… В детстве, ещё до школы. Но я на что-то разозлился и сжёг игрушку на заднем дворе. — пряча глаза от стыда прошептал Дадли. — Гарри тогда даже расплакался, когда обнаружил пропажу, я почему-то вспомнил об этом после всего, что произошло и… В смысле, это, конечно, не исправит того, каким мелким засранцем я был, но хоть что-то.

— Ты сам его сделал? — догадался Сириус.

— Ага. Я умею вырезать из дерева всякое. Успокаивает. — пояснил Дадли и всё-таки поднял глаза. — Что ж. До свидания, мистер Блэк. Вы уж простите, что так вышло.

— До свидания, Дадли. — искренне улыбнулся Сириус, пожимая протянутую руку. — Ты хороший парень. Надеюсь, эти не доставят тебе проблем.

— Они мои родители. Как-то справлюсь. — пожал массивным плечом Дадли. — Сириус!

Сириус уже вышел на задний двор и обернулся, вопросительно щурясь на фигуру в проёме.

— Как думаете, Эмили права? Мои дети действительно могут быть волшебниками, раз уж я видел тех тварей? Дементоров.

— Сложно сказать. Возможно. В конце концов, твоя мать сквиб, как и дед с бабкой. — нахмурился Сириус. — Но прямо сейчас я бы не стал волноваться об этом. Уезжайте отсюда. Проблемами стоит заниматься по мере поступления.

— Уедем. Спасибо.

Сириус ещё раз кивнул и на прощание махнул рукой, прежде чем зайти за угол и с негромким хлопком использовать портключ. Разговор получился не таким, как он ожидал. Жутко захотелось напиться.

В отличие от большинства чистокровных волшебников Сириус неплохо в нём разбирался.Ещё будучи подростком он окончил «обычную» школу с отличием. Главным образом для того, чтобы позлить матушку. Но позже у него появился мотоцикл и множество новых, интересных знакомых, так что он никогда не жалел об этом «очередном позорном решении для рода Блэк». И всё же… Сегодня он волновался. Ведь речь теперь не только о собственной судьбе.

Ещё раз оправив кожаную куртку, он вышел на улицу. Палочка осталась дома, зато в кармане притаился складной нож с достаточно острым лезвием, если вдруг кто-то решит создать проблем. Для самообороны этого достаточно. Первый десяток шагов по улице после долгого заточения в доме дался довольно тяжело. Так и тянуло вздрогнуть от пролетевшей мимо машины или смеха шумной компании с другой стороны улицы, но ведь на самом деле…

«Никто не обращает на меня никакого внимания. Никаких авроров, поста, да даже обычных полицейских!»

Отчасти Сириус был почти возмущён подобным подходом. Так-то ответственно Министерство подходит к поискам?! Такими темпами без Ордена Феникса Англия попросту обречена на поражение ещё до начала войны! Впрочем, сейчас не время для подобных мыслей.

Сириус преодолел три квартала пешком, прежде чем увидел вывеску нужного ресторана. Правый столик у окна… Сердце пропустило удар. Тёмноволосая женщина сидела там, помешивая свой кофе ложечкой. По дороге с дребезжанием пронёсся ржавый красный пикап, ненадолго скрыв её из виду. Сириус выдохнул, поспешно перешёл через дорогу.

Добрый вечер. — поздоровалась обладательница самых поразительных тёмных глаз, какие Сириус видел в своей жизни. — Спасибо, что пришли. Меня зовут Эмили Прентис.

— Сириус Блэк. — хрипло отозвался он, неловко пожимая протянутую руку и опускаясь на стул напротив. Эмили учтиво пожала его руку.

— Давайте поужинаем. И после поговорим.

— Конечно. — поспешно согласился Сириус, стараясь не слишком пялиться на свою новую знакомую. Но всё же помимо глаз он заметил красивую форму скул и небольшие ямочки на щёках, когда она улыбалась. Эмили была красивой, Безумно красивой.

«Не сейчас, псина тупая! Соберись! Ты здесь по важному делу!» — от злости и смущения Сириус сильнее сжал меню в ладони. Эмили прищурилась, наблюдая за ним поверх чашки кофе.

Было кое-что, что объединяло беженцев и преступников. Кое-что, что не менялось, даже после того, как все неприятности окажутся позади. Настороженность и недоверие. Напряжение. Эмили и сама не сразу научилась контролировать невольное желание вздрогнуть. Но, справедливости ради, ей отчасти было проще.

Сириус Блэк напротив неё был ровно таким, каким она его представляла по прочитанным письмам. И разговорам с Гарсией. И, конечно, собранной ранее информации. Пожалуй, выполнить задание будет намного проще, чем казалось ранее. Впрочем, сначала…
— Вы говорите по-арабски, Сириус?

— Как вы узнали? — распахнул глаза от изумления Блэк.

— Просто предположение. Люди вашего круга обычно получают довольно разностороннее воспитание. — улыбнулась Эмили. — Если вы не против, продолжим так? Прекрасно. Как я говорила раньше, мы с вами в силах помочь друг другу справится с проблемой.

— Воландеморта.

— Не совсем. Сперва я хотела бы поговорить о вас.

— Обо мне?

— Вы упоминали о своей невиновности. Хотите очистить своё имя?
Блэк откинулся обратно на стуле и тяжело нахмурился. Эмили отметила тень тяжелой, тоскливой пустоты в его глазах и про себя вздохнула. Люди с таким взглядом обычно долго не живут, ввязываясь в какую-то самоубийственную стычку или довольно быстро угасая под действием алкоголя и наркотиков. Положа руку на сердце, она бы могла дать ему… год. Может, полтора прежде чем что-то случится. Ещё одна причина вмешаться прямо сейчас.
— Я ценю ваше предложение… — смутился Блэк. — Но на самом деле, не думаю, что мы можем сейчас тратить время на моё оправдание. Воландеморт набирает силу. Каждый день. Он будет искать Гарри, а значит, к этой встрече нужно подготовиться. И я буду рядом, когда это случится.

— Вы уверены? — мягко спросила Эмили. - Ведь вы могли бы дать Гарри гораздо больше будучи свободным человеком.

— Я понимаю. Но уже слишком поздно. — Блэк залпом выпил свой кофе и утёр рот салфеткой. — Много лет назад я бы, не раздумывая, согласился. Но годы, проведённые в Азкабане, мне уже никто не вернёт. Сейчас нужно решать более важные проблемы. Вы ведь действительно можете ему помочь?
— Можем. — кивнула Эмили. -[i] Но это потребует много времени. И как я уже говорила…

— Он переберется в Америку. — с готовностью кивнул Сириус. - Я согласен. И приложу все усилия, чтобы помочь.

— Хорошо. Со своей стороны я обеспечу отсутствие проблем при пересечении границы и пребывании в стране. Но есть ещё кое-что…

Ну вы видели, все такое вкусное. не знаю что хвататься, то ли за торт, т ли за кулебяку :)

Оказывается Сириус разговаривает по-арабски. Почему?
Нипочему, автор так написал, а умная профайлерша догадалась, ведь есть психологический портрет Сириуса ( походу Гарри серьезно стучит в ФБР, задумайся Сириус, твой крестник всех впрудил сходу и сразу, а потом за тридцать контейнеров сладкого), и поэтому она сделала вывод. Как в этом сериале и любят, агенты тыкают пальцем в небо. ИЧСХ попадают без промаха. Правда лично, я бы последним делом заподозрил, что Сиря знает арабский, спросите его, может по-китайски может, и украинскую мову разумеет?

Если кто спросит про каноничность - вот на, каноничность в сериальной части, именно так ни и мыслят там, собирая сложные мыслительные конструкции, которые неясно на чем основаны.
Эмили видит Сириуса, и уже знает что он удручен, от отчаян, ему осталось меньше года жизни - ну конечно, ведь автор подсказывает ей, что в каноне Блэк меньше чем через год погиб. Правда он погиб не потому что отчаянно куда-т лез, А ПОТОМУ ЧТО ЛЮБИМОГО КРЕСТНИКА СПАСАЛ!!! И вся эта хрень тут не котируется, Сириус погиб не потому что смерти искал, а потому что так сложились обстоятельства, но ГХА как та глупая русалка, не понимая людей ( что они рвутся спасать близких, что под водой не дышат) чего-то от них хочет.

Перебраться в Америку, будто это чему-то поможет. Сириус должен и сам понимать. что от Волдеморта прятаться, мягко говоря проблемно выходит, ведь надо Волдеморта победить, а не прятаться от него всю жизнь. И да, я понимаю какую линию ГХА проталкивает, что маглы могут оказаться полезны, в чем-то сильнее магов, и их помощь может пригодиться. Я сам такое люблю, но вынужден признать, что в данном случае маглы пока никак себя не проявили. это раз.
Два - Волдеморта надо не понимать. его сразить надо, да так чтобы не вернулся. Тем более Дамблдор пр него и так знает достаточно.

Далее неясно, под каким соусом Гарри отправится в Америку, он не студент, про документы есть вопросы - но даже если он туда как турист попадет, как можно легализовать его там долге пребывание? Уверен, самым странным образом :)

Пр очистить имя Сириуса - наивность дамы видимо основана на родной всесильности ФБР ( хотя я в сериале видел только как они преступников находили, а потом или задерживали, или убивали. судебной части нет). Маги уже все для себя решили, без доказательств вроде показаний Петюни ничего не изменить, а их блеяние про психологию оно не то что у магов, у меня не вызовет доверия.

[q]— Да?

— Альбуса Дамблдора вы должны взять на себя. — Эмили подняла руку, обрывая возможный спор. — Даже если вы считаете, что он не станет чинить препятствий, у нас нет на это времени. Да и Министерство может создать палки в колёса. Ваша задача убедить Альбуса Дамблдора обеспечить нам поддержку. Кроме того, Гарри, насколько я поняла, находится под опекой своих тёти и дяди?
— Петунья. — подтвердил Сириус. — Но это не будет проблемой. Она согласится подписать нужные бумаги.

— Тогда с ней тоже поговорите вы. — решила Эмили, доставая из сумочки кошелек и несколько мобильников. Один из них она легким движением направила к Сириусу по поверхности стола. — Я позвоню вам завтра утром и скажу, где вы можете получить нужные бумаги.
— Я мог бы… — вмешался Блэк, бросив взгляд на банкноты на столе.

— Вы хотите сказать, что взяли с собой маггловские деньги? — с огоньками веселья в глазах уточнила Эмили. Блэк весьма забавно вспыхнул лицом, она негромко засмеялась и поднялась из-за стола. — Ещё увидимся, Сириус. Берегите себя.

— Эмили! — Блэк со скрипом повернулся на стуле, заставив её остановиться в дверях.
Да? — улыбнулась она.

— Скажите мне, почему? Почему ФБР и Интерпол решили помочь Гарри?

— Кроме того, что мы не захотели пройти мимо? — Сириус кивнул. Эмили прищурилась, хмыкнув. — Волшебники правда считают, что за ними никто не следит и не контролирует? — Блэк шокировано моргнул и уже открыл рот для очередного вопроса. Эмили остановила его взмахом руки. — Расслабьтесь, Сириус. В конце концов, что могут толкового сделать магглы, правда?

С момента встречи миновала неделя с небольшим. Лондон обзавелся солидным снежным покровом, то и дело налетал холодный ветер, будто бы дружески хлопая по плечам, а мысли Сириуса лихорадочно переключались с одного на другое. Может, этому способствовало и то, что количество членов Ордена в доме тоже возросло. Конечно, большинство из них в основном оставались только на пару часов: отоспаться после дежурства в Министерстве. И всё же…

«Как-то это бестолково. Если Воландеморту что-то нужно в Министерстве, почему просто не организовать вылазку, опередив его? Это не считая того, что никто, кроме Дамблдора и Снейпа не в курсе, что именно мы так усердно оберегаем в Отделе Тайн.» — Сириус фыркнул собственным мыслям и потянулся за сигаретой.
Подкурил от огонька волшебной палочки, откинулся на спинку стула. — «И вообще-то говоря странно, что из всего Ордена Дамблдор больше всего доверяет шпиону и Пожирателю Смерти. И требует того же от всех остальных. Но Снейп — скользкий тип, обожающий Тёмные искусства, так какого хрена, спрашивается?»

— Сколько раз я просила не курить в доме!

Возмущённый голос Молли застал его врасплох. Сириус моргнул и проследил тем, как она прошла к очагу, рассерженно разжигая пламя палочкой. Пепел с кончика сигареты устремился к полированной поверхности стола, но исчез прямо в воздухе.

— Ты правда считаешь, что я должен спрашивать разрешения в собственном доме?

— Мерлин! Мы уже это обсуждали! — Молли раздражённо упёрла руки в бока, сверля его взглядом. Впрочем, на него это не особенно подействовало. Матушка любила повторять, что Сириус уже родился без стыда и совести. — Я понимаю, что это твой дом! Но раз уж ты сам предложил его для собраний Ордена, то будь любезен думать не только о своих желаниях! Мне, например, запах табака жутко неприятен, особенно за едой, не говоря уже о том, что дети…

— В этом и проблема: ты перепутала меня с ребёнком и пытаешься воспитывать. — лениво уничтожил окурок заклятьем Сириус. — То, что я предложил свой дом Ордену в качестве штаб-квартиры, не отменяет того, что именно я остаюсь здесь хозяином. А значит, имею право делать то, что я хочу и где хочу. Доброго утра. — язвительно поклонившись, Сириус вышел из столовой, поднялся к себе и захлопнул дверь.

На самом деле, он ничего особенно не имел против семейства Уизли, но эта манера Молли командовать им, словно бы несовершеннолетним школьником, жутко раздражала. В результате это выливалось в такие вот пикировки. Поначалу это даже немного развлекало, напоминая о беззаботных школьных временах, но достаточно быстро приелось.

«Такое впечатление, будто они не воспринимают меня всерьёз. Дамблдор, разумеется, повторяет, насколько ценит мою помощь, но что с того? Молчит и скрывает он явно гораздо больше. Нужно как-то убедить его отпустить Гарри. У нас попросту нет времени на внутреннюю грызню. Кто меня поддержит? Разве что Лунатик… Наверное. Если не решит, что надежнее и безопаснее послушаться Дамблдора.

А может, им вовсе не говорить? Переправить Гарри, и дело с концом. Хотя… Не получится. Гарри захочет держать связь с друзьями. В условиях полной секретности от всех вокруг это приведет только к лишнему риску. Блядство… Джеймс бы точно что-то придумал.»

— Господа, прошу к столу.

Все взгляды скрестились на нём, в столовой воцарилась на некоторое время тишина. Только Молли фыркнула, вытерев руки о фартук, поспешив к очагу. И буркнула себе под нос что-то очень похожее на «хвастливый позёр», но Сириус учтиво «оглох» в эту самую минуту и ничего не ответил. В гостиной взревел камин.

— Ты как-то изменился, Сириус. — нарушила молчание Тонкс, пристально его разглядывая. После чего смущённо покраснела.

— Нисколько, я такой же как и был. Вина? — предложил он. И обратил внимание на ещё нескольких гостей. — Доброго вечера, Альбус. Артур.

— Здравствуй, мальчик мой. Должен сказать, ты прекрасно выглядишь сегодня.

Сириус едва сдержался, чтобы не хмыкнуть на такой двусмысленный комплимент. После того как Артур неловко сел рядом с недовольной Молли, начался ужин. Некоторое время стояла тишина, но скоро вино и обильная еда сделали своё дело, наполнив воздух оживлённым гулом разговоров. Даже Грозный Глаз расщедрился на несколько историй из своей жизни, что случалось крайне редко.
— И всё-таки сегодня ты какой-то особенно загадочный. — послышался справа голос Тонкс.

— Неужели? — улыбнулся Сириус.

— Ну, всё это… Костюм, приятный парфюм, расчесанная борода. Можно подумать, тебя кто-то подменил, хотя это невозможно.

— Я действительно так плох, что приличный внешний вид производит такое впечатление? — эта мысль его даже развеселила.

— Вовсе не это я имела ввиду. — надулась Тонкс, повернувшись. Её ладонь задела кубок, белая скатерть окрасилась кровавым пятном. — Ох. Извини.

— Пустяки. — спокойно отозвался Сириус. Кубок снова наполнился вином, а пятно исчезло. — Между прочим, я давно хотел у тебя кое-что спросить.

— Что?

— Почему ты прячешься?

— Прячусь? Ничего я не прячусь!

— Перестань. Ты ведь понимаешь, что я имею ввиду. — многозначительно хмыкнул Сириус и с удовольствием сделал долгий глоток. Приятный терпкий вкус и аромат фруктов остался на губах. — Рост, черты лица, волосы… По какой-то причине ты всё это прячешь.

— Я просто пользуюсь своим даром. Не выдумывай лишнего.

— Твой дар разве годится только на это? Цвет волос менять по настроению?

— А тебе вдруг что за дело? Не нравится, как я выгляжу? Так это…

— Неправда. Я ничего не имею против твоего стиля. — возразил Сириус.

— Тогда в чём дело? — нахмурилась Тонкс. — К чему этот допрос?

— Просто интересно. Ты никогда не думала, что твой дар годится для чего-то большего? Неужели ни разу не хотелось испытать свои возможности?

— Испытать для чего?

— Мало ли. — Сириус осушил кубок, лениво прошёлся взглядом по присутствующим. Снейп оказался в самом тёмном углу.

— Считаешь, я могла бы стать шпионкой? — скептически уточнила Тонкс без особого труда разгадав намёк.
— А что, нет? Стоит только постараться. Тебе ведь никакие зелья и чары не нужны. Кроме того…

— Что?

— Андромеда наверняка была бы рада видеть тебя чаще.

— Я не похожа не на неё. — скисла Тонкс.

— И поэтому ты предпочтешь прятаться остаток жизни. Грустно. — сделал вывод Сириус, поднимаясь из-за стола.

В гостиной он не спеша закурил и вытянул ноги прямо к каминной решётке.

«Мерлин… Привязался к девочке почище родной матушки. Хотя вряд ли, конечно, она примет мои слова слишком близко к сердцу. Упрямство не позволит. Но всё же надо будет извиниться.»

С тобой всё в порядке, Сириус?

— Я выгляжу также дерьмово, как себя чувствую?

— Кто-то долго-долго пил.

— Не занудствуй. Это была всего одна ночь. — отмахнулся он. — Как дела в Хогвартсе? Жаба всё ещё пытается тебя поймать?

— Искала предлог обыскать мой сундук на предмет тёмных артефактов. — Гарри в зеркале пожал плечами с долей усталости. — Макгонагалл вовремя вмешалась и чуть её не прокляла.

— О, я бы на это посмотрел. — оживился Сириус. — У нашей красотки всегда было на ноготь терпения…

— Сириус!

— Что? Ты видел старые колдографии? Говорю тебе, в неё была влюблена добрая половина Хогвартса. Даже Джеймс нет-нет, а заглядывался. Мы однажды поспорили, что…

— Перестань! Мы говорим о декане и моём отце!
Сириус расхохотался над покрасневшим лицом крестника и сел на кровати. Правда, почти тут же кое-что отвлекло его внимание.

— Кто это с тобой? Случаем, не юная мисс Грейнджер?

— Ты уймёшься? — кисло поинтересовался Гарри.

— Что? Уже и спросить нельзя! Тем более, вы всегда проводили вместе много времени и достаточно давно знакомы…

— Слишком давно, чтобы между нами что-то произошло. Гермиона — мой друг. И я бы не стал причинять ей боль.

— Какой ты серьёзный. — фыркнул Сириус. — Ну так, кто там с тобой?

— Чжоу Чанг. — неохотно признался Гарри и густо покраснел, когда услышал в ответ заливистый хохот. — Не смей! Даже не думай!

— А я говорил! Что я говорил? — с трудом выдавил Сириус. Крестник в зеркале смущённо взъерошил волосы на затылке.

— Всё случилось само собой! Я в этом не виноват.

— Знаем мы эти случайности. — оскалился Сириус и поднялся с постели, доставая из шкафа свежий костюм. — Ну и как? Совпало с твоими ожиданиями?

— Вроде бы. — неопределённость в голосе крестника описала ситуацию лучше любого развёрнутого ответа, заставив Сириуса понятливо хмыкнуть. — Не думаю, что хочу продолжать. Да и вообще… Мне сейчас не хочется серьёзных отношений, если честно.

— Тогда поговори с ней. И с Падмой. — тут же посоветовал Сириус.

— Как? Они обе на меня разозлятся!

— И что с того? Сохатик, они разозлятся в любом случае, особенно, когда узнают друг о друге. Лучшая стратегия сейчас — взять инициативу в свои руки. Когда-то всё равно пришлось бы это заканчивать.

— Всё равно… Мне как-то неудобно.

— Спать с ними по очереди, конечно, гораздо удобнее.

— Я вовсе не это имел ввиду!

