Диктатор (джен)

О затеваемом школьниками ученом собрании директор узнал задолго до его начала. После поступления в школу Надежды Магического Мира Дамблдор обращал особое внимание на дела учеников первого курса, да и сам формат встречи не подразумевал секретности. Поттер и его окружение, благодаря Рону Уизли, в обсуждении не участвовали, поэтому запрещать Альбус ничего не стал. Ему и самому было любопытно прояснить позицию чистокровных родов. Ведь в таком возрасте (а зачастую и в гораздо более зрелом) люди еще не имеют своих собственных политических воззрений и слепо повторяют за родителями. Исключения предельно редки и являются скорее ошибками родителей, чем успехами манипуляторов. Эх, Блэк, Блэк…

Стукачей — какое грубое слово, конечно же осведомителей — среди студентов у Дамблдора всегда хватало. Даже на Слизерине, как бы там ни кичились своей честью чистокровные и их декан. Особенно декан. Хватало еще и потому, что вопрос о достаточном количестве своих агентов директор держал на постоянном контроле. Искал, готовил, можно сказать, взращивал их с пеленок, никогда не отказывая тем в мелких поблажках и послаблениях, взамен получая максимально полную и правдивую информацию о состоянии дел на факультетах, а также возможность влиять на ситуацию не только сверху, административно, но и снизу.

Вот и сейчас директор внимательно прослушал четвертую и последнюю вариацию речи младшего Крэбба (восприятие учеников в зависимости от факультета очень сильно различалось, и это было очень ценно) и, отпустив шпиона, глубоко задумался.

Вопросы Крэбб поднимал очень острые, но вот ответы на них Дамблдору совсем не нравились: "Да, с одной стороны, для чистокровного и сына Пожирателя признать нужность полукровок и магглорожденных это большой шаг вперед в политическом прозрении. Но с другой стороны, с такой же вероятностью можно сказать, что это огромный шаг назад! Ведь что бы там ни писали сейчас в хрониках, ни Салазар, ни Годрик не ненавидели нечистокровных магов. В те времена оценивали по знаниям и силе, а не по толщине родовых книг. И мнение, защищаемое молодым Крэббом, очень сильно похоже на порядки пятого — десятого веков. Дряхлеть и замыкаться в себе аристократия стала гораздо позже.

Но способы решения проблемы? Это же дремучейшее средневековье! Хотя, если абстрагироваться от штампов, надо признать, что определенный результат такие меры могут дать. Когда Силы Света одержат окончательную победу, нужно будет придумать что-то вроде этого.

Самое смешное, что совершенно случайно при этой беседе присутствовал Квиррелл. Ах, мальчик мой, если бы ты знал, перед кем ты ругаешь Волдеморта. А если аккуратно Крэбба просветить? Чуть напугать, пообещать защиту? Обдумать этот вопрос немного позже.

Кстати, а откуда у мистера Крэбба-младшего такая конфиденциальная информация? Да еще в числах? В Министерство он писем не писал… Да и не сообщают невыразимцы такое кому попало. Даже вот мне, Великому Светлому Магу, не сообщают. Малфой-старший? У него только оценочные данные "больше-меньше". Школьная библиотека? И в ней есть такие данные? Что-то здесь не то, но вот что именно?"

Вызванная мадам Пинс смогла прояснить этот вопрос. Да, мистер Крэбб дважды запрашивал доступ к Кодексу и что-то выписывал из него. Она предупреждала директора об интересе молодого, слишком молодого, человека к ненужным знаниям, но директор только отмахнулся от нее.

"Не до того было! Нужно было строить полосу препятствий и прогнать через нее пару первокурсников для теста. Стереть память, внести изменения… Хорошо. Может быть, мистер Крэбб действительно нашел что-то важное в открытых источниках? Артур Уизли потратил почти год, тайком роясь в документах Министерства, а мальчишка все провернул за сорок минут. Нужно потратить пару дней, полистать Кодекс и проверить выкладки. Но где взять столько време…" — глаза директора удивленно расширились. Он наконец-то ухватил за кончик ту мысль, что все никак не давала ему покоя. — Спасибо, мадам Пинс.

Библиотекарша тихо ушла, оставив директора школы в думах о всеобщем благе. Как жаль, что она не могла прочитать мысли своего начальника! Узнала бы о нем много нового.

