Диктатор (джен)

Покушение на бедную Миссис Норрис прошло строго по графику. Вечером тридцать первого, в Хеллоуин, разбредающиеся после праздничного застолья дети получили отличное маленькое дополнительное шоу. Все были довольны и ничего не заподозрили, посчитав случившееся чьей-то очередной тупой шуткой.

На разбор к директору по очереди дернули: рыжую пару — ибо репутация обязывает; Поттера с сотоварищами, ибо попались на месте преступления; меня, потому что у меня не оказалось алиби — я в это время бегал по складам с очередной задачкой завхоза; и еще пару каких-то студентов-неудачников. Разумеется, никто не сознался, а проведенное следствие ничего не установило, кроме "шутки неизвестного ученика, чей факультет, когда все выяснится, лишится очень большого количества баллов".

Из всего педсостава что-то нехорошее почуял только Дамблдор, но даже он, задумчиво водя палочкой над тушкой кошки, не был до конца ни в чем уверен. Все же во всех трактатах написано, что взгляд василиска убивает, а не парализует до окаменения. Это сбивало директора с толку, ну а всем остальным было откровенно пофиг.

Не заметил я и проявлений страха, о котором так много говорилось в каноне. "Это магический мир! Тут все может быть. Никто не умер? Пострадала только гадская кошка клятого завхоза? Ну и хрен с ней, и с Филчем заодно!" — приблизительно так думали и говорили дети. Только магглорожденная Грейнджер и маггловоспитанный Поттер заволновались, и то тут скорее дело в той жути, которой они насмотрелись на смертинах и которую дополнительно поднакачал им добрый дедушка Дамблдор.

Лишь Филч, которого опять судьба наказала ни за что, потерянно бродил по замку и устраивал лютые отработки даже мне, не то что обыкновенным гриффиндорцам. Пришлось, чтобы хоть чуть-чуть успокоить мужика и заодно спасти свои руки и ноги от переработки, сказать по секрету, что у меня есть мера реагента, нужного для эликсира оживления. Зря я это сделал. Пока я не плюнул на канон и не принес ему один фиал с отваром мандрагоры, мне совершенно не давали проходу. Одно успел сделать: после того как отдал склянку стоявшему на низком старте в Больничное крыло мужику, упросил его не упоминать меня, чтобы не плодить лишних слухов.

Впрочем, за канон я волновался зря. Мадам Помфри и внештатный зельевар Хогвартса профессор Снейп, при участии директора Дамблдора, постановили, что "найденный среди конфискованных предметов" ингредиент очень хорошего качества, поэтому глупо расходовать его даже на самую лучшую кошку в мире. Вон вырастут в теплицах учебные мандрагоры — и вперед. Тем более ингредиент дорогой, в продаже его сейчас почему-то нет, и в кладовых Хогвартса он закончился. А вдруг что с ребенком случится? Ну а если у мадам Спраут ничего не получится с выращиванием, то кошку обязательно приведут в порядок ближе к лету.

Как я и думал, не нужно никому знать, что у меня есть некие стратегические запасы. Тем более, раз детей промариновали до лета в каноне, значит, так было нужно Дамблдору. В конце концов, если уж сильно приспичило, то найти для зелья пять-десять доз мандрагоры, найти, на минуточку, на рынке планетарного масштаба никакой проблемы не составит. Но сделано это не было. А если так, то тогда не буду делать этого и я. А то еще запишут в Наследники. Нет? Да как нефиг! Логика здесь будет проста и пряма, как рельс: "Раз ингредиенты подготовил заранее, значит, или знал, или сам все и сделал!"

Собственно говоря, первая волна паники наступила только после не отмечаемых англичанами ноябрьских праздников, когда в Больничное крыло внесли Колина Криви. Как и в каноне, бедному Коле не только пришлось каменной тушкой прилечь до лета на мягкие матрасы, но еще и Дамблдор засветил ему раритетный снимок, лишив молодого колдографа престижной премии и всемирной известности. Ведь далеко не каждый репортер магического мира может похвастаться колдографией тысячелетнего василиска, тем более василиска того самого Салазара Слизерина.