— Остынь. — понимающе улыбнулся Сириус. — Смысл в том, что я тоже через это прошёл в твоём возрасте. Наберёшься опыта, и дальше будет гораздо легче. Поверь мне. Лучше уж так, чем оставлять всё в подвешенном состоянии. В конце концов, что тебе такого грозит? В лучшем случае схватишь неприятное проклятье и получишь по лицу. А слухи улягутся достаточно быстро. В Хогвартсе подобное происходит каждую неделю.

Гарри лежал на кровати с закрытыми глазами, уже понимая, что находится в Больничном крыле. Боли не было, должно быть, прошло достаточно много времени, раз уж мадам Помфри успела привести его в порядок. Интересно, как там остальные? Да и вообще, с чего вдруг Фреду пришло в голову устроить драку?

«Одна надежда, что Малфой получил достаточно, чтобы на некоторое время заткнуться» — вяло подумал Гарри, пытаясь отогнать цветные круги, что плясали перед закрытыми глазами. Рядом послышался чей-то кашель. Обладателя огромного расплывчатого силуэта Гарри узнал без особого труда.

— Ты что, тоже в драке участвовал? — осведомился он, нацепив на нос очки.

Лицо Хагрида при этих словах побагровело от смущения, и огромный синяк при этом стал менее заметным.

— Так это… Можно и так сказать. Как ты себя чувствуешь, Гарри?
— Сносно. Ты в курсе, что произошло, когда я отключился?

— А как же! Весь Хогвартс только об этом и говорит. — подтвердил Хагрид. И что-то в его голосе было такое, что Гарри сразу же насторожился. — Профессора набежали с палочками и начали разнимать драку. Тебя и Малфоя, значит, в Больничное крыло сразу отправили, потом выстроили остальных, и профессор Макгонагалл начала ругаться. с этой… Как её? Розовая такая.

— Амбридж. — мрачно подсказал Гарри.

— Ага, она. — осторожно согласился Хагрид. — Так вот, они долго спорили, разве что воздух вокруг искриться не начал, в итоге Амбридж вытащила какой-то пергамент, а потом…

— Что потом? — нетерпеливо спросил Гарри. Дурное предчувствие в груди стало гораздо отчётливее. Не могли же его исключить за драку? Не могли ведь, так?

— В общем, по какому министерскому указу запретила она тебе в квиддич играть. Тебе и Фреду с Джорджем. — Хагрид вздохнул. — Хотя я вот до сих пор в толк не возьму, чевой-то Министерство вдруг Хогвартсу свои порядки диктует. Ну да Дамблдор с этим разберётся, надо только обождать, кабы…

— Что она сделала?! — недоверчиво уточнил Гарри, рывком садясь. Хагрид виновато отвёл глаза.

— Ты это… Не волнуйся так, Гарри, чесслово. Эта Амбридж наверняка надолго в школе не останется, а там уж Дамблдор найдёт выход. И метлу твою тебе вернёт.

— Она забрала мою метлу?!

— Конфисковала. За нарушение спортивной этики. Но это не всерьёз всё. К тому же, тебе сейчас не следует нарываться на неприятности, итак твоё имя в газетах прополоскали по самое не хочу. Профессор Макгонагалл, значит, заходила пару часов назад, велела мне поговорить с тобой, когда очнёшься. Ну и самому не высовываться, да. А там уж как только Министерство хватку ослабит…

Дальше Гарри не слушал и снова упал спиной на постель. Накатило состояние полной безнадёжности. И никакой «великий человек Дамблдор» не мог этого исправить. Чувство было такое, будто его ограбили посреди белого дня. Лишили самого дорогого. Через какое-то время из кабинета вышла мадам Помфри и спровадила Хагрида из палаты, мотивируя тем, что «пациенту нужен покой». Гарри был не против, не слишком настроенный на разговоры.

«Почему всякий раз, когда я думаю, что хуже быть не может, жизнь непременно доказывает обратное?»

То, что атмосфера в замке изменилась бросалось в глаза сразу, стоило только выйти из Больничного крыла несколько дней спустя. Гриффиндорцы поголовно ходили мрачные и злые, слизеринцы наоборот чуть ли не светились от счастья. Теперь большая часть из них ходила со странными значками на мантии, ухмыляясь другим ученикам. А как только Амбридж даровала своим подчинённым «привилегию» снимать баллы с других факультетов, начался и вовсе форменный бедлам. Что испытывали те, кто умудрялся угодить к Инспектору на отработки не хотелось даже думать.

Всё это Гарри взахлеб рассказывал Хагриду, лишь бы пока избежать разговоров о том, что произошло летом. Рон с Гермионой косились на него, но…

«Прямо сейчас я не могу им рассказать…» — в сотый раз подумал он, хотя объективных причин скрывать детали знакомства с отделом поведенческого анализа не было. На первый взгляд. И всё-таки пока Гарри почему-то не хотел раскрывать эту тайну. Ну и Сириуса на время попросил помалкивать. Пока что это будет правильно.

— Дела… Чтобы в Хогвартсе преподавателей инспектировали? — икнул Хагрид. — Что они там себе думают, написали пару свитков и можно вертеть Хогвартс, как угодно? Неправильно всё это.

— Жаль Дамблдор не может её просто выгнать. — буркнул Рон. Гермиона тут же ударила его локтем по рёбрам. — Ай! За что?!

— Опасно говорить такие вещи вслух. Мы только что говорили о. том, что Амбридж следит за всеми.

— И что? — возмутился Рон. — Здесь-то её нет.

— Ну хватит вам ссориться. — забеспокоился Хагрид.

— Расскажи, чем ты занимался. Удалось выполнить поручение Дамблдора? — нетерпеливо вмешался Гарри. Друзья моментально затихли и в упор посмотрели на Хагрида. Тот смущённо кашлянул.

— По-хорошему, не должны бы вы об этом знать. Происходящее большой секрет Дамблдора и членов Ордена Феникса.

— Но, Хагрид, это же очевидно! — не выдержала Гермиона. — Кому ещё профессор Дамблдор мог доверить найти великанов, кроме тебя? Он же тебе доверяет. А мы просто хотим знать, как всё прошло. Ты же нам расскажешь, правда?

Как ни странно, это сработало. Та часть лица Хагрида, что не была занята синяком, густо покраснела от удовольствия. Он сделал большой глоток из кружки, прокашлялся:
— Ну, думаю, беды не будет, если я вам немного расскажу. В конце концов, иначе вы сами докопаетесь каким-нибудь жутким способом. — несмотря на осуждение, было слышно, что Хагрид улыбается в бороду. Друзья затаили дыхание. — Всё началось с того, что мы встретились с Олимпией…

— С кем? — не понял Рон.

— Мадам Максим. — нетерпеливо ответила Гермиона.

— Живо! Выходите через заднюю дверь!

— Хагрид, что… — начала Гермиона и ахнула: за окном к хижине приближалась Амбридж в сопровождении нескольких слизеринцев.

— Уходим! — шикнул Гарри, притянув друзей под мантию. Дверь скрипнула, и почти сразу за ними закрылась.
Налетел ветер, чуть не лишив их маскировки, снег под ногами предательски скрипел, пока они обходили огород, чтобы окольными путями выйти к замку. В хижине слышались приглушенные голоса, но подслушать не было никакой возможности. Гарри ругнулся, расслышав позади них скрип открывающейся двери.

Строго говоря, раньше у него не получались невербальные заклинания. Но выхода не было. Если кто-то заметит следы, если Амбридж что-то заподозрит, у Хагрида будут огромные неприятности. Палочка скользнула в руку бесшумно. Гарри слегка повернул голову и сосредоточенно взмахнул.

В проёме открывшейся двери показалось бледное лицо Малфоя. Гарри затаил дыхание и застыл, стараясь не шевелиться. К счастью, мантия надежно скрыла их от пристального взгляда. Через несколько секунд Малфой снова скрылся за дверью.

— Уходим. Сейчас. — шёпотом сказала Гермиона, взяла их обоих за руки и потянула к замку.

Гарри медленно моргнул, подпирая подбородок ладонью. Сосредоточиться на чём-то было решительно невозможно. Но он отчетливо заметил движение крыльев за окном.

«Неужели?» — сердце забилось быстрее.

Окно открылось с трудом, непослушными пальцами Гарри стряхнул холодный снег и проглотил ком в горле, аккуратно прижимая к себе обессилевшую Хедвигу. И выбежал из класса.

Никогда в жизни ему не приходилось бежать так быстро. Подниматься в башню Гриффиндора не осталось времени. Обувь заскользила по льду, но он упрямо удержался на ногах. Холод пробирался под одежду, заставляя сжаться. Зубы застучали, но Гарри крепче сжал руки, прижимая к себе сову в попытках передать крохи тепла.

Зубы стучали от холода, пальцы быстро онемели, ветер будто вознамерился сбить его с ног. Дорога до хижины показалась самой настоящей вечностью, а когда он постучал сжатым кулаком по двери, время как будто остановилось.

— Гарри! Ты с ума сошёл!

— Хедвига. Ей нужна помощь! — помертвевшими губами выдал Гарри. Хагрид, не говоря больше ни слова, за шкирку сгрёб его внутрь и захлопнул дверь.

***

— Хагрид! — крикнул Рон, ещё раз громче постучав. Гермиона рядом переминалась с ноги на ногу: то ли от нервов, то ли от холода. — Открывай!

Ему пришлось постучать ещё несколько раз, прежде чем дверь наконец-то открылась и выпустила наружу запах крепкого бренди. Что-то в лице Хагрида заставило друзей замолчать. Посторонившись, он пропустил их внутрь, тяжело пройдя к собственному креслу.

— Вы уже знаете?

— Что знаем, Хагрид? — осторожно уточнила Гермиона. — Гарри вдруг сбежал с урока, и мы подумали взять карту…

— Его сова.

— Хедвига? А что с ней? — оживился Рон и пристальным взглядом окинул хижину, будто ожидал, что Гарри вдруг появиться из воздуха. — Да что происходит?

— Кто-то напал на неё, пока она несла письмо. — тяжело проговорил Хагрид. Вздохнул, глотнул бренди из огромной кружки. — Гарри как только заметил, так побежал сюда со всех ног, но… Мы не успели ей помочь.

— То есть… — надломленным голосом начала Гермиона, Хагрид кивнул. В густую спутанную бороду скатилось несколько крупных слезинок.

— А где Гарри? — тихо спросил Рон, поглаживая по плечу всхлипывающую Гермиону.

— На поляне в лесу. Идёмте. — тяжело поднялся на ноги Хагрид. — Я подумал, рядом с фестралами ему станет легче. Они всякому помогают горе облегчить.

Друзья на это промолчали, торопливо следуя за ним. Клык в своей корзинке тихо свернулся и заскулил, грустно посмотрев на тлеющие угли в камине.

Ощущение было такое, будто лопнул тонкий купол, сгинула завеса, открывая реальный мир. Хагрид говорил, что станет легче. Со временем. Боль затихнет и останутся только воспоминания. По крайней мере, так произошло, когда погиб его отец.
Но день ото дня становилось всё хуже. Гарри как будто увязал в болоте. Днём ещё ничего. В конце концов, можно чем-то заняться, лишь бы не погружаться в эти мысли. Эссе, практика в заклинаниях по книгам Сириуса, помощь в розыгрышах близнецов… С наступлением ночи прятаться было больше некуда.

Снова вернулись ночные кошмары. Василиск, мёртвые глаза Седрика, запах горелой плоти и постепенно сжимающаяся рука Квирелла на горле… Просыпаясь, Гарри наяву слышал тихое, прощальное уханье совы. И больше заснуть не мог.

Об этих снах не знал никто, даже друзья. Особенно друзья. Сейчас он как никогда раньше убедился в своём решении не втягивать их в неприятности. Хватит. Погибшего Седрика и Хедвиги достаточно, чтобы сделать выводы. Отныне он будет отвечать только за себя.

По крайней мере, таков был его план. В одну из ночей у него состоялся долгий разговор с Сириусом. Он согласился передать письмо Гарсии через маггловскую почту. Оставалось ждать. И всё-таки…

«Я поступаю правильно.» — нахмурился Гарри. Конечно, раздражала необходимость ждать. С другой стороны и Сириус прав. СОВ нужно сдать. Да и… Подготовиться. В конце концов, Гарри даже не был уверен, что у него есть маггловские документы, не говоря уже обо всём остальном. Заснуть удалось нескоро. Но по крайней мере теперь у него был план.

Гарри стоял посреди кабинета, скрестив руки на груди от недовольства. Амбридж с высоты своего роста пыталась нависать над ним коршуном, но то ли из-за более плотной комплекции, то ли из-за общего впечатления, ничего не выходило. Та же декан или Снейп справлялись с подобной задачей на раз-два. Если бы того хотели.

Сейчас выражение лица профессора Макгонагалл было таким же скептическим, как и у троих её студентов. Рон и Гермиона за его спиной стояли тихо. Гарри не нужно было оборачиваться, чтобы представить себе их напряжённо-сосредоточенные лица. Каким-то образом здесь же оказалась и Падма Патил вместе со своей подругой. Все они спокойно возвращались с прогулки, и только перешагнув порог вестибюля, столкнулись нос к носом с Амбридж с группой слизеринцев. По счастью, декан тоже оказалась неподалеку.

— Ещё разок: за что задержаны мои студенты? — повторила вопрос Макгонагалл. Звук её голоса был таким, что сразу же на ум приходила формула замораживающего заклятье.

— За нарушение школьного устава! — торжествующе ответила Амбридж. Выглядела она при этом так, будто готова лопнуть от распирающего ликования. — Мне стало доподлинно известно, что ваши студенты покидали территорию Хогсмида.

— Мистер Поттер?

— Без понятия. — процедил Гарри, очень постаравшись не отводить глаза. Мелькнула мысль об осторожности… В будущем. Сейчас самое главное — выпутаться из сложившейся ситуации.

— Разумеется, он врёт! — с придыханием взвизгнула Амбридж.

— У вас есть доказательства? — поморщилась Макгонагалл. Проигнорировала полный ненависти взгляд и обернулась к Гарри, но обращалась явно ко всем сразу. — Идите к себе.

— Постойте! — возмутилась Амбридж. — Но ведь Поттера действительно не видели в деревне в компании своих неразлучных друзей. Где вы были?

— На свидании. — ляпнул Гарри первое, что ему пришло в голову.

— Ага. Со мной. — неожиданно поддержала его Падма и для убедительности взяла за руку. У Амбридж тут же сделался чрезвычайно кислый вид.
— Прекрасно. — сухо подвела итог Макгонагалл. — Если вам не нужны подробности студенческой личной жизни, предлагаю разойтись и заняться чем-то интереснее сплетен. Хотя я в принципе не особенно понимаю, с чего вы взяли, что пятикурсники могли покинуть деревню, учитывая чары на её границах. Аппарировать они не умеют, а появление автобуса «Рыцарь» обратило бы на себя внимание.

Амбридж покраснела, как помидор, и первой выскочила из кабинета. Крыть ей было нечем, во всяком случае пока.

— Это было круто, профессор! — восторженно присвистнул Рон.

— Спасибо, мистер Уизли. — улыбнулась Макгонагалл. — А теперь действительно идите к себе, мне нужно заняться делами. Поттер, задержитесь на минуту.

Гарри замешкался, выпустил руку Падмы и кивнул друзьям на выход. Гермиона взяла за руку притормозившего Рона и прикрыла за всеми дверь.

— Профессор?

— Вы действительно покидали Хогсмид?

Гарри заколебался. Но почти сразу решил, что если бы его отсутствие действительно заметили, то потребовали бы сразу отдать портключ. А раз уж этого не произошло, то отказываться от такого способа покидать замок глупо. Как если бы он вдруг решил отдать карту или мантию-невидимку.

— Нет, совсем нет. Я ведь не умею аппарировать. Да и вряд ли из деревни можно просто так выйти.

Макгонагалл выдохнула, пристально рассматривая его лицо.

— Я хочу, чтобы вы были особенно осторожны, Поттер. В этом году постарайтесь обойтись без приключений и необычных происшествий. Отношение к вам со стороны Министерства и без того напряжённое, ни к чему давать лишний повод их ищейке под вас копать.

— Да какое мне дело до Министерства? Рано или поздно им всё равно придётся признать факты!

— Тише! Подумайте головой хоть минуту! Что будет, если вас обвинят, скажем, в убийстве Седрика Диггори и сломают палочку? Вам так хочется в Азкабан? Или стать лесничим и составить компанию Хагриду?

Гарри возмущённо открыл рот и почти тут же закрыл обратно. Раздражённо отвёл взгляд в сторону. Конечно, он считал себя виноватым в смерти Седрика, но попадать за это в тюрьму совсем не хотелось.

— Просто немного осторожности, Поттер. — мягко добавила Макгонагалл. — О большем я вас не прошу. Я заметила, что в этом году ваши эссе стали гораздо лучше.
И заклинания теперь более чёткие. Сосредоточьтесь на этом. Сдайте экзамены на высшие баллы, особенно…

— По защите от тёмных искусств? — улыбнулся Гарри, вмиг позабыв о своём негодовании.

— Именно. — кивнула Макгонагалл. — Амбридж и Министерство не хотят, чтобы вы стали серьёзным магом. Постарайтесь их разочаровать. И, разумеется, если вам понадобиться помощь…

— На самом деле, у меня есть несколько книг, и там есть кое-что о трансфигурации… — припомнил Гарри. — Некоторые вопросы я разобрал сам, но…

— Продолжайте.

Гарри не знал, каким чудом декану удалось добиться разрешения для гриффиндорской команды, но давление в этот раз ощущалось колоссальное. С приближением первого матча в этом сезоне, росло и количество стычек со слизеринцами. За несколько дней до матча Алисия умудрилась попасть в больницу, а Фред с Джорджем схлопотали три недели отработок у Амбридж. Это не считая того, что Амбридж и сама не спускала с Гарри глаз в поисках повода для придирок.

Опыт жизни с Дурслями пока помогал Гарри избегать неприятностей. Да и сейчас настоящей проблемой было совсем не это.

— Ты получил обратно свою метлу?

— Я получу её до начала игры. — небрежно ответил Рон. Продолжать разговор Гарри не стал.

«То, что Рон что-то скрывает, понятно всякому, у кого есть мозги. С другой стороны, я не Гермиона, чтобы у него всё выпытывать. Итак полно дел…»

Взгляд Гарри скользнул по залу и остановился на спине Падмы. Они уже пару раз гуляли вместе по территории Хогвартса и делали вместе уроки в библиотеке. Больше для поддержания легенды, чем из-за каких-то романтических чувств. Однокурсники шушукались и тыкали пальцами, но Падма явно не против проводить вместе время. С одним единственным условием: обойтись без пошлых намёков и поцелуев на людях. Это Гарри вполне мог. Да и потом…

«Сириус прав. Я должен научиться разговаривать с девушками, а не только с ними спать.» — от этой мысли Гарри покраснел и отвернулся от райвенкловского стола. В конце концов, всё могло быть и гораздо хуже. Например, если бы ему пришлось встречаться с Чжоу…

Нет, конечно, она ему нравилась в прошлом году. И по-прежнему была такой же красивой, только вот… Она была девушкой Седрика. Поэтому между ними как будто появилась какая-то неловкость.

Точнее сказать Гарри абсолютно не понимал, что от него требовалось. Было бы понятно, если бы она, например, спросила его о смерти Седрика. Но нет. Последний их разговор касался квиддичной команды, о существовании которой Гарри до этого момента даже не догадывался. А так как он не ходил на квиддичные матчи и не читал досконально спортивную колонку «Пророка», предпочитая не касаться этой газеты вообще, разговор вышел несколько односторонним. В конце Чжоу спросила планирует ли он идти в Хогсмид на следующих выходных, Гарри отказался быстрее, чем успел как следует это обдумать. Странно это всё…

— Нам пора на Прорицания. — отвлёк его Рон. Гарри постарался выкинуть из головы девочек с их странными загонами.

Участие Рона в команде секретом не было, и почти наверняка кто-то следил за тренировками, обнаружив очень характерное слабое место. Стоило совершить хотя бы одну ошибку, как уверенность Рона таяла подобно мороженому под жарким июльским солнцем. И никакие слова поддержки со стороны команды не могли этого исправить вплоть до следующей тренировки.

Гарри сделал круг над полем, бросил прищуренный взгляд в сторону фигуры Рона у колец и раздражённо цокнул языком. Слизеринские охотники легко обхитрили его и заработали первые десять очков. Оставалось надеяться, что Рон всё-таки сможет что-то придумать, а пока…

Не успел Гарри додумать мысль, как раздался свисток. Оказывается, Фред и Джордж, озверевшие от злости зарядили битой Гойлу по затылку. В ответ на вполне справедливое возмущение судьи кто-то из них буркнул что-то мало похожее на извинение. В результате Гриффиндор получил штрафной удар. Разрыв увеличился ещё на десять очков.

