Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Итак, через 20 лет заключения в лишённом дементоров Азкабане братья Лестрейнджи, Эйвери и МакНейр выходят, наконец, на свободу. И им предстоит заново выстроить свою жизнь.
А Гарри Поттеру предстоит попытаться отыскать информацию об Арке Смерти - и, если повезёт, понять, что же всё-таки случилось с его крёстным.
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 18

Портал перенёс МакНейра в холл Малфой-мэнора — где он тут же услышал писклявый голосок эльфа, сообщившего ему, что хозяин сейчас в саду, куда Уолден, немного придя в себя, и отправился.

Люциус обнаружился стоящим под яблонями и внимательно осматривающим их ветви.

— Мордред знает что, — ворчливо проговорил он, оборачиваясь на звук шагов МакНейра. — Ты ужинал? — спросил он, оглянувшись ещё раз на яблоню.

— Нет ещё, — МакНейр подошёл ближе. — Что стряслось? — спросил он, сжимая в пальцах глянцевый яблочный лист.

— Такое впечатление, что здесь завелись лукотрусы, — задумчиво проговорил Малфой, глядя куда-то вверх. — По некоторым признакам очень похоже — я даже со справочником сверялся — но я так ни одного и не видел. Мне не жалко — я даже обрадовался бы, как понимаешь — но они же не умеют исчезать совсем уж бесследно. Четвёртый день караулю… ну да Мерлин с ним — ты откуда? — спросил он с любопытством, внимательно на него глядя. — Вид у тебя озадаченный.

— Хотел спросить у тебя, — сказал Уолден. — Что это за безумные ряженые у вас в Лютном?

— А, эти? — ухмыльнулся Малфой. — Со стеной и несколькими моими невестками?

— Ты представляешь, что будет, если их Руди увидит? — не поддержал его глумливого тона МакНейр.

— Ну что будет, — вздохнул тот. — Я надеюсь, что к тому времени, когда у Руди вообще появится такой шанс, он уже сможет себя контролировать.

— Не хочешь предупредить его сейчас? — хмурясь, спросил МакНейр.

— И что сказать? — усмехнулся Малфой. — Руди, знаешь, у нас тут есть небольшой клуб любителей Лорда и моей почившей невестки, твоей супруги по совместительству? Я их не интересую — предатель же, все порядочные люди сели, а я вот выкрутился — а вы ждите сов и визитов? Скажи мне, зачем ему сейчас это знание? В Штатах они не столкнутся — а потом как-нибудь я расскажу. Позже, — он поглядел на МакНейра с любопытством. — Ну а ты как наткнулся на них? Что тебя понесло в Лютный?

— Ходил посмотреть, — отозвался тот, срывая травинку и засовывая её кончик в рот. — Ничего и не изменилось… так странно. Будто не было этих двадцати лет.

— Но почему именно Лютный? — удивлённо продолжал расспрашивать Малфой. — Никогда прежде не замечал в тебе любви к этому дивному месту...

— Я от Скитер прятался, — признался МакНейр, слегка усмехнувшись и с удовольствием увидев, как полыхнули азартом светлые глаза его друга.

— Скитер? При чём здесь? — быстро спросил Малфой.

— Да она у меня интервью брала, — улыбнувшись, ответил МакНейр — и добавил, наслаждаясь производимым впечатлением: — Хотя, боюсь, у неё не очень-то вышло.

— Почему не очень? — с острым любопытством спросил Малфой. — Ты говорить отказался?

— Да нет, зачем отказываться? — пожал МакНейр плечами. — Просто я… того… не поэт, в общем. В смысле, говорить не того. Да. Вот.

Они поглядели друг на друга — и расхохотались. До слёз, как мальчишки.

— Ну что ж — почитаем завтра «Пророк», — весело сказал Малфой. — Уверен, она даже из «того-этого» способна статью сваять. И не подкопаешься ведь.

— Она тебя сильно достала? — понимающе спросил Уолден.

— Меня? — кажется, Люциус удивился. — Нет… она очень умная женщина, Уолли — зачем ей меня доставать? Прибытка на кнат — проблем на десяток галеонов. Я скучный, — он улыбнулся. — Я давным-давно стал непереносимо скучным человеком для прессы — живу тихо, как самое обыкновенное частное лицо… а вот Снейпу досталось, — он рассмеялся.

— Так он же умер, вроде бы, — озадаченно проговорил Уолден. — Для всех.