Где-то через пару дней после этих событий мне пришло очень интересное и, не скрою, приятное письмо. Нет, я и до этого получал письма. После возвращения в Хогвартс (Драко, поди, меня застучал) пришлось регулярно переписываться с Крэббом. Тот потихоньку выжимал из меня подробности моей жизни в Хоге и летнего отдыха. Я, как мог, пока умудрялся скрывать самые важные факты, однако на прямой вопрос: "Действительно ли ты виделся и беседовал с ним?" — пришлось дать четкий и недвусмысленный ответ "Да!".

Так вот, письмо это было от моего нового лучшего друга Гильермо Риккардо де Лусеро-и-Кармона. Парнишка успешно пережил жестокую порку, которую любимому наследнику по возвращении устроил отец, залечил следы от кнута крестного (жестко!) и почти оторванные уши (постаралась старшая сестра), высушил рубашку от слез матери и с опозданием отбыл в Эскуэла де ла Магика — испанскую школу магии.

Помимо множества веселых историй, описаний и колдографий испанской школы и детишек, учащихся в ней, Рик не обошел стороной и мое проклятье.

"…Как и обещал, я расспросил по поводу твоего вопроса и родителей, и преподавателей, — малыш уже отлично знает, что не все тайны следует доверять переписке. Молодец! Вот только продолжение письма просто на корню вырубало всю невеликую конспирацию. — Так вот что я узнал. Прямого способа снять проклятье нет. Однако, можно его попытаться обмануть. Самым лучшим способом для тебя является отречение от рода. Ты потеряешь магические дары, зато по магическим законам у тебя не будет отца вообще. Таким образом, проклятье либо спадет, так как невозможно убить несуществующее, либо будет ждать исполнения — момента, когда твой несуществующий отец умрет или будет убит тобой, то есть оно станет абсолютно безвредным. В первом случае твой отец, старший в роду Крэбб, может обратно принять тебя, но не как сына, а как младшего члена рода. Если же ты единственный в семье, то автоматом после его смерти станешь следующим лордом. Правда, есть шанс, что проклятье среагирует на факт как бы смерти твоего магического отца, и ты мгновенно станешь сквибом. Шансы здесь неизвестны, но они есть. Сложно все, но я буду продолжать искать…"

Ответ я писал несколько дней, еще столько же собирал колдографии, проклиная василиска и Уизли за то, что теперь нельзя подключить Криви. В результате школьная сова была очень недовольна размерами и массой бандероли, зато Рик наверняка будет просто в восторге.

Тем временем в Хогвартсе медленно давала обильные всходы всеобщая паранойя. Малфой ходил гоголем, посматривая на всех сверху вниз. За это он ровно три раза был серьезно потрепан старшекурсниками последовательно: с Рейвенкло, с Гриффиндора и с Хаффлпаффа. Какие разборки у змей были внутри факультета, снаружи никто, естественно, не знал, но в том, что не Малфой является истинным наследником Слизерина, все заинтересованные лица были убеждены. Не в курсе оставались самые тупые из старшекурсников и поголовно все младше- и среднекурсники, которым небольшая доза страха, по мнению старших и взрослых, только пошла на пользу. Очень резво теперь детишки бежали в свои общежития и сидели там тихо-тихо, как мышки, не доставляя никому проблем своими детскими проделками.

Как и в каноне, неугомонная Гермиона начала свое собственное расследование. Змеиная шкурка, требующаяся для рецепта оборотного зелья, у Снейпа уже пропала, как по секрету сообщил мне Драко. Обещал, кстати, очень серьезную благодарность в случае, если я смогу найти воришку. Интересно, запросить Гермиону в рабство можно было бы? Хотя после того, как до нее доберется Снейп, останки бедной, глупенькой заучки уже никому не будут интересны.

