Деревушка выглядела так, будто застряла во времени: аккуратные каменные коттеджи с крутыми черепичными крышами, узкие улочки, мостовые, блестящие от росы.

кабинки для приватных встреч. Их спинки были достаточно высоки, чтобы скрывать сидящих

встроенные заглушающие чары

У кабинок есть спинки?

В назначенное время дверь кафе тихо скрипнула, и в зал вошла девушка с густыми каштановыми кудрями. На ней были джинсы и простая куртка — наряд, резко выделявшийся среди кружевных манжет и романтических платьев посетительниц. Джейсон узнал её мгновенно: именно эта девчонка когда-то, год назад, подошла к нему в «Дырявом котле», после чего перед ним с излишним жаром извинялась матриарх семьи Уизли.

Девушка замерла на пороге, оглядела зал цепким, внимательным взглядом, в котором ощущалась натренированная привычка всё замечать и ничего не упускать. Затем уверенно направилась к его кабинке.

— Это вы, мистер Блэк? — спросила она без предисловий.

— Да, мисс…

— Грейнджер. Гермиона Грейнджер, — чётко представилась девушка.

«Удачно, — отметил про себя Джейсон. — Родная племянница. Дочь Мариуса Блэка, покойного сквиба. Правда, как этот пожилой джентльмен сумел обзавестись ребёнком от молодой женщины — остаётся загадкой».

Его внимание привлёк вышитый гобелен спинки сидения рядом с плечом девушки, немного поразмышляв о странных изгибах семейных линий, и произнёс вслух:

— Очень приятно, мисс Грейнджер. Вы, значит, представляете интересы мистера Поттера? Сам он поговорить со мной боится?

— Ничего я не боюсь, — буркнул парень, стягивая с себя мантию-невидимку. Он оказался прямо напротив бывшего агента, словно всё это время сидел в тени, наблюдая за ним.

Джейсон едва заметно приподнял бровь, но промолчал. Лишь коротко кивнул:

— Похвально. Присаживайтесь, мисс Грейнджер. Раз вы доверенное лицо, значит, у мистера Поттера от вас секретов нет.

Гермиона с независимым видом устроилась рядом с Гарри. Тот всё ещё держался настороженно, хотя и пытался скрыть это за упрямым выражением лица.

Джейсон легко провёл рукой по столешнице — воздух вокруг задрожал, накрывая кабинку пологом приватности. Для верности он добавил ещё один уровень защиты, их с Майки разработку.

— Итак, начнём, — голос его стал ровным, почти официальным. — Вы, вероятно, помните, что в прошлом году из Азкабана сбежал Сириус Блэк…

— Это вы, да? — резко перебила его Гермиона.

Джейсон перевёл на неё взгляд — холодный и безжалостный, такой, каким смотрел бы дознаватель на несдержанного свидетеля.

— Мисс, — произнёс он сухо, — научитесь слушать и слышать. Позвольте мне рассказать всё по порядку, не отвлекаясь на глупые вопросы.

Гермиона едва заметно покраснела, на миг растерялась, но тут же снова задрала подбородок, словно бросая вызов. Однако больше перебивать не решилась.

— Ещё раз повторю, — Джейсон говорил спокойно, но твёрдо, словно ставил каждое слово на весы. — Моё имя Джейсон Орион Блэк. Я был так называемым запасным наследником рода. Это значит, что, если никого из Блэков не осталось, я обязан принять заботу о семье и её продолжении.

Он бросил на Гермиону тяжёлый взгляд — предостережение для той, кто снова готовилась перебить.

— А если с Блэками всё в порядке, — продолжил Джейсон, — то я никогда бы и не узнал об этом статусе и жил своей жизнью. Это понятно?

Оба подростка кивнули. Но Гермиона, не умея сдерживать любопытство, всё же решилась задать вопрос:

— Если вы не Сириус Блэк, то почему так на него похожи?

На лице Джейсона мелькнула тень иронии.

— Потому что он мой племянник, мисс Грейнджер, — ответил он, слегка выделив каждое слово. — Если вы заметили, на острове почти все маги обладают ярко выраженными семейными чертами. Это не случайность, а результат инбридинга.