— Умер, — с удовольствием кивнул Малфой. За разговором они всё дальше удалялись от дома и, покинув сад, медленно шли теперь по широкой платановой аллее. — А трогать подобные трупы и безопасно, и прибыльно — и мисс Скитер, как отличный стервятник, конечно, не могла удержаться. Она про него целую книгу написала — я тебе покажу, если захочешь.

— И что? — усмехнулся МакНейр. — Не так страшна книга, раз автор жив?

— Ну… я тебе дам почитать, — уклончиво сказал Малфой. — Сам решишь. Но как по мне... — он покачал головой.

В этот момент на дорожку бесшумно выбежал серый в чёрную крапинку книззл и, остановившись в нескольких футах, сел, внимательно на них глядя.

— Твоё, кстати, потомство, — заметил Малфой. — Или Руди… уже не скажу, пожалуй. Будешь их забирать?

— Всех не буду, — покачал головой Уолден. — А что взял их к себе — спасибо. Дед бы с ними намучился.

— Да и им не место в лесу, — кивнул Люциус. — На самом деле, я рад, что так вышло… я тут немного развожу их, — он сделал паузу — и добавил интригующе: — И не только.

— Не только? — с любопытством переспросил МакНейр — а Малфой едва не задохнулся вдруг от этого знакомого ощущения предвосхищения реакции собеседника.

— Я же теперь целитель, — улыбнулся он и подхватил книззла на руки — тот, впрочем, мгновенно забрался к нему на плечи и встал там, слегка перебирая своими мощными лапами. — А книззлы… ты знаешь, они, оказывается, замечательные помощники. Особенно некоторые — и особенно если их обучить. Я покажу тебе, если интересно.

— Покажи, — кивнул тот. — Ты знаешь, — МакНейр почесал за ухом книззла, и тот, коротко мурлыкнув, потёрся щекой о его пальцы, — эти… не знаю даже, как назвать их — ряженые? — сказали мне такую странную вещь…

— В самом деле, — подхватил Малфой, — давай и вправду продолжим. Что сказали?

— Что-то про то, что гриффиндорцам нынче всё можно.

— А, это, — Люциус помрачнел. — Ну, — неохотно заговорил он, — в целом, да. В школе. Но это тебе лучше поговорить с Кори.

— Мне-то лучше, — кивнул Уолден. — А он со мной говорить станет?

— Он очень много о тебе слышал, — с упрёком проговорил Малфой. — Станет, конечно. Ему, пожалуй, будет полезно поговорить об этом с кем-то другим — не боясь, что расстроит нас. Ты знаешь, — проговорил он с задумчивой нежностью, — Кори меня порой почти что пугает глубиной своей ответственности и эмпатии.

— Кто, ты говорил, его крёстный? — улыбнулся одними глазами МакНейр.

— От Ойгена в нём только эмпатия, — засмеялся Малфой, — хотя я ни разу не слышал, чтобы подобные вещи вот так бы передавались. Но во взгляде на мир и в подходе к делам он порой мне до дрожи напоминает Родольфуса — и это, я должен тебе сказать, довольно печально, — он чуть слышно вздохнул. — Потому что жить так и трудно, и вовсе не радостно.

— Он всё же Малфой, — утешающе проговорил Уолден. — Не может быть всё так плохо. И он мне очень понравился.

— Я рад, что понравился… хотя я ни секунды не сомневался, — Люциус вздохнул. — Но ребёнок, который летом сам, по собственной воле ежедневно по полдня занимается — это выше моего понимания.

— Ты, помнится, жаловался, когда Драко был маленький, — засмеялся МакНейр, — что он балбес и не делает ни драккла, если над ним не стоять. Тебе выдали то, чего ты хотел — и ты опять недоволен?

— Я возмущался, конечно, — тоже засмеялся Малфой, — но при этом абсолютно его понимал. Это нормально, когда ребёнка приходится с некоторым усилием усаживать за инструмент и учебники! Ненормально, когда тот делает это сам, а вечером в кровати читает какую-нибудь «Энциклопедию юного физика», — он покачал головой.

— Хорошо, когда кое-что не меняется, — задумчиво ответил МакНейр — и в ответ на его вопросительный взгляд пояснил: — Ты снова используешь незнакомые мне слова как нечто само собой разумеющееся.

— Физика — это, — Малфой задумался, — маггловская наука об устройстве нашего мира. Весьма любопытная, между прочим. Я же тебе показывал когда-то учебники — помнишь, я после школы сдавал маггловские экзамены?

— Я уже ничего не помню, — отмахнулся тот.

