Диктатор (джен)

Начало 1992 года выдались у лорда Малфоя неожиданно неспокойными. Началось все задолго до наступления первых каникул у его сына. Темная Метка еще с зимы медленно, но неотвратимо темнела, и Люциус отлично понимал, что в действительности это означает. Понимал не только он один, но и его старые товарищи, а люди среди них были… разные. Среди не избежавших Азкабана превалировали, хм… осторожные оценки, обратно в кабалу не хотелось совсем, но встречались и фанатики. Такие как, например, Крэбб-младший, знающий о Повелителе только из рассказов отца.

Так и жил лорд Малфой в постоянно усиливающемся напряжении, пока в самом конце учебного года, аккурат перед приездом Драко из школы, татуировка разом не выцвела до своего обычного в последние десять лет состояния. Небольшое аккуратное расследование подробностей пока не принесло, однако появилась четкая уверенность в том, что к созданию проблем Волдеморту в очередной раз приложил руку, или еще какую часть тела, Мальчик-который-выжил.

Что бы там Крэбб-младший ни говорил Драко, но выживанием своего единственного наследника лорд Малфой был очень сильно озабочен. Тем более по пророчеству сыну предстояла непростая, но великая судьба. Поэтому готовиться лорд Малфой начал задолго до наступления первого сентября 1991 года. Так, Северусу Снейпу была оказана серьезная политическая поддержка вовне Хогвартса. Все слизеринцы, с которым предстояло общаться Драко, были максимально мотивированы на поддержку и охрану Малфоя-младшего. Ну и на "оповещение" Малфоя-старшего стимул был. Также заранее были подобраны "телохранители" — молодое поколение Крэббов и Гойлов. Мальчики сильные, но не очень умные и совершенно неамбициозные.

Все шло как планировалось. Драко все детство прилежно готовился. Поступил на Слизерин. Туда же поступили оба его "друга". Слизеринцы, отрабатывая вложенные в них ресурсы, защищали и поддерживали его сына. Снейп прикрывал от Дамблдора. Драко, пусть и не без огрех, показал себя будущим лидером и начал зарабатывать авторитет. Ничто не предвещало проблем, как вдруг совершенно неожиданно появились… новости.

Для начала, Крэбб, судьба которого Малфоем была распланирована, как минимум, на ближайшие десять лет, никого заранее не предупредив… перевелся на другой факультет! Причем, не захотел перевестись, а перевелся. Через перераспределение. О такой возможности забыть забыли уже сотни лет назад! Лично Люциус узнал о ней совершенно случайно и только тогда, когда уже давным-давно закончил школу и полноправным лордом листал старинные документы в архиве попечительского совета.

Далее, Крэбб, опять этот Крэбб, повстречался с призраками Основателей. Что резко и в одно мгновение все поменяло. Это уже совсем другой уровень, как волшебника, так и его амбиций. Насколько знал Малфой, а он этим усиленно интересовался, из известных ему личностей с Основателями встречался только Волдеморт. А Повелитель об этой встрече не распространялся особо даже среди близких… м-да, назовем вещи своими именами — слуг.

Кстати, еще один штришок. Под предлогом шуток Уизли Крэбб-младший не посетил рождественский бал в Малфой-мэноре. И "зажал такое интересное кино", как сказали бы магглы. И не дал на себя внимательно посмотреть.

Тем не менее, оказавшись на Хаффлпаффе, Крэбб продолжил себя вести так, как будто и не покидал Слизерин, то есть как истинно чистокровный маг. При краткой личной встрече он вел себя как обычный школьник. Ну, как обычный, уже сейчас — отличный боевик и лидер, сумевший слепить команду из, кто бы мог подумать, хаффлпаффцев! Так вот, Крэбб показался Малфою обычным, среднестатистическим слизеринцем, несмотря на свой факультет, преданным идеалам Темного Лорда. "Слишком преданным идеалам!" — подумал тогда немного раздраженный Малфой.

"А показался или… показал?" — задумался он.

