Диктатор (джен)

Так как Министерство совмещало в себе практически все функции, начиная от приема экзаменов у школьников и заканчивая управлением внешней политикой Магической Великобритании, оно никогда не пустовало. Однако в официальные выходные дни народу тут все же заметно поменьше… должно было быть, потому что воскрешение Волдеморта из мертвых превратило это сонное болото в растревоженный улей.

Выйдя из камина (будку и туалет оставьте полукровкам, не подключенным к каминной сети), я первым делом обратил внимание на изменения в пропускном режиме. У каждого магического портала теперь стояло по паре авроров. Строго в соответствии с древней присказкой про открытую дверь в пустую конюшню, министерские боевики сейчас усиленно бдили у входа в святая святых Магической Британии — Министерство магии. Экипированные по-штурмовому (из-под рукавов мантии выглядывает краешек кольчуги из драконьей чешуи, а руки, шея, запястья и пальцы просто усыпаны артефактами), они с подозрением вглядывались в каждого прибывшего. Не избежал их пристального внимания и я.

— Министерство закрыто, парень, — остановил меня вытянутой вперед рукой с раскрытой ладонью один из них. — Давай обратно.

— Кхм… — удивленно поднял я брови, небрежно пригладив короткий ежик волос правой рукой, на мизинце которой блеснуло кольцо лорда. Конечно, всеми традициями рекомендовалось носить на другой руке, но… к черту мизинцы на левой! Это такая вещь, что потерять или, кх-м… собственноручно отрезать их совсем не проблема. — Да?

— А, — презрительно скривился маг в форменной красной мантии, но больше вопросов не задавал и дорогу мне освободил.

По полированным камням я дошел до входа в атриум, где меня тормознула следующая линия защиты — недавно установленный контрольно-пропускной пункт. Дежурили на нем две стандартные боевые четверки: четверка стражи и четверка авроров, и еще один сидящий за столом маг.

Несмотря на такие серьезные силы, проверяли и пропускали посетителей строго по одному. Каждого подлежащего проверке посетителя брали в два кольца. Внутреннее, из стражи, наставляло волшебные палочки на проверяемого, а внешнее, из авроров, сосредоточивалось на контроле обстановки в зале и охране стражи. Сидящий за столом маг проверял посетителя по какому-то списку, стража водила по воздуху рядом артефактами, после чего следовал вердикт "впустить" или "не впустить". Не впущенных была приблизительно половина.

Как этот КПП будет работать послезавтра, когда служащие повалят в Министерство валом, я из сочувствия ко всем будущим опаздывающим даже представлять не захотел. Традиционная борьба максимальной защищенности с вменяемостью прикладного использования в реалиях магического мира.

Отстояв недлинную очередь, я достаточно быстро оказался перед проверяющими. Охрана споро взяла меня в коробочку, а сидящий за столом начальник спросил:

— Ваше имя?

— Лорд Винсент Логан Крэбб.

Громкая фамилия не произвела на него никакого впечатления.

— Вы по какому вопросу?

— По личному.

Маг открыл папку на соответствующей букве, пролистнул несколько страниц и строго произнес:

— Вас нет в списках. Я не могу вас пропустить.

Охранники напряглись.

— У меня личное письменное приглашение от заместителя министра мадам Долорес Амбридж.

— Могу я его увидеть?

— Нет. Я же сказал, оно личное.

— Тогда у вас должен быть пропуск, — после короткой паузы сказал маг. Похоже, гонористой дамы-замминистра он боялся больше, чем какого-то малолетнего лорда.

Пропуск, небольшая металлическая пластинка с рунами и какой-то магией, лежал внутри письма, принесенного неожиданно прилетевшей вчера вечером совой. Послание, кстати, было кратким:

"Винсент. Я бы хотела встретиться с тобой в моем кабинете в Министерстве в эту субботу, двадцать второго июня, в двенадцать часов дня. Пропуск прилагаю. Мне есть что тебе сказать…

Д. А."

— Да, — я было потянулся в карман, но был остановлен репликой командира и впившимся в спину острым предметом:

— Во избежание непонимания, пожалуйста, без резких движений, лорд.

Кивнув, я медленно отогнул полу пиджака модного костюма (никаких мантий, к даме же, тьфу-тьфу, не дай бог, иду) и достал оттуда пропуск.

"Интересно, а есть ли где-нибудь на этой универсальной трансфигурируемой мантии от "Твилфитт и Таттинг" какой-нибудь "индикатор заряда батареи"? Что-то не помню я этого момента в мануале. А то не хотелось бы в один далеко не прекрасный момент (вовремя это никогда не бывает) оказаться на публике с голым задом. Впрочем, она вроде бы откатывается в мантию…" — чисто на автомате раздумывал я, пока искал и протягивал пластинку.

— Держите.

Поводив волшебной палочкой над пластинкой, начальник КПП произнес свой вердикт:

— Пропуск подлинный. Теперь, пожалуйста, положите руку, которой держите палочку, вот сюда, — и указал на какой-то камень с вырезанными на нем рунами.

— Это не опасно?

— Только если вы не тот, за кого себя выдаете.

Пожав плечами, я сделал то, что мне приказали.

— Вы Винсент Логан Крэбб?

— Да, — твердо ответил я. Ничего не случилось, кроме разве того, что командир стражи заметно расслабился.

— Вы действительно приглашены сегодня на встречу Долорес Амбридж?

— Да.

— Вашу палочку, пожалуйста.

Я снял руку с артефакта и потянулся за своей волшебной палочкой.

"Все равно они ничего не найдут, — подумал я. — Нужно быть конченым идиотом, чтобы пойти в Министерство и перед этим не забить "буфер" простыми бытовыми заклинаниями".

Аккуратным движением, при этом чувствуя спиной (в буквальном смысле спиной), как напряглись охранники, достал из кармана и отдал единственную оставшуюся у меня волшебную палочку. "Не приживаются они что-то у меня. Кстати! Поеду к испанцам — нужно будет посетить их магазин. Быть может, найду что-нибудь получше дров Олливандера. Где бы еще на это денег взять? На действительно хорошие вещи и цены соответствующие…"

— Все нормально, — сказал страж, закончив проверку палочки. Сделал небрежный жест, и оружие от моей спины убрали. — Прошу меня извинить, лорд, — вежливый кивок, да и уважения в голосе немного прибавилось, — но так сейчас положено. Джон, — поворот головы в сторону одного из стражей, — проводит вас до кабинета первого заместителя министра.

Дорога по коридорам не заняла много времени, и вскоре я оказался около пафосного кабинета Долорес Амбридж. Возле которого с удивлением обнаружил сидящий в полном составе на трансфигурированном диване спасательный отряд. Судя по лицам, по уши чем-то довольный спасательный отряд.

Так как до двенадцати было еще минут пять, я не отказал себе в удовлетворении любопытства. Как оказалось, приглашение на встречу с Амбридж на сегодня получил не только я один. Правда парням время было назначено раньше меня, с одиннадцати часов, с интервалом десять минут друг за другом, поэтому они с замминистра уже пообщались. И были от этого общения в полном восторге.

Перебивая друг друга, парни спешили поделиться со мной своей радостью. Захария Смит получил плотно набитый галеонами кошелек. Уэйн Хопкинс — тоже. Энтони Гольдштейн — какую-то очень редкую и интересную книгу по магии. Один только Эрни о полученном молчал с загадочно-довольным видом. Судя по всему, награда касалась не столько Эрни, сколько в целом рода Макмилланов, который обрел какие-то совсем не детские преференции в чем-то очень для них важном.

Но самую эффектную, на мой взгляд, награду получил Джастин Финч-Флетчли. Это была министерская бумага, ни много ни мало признающая его полукровкой магической фамилии. Фамилия эта (не род) недавно вымерла полностью. Ни долгов, ни имущества после себя эти маги не оставили, так что никаких пресловутых "сундуков Основателей" (век бы их призраков не видеть!) Джастину не досталось. Зато отношение… Говоря языком аналогий, из унтерменша Джасти мгновенно превратился в айнгедойче, фольксдойче третьей категории. Почти человеком стал, короче.

"…К вопросу об аналогиях. На мой взгляд, перевод немецкого слова "untermensch" на русский как "недочеловек" слишком… мягкий и приглаженный. Не отражающий истинного смысла.

В семантике русского языка приставка "недо-" имеет смысл "что-то не полное". Вроде: недобрал — это брал-брал, но чуть-чуть до нормы не смог добрать; недоплатил — платил-платил, и немного не хватило, и так далее. То есть недочеловек — это тоже человек, который "только чуть-чуть не".

