Диктатор (джен)

— …Я буду работать с документами. Важными. Меня не отвлекать. Это понятно?

— Да, хозяин Драко, — кивнул лопоухой головой домовой эльф.

— Еще раз. Не заходить, не аппарировать, не звать. Ясно?

— Да, хозяин Драко.

— И остальным домовикам передай.

— Да, хозяин Драко.

— Через два часа леди Малфой должна проснуться. Приготовь прописанные колдомедиками зелья. И проследи, чтобы она их обязательно выпила.

— Да, хозяин Драко.

— Исполняй, Дилли.

— Да, хозяин Драко, — сказал слуга и с хлопком аппарировал из комнаты.

Ещё некоторое время Драко Малфой с холодным, надменным лицом стоял около двери своих покоев в ожидании особо непонятливого домовика. Осознав, что в этот раз его, наконец-то, поняли правильно, запер ее изнутри заклинанием и… с тяжким вздохом уперся головой в ближайшую стену. Постоял так немного. Обмяк. Развернулся и, задрав лицо к потолку, с тихим всхлипом медленно стек по стене на пол.

Некоторое время тишину кабинета нарушало только тихое шмыганье носом.

Только спустя минут десять Малфой смог взять себя в руки. Он встал с пола. Совсем по-уизлевски — рукавом мантии, вытер нос и на мгновение криво ухмыльнулся "победе" — сегодня ему впервые удалось удержать слезы. Подошел к столу. С неприязнью взглянул на груду документов, которые только благодаря магии не скатывались на пол. В кабинете наследника им, несомненно, было тесно, но при живом отце занимать кабинет главы сын посчитал кощунством и… очень плохой приметой.

Драко тяжело вздохнул, рывком стянул мантию и бросил ее прямо на пол. Это нарушало сразу целую кучу правил и традиций, но сейчас ни отец, ни мать этого безобразия не видели, а сил следовать требованиям аристократического воспитания у него не осталось. С тяжелым вздохом парень плюхнулся в кресло. Подтянул его к столу. Протянул руку влево. Взял и открыл первое попавшееся письмо. Прочитал. Подумал. Взял перо, обмакнул его в чернильницу, черканул резолюцию и отложил свиток в правую кучку. Взял следующий… Ненормированный рабочий день исполняющего обязанности главы рода Малфой начался.

Через пару часов Малфой выбрался из кресла. Гора документов по левую руку зримо не стала меньше, но образовавшийся холмик справа намекал, что это не так. Потянувшись, понаклонявшись в разные стороны и покрутив головой, разминая шею, он отошел от стола, направившись в сторону одной из межкомнатных дверей. Не потому, что ему надоело и он решил бросить работу, что частенько позволял себе раньше. Нет. Просто внезапно ему в голову пришла довольно любопытная идея, и чтобы опровергнуть или подтвердить реализуемость оной, ему требовалась дополнительная информация. И сделать это нужно было максимально срочно, ведь задача была одной из тех двух, от которых в буквальном смысле слова зависело существование рода Малфоев.

Открыв дверь Драко грустно улыбнулся, оглядывая знакомые до последней царапины полки.

Библиотека наследника. Здесь хранился тот необходимый минимум, который, по мнению главы рода, было жизненно необходимо знать его наследнику. Сказки и каталоги чар, заклинаний и зелий с кратким описанием "что делает" каждого. Дневники предков и карты. Газетные подшивки и списки должников, вассалов, врагов. Альбомы с колдографиями и портреты-миниатюры… Каждый молодой Малфой, мысленно не одну сотню раз некрасивым словом поминал своих предков, которые отнимают время игр ненужным чтением непонятных книг. Причем, как бы ни хотелось этого наследникам, что-либо пропускать или выбрасывать из освященного волей прародителей списка было нельзя. Иронично, но повзрослев и поумнев, они делали строго обратное тому, о чем мечтали в детстве. Добавляли и расширяли библиотеку на "радость" детям и внукам. Например, один только Люциус добавил почти три сотни книг.

Больше всего маленький Драко любил старинные книги с картинками. И тому была серьезная причина. Строго утилитарная. Дело в том, что такие книги хоть и были толще других, но страниц в них — меньше, буквы — крупнее, а значит урок можно выполнить быстрее. А еще он особо сильно завидовал первому наследнику рода Малфой. Его библиотека была минимального размера.

"Хм… — неожиданно пришла в голову Драко совершенно неуместная сейчас мысль, — интересно, согласился бы Уизли поменяться со мной местами, узнай, как на самом деле проходило мое детство? Думаю, что нет! Ведь после такого это не его, а меня должно было весь Хогвартс тошнить от книг! Хотя, — Малфой ухмыльнулся, на секунду став прежним, — далеко не каждый посчитал бы такое детство изощренной пыткой. Любопытно, в общественных библиотеках у магглов до сих пор, как рассказывал дед, книги вешают на цепь? Если судить по поведению этой грязнокровки Грейнджер и ее отношению к книгам в Хогвартсе, невероятно похожему на поведение первокурсников в "Сладком Королевстве", то ответ на это вопрос — "да". Похоже, столько книжек в детстве она не то что не читала, но даже и не видела…"

В библиотеке наследника было всего лишь семь книжных шкафов. На каждом шкафу с обеих сторон по пять полок. На каждой полке, в среднем, умещалось по двадцать пять — тридцать книг, не больше. Всего таким образом получается около восемнадцати сотен книг. Не так уж много, на первый взгляд. Однако если принять во внимание, что эти восемнадцать сотен следовало изучить до того, как отправиться в Хогвартс, то все начинает выглядеть совсем по-другому.

Начиная лет с пяти типичный день наследника рода Малфой выглядел приблизительно следующим образом. Утром прием зелий, улучшающих память. Днем чары, повышающие концентрацию. Ну а вечером, когда кончаются последние капли терпения и появляется желание бросить все и перестать забивать себе в голову совершенно непонятные рисунки и текст, приходит отец со словами: "Читай! Наследник великого рода Малфой должен это знать! Понимание придет потом". И оставлял своего сына с не дающими заснуть до тех пор, пока дневной урок не будет выполнен, домовиками-надсмотрщиками. А те между делом потчевали доверчивого ребенка рассказами о том, сколько розог получают недостойные наследники. Малфою достойным быть хотелось, а розог — строго наоборот, так что настолько грубое наказание так и осталось всего лишь детской страшилкой.

А ведь книгами программа дошкольного обучения отнюдь не ограничивалась. У наследника рода Малфой было много живых (и не очень, а какими еще можно считать портреты?) учителей. Этикет. "Теоретическая" магия, когда заучивались вербальные формы и жесты. Полеты на метле, ставшие для мальчика редкой отдушиной. Потом добавился еще "отдых" с Крэббом и Гойлом, где под видом детских игр вассалы приучались подчиняться, а Драко — отдавать приказы. Редкие приемы, где нужно было показать другим лордам, что Малфои все так же крепко стоят на ногах…

"В детстве было много чего… но оно закончилось. Закончилось. Эх, предатели…" — кольнуло в душе Малфоя, когда он вспомнил веселые детские посиделки с Крэббом и Гойлом, и отметил, что эта мысль уже не вызвала таких сильных эмоций, как раньше. После всего, что произошло, тратить силы и время на ненависть к перебежчикам казалось… нерациональной тратой времени и сил.

"Сильных и перспективных не предают, — сама собой очень к месту вспомнилась фраза из прочитанных в детстве наставлений. — Нужно всего лишь стать таким, например, как мой отец, и тогда они сами приползут ко мне! Причем, еще толкаться будут среди толпы таких же! Как толкались на прием к отцу… крысы!"

"Мой отец…" — любил говорить Драко, неосознанно ставя равенство между собой и им, приравнивая свои способности к способностям отца. Однако на деле все оказалось далеко не так просто. За последние недели Драко пришлось серьезно пересмотреть свои взгляды на слишком многое, чтобы остаться все тем же наглым, избалованным ребенком. А некоторые принципы и желания пришлось даже не пересмотреть, а вырвать с корнем, как пересаживаемую на уроке гербологии мандрагору. Драко пришлось наступить на горло тщательно взращиваемому с детства гонору и признать, что одной только фамилии недостаточно, чтобы с тобой разговаривали точно так же, как с лордом Люциусом Малфоем. То, что у сына Абраксаса Малфоя сейчас получалось с легкой небрежностью, Драко Малфою приходилось вырывать "с потом и кровью". Усугублялась ситуация еще и тем, что почувствовав слабость рода, многие партнеры и должники Малфоев решили в одностороннем порядке пересмотреть заключенные договоры. А еще мать… Леди Малфой, в девичестве Блэк, на людях была крепка, сверкающа и несокрушима, как брильянт, но дома…

"Тяжело жить в ожидании беды. Но когда беда наконец пришла, нельзя сказать, что стало намного легче. И зачем я так торопился стать взрослым? — с грустью подумал Драко. Сейчас он не иначе как с кривой улыбкой на губах вспомнил свою радость и нетерпение перед дорогой в Хогвартс — "я наконец-то вырос и отец поручил мне первое задание". — Интересно, это действительно была проверка мне, или планы отца заранее строились на условии моего провала? Теперь и не спросишь…" — подумал Малфой и содрогнулся. Плохо, слишком плохо это прозвучало. Даже хуже, чем было на самом деле — ведь из Азкабана можно было выйти не только "на портрет".

"Нет! Этого не будет! Я сделаю все, чтобы спасти отца! — решительно мотнул головой Малфой и зашел в библиотеку. Ему нужен был и краткий справочник артефактора, глава, где описываются стандартные способы маркировки парных артефактов, а еще компендиум редких древних сглазов, порч и проклятий. Именно там, если ему не изменяла память, должна была быть ссылка на книгу в основной библиотеке мэнора. — Где же он? Вроде, на третьем стеллаже от входа… А ведь когда-то я мог найти здесь любую книгу с закрытыми глазами… — Драко и в самом деле закрыл глаза, провел рукой по таким знакомым корешкам и снова открыл их, почувствовав знакомый узор. — Вот он! Странно, почему не на месте…" — Драко взял в руки дневник деда, раскрыл его и принялся листать, выбросив все лишние мысли из головы.

— Хм… — спустя минут пятнадцать задумчивый Малфой захлопнул книжицу. — Действительно, отдавать просто так свое нельзя ни в коем случае. Дед советует "…сделать друзей врага сначала и своими друзьями, а потом стать из друга господином, окружив врага своими людьми". Легко написать, но Дамблдора я так не потяну. Пока. Потренироваться на ком попроще? Например, на Крэббе? Тем более это будет справедливо: он лишил меня вассала, я отберу команду у него. "Око за око". Вот только с кого начать? Макмиллан? К нему можно подойти как наследник к наследнику. Финч-Флетчли? Пообещать магглорожденному покровительство? Гольдштейн, как всякий рейвенкловец, ценит знания… Хопкинс. Хопкинс, пожалуй, самый сложный вариант, но одновременно и самый выгодный. Успел ли он пропитаться духом аристократии? Глупый вопрос, конечно же нет. Однако Крэбб не дурак и наверняка опутал своего брата всеми положенными клятвами и обетами. Смит? Про Смита вообще ничего не знаю. Хм… Так с кого же начать?