Чем громче пытался комментировать Ли Джордан, тем громче становилась песня. Ощущение складывалось такое, что эту дурную кричалку скандирует весь стадион, а не только серебряная трибуна. Спустя ещё пятнадцать минут напряжённой игры Алисия забила первый квоффл.

«Нужно найти снитч, отыграемся и закончим с этим цирком.» — принял решение Гарри. Поднялся повыше, зорким взглядом окидывая поле. Как назло, снитч не показывался. Малфой тоже нарезал ленивые круги над полем немного ниже самого Гарри. Рон умудрился отбить одну атаку, правда почти тут же получил бладжером. в живот, не иначе как чудом удержавшись на метле. Этого оказалось достаточно, чтобы слизеринцы забили снова.

С каждой минутой Гарри всё больше начинал нервничать и злиться. Ещё немного и даже поимка снитча им не поможет. Ощущение собственного бессилия жутко бесило.

Гарри не выдержал и отвесно нырнул вниз. Ветер летел прямо в лицо, заставляя сощуриться. Выровнялся он у самой земли, левой рукой потянув метлу на себя, комок удушающей злости стал гораздо меньше. Трибуны взревели: Алисия ухитрилась забить ещё один мяч. А на другом конце поля, лениво взмахивая крылышками, повис снитч.
Гарри постарался прижаться к метле поближе, чтобы добиться большей скорости. Слева послышался резкий свист воздуха: у Малфоя преимущество. Метла Гарри, конечно, быстрее, но Малфой находился ближе. И сейчас одна ошибка может стоить всей игры, а то и школьного кубка, учитывая разницу в очках. Нет, этого допустить никак нельзя!

Приняв решение, Гарри изменил курс. Вместо того чтобы бестолку понукать метлу в попытке выжать ещё больше скорости, он просто сменил цель. Влететь в бок Малфоя, честно говоря, было малоприятно. Но эффективно. Манёвр был стар, как мир. Гарри сотни раз видел, как его выполняли игроки на иллюстрациях его любимой книги «Полёты с Пушками», но никогда не применял до этого дня.
Не ожидавший столкновения Малфой отлетел в сторону, обеими руками вцепившись в древко метлы. И с перекошенным от злобы лицом обернулся на Гарри, но сделать ничего не успел. Раздался свисток.

Гарри кивнул судье, соглашаясь с назначенным штрафным, поднялся повыше, наблюдая за Роном. Метла Рона как-то странно дернулась вправо, квоффл тем временем угодил в среднее кольцо.

«Чтоб вас! Отстаем на семьдесят очков. Снитч ловить нельзя, пока Алисия не забьёт хотя бы пару мечей. Это при условии, что мы ничего не пропустим.»

— Фред! Джордж! Делайте, что хотите, но не давайте никому добраться до ворот, помогите брату! — отрывисто велела Анжелина, пока Рон в очередной раз возвращал квоффл в игру. Гарри про себя согласился с капитаном. Пока Рон не справится с нервами, это единственный шанс на победу.

Теперь Малфой летал за ним, как приклеенный, а у слизеринцев как будто открылось второе дыхание. Игра стала ещё жестче, если такое вообще можно себе представить. Даже Гарри досталось бладжером по спине, благо, на этот раз обошлось без переломов. В очередной раз раздался свисток: Алисия пробила успешное пенальти, обхитрив вратаря кручёным броском.
«Ещё чуть-чуть! — напряженно подумал Гарри, взглядом внимательно следя за снитчем и пока намеренно отклоняя свой курс в противоположную сторону. На счастье Малфой больше думал над местью, чем над поимкой снитча.

Трибуны ахнули, Гарри тут же обернулся. К гриффиндорским кольцам мчалась тройка охотников, молниеносно перебрасывая друг другу квоффл, Рон застыл справа. Вся его фигура выражала жуткое напряжение, а потом…

«Нет, сегодня определённо не наш день…» — кисло подумал Гарри, наблюдая как метла Рона внезапно дернулась вверх, активно теряя прутья из хвоста. Судья снова свистнула, но слизеринцы успели забить.

Гарри не стал наблюдать, как Фред с Джорджем пытаются снять Рона с неисправной метлы под руководством судьи, вместо этого он быстрым взглядом окинул поле, заметил снитч и рванул за ним.

Выиграть уже не получится. Если Рон на своей метле не смог справиться, то на школьной уж подавно их ждёт только увеличение разрыва в счёте. По крайней мере, сейчас они могли проиграть на своих условиях. И в будущих играх побороться за кубок. Нельзя упускать шанс.

Гарри слышал преследование Малфоя, отдельные фразы Ли Джордана за слизеринской песней, гул трибун, но в данный момент это всё не имело никакого значения. Звуки слились воедино, напоминая шум морских волн. Секунда, другая, снитч затрепетал в кулаке, тщетно пытаясь вырваться. Гарри круто развернулся и поднял кулак вверх, отчётливо расслышав свисток.

«Наконец-то. Всё кончено.»

С метлы он скатился чуть ли не кубарем, земля под ногами показалась ужасно твёрдой. Скоро рядом с ликованием стали приземляться другие игроки, только Рона поблизости почему-то не было видно. Гарри покачнулся от очередного похлопывания по плечу, в кулаке неистово продолжал биться снитч. Неподалёку приземлился белый от злости Малфоя, швырнул наземь метлу, открыл рот и что-то прокричал. В общем гуле спускающихся с трибун болельщиков и ликующих криков команды, Гарри так и не расслышал, в чем было дело. Зато прекрасно увидел, как Фред рванулся вперёд и свалил Малфоя на землю.

Тут же вмешались остальные игроки слизеринской команды, и уже через пару мгновений началась массовая драка. Анджелина что-то кричала, пытаясь всех угомонить, с другого конца поля уже спешила судья.

В окружающем бардаке разобраться что к чему было сложно, но Гарри всё-таки попытался прорваться к Фреду и Джорджу, жалея, что не взял с собой палочку.

Увернулся от чьего-то кулака, пнул Флинта в пах, но пропустил удар по затылку от Крэбба чем-то увесистым. Покачнулся, упал на землю. Встать не получилось: кто-то ударил его ботинком в живот, и Гарри, памятуя прошлый опыт, постарался свернуться калачиком, закрыв все самые уязвимые места. Теперь удары сыпались со всех сторон. Пальцами он почувствовал что-то липкое и тёплое на затылке, спина и руки уже начинали гореть саднящей болью, сверкнула вспышка заклинания, и мир, к счастью, погас.

Стоило подумать, что хуже быть не может, как жизнь тут же подкидывала новые сюрпризы. Следующая неделя вполне могла бы соответствовать званию худшей в Хогвартсе. Самое интересное, что заметить, когда именно всё стало так плохо, она почти не успела. Год вообще начался из рук вон. Сначала это нападение на Гарри, все эти статьи, теперь Амбридж…

Но всё это казалось сущими мелочами по сравнению с тем, что Гарри перестал с ними разговаривать. Практически. Не считать же за полноценный разговор одну-две реплики во время еды или уроков? И самое страшное, что виноваты в этом были они сами.

Гермиона уже сотню раз прокляла себя за то, что послушалась Дамблдора, хотя Рон и считал, что Гарри просто нужно дать время, чтобы остыть. Эта обида ведь не могла продолжаться вечно? Особенно после всего, что они пережили вместе!

Мысль о прошлом заставила Гермиону почувствовать себя ещё хуже, если это вообще возможно. После всего, что сделал Гарри, она ведь по сути просто бросила его. В маггловском мире, с людьми, которые явно не стали бы горевать, доведи вдруг тот дементор начатое до конца.

Сердце забилось набатом в ушах, голова закружилось, в горле как будто застрял мяч от пинг-понга, не пропуская воздух… Гермиона покачнулась, наощупь оперлась о каменную стену.

— Гермиона! Что с тобой? — забавно. Она успела забыть, что Рон всё это время шёл рядом. Хотя в этом и нет ничего странного: отработки были назначены им обоим.

— Ничего страшного.

— Точно? Ты хреново выглядишь.

— Большое спасибо.

— Но это правда! Ты вдруг побледнела и вообще…

— Голова закружилась. Идём дальше, не будем давать повода этой мерзкой женщине доставить нам ещё больше неприятностей.

До кабинета они дошли в молчании. Услышали тошнотворно-сладкое войдите. Стоило переступить порог кабинета, Рон непроизвольно скривился. Гермиона владела лицом чуть лучше, хотя окружающая обстановка даже у неё вызывала невольный приступ тошноты. Количество розового цвета, блюдца, котята и этот проклятый розовый костюм.

— Мистер Уизли! Мисс Грейнджер! — широко улыбнулась Амбридж. — Проходите, садитесь. Вы напишите несколько поучительных строк. Нет, каждый из вас раздельно, пожалуйста.

Неприятно, но ничего удивительного. Гермиона села за парту ближе к выходу, бросив беглый взгляд на свежий пергамент. Слева раздался голос Рона:

— Вы не дали нам чернила.

— Они вам не понадобятся. — снова улыбнулась Амбридж. Тут же рядом с пергаментом появилось острое, чёрное перо.

— Что нужно написать? — подняла взгляд Гермиона. Вероятно, перо было зачарованным.

— Ничего сложного. — заверила Амбридж. Опустилась на стул и взяла в руки фарфоровую чашку. — Дети должны быть послушными.

— Сколько раз писать? — спросил Рон.

— Столько, сколько потребуется. Приступайте.

Гермиона поняла, что не ошиблась в своей догадке, когда руку пронзила боль. Еле сдержалась, чтобы не дёрнуться. Почерк от неожиданности вышел неровным. Амбридж внимательно наблюдала, для того, чтобы это почувствовать, даже глаза от пергамента поднимать не обязательно. Несколько часов показались Гермионе самой настоящей вечностью.

Уже убирая окровавленные пергаменты в стол, Амбридж вдруг внимательно посмотрела Гермионе в глаза:

— В глубине души вы ведь знаете, что заслуживаете наказания. Не так ли, мисс Грейнджер?

Гермиона поджала губы, держа спину идеально прямо. И поняла, что никому ничего не расскажет. Ни родителям, ни декану… Ни Гарри. Особенно Гарри.

— Почему? — через несколько мгновений тягостной тишины сформулировал Гарри. Пожалуй, она никогда не видела его таким ошеломлённым.

— А что? Тебе вдруг стало интересно? — выплюнул Рон. — Отвлёкся наконец-то от своих страданий? Вспомнил про окружающий мир?
— Прекратите! — велела Гермиона, вскакивая с кресла. Мисочка с заживляющим бальзамом слетела с подлокотника вместе с тряпкой на ковёр. — От того, что мы поссоримся ещё раз, проблемы никуда не исчезнут.

Гарри покраснел, перевёл взгляд в огонь. В половину третьего в гостиной никого, кроме них, не было. Да и честно говоря, Гермиона не ожидала, что Гарри станет их дожидаться. Радовало только, что сегодня наконец-то последний день отработки… Да и игра в молчанку, похоже, закончилась.

— Мне действительно было плохо. Хотелось… Исчезнуть и спрятаться. Перестать взваливать на себя все проблемы вокруг. — Гермиона ненадолго прикрыла глаза и кивнула. Рон продолжал угрюмо молчать. Гарри сцепил руки в замок и продолжил: — Вы не должны были пострадать из-за меня. Простите.

— Ты только что сказал, что устал взваливать на себя чужие проблемы. Тогда не бери ответственность за чужие решения. — возразила Гермиона. — Я первой начала спорить с Амбридж. И это привело к определённым последствиям.

— Точно. Я поддержал Гермиону. — кивнул Рон. — Попади на отработки мы все втроём, это ничего бы не изменило. Сейчас нужно думать не о том. Ты всё ещё хочешь спрятаться, Гарри?

— Не думаю, что из этого бы что-то вышло. — тяжело проговорил Гарри. — Есть причина, по которой Воландеморт явился в дом моих родителей той ночью. Пока существует эта причина, в опасности все.

— Не говоря уже о том, что мы понятия не имеем, как ему удалось воскреснуть! — подхватил Рон. — Я хочу сказать, не многие ведь маги так делали?

— Может, обратимся к Дамблдору? Он должен знать. — проговорила Гермиона. Гарри только нахмурился.

— Я спрашивал после встречи с Квиреллом. Он отказался отвечать. Не думаю, что сейчас что-то измениться.

— Почему? С тех пор мы столько всего сделали! — возразил Рон.

— Собрания Ордена. — привёл аргумент Гарри. — Ты был со мной в Тайной комнате. И что? Пустили тебя туда?

Рон после услышанного несколько затих.

— В любом случае, мы должны что-то делать, разве нет? — нахмурилась Гермиона. Гарри помассировал лицо и глубоко вздохнул.

— Для начала я должен кое-что вам рассказать. И попрошу вас держать это в секрете. От всех, кроме Сириуса.

— Конечно, Гарри. Обещаем. — легко улыбнулась Гермиона, чувствуя себя почти счастливой. Кажется,сейчас их дружба прошла какое-то важное испытание.

Хогвартс стал ему домом с первого курса. Но даже дом иногда бывает невыносим. С мрачным настроением Гарри разглядывал кроваво-красный балдахин кровати. Ощущения от праздничного пира и поведения однокурсников до сих пор оставляли привкус пепла во рту. И пусть Рон сразу встал на его сторону, пусть Невилл велел Симусу с Дином заткнуться, пригрозив проклятьем, легче почему-то не становилось.

Перед глазами в сотый раз замелькали воспоминания. Перекошенное от ярости лицо Волан-де-Морта на затылке Квирелла, громадная тень василиска, оглушающего своим шипением, дементоры, распространяющие ауру всепоглощающего отчаяния, Кубок, вспышка зелёного света, Седрик… Гарри схватил себя за голову и зажмурился от боли, в итоге накрывшись подушкой.

Как сквозь толщу воды он слышал сборы своих сокурсников и попытки Рона дозваться его. Через какое-то время все ушли, стало тихо. Босые ноги коснулись холодного пола. Столько всего произошло… Он столько раз мог умереть, а теперь…

«Ради чего всё это? Почему я должен во всё это ввязываться?»

С помощью домовика Гарри раздобыл расписание, зашел в башню за учебниками, и неохотно присоединился к занятиям. Пропускать весь день, особенно после того, как декан приставила к нему домовика не стоит.

— Где ты был? Гермиона чуть с ума не сошла! — тут же набросился на него Рон.

«Не сомневаюсь»

— Мне не слишком хотелось слушать предсказания собственной смерти. Решил прогулять. — почти честно ответил Гарри.

— А мне почему не сказал? — обиженно буркнул Рон. — Мы могли бы прогулять вместе. Что ты делал всё утро?

К счастью, в кабинет почти сразу же вошёл Снейп, избавив Гарри от необходимости отвечать. Жутко захотелось снова остаться в одиночестве. Усилием воли он заставил себя сосредоточиться на доске и первым направился к шкафчику с компонентами. Хотя вероятность того, что у него получится пристойного вида умиротворяющий бальзам… Где-то в зоне абсолютного нуля. Даже после занятий с Сириусом Снейп вряд ли станет ставить ему хорошие оценки. Тогда какой смысл напрягаться на этом подобии урока в принципе?

— Поттер! — наверняка Снейп хотел напугать его. Но Гарри остался стоять неподвижно, не поднимая взгляда от собственного котла. — Скажите мне, что у вас в котле?

— Умиротворяющий бальзам. — проговорил Гарри. Некоторые моменты нужно просто пережить.

— Вы так в этом уверены? — издевательски скривил губы Снейп. Смешки стали громче. — Как вы считаете, Поттер, что произойдёт, если я заставлю вас это выпить?

«Ты попадёшь в Азкабан, глумливое ничтожество.»

Вслух Гарри ничего не ответил, только пожал плечами. Вообще-то разговаривать со Снейпом в принципе имело крайне мало смысла. Любое сказанное слово в итоге оборачивалось против него. Прямо как в полицейском протоколе. Эта мысль заставила Гарри ухмыльнуться.

— Вот же мышь летучая! У Крэбба и Гойла зелье вообще было на дерьмо похоже, но им он и полслова не сказал! — возмущался Рон. За их спинами раздались торопливые шаги.

— Гарри! Где ты был всё утро? Ты хоть понимаешь, как мы волновались?! Профессор Макгонагалл…

— Прекрасно узнала и сама, где я, Гермиона. — грубо оборвал подругу Гарри и ускорил шаг. Ужасно захотелось, чтобы от него наконец-то все отстали.

«Эти споры бессмысленны»

Эта мысль билась набатом в его голове, пока он, по требованию новой преподавательницы защиты от Тёмных искусств читал новый, одобренный Министерством, учебник. Содержание выглядело полной ерундой, но чуть позже Гарри втянулся. Текст пестрил юридическими терминами, но, благодаря сноскам, вникать становилось чуть проще. Он так увлекся, что и не заметил наступившей тишины. Оказалось, все смотрели на него. Включая профессора.

— Я пропустил вопрос, мэм? — вежливо уточнил Гарри.

— Вы не слышали, что сказала мисс Грейнджер? — глаза Амбридж пристально, жадно следили за ним, явно ожидая прокола.

«С ней нужно быть осторожнее, чем со Снейпом.»

— Нет, мэм, я читал главу.

— И вы ничего не хотите сказать?

— Нет, мэм. Я ещё не дочитал, чтобы появились вопросы. — сохранять маску безукоризненной вежливости было крайне трудно, но Гарри держался. И на этот раз не позволял себе «неуместного веселья», как выразился Снейп. Амбридж некоторое время буравила его взглядом, потом резко развернулась к своему столу.
— Возвращайтесь к чтению! У вас осталось мало времени! Мисс Грейнджер, мистер Уизли, вам назначается наказание в виде недели отработок. Вашего декана я поставлю в известность самостоятельно. И пять баллов с Гриффиндора за попытку сорвать урок.

«Хотя в чем-то они со Снейпом похожи, но хоть баллов меньше снимает»

Мысль мелькнула и исчезла, Гарри быстро спрятался от взглядов друзей за книгой. Интересно, что он такого пропустил? В любом случае, если бы отработки назначили ещё и ему, ни к чему хорошему это бы не привело. Друзья не разговаривали с ним остаток дня. Самое интересное, что Гарри это по какой-то причине полностью устраивало.

