Диктатор (джен)

Этот сидящий на трибунах юноша ничем особым не отличался от окружающих его детей. Для всех остальных этот молодой человек был классическим хаффлпаффцем: ходил в компании одноклассников; был дружелюбным и спокойным; не участвовал в проделках; хорошо, но не истово учился; не конфликтовал ни с кем, даже с Малфоем, бросавшимся, пусть и словесно, на грязнокровок, как бык на красную тряпку... Образцовый ученик, да и только. Отрада декана Спраут и живой укоряющий пример для многих магглорожденных и полукровных раздолбаев-гриффиндорцев.

Вот только если бы какой-нибудь опытный легилимент попробовал поглубже погрузиться в хорошо структурированные мысли Джастина Финч-Флетчли, то он сразу же перестал бы считать мальчишку обычным, так как нашел бы в его мыслях очень много любопытного. Все же, юноша в волшебный мир попал не с помойки и не из каморки нищего из лондонских трущоб, а из старой и непростой аристократической семьи. Очень и очень небедной семьи. Ведь одних только больших денег мало, чтобы поступить в престижнейший колледж мира — Итон. Нужно по-настоящему серьезное влияние, так как с улицы в будущую элиту Империи, имей ты хоть вагон денег, не попасть. Жаль, что этой простой мысли многие нувориши не понимают и не поймут никогда, и продолжают бомбардировать приемную комиссию колледжа бесперспективными письмами...

Поначалу в Хогвартсе Джастину Финч-Флетчли очень понравилось. Слишком много всего интересного и необычного, хотя некоторые нелогичности не просто бросались в глаза — они пытались их выколоть своей полнейшей абсурдностью! Взять, хотя бы, ту же латынь. Готовясь к учебе в колледже, Джастину, которому языки давались нелегко, пришлось долго и плотно заниматься с репетитором, но все же он достиг нужного уровня. А тут, в магическом мире, где девяносто процентов заклинаний составлено на латыни, эту самую латынь в должном объеме знают единицы! "Смешно. Он, "маггл", знает язык заклинаний лучше рожденных волшебниками! Идиотизм!"

К сожалению, получивший отличное домашнее аристократическое образование Джасти очень быстро очнулся от опиума погружения в сказку и внимательным взглядом присмотрелся к окружающей себя обстановке. И вот тогда, из под сползшей позолоты, полезло такое!… Невозможное в нормальном мире отсутствие единоначалия и контроля за населением. Дикие привилегии, как пережитки феодального строя. Социальное неравенство худшей формы: кланово-генетического принципа и следующее из него полное отсутствие даже принципиальной возможности социальных лифтов! "Бред, полнейший бред! Не может существовать такого стабильного общества! Его должно было разнести центробежными течениями еще столетия назад!" А вырезанные полгода из жизни заставили юношу очень серьезно задуматься: "А стоит ли вообще оставаться здесь? Хотя... Если тело не старело, то их полнее можно считать не отнятыми, а отложенными, или нет?

"Маги! Чертовы маги! Они сидят на мешке с золотом, нет, на сухогрузе класса Пост-Панама, с горкой заполненном смесью платины и крупных алмазов, и при этом… умудряются голодать! Один этот драный Поттером василиск может иметь столько применений, начиная от косметологии и кончая пилотируемыми космическими путешествиями, что просто зла не хватает смотреть на такую бездарную трату уникальных возможностей и ресурсов!!!", — в холодном аристократическом бешенстве, то есть когда злость внешне выражалась только лишь в быстром шаге, думал младший Финч-Флетчли, расхаживая по своему фамильному поместью во время своих вторых летних каникул.