"Ах ты, хитрый лгунишка! Вот ты и попался, мальчик мой! Значит, доступ к библиотеке Хогвартса, или, как ее еще называют в легендах, библиотеке Выручай-комнаты, ты у Ровены все же выпросил! И печать еще от Салазара. А от Салазара ли, если учесть, куда мальчик попал после перераспределения? Может, вообще от Хельги? И понизившаяся на два уровня сила магии как раз ушла в оплату этих даров? А общая потрепанность после разговора — результат недовольства Основателей отказом от их заданий? Хм. Весьма правдоподобно. Значит, не следует особо ждать от мальчика каких-то неожиданных действий. Но все равно глаз с него спускать не будем! И что же он с таким интересом читает в Выручай-комнате? Надо бы проверить…"

— Даппи! — позвал Дамблдор в пустоту кабинета.

— Даппи пришел, господин директор, сэр.

— Даппи. Ты знаешь, где лежат вещи мистера Крэбба?

— Даппи знает. Даппи иногда убирает комнату первокурсников Хаффлпаффа.

— Тогда аккуратно собери и принеси мне все записи, все бумаги и все книги, что найдешь у него. Потом аккуратно вернешь все на место, чтобы лежало как было.

— Даппи сделает!

Спустя пару минут директор с брезгливостью рылся в вещах своего студента. Обычные книги из Косого или аналоги томов из открытой части библиотеки. Конспекты… Ну и каракули, он что, вообще писать не умеет? Какие-то бумажки, стопка чистых листов, пара пустых книг, точно пустых — магия и специализированные очки-артефакты не обманут… Хм. Все чисто.

Директор уже было хотел приказать домовику все вернуть, как заметил скомканный листок бумаги в его маленькой ручке.

— Что это у тебя, малыш?

— Даппи виноват. Даппи не убрал мусор. Даппи накажет себя…

— Дай сюда! М-м-м… — с интересом промычал Дамблдор. — Что же у нас тут? О! Вот это уже гораздо интереснее! — "Насколько я узнаю слог, это страница из книги "Магия ритуалов и Ритуальная магия" за авторством средневекового Гармана фон Эшенбаха. На континенте это настольная книга для начинающих ритуалистов. Уж что не отнять у германцев, умеют они все разложить по полочкам! Перевод на староанглийский, скорее даже не перевод, а переложение, придало книге мягкость в прочтении и легкость в усвоении материала. Да что там говорить, если я сам по ней учился в свое время. Теперь в Англии за эту книжку светит либо приличный срок, либо неприлично крупный штраф, ибо некоторый рассматриваемый в книге материал может сильно навредить общему благу. Хм. Все перечеркнуто, и почерк нормальный. Прыткопишущее перо? Зачем он переписывает книгу? Хочет сделать свой перевод на современный язык?"

— Даппи. Убери все. Мусор я заберу. — Даппи и вещи Крэбба тут же исчезли.

"…Кстати, а доступом в библиотеку Выручай-комнаты студенту, ради всеобщего блага, с директором придется поделиться!

Но вот все равно что-то гложет меня. Как-то странно звучат его речи. Очень странный акцент, и не против меня, но в то же время и не против Тома. И, опять же, странный второй выпрошенный дар. Не сила, которой просили и получали все, абсолютно все без всякого исключения дорвавшиеся до Основателей маги, о которых я знаю; и не деньги, которые его семье очень бы пригодились, частично выводя из-под влияния Малфоя; но, внезапно, защита от ментальной магии. Что же ты так боишься мне показать, мальчик мой? Или не мне? Ведь когда ты просил защиту, то еще учился на Слизерине. То есть — в чем-то ты успел настолько провиниться перед Северусом? Или не перед ним? А перед кем тогда? Что же ты скрываешь? Спасибо, мальчик мой, что у тебя есть своя маленькая тайна. Я так люблю узнавать их у вас: и у взрослых, и у детей, а потом использовать ко всеобщему благу. Жаль, на все не хватает времени. Сейчас главное — это воспитание Поттера. А ты пока чуть подрасти, ведь твой проступок, твоя тайна хоть и детская, а платить за нее ты будешь по взрослым расценкам. Так что я не буду пока трогать тебя, мальчик мой. Так даже выгоднее… А потом я найду время и свободную клеточку на доске, куда поставить твою пешку. Там будет виднее…"