Он чуть подался вперёд, его голос стал ниже, серьёзнее:

— Магия оставляет след в крови и лицах наследников. У Блэков это особенно заметно. Далее, — Джейсон чуть подался вперёд, словно переходя к главному. — Мой племянник был вашим опекуном и магическим наставником, мистер Поттер. И поскольку он не предавал ваших родителей, его обязательства перешли на меня. Но это случилось только в прошлом году, поэтому мне пришлось срочно вернуться в Британию и решить несколько вопросов.

— Каких вопросов? — осторожно спросил Гарри.

— Например, связанных с вашим здоровьем, — Джейсон не стал юлить: в подобных случаях правда звучала убедительнее любой уловки. — Мы с коллегой осмотрели вас ещё тогда, в «Дырявом котле», пока вы спали. А потом целый год вам давали лечебные зелья.

Он чуть прищурился, оценивающе глядя на парня.

— И должен признать, результат заметен. Вы выглядите куда лучше, чем в нашу первую встречу.

Гарри ошеломлённо молчал, глядя на собеседника, а вот Гермиона не удержалась:

— А чем вы занимаетесь?

— Я мастер Североамериканской гильдии наёмников, — спокойно произнёс Джейсон.

В кабинке воцарилась тишина. Оба подростка переглянулись, словно пытаясь понять, шутка это или нет. Первым пришёл в себя Гарри:

— Но почему вы тогда уехали и ничего мне не сказали?

— Потому, мистер Поттер, — голос Джейсона стал холоднее, — что у меня были обязательства, требующие немедленного исполнения. Это понятно?

— Да, сэр, — тихо ответил Гарри. — А что вы хотите сейчас?

— Отдать долг перед тобой и твоими родителями, — произнёс Джейсон, глядя прямо в глаза мальчику. — Стать твоим магическим наставником. И судя по всему, я прибыл вовремя: ты уже успел вляпаться в неприятности.

— А чему вы можете его научить? Как правильно убивать? — язвительно вмешалась Гермиона.

Бывший агент и бровью не повёл.— И выживать, — невозмутимо ответил он.

Эти два слова повисли в воздухе, тяжёлые, как свинец.

Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но встретилась с его взглядом — холодным, чужим, прожигающим до костей. Девушка осеклась, хотя подбородок упрямо остался поднятым.

Гарри же, наоборот, не отводил глаз. Слово «выживать» зазвучало в нём эхом — напомнило бессонные ночи на Приват-драйв, драку с дементорами в прошлом году и то, как он стоял один против Волан-де-Морта несколько раз. Он слишком хорошо понимал цену этих слов.

— Иногда… это куда важнее, чем любые заклинания, — глухо произнёс Гарри.

Джейсон чуть подался вперёд, его глаза потемнели, голос стал низким и сосредоточенным:

— Вот именно. Выживание — это не трусость, Поттер. Это умение прожить ещё один день, когда остальные уже легли в землю. Трус убегает от опасности. Тот, кто умеет выживать, идёт ей навстречу, но уходит живым. Разницу чувствуешь?

Гарри молча кивнул.

— Ты сейчас стоишь в центре чужой игры и понятия не имеешь, кто стоит за этим, — продолжил Джейсон. — Тебя втянули в Турнир, и поверь, это недетская забава. Ты не обязан доказывать что-то толпе или дружкам, которые отвернулись при первом же испытании. Их не будет рядом, когда тебе придётся смотреть в лицо дракону или стоять насмерть против врагов. Ты один на арене, Поттер. И только твоё умение сохранять голову холодной решает, выйдешь ли ты оттуда живым или нет.

— А вы… могли бы научить меня этому? — Гарри поднял глаза. Взгляд у него был настороженный, но в нём теплилась надежда.

Джейсон кивнул.

— Я могу. Но учти: это не «уроки заклинаний». Это дисциплина, привычка думать и реагировать так, чтобы противник не успел. Я не обещаю лёгкого пути.

— Мне и так нелегко, — тихо сказал Гарри, сжав кулаки.