Это было неимоверно скучно — нисколько не лучше, чем слушать профессора Бинса. Гарри пытался сосредоточиться, но ничего не получалось. Вскоре он обнаружил, что вот уже который раз принимается за одну и ту же фразу, но не может продвинуться дальше первых пяти-шести слов. Так прошло несколько безмолвных минут. Рядом с ним Рон рассеянно крутил в пальцах перо, глядя в одну точку на странице. Гарри перевел взгляд направо — и удивился настолько, что оцепенения как не бывало. Гермиона свой экземпляр «Теории защитной магии» даже не открыла. Подняв руку, она сверлила глазами профессора Амбридж.
Гарри не мог припомнить случая, чтобы Гермиона отлынивала от предписанного педагогами чтения, да и вообще чтобы она воспротивилась соблазну открыть какую бы то ни было лежащую перед ней книгу. Он сделал вопросительное лицо, но она еле заметно покачала головой, давая понять, что не намерена вступать в разговоры, и продолжала пристально смотреть на профессора Амбридж, которая столь же упорно глядела в другую сторону.
Но спустя еще несколько минут Гарри был уже не единственным, кто уставился на Гермиону. Глава, которую им велено было читать, оказалась такой нудной, что все больше и больше народу вместо того, чтобы продираться сквозь «Основы для начинающих», принималось наблюдать за молчаливыми стараниями Гермионы привлечь к себе внимание профессора Амбридж.
Когда больше половины класса уже смотрело не в книгу, а на Гермиону, профессор Амбридж решила, что не может больше делать вид, будто ничего не происходит.
— Вы хотите задать вопрос по поводу главы, милая моя? — спросила она Гермиону, как будто только что ее заметила.
— Вопрос, но не по поводу главы, — ответила Гермиона…
— Видите ли, сейчас мы читаем, — сказала профессор Амбридж, обнажив мелкие острые зубки. — Все прочие неясности мы можем разрешить с вами в конце урока.
— Мне неясны цели вашего курса, — сказала Гермиона.
Профессор Амбридж вскинула брови.
— Ваше имя, будьте добры.
— Гермиона Грэйнджер.
— Видите ли, мисс Грэйнджер, цели курса, как мне кажется, должны быть совершенно понятны, если прочесть их внимательно, — нарочито ласковым голосом сказала профессор Амбридж.
— Мне они непонятны, — отрезала Гермиона. — Там ничего не говорится об использовании защитных заклинаний.
Последовала короткая пауза, во время которой многие ученики, наморщив лбы, перечитывали три цели курса, все еще остававшиеся на доске.
— Об использовании защитных заклинаний? — повторила профессор Амбридж с малюсеньким смешком. — Что-то я не могу представить себе ситуацию в этом классе, мисс Грэйнджер, когда вам понадобилось бы прибегнуть к защитному заклинанию. Или вы думаете, что во время урока на вас кто-то может напасть?
— Мы что, не будем применять магию? — громко спросил Рон.
— На моих уроках желающие что-либо сказать поднимают руку, мистер…
— Уизли, — сказал Рон, выбрасывая руку в воздух.
Профессор Амбридж, чуть расширив улыбку, повернулась к нему спиной. Мигом Гарри и Гермиона тоже вскинули руки. На секунду задержав на Гарри взгляд выпуклых глаз с кожистыми мешками, профессор Амбридж обратилась к Гермионе:
— Да, мисс Грэйнджер. Вы хотите еще что-нибудь спросить?
— Хочу, — сказала Гермиона. — Не в том ли весь смысл защиты от Темных искусств, чтобы научиться применять защитные заклинания?
— Вы кто у нас, мисс Грэйнджер, эксперт Министерства по вопросам образования? — спросила профессор Амбридж все тем же фальшиво-ласковым тоном.
— Нет, но…
— Тогда, боюсь, ваша квалификация недостаточна, чтобы судить, в чем состоит «весь смысл» моих уроков. Новая учебная программа разработана волшебниками постарше и поумнее вас. Вы будете узнавать о защитных заклинаниях безопасным образом, без всякого риска…
— Ну, и какой от этого толк? — громко спросил Гарри. — Если на нас нападут, то совсем не таким образом, не безо…
— Руку, мистер Поттер! — пропела профессор Амбридж.
Гарри выбросил вверх кулак. И опять профессор Амбридж мгновенно отвернулась от него — но тут поднялось еще несколько рук.
— Ваше имя, будьте добры, — сказала профессор Амбридж Дину.
— Дин Томас.
— Итак, мистер Томас?
— Я согласен с Гарри, — заявил Дин. — Если на нас нападут, без риска не обойдется.
— Я вынуждена повторить, — сказала профессор Амбридж, улыбаясь Дину выводящей из терпения улыбкой. — Вы что, ожидаете нападения во время моего урока?
— Нет, но…
Профессор Амбридж перебила его.
— Я бы не хотела подвергать критике порядки, установленные в этой школе, — сказала она, растягивая большой рот в улыбке, которой очень трудно было верить, — но вы в этом классе испытали воздействие весьма безответственных волшебников, поистине безответственных. Не говоря уже, — она издала недобрый смешок, — о чрезвычайно опасных полукровках.
— Если вы о профессоре Люпине, — возмутился Дин, — то он был самым лучшим…
— Руку, мистер Томас! Разрешите продолжить. Вас познакомили с заклинаниями, которые слишком сложны для вашей возрастной группы и потенциально представляют смертельную опасность. Вас запугали, внушая, будто вам следует со дня на день ждать нападения темных сил…
— Ничего подобного, — сказала Гермиона, — мы просто…
— Ваша рука не поднята, мисс Грэйнджер!
Гермиона подняла руку. Профессор Амбридж отвернулась от нее.
— Насколько я знаю, мой предшественник не только произносил перед вами запрещенные заклятия, но и применял их к вам.
— Он оказался сумасшедшим, разве не так? — горячо возразил Дин. — Но даже от него мы массу всего узнали.
— Ваша рука не поднята, мистер Томас! — проверещала профессор Амбридж. — По мнению Министерства, теоретических знаний будет более чем достаточно для сдачи вами экзамена, на что, в конечном счете, и должно быть нацелено школьное обучение… Ваше имя, будьте добры? — спросила она, глядя на Парвати, чья рука только что взлетела вверх.
— Парвати Патил. Разве на экзамене по защите от Темных искусств не будет ничего практического? Мы не должны будем показать, что умеем применять контрзаклятия и тому подобное?
— При хорошем владении теорией у вас на полностью контролируемых экзаменах не будет никаких трудностей с выполнением некоторых заклинаний, — либеральным тоном сказала профессор Амбридж.
— Без всякой практики, без тренировки? — спросила Парвати с недоумением. — Правильно я вас поняла, что первый раз, когда нам позволят применить заклинания, будет на экзамене?
— Повторяю: при хорошем владении теорией…
— Какая польза от этой теории в реальном мире? — громко подал голос Гарри, вновь поднимая в воздух кулак.
Профессор Амбридж взглянула на него.
— Здесь у нас школа, мистер Поттер, а не реальный мир, — сказала она мягко.
— Значит, нас не будут готовить к тому, что нас ожидает вне школы?
— Ничего страшного вас там не ожидает, мистер Поттер.
— Да неужели? — спросил Гарри. Неудовольствие, которое весь день копилось у него внутри, достигло высшей точки.
— Кто, скажите на милость, будет нападать на вас и на таких же детей, как вы? — спросила профессор Амбридж отвратительным медовым голоском.
— М-м-м, дайте сообразить… — произнес Гарри издевательски-задумчивым тоном. — Может быть… лорд Волан-де-Морт?

— Земля вызывает Пенелопу Гарсию — щелкнул перед её лицом пальцами Морган. Пенелопа за стеклами очков испуганно моргнула. — Ты в порядке?

— Я? Конечно! На меня просто напала осенняя задумчивость — беззаботным тоном сказала она, подхватив папки поудобнее и направившись в зал для совещаний. Но профайлер не отстал, снова поравнявшись с ней и уточнив:

— Уж не об одном ли нам знакомом англичанине ты задумалась?

— Не ревнуй, моя любимая шоколадка, меня на всех хватит. — попыталась отшутиться Гарсия, но Морган закрыл двери и развернул её к себе.
— Послушай меня, девочка. Ты беспокоишься. Я беспокоюсь. Мы все волнуемся. Но на данный момент ничего не можем сделать. Прекрати изводить себя.

— Я вовсе не извожу себя! — возразила девушка, добавив тише — Просто меня самую малость нервирует мысль о возможном конце света, но будем надеяться, что он не наступит хотя бы до 12 декабря, только и всего. — после этого она толкнула дверь, Морган, проводив её долгим взглядом, тяжело покачал головой и вошел следом.

— Что вы так долго? — поинтересовался Хотч, немного нахмурившись. Те, кто его не знал, выражение лица приняли бы за строгость. На самом же деле в цепком взгляде начальника явно читалось беспокойство.

— Обсуждали превратности осени — бодро отрапортовала Гарсия и, вздохнув, добавила — К сожалению, страдаем от них не только мы. Несколько групп туристов в Тайланде пропали без вести, сегодня рыбаки нашли два тела на восточном побережье. Фотографии у вас в папках, даже не просите меня перечислять все эти зверства.

— Забавно… Я как раз планировал выбраться в Тайланд в свой следующий отпуск — хмыкнул Росси.

— Тогда лучше не в это время года. — немного вздрогнула Гарсия.

— Что ж, выходит, мы летим в Тайланд — вынес вердикт Аарон. — Дело обсудим в самолете, время не ждет.

Уже в самолете Рид притормозил рядом с Морганом и негромко уточнил:

— Что-то случилось? С Гарсией все нормально?

— Смотря, что ты подразумеваешь под словом «нормально» — буркнул Дерек и пообещал — Потом объясню. После дела.

Смысл словосочетания «моральное давление» Гарри понял только сейчас. До этого он наивно считал, что после детства с Дадли и прошлых лет в Хогвартсе на него всего лишь будут смотреть чуть больше, чем всегда. А это не то, с чем бы нельзя было справится.

Но стоило им миновать вход на платформу и увидеть перед собой алый экспресс, как ему в спину будто впились тысячи иголок. Перешептывания. Взгляды. Некоторые от него испуганно отшатывались. Пока Рон и Гермиона садились в вагон, Тонкс развернула его к себе и сдернула капюшон.

— Расслабься, тигр. Солнце ещё высоко, а у тебя под ногами весь мир. Ты не должен прятаться.

— Попробую — пообещал Гарри, украдкой поцеловав её в щеку, коснувшись уголка губ и шепнув — А если что, заранее, поищи хорошего адвоката по своим каналам. Мало ли, не сдержусь.

— Дурак — шлепнула его по затылку Тонкс, но смотрела почему-то с грустью — Во всем виноват Сириус, наверняка.

Поезд издал ещё один гудок, и запрыгивать Поттеру пришлось уже на ходу. Он махнул в окно, нелепо улыбнувшись и пошел по коридору. В поисках друзей и свободного купе. Капюшон он, невзирая на взгляды, натягивать снова не стал. Хотя очень хотелось.

— Иди сюда, Гарри — раздался голос Невилла. Поттер развернулся на звук.

— Так-так. Пооттер. — манерно протянул Малфой. В узком пространстве коридора Гарри мгновенно развернулся, готовый в любой момент выхватить палочку. При отсутствии места уклоняться будет некуда, а вот возвести щит он успеет. — Удивлен, что тебя ещё пускают в приличное общество. И ты решил, наконец, заняться собой? Похвально-похвально. Теперь хотя бы будет обоснование тому, зачем ты всюду таскаешь с собой Грейнджер и Уизли. На их фоне нет ничего проще, чем просто выглядеть прилично. Ну или притворяться приличным человеком.

— Малфой — медленно выдохнул Гарри и натянул небрежную усмешку, окинув вставших за спиной слизеринца Кребба и Гойла. — Пожалуй, ты действительно знаешь, о чем говоришь. — от удивления Драко даже открыл рот, а Гарри продолжил громче, кивнув на застывших Винсента и Грегори — Ведь на их фоне последняя горилла будет гением мысли. Хотя для горилл сравнение обидное, ведь они по теории Дарвина ближайшие предки человечества.

По вагону раздались первые смешки, Малфой, судя по виду, ничего не понял, но уже в гневе открыл рот, некрасиво покраснев. Тут кто-то коснулся плеча Поттера, и он резко обернулся, нацелив палочку в живот противнику.

— Это я — испугано сказала Гермиона. Гарри с облегчением убрал оружие в чехол. О палочке он за этот месяц привык думать именно так. — Идем, нужно найти купе до того, как начнется собрание старост. И почему ты все время цапаешься с Малфоем?

— Я его не трогаю, это он мимо спокойно пройти не может — проворчал Гарри. — Идем, Невилл звал меня оттуда.

— Привет, Гарри — улыбнулся Невилл. — Классно выглядишь, тебе идет. Привет, Гермиона. Ты, как всегда, великолепна.

— Спасибо. — порозовела немного щеками Грейнджер, пока парни пожимали руки. Следом за ней зашел Рон, поздоровавшись со всеми кивком и уже что-то жуя.

— Как лето прошло? — звонко спросил Невилл, когда Рон закрыл дверь купе. — Смотрите, что мне подарили! — он указал на стоящий на подоконнике кактус. — Мимбулус мимблетония! Дядя Элджи привез мне его из Африки в подарок на день рожденья!
— Это здорово — улыбнулся Гарри, который к Невиллу проникся теплыми чувствами с прошлого года. Подкинул справочник Крауч-младший или нет, но Невилл все равно помог ему. Сам бы Гарри ни за что бы не разобрался, не говоря уже о том, что плавал он не ахти как. — А лето… Могло быть и лучше, но могло быть и хуже.

— Это ты о «Пророке»? — посерьезнел Невилл и нахмурился. Сейчас стало заметно, что его лицо потеряло детскую округлость, а за мантией были видны широкие плечи. Кисти рук у Невилла тоже были не меньше, чем у Кребба и Гойла. — Наплюй. Умные люди прекрасно знают, что Дамблдору можно и нужно верить. Бабушка давно отказалась от подписки, даже писала петицию в Визенгамот. Она пыталась прекратить клевету на твое имя, но многого сделать не смогла, конечно. — Лонгботтом внезапно смутился.

— Передай ей от меня большое спасибо — покраснел Гарри. — Честно говоря, я не знаю, что думать. Пожалуй, только несколько человек мне и верят, не считая Дамблдора.

— Это не так. Просто с твоего неосвещенного угла ситуация кажется совсем плачевной — пропел тонкий девичий голосок. Все вздрогнули. В уголке у самого окна сидела девочка… Самая странная из всех виденных Гарри ранее. В ушах у нее были серьги из редисок, светлые, спутанные волосы туго стянуты на затылке, а шею украшало ожерелье из пробок. Картину дополняли внимательные, почти бесцветные голубые глаза. Она читала какой-то журнал, держа его вверх-ногами.

— Простите, ребята, забыл представить — стушевался Невилл — Это Полумна Лавгуд, она учится на Райвенкло. Это Гермиона Грейнджер, Рон Уизли и…

— Гарри Поттер — кивнула девочка, пристально его рассматривая. Гарри нервно облизнул губы.

— Можно мне твой журнал? — ляпнул он, чтобы хоть как-то заполнить паузу. Почему-то у него возникла ассоциация с рассказом «Алиса в Стране Чудес». Помнится, в детстве рассказ показался ему почему-то глупым. И сейчас он чувствовал себя очень глупо. Девочка молча протянула журнал и начала раскачиваться на месте. Гарри пролистал глянцевые страницы. Журнал был по большей части развлекательным и немного фантастическим, судя по содержанию. Во всяком случае, Поттер не мог себе представить, чтобы министр Фадж всерьез убивал и поедал гоблинов. А вот загадка его заинтересовала, он тоже перевернул журнал вверх-ногами и попытался рассчитать выход из лабиринта для неведомого мозгошмыга. Вышел же Гарри из реального в прошлом году…

— Что-то интересное? — спросил заскучавший Рон, который единственный был не занят. Невилл любовно поглаживал горшок с растением, а Гермиона сражалась с завязками на кошачьей корзине. Оттуда сердито шипел Живоглот.

— Конечно, нет! — фыркнула гриффиндорка раньше, чем Гарри успел ответить. — Это же «Придира» почти тоже самое, что желтая пресса. Там не пишут ничего путного.
— Прошу прощения — внезапно холодным и рациональным тоном вмешалась Полумна. — Редактор «Придиры» — мой отец. — с этими словами она молча выдернула журнал у Поттера из рук, демонстративно игнорируя попутчиков. Всем стало неловко. Гермиона и вовсе была вся красная от смущения. Недовольный кот выбрался из корзины и улегся Гарри на колени. Поттер автоматически начал его гладить, Рон кашлянул.

— Ладно… Рассказывай, Гарри!

— Что рассказывать? — уточнил Поттер.

— Рон! — возмутилась Гермиона.

— Ну, а что? Не зря же мама так орала. Мне интересно, правда ли это все.

— О чем речь? — уточнил Невилл. Гарри подумал, что ему уже надоело краснеть.

— Слушайте, без обид, но это личное — вмешался Гарри, пока лучший друг не ляпнул что-нибудь совершенно неуместное.

— Просто у Гарри появилась девушка — странным тоном ответила на вопрос Невилла Гермиона, и отвернулась к окну.

— Мы не встречаемся! — в конец запаниковал Поттер. — Может, хватит? Может быть у меня личная жизнь, в конце концов?

— Ну а…

— Да, Рон. — вздохнул Гарри. — Мы прекрасно провели время, если тебе интересно. Но подробностей не жди. — Невилл сочувственно улыбнулся Поттеру, Гермиона вдруг подскочила с места.

— Нам нужно в купе старост!

— Точно! — Рон хлопнул себя по лбу. — Ещё поговорим, ребят. — напоследок он ухмыльнулся. Когда они ушли, Гарри с облегчением выдохнул. Это все слишком сложно! Между друзьями, конечно, не должно быть тайн, но это все же… личное.

— Не тушуйся. Рон отстанет… Дин и Симус тоже приставали ко мне с вопросами — подбодрил его Невилл. Гарри нервно улыбнулся, осознавая, что совершенно не знает парня, с которым прожил в одной комнате 4 года. Мир до этого времени был странно ограничен только Роном и Гермионой, про себя он принял решение это исправить. Потом его взгляд упал на девочку с журналом.

Вооружившись палочкой, Поттер сгреб себе ближайшую упаковку, подписанную аккуратным почерком Гермионы.

— Спорим, там книга? — предположил гриффиндорец с каким-то усталым азартом.

— А я и спорить не буду, я помогал выбирать — хмыкнул Блэк, поскреб подбородок и сунул крестнику чашку с чем-то горячим. Гарри отвлекся от распаковки подарка и отхлебнул, привлеченный запахом вишни и миндаля. И тут же чуть не подавился.

— Э-это… Это… Кха! — Люпин участливо хлопнул его по спине, да так, что Поттер чуть носом не впечатался в стол. — Спасибо, Лунатик. — прохрипел он.

— Сириус. — укоризненно сказал Люпин, сверля Блэка недовольным, немигающим взглядом. Тот хмыкнул.

— Да брось ты из себя изображать непорочную невинность, Рем — усмехнулся Блэк. — Парню пятнадцать, должен же он научиться на вкус распознавать приличный алкоголь.

— Но не с утра же и не на пустой желудок — шикнул экс-староста Гриффиндора. — Он же не ты, Бродяга.

— Все в порядке — прохрипел гриффиндорец. А когда смог восстановить дыхание уже с большей осторожностью и любопытством отхлебнул напиток, пытаясь разобрать вкус. Сириус некоторое время в ожидании смотрел на него. — Сдаюсь, что это?

— Вишневый коньяк — хмыкнул крестный. — Под патентом рода Блэк, чтоб ты знал. Строго говоря, там доля коньяка с вишневым соком и сахаром. Твоей матери он нравился.

— Я её понимаю — сделал ещё один глоток гриффиндорец — Мне тоже нравится. Вкус интересный, я думал, коньяк крепче.

— Есть и крепче. Этот всего 7-8 оборотов — охотно поделился Сириус. — Мы можем потом.....

— Не слушай его, Гарри — не выдержал Люпин. — Чтоб быть мужчиной, пить 40 градусные напитки не обязательно. Давай лучше откроем подарки.

Сириус притворно надулся, но вместе с ними начал открывать разноцветные упаковки. Гермиона, как и ожидалось, подарила книгу. Но на этот раз книга была посвящена защите от темных искусств. Подняв глаза от оглавления, Гарри нашел её взглядом, благодарно улыбнулся и показал большой палец. Та покраснела и отвернулась, помогая миссис Уизли с приготовлением завтрака.

Рон зачем-то подарил ему плакат Пушек Педдл помимо десятка шоколадных лягушек. Близнецы тоже отдарились сладостями, но собственного приготовления. Надо ли говорить, что пробовать они их не рискнули? Правда, одну шоколадную лягушку Гарри все-таки обезглавил, поймав её ловким движением ловца. Коньяк приятно согрел горло и подстегнул чувство голода. Запахи, витающие в воздухе, этому способствовали.

Джинни тоже подарила сладости и открытку с пожеланиями. В свертке от Ремуса оказалась дорогая кожаная куртка, Поттеру отчасти было даже неловко её принимать, но померил он её с удовольствием. Вещь была стильной, с широким капюшоном и большим количеством карманов.

Мистер и миссис Уизли тоже подарили ему кое-что полезное — дуэльные ботинки. Должно быть, подарок стоил немало денег. Примерив их, Гарри тут же на пробу подпрыгнул, пытаясь привыкнуть к ощущениям.

— Что ты придумал, Сириус? — поднимаясь знакомым маршрутом в его комнату, поинтересовался крестник.

— Вам понравится — хмыкнул Блэк и вошел в комнату. Письменный стол был сервирован солеными закусками и несколькими видами выпивки. — Должны же мы нормально отметить день рожденья Невидимки. Фред и Джордж сейчас присоединятся.

— Бродяга — подал голос Люпин, сидя на кровати и доброжелательно улыбнувшись Рону.

— Да-да, и ради сохранности вашего здоровья, вот. Выпейте сначала зелье, а потом начнем праздновать — махнул рукой нетерпеливо Сириус. Гриффиндорцы сделали, как сказано, после Сириус разлил выпивку по бокалам. Близнецы аппарировали с негромким хлопком, взяв свои порции. Один из них от души хлопнул Поттера по спине.

— Поздравляем, господин Невидимка, сердечно поздравляем! Кстати, мы слышали, у магглов есть традиция тянуть человека за уши столько раз, сколько лет ему исполнилось, поэтому..... — один из близнецов с силой дернул Поттера за уши, зайдя за спину. В тот же самый момент раздался громкий хлопок.

— Упс! — глубокомысленно выдал Джордж, стратегически отступая в угол.

— Аай! Бл****!!!!! Фред, твою *****!!! Я тебя сейчас *******!!! — не выдержал Поттер, чуть не разлив коньяк на себя. Сириус и Ремус от хохота свалились на подушки, пока один из близнецов убегал от разгневанного гриффиндорца, размахивая ушами. Должно быть, срезанными от одного из удлинителей ушей, используемых обычно для подслушивания. У мочек крестника угадывался небольшой красноватый ожог от заклинания.