К счастью, возобладал наработанный еще в детстве самоконтроль и разумная осторожность. Как Джастин успел не раз услышать от других учеников, да и Дамблдор о чем-то таком весьма необразно намекал после второго курса, "магглы", к сожалению, совершенно беззащитны перед магами. Это означает, что какую бы электронную защиту на поместье ни поставил бы его отец, какую бы самую проверенную охрану ни нанял, все будет зря. Телепортация-аппарация достанет в любой точке планеты. Проверенных до седьмого колена слуг и охранников подменят или подчинят проклятием подвластья. Да что там слуги, любой обычный на вид и прошедший любые возможные проверки предмет будет смертоносным оружием. Тысячу раз топтаный камень двора поместья может оказаться трансфигурированной гранатой! Поэтому пришлось запихать подальше свои вполне законные возмущения негуманностью и несправедливостью общества колдунов (и не писать жалобу на Дамблдора), и напряженно учиться магии, чтобы потом…

А вот по поводу этого самого "потом" у них с отцом оказалось очень много схожих идей. Если привести их все к общему знаменателю, то: "Лучшим вариантом будет продолжать держать магов, назовем вещи своими правильными именами, в резервации, однако вовсю пользоваться плодами их генома и их псевдонауки. И не важно, что она идет вразрез с наукой нынешней, официальной. Раньше, вон, за отрицание геоцентрической системы мира сжигали на кострах, а "камни с неба падать не могут, им там неоткуда взяться!" И это говорили вполне себе маститые мэтры от современной сказанному науки. Но ведь магия работает же? И как работает! Можно сделать столько всего! Наука. Промышленность. Политика. Армия и флот. Спецслужбы… О-о-о! Маги рождены быть разведчиками и ликвидаторами! В конце концов, еще совсем недавно над Британской Империей никогда не заходило солнце, и используя силу колдунов, можно было вернуть назад благословенную Викторианскую Эпоху! И неужели Ее Величество не отблагодарит соответствующим образом род тех, кто швырнет к ее ногам ключи от всего мира?

Да, эта дорога не простая и не короткая. Может быть, увидят финиш и будут пользоваться его плодами только дети Джастина. Может быть, не дети, а внуки. Но это не так уж и важно. Зато важно то, что ступая на этот путь можно выиграть… выиграть все, а в случае проигрыша наказанием будет всего лишь смерть, которая рано или поздно найдет любого. Чем не цель в жизни, вывести свой род на самую вершину реального политического олимпа всего мира? А там, кто знает, чья фамилия окажется на троне…"

Вот только в пути по дороге, ведущей к вершинам абсолютной власти, нельзя обойтись без единомышленников, союзников и вассалов, одним из которых вполне может стать некий Винсент Логан Крэбб, лорд Крэбб, который совсем недавно на глазах большей части Хогвартса проиграл дуэль какому-то бошу.

"Итак, — размышлял Джастин. — Кто же такой Винсент Крэбб? Что же он совершил? Разбирать его личность и достижения можно с позиции магического мира, и с позиции мира нормального.

Смотрим с точки зрения магии. Встретился с Основателями. Очень и очень круто. Эрнст МакМиллан был просто в восторге, что парень, встретившийся с призраками Основателей, будет учиться с ними вместе. Как из несвязных радостных восклицаний товарища для себя уяснил Финч-Флетчли, встретиться с Основателями — это все равно что припасть к руке Её Величества Виктории, Божьей милостью королевы Соединённого Королевства Великобритании и Ирландии, защитницы Веры, императрицы Индии. Дальше — перевелся с факультета на факультет. Очень редкий случай. Как мы ни искали вдвоем с Эрни в библиотеке сведения о других перераспределенных студентах, ближе чем двести лет назад, прецедента не нашли. Формально, слабый маг, но при этом умудряется вывернуться из очень серьезных передряг. Или вот то, что совсем недавно произошло в дуэльном круге, это слабый маг? Было все плохо у него с Зельеварением, но вроде совсем недавно он нашел способ, как избавиться от "зельеварной импотенции". Короче, с магией вроде все, и все далеко неплохо.

А вот с оценкой личностных качеств… Не так все просто. "Цельный, взрослый, скрытный" — как и учили, тремя словами, так про себя охарактеризовал своего нового товарища тогда, на первом курсе, и за прошедшие годы эта характеристика не претерпела кардинальных изменений, хотя так хотелось добавить "всегда идущий до конца" и "хитрый".

В реалиях Хогвартса перевестись с факультета Слизерин на факультет Хаффлпафф — это все равно что в Лондоне переехать из Найтсбриджа в какой-нибудь Ист-Энд! Такого человека будут презирать старые и ненавидеть новые одноклассники, превращая беднягу в парию, но… Как это ни странно, ничего такого не произошло! Мало того, что он отлично прижился на новом факультете, гораздо серьезнее тот факт, что Винсент сохранил абсолютно нормальные отношения с учениками и деканом прошлого! И с каким тяжелым деканом! Да, у него были для этого неплохие карты на руках, но их следовало еще правильно разыграть. И Винсент это смог сделать!

Дальше история с Близнецами, в которой он показал себя хорошим организатором и неплохим боевиком. Как честный и храбрый юноша, взял всю вину на себя, и… как полный отморозок, с которым лучше не связываться, пропорол живот ребенка. Как потом на каникулах объяснил мне отец, которому я рассказал о произошедшем, это была очень тонко продуманная и изящно разыгранная Крэббом партия. В результате у Винсента получился устойчивый образ "защитника-без-тормозов", абсолютно нормального, преданного товарища, если его не трогать и дружить, и жуткого врага, не соблюдающего никаких правил и договоров, если его разозлить."

— Мастерски, мастерки провернуто, — уважительно прокомментировал отец. — Но будь с ним начеку, он совсем не тот, за кого себя выдает, — и на вопросительный взгляд сына пояснил: — Ты же помнишь урок про маски? Истинное лицо, тем более такое благородное, маской не прикрывают. Но маска есть? Есть. А что это значит?

— Значит под маской совсем другое!

Предостережения отца очень хорошо легли на ситуацию второго курса, когда неизвестный Наследник, как будто вживую писанный с Крэбба, натравливал неизвестного магического хищника на учащихся. Вот только, несмотря на все подозрения, это на сто процентов оказался не Крэбб. На соседних койках камнем лежали! А уж его вспышка на Поттера… Я тогда уже за палочкой потянулся, чтобы вовремя разнять назревающую драку!

Третий и начало четвертого курса ничего особого не добавили к нарисованному портрету. А потом — раз! И внезапно оказывается, что тот, кто может быть веселым и добрым приятелем, душой компании, совершенно спокойно так же оказывается… отцеубийцей! "Черт! Как же я хочу посоветоваться с отцом! Письма совсем не то! Дурные маги, у которых даже телеграфа нет!"

Хотя сам себе в этом он не признавался, но до катастрофы с Логаном Крэббом Джастин чуточку завидовал Винсенту. Его безбашенности и альтруистичному желанию помогать всем и вся вокруг, не глядя на возраст, пол и статус. Сам Финч-Флетчли тысячу раз перед тем, как протянуть руку возможному другу или приятелю, просчитал бы все положительные и отрицательные стороны кандидата. Так его учили дома и, несмотря на то, что в процессе не раз оговаривалось думать своей головой, не полагаясь на шаблоны, пока он не видел в такой своей политике сближения с окружающими какой-то порочной практики. В этом он, если бы об этом узнали окружающие, действовал истинно по-слизерински. "Когда это, интересно, холодный ум, подкрепленный выдержанностью и воспитанностью, успел стать прерогативой всего одной лишь четверти учеников, при этом строго привязанной к решениям какого-то древнего артефакта?" — так бы ответил Финч-Флетчли своему оппоненту в споре, но, к счастью, этого еще ни разу не потребовалось. Вежливо-дружелюбная маска работала просто на ура среди непривычных и неготовых к такому детей. Распознать ее могли единицы, а попробовать пройти глубже смог всего один лишь Эрнест МакМиллан. Ну, и он сам чуть-чуть приоткрылся перед привлекающей его внимание Сьюзен Боунс.

Правда, насколько привлекала цельная Боунс, настолько же его отталкивала ее подруга Ханна Эббот. Чувствовал он в ней какую-то… гнильцу. Не мог сказать какую именно, ибо было ее совсем чуть-чуть, на границе "обоняния". Но и легкого привкуса хватало для того, чтобы стараться держаться от этой хаффки подальше. Этому его тоже учили. Не слепо верить, но внимательно прислушиваться к своим чувствам, принимая решение холодным разумом. В результате в Хогвартсе вообще и на родном факультете в частности у него со всеми были как минимум ровные отношения, но только Эрни и, с понятными отговорками, Сьюз он мог назвать своими друзьями.

Друзья… Какое это сложное и емкое понятие. "Настоящая дружба, увы, — как говорил лорд Финч-Флетчли своему второму сыну, — бывает только среди равных, и именно поэтому она так редка. Нет, это не означает, что ко всем остальным нужно относиться свысока. Вежливое или даже внешне доброе отношение иногда стоит больше, чем полный кошелек монет! И дешевле, да... Но все же это совсем не то. Сам подумай, как может быть равен богатый аристократ, чьи предки веками копили и приумножали родовые знания и богатства, родившемуся в бедности простолюдину? Или как англичанин может быть равен, скажем, французу или немцу, не говоря уже о русском, китайце или индусе? Да никак! Есть те, кто выше, и есть те, кто ниже, так создан этот мир и так будет всегда! С этими всеми прочими могут быть различные деловые отношения, укладывающиеся в понятия партнерство, подчинение, долг или обязанность, но никак не дружба. Найти настоящего друга — невероятная, редкая удача, которая в жизни выпадает далеко не каждому. Поэтому, если у тебя нет друзей, не следует по этому поводу сильно печалиться. Это нормальная ситуация на нашем уровне!" — и до одиннадцати лет умный мальчик Джастин верил и слепо подчинялся этому. Хотя в глубине души, не признаваясь родителям, часто грустно мечтал о Настоящем Друге.

О да! Финч-Флетчли попал на Хаффлпафф не просто так. Распределяющая Шляпа, увидевшая в мальчишке, помимо истинно аристократического, пусть и маггловского воспитания, невероятное желание найти друзей, не задумываясь, отправила нового ученика на Хаффлпафф.

"Так кого он, Джастин Финч-Флетчли, признает равным себе? Эрнеста МакМиллана? Однозначно да! Оба аристократы, оба очень небедные, оба правильно воспитанные. Винсента Крэбба? Нет. Слишком много в нем… чужого. Да и его должным воспитанием, видимо, не занимался в детстве никто, поэтому зачастую Винсент вел себя слишком просто или панибратски. Также слишком гордая и яркая, а значит, притягивающая всякие неприятности, натура плохо сочетается с моими планами и желаниями. Пункт "спокойно закончить Хогвартс" по приоритетам стоит далеко не на последнем месте.

Однако, несмотря на то, что в друзья Крэбб не годился, друг — вершина возможных отношений, в качестве приятеля и товарища, и, быть может, даже соратника или партнера, кандидатура весьма и весьма достойная. Правда, перед заключением соглашения всегда следует помнить одно крылатое выражение, которое любил повторять когда-то давно один очень умный враг Британии: "в любом договоре есть две стороны: наездник и осел который его везет". Ведь несмотря на внешнюю похожесть определений: "в одной команде", "в нашей команде", "в моей команде" или… "я в его команде" для понимающего уха — это четыре абсолютно разных варианта сотрудничества. И уж что-что, а он, Джастин Финч-Флетчли, аристократ в двенадцатом поколении, такое чуткое ухо имел. Ведь если отбрасывать тонкости и полутона, то можно было бы стать таким, как Малфой..."

О! Сколько сил стоило Джасти, глядя на поведение Драко, не сложиться в поясе от по-простолюдински вульгарного приступа дикого хохота. Этот хм… наследник древнего чистокровного рода часто вел себя, как шпана из небедных пригородов Лондона, ну, или если немного сгладить и облагородить, то — как заштатный барон из раннесредневековых времен. Вон, даже оруженосцев-шестерок себе набрал. Можно понять Винсента Крэбба, который решил, несмотря на данную в детстве клятву, максимально дистанцироваться от такого "сюзерена".

"И опять все возвращается к Крэббу! Так трансформировать ли ровно-нормальные отношения в деловые-дружелюбные, или нет? Пойдет ли это на пользу моим планам? Пригодится ли мне в будущем такой знакомый, соратник или деловой партнер? Несомненно, да, пригодится. Как минимум — лишним не будет. В случае чего, навык отведения на дальние позиции, намеки на охлаждение взаимоотношений, в крайнем случае, мягкий и вежливый разрыв у аристократии за века отработан на отлично. Жизнь слишком коротка, чтобы что-то делать плохо, а также достаточно сложна и без того, чтобы растить из бывших старых друзей новых лютых врагов.

Тогда, раз решено, будем играть. И первый камушек на свою чашу весов, который отправится потом в фундамент крепких взрослых отношений, можно будет кинуть в самое ближайшее время. Информацию. Очень важную информацию. Вряд ли, полностью сосредоточенный на дуэли Крэбб, да какой там дуэли, дуэль — это то, что было до и после него, а это кровавая бойня, не на жизнь, а на смерть! Опять же, вот что ему стоило отступить, видя, что противник не по зубам? Так поступил бы любой разумный человек! И никакого урона чести и репутации в данном случае нет. Все же обычная учебная и тренировочная дуэль, а не рыцарский турнир с призами из рук Ее Величества... Так нет же, нужно стоять до конца! Как будто только что сэр Колин Кэмпбелл собственноручно поставил тебя в "Тонкую красную линию", а перед тобой тысячи конных дикарей-московитов!

Стоп! Отвлекся. Из информации о том, кто и как смотрел на дуэлянтов, понимающему человеку можно извлечь много важной информации, даже если он маг.

Татуировка. В принципе, они с соседями по комнате не раз уже ее видели, да и как такое скроешь в общей спальне? Но никогда раньше в голову мне и прийти не могло, что татуировка эта нанесена не просто ради эстетического прикрытия следа ужасного ожога, а тут профессоры Флитвик и Снейп окинули обнажившуюся картинку настолько оценивающими взглядами! Татуировка, получается, не простая, а магическая? А это автоматически означает, что она таит в себе какую-то угрозу! Понятно тогда, зачем Винс просил о ней не распространяться. Кто ж расклады открывает раньше розыгрыша партии? Заметочка на будущее: поискать информацию в библиотеке, какие преимущества можно получить, наколов на себе магический рисунок.

Дальше. Дэвис. Ну, с ней все понятно. Эта готова была продавить защиту дуэльной площадки и разложить Винса прямо тут у всех на виду. Крэббу нужно быть особо осторожным, ходя вечерами по темным коридорам замка, хе-хе-хе. Приворот — жуткое дело, да. Нужно найти возможность защититься от него. Не может быть такого, чтобы средств противодействия за все время магами найдено не было. Спрошу у Эрни…

Кто еще интересный был? Очень внимательным оценивающим взглядом смотрела троица дурмстранговцев, один из которых, по-немецки, и крикнул своему товарищу что-то вроде "сражайся!", с чего и начались проблемы у моего соседа. Ожидаемо.

Неожиданно расчетливо прореагировали шармбатонки. Ни одной искренней улыбки, ни скабрезной ухмылки, ничего. Смотрят серьезно, как охраняющие логово волчицы из засады на охотника: "пройдет мимо — пропущу, повернется и пойдет сюда — кинусь и разорву горло…" Попросить что ли Сьюз разузнать, по-свойски, по-девичьи? Или Мун? Или пусть об этом договаривается Винс? Пожалуй, да. Так будет логичнее. Это же его жизнь и его проблемы, в конце концов!

А вот последний… Это уже совсем смешно! Рейвенкловец Энтони Гольдштейн, который за последний год уже успел прослыть как искренний ценитель мужской красоты. Он-то почему впился в Крэбба таким злым и… неверящим взглядом? Этому-то что Винс сделал? Или тот нашел, хи-хи, мужчину своей мечты? Фу! Мерзость. Хотя… Тут что-то другое. Будь это похоть — взгляд был бы как у Дэвис, а тут злость. Как будто Крэбб в чем-то важном рейвенкловца обманул. Ладно. Тоже в копилку пойдет.

Посмотрим, что скажет Винсент на это все. Пусть друг-Эрни и без ума, в хорошем смысле, от Крэбба, благодаря тому, что последний: "уже в таком возрасте признан Магией полноправным лордом", для современного, а не живущего средневековыми понятиями человека, этого слишком мало. Мне нужна информация. Вот и закинем удочку, где на крючке будут насажены плоды моих наблюдений. Посмотрим, как прореагирует Крэбб. Что от меня захочет и что предложит взамен. И тогда увидим, кто он, просто удачливый, пока удачливый, беспредельный искатель приключений, или нечто большее?"