На самом же деле изначально, в американском оригинале (в силу объективных причин нормальную расовую теорию немцы самостоятельно придумать не смогли), смысл был совсем другим. "Under-man", то есть не "недочеловек", а "подчеловек". Не животное даже, а нечто гораздо худшее. И если бы это всегда переводили бы именно так, многое сразу же становилось бы гораздо отчетливее…"

Как бы там ни было с семантикой, бьют всегда не по паспорту, а по морде. Это к тому, что в Министерстве, насколько я слышал от Малфоя, на полном серьезе рассматривается законопроект (одним из главных идеологов которого, кстати, является Амбридж), предлагающий признать магглов и магглорожденных существами, то есть вообще отказать им в человеческих правах, со всеми вытекающими из этого последствиями.

"Вплоть до людоедства? Хрен его знает… В этой стране я ничему не удивлюсь".

В результате угроза магглорожденным магам, таким, например, как Грейнджер и Финч-Флетчли, была совсем не иллюзорной. И ничего удивительного, что при таком Министерстве оба они, по канону, состояли в Ордене Феникса. Аристократизм потомственного английского posh'а аристократизмом, а своя рубашка ближе к телу. Ради нее и в боевое крыло леворадикальной революционно-террористической организации вступишь. Теперь же, благодаря подарку Амбридж, у которой у самой насчет происхождения рыльце было в пушку, Джастин от нападок по статусу крови в определенной мере был застрахован. И, что важнее для меня, стал свободен в выборе.

В общем, какой бы Амбридж ни была: для кого-то — мерзкой жабой, для кого-то — подлой сукой, для кого-то — лживой стервой, а для кого-то — и бессердечной убийцей, но в довесок ко всему этому жадной тварью она не оказалась. Впрочем, возможно — это результат ее административного опыта. Все же у излишне скупого хозяина слишком мало лояльных подчиненных, тем более, если шармом и лидерскими качествами он обделен. А гарантировать лояльность работников Амбридж могла чем угодно, но только не, кх-м… телом.

"Я продумал план спасения… Я провел подготовку. Я собрал команду! Я лично возглавил завершившуюся полным успехом операцию!!! И что за это мне обломилось? Да нихрена не обломилось! И парням — тоже. А мы же реально рисковали жизнью за нее, при этом больше всех — я…" — с определенной и с каждым днем все усиливающейся обидой, питаемой длительным молчанием спасенной, думал я всю эту неделю.

…Меня до сих пор иногда потряхивало, когда я вспоминал все, что произошло тем вечером. Особенно то, каким чудом я уцелел. Например, попытайся тогда тот особо скрытный и ловкий кентавр не задушить меня, а просто ударить мне в спину копьем, то я был бы уже трупом. Ведь щиты у меня были только от метательного оружия, а от удара копьем, удерживаемым в руке, они не защищали! Для этого нужно было применять совсем другое заклинание! Такой вот выверт магии…

"…Как оказалось — был не прав как минимум в отношении парней. Тем более, отдать Долг Жизни совсем не так просто, как расплатиться за оказанную мелкую услугу. Простым и надежным денежным переводом от меня, как можно было поступить с парнями, тут не отделаешься. Выходит, зря я себя накручивал. Похоже, Амбридж подобрала наконец достойный подарок, и ради проведения награждения меня, как и парней, сюда как раз сегодня и пригласили".

Строго в двенадцать я постучался в дверь кабинета. Время мерил по специальным, очень точным механическим часам-луковицам с магическим подзаводом. Вместе с остальной мелочевкой типа запонок и булавок они валялись в ящике бюро в комнате Логана Крэбба. Нашел я их совсем недавно, ибо только сейчас руки дошли до подробного разбора содержимого каждого ящика каждой комнаты. Раньше на это банально не было времени.

— Мадам заместитель министра?

— Винсент! — подошла и крепко обняла меня Амбридж. — Я так рада тебя видеть!

Сегодня она была одета не в свой ставший уже традиционным розовый мохнатый свитер, а в красивое и явно недешевое платье (тоже розовое, блин), которое удивительным образом ей… не шло. Плюс от Амбридж пахло какими-то дорогими, надо признать весьма приятными, духами, и, о боже, она была даже накрашена!

"Бр-р-р!" — мысленно, уже только мысленно, ибо в последнее время был вынужден научиться хорошо себя контролировать, содрогнулся я.

— Еще раз спасибо тебе! Спасибо!

— Ну…

— Что ты застыл? Пойдем! — потащила она меня за руку.

Незаметная, спрятанная чем-то вроде стационарных дезиллюминационных чар дверь в углу кабинета открылась в небольшую комнатку для отдыха. В отличие от холодного и давящего кабинета, призванного подавлять посетителя своей пафосной роскошью, здесь было хоть и тоже очень небедно, но при этом еще и весьма уютно. И даже розовые цвета, так любимые Амбридж, не вызывали желания схватиться за голову с криком "О нет! Мои глаза!".

В комнате по центру стоял небольшой стол, к которому было приставлено два кресла. Мы сели, а точнее, погрузились в них, и по щелчку Амбридж появились домовые эльфы и стали накрывать стол легкими закусками и сладостями. "Деликатесными", — мысленно облизнулся я, обозрев поле работы, и потянулся к первому произведению искусства, выполненному из крема и вспененной карамели.

За своеобразным завтраком серьезных вопросов не затрагивалось. Кроме одного. Улучив момент, когда Амбридж прервалась сделать глоток чая, я сказал:

— Отлично выглядишь!

— Спасибо, — кивнула она.

— Можно… хм… болезненный вопрос?

— Давай, — улыбнулась женщина.

— Скажи, а как ты смогла… ну, так быстро поправиться? Есть какие-то специальные заклинания? Или колдомедики?

Вопрос был задан не просто ради поддержания разговора. У меня уже было вдоволь неприятных воспоминаний, будоражащих мою совесть, а дальше таковых станет только больше. Так что способ быстро избавиться от них лишним не будет.

Улыбка Долорес стала кривой. Чтобы меня не поняли превратно, я тут же предъявил официальную причину, почему был вынужден наступить ей на больную мозоль:

— Мне до сих пор, — я сделал проникновенную паузу, — страшно… Меня тогда чуть не убили…

— Омут памяти, — после короткой заминки пояснила моя визави. — Можно слить воспоминания так, что их эмоциональная составляющая меркнет…

— Извини, что напомнил, — повинился я. — И спасибо. Я попробую…

— Ничего. Жаль, тварей этих кто-то предупредил… С-с-сбежали, — Амбридж зашипела почти как Волдеморт. — Ничего! — сжала она правую ручку в кулачок и воинственно помахала им. — Долго прятаться не смогут! Вернутся! И тогда они заплатят за все!

— Так им и надо! — поддакнул я. — Если они начали охотиться на замминистров, то что тогда говорить про безопасность обычных магов?

— Вот-вот! Я всегда говорила, что все эти существа и твари должны знать свое место! Иначе мы, маги, будем… — продолжила она спич о своих розовых, точнее коричневых, политических мечтах.

"Уж лучше о политических", — мысленно выдохнул я.

Пока шел разговор, свое участие в котором я старался ограничить простым согласием и киванием головой (когда у меня это получалось, так как бывало, что Амбридж требовала развернутых ответов), мы незаметно по паре раз опустошили чашечки. При этом, несмотря на некую расслабленность, моя собеседница нет-нет, а посматривала на висящие не стене часы. Наконец, когда пирожные были подъедены, заварной чайник показал дно, а классический разговор "ни о чем" позволил полностью определиться с настроениями сторон, заместитель министра перешла к теме нашей сегодняшней встречи.

— …Как бы мне ни хотелось поболтать с тобой побольше, но, сам видишь, что сейчас у нас тут творится. Времени осталось совсем немного, поэтому — давай к делу.

— Давай, — поставил я чашку на столик.

— Для начала, своих видел?

— Угу.

— Все всем довольны?

— Просто в восторге!

— То есть с ними вопрос закрыт?

— Вполне.

— Отлично! Далее. Насчет экзамена. Сразу говорю, не моя интрига, но моя промашка. Боунс уже не первый год на тебя нож точит. Кстати, не знаешь почему?