В свете поведения и некоторых событий, о которых ему подробно доносили слизеринцы и пара рейвенкловцев, никаких сомнений в истинности догадки быть не могло. Выступление, на котором Крэбб озвучивал такие факты, что просто ужас! "Чистокровные вымирают, а Темный Лорд в этом им только помогает!" И ведь Малфой-старший, бросившийся после письма от сына проверять полученную информацию по своим каналам, нашел массу подтверждений сказанному Крэббом. Факты-то лежали прямо на виду у всех, но никто на них не обращал внимания!

"Бедный, бедный Крэбб-младший. Лорд авадил без разговоров и за меньшее! — думал Люциус. — Ясно, что после такого ему у Волдеморта жизни не будет, а быструю смерть еще нужно будет как-то выслужить. Но и с директором Крэббу не по пути, иначе бы он наперегонки с Уизли лизал зад Дамблдору. Вместо этого Винсент разобрался с его верными клевретами предельно жестко. Что-то тут непонятно. Что же вы задумали, мистер Крэбб? И преданность Волдеморту — почему вы показали ее именно мне? Почему остальным показали совсем другое? Почему мне позволили узнать — да полно, назовем вещи своими именами — почему Малфоям и другим чистокровным прямым текстом слили (и кто?) такую важную информацию? Причем бесплатно! Или это такой хитрый ход Дамблдора? Или Логан решил соскочить, пожертвовав мной? Или появился кто-то еще? Игрок с континента? Или МАКУСА? Или кто-то из своих? Ладно, большая политика — дело аккуратное и методичное. Если кто-то третий решит войти в нашу игру, то он рано или поздно раскроет себя. Если же новой силы нет и информацию нарыл и обработал сам Винсент, то… вопросы становятся намного более серьезными.

Можно ли сказать, что я знаю Винса так же хорошо, как и своего Драко? Нет. Но я знаю его гораздо лучше, чем многие другие. Все же я заранее присматривался к потенциальным телохранителям своего сына, а потом еще учил и проверял их. Да, парень одарен в темной магии и со временем обещает вырасти в отличного боевика, каким был (и остается, если учесть, что Лорд не умер) во внутреннем круге его отец… Но мозги! Откуда? Винс пошел умом в отца, а его папаша никогда не блистал в интригах! В круге эта ниша принадлежала мне и только мне! Ну, может, еще и Лестрейнджам. А теперь вдруг такие таланты! Откуда?" — продолжал крутить так и сяк образовавшуюся, пока не проблему, нет, но уже неприятность, Малфой.

В мире магии очень не любят внезапно появившихся талантов и способностей. Не любят именно потому, что доподлинно знают: "из ниоткуда" ничего не берется. И если за парнем никто не стоит, то дело принимает совсем нехороший запашок.

"Подмена? Одержимый? Оборотка? Шпион? Но — перед легилиментом Дамблдором? Перед легилиментом Снейпом, который, потакая привычной паранойе, проверяет всех первоклассников сразу после распределения? Невозможно. Тем более, двойное распределение, то есть двойная проверка Шляпой… Интрига Логана Крэбба, втайне вырастившего замену мне во внутреннем круге? Ничего не складывается!"

Возвращение Драко домой не только ничего не упростило, но и сделало ситуацию еще более непонятной и неприятной.

Приехавший из Хогвартса единственный сын прямо с порога начал проносить отцу мозг на тему снять Дамблдора. Успокоив сына и подробно его расспросив, заодно связав интригу Дамблдора и потерявшую цвет метку, старший Малфой, довольный, что хоть что-то стало проясняться, на радостях поднял бокал с огневиски и отсалютовал встающему из-за стола сыну. А тот вдруг припомнил:

— Ах да. Еще Крэбб просил передать тебе привет от какого-то твоего старого знакомого. Какой-то Марволо Реддл. Не помню такой благородной фамилии. Мы что, теперь поддерживаем знакомства среди грязнокровок?

