Диктатор (джен)

"Ах, дети! — Дамблдор с умилением обвел взглядом заполненный веселящимися детьми Большой Зал. — Дети, еще не задумывающиеся, что они дети, и… — волшебник посмотрел направо и налево, на сидящих рядом с ним профессоров, — дети, считающие себя уже взрослыми. Эх, их наивности и чистоте можно только позавидовать. Почему вы не цените минуток радости, что дарит нам жизнь? Впрочем, я тоже не ценил… Например, пир в честь Распределения. Сколько их было на моей памяти?! Много, ой как много! Кажется, только вчера я снял со своей головы Шляпу и побежал к столу Дома Годрика, и вот… больше их у меня не будет. — Дамблдор машинально потер постепенно отмирающую из-за проклятья руку, скрытую, чтобы никого не пугать и заранее не расстраивать, чарами иллюзии. — Надеюсь, Северусу удастся сделать все так, как надо. Я оставляю ему и Минни непростое наследство…"

Вернувшаяся в Хогвартс профессор Макгонагалл, которой лечение и отдых явно пошли на пользу, отвлекла Дамблдора от печальных мыслей каким-то важным вопросом. Пока думал, пока отвечал, пока спорил — минута грусти прошла, и волшебник снова смог рассуждать спокойно. Настолько, насколько это возможно для человека, вынужденного назначить самому себе дату смерти, причем на ближайшее время.

"…Это ничего, что многое получилось не так, как задумывалось, или не получилось вообще. Я не ошибся в главном — воспитал продолжателей дела.

Вот Гарри Поттер, — Дамблдор нашел взглядом надежду магического мира. — Знаменитый Мальчик-который-выжил. Печально, что несмотря на все сделанные тебе поблажки и будучи чистокровным, ты до сих пор так и не научился думать как волшебник. Даже твоя магглорожденная подруга, которая сейчас убирает чарами следы… очередной детской потасовки?..

Хм… Синяки — свежие, еще только наливающиеся; разбитый нос, залитая кровью мантия. Это, конечно, ничего страшного. Поппи вылечит за пару минут, а Грейнджер, которая, кстати, единственная из всех твоих друзей и "друзей" обеспокоилась из-за твоего отсутствия — за пять. Но вот специфически рассеянный взгляд, однозначно говорящий внимательному и опытному волшебнику, а я, без ложной скромности, именно такой, о применении заклинания забвения… Кто же это был? Гораций ничего мне не сказал, значит, это произошло после собрания его любимого клуба подхалимов. На платформе его должна была встретить Тонкс, значит взрослых волшебников можно исключить. Что ж. Если это был ученик, то вскоре я узнаю, кто это был — таиться они еще не умеют, — Дамблдор чуть повернул голову, чтобы в поле зрения попал другой стол. Противоположный во всех смыслах, за которым сидели юноши и девушки, попадающими под подозрение первыми.

— Вот белая макушка выглядящего как-то потерянно Драко Малфоя. В этом году он отчего-то решил пересесть так, чтобы я не смог увидеть его глаз. По-детски глупо и наивно, как, впрочем и все, что выходит у наследника рода Малфоев. До Абраксаса или хотя бы Люциуса ему очень далеко. Уже семнадцать — но так и не повзрослел. А вот дед и отец, мальчик мой, в твои годы были уже совсем другими.

Напротив сидит какой-то резко… постаревший Нотт, с задумчивым видом ковыряющийся у себя в тарелке. Вот уж у кого тебе, Драко, следовало бы поучиться, так это у него. Молодой мужчина, не только умный настолько, чтобы несмотря на историю свой семьи найти в себе силы отказать Темному Лорду, но и достаточно расчетливый для того, чтобы после такого остаться в живых. Не преклонить колени перед Томом не смог ни ты, ни твой мятежный сквайр. С которым, к слову, этот истинный слизеринец расправился с истинно же слизеринским изяществом. Кстати, — Дамблдор перевел взгляд в центр зала. — А вот другой хитрый, но глупый юноша. Лорд Винсент Крэбб, ученик-в-магии Тома Риддла, Лорда Волдеморта, глядящий с… неприкрытой ненавистью? На севшего за стол Гарри Поттера? На избитого Поттера? Хм-м… Если проследить за взглядом, то кроме Поттера ничего интересного там нет. Вряд ли его заинтересовали Уизли, Томас и Финниган, кидающиеся друг в друга сосисками. Они так часто делают, сколько бы я раз ни обращал внимание девочки, что нужно внимательнее относиться к воспитанию детей и научить их, наконец, вести себя за столом!

А ведь обливиэйту Крэбба когда-то учил не кто иной как Гилдерой Локхарт. Мальчик, больших высот достигший в использовании этого заклинания… Да. Как я и думал, напавший на Поттера нашелся очень быстро. Ошибки здесь быть не может…

Что ж, Винсент Логан Крэбб. Я не хотел, но ты не оставляешь мне выбора. Придется преподать тебе еще один урок. Более взрослый. И медлить с этим нельзя… Заодно и Тому передам "привет". Больше я рисковать не могу — у "темного лорда" должен остаться только один путь…"

— Минни… — чуть наклонился Дамблдор к своей соседке по столу.

— Да, Альбус?

— Не пригласишь ли ты после ужина ко мне в кабинет мистера Крэбба?