— Не надо! Пятнадцатилетним мальчикам вообще такие мысли не должны приходить в голову! — отшутился Фред, отмахиваясь от Поттера ухом, другое он уже засунул в рот, с редкостным флегматизмом прожевав и запив выпивкой. Рон тут же позеленел, прекратив смеяться. Мародеры расхохотались ещё громче, Поттер завис. — Что? Ну не тормозите, это выпечка! — фыркнул Фред. — Чем хуже шоколадных лягушек? Гарри, попробуй!

Поттер смотрел с сомнением на протянутое ухо добрых десять минут, прежде чем взять и откусить. Внутри оказалась острая говядина, грибы и какой-то пряный соус. Уже с большим энтузиазмом засунув угощение полностью в рот, Поттер его прожевал и залпом запил коньяком.

— А у тебя ещё есть? Скажешь «да» авансом прощаю твою выходку — провокационным тоном выдал гриффиндорец. Сириус уже подвывал от смеха, Ремус булькнул в свой стакан.

— О! Наш человек! — поднял палец вверх Джордж и взмахнул палочкой, на столе появился громоздкий поднос. В большом количестве были именно уши, помимо них присутствовали пальцы рук, кисти и даже кусок, подозрительно напоминающий человеческое сердце. Его Поттер пробовать не рискнул, но пару ушей все же взял. Сириус и Ремус тоже подошли к столу.

— Рон? Ты где есть? Присоединяйся, это и впрямь вкусно. — позвал друга Поттер, не увидев его рядом. У того был подозрительно зеленый цвет лица.

— Да не, я, пожалуй, попью просто — нервно сказал Уизли, и правда глотком осушив половину стакана.

— Джентльмены, мы свиньи! — очнулся Сириус — Где тост, хотел бы я знать? Рон, иди сюда, участвовать должны все! Так. Насчет три: с днем рожденья!

Все выпили, Поттер на пробу положил в рот мизинец с подноса. Тот оказался с курицей и чесноком. После пришел черед школьных историй, разница только была в этот раз в том, что рассказывали их не только Мародеры. После первой бутылки к рассказам присоединились Фред и Джордж, через какое-то время подключились и Гарри с Роном. Почему-то в основном вспоминался второй курс, богатый событиями. Один поход к акромантулам или варка оборотного зелья в туалете чего стоили… Захмелевший Сириус провозгласил Рона, Гермиону и близнецов почетными Мародерами. Некоторое время развлекались тем, что пытались подобрать всем прозвище. Потом Рон на подгибающихся ногах пытался проклясть братьев, Гарри почувствовал, что пить больше не хочет и с расслабленной улыбкой разлегся на полу, глупо глядя в потолок. Из состояния абсолютной эйфории его вывел стук в дверь.

— А что вы тут делаете? — сунулась в помещение любопытная Тонкс. Гарри заподозрил, что, видимо, шум был изолирован заклятьями, иначе вопрос бы звучал по-другому. Сириус снял иллюзию со стола. Рон, Фред и Джордж отлипли от стены.

— Празднуем! Присоединяйся, нам как раз не хватает женской компании — хохотнул Блэк. Тонкс обвела взглядом всех присутствующих, помялась и зашла внутрь, закрыв дверь. На двери тут же замерцали чары.

— Кричер! — позвал Сириус. Домовик появился, щелчком испарив пустые бутылки. — Напитков и закусок для нас и дамы. Что желаешь?

— Белого вина, сухого — подумала Тонкс. Поттер решил, что даже с учетом, что у него день рожденья, лежать на полу как-то не очень прилично и сел рядом с ней, выпрямив спину. — И шоколада с клубникой.
....
— Спасибо, не курю — вежливо отозвалась девушка. Ремус протянул сигарету Блэку и те закурили отойдя к окну. — А между прочим, я в претензии. — заключила она.

— За что? — слегка заплетающимся языком уточнил Рон, Поттер ограничился поднятием брови.

— Ну, меня ударили по голове кочергой и даже не извинились, как следует…- протянула Тонкс, Гарри все-таки покраснел.

— Слышал, Невидимка? Это камушек в твой огород — хохотнул Сириус. Носом выпуская струю дыма.

— Хм… — гриффиндорец на долю секунды задумался, прежде чем притянуть девушку к себе и поцеловать её прямо в губы. Фред и Джордж свистнули, Сириус с хохотом захлопал в ладоши. Рон подавился алкоголем, его лицо по цвету стало напоминать свеклу, сердобольный Ремус поспешил к нему на помощь. То ли дело в выпивке, то ли в эйфории, то ли в проведенной ночи с Аделией накануне, но Поттер сейчас не чувствовал ни грамма смущения. Наоборот, ему принадлежал весь чертов мир. — Извинения приняты? — уточнил он, прерывая поцелуй, когда им обоим понадобилось восстановить дыхание. Тонкс смотрела на него очень удивленно, но в целом с интересом.

— Я подумаю. — благосклонно сказала она, усаживаясь вместо подушки ему на колени.

Зато сверху раздался смех и хлопанье дверей. Гермиона, подстегиваемая любопытством, направилась наверх.

Лучше бы она этого не делала. Дальше по коридору легко угадывался смех Сириуса и голоса Рона, Фреда и Джорджа. А вот из ближайшей приоткрытой двери она услышала явный стон и остановилась, как вкопанная. Она и сама не знала, что ей мешало сейчас развернуться и уйти. В щелку двери она рассмотрела гибкую женскую фигуру и темные волосы.

— Останешься на ночь? — слегка хрипло уточнил незнакомец голосом Гарри. Это ведь не мог быть Гарри?

— Не м-могу. Дежурство… — выдохнула девушка. С большим трудом в томном, мягком голосе ей удалось узнать интонации Нимфадоры Тонкс.

— Жаль… — расстроился Поттер, прежде чем тут же втянуть её в поцелуй и выдохнуть. — Черт, не издевайся, а…

Гермиона, буквально чувствуя, как полыхает лицо, явственно услышала шелест одежды. Тонкс хихикнула.

— Извини… Просто ты так жадно за мной наблюдаешь, что я не удержалась. Я найду способ остаться до вашего отбытия в Хогвартс. В конце концов, должна же буду я вас провожать.

— Конечно, госпожа аврор — фыркнул Поттер, судя по тени, притянув девушку к себе. Снова раздался звук поцелуя, после он добавил — Но тогда не будем спешить, не хочу прерываться на половине процесса…

— Как пожелаешь — мурлыкнула Тонкс, этого оказалось достаточно, чтобы Грейнджер не выдержала. Круто развернувшись, Гермиона, как могла бесшумно, поспешила назад. И сама не заметила, как в кого-то врезалась.

— Все в порядке, Гермиона? — обеспокоенно спросил Люпин, слегка поймав её за плечи. Все ещё вся красная, Гермиона выдохнула.

— Конечно, мне нужно помочь миссис Уизли. Извините, профессор.

— Ничего страшного — благожелательно улыбнулся мужчина, и направился дальше по коридору. Дверь, за которой спряталась пара, он по джентльменски закрыл. После, насвистывая, направился в комнату, где раздавался голос Сириуса и троих Уизли. На кухню Гермиона вернулась сама не своя. И даже не сразу услышала вопроса подруги.

— Гермиона! Очнись!

— А? Что? — моргнула гриффиндорка, пытаясь перестать краснеть и восстановить дыхание.

— Нашла остальных? Ты какая-то странная — с сомнением посмотрела на неё Джинни.

— Да, они с Сириусом. И по пути я чуть не сбила профессора Люпина, вот и запыхалась — выкрутилась Гермиона.

— А — чуть поникла Джинни. — Ну ничего, может, после ужина Гарри меня…

— Что? — с подозрением осведомилась Гермиона, чувствуя, как у неё горят щеки.

— Ну, заметит. Он как-то изменился, тебе не кажется?

«Не кажется» — с жалостью подумала Гермиона. Почему-то она чувствовала, что на Джинни Уизли Гарри не обратит внимание уже никогда. Нет, конечно, она рада за лучшего друга, что он… Кхм, взрослеет. Но откуда сейчас это чувство разочарования и пустоты в душе? Как будто только что перед ней захлопнулась очень желанная дверь.

— Где пожар? — поинтересовался Поттер, улыбнувшись.

— Ты где пропадаешь? — возмутился Джордж. — Пришли письма из Хогвартс! Но у нас есть и плохая новость..... — понизил голос он.

— Какая? — сразу насторожился Гарри, ощущая как буквально уходит сквозь пальцы уходит хорошее настроение.

— Наш Ронни стал старостой — зловещим тоном заключили близнецы. Взрыв смеха на другом конце стола заглушил, как Поттер выругался и от души стукнул их головами друг о друга.

— Кретины! — рассерженно шикнул Поттер. — Я было решил, что случилось что-то из рук вон серьезное.

— А это что, несерьезно что ли? — обиженно потер шишку Фред — Как мы будем тестировать наши разработки, если Ронни и мисс «Я-все-знаю-лучше-всех!» будут под ногами путаться, хотел бы я знать?

— Ну как дела, Гарри? Все подобрали? — сразу поинтересовалась Гермиона, придирчиво окинув его взглядом.

— Ага, все, что нужно — ответил Гарри. Почему-то сознательно умолчав об артефактах, помимо будущих занятий с Сириусом. Сейчас это показалось ему намного более личным, чем раньше.

— Ну, теперь ты сможешь присоединиться к нам! — с энтузиазмом заключил Рон, с размаху хлопнув его по спине. От неожиданности Поттер чуть не подавился.

— В смысле?

— Ну, за уборкой же! Это правда ужасно, мы трудимся целый день, как домовые эльфы!

— Очень хорошо, что ты это понимаешь, Рон. Надеюсь, теперь ты будешь больше времени посвящать работе сообщества — просияла Гермиона. — Я кстати, доработала несколько новых положений. Мы можем раздавать листовки или проводить беседы с первокурсниками в гостиной. Я уверена, тогда у нас будет намного больше членов и, в конце концов, мы добьемся поставленных целей!

Рон и Гарри обменялись обреченными взглядами. Какое-то время Гарри молча ел сэндвич, после этого взял другой и со вздохом сказал.

— Простите, но я, похоже, не смогу.

— Не сможешь что? Ты уйдешь из сообщества? — расстроилась Гермиона.

— Нет, ни в коем случае — мотнул головой Гарри. Обижать Гермиону ему хотелось в последнюю очередь. — Я не смогу вместе с вами заниматься уборкой и подслушивать.

— Но почему? — с недоумением моргнул Рон.

— По правде говоря, я хочу побольше времени провести с Сириусом, пока есть такая возможность. Большую часть лета я пробыл у Дурслей, а в Хогвартсе мы все равно будем общаться только письмами. Не думаю, что у него будет возможность приходить в Хогсмид. Только без обид, окей?

— Конечно, Гарри! Мы все понимаем! — с жаром воскликнула Гермиона, раньше чем Рон успел открыть рот. Она смотрела на Гарри сейчас с огромным сочувствием. И даже не выдержав, крепко обняла. — Ты только уж совсем нас не забывай. Мы тоже твои друзья, даже несмотря на произошедшее летом, ведь так?

— Не волнуйся, Гермиона. — хохотнул Гарри, мягко обняв её в ответ. — Я вам успею надоесть и в Хогвартсе, гарантирую.

— Ну, если ты в этом уверен… — ухмыльнулся Рон. И тут же скис, заметив швабры и тряпки, которые принесла миссис Уизли. — А нам, видимо, пора возвращаться к работе.

— Ну… — Гарри подошел и взвесил в руке одну из швабр. — Сириус на сегодня провел со мной полдня, а в шесть рук мы наверное управимся куда быстрее, ты так не считаешь? Предупреждаю, с моим опытом я могу заткнуть за пояс вас всех вместе взятых!

— Съешь слизня — ухмыльнулся Рон. — Я тоже здесь достаточно долго изображаю из себя домового эльфа, знаешь ли.

— Мальчишки! — закатила глаза Гермиона. — Эй! А ведра по-вашему я должна донести?! Вы обнаглели?

Никто из них не заметил стоящего в углу домового эльфа, который худыми дрожащими руками прижимал к груди золотой медальон со знаком Салазара Слизерина. Через какое-то время он просто растворился на месте, спрятав ношу в складках грязного полотенца.

Дальше дни полетели удивительно быстро. Днем Гарри проводил много времени с Сириусом, они разбирали теорию и практику предыдущих курсов, а параллельно он рассказывал обо всем, что происходило с ним в Хогвартсе. Сириус смеялся до икоты над тем, как Гермиона сломала нос Малфою или как они ловко проникли в гостиную Слизерина, засунув Крэбба и Гойла в чулан для метел. После этого он сказал, что Гарри достоин звания настоящего Мародера. И ему срочно нужно придумать какое-нибудь имя.

— Человек-Невидимка. Или просто Невидимка. Как тебе? — поинтересовался Гарри, отрываясь от эссе по трансфигурации. Летние работы пришлось переписывать. Гарри никогда не думал, что Сириус может быть таким требовательным учителем. Но ему это нравилось. Делать уроки с крестным было намного познавательнее собственных потуг под одеялом при свете фонарика в зубах.

Сириус разбавлял это собственными рассказами, интересными заклятьями или просто историями об его отце и матери. Так, например, Гарри узнал, как правильно затачивать перья или хранить домашнюю работу, чтобы она наутро не выглядела так, будто её пожевал Тролль. Или заклятье для чистки зубов и постоянно свежего дыхания. Как очищать заклинанием доску для зелий и удалить грязь из-под ногтей. Честно говоря, Поттер самостоятельно может не освоил бы и половины всего этого, но ему это нравилось. Это отличалось от метода зубрежки Гермионы или спешной подготовки к Турниру в прошлом году. Он же дни и ночи просиживал в библиотеке именно потому что не представлял, где и что нужно искать. Сейчас его знания начали обретать систему.

— А почему именно это? Из-за мантии? — оторвал взгляд от книги Сириус. Он тоже не сидел без дела, выписывая заклятья, которые нужно разучить с крестником. Его подбородок сейчас покрывала короткая борода, но было видно, что после занятий он и сам стал обретать форму. Волосы стали немного длиннее и спадали на плечи. Такой вид придавал ему определенную долю солидности.

— Нет, не совсем. Незадолго до Хогвартса я прочел одну книгу. Она о человеке, который обрел необычные способности. Он изобрел самую настоящую невидимость с помощью одного вещества. И поставил эксперимент над собственным телом. Мне показалось, подходит. С тех пор, как у меня появилась мантия-невидимка, моя жизнь буквально встала с ног на голову. Лишь бы конец истории не совпал.

— А что там в конце? — заинтересовался Сириус. — Я не знал, что магглы пишут книги о магии.

— Не недооценивай магглов, Бродяга. Они много чего могут. — усмехнулся Поттер, тут же немного нахмурившись. — А конец у книги грустный. Его выследили и бесславно убили. Хотя на самом деле, он не хотел никому вреда. Хотел, как лучше. Книгу написал Герберт Уэллс. Прочти, если хочешь. Интересно.

— Как скажешь, Невидимка. Почетно и с гордостью принимаю тебя в компанию Мародеров. — отсалютовал Сириус палочкой, но тут же перестал улыбаться. — Что не так?

— Да все так, просто… От Гарсии долго нет письма.

— Штаты находятся далеко, вот и все. Хедвиг обязательно прилетит с ответом. — серьезно сказал Сириус, затем без паузы добавил — А потом ты познакомишь меня с этой самой Гарсия, и может быть…

— Эй! — покраснел Поттер.

— А что? Считаешь, я ей не понравлюсь? Или все наоборот, она понравилась тебе? Колись, Невидимка!

— Вовсе нет!

— Конечно! Окей! Именно так отвечал твой отец, когда речь заходила о твоей матери! — Блэк еле-еле успел увернуться от подушки — Вот-вот, один в один.

— Перестань. — отвернулся пристыженный Поттер. — Она старше меня, вряд ли что-то вообще выйдет.
— А вот это брось. — посерьезнел Блэк и сел рядом с крестником. — В вопросе отношений возраст вообще десятое дело, ясно? И если ты этого хочешь, добиться можно любой девушки, будь она хоть волшебница, хоть маггла.

— Тебе легко говорить. — покраснел до ушей Поттер. — А я вообще не представляю, что, как… — совсем смутившись, гриффиндорец замотал головой. — Все, лучше закроем тему. А то у меня мысли не в ту сторону.

— Ну нет уж, ты так просто не отделаешься! — хохотнул Блэк, чуть толкнув его локтем. — Подкину я тебе пару книжек… Полезных. Твой отец когда-то тоже их читал. А потом сходим в маггловский мир и прогуляемся в пару интересных мест, м? Что ты на это скажешь? Оставшийся опыт доберешь в Хогвартсе, и уверяю, Гарсия будет только счастлива стать твоей.

— Сириус! Но тебе же нельзя выходить! Это опасно!

— Тебе напомнить, какой полезной штукой может быть оборотное зелье? — хохотнул Блэк — Решено, в конце недели выходим на тропу войны. Гарантирую, тебе понравится.

Гарсия готовила шоколадное суфле и в честь этого суетилась на кухне, подходя то к плите, то бросаясь к холодильнику. Сегодня был её выходной, поэтому она ограничилась домашним халатом и тапочками в виде двух полосатых мартовских котов. Необычность ситуации добавляла ухающая на её подоконнике полярная сова, трескающая печенье с орехами.

— Сейчас-сейчас! Все почти готово, ещё пару угощений и все, обещаю! — сова снова ухнула, Гарсия вздохнула — Ну, на этот раз правда все! Не могла же я просто отправить пирог с патокой, это было бы банально! А так твоему хозяину будет чем угостить своих друзей! Если ты, конечно, донесешь всё в целости и сохранности.

На этот раз уханье было возмущенным, Пенелопа убавила огонь под кипящей кастрюлей и обернулась, молитвенно сложив руки:

— Ну, прости-прости! Я до этого никогда и ничего не отправляла с совой, правда! Я сову-то видела последний раз в питомнике, куда мы пошли всем классом! И мне было всего 10 лет! И сова спала! Даже не посмотрела в мою сторону, это было так обидно! Мне ужасно хотелось с ней сфотографироваться! Кстати…- сова ухнула и перелетела на кухонный шкаф. — Ну, хорошо-хорошо, не сейчас, я поняла…
Гарсию прервал стук в дверь. Вооружившись кухонным ножом, она пошла открывать. Время-то было уже далеко за полночь. И едва не выругалась, когда увидела с цветами Кевина.

— Привет. Я подумал, что я должен извиниться… — улыбаясь, он протянул ей огромный букет и потянул носом — Ух ты! Потрясающе пахнет шоколадным суфле.

— Привет. Я очень тебе рада, спасибо за цветы, но я занята! — быстро проговорила Гарсия, положив нож на полку для обуви. Кевин проводил это действие недоуменным взглядом. — И суфле я готовила не для тебя!

— А для кого? — не понял Кевин. В этот момент с кухни раздалось шипение и недовольное уханье.

— Для себя! — торопливо заключила Гарсия. — А теперь, пожалуйста, уйди! Я правда очень занята! Поговорим когда-нибудь потом! Пока! — она попыталась закрыть дверь, но Кевин поставил ногу в проем.

— Я что, слышал сову?

— Да! Меня попросили поухаживать за птичкой! А теперь уходи! — взмолилась Гарсия и закрыла наконец-то дверь. Щелкнув замком, она бегом понеслась на кухню. К счастью, десерт ещё не был окончательно испорчен. Сова взирала на неё с высоты шкафа с явным сомнением в её умственных способностях. — Не смотри на меня так, я не виновата. Теперь нужно подождать, чтобы оно остыло. — ответом ей было обреченное, усталое уханье. Хедвиг в очередной раз вылетела из её окна на охоту. Или ещё по каким-то своим совиным делам, мало ли. Но сейчас Гарсия уже не боялась, что птица не вернется. Всегда возвращалась, наверное, в этом была какая-то своя магия. Попробовав немного суфле, Гарсия задумчиво вздохнула. — Опять переборщила с сахаром. Я надеюсь, ты любишь сладкий шоколад, Гарри.

Гарри как раз спускался к завтраку, слыша из столовой возбужденные голоса. У него немного побаливало плечо — давал о себе знать последний спарринг с Сириусом. Но Гарри бы ни за что не согласился отменить занятия, даже если бы то заклятье и вовсе сломало ему ключицу к чертям собачьим.

Он колдовал! Он учился! Его учили! Да, это была не какая-то запредельная магия, он не швырялся проклятьями с обеих рук, но тем не менее, ему нравилось то, что он делал. Нравилось с помощью обычного Флиппендо уметь пробить аккуратную круглую дырку в стене или с помощью Левиоссы научиться левитировать несколько предметов сразу! Нравилось, что он мог колдовать на ходу. Сейчас Гарри жизни не представлял без магии.

Он буквально ощущал, как поток силы циркулирует по телу, отзывается на кончиках пальцев, когда он произносил заклинание, как меняется его плотность, если он переходил к более сложным заклятьям от самых простых.

— Я не знаю, с чего начать, если честно.