Люциус не был бы Малфоем — лордом древнейшего рода, если бы позволял своим истинным чувствам проявляться наружу без разрешения своей железной воли. Но сегодня он был на редкость близок к такому прискорбному… да-да, именно проступку. Каких сил стоило спокойно проглотить напиток и удержать в руках бокал после такой новости, знал только он один.

— Повтори еще раз, — спокойно произнес лорд Малфой и поставил треклятый бокал на стол.

Но и Драко был хоть и молодым, но тоже Малфоем, поэтому хорошо маскируемое напряжение в голосе собеседника все же почувствовал.

— А зачем тебе… — начал было он, но осекся, увидев выражение лица отца.

— Драко? Я жду!

Младший сосредоточился, закрыл глаза и произнес: "Дела на лето вынуждают меня покинуть страну. Передай привет своему отцу от его старого друга. Марволо Реддл просил передать тебе привет".

— Как он при этом выглядел? Куда смотрел? Не показывал ли каких-то знаков? Жесты? Мимика? — начал задавать дополнительные вопросы Малфой-старший.

— Это… Не помню.

— Этого мало! Добби, — позвал Люциус.

— Добби пришел, господин хозяин, сэр, — чудной домовик согнулся в почтительном поклоне.

— Добби, быстро принеси сюда омут памяти из моего кабинета. Осторожно принеси.

Хлопок, еще один, и вот на столе стоит чаша омута памяти.

— Драко! Слей воспоминание о прощании с Крэббом в омут.

— Да, отец, — и повинуясь движениям отцовской палочки, он стал выпускать наружу нить воспоминаний.

Полученную полуминутную сцену Люциус смотрел около получаса. Наконец он вынырнул из омута и недовольным взглядом посмотрел на сына, который так и не отважился его покинуть. Да и любопытно младшему было. Фразу, что "любопытство хоть и неискоренимо, но зато наказуемо", Драко вспомнил только тогда, когда увидел выражение лица своего отца, поднявшего голову от омута памяти. Но было уже слишком поздно. Впрочем, убеги он куда подальше, ничего бы это не изменило.

— Очень плохо, наследник Малфой. Я подберу тебе на лето наставника, который научит читать выражения лиц. А пока готовься вспомнить и слить все воспоминания о Крэббе. Твои сообщения из Хогвартса я теперь вынужден признать недостаточно достоверными!

— А что…

— Ступай к себе в покои.

— А кто такой этот Реддл?

— Я тебе вроде бы приказал идти? И все забудь!

— Но отец…

— Что вам не ясно, наследник Малфой, в приказе главы рода? — холодно спросил Малфой-старший.

— Прошу прощения, лорд Малфой. Я уже ухожу.

Нареченный лордом Малфоем в этот момент на своего сына уже внимания не обращал. Какой тут сын, если мир в очередной раз встал с ног на голову? Вопросы множились, как мурлокомли на участке у нерадивого садовода.

"Крэбб не мог так пошутить! Если он знает истинное имя Лорда, которое тот всеми силами как старался забыть сам, так и заставлял это сделать соратников, то он отлично понимает, с чем играет. Если, или когда, вернется Волдеморт, то за такую тупую шутку клоуна, как грязную перчатку, вывернут наизнанку. Буквально! Но он делает это. Почему? Значит ли это, что Крэбб на самом деле не общался с Лордом, а информацию получил от того же Дамблдора? Или, наоборот, все же общался? Если да — то где произошла встреча? И почему он остался после всего сказанного на том межфакультетском школьном собрании в живых? Или это было только после? Не важно, Лорд мощнейший легилимент, обязательно увидел бы все. Или же, то, что было после, все изменения в поведении — как раз и есть следствие встречи? То есть встреча произошла в сентябре прошлого года? И все это — новая позиция Волдеморта? Почему тогда ее не довели до сведения остальных? Ведь если Лорд общался с Крэббом-младшим, то мог пообщаться и со старшим, да и вообще с кем угодно. Но не пообщался. Пообщался с Крэббом. Значит ли это, что их, старых соратников, уже… заочно списали? Или же… Нужно срочно получить объяснения! Конечно, некрасиво так делать, но… чуть спишу им долг".