Гермиона наконец вмешалась, но уже тише, не так резко, как раньше:

— Вы же понимаете, мистер Блэк… он всего лишь школьник.

— Школьник, — перебил её Джейсон, — которого бросили в мясорубку, где взрослые маги едва выживают. Хотите вы этого или нет, но его время «быть всего лишь школьником» закончилось.

Слова повисли в воздухе, и Гарри понял: впервые за долгое время кто-то сказал ему правду, не пытаясь утешить или пожалеть его.

Джейсон слегка подался вперёд, голос его стал твёрже:

— Мы дадим все необходимые клятвы и можем заключить контракт. Но учти, если решишься, в школе тебе больше делать нечего. Я буду работать с тобой индивидуально, в реальных условиях. И слушаться меня придётся беспрекословно.

— А откуда мы знаем, что вы говорите правду? — резко спросила Гермиона.

— Спросите у своего наставника, мисс, — отрезал Джейсон. Ему уже надоели эти детские расспросы. Девчонка явно проходила подготовку для аналитической работы — слишком цепкая, слишком системная. Стиль вопросов напоминал ему MI5. А такой агент в Хогвартсе был только один.

Гермиона замерла, глаза её распахнулись, в них мелькнуло понимание.

«Какая же она наивная девочка», — усмехнулся про себя бывший агент. Вслух же спокойно сказал:

— В прошлом, мисс. Я прошёл очень жёсткую школу. Сейчас же я, как уже говорил, мастер-наёмник.

На её лице промелькнуло уважение — не детское любопытство, а настоящее признание опыта. Гарри всё это время молчал, глядя то на Гермиону, то на Джейсона. И впервые за долгое время в его взгляде вспыхнула надежда.

Родная племянница. Дочь Мариуса Блэка, покойного сквиба. Правда, как этот пожилой джентльмен сумел обзавестись ребёнком от молодой женщины — остаётся загадкой».

— Я мастер Североамериканской гильдии наёмников, — спокойно произнёс Джейсон.

— А откуда мы знаем, что вы говорите правду? — резко спросила Гермиона.
— Спросите у своего наставника, мисс, — отрезал Джейсон.

— Я мастер Североамериканской гильдии наёмников, — спокойно произнёс Джейсон.

Мы с коллегой осмотрели вас ещё тогда, в «Дырявом котле», пока вы спали.

Джейсон произнёс слова-пароль: «Блэк Хаус», и мгновение спустя их компания исчезла внутри сияющего вихря. Зелёный свет обволок, оставляя ощущение полёта сквозь пространство и время, пока дом рода Блэк не возник перед ними в полной величественной роскоши.

— Это ваш дом, сэр? — спросил Гарри, поражённо озираясь. Готически мрачные интерьеры дома на Гриммо словно давили на плечи, витражи и тяжёлые портьеры прятали свет, а воздух был пропитан старой магией.

— Прошу, — пригласил он, отступая в сторону. — Обратите внимание, мистер Поттер, вот на этот участок семейного гобелена. А вы, мисс Грейнджер, — на этот.

Гарри, нахмурившись, шагнул ближе. Его губы невольно поджались, когда он начал различать имена и силуэты потускневших портретов родственников, большинство из которых давно погибло. С каждым изображением на ткани память о семье становилась всё тяжелее.

Гермиона, напротив, застыла в удивлении. Её глаза распахнулись так широко, что казалось, она и сама не верит в увиденное. На тёмной, витиеватой ткани, среди гордых чистокровных фамилий стояло её собственное имя.

— Этого… не может быть, — едва слышно произнесла Гермиона, почти боясь оторвать взгляд от гобелена. — Моё имя… здесь? В этой семье?

Джейсон скрестил руки на груди и спокойно наблюдал за её реакцией.

— И тем не менее, мисс Грейнджер, вы видите его сами, — произнёс он ровно, будто констатируя факт. — Магическая ткань не ошибается.

Гарри, нахмурившись, сделал шаг ближе к подруге.

— Но это… это же невозможно. Гермиона — маглорожденная. Разве не так?