Какое-то время они шли молча — Уолден порой наклонялся и срывал очередную травинку, тут же начиная жевать её стебелёк, потом, измочалив его зубами, выбрасывал — и срывал новый. День был тёплым и тихим, в траве стрекотали кузнечики, в ветвях пели птицы, и парк, по которому неспешно двигались сейчас эти двое, казался самым мирным местом на свете.

— Скажи, галеон за уроки — это много? — спросил вдруг МакНейр.

— Чьи, какие и сколько? — мгновенно уточнил Малфой.

— Мои, — усмехнулся МакНейр. — В месяц, конечно, не за один же. Два раза в неделю.

— Галеон в месяц? — переспросил Люциус, изумлённо вскидывая брови. Уолден слегка смешался под его взглядом и уточнил:

— Мало, да?

— Да это за урок мало, Уолл! — с досадой и возмущением ответил Малфой. — Я же знаю, что ты умеешь — и даже вообразить не могу, чему ты научился за эти двадцать лет! Я до сих пор твой бросок вспоминаю. Фантастика же.

— Ну, галеон за урок — это разве что Поттер потянет, — хмыкнул МакНейр.

— А ты не про него спрашивал? — очень удивился Люциус. — Ты нашёл ещё ученика? Уолли, но ведь это отлично!

— Я не уверен, что готов брать деньги с Поттера, — покачал головой Уолден. — После того, что он для всех нас сделал…

— Не дури, — поморщился Люциус. — Ты хочешь сделать его обязанным тебе по гроб жизни? Он и так… в некотором роде, — он хмыкнул. — Деньги — самый простой инструмент получить желаемое и не ощущать себя должным. Не усложняй — он вовсе не беден, и от десятка галеонов в месяц состояние его не иссякнет… так кто этот другой ученик?

— Да я не думаю, что до этого в самом деле дойдёт, — отмахнулся МакНейр. — Так… просто спросил. Так-то это идея — что я ещё умею? А жить надо на что-то.

— Надо, — кивнул Малфой, даже не пытаясь предлагать ему деньги. Хотя видит Мерлин и кто там ещё порой заглядывает сюда, он с радостью отдал бы ему половину своего состояния — и всё равно бы полагал себя должником. Потому что есть вещи, за которые расплатиться нельзя. Отдал бы — да только ведь тот не возьмёт. Проходили уже. — Так что за ученик всё-таки? И где ты его отыскал?

— Да я как-то, — МакНейр почесал переносицу, — случайно почти что пообещал этим юным придуркам их чему-нибудь обучить.

— Каким юным придуркам? — озадаченно переспросил Люциус.

— Этим ряженым, — МакНейр слегка скривился.

— Ты пообещал этому безумному фан-клубу, как, по слухам, называют их в аврорате, что научишь их драться?! Мерлин, Уолли, зачем? — ошарашенно спросил Люциус, останавливаясь и буквально уставившись на МакНейра.

— Да ты знаешь, — попытался объяснить тот, — само как-то вышло. Я так взбесился в какой-то момент…

— …что предложил им себя на роль учителя? — уточнил Малфой — и расхохотался.

— Да ты бы слышал, что они говорили! — возмутился сквозь смех МакНейр. — Слушать же невозможно! «Она просто отстаивала свои взгляды и была верна до конца», — процитировал он.

— Ну, — сказал, отсмеявшись, Малфой, — в каком-то смысле они ведь правы, Уолли. Только вот попадись они ей на пути — вряд ли методы отстаивания сих взглядов их бы порадовали. А что ж, вместо того, чтобы сразу в учителя наниматься, ты не показал им, как вся эта романтика выглядела в реальности?

— Да я показал, — возразил тот. — Слегка.

— И после этого они тебя в учителя и позвали? — насмешливо уточнил Малфой.

— Ты знаешь, — МакНейр снова заулыбался, — в целом, да.

— Ну, — подумав, пожал плечами Малфой, — хуже точно не будет. Ибо некуда. Но книззлы, должен заметить, мне нравились больше.

— Какие книззлы? — непонимающе переспросил Уолден.

— Которых ты подбирал и спасал прежде, — легко отозвался Люциус. — Хотя, с другой стороны, хоть не нунду и не мантикора, конечно.

— Да они с первой же тренировки сбегут, — отмахнулся МакНейр — но Малфой лишь усмехнулся ему в ответ, а затем развернулся и повёл его к дому.

Ужинать.

Глава опубликована: 28.05.2017


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 10833 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх