Тощий Бетон_вторая итерация

То ли подлизнул себе с фейка, для оправдания смаргулисов, то ли читатель такой дурак, что без подсказок мастара не понимает, как нужно относиться к тексту в главе

С Эверетта, который говорил, опять таки, про то же: любая логически непротиворечивая история, которую способен вообразить человеческий мозг, с математической неизбежностью уже существует как одна из квантовых веток Мультивселенной.

, не знаю, бывают ли они именно на самом деле, но в книгах про наш нормальный мир они случаются), считающие только себя "настоящими", а остальное человечество - только существующим "для них

Бывают, кстати, и в реальности психи (то есть, не знаю, бывают ли они именно на самом деле, но в книгах про наш нормальный мир они случаются), считающие только себя "настоящими", а остальное человечество - только существующим "для них". :))

Frau Selig
Он ее пришил в итоге? ;)

Целое философское течение такое есть - солипсизм (ссылка на описание)
https://share.google/hRhGMDhKxOmmmjYQ1

виртуальной реальности, НЕотличимой от реальной по любым ощущениям

А где это вы такую виртуальную реальность видели?)

Netlennaya
Ну, философы никого не трогают, а вот психи, убеждены, что весь мир существует только ради них и с ним можно делать все, что угодно... ;)
Кстати, в связи с этим у меня частенько при прочтении всяких там литрпг возникал вопрос: те люди, которые в виртуальной реальности, НЕотличимой от реальной по любым ощущениям, намеренно играют за "зло" и убивают-пытают-насилуют НПС - они нормальны или все уже нет, столь же ненормальны, как те, кто этим занимается в реальности?

Frau Selig
Но тут есть каноничный нюанс: Реддл не мог любить никого в принципе. Не умел, не был способен.
Наверное, в этом фанфе этот момент не принят во внимание?..

После встречи Том шёл по коридору приюта и чувствовал, как в груди разрастается холодная тяжесть.

В голове уже долгое время крутилось имя. Роберт. Тот самый мальчик, которого миссис Коул предлагала Астории вместо него. «Хороший», «тихий», «без странностей».

Они хотели отдать Роберта. Забрать его. А Тома — оставить гнить здесь. Этого нельзя было простить.

Он хотел, чтобы Роберт исчез. Сам. Чтобы никто не заподозрил. Но чтобы все пожалели.

Перед глазами стояло лицо Астории, когда Коул говорила о Роберте. Её голос: «Тот ребёнок, которого я выбрала, — это Том».

Она выбрала его. Не Роберта.

Том закрыл глаза.

Он тоже сделал выбор.

Роберт спал на койке через две от его. Обычный мальчик. Русые волосы, веснушки на носу, безобидный, обыкновенный.

Том смотрел на него в темноте.

Он не знал, как это работает. Не знал, получится ли. Но он должен был попробовать.

Он подошёл к спящему ребёнку, положил руку ему на лоб, закрыл глаза и сосредоточился. Представил Роберта. Представил его мысли: такие серые, скучные, пустые. И начал вплетать в них свою.

Тёмную. Тяжёлую. Как нить, которую протягивают сквозь ткань.

«Ты никому не нужен».

«Они будут счастливы, когда тебя не станет».

«Ты им только мешаешь».

Он не знал, сработает ли это. Не знал, услышит ли Роберт. Когда он открыл глаза, мальчик напротив вздохнул во сне и повернулся на другой бок.

Том холодно улыбнулся.

Она позвала его к себе в последний день.

Двадцать четвёртое августа. Ровно пятнадцать лет назад она стояла в парке, сжимая в руках каменный шарик, и прошептала: «Покажи, когда я стану мамой». И шарик перенёс её сюда. В это время. К нему.

Том сел на край кровати, взял её руку. Лето заливало комнату светом, но она уже не смотрела в окно — только на него.

— Я хочу, чтобы ты знал, — сказала она тихо. — Я не жалею. Ни об одном дне.

— Не говори. — Его горло сжалось.

Она слабо улыбнулась.

— Том. Ты был моим сыном. И это — лучшее, что у меня было.

Он хотел ответить, но слова не шли.

— Я горжусь тобой, — сказала она. — Ты слышишь? Я так горжусь.

Том не мог говорить. Он только сжал её руку.

— Не уходи во тьму, — прошептала она. Её дыхание становилось всё тише.

Астория сжала его пальцы, и он понял — это последнее, что она может сделать.

— Я люблю тебя, мама, — сказал он тихо. — Я никогда тебе этого не говорил. Но я люблю тебя.

Мама улыбалась. Её глаза были открыты, но в них уже не было жизни. Только покой.

Том сидел не двигаясь с идеально ровной спиной. Часы на его руке тикали — ровно, спокойно, как ни в чём не бывало. Мир продолжал жить. А Том сидел в комнате, где пахло увядающими розами, сжимал руку матери, смотрел куда-то вперёд.