— Так ли это? — Джейсон чуть склонил голову, его голос звучал почти насмешливо. — На гобелен не вносят чужих. Он не рисует вымыслы. Всё, что там отображено, — истина, проверенная магией рода.

Гермиона резко обернулась к нему, её глаза метали искры.

— Тогда объясните! — голос дрогнул, но она заставила себя говорить твёрдо. — Как моё имя могло здесь появиться? Почему я?

— Ваш род куда старше, чем вы думаете, мисс, — спокойно сказал Джейсон, подходя ближе и указывая пальцем на витиеватую линию, уходящую дальше в ткани. — Сквибы, забытые ветви, отрезанные побеги… Иногда судьба решает напомнить о себе самым неожиданным образом.

Гарри смотрел то на неё, то на гобелен, совершенно сбитый с толку.

— Вы хотите сказать… что Гермиона — Блэк?

— Я говорю, что кровь говорит сама за себя, — мягко поправил Джейсон. — И что её имя здесь не случайно.

Гермиона стояла неподвижно, сжимая пальцы так сильно, что костяшки побелели. В её глазах отражалась борьба — привычная уверенность рушилась под натиском древней магии.

Взгляд Гарри метнулся выше, туда, где на гобелене мелькнуло знакомое имя. Он поднял руку и ткнул пальцем в тонкую золотую линию чуть выше ветви семьи Грейнджер.

— Это вы? — голос его прозвучал напряжённо. — Джейсон Орион Блэк… Вы дядя Гермионы? Родной?

— Да, — спокойно подтвердил бывший агент. — Хотя узнал об этом я только сутки назад.

Гермиона молчала, словно в полусне, пытаясь переварить услышанное. Щёки её порозовели, губы дрогнули, но она так и не нашла слов. Джейсон, видя её растерянность, продолжил ровным, деловым тоном:

— Сегодня я планировал говорить только с вами, Гарри, и предложить вам наставничество. Но уж если судьба так удачно свела нас здесь втроём, глупо упускать возможность решить два вопроса сразу.

Гермиона кивнула. Такой прагматичный подход был ей близок, и это внезапно помогло собраться.

— А какие планы у вас… на меня, сэр? — спросила она, не отводя взгляда.

— Всё просто, мисс, — ответил Джейсон. — Я хотел бы предложить вам войти в род Блэк на правах полноправного члена семьи. Взамен я готов оплатить любое выбранное вами обучение. Лично я бы рекомендовал американские учебные заведения после пятого курса, но окончательное решение — только за вами. Единственное — прошу хорошо подумать о работе аналитиком на секретную службу её величества. Работа опасная, и о спокойной жизни придётся забыть.

— Я подумаю, сэр, — серьёзно произнесла Гермиона. — Но… как именно вы собираетесь принять меня в род?

— Очень просто, — кивнул он. — Капните кровью на гобелен и произнесите согласие. Я подтвержу. Но сразу предупреждаю: ваших родителей принять не удастся, магия рода этого не позволит. Вы внебрачная дочь моего старшего брата Мариуса Блэка. Миссис Грейнджер — сквиб из другого рода, вышедшая замуж за такого же сквиба. Однако, если пожелаете, я могу помочь с обучением вашему брату. Вряд ли вы хотите, чтобы он попал в Хогвартс.

— Гермиона… у тебя есть брат? — изумился Гарри.

Девушка покачала головой.

— Не нужно, сэр, — тихо сказала она. — Мои родители уже заключили контракт с Шармбатоном, им помогли люди из MI5. Гарри, именно поэтому я никогда не приглашаю никого к себе домой. После наших «приключений» на первом курсе мне пришлось всё рассказать. Родители были в ужасе. На втором курсе, когда всё снова пошло наперекосяк, они связались с секретной службой. Та помогла устроить Алекса во Францию. А потом… после того, что произошло в Хогвартсе, я согласилась на их предложение строить карьеру в MI5.

Гарри перевёл взгляд на Джейсона. Его лицо было серьёзным, но в глазах блеснуло упрямое, почти взрослое решение.

— Я согласен, сэр, — твёрдо сказал он. — Вы можете сделать меня сильнее и… защитить Гермиону. Я с радостью стану вашим учеником.