— Без понятия. Подозреваю, за то, что не смогла меня тогда посадить. Профессиональная гордость. Извращенная…

— Ясно… На экзамене тебя завалили именно по ее приказу. Отомстила тебе так… Но не волнуйся. Я поговорила с ней, и теперь она будет держаться от тебя подальше. Проблем от нее у тебя быть теперь не должно, если, конечно же, — улыбнулась Долорес, — ты не подставишься сам. Например, не придешь штурмовать Министерство! — она захихикала.

— Не в этому году, — усмехнулся я в ответ.

— Шутник! — мне игриво погрозили пальчиком.

"Да нет. Скорее, правдоруб, каких еще поискать… — с грустью подумал я. — С моим учителем о том, чтобы пропустить штурм Министерства, даже мечтать не приходится".

— В общем, мой прокол, мне и исправлять. Ты, может, и не знаешь, но в начале августа Отделом магического образования проводится прием СОВ у тех, кто не обучается в Хогвартсе. Второе августа, пятница. Восьмой уровень Министерства. Магическая экзаменационная комиссия. Тебе нужно только прийти и что-нибудь наколдовать. Об остальном, включая оценку, я уже договорилась. На мой взгляд, не иметь "превосходно" за СОВ по ЗОТИ тому, кто отбил меня у стаи кентавров, — просто смешно!

— Спасибо!

— Не за что. Теперь давай разберемся с самым главным. Чем мне тебя отблагодарить за все, что ты сделал для меня? Говори! Я, конечно, не великий Мерлин и не министр магии, но могу очень, — Долорес выделила это слово особой интонацией, — много!

После такого предложения и она, и я на некоторое время замолчали, прихлебывая остатки чая. О чем думала она — не знаю, а я, понятное дело, о том, что бы мог и хотел получить от Амбридж. Возможностью закрыть пару-тройку позиций из списка моих хотелок пренебрегать не следовало.

"Хм… Деньги? Очень пошло. Попросив их, я сам себя выставлю настолько… мелким, что аж стыдно. Да и благодаря вражде Лонгботтомов и Кемпбеллов я сейчас с голоду не умираю. Покровительство? Оно и так у меня в кармане. Пересдачу — уже бесплатно получил. Кровавое перо? Это вообще чисто рабочий вопрос…"

И чем дольше я думал, тем больше приходил к парадоксальному выводу. Попросить мне у нее было банально… нечего! Нет, ну вот реально нечего! Даже гипотетический разрыв задолбавшей вассальной клятвы Драко Малфою в этом году был как никогда некстати, ибо сейчас он только все усложнит. Это нужно было делать либо много раньше, чтобы для возможности контроля канона успеть помириться с поганцем, либо — не раньше конца следующего учебного года… Все же девяносто шестой — девяносто седьмой учебный год — один из самых важных для моих планов. А поверил бы я в добрую волю человека, который буквально только что вывернулся из-под моей руки с помощью третьих лиц, сильно надавивших на меня, а теперь вдруг, внезапно, предлагает помощь и напрашивается в друзья? Ответ очевиден: "Нет, конечно же! Что за глупый вопрос?!" Так почему же я должен считать, что Драко поступит глупо? Да хотя бы из одной только его спеси — нет!

— Знаешь… — задумчиво потянул я. — Может, давай без этого? Я сделал то, что должен был сделать любой маг, когда волшебница попала в беду. Тем более, если попала она в плен к… таким существам. Во всяком случае, пока мне нечего просить…

— Хм… — Амбридж со сложным выражением на лице кивнула своим мыслям.

Угадать их было не трудно. С одной стороны, она имела на меня определенные планы, и поэтому моя хитрость ее радовала. Ведь, переводя с дипломатического, мои слова можно было понять как: "Этот ваш долг мы попридержим до более удобного случая". С другой стороны, со мной еще ничего конкретно решено не было, но долг есть долг и уже сейчас. А быть должным никто не любит…

— Льстец и хитрец… — задумчиво протянула она. — А ты знаешь, — Долорес вдруг расцвела радостной улыбкой, — я, кажется, догадалась, что тебе подарить!

…Впрочем, это только детишки, которым Дамблдор "дает второй шанс", не знают, как соскочить с этой иглы. Политические зубры уже давно нашли этой проблеме простое решение. Всего-навсего-то что нужно — это не ждать, когда тебе выставят счет, а взять и отдариться самому. Пусть это, может быть, встанет весьма недешево, и к тому же сейчас, а не когда-то потом, зато по своему личному выбору. Нужен ли будет этот подарок "кредитору" или нет — уже все равно. Долг-то — погашен.