— Добби! Срочно аппарируй к Винсенту Логану Крэббу! И тащи его сюда.

— Хозяин! Добби не может! Добби не знает…

— Мордред! Тогда к его отцу, Логану Ричарду Крэббу в его мэнор!

Ничего нового Крэбб-старший, который по-нормальному уже почти год не видел своего сына, сообщить Малфою не смог. Ожидаемо, совы ни от Драко, ни от Люциуса, ни даже от него самого до адресата не долетали, возвращаясь с нераспечатанными письмами. Срочный обряд магии крови в заклинательном зале Малфой-мэнора четко дал понять, что Крэбб-младший жив, но не смог даже приблизительно указать направление поиска.

Опять вызвали Драко. Опять подробного его расспросили. Опять яснее не стало.

— Похитили? — высказывал предположение Логан.

"Или уехал по приказу сам?" — мысленно дополнил веер возможностей Люциус.

— Почему тогда никаких требований не пришло?

"А что с тебя взять?"

— Раз не получается найти по крови, то похитители — не только опасные, но и серьезные.

"Мог такую защиту наложить Волдеморт? Наверное, мог. Но ограничивается ли круг тех, кто мог бы наложить такую защиту одним лишь Темным Лордом? Нет".

— Что мы можем сделать? — закончив рассуждать, спросил Крэбб у Малфоя.

— Увы, ничего. Только ждать. Тем более, судя по словам Драко, твой сын спешил куда-то по своей воле.

— Империо?

— Не похоже.

— Ну, появись мне только дома! — сквозь стиснутые зубы прорычал Крэбб и треснул плотно сжатым кулаком по столу.

— Репаро, — починил развалившийся столик Малфой. — Может, для успокоения?.. — и по щелчку пальцев правильно выдрессированный домовик выставляет на пострадавшую столешницу бутылку и бокалы.

Напоив и отпустив Логана, Малфой задумался над тем, что ему теперь делать. Возмущение Логана он полностью разделял. Ох, как много бы отдал Люциус за то, чтобы сейчас перед ним оказался Винсент! И круцио его, круцио за доставленные проблемы! Но увы, чего нет, того нет. Лорд тяжело вздохнул, встал и, пошатываясь — пил Крэбб, особенно дорогого огневиски в гостях, не просто много, а будто бы у него вместо глотки был бездонный мешок — пошел в свой кабинет. Там он попросил отодвинуться волшебный портрет основателя рода. Капнул кровью на замок, открыл сейф и достал оттуда небольшую книжечку в темном переплете. Как бы там ни было, но Лорд Волдеморт, отдавая своему верному последователю этот предмет, оставил четкие и недвусмысленные указания. Одно из них гласило: "В случае получения кодовой фразы "передай привет от Марволо Реддла" этот дневник следует поместить в здание (мэнор, дом, владение) с максимальным количеством неопытных или слабых магов!"

— А где больше молодых магов, чем в Хогвартсе? — задал вслух сам себе вопрос Люциус и сам же на него ответил: — Нигде. Но самому вносить или передавать с Драко слишком опасно. Лорд тогда намекнул, что дневник будет небезопасен для своего владельца. Значит, в Хог его отвезет кто-то другой. Лучше всего кто-нибудь "светлый". Да хоть Поттер! То, что ради этого мне придется извернуться так, как я никогда со времен судов 81-ых не изворачивался, совершенно не важно. Да хоть в вульгарную драку полезу, но дневник подброшу! Вот так-то вот, Добби. Это будет очень интересный год в Хогвартсе, — задумчиво произнес Малфой, и тут же пришел в себя, уставившись на замершего перед ним неизвестно когда появившегося и сколько услышавшего домовика. — Мордред! Добби?! Что ты здесь делаешь? Все забудь, что здесь видел и слышал, и пшел прочь!