По его щекам текли слёзы.

Как вам ужин?

Свадьба мистера Снейпа, главы рода Принц, и девы Линь Шуан, родной сестры миссис Блэк, была назначена на двадцать второе марта. Разумеется, Джейсон не мог пропустить это событие вне зависимости от собственных желаний. Такие мероприятия не относились к числу тех, от которых можно было вежливо уклониться: род, обязательства и негласные правила магического мира не оставляли пространства для манёвра. И, разумеется, китайские родственники…

Поэтому с самого утра все Блэки прибыли в поместье жениха, чтобы участвовать в подготовке торжества. Дом Принцев, утопающий в зелени даже в первый весенний месяц, жил сегодня особым, торжественным ритмом: слуги сновали между павильонами, расставлялись столы, накрытые тонкими скатертями, а в воздухе уже витал сложный, терпко-сладкий аромат зелий и цветущих растений.

Род Принц заключал браки исключительно полным магическим союзом, без всяких, по их мнению, сомнительных излишеств вроде церковных венчаний, столь любимых Блэками. Джейсон лишь вздыхал, наблюдая за этой суетой. После первой брачной ночи ему хотелось одного — остаться в постели с женой, наслаждаясь редкими часами покоя, и никуда не спешить. Однако Сюэ была непреклонна. Замуж выходила её единственная младшая сестра, и пропустить такое событие для неё попросту невозможно.

Свадьбу решили провести в великолепном парке небольшого поместья, раскинувшегося среди холмов Сноудонии. Конец марта здесь ощущался иначе: деревья уже покрылись молодой листвой, а многие магические растения начинали цвести, словно подчёркивая значимость момента. В саду потомственных зельеваров иначе и быть не могло — каждая клумба, каждая дорожка были частью тщательно продуманного живого узора, созданного поколениями мастеров.

Джейсон взял с собой Майкла Блэквуда, и теперь они вместе с женихом устроились чуть в стороне, под раскидистым старым деревом, чтобы не мешать последним приготовлениям. Отсюда было удобно наблюдать за происходящим: за тем, как будущие гости постепенно наполняют парк, а грядущее празднество обретает зримые очертания.

Торжество ещё не началось, но в воздухе уже ощущалось напряжённое ожидание — то самое мгновение перед событием, когда всё кажется возможным.

Свадьба мистера Снейпа, главы рода Принц, и девы Линь Шуан, родной сестры миссис Блэк, была назначена на двадцать второе марта. Разумеется, Джейсон не мог пропустить это событие вне зависимости от собственных желаний. Такие мероприятия не относились к числу тех, от которых можно было вежливо уклониться: род, обязательства и негласные правила магического мира не оставляли пространства для манёвра. И, разумеется, китайские родственники…

Поэтому с самого утра все Блэки прибыли в поместье жениха, чтобы участвовать в подготовке торжества. Дом Принцев, утопающий в зелени даже в первый весенний месяц, жил сегодня особым, торжественным ритмом: слуги сновали между павильонами, расставлялись столы, накрытые тонкими скатертями, а в воздухе уже витал сложный, терпко-сладкий аромат зелий и цветущих растений.

Род Принц заключал браки исключительно полным магическим союзом, без всяких, по их мнению, сомнительных излишеств вроде церковных венчаний, столь любимых Блэками. Джейсон лишь вздыхал, наблюдая за этой суетой. После первой брачной ночи ему хотелось одного — остаться в постели с женой, наслаждаясь редкими часами покоя, и никуда не спешить. Однако Сюэ была непреклонна. Замуж выходила её единственная младшая сестра, и пропустить такое событие для неё попросту невозможно.

Свадьбу решили провести в великолепном парке небольшого поместья, раскинувшегося среди холмов Сноудонии. Конец марта здесь ощущался иначе: деревья уже покрылись молодой листвой, а многие магические растения начинали цвести, словно подчёркивая значимость момента. В саду потомственных зельеваров иначе и быть не могло — каждая клумба, каждая дорожка были частью тщательно продуманного живого узора, созданного поколениями мастеров.

Джейсон взял с собой Майкла Блэквуда, и теперь они вместе с женихом устроились чуть в стороне, под раскидистым старым деревом, чтобы не мешать последним приготовлениям. Отсюда было удобно наблюдать за происходящим: за тем, как будущие гости постепенно наполняют парк, а грядущее празднество обретает зримые очертания.

Торжество ещё не началось, но в воздухе уже ощущалось напряжённое ожидание — то самое мгновение перед событием, когда всё кажется возможным.

Свадьба мистера Снейпа, главы рода Принц, и девы Линь Шуан, родной сестры миссис Блэк,

— Я кое-что узнал, и вам это вряд ли понравится, — произнёс Северус, отставляя в сторону чашку с великолепным, густо пахнущим кофе. — Похоже, Альбус сам запутался в собственных интригах. Им начали управлять маглы, причём сразу две организации.