— С начала — любезно подсказал Блэк, оскалившись кривой ухмылкой. — Что? Это всегда самое простое.

— Ну, после нападения… Это между нами, ладно? — Гарри прикусил губу, пытаясь унять бешено колотящиеся в груди сердце.

— Без проблем — посерьезнел Сириус и выпрямился. — Выкладывай.

— Те магглы, что помогли мне после нападения дементоров оказались агентами ФБР. Они случайно нашли меня и Дадли. И решили помочь вместо того, чтобы… — Гарри осекся и на всякий случай пояснил — ФБР — это как элитный отряд авроров, вроде того. Только они работают в Штатах.

— Не напрягайся, Сохатик, я знаю, кто это такие. — кивнул Сириус и нахмурился. — Они тебе что-нибудь сделали? Угрожали?

— Нет, конечно! — испугался Поттер, уж очень грозный был у крестного вид.

— Тогда что? Расскажи мне. Ты можешь мне верить.

— Когда я очнулся… — Гарри вздохнул и сцепил руки в замок. — Я толком не понимал, где я и что происходит. Паршивое было чувство. Ещё я подумал, что на меня всем плевать. — крестный издал горлом какой-то неопределенный звук, но Гарри поднял руку. — Нет, я понимаю, что это не так. Но тогда это было ужасно, намного ужаснее слабости и головной боли. И я не выдержал.

— Что ты сделал, Сохатик?

— Я решил, что больше не хочу справляться с этим один. Что раз всем плевать, то и я буду делать так, как удобно мне. И я рассказал им все.

— Ты рассказал…

— Да. Абсолютно все. Про магию, волшебный мир, Хогвартс и Воландеморта.

Некоторое время они оба молчали. На крестного Гарри старался не смотреть, вперив взгляд в грязный пол чердака. Как ни странно, особого страха больше не было. Пожалуй, он никому не мог бы сказать этого, кроме Сириуса. Уж точно не Дамблдору, Рону или Гермионе. Они бы не поняли. Никто бы из них не понял.

— Я бы тоже так поступил — обронил Блэк. От неожиданности гриффиндорец даже подскочил на месте, резко развернувшись к крестному всем корпусом.
— Правда?!

— Да. Так что не мне тебя осуждать, Сохатик. Но гораздо важнее — что произошло потом? Они попытались отвезти тебя в больницу или что-то такое?

— Нет. Совсем нет. Они мне поверили, по крайней мере, мне так показалось. И пообещали помочь.

— Но? — проницательно уточнил Сириус, Гарри цыкнул и вскочил, начиная расхаживать от избытка энергии из одного угла в другой, заложив при этом руки за спину.

— Тогда я подумал, что это хорошая идея! Что это правильно, ведь именно магглы понесут основной урон, когда Воландеморт перейдет в наступление.

— А сейчас?

— А сейчас… Сириус, я не знаю. — в порыве отчаяния Поттер рухнул на место, жестко сцепив руки. — А вдруг они передумали и не приедут? Что ещё хуже: вдруг об этом кто-то узнает, и у них будут неприятности? А вдруг Пожиратели смерти просто убьют их в конечном итоге, когда они попытаются помочь?! Это будет целиком и полностью моя вина! Я всё рассказал! Я их попросил помочь!

— Для начала, Сохатик, без паники. Услышал меня? Не придумывай себе дополнительных проблем. У тебя есть чем заняться и без этого. Не накручивай и не заглядывай слишком далеко в будущее. Все на свете всё равно никому не предусмотреть, даже волшебнику. — Сириус положил руку ему на плечо и крепко сжал. — Прости меня, дружище. Всё это время я был крайне паршивым крестным отцом.

— Ты вовсе не…

— Нет, я обязан перед тобой извиниться — твердо оборвал его Сириус. — Но, как говорил твой отец: извиняться лучше делом. Как смотришь на то, чтобы подобрать тебе наконец палочку? И не выдумывай проблемы. Жизнь без тебя их придумает.

— Спасибо, Сириус.

— Брось. Идём.

Они спустились вниз, миновав приоткрытую дверь в гостиную. Оттуда были слышны звуки борьбы и взбудораженные голоса. Бесшумно пройдя по первому этажу, поднялись до спален и остановились перед одной из дверей. Покрытие на ней тоже было потертым, а на двери значилось тусклое Р.А.Б. Сириус сначала оробел, но потом встряхнулся и открыл дверь.

— Комната моего младшего брата. Я подумал, раз уж тебе его вещи подошли, может, что-нибудь посмотрим.

— У тебя есть брат? — с любопытством вертя головой во все стороны, поинтересовался Поттер.
Комната была не в пример более ухоженной, чем весь остальной дом вместе взятый. Здесь не было даже пыли. Центр занимала огромная кровать с черными простынями и зеленым покрывалом. На ней лежало несколько достаточно жестких на ощупь подушек. Напротив стоял рабочий стол, на нем подсвечник и даже место под чернильницу, искусно вырезанное с левой стороны. Стул был аккуратно задвинут вплотную, сделанный из того же темного дерева, что и вся остальная мебель. На его спинке аккуратно были вырезаны инициалы владельца. В углу комнаты стоял высокий платяной шкаф с серебряными ручками.

— Был, Регулус. И старший брат из меня ещё хуже, чем крестный, Сохатик. — невесело усмехнулся Блэк. — Мы всю жизнь были по разные стороны баррикад. Его вечно ставили мне в пример. Регулус то, Регулус сё… Меня это бесило. И с течением времени положение только ухудшилось. Мы почти не разговаривали, особенно после его поступления в Хогвартс. Он учился на Слизерине, я на Гриффиндоре. Виделись мы только летом, и то, в те минуты, когда я не сбегал к твоему отцу. Дома я старался проводить самый минимум возможного времени. А потом началась война. И Регулус Блэк вступил в ряды Пожирателей смерти.

— И что потом? — негромко спросил Гарри, во все глаза глядя на крестного. — Тебе пришлось с ним драться?

— Нет. Слава Мерлину, что нет. — нахмурился Сириус. — Я бы просто не смог. Через несколько лет он просто пропал без вести. Я видел его в последний раз, когда сбежал окончательно из дома на шестом курсе.

— Снова к отцу?

— Да, я всегда был желанным гостем у Поттеров. А когда мне стукнуло семнадцать, я получил деньги и смог решить проблему с жильем. Дядя Альфред помог мне с этим. Ещё одна белая ворона в нашей семье, мать его просто терпеть не могла. — Гарри уже открыл рот, чтобы уточнить.

Вместо ответа Сириус развернул его лицом к столу. На стене была небольшая копия того самого гобелена, который он мельком успел увидеть в гостиной. Вверху было окаймлено серебром «Благороднейшее и древнейшее семейство Блэков» и ниже «Чистота крови навек!».

— Думаю, Регулус любил семью настолько же, насколько я ненавидел. И дядя Альфред был такой же, его не интересовала вся эта чистокровная пропаганда. Он выстроил бизнес в Лондоне и после нескольких крупных скандалов вообще перестал появляться здесь. Но мне он помог, когда я в этом нуждался.

— Он тоже уже…

— Драконья оспа.

— Извини — пристыженно сказал Гарри, но Сириус только отмахнулся.

— Это было давно. И, так или иначе, нам действительно пора заняться делом. Кричер!

Гобелен выглядел немыслимо старым. Он сильно выцвел, и местами его проели докси. Но золотая нить, которой он был вышит, блестела достаточно ярко, чтобы видно было ветвистое родословное дерево, берущее начало, насколько Гарри мог понять, в глубоком Средневековье. На самом верху гобелена крупными буквами значилось: «БЛАГОРОДНЕЙШЕЕ И ДРЕВНЕЙШЕЕ СЕМЕЙСТВО БЛЭКОВ». Чуть пониже девиз: «Чистота крови навек».
— А тебя здесь нет! — воскликнул Гарри, внимательно изучив часть дерева, относящуюся к нашему времени.
— Я вот где был. — Сириус показал на круглое обугленное отверстие в ткани, будто прожженное сигаретой. — Моя дорогая мамаша меня отсюда выжгла, когда я сбежал из дому. Кикимер очень любит про это тихонечко бормотать.
— Ты сбежал из дому?
— Да, в шестнадцать лет, — ответил Сириус. — Решил, что с меня хватит.
— И куда ты отправился? — спросил Гарри, глядя на него во все глаза.
— К твоему отцу, — сказал Сириус. — Твои дед и бабка проявили себя с самой лучшей стороны. Приняли меня как родного сына. Школьные каникулы я провел у них, а когда мне стукнуло семнадцать, заимел собственное жилье. Мой дядя Альфард оставил мне приличное завещание — потому-то, наверно, его тоже убрали с этого гобелена. Так или иначе, с тех пор я сам о себе заботился. Но на воскресном обеде у мистера и миссис Поттер я всегда был желанным гостем.
— Но… почему ты…
— Сбежал отсюда? — Сириус горько усмехнулся и провел рукой по своим длинным спутанным волосам. — Потому что я их всех ненавидел — родителей с их манией чистокровности, убежденных, что быть Блэком — чуть ли не то же самое, что быть королевской крови… идиота братца, который по слабости характера им верил… Вот он.
Сириус ткнул пальцем в самый низ дерева — туда, где значилось: «Регулус Блэк». Рядом — дата рождения и дата смерти (после которой минуло уже лет пятнадцать).
— Регулус был моложе меня, — сказал Сириус, — и он был гораздо лучшим сыном, о чем мне постоянно напоминали.
— Но он умер.
— Да, — сказал Сириус. — Безмозглый идиот… Он стал Пожирателем смерти.
— Ты шутишь!
— Да брось, Гарри, ты ведь уже достаточно знаком с этим домом, чтобы понять, какими волшебниками были мои родственнички, — раздраженно проговорил Сириус.
— Твои… твои родители что, тоже были Пожирателями смерти?
— Нет, нет, но поверь мне, они считали, что Волан-де-Морт прав в идейном отношении. Они всей душой были за очищение расы волшебников, за избавление от магловской примеси, за то, чтобы у руля стояли чистокровные. И они не были в этом одиноки. Очень многие до того, как Волан-де-Морт показал себя во всей красе, полагали, что у него очень даже здравые идеи… Но когда родители увидели, на что он готов пойти ради власти, они струсили. Впрочем, я уверен, что они считали Регулуса, который сразу встал под его знамена, настоящим героем.
— Его что, убил мракоборец? — спросил Гарри.
— Нет, — сказал Сириус. — Нет, его уничтожил Волан-де-Морт. Или, скорее, его уничтожили по приказу Волан-де-Морта. Вряд ли Регулус был такой важной персоной, чтобы Волан-де-Морт стал лично им заниматься. Насколько мне удалось выяснить после его гибели, Регулус ввязался было в игру, а потом запаниковал из-за того, на какие дела его хотели послать, и попытался пойти на попятный. Но Волан-де-Морту ведь не подашь прошение об отставке. Либо пожизненная служба, либо смерть.
— Обед, — раздался голос миссис Уизли.
....
— Уж не помню, сколько лет я на это не смотрел. Вот Финеас Найджелус… мой прапрадедушка… самый непопулярный директор Хогвартса за все времена. Араминта Мелифлуа… двоюродная сестра моей матери… попыталась протащить через Министерство закон, разрешающий травлю маглов. А вот дорогая тетушка Элладора. С нее началась семейная традиция обезглавливать эльфов-домовиков, когда они становились слишком стары, чтобы носить чайные подносы… Разумеется, стоило в семье родиться кому-нибудь хоть чуточку человечней, от него отрекались. Тонкс, к примеру, я тут не вижу. Может быть, поэтому Кикимер не исполняет ее приказов — вообще-то он должен слушаться любого члена семьи…

— Господин звал Кричера? — проскрипел домовик.

— Звал. Принеси сюда все волшебные палочки, какие только принадлежали этому дому. И одежду и вещи Регулуса. Учебники и всё, что будет нужно для пятого курса Хогвартса, включая дополнительную литературу.

— Господин решил отдать вещи хозяина Регулуса? — напрягся Кричер. Гарри поспешно вставил.

— Не насовсем. Я обязательно верну их в дом.

— Сохатик, ты не должен перед ним отчитываться — удивился Сириус, когда домовик исчез с негромким хлопком.

— Я не отчитываюсь. Просто… Домовик долго служил этому дому, может, если вести себя с ним иначе, он тоже изменится.

— Я бы не надеялся, но ты можешь попробовать, если хочешь. Главное не заикайся о свободе, как твоя подруга. Это его убьет.

— Да уж, Гермиона иногда перебарщивает — поморщился Гарри. — Мы пытались ей объяснить, что вся эта затея с освобождением домовых эльфов не стоит того, но она уверена, что права.

— Она ошибается. Эльфы служат волшебникам, потому что это заложено в их природе, Сохатик. И потому, что иначе нельзя. На свободе большинство эльфов просто умрет.

— А Добби? — полюбопытствовал Гарри, когда перед ним с хлопком появился небольшой резной ларец на столе. Следом один за одним в комнате появилось шесть огромных сундуков. Пространства в комнате резко стало меньше.

— Исключение, которое везде возможно. — спокойно сказал Сириус, открывая ларец. Тот был гораздо глубже, чем казался на первый взгляд. Палочки были самой разной формы и материала, некоторые были украшены серебряной рукоятью. — Ну, начнем!

И Гарри пробовал. После целого часа попыток он успел вспомнить практически все самые простые заклинания, какие успел выучить в школе, но нужной палочки всё ещё не находилось. Заметив, что он невольно начал растирать запястье, Сириус сказал. — Над этим тоже нужно будет поработать. Но потом. Пока продолжай.

Гарри кивнул и протянул руку. Простая черная палочка с витиеватым узором у самого кончика была чуть короче предыдущих и на ней не было никаких украшений. Но только сжав её пальцами, гриффиндорец понял, что она подходит. Направив палочку на подушку, он громко сказал:

— Акцио! — и еле успел поймать снаряд левой рукой. Сириус засмеялся и хлопнул в ладоши.

— Так-то, я знал, что ты справишься! Раз у тебя есть палочка, значит, нужно подобрать к ней остальное.

— Что остальное? — не понял Гарри, заклятьем возвращая подушку на место.

— Сейчас. Кричер! Забери оставшиеся палочки и принеси аксессуары.

Домовик на сей раз даже не стал появляться, палочки просто переместились в ларец, тот захлопнулся и на его месте появился другой. Сириус открыл его, выудив на свет целую артиллерию ремешков, пузырьков и аккуратно сложенной ткани.

— Палочка, Сохатик, это твое оружие. А оружие надо хранить правильно и содержать в порядке.

— Олливандер об этом не говорил.

— И не сказал бы, этому учат на аврорских курсах — ответил Сириус. — Ну-ка, померь, что тебе удобнее.

Через полчаса Гарри стал обладателем короткого, в меру жесткого чехла, стоило только повернуть запястье, как палочка тут же оказывалась в руке. Справедливости ради, это было гораздо удобнее, чем обычный карман, даже в мантии. Пока гриффиндорец пытался наиграться с новым приобретением, Сириус подобрал три пузырька и несколько видов ткани.

— Этого хватит до Рождества. Чистить волшебную палочку нужно два-три раза в неделю. Достаточно одной капли на ткань. Сама ткань меняется раз в неделю.

— А что это? — полюбопытствовал Поттер, ощупывая квадратный лоскут.

— Кожа гиппогрифа. — спокойно ответил Сириус — Та, что у них под перьями.

— Верно мыслишь. -одобрил Сириус. — Кричер! Подбери для Гарри гардероб, включая мантии и на всякий случай парадный костюм. И добавь все необходимые мелочи для школы из прочих мелочей, сложи в его сундук, как положено. Старые ингредиенты для зелий, набор и другие вещи выброси вместе со всем мусором. А мы посмотрим книги.

В результате вместо шести сундуков осталось два, переглянувшись, они разделили работу. Стоило Поттеру протянуть руку к крышке, как он тут же больно получил по натруженному запястью.

— За что? — потирая руку, уточнил Гарри. Ойкнув больше от неожиданности, чем от боли.

— За то. В магическом мире сначала открываешь незнакомую вещь заклинанием, потом уже руками лезешь. Иначе можно вообще без них остаться, а зная моих предков, так и проклятье вдогонку получить. Запоминай.

Гарри со второго раза повторил нужное заклятье и с интересом сел перед сундуком на корточки. Книги были хоть и старыми, но достаточно хорошо сохранились. Некоторые из них вообще были на латинском языке. Их Поттер отложил, но взял учебник по латыни, и один пухлый словарь. Сириус тем временем сложил в стопку учебники за пятый курс, стопку пергамента, огромное количество чернильниц и перьев. Посмотрев на все это богатство, Поттер присвистнул.

— Не обольщайся, этого мало. — хмыкнул Сириус. — Скажи мне вот что, насколько я видел, у тебя довольно богатый арсенал заклятий. Но ничего минимально серьезного ты так и не применил.

— Ну, с учителем Защиты у нас полная ху… Кхм. Плохо всё, в общем-то. То Воландеморт в затылке, то писатель, то Пожиратель смерти — покраснел Поттер. Сириус кивнул. — Лунатик был лучшим. Ну, и во время подготовки к Турниру я кое-чего нахватался по верхам.

— Ясно. Тогда вот тебе вдогонку ещё вот это. — к стопке учебников добавилось ещё три книги. — Чары, трансфигурация и защита. Базовый уровень. Но пока не вызубришь теорию, к практике даже не думай приступать. На многие заклятья на первых порах нужна страховка и партнер. Книги на всякий случай никому не показывай, кроме друзей, чтобы не было лишних вопросов. Я бы добавил зелья, но не знаю твой уровень.

— Зелья… — скривился Поттер.

— Сохатик, если бы у меня преподавал Нюниус, мне бы тоже учить их не хотелось. Но зелья — важный предмет. Для твоей же безопасности. Попробуй хотя бы начать с теории, а там я помогу тебе разобраться хотя бы в азах. Мне тоже возня с котлом никогда не нравилась.
— Но ты знаешь зелья? — моргнул Гарри, изрядно удивленный.

— Я был аврором, Сохатик — подмигнул Сириус. — Я многое знаю. И гарантирую, СОВЫ ты совершенно точно сдашь после наших с тобой занятий. Согласен?

— Да! — поспешно кивнул Гарри. Блэк улыбнулся и встал.

— Так, Кричер. Упакуй всё выбранное и принеси артефакты.

— Артефакты? — удивился Гарри, когда сундуки и вещи с хлопком исчезли.

— Именно, сейчас снарядим тебя по последнему слову безопасности.

— А так разве можно? — засомневался Гарри.

— Нужно, малыш. — напутствовал Сириус — Когда мы уезжали в Хогвартс, то были обвешены, как новогодние елки. И это не раз помогало мне легче выпутываться из разных передряг. А теперь постой спокойно.

Несколько раз Сириус безмолвно взмахнул палочкой. Воздух вокруг замершего гриффиндорца слегка нагрелся, он даже постарался не дышать. Вокруг его головы и ладоней почему-то отразился золотистый свет. Перед Сириусом появился ещё один ларец, гораздо богаче и древнее. Он выудил оттуда серебряную цепочку с клыком какого-то животного и надел Поттеру на шею.

— Не панацея и не идеальный вариант, но это поможет.

— Поможет от чего? — растерялся Гарри.

— От любителей читать твои мысли. Не полноценный щит, но предупредит и нагреется, если кто-то полезет тебе в голову. Сразу отводи глаза, если почувствуешь.

— Волшебники могут читать чужие мысли? — от таких новостей Поттер чуть не сел, где стоял.

— Могут. Читать и ещё много чего. А окклюменцию тебе учить уже поздно и болезненно, у нас времени на это нет.

— Что мне поздно учить?

— Окклюменция. Наука, защищающая от проникновения извне в твою голову. По уму, учат этому с детства. И артефакты подбираются и создаются индивидуально под тебя. Комплект меняется каждые несколько лет. Но что ж теперь…

В конечном итоге Гарри стал обладателем небольшого кожаного браслета на левую руку и ремешка на правую. Браслет был предназначен для определения зелий в пище, а ремень отсеивал мелкие сглазы и порчу, одновременно не позволяя использовать волосы, кровь или любые другие компоненты в зельях.
— Так непривычно. Я ведь даже часов никогда не носил. — констатировал Поттер, рассматривая браслет. — А в ванной или в душе теперь как? Снимать это все?

— Нет, не надо ничего снимать, от воды им ничего не будет. Даже в квиддич можешь играть спокойно. — хмыкнул Сириус, когда ларец исчез. — И с тебя снять никто не сможет это всё силой.

— Ого. — только и смог сказать Поттер, застегивая пуговицу на рубашке

— Обед! Сириус, Гарри! Спускайтесь, если хотите перекусить!

— Да? — отреагировал Хотчнер, отрываясь от очередной папки с отчетом.

— Можно, сэр? — торопливо поинтересовалась технический аналитик, тут же шмыгнув внутрь и закрыв дверь. Профайлер без особого труда понял, что что-то не так. Достаточно просто обратить внимание на то, как она отводит взгляд. Без преувеличения Гарсию легко можно назвать самым необычным членом их команды, если не считать Рида. Необычным и незаменимым. От этого в душу невольно закралось дурное предчувствие: технический аналитик была сама не своя после возвращения из Британии.

Справедливости ради, к желанию провести отпуск в Англии Хотчнер отнесся с пониманием. Любому иногда нужно отвлечься и набраться положительных впечатлений. Никто же не знал, что именно там Морган и Гарсия перед самым отъездом домой буквально споткнутся о новое дело. Но остальная часть команды решила без лишних сомнений вылететь на помощь практически сразу. Ни Морган, ни Гарсия не стали бы зря поднимать панику. А с официальной частью можно было бы утрясти и позже. Кратковременный визит в другую страну — это не преступление. Если бы они со Штраус начали с самого начала с официальной части и оформления бумаг, это всё заняло бы не одну неделю.

Дело было… Мягко говоря, необычным. И само собой, они проверили всю имеющуюся информацию. Гарри Поттер был сиротой, который воспитывался у своих тёти и дяди. Вернона и Петуньи Дурсль. У него также был кузен — Дадли Дурсль, который учился в частной школе с экономическим уклоном «Смэлтингс». И ещё одна родственница — Марджоржи Дурсль, сестра Вернона. И никто из упомянутых личностей не был постояльцем психиатрической клиники, не сидел на антидепрессантах и не имел травмирующего детства в прошлом. Была и ещё одна странность: Гарри Поттера нигде не существовало со времен его одиннадцатилетия. Не было ни одного бумажного следа, никаких документов об его дальнейшем среднем образовании. Ни одного обращения в больницу, ни одной покупки со счетов его опекунов, которая может быть связана с ним. И самое интересное, что это был не единственный случай.

Такая же ситуация была с матерью и отцом Гарри Поттера. Последний по официальным источникам вообще официально не был рожден ни в одной стране мира. Свежий поиск информации только добавил загадок. Начиная с 1991-го года из официальных образовательных источников Британии исчезло достаточно много детей: Гермиона Джин Грейнджер, Джастин Финч-Флетчли, Колин и Деннис Криви, Элизабет Турпин и ещё с десяток различных имен. Конечно, официально они раскапывать информацию не имели права. Но по словам Моргана ситуация была слишком серьезной. Не бывает таких совпадений. Например, профессор Северус Снейп действительно был гражданином Британии. Но точно также исчез из всех официальных источников, не оставив ни единого бумажного следа, начиная с 11-ти лет. Это было странно.

Но нельзя сбрасывать со счетов и другое — они не имеют ни прав, ни юрисдикции открыто действовать на территории другой страны. Поиск информации и полноценное расследование очень сильно отличаются. И в случае хотя бы одного прокола даже при максимально аккуратных действиях, есть риск лишиться не только работы, но и свободы. Поэтому пока это дело было в замороженном состоянии. Тем не менее сейчас у агента в груди зрело очень недоброе предчувствие.

— Сэр… Я хотела с вами поговорить. Недавно мне пришло письмо из Британии. — с этими словами Гарсия и выдохнула и протянула ему скатанный пергамент. Самый настоящий пергамент, в последний Аарон видел такие ещё в старшей школе. И то только в качестве театрального реквизита. Но здесь даже качество пергаментной бумаги было намного выше. Когда он его развернул, оказалось, что и письмо написано отнюдь не карандашом или шариковой ручкой. По нажиму на текст стало понятно, что автор письма волновался и писал явно не на ровной поверхности.

— Это все очень… Подозрительно. — закончил Хотчнер, оборвав себя на полуслове. Гарсия нервно прикусила губу.

— Но мы же не будем дожидаться кульминации событий, сэр?

— Что ты имеешь ввиду, Гарсия?

— Войну, конечно! Все эти разговоры об оружии, геноциде! Мы же не можем всё так просто взять и оставить будто мы ничего не заметили!

— Гарсия…

— Нет, я, конечно, понимаю, что это всё происходит за пределами нашей юрисдикции, но всё-таки!

— Гарсия…
— И, разумеется, действовать открыто без официального статуса мы не в силах! Но честно говоря, я даже и не представляю, как нам его получить! Но если наш мир на пороге катастрофы.....

— Ты совершенно права, Гарсия. — вздохнул Хотчнер.

— Что?! Вы серьезно, сэр? — от шока технический аналитик перестала активно жестикулировать и буквально замерла.

— Полностью. — профайлер нахмурился и продолжил. — Это действительно не наша юрисдикция и заниматься этим делом мы не имеем права. Никто не даст гарантии, что это не внутренняя государственная операция, и если мы вмешаемся…

— Но, сэр…

— Будет только хуже. Сейчас мы можем только наблюдать и собирать информацию. Не больше.

— На самом деле, выход есть. — Гарсия вздохнула и сцепила руки в замок, решительно продолжив. — В рамках федеральной программы у нас есть возможность обмена следственным опытом с другими странами… Прошу вас, дайте договорить!

Хотч нахмурился ещё больше, внимательно слушая. Его не устраивало это предложение. Быть от Джека ещё дальше означало окончательно всё испортить, даже если на это согласятся остальные.
— В рамках программы мы берем один-два зарубежных дела в год. И находясь на территории страны, формально имеем юрисдикцию заниматься там чем-нибудь ещё.

— Но никто не даст гарантию, что мы будем находиться именно в Британии. Я не сомневаюсь в квалификации отдела, но даже если соглашусь, то не могу не посчитаться с мнением остальных. — заключил Хотчнер после минутного молчания. Гарсия поникла.

— Знаете, сэр, я, конечно, не психолог, но за время нашей совместной работы я поняла, что своим чувствам нужно доверять.

— Гарсия, ты не единственная, кому это дело не дает покоя. У меня и у Моргана оно тоже не идет из головы. И если мы ошибемся…

— Не ошибемся! — с жаром возразила технический аналитик. — Пожалуйста, сэр. Мы должны попытаться помочь. Я до жути боюсь разного рода мистики, но сейчас я это просто всем нутром чувствую!

— Это серьезное решение. И его нужно серьезно обдумать. Обсудим это после дела в самолете. — Гарсия выдохнула и кивнула — Ты нашла что-нибудь по Вестбруку и его окружению?

— Да, и уже отправила, сэр!

— Хорошо. Иди работай.
— Иду, сэр! Спасибо! Можно мне?

Хотчнер молча протянул пергамент. Гарсия скатала письмо и, сияя, выскочила из кабинета. Профайлер проводил её взглядом и нахмурился, снова опускаясь за стол. Что-то всё же в этом всём есть..... Странное. Ненормальное.

Проснулся Гарри намного раньше Рона. Поворочавшись, он понял, что больше уснуть не в состоянии и встал, тихо прокравшись в ванную. Набрав почти до краев горячей воды, он с наслаждением откинул голову на бортик и расслабился. Это очередная ночь без кошмаров, и такое положение вещей ему определенно нравится больше, чем то, что происходило раньше. А очки и шрам… Невелика потеря, собственно.

Ночью Хедвиг улетела с письмом и до сих пор не вернулась. Нет, понятно, что сова не могла бы обернуться туда и обратно всего за одну ночь. У Гарри было в начальной школе не очень хорошо с географией, но даже он понимал, что долететь до Квантико и обратно у совы отнимет много сил и времени. Правда, неосознанного чувства тоски это всё равно не отменяло. Ему не хотелось ждать, хотелось действовать и что-то решать уже прямо сейчас. Если честно, только в этот момент он осознал всё удобство маггловских электроприборов. Возможность связаться всего за пару минут с собеседником стоила дорогого. И почему он не подумал об этом раньше?

Мысли текли вяло, но когда вода остыла, отсиживаться дальше стало глупо. Тем более, что снаружи уже были слышны звуки просыпающегося дома. Уже разматывая полотенце, Поттер обнаружил, что не додумался взять с собой хотя бы сменное нижнее белье. И почувствовал, что невольно краснеет.

— Черт! И что теперь, вот так идти по коридору? — буркнул он. И тут же от неожиданности подскочил.

— Конечно нет, молодой гость. Прошу прощения, я не смею вас пугать. Вам достаточно просто позвать домовика.

Гарри лихорадочно окинул взглядом ванную, не сразу осознав, что заговорило с ним волшебное зеркало. Несмотря на то что он провел в волшебном мире уже несколько лет, к некоторым вещам он так и не успел по-настоящему привыкнуть.

— Простите, а как мне это сделать? — чувствуя себя глупо, обратился он.

— Домовика дома Блэков зовут Кричер, если господин не предоставил в ваше пользование кого-то другого, молодой гость.

— Спасибо — поблагодарил Гарри.

— Обращайтесь — участливо отозвался исполненный достоинства голос. Постояв пару минут, Гарри набрал в легкие воздуха и сказал.
— Кричер! Ты не мог бы мне помочь? — перед ним тут же с громким треском появился самый странный домовой эльф, какого он когда-либо видел. Хотя, возможно, дело в том, что он уже был стар. Помимо набедренной повязки на нем совершенно ничего не было. За огромными ушами уже красовалась грязная седина, а с истощенного, худого тела свисала серая кожа, как старая слоновья шкура. Глаза у Кричера были непонятного цвета, в них была настороженность и злость.

— Что Кричер должен сделать для молодого гостя? — проскрипел эльф, согнувшись в немыслимом поклоне. — Мальчишка, который остановил Темного Лорда… Интересно, что ему нужно в благороднейшем и древнейшем доме Блэков? Бедная моя госпожа тут же бы велела насторожиться старому Кричеру.

— Я не собираюсь ничего красть из дома. — на всякий случай сказал Гарри, порядком растерявшись. На своем опыте он успел повидать немало странных домовых эльфов, если вспомнить Винки и Добби. Но с таким ещё не сталкивался. Кричер от его слов тут же поднял голову и навострил уши, сощурив свои огромные глаза. — Мне всего лишь нужна одежда, чтобы спокойно спуститься вниз. Я забыл её взять, когда шел в ванную.

— Кричер сделает. — кивнул эльф и щелкнул пальцами. Тут же на полке появилось все необходимое, а под ней стояли совершенно новые, черные туфли. — Кричер ещё что-то должен сделать?

— Э, нет, большое спасибо. Я позову, если мне снова понадобиться твоя помощь. — ещё больше растерялся Гарри. Эльф снова поклонился и с треском исчез. Вещи были не его, но сказать он об этом не решился. Когда он застегнул последнюю бирюзовую пуговицу на изумрудной в полоску рубашке и посмотрел в зеркало, то не узнал собственного отражения. Перед ним стоял растерянный ученик какой-нибудь престижной частной школы, вроде «Сент-Освальдз», куда дядя Вернон в свое время хотел отправить Дадли, но не потянул. Не хватало только галстука, жилета и элегантного черного пиджака.

— Должен отметить, что вам очень идёт — чопорным тоном отметило зеркало. Гарри поспешно закрыл рот и выпрямился.

— Благодарю вас — отозвался он и вышел в коридор, напоследок ещё раз проведя расческой по волосам. Это было странное ощущение, раньше его не волновала собственная внешность. Но сейчас то, что он увидел, ему действительно понравилось. Судя по звуку, все уже собрались в столовой. Вздохнув, Гарри помедлил перед входом, затем вошел и громко поздоровался.

— Всем доброе утро. — чего он точно не ожидал, так это того, что его встретит гробовая тишина.

— Отлично выглядишь, Гарри! — похвалила Гермиона. Джинни Уизли, покраснев, кивнула. А Рон продолжал таращиться, открыв рот, даже не замечая, что наружу вот-вот выпадет не до конца прожеванный кусок яичницы с бобами. От такого внимания крестник растерялся ещё больше, не зная куда себя деть и сел рядом с крестным.

— Спасибо. Но на самом деле её мне дал здешний домовой эльф, Кричер. Я верну, как только у меня появится что-то свое.

— Не глупи, Сохатик. — резко посерьезнел Сириус, положив руку крестнику на плечо. — Мой дом — твой дом. Так что пользоваться ты можешь абсолютно любыми вещами или книгами, едва ли у меня появятся другие наследники. — на несколько минут в столовой воцарилась звенящая тишина. Блэк краем глаза заметил, как Рон мазнул по Гарри мимолетным взглядом, тут же уткнувшись в собственную тарелку. Что-то дурное царапнуло сердце.

— Сириус, мне снова нужно дать тебе в глаз, чтобы ты соображать начал? Помнится, при первой встрече помогло. — внезапно едким тоном поинтересовался Поттер. Грейнджер неодобрительно пихнула Поттера по ноге под столом, но тот и бровью не повел.

— А сейчас-то за что? — ухмыльнулся Сириус, у которого внезапно подскочил уровень эндорфинов в крови.

— За то, что торопишься на собственные похороны. — на редкость серьезно выдал крестник. Улыбки окружающих поблекли. Грейнджер и Уизли смотрели на Поттера так, будто ни разу его не видели. Фред с грохотом свалился со стула. Сириус кривовато ухмыльнулся.

— Принято, Сохатик. Больше не буду. — серьезно пообещал он.

— Давайте уже завтракать! — всплеснула руками миссис Уизли, поставив котел в центр стола. По комнате быстро разошелся запах слегка подгоревшей овсянки. — Гарри, дорогой, тебе нужно срочно что-то делать с собственной худобой, постарайся съесть побольше.

Дверь в комнату, где проводилось собрание, была распахнута. Пока Гарри думал, с каких вопросов ему начать, и будет ли кто-либо отвечать в достаточной мере честно, неожиданно раздался грохот, заставивший его подскочить.

— Тонкс! — устало воскликнула миссис Уизли.

— Простите! Это все дурацкая подставка, второй раз за день об неё…

Но остатка фразы никто не услышал. Тяжелые бордовые портьеры раздвинулись и комната наполнилась нечеловеческим криком. За портьерами оказался огромный портрет старой женщины, судя по всему, в натуральную величину. Она сыпала оскорблениями, голос сорвался на неприятный визг, а по морщинистому подбородку даже потекла слюна. Через какое-то время Гарри удалось различить несколько слов.

— Грязнокровки! Предатели крови! Воры! Твари! Как смеете вы осквернять своим присутствием благородный дом Блэков?!

Все замерли, и из комнаты вылетел Сириус, во всю мощь легких гаркнув:

— Заткнись!

Старая женщина на портрете повернулась к нему. И без того бледное лицо на холсте побледнело ещё больше, на грани возмущения она выдохнула от злобы.

— Тыыы! Позор Рода! Это ты пустил их сюда!

— Я сказал: заткнись! — крикнул Блэк, и общими усилиями с Люпином закрыл портьеры, прерывая спор. Оба мужчины тяжело дышали. Откинув со лба мокрые волосы, Сириус сказал. — Извини уж, Гарри. Не хотел я тебя знакомить со своей чокнутой мамашей.

— В смысле, это портрет твоей…
— Да. Тебе никто не сказал? — крестный угрюмо хмыкнул. — Это дом моей семьи. Но в нем никто не жил после смерти этой старой карги. Так как других Блэков уже нет, я — его единственный владелец. Всё, что я смог — предложить это место в качестве ставки Ордена. В остальном я полностью бесполезен.

— Почему? — хмуро уточнил Гарри, проходя вслед за Сириусом в комнату собраний. Та оказалось столовой, искусно отделанной камнем. В стенах торчали подсвечники в виде змей, а в самом центре, прямо над столом висела люстра рассеивающая желтоватый свет. Внимание приковывал также длинный, деревянный стол. Дерево от времени потрескалось и потеряло свой прежний вид. Стулья тоже были деревянными и необычными, тот на который сел Гарри на спинке был подписан как «Регулус». Количество стульев превышало десяток, видимо, Блэки были очень большой семьей.

— Хвост наверняка всё выложил Воландеморту насчет моей анимагической формы. В таком случае моё превращение становится полностью бесполезным, ведь меня всё ещё ищут. Вот и приходится безвылазно сидеть здесь.

— Я сам толком не помню, Сириус — хмуро отозвался Гарри, с отстраненным любопытством наблюдая, как ножи в воздухе нарезают мясо и овощи безо всякого человеческого участия. Порезанные продукты тут же раскладывались по котелкам и кастрюлям, стоящим на огне очага. Сириус скосил на него взгляд, но не стал настаивать, тоже наблюдая за происходящим.

— А что делать мне? — с энтузиазмом поинтересовалась Тонкс, подходя к миссис Уизли.

— Тебе… — миссис Уизли с сомнением посмотрела на неё. — Ну, если ты не устала.

— Нет-нет, я хочу помочь!

— Хорошо. Вот держи, разложи по местам. — с этими словами миссис Уизли вручила сияющей девушке по охапке ложек в обе руки. — Только без магии, дорогая.

— Как скажете! — воскликнула Тонкс и поспешила к столу. И снова споткнулась, зацепив кучу тряпья рукой, в попытке удержаться. Люпин молниеносно поймал её за другое запястье, возвращая равновесие. — Спасибо. Извини, Наземникус.

— Что? Кого? Я, если что, согласен с Сириусом. — встрепенулась куча тряпья, как на голосовании поднимая одну руку.Это оказался низенький человек с абсолютно круглой, как яйцо, головой и неприятным лицом. Вокруг губ были морщины, а нос, похоже, был не единожды сломан в прошлом. От него шел тяжелый запах пота и перегара.

— Собрание уже закончилось, дружище — хохотнул Сириус. — Гарри, это Наземникус Флетчер. Один из тех, кто охранял тебя. И покинул свой пост в тот день, когда на тебя напали.

— Будет тебе, Сириус. — поежился Наземникус — Ты мне уже наподдал, да и мы всё перетерли, так? Извини, Гарри. Очень уж сделка была выгодная, так бы я никогда. Я отлучился всего на десять минут, клянусь горгульей. Если что, я буду тебе должен. — икнул он, протягивая правую руку.

— И во сколько ты оценил мою жизнь? — не удержался Гарри, чуть крепче чем требуется, сжимая ладонь. Сириус с легкой хрипотцой хохотнул.

— Ну, будет тебе, каких-то десять минут, и я заработал целых 800 галлеонов, Гарри. А по нашим временам, это большие деньги, знаешь ли. — торопливо оборвал рукопожатие Наземникус и вытер вспотевшую лысину.

— Пожалуй, если мне за Турнир дали 1000, это даже слегка обидно. Так он тоже в Ордене? — спросил Гарри у Сириуса, но тот не успел ответить.

— Именно так, приятель, я обеспечиваю Орден информацией с самой изнанки Лютного Переулка, знаешь ли. А это не так-то просто и легко, нужно уметь изворачиваться. — с ноткой гордости проговорил Флетчер, доставая из-под складок одежды и набивая трубку. Когда по комнате начал расползаться густо зеленый дым и распространяться тяжелый табачный запах, миссис Уизли не выдержала.

— Бога ради! Я просила не курить в доме, тем более, перед самым ужином! Немедленно убери эту дрянь!

— Извини, Молли — стушевался Флетчер, убирая трубку. Но тяжелый дух табака в воздухе всё же остался, Люпин взмахнул палочкой, чтобы исправить проблему.

— Фред! Джордж! Ну почему не в руках! — Флетчер, Сириус и Гарри одновременно обернулись и дружно нырнули под стол.

Гарри слышал, как длинный кухонный нож за его спиной вонзился в стену. Ещё один торчал почти по рукоять в столе там, где минуту назад была ладонь Сириуса. Бутылки со сливочным пивом открылись в воздухе и частично расплескали содержимое. Огромный котел с тушеным мясом, картошкой и овощами проехал почти до самого края, в последний момент остановившись и оставив на поверхности черный след.

— Извините — вынырнула из проема соседней комнаты макушка Фреда. — Мы просто хотели сэкономить время, честно!

— И прошу за это прощения, мальчик мой, мне пришлось задержаться в Хогвартсе. Всем ещё раз добрый день. Гарри, мальчик мой, ты прекрасно выглядишь, если позволишь мне это сказать.

Все мигом обернулись и хором поприветствовали директора. Тот был одет в красную мантию с белыми звездами и колпаком. Миссис Уизли засуетилась и начала отодвигать стул для профессора, громогласно извиняясь. Директор обогнул близнецов Уизли и подошел к Гарри и Сириусу.

— Здравствуйте, профессор. — сдержанно поздоровался Поттер, пожав протянутую ладонь. Он толком не мог понять, что ощущает видя директора перед собой. По логике, он бы должен был злиться или обижаться, но ни того, ни другого не было и в помине. Сириус был очень напряжен, в его приветствии сквозил холодок.
— Здравствуй, мальчик мой. Повторяю, ты просто отлично выглядишь. И я искренне рад, что с тобой всё в порядке. Ты теперь носишь линзы и замазываешь шрам? Не могу сказать, что это хорошее решение, если честно.

— А я и не принимал никакого решения, сэр, — поморщился Гарри. Тон, будто его отчитывают, как нашкодившего первокурсника оказался почему-то ужасно неприятен. — Шрам исчез после нападения. А зрение исправилось само, я не знаю почему.

— Что ж, иногда магия творит настоящие чудеса, которые нам никогда не разгадать, каким бы великим разумом мы себя не считали. — Дамблдор окинул его ещё одним внимательным взглядом и улыбнулся. — Но, в любом случае, сейчас в этой комнате слишком вкусно пахнет едой, чтобы говорить о чем-то серьезном, ты так не считаешь?

— Хорошо. Только потом не увиливайте от разговора, профессор.

— Договорились, мой мальчик. — подмигнул директор и направился к своему месту, погладив по плечу Тонкс, когда она попыталась вскочить. Сириус в сторону фыркнул.

— Что, думаешь, он мне ничего не скажет? — негромко поинтересовался Гарри.
Думаю, что скажет меньше, чем ты должен знать — буркнул Сириус, вертя меж пальцев серебряный нож для мяса. — А между тем, ты заслужил больше всех остальных вместе взятых быть в курсе событий, я и Дамблдору это не раз говорил.

— Догадываюсь, что он ответил. — хмыкнул Гарри, пока остальные рассаживались за столом. Сириус постучал ложкой по кубку с фамильным гербом Блэков. Все присутствующие тут же перевели на него внимательные взгляды.

— В первую очередь, я очень рад, что мы все здесь собрались. И рад, что Гарри, наконец-то с нами вместо того, чтобы прозябать со своими родственниками. А теперь не будем о грустном и «да начнется пир»! — столовая отозвалась дружным смехом, довольный Сириус сел на место. — Со школы мечтал это сказать.

Дамблдор усмехнулся в усы, лихо закинув бороду за плечо. И все, посмеиваясь, налегли на еду. Гарри, несмотря на непонятное настроение, тоже успел проголодаться и положил себе всего понемногу. После основного блюда он безошибочно почувствовал носом запах пирога с патокой и поневоле благодарно улыбнулся миссис Уизли. В этом мире она единственная, кто помнил его гастрономические предпочтения. Петунье, по большому счету, было все равно. А в Хогвартсе домовые эльфы готовили по строгому регламенту, не считая пиры по праздникам.

— Должен сказать, Молли, что твоя готовка может смело соперничать с кухней Хогвартса. — ввернул замечание директор Хогвартса, миссис Уизли порозовела от смущения.

— Спасибо, миссис Уизли, я сыт. — отозвался Гарри, покосившись на крестного, когда он с миссис Уизли скрестились напряженными взглядами. Стоило ей отойти, Гарри слегка ткнул крестного локтем. — Что вы не поделили, Бродяга?

— Потом объясню. — пасмурно отозвался Сириус. Когда все покончили с десертом и сыто разомлели на стульях, он прочистил горло. — Ну, думаю, можно и начать.

— Начать? Что начать? — насторожилась миссис Уизли, тут же сбросив благодушие. — О, Мерлина ради! Только не это! Гарри ещё несовершеннолетний, и он не член Ордена Феникса. Мы всё обсудили на собрании!

— Гарри имеет право знать ответы на свои вопросы. — жестко отчеканил Сириус, с видом человека, готового вступить в битву. — Больше, чем кто-либо из находящихся здесь!

— Погодите, почему это несовершеннолетний Гарри имеет право знать, а мы нет?! — возмутился со своего места Фред. — Мы-то уже совершеннолетние! Без обид, Гарри.

— Сириус, не тебе решать, что нужно Гарри! — повысила голос миссис Уизли, уперев руки в бока. — Ты…

— Я — что? Договаривай. — опасно спокойным голосом проговорил Блэк. Люпин ощутимо напрягся. Все остальные переводили взгляды на спорщиков. — Если мне не изменяет память, у меня как раз-таки прав побольше твоего, чтобы заботиться о Гарри. Он — мой крестник, а не твой сын.

— Он мне как сын! И, благие Боги, о ком ты можешь позаботиться? Ты большую часть жизни провел в Азкабане!
Сириус вскочил на ноги, смертельно побледнев и откинув от себя стул. На мгновение Гарри увидел в нем того же самого заключенного, какого встретил несколько лет назад в Визжащей хижине и поспешно схватил за жилистое запястье. Люпин тоже встал со своего места, кажется, опасаясь дуэли. Комната наполнилась шумом, который тут же перекрыл наполненный силой голос Дамблдора.

— ТИ-ХО! — шум стих, все посмотрели на директора, сцепившего руки в замок. — Мы все здесь не равнодушны к благополучию Гарри. К тому же, я думаю, он сам в состоянии решить, хочет ли он услышать ответы на свои вопросы. Сириус, мальчик мой, сядь, прошу тебя.

— Но, директор… — попыталась возразить миссис Уизли, когда Сириус тяжело плюхнулся на стул, сверля её недовольным взглядом.

— Сириус прав, Молли. — твердым голосом прервал её директор и вздохнул. — В первую очередь, мы должны спросить Гарри, чего он хочет.

— Хорошо, но остальные ещё не…

— Мама, это нечестно. — хмуро вмешался Джордж. — Мы с Фредом уже совершеннолетние, а выгонять остальных не имеет никакого смысла. Гарри всё равно нам расскажет, о чем пойдет речь. Ведь так, Гарри? — Поттер кивнул. Молли обвела растерянным взглядом помещение и вздохнула.

— Что ж, я вижу, я в меньшинстве. Но раз вы так этого хотите… — с этими словами она подхватила фартук, заляпанный пятнами и вылетела из столовой.

— Артур, думаю, будет разумно, если ты успокоишь её — мягко сказал Дамблдор. Мистер Уизли кивнул и тоже вышел. Теперь все взгляды были направлены на Гарри, тот нервно выдохнул. — Итак, Гарри? Для начала не расскажешь, что произошло с тобой?

— Ну, в первую очередь я должен сказать, что многого не помню. Буквально. — Гарри обвел взглядом недоверчивые лица присутствующих и продолжил — Я помню, что на нас напали дементоры. На меня и кузена. А потом…

В столовой поднялся шум, Дамблдор поднял руку, хмуро и сосредоточенно продолжая слушать.

— Что произошло потом, Гарри? — мягко уточнил он. У гриффиндорца почему-то мороз пошел по коже.

— У меня сломалась волшебная палочка, не знаю как. И нам помогли магглы.

— Что за магглы, Гарри? — уточнил Люпин, слегка нахмурившись. — Это было очень опасно.

— Что опасно — дементоры или то, что нашлись те, кто мимо не прошел? — с внезапным раздражением уточнил Гарри. Люпин стушевался и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но вмешался Дамблдор.
— После нападения тебе не снилось снов о Воландеморте, Гарри? — при упоминании ненавистного имени все вздрогнули и притихли. Все, кроме Гарри и самого директора.

— Нет, не снились. А это имеет какое-то значение?

— Нет, в сущности, нет, я просто уточнил, мой мальчик. Продолжай. — беспечным тоном продолжил Дамблдор, глядя на него поверх сцепленных пальцев. Но за этой беспечностью гриффиндорцу показалось что-то другое. Похоже, директор сделал для себя какие-то выводы.

— Что продолжать? Это все — пожал плечами Гарри, Сириус внезапно сжал под столом его руку и хрипло сказал.

— Я согласен — быстро вмешался Гарри. — Так или иначе, мне расскажут, что наконец-то происходит?

— А что ты хочешь знать, Гарри? — доброжелательно отозвался Дамблдор.

— По возможности, все. — Гарри не выдержал и скрестил руки на груди, нахмурившись. — Что делает Воландеморт и Пожиратели. Что делаем мы в ответ. Мы же что-то делаем? Я даже маггловские новости старался не пропускать помимо «Пророка», но безрезультатно. Ничего не заметил.

— Ты ничего не заметил должно быть потому что Воландеморт старается оставаться в тени — невесело заключил Люпин.

— Как это? — не понял Гарри.

— Именно так, как ты и услышал, мой мальчик — вздохнул директор. — Он старается тихо набирать сторонников, мы делаем тоже самое. Правда, это гораздо сложнее из-за позиции Министерства Магии. Точнее, самого министра.

— Объясните.

— Хм… Ну, что ж. Ты помнишь, как отреагировал министр, когда мы попытались убедить его в возвращении Воландеморта? — Гарри нахмурился, смутно вспомнив спор и откровенный испуг на лице министра. — Так вот, не трудно догадаться, что он нам совершенно не поверил.

— Но почему? Неужели он такой.....

— Не торопись с выводами, Гарри. — мягко заметил Дамблдор — Корнелиус далеко не дурак, он просто испуган. Сильно испуган. Ведь признать возвращение Воландеморта означает поставить под удар всё, что нам удалось построить за эти годы после войны. В обществе начнется паника.

— Ага, а когда Воландеморт наберет достаточно сил, паники совсем не будет. Всего остального правда тоже, но это же такие мелочи… — проворчал Гарри, Сириус хохотнул. Директор тоже усмехнулся в усы. — По итогу, мы совсем ничего не делаем?

— Почему же — хмыкнул директор. — Мы тоже стараемся привлекать людей на свою сторону. И не только людей, магических существ тоже. Я попытался поднять актуальные вопросы в Визенгамоте. Как и в международной конфедерации магов, но, похоже, переоценил свои силы и потерял там большую часть своих постов и позиций.

— Сочувствую — отреагировал Гарри и снова нахмурился. — Это скажется на работе Ордена?

— Никоим образом, но спасибо за участие, мой мальчик — директор с улыбкой положил в рот лимонную дольку. — Кстати говоря, о текущей ситуации… Ты говорил, что читал Пророк?

— Не то чтобы очень внимательно — неохотно признал Гарри. — Заголовки. Я думал, там напишут что-то о Воландеморте.

— Тогда понятно… Думаю, тебе стоит быть готовым. — отозвался директор и протянул ему свернутый выпуск «Ежедневного Пророка». Озадаченный Гарри развернул его и начал читать. Все почему-то притихли.

— «Мальчик-который-лжет»?! — звенящим от негодования голосом поинтересовался Гарри в пространство.

— Если тебе станет легче, нападают не только на тебя. В статьях никак не могут решить, глуп я или опасен. Или и то, и другое вместе. Или же мои заявления о возвращении Воландеморта просто последствия рано для волшебника наступившего старческого маразма.

— Это… Это абсурд. — от избытка эмоций Поттер порвал газету на двое, и тут же брезгливо от себя отодвинул. — Неужели никто не понимает, что сейчас…

— Нужно держаться вместе? — закончил Дамблдор и вздохнул — Увы, многие предпочитают просто отмахнуться от опасности, пока она не застанет их на пороге. Тебе нужно быть готовым, что многие не поверят в услышанное. И быть максимально осторожным.

— Я всегда осторожен и не ищу неприятностей. Они и сами меня прекрасно находят. И это все?

— Ну, возможно, в этот раз Воландеморт будет занят не только сбором сторонников. — осторожно начал Дамблдор. — Возможно, он поставит перед собой цели, которых не добился в прошлый раз.

— Какие именно, сэр?

— Хватит! — не выдержала миссис Уизли. — Я думаю, что на сегодня сказано достаточно. Ещё не хватало Гарри в члены Ордена принять.

— А что, я бы согласился. Чтобы драться с армией Воландеморта.

— Да — хмыкнул Сириус.

— Сожалею, мой мальчик, но членом Ордена Феникса может стать только совершеннолетний волшебник. — начал Дамблдор и слегка повысил голос, когда Фред и Джордж начали шумно выражать свое возмущение. — Совершеннолетние волшебники, которые уже закончили школу. Работа в Ордене сопряжена с огромным риском и опасностями. А теперь, Молли, пожалуй, права… Мне остается только пожелать вам доброй ночи. И увидимся в Хогвартсе.

Сказать, что лететь на метле до Лондона ему не понравилось, значит, не сказать ничего. Он чувствовал себя замерзшим и уставшим. Вдобавок ко всему сильно разболелась голова. Встреча с Дурслями тоже была не особенно теплой по словам Люпина. Они перепугались и разозлились. Вернон наставил на бывшего профессора ружье, и тому пришлось вместе с вещами спасаться с помощью аппарации.

Честно говоря, Гарри с какой-то стороны было сложно винить Дурслей. Дадли мог быть хоть десять раз дерьмом, но он был их сыном. И само собой, их не обрадовало, когда «ненормальные» принесли его в непонятном состоянии. С этой точки зрения у родственников есть обоснованная причина не любить магов. И дело тут не в страхе перед магией. А то, как Уизли взорвали им половину гостиной в прошлом году, когда забирали его на Кубок? И когда Дадли едва не подавился собственным языком из-за конфеты близнецов? В груди шевельнулось крайне неприятное чувство: сейчас это больше не казалось смешным. И если честно, тут было чему позавидовать. О Дадли было кому беспокоиться.

Грюм недовольно снова пихнул его меж лопаток, поторапливая. Гриффиндорец отмер и шагнул внутрь. Пол скрипнул. Пахло плесенью, сыростью, пылью и гнилью. Сладковатый запах ни с чем невозможно было спутать. Кроме того, возникло ощущение будто здесь совсем недавно умер человек, а труп так и остался разлагаться. Судя по скрипу позади, следом за ним начали входить остальные. Когда дверь захлопнулась, коридор полностью погрузился в темноту. Кто-то взмахнул палочкой. С легким шипением зажглись газовые лампы, давая тусклый, желтый свет.

Стоило ему сделать ещё несколько шагов вперед, как из другого конца коридора послышались шаги, вышла миссис Уизли с палочкой на изготовку. Но стоило ей увидеть вошедших, как хмурая морщина между бровей разгладилась. Она подошла и крепко сжала его в объятьях.

— Слава Богу, ты в безопасности, дорогой! — прошептала она, все крепче сжимая объятья. Затем отступила на пару шагов и критически окинула его внимательным взглядом. — Ты совсем похудел. Но с ужином придется подождать. — после этого миссис Уизли обернулась к остальным и прошептала — Он только что прибыл, собрание только началось.

— Кто прибыл? Какое собрание? — поинтересовался Гарри, собираясь пойти за Люпином. Но миссис Уизли настойчиво взяла его за локоть и развернула в сторону лестницы, ведущей наверх.
— Это только для членов Ордена, дорогой. Пока что можешь подождать наверху вместе с Роном и Гермионой. Они введут тебя в курс дела. — на узкой лестничной площадке в полутьме идти было довольно жутковато. они прошли мимо подставки для зонтов в виде отрезанной ноги тролля, потом миновали несколько старых, изъеденных паразитами портьер, из-за которых ему показался какой-то шепот. Когда они поднялись на площадку второго этажа, Гарри увидел развешенные по стенам головы. Поначалу он принял их за человеческие, но потом по вытянутым носам понял, что это были головы домовых эльфов. Тошнота немного отступила, но чувство дурноты и неприятного осадка всё равно осталось. Чтобы отвлечься, Гарри решил задать ещё один вопрос.

— О каком Ордене речь, миссис Уизли?

— Прости, дорогой, у меня совершенно нет времени. Мне нужно быть на собрании. Рон с Гермионой тебе обязательно всё объяснят. Дверь в конце коридора. Подождите там, и постарайтесь не шуметь. Иначе вы можете что-нибудь разбудить.

— Хорошо. А как пройти в ванную?

— Третья дверь слева, милый. — миссис Уизли участливо погладила его по плечу. — Только не запирай двери, ты что-то бледно выглядишь.

— Слава Богу, ты в порядке!

— Дай ему отдышаться, Гермиона.

За то время, что они не виделись, Рон стал ещё на полголовы выше, из-за чего его фигура стала ещё более нескладной. Но ярко рыжие волосы и веснушки на лице были те же. Сычик, маленький совенок, сорвался с угла шкафа и с клекотом нарезал вокруг них круги. Между троицей воцарилось гробовое, неловкое молчание. Гарри смотрел на них, и заметил следы от совиного клюва на руках у Гермионы. Та резко оробела и старалась вообще на него не смотреть, нервно сжимая пальцы в замок. Рон неловко кашлянул.

— Мы рады тебя видеть, приятель. Кстати, что случилось с твоими очками?

— Взаимно. Очки мне больше не нужны, зрение исправилось. Как именно — не знаю. — ровно отозвался Гарри, хотя особой радости не чувствовал. Честно говоря, сейчас он вообще не особо понимал, что чувствовал.

— Ты сильно на нас злишься? — несмело поинтересовалась Гермиона, когда он прошел мимо неё и сел на одну из кроватей, осматривая комнату. Это было небольшое, квадратное помещение с двумя кроватями и огромным почти до потолка платяным шкафом. Постельное белье было белым и чистым, в этой комнате не было ни намека на пыль. — Мы хотели тебе написать, но Дамблдор строго-настрого запретил! Правда. У нас есть что тебе рассказать, если ты конечно, захочешь слушать. И у тебя наверняка полно новостей. Когда мы услышали о дементорах и о том, что тебя не нашли у родственников, я чуть с ума не сошла.

— Ну, хорошо — заключил Поттер.

— Что «хорошо»? — не понял Рон, опасливо глядя на Гарри.
— Ну, рассказывайте. Вам же найдется, что мне рассказать. Что это за место, что мы здесь делаем и вообще…

— Это штаб-квартира… — Гермиона почему-то замялась и продолжила. — Ордена Феникса. Дамблдор собрал его для борьбы Сам-знаешь-с-кем.

— И? Что здесь происходит? — поторопил Поттер, немного раздражаясь. Теперь ему что, придется тянуть из них каждое слово?

— Что? А мы сами толком не знаем, если честно. — признал Рон, немного расслабившись. Кажется, он успокоился, что Гарри не собирается кричать и бросаться на них с кулаками. — На собрания Ордена нас не пускают. Иногда удается подслушать обрывки новостей, но и только. Нам даже не сказали, что на тебя напали. Мы случайно услышали.

— Зачем вы здесь тогда, если не помогаете Ордену? Чем вы таким секретным были здесь заняты, домашним заданием? — от язвительности Поттер все-таки не удержался. Друзья почему-то дружно прятали глаза.

— Мы приводили в порядок дом и старались услышать что-нибудь полезное. — сказала Гермиона. Гриффиндорец с недоверием моргнул.

— И все?
— Ну, нам, если честно, это все тоже не особенно понравилось, но так мы хотя бы в курсе каких-то событий. — пожал плечами Рон.

— Абсурд. — заключил Гарри, нервно потерев переносицу.

— Ну, мы не выбирали. — с раскаянием в голосе проговорила Гермиона. — Прости нас, Гарри, пожалуйста. Мы хотели тебе рассказать, правда. Но не могли.

— Может, теперь расскажешь, что произошло с тобой? — вмешался Рон, явно стараясь перевести тему. В его голосе Гарри расслышал… Предвкушение? Гриффиндорец нахмурился и ответил.

— Я был у родственников. А недавно на нас с кузеном напали два дементора. Палочка сломалась. Очнулся я в незнакомом маггловском доме, где мне помогли прийти в себя.

— Дементоры? Как ты остался жив?

— Как ты сломал палочку?

На все вопросы Гарри молча пожал плечами. В окно влетела Хедвиг, с уханьем приземлившись ему на плечо и ласково сжав его когтями. Гарри в ответ погладил её по клюву.

— Это ужасно, Гарри — нарушила молчание Гермиона. — Я уверена, что Дамблдор обязательно со всем разберется. Просто чудо, что вы оба не пострадали.

— Да, должно быть — кивнул Поттер. Усталость навалилась как-то разом. Но впереди был ужин. Да и просто выставить друзей он не мог.

— Вы что, издеваетесь? Мы не можем скрывать всё от Гарри! Его нужно подготавливать, мы должны действовать. Когда, если не сейчас?! Если бы не Гарри, мы бы вообще не знали, что Воландеморт вернулся!

— Очень трогательно, Блэк, может быть Поттер с огромной радостью пойдет по стопам своего крестного. Тем более, что преступные наклонности у него уже есть.

— Убери свой длинный нос от чужих дел, Нюниус! Иначе, клянусь Богом, я его укорочу!

— Сириус! Мы просто не можем взять и принять Гарри в Орден! Он — несовершеннолетний! — негодующе воскликнула миссис Уизли. Судя по звуку, бывший заключенный ударил кулаком по столу.

— Прекрати мне указывать, Молли! Он не твой сын!

— Он мне как сын!

— Прошу вас, мы должны быть… — начал мистер Уизли, но звук оборвался шипением.

Спускаясь вместе с остальными по лестнице, Гарри подумал, что это будет очень познавательный и длинный вечер. Рон и Гермиона шли по бокам от него, опасливо поглядывая. Сам для себя гриффиндорец так и не мог понять, что он сейчас чувствует. Одно знал точно — в свободную минуту он напишет письмо Гарсии.