Бывший агент хмыкнул, уголки его губ чуть дрогнули, но в голосе прозвучала холодная деловитость:

— Похвально. А вы, мисс? Что решили?

Гермиона подняла подбородок, взгляд её горел.

— Я тоже согласна. А… у вас есть библиотека?

— Разумеется, мисс, — Джейсон позволил себе лёгкую усмешку. — Одна из самых больших на островах. Если войдёте в семью, получите доступ даже к её закрытой части.

Глаза девушки вспыхнули азартом, и, опустив ресницы, она чуть смущённо спросила:

— А моему куратору тоже можно будет пользоваться ею?

— Если это тот, о ком я думаю… да, — коротко ответил Джейсон.

подумать о работе аналитиком на секретную службу её величества. Работа опасная, и о спокойной жизни придётся забыть.

Он протянул Гермионе нож с рукоятью, потемневшей от времени. Девушка без колебаний проколола палец, и алая капля упала на гобелен. Слова согласия она произнесла быстро, почти на одном дыхании.

Джейсон тут же подтвердил её принятие в род, и все трое замерли, наблюдая, как ткань оживает. Старые нити вспыхнули мягким золотым светом, узоры сместились, а рядом с тонкой ветвью с портретом появилась новая надпись.

Бывший агент смотрел спокойно, словно заранее знал, что так и будет. Подростки же не могли скрыть растущего изумления: перед ними теперь сияло имя — Гермиона Джин Блэк.

Гарри недоумённо перевёл взгляд на Джейсона, ожидая объяснений.

— Всё позже, — сухо произнёс мужчина. — Сейчас пройдём в мой кабинет. Нам предстоит заключить контракт на обучение.

Джейсон провёл ладонью по поверхности — дерево отозвалось мягким свечением, и на столе появились три свитка с алыми лентами.

— Контракт, — произнёс он негромко. — В магическом мире он куда весомее клятв. Здесь прописаны обязательства обеих сторон: ученик следует наставнику, наставник отвечает за ученика и его жизнь.

Гарри и Гермиона переглянулись. В глазах Поттера горела решимость, в глазах Грейнджер — смесь страха и восторга.

— Прежде чем подписать, — продолжил Джейсон, — знайте: условия просты, но жёстки. Вы обязаны слушаться меня беспрекословно. Взамен я передаю вам свои знания и умения. Это будет не школьное обучение — вы станете работать, как настоящие бойцы.

Он откинул ленту первого свитка. Чернила мерцали, будто живые, строки то проступали яснее, то таяли.

— Читайте. — Голос его был спокоен, но твёрд.

Гермиона провела пальцем по строчкам. Слова отзывались в её голове эхом: верность, защита, знание, долг. Она подняла глаза:

— Это… похоже на военную присягу.

— Верно, — кивнул Джейсон. — Только здесь вы не солдаты. Вы семья.

Он взял из подставки старинное перо из крыла гиппогрифа, остриё блеснуло холодным светом.

— Подписываете кровью. Иначе магия не признает контракт.

Гарри первым протянул руку. Лёгкий укол, алая капля упала на пергамент, и строки вспыхнули ярко-золотым светом. Гермиона дрогнула, но тоже сделала шаг вперёд. Когда её кровь коснулась бумаги, по комнате пронёсся низкий гул, словно сама магия одобряла союз.

Джейсон наложил печать — тяжёлый серебряный перстень мастера наёмника оставил на ленте тёмный оттиск.

— Теперь всё решено, — сказал он и пристально посмотрел на подростков. — С этого момента я отвечаю за вас. И учтите: выхода из этого договора нет.

В тишине кабинета эти слова прозвучали почти приговором. Но Гарри только крепче сжал кулаки, а Гермиона выпрямилась, упрямо поджав губы.

— Отлично, — Джейсон позволил себе едва заметную улыбку. — Добро пожаловать в мою школу выживания.

Вы обязаны слушаться меня беспрекословно.

И учтите: выхода из этого договора нет.

— Только здесь вы не солдаты. Вы семья.

Накануне он долго и жёстко говорил с Кричером