Он вновь взял чашку и задумчиво сделал глоток, словно пытаясь упорядочить мысли и насладиться терпкой горечью напитка.

— Это было понятно с самого начала: без участия маглов здесь не обошлось, — спокойно откликнулся Блэквуд. — Не стоит их недооценивать. Они мастера создавать по-настоящему опасные структуры.

— Верно. Я подозреваю, что с Альбусом крутят банкиры и инквизиторы, — мрачно добавил Снейп, не поднимая взгляда.

— Вот это уже совсем скверно, — нахмурился Джейсон. — Ссориться с Ватиканом — дело неблагодарное. У них весьма приличные спецслужбы; профессионализма им точно не занимать.

— Ватикан может быть здесь вовсе ни при чём, — выйдя из раздумий, вмешался Майкл. — А вот «Орден Псов Господних» — вполне возможно. Эти реликты Средневековья до сих пор именуют себя Ordo Canum Domini, Exterminantes Maleficium, что в переводе означает: Орден «Псов Господних, истребляющих колдовство». С ними невозможно договориться. Для них хороший маг — это мёртвый маг.

— Боюсь, джентльмены, Дамблдор связан именно с ними, — передёрнув плечами, сказал Северус.

— Откуда такая уверенность? — насторожился Джейсон.

— Подслушал один… весьма любопытный разговор, — уклончиво ответил Снейп.

— Это как? — живо заинтересовался Блэквуд. — Насколько мне известно, эмиссары «Псов Господних» используют артефакты выявления подслушивания. У них есть крайне неприятный побочный эффект — воздействие на сознание. Шпион, как правило, позже сам приходит и признаётся в содеянном.

Оба наёмника с заметно возросшим интересом уставились на хозяина дома, ожидая пояснений.

— Ладно, — Северус с сухим стуком поставил чашку на кофейный столик. — У рода Принц есть… некоторые фамильные умения.

— Ух ты! — восхищённо протянул Блэквуд. — Легендарная вампирская кровь!

При этих словах Северус заметно скривился, словно речь зашла о чём-то крайне неприятном. Джейсон недоумённо уставился на Майкла, и тому пришлось пояснить:

— Считается, что в редчайших случаях у вампиров рождаются полукровки. Таких детей отдавали на воспитание в семьи магической родни.

Он сделал паузу, словно подбирая слова, затем продолжил:

— Маглы от вампиров не рожают вообще — только одарённые. Не спрашивай меня, каким образом появляется это потомство, я и сам не знаю.

Майкл провёл рукой по лицу, будто стряхивая наваждение.

— Но подобных детей не изгоняли. Их оставляли в роду и впоследствии женили исключительно в замкнутом семейном кругу. Так в потомках закреплялись определённые родовые умения: хождение тенями, ментальная магия и магия крови.

На последних словах Северус насупился, а оба наёмника, позабыв о всяком приличии, беззастенчиво уставились на него.

— А что, похож, — заметил Джейсон. — Ты и правда ходишь тенями, почти как вампир?

— Недолго и недалеко, — неохотно признал Снейп, — но для подслушивания хватает.

Блэк же про себя отметил, что мастер-зельевар вполне мог разработать состав, увеличивающий время пребывания на теневой стороне мира. С точки зрения полезных родственных связей — приобретение более чем удачное.

— Возвращаясь к нашим баранам, — продолжил Майкл. — «Псы Господни» — лишь один из орденов Конгрегации Священной Инквизиции. Которая, между прочим, была учреждена папой Павлом III ещё в тысяча пятьсот сорок втором году и долгое время контролировала все структуры инквизиции христианского мира.

— Есть и другие ордена? — деловито уточнил Джейсон.

— Разумеется. И далеко не все из них такие фанатики, — ответил Блэквуд. — Католицизм особенно силён в Южной Америке, Мексика тоже находится в зоне их пристального внимания. У нас с инквизицией сложились рабочие отношения: мы их не трогаем — они не трогают нас. Иногда даже подкидывают заказы в гильдию. А вот здесь Европа, да ещё и ваши тараканы в головах — жирные, откормленные. Пора проводить дезинсекцию.

Джейсон согласно кивнул. До финального шага оставалось совсем немного. Да и ликвидация была делом привычным.

— Северус, у тебя в МИ-5 есть адекватные люди? Вряд ли им выгодно, чтобы такой перспективный актив ликвидировали фанатики.

Снейп на мгновение задумался, затем медленно ответил:

— Знаешь, Джейсон, такие люди есть. Но им потребуются железобетонные доказательства, а не один-единственный подслушанный разговор.

— Это само собой, — вклинился Блэквуд. — Зато теперь хотя бы понятно, с чем придётся работать.