— Ты, помнится, жаловался, что род оскудел, нету слуг и вассалов? Есть одно такое интересное место… Ты как раз по всем условиям подходишь. Нужно только кое с кем поговорить… Тысяч пять-шесть галеонов у тебя найдется?

— Э?

— А, ладно! Это потом. Я попробую договориться…

— Что?

— Не бери в голову. Я сообщу тебе, когда все улажу. А теперь, — поднялась Амбридж из кресла, — извини. Работа…

— Конечно-конечно. Долорес, — поцеловал я воздух над тыльной стороной ее протянутой мне правой ладони. — До встречи.

— До скорой встречи!

Выйдя из кабинета, я посмотрел на ждущих меня товарищей. Рейвенкловец не терял времени даром и читал подарочную книжку, а хаффлпаффцы с каким-то одинаково странным выражением на лицах уставились на меня.

— Что? — не понял я.

— Ну, спас принцессу? — спросил Джастин.

— Какую? А-а-а… Ну-у-у, можно и так это сказать. И?

— Награду сказочную получил? — с невинным видом добавил Уэйн.

— Эт какую? — с легким подозрением уточнил я. Уж слишком застывшим было лицо Хопкинса.

— Обычную, — отвернувшись в сторону произнес Джасти. — Руку и королевство в придачу!

— Да пошел ты! — вспыхнул я, когда понял, на что намекают парни. Услышав резкий ответ и увидев мое покрасневшее лицо, эти балбесы скинули маски серьезных и невозмутимых взрослых магов и весело засмеялись. Точнее, не засмеялись, а заржали.

"И это они еще не знают, что попали в десятку! А сколько бы было шуток, будь они в курсе предложения Амбридж? Не дай мне бог случайно проговориться…"

— Харош ржать! Табун нашелся!

Когда кого такое одергивало? Приятели, поняв, что меня своей подначкой удачно зацепили (все же разница в возрасте дает мне иммунитет к большинству детских насмешек), засмеялись только сильнее.

— Может, лучше пойдем отдохнем? Кое-кто, помнится, проспорил мне кабак…

Тоже не прокатило. Нужно было найти более действенную… уздечку.

— Так. Намеков вы, как я погляжу, не понимаете. Веселитесь. Отдохнули. Совсем уже отошли от сдачи экзаменов. Значит, похоже, пора возобновлять тренировки. Да и домашнее задание сделать пора…

Вот тут парней наконец проняло. Смех, через все реже и реже прорывающиеся "хи-хи", быстро угас. Уж очень этому способствовали воспоминания о тяжелых тренировках.

— Тебя что, Грейнджер покусала? — буркнул Эрни.

Тактом и слабостью голосовых связок главная заучка всея Гриффиндора никогда не страдала, а своими способностями к учебе и вовсе наслаждалась. Поэтому часть хогвартских парней Рону и Гарри изрядно сочувствовала. А другая, причем большая, откровенно презирала. По вполне понятной причине: то, что и как говорила Грейнджер Уизли и Поттеру, могло быть воспринято как неприкрытое оскорбление и человеком, не обладающим болезненным эгоцентризмом Драко Малфоя. Парней-тряпок и девок-"пил" никто не уважает.

— А где мы будем тренироваться? А то тут пара любопы… — поинтересовался было оторвавшийся от книги Энтони. Однако судя по тому, что он раскрывал рот и дальше, но мы не услышали больше ни звука, кто-то сумел навесить на излишне любознательного парня невербальное силенцио. "Действительно, а вдруг я скажу где? И что, угробить все каникулы на учебу?"

— Что это я? — как-то неестественно бодро произнес засуетившийся Джасти. — Еще подумают, что я не держу слова и не умею проигрывать. Уже давно все готово! Пойдем?

— Прямо сейчас? — удивился Захария.

— А почему бы и нет? У нас каникулы. Столик зарезервирован мною… надолго. С этим проблем не будет. Заодно посмотрите, как живут магглы в натуральной среде…

— Что мы там не видели, — буркнул Уэйн.

— Так идем? Или у кого-то особо важные дела?

Мы все переглянулись, и, так как отказавшихся не было, я кивнул:

— Идем.