Также строго по канону паранойя детишек вскипала, пока не выплеснулась в коллективное прошение вернуть дуэльный клуб. В отличие от канона, похоже, именно мои занятия с Гилдероем как-то повлияли, дуэльный клуб открылся пораньше, в начале декабря. Зачем вообще он был нужен Локхарту, я не знаю, но довольный профессор ЗОТИ с радостью этот самый клуб открыл. Где и проиграл, к дружной ненависти очарованных красавчиком соплюшек, "ужасу всея Хогвартса" профессору Снейпу. Зато парни только радостно скалились, презрительно глядя на обманщика.

Зная, каким тот может быть на самом деле, я только укоризненно покачал головой. Да, упиванцу с боевкой, поставленной самим Темным Лордом и его лучшими штурмовиками, противопоставить в открытом боестолкновении Гилдерой мало что мог. Но и недооценивать профессора ЗОТИ было очень глупо. Похоже, показанный в каноне прием — притвориться парализованным или абсолютным слабаком, а потом внезапно ударить, обязательно в спину — у Локхарта отработан на ура. Иначе как так получилось, что Гилдерой на коне, а все те сильные маги, кто в действительности и совершил те самые подвиги, остались без памяти? Факт есть факт, а выводы каждый делает сам. Я, например, сделал, ведя подробные записи в дневнике.

Мне также очень не понравился взгляд, который Локхарт бросил на всеми нелюбимого профессора Снейпа. Боюсь, Снейп хорошо так задолжал Рону Уизли за его сломанную палочку, которой Локхарт стер, точнее, еще сотрет себе память. Иначе бы Хогвартс и канон вполне могла бы постигнуть тяжелая и невосполнимая утрата.

Конечно же, произошло и явление змееуста народу. Гарри точно так же поговорил с натравленной на него змеей, в результате чего автоматом стал в глазах детишек с промытыми или бывшими изначально пустыми мозгами Мальчиком-который-хуже-темного-лорда.

Кстати, насчет свальной драки, в которую переросло первое и последнее занятие по дуэлингу. Как ни прискорбно сознаться в этом, но великого и могучего попаданца легко победил в дуэли рейвенкловец Энтони Гольдштейн. Ступефаем, который ему, вообще-то, знать было по возрасту не положено.

Я банально ничего не успел сделать: поклон, шаги назад и быстрый взмах Тони палочкой с криком "Ступефай!". Вот и все: я тихо лежу и больше никого не трогаю. Хорошо, что в сознании остался, а не как тогда, после Флитвикова "подарка".

Печально. Похоже, оценку своего рейтинга владения боевыми заклинаниями следует понизить до нуля. А впрочем, где и чему мне было учиться? Пара простеньких атакующих чар, выученных поздними вечерами в особняке в Долине Царей, хоть и были достаточно действенными, но это были не дуэльные, а, скорее, осадные заклятия. Слишком долгие и неудобные для применения в скоротечной битве. Квиррелл, прошлый учитель ЗОТИ, понятное дело, ничему не учил. Этот учит, но не боевке. Мда… вот так и остаются неучами.

"Срочно, просто срочно засесть за учебники! И найти учителя по боевой магии! О чем думал Малфой, когда ставил меня телохранителем к своему сынку, и при этом даже не научил ничему, кроме как важно стоять за спиной? Если я срочно не озабочусь хоть какой-нибудь практикой в боевой магии, то со временем стану таким же, как и Локхарт, — гнусным подлым человечишкой, способным разить только в спину. И это печально, потому что бесперспективно. Не всегда враг удобно подставит мне свою спину. Разрулю вопросы с Герми и Волди, и весь оставшийся год потрачу на тренировку в Выручай-комнате!"

Кстати, глядя на сцепившихся в клинче Герми и Милли, я понял, что пора. Пришло самое время немного помочь канону — заняться открытием глаз мисс Гермионы Грейнджер.