Гордость и предубеждение и свадьба (гет)

Всё это развивалось так постепенно, что я едва ли могу сказать, когда оно началось (с)

Праздничное утро наступило, по скромному мнению Лиззи, слишком рано. Однако она себя чувствовала, на удивление, бодрой и отдохнувшей. А ещё совсем чуть-чуть воодушевлённой. Воспоминания о прошедшей ночи приносили с собой лёгкое смущение. Честно говоря, бутылочка вермута натощак была не самой рассудительной её идей. В своём легкомысленном и опрометчивом поведении Лиззи винила исключительно коварное влияние алкоголя.

Но при этом ни о чём не жалела.

Как она могла?! Если её необдуманные действия и провокационные поступки привели к столь потрясающим откровениям. Несгибаемый, высокомерный мистер Дарси ею восхищался. Ну, в смысле, он же так сказал, да? И звучал при этом предельно искренне. Лиззи, в конце концов, была не до такой степени пьяна, чтобы неправильно понять. Да и его весьма однозначная реакция на поцелуй свидетельствовала, что восхищение носит не только платонический характер.

О-о-о! Какие увлекательные перспективы это открывало. Возможно, даже прямо сегодня. Хотя для этого пришлось бы пойти на некоторые жертвы и воздержаться от употребления спиртного. Всё же Дарси был тем ещё занудой. Но при этом, стоило ему снять свою надменную маску, как он оказался вполне нормальным человеком: простым и приятным в общении, даже остроумным. Лиззи очень хотелось увидеть его таким ещё раз. А лучше, не раз. С едва уловимой досадой Лиззи поняла, что романтический флёр окончательно вскружил ей голову. К несчастью, этим фактом она тоже была всецело довольна. «Наверное, причина в предсвадебном настроении», — размышляла она

Из приятных мечтаний её вырвали весьма неприятным способом. Дверь спальни распахнулась с такой силой, что впечаталась в стену, и Лидия, даже не заглядывая в комнату, заорала откуда-то из соседней:

— Лиззи! Вставай! Мы уже почти опаздываем.

Общая гостиная встретила её нестерпимым запахом парфюмерии, и Лиззи несколько раз подряд оглушительно чихнула.

— Одевайся. Быстро! — приказным тоном велела Лидия и небрежно швырнула в неё наряд подружки невесты. — Мне ещё тебе причёску и макияж делать.

Сама она, полностью накрашенная, в широких брюках-палаццо, но в одном бюстгальтере, мастерски укладывала завитые пряди Джейн в сложную причёску. Лидия попеременно сверялась с вырезкой из журнала, прилепленной к антикварному трюмо на жвачку, и тихо, но красноречиво материлась.

Разумеется, Кэролайн настаивала на привлечении профессионалов, но, во-первых, Лидс бы это сильно обидело, а во-вторых, в подобных вопросах она была лучше любого визажиста и стилиста вместе взятых. Что сейчас и доказывала делом. В строгом, изящно простом подвенечном платье и с лёгким, естественным макияжем Джейн представляла собой само воплощение царственной женственности и нежности.

Взглянув на неё, оробевшую под таким напором, Лиззи тоже не решилась спорить с тираном, в которого внезапно превратилась их младшая сестра. Она быстро облачилась в струящиеся брюки и узкий удлинённый жилет нежно-персикового цвета. Лидия, последовав её примеру, натянула тесный корсет с невероятно глубоким декольте, густо расшитый пайетками.

— Ну, Лидс! — закатила глаза Лиззи. — Ты же подружка невесты!

— И что тебя не устраивает? Я в штанах. Мы в одном стиле и тоне. Расслабься, Лиззи, всё шикарно. Лучше помоги расправить фату. Она меня добивает!

Впрочем, несмотря на утренние суету и бедлам, сама церемония прошла безупречно. Молодожёны буквально светились от счастья, гости рассыпались в восторженных комплиментах, официанты виртуозно лавировали между ними, балансируя тяжёлыми подносами, а Феррарсы не устроили публичный скандал. Конечно, миссис Беннет, прибывшая точно к началу торжества, внесла некоторую долю хаоса. Она громко сокрушалась по поводу своих расшатанных подготовкой нервов, обмахиваясь кружевным платочком. Но сёстры на её выходки лишь выразительно переглядывались да добродушно посмеивались. Лидия блистала — во всех смыслах — в центре мужского внимания, но вела себя довольно тихо и вполне прилично. Ну, хотя бы по её собственным стандартам. А Кэролайн со снисходительной улыбкой принимала похвалу за «тонкий вкус и безупречную организацию».

Ближе к вечеру празднование плавно перенеслось на танцпол. Басовые ритмы отражались от высоких стен зала, и хрустальные подвески на люстрах качались в такт музыке. Чарли и Джейн самозабвенно отплясывали в кругу друзей. А миссис Беннет, позабыв о былом недомогании, увлечённо обсуждала что-то на террасе с лордом Мэтлоком.

Лиззи, запыхавшаяся и уже немного уставшая, подошла к бару и заказала ещё вирджин негрони⁽¹⁾. Пригубив напиток, она окинула внимательным, ищущим взглядом веселящуюся толпу, но высокий, статный силуэт не мелькал среди гостей. Дарси нигде не было.

«Ну уж нет. Так дело не пойдёт», — решила Лиззи.

Залпом она допила коктейль и за рукав поймала пробегающего мимо официанта. По случайности, того самого, которого только вчера едва не уволили из-за выходки Лидии. Но общим заступничеством двух старших сестёр его даже не перевели. Как ни маловероятно, но юноша действительно знал, куда запропастился мистер Дарси, и охотно указал мисс Беннет направление.

В лобби оглушительный грохот колонок слышался лишь отдалённым гулом. Лиззи с облегчением тряхнула головой, словно сбрасывая остатки навязчивой мелодии. Она прошла мимо стойки регистрации и остановилась возле уже знакомого кабинета. Из-под плотно закрытой двери в сумеречный коридор пробивалась яркая полоска света. Лиззи постучала и, не дожидаясь разрешения, вошла.

Дарси сидел за широким столом и что-то сосредоточено печатал на макбуке. Он снял пиджак и ослабил галстук, и эта лёгкая внешняя небрежность в контрасте с внутренней собранностью произвела на Лиззи сильное впечатление. Дыхание перехватило, а сердце заполошно забилось. Она залюбовалась его строгим профилем: тонким носом, озабоченно нахмуренными бровями, сжатыми в тонкую полоску губами.

— Никак не можете отпустить ситуацию и просто насладиться праздником, мистер Совершенство? — пошутила Лиззи.

И тут же скривилась от того, как неловко это прозвучало. А ведь она вовсе не хотела его обижать. Совсем, наоборот. Дарси замер, длинные, ловкие пальцы на секунду зависли над клавиатурой.

— Не в этом дело, Элизабет, — тихо отозвался он, откидываясь в кресле. — К сожалению, у меня нет выбора. Я проверяю, выплатил ли банк финальные компенсации и медицинские страховки рабочим на текстильной фабрике моего покойного отца в Манчестере. Документы пришли лишь сегодня днём, а просмотреть их мне надо до завтрашнего утра. Разумеется, я не мог уйти с торжественной части…

— Разумеется, — фыркнула Лиззи. — Всё же ты шафер.

— …но полагал, что никто не заметит моего отсутствия сейчас.

— Ну, ты определённо ошибся.

Ей было немного совестно. Перед ней предстал не по годам усталый мужчина, на плечах которого лежала огромная ответственность, в том числе и за других людей. И главное, он прекрасно осознавал всю её степень и тяжесть. А Лиззи несколько месяцев считала его напыщенным, заносчивым снобом. Пожалуй, так сильно в характере нового знакомого она ещё никогда не ошибалась. Хорошо хоть, вовремя успела понять и признать собственную неправоту.

Она подошла ближе, медленно протянула руку, давая ему возможность отстраниться, и, не встретив возражений, запустила пальцы в волосы, нежно перебирая тёмные, слегка вьющиеся на кончиках пряди. Не скрывая заинтересованности, она спросила:

— И долго тебе ещё?

— Нет. Я почти закончил.

Уважаемый мистер Дарси подставлялся под ласку, словно большой кот, и Лиззи едва не хихикнула от столь абсурдного сравнения.

— Вот и отлично. Тогда улаживай свои дела и возвращайся на вечеринку. — Она лукаво улыбнулась, игриво глядя на него из-под ресниц. — Видишь ли, Уильям, я всё ещё жду, что ты соизволишь потанцевать со мной.

— Ты опять пьяна? — засомневался тот.

— Два бокала шампанского. Ещё в первой половине дня, — честно призналась Лиззи. — Так что нет, сейчас я полностью в трезвом уме.

— Тогда…

Дарси решительно закрыл крышку ноутбука, поднимаясь.

— Сначала танец, а дела потом. Мисс Элизабет, вы позволите вас пригласить? — чопорно поинтересовался он, галантно предлагая Лиззи руку.

1) Безалкогольный коктейль, повторяющий вкус оригинала.

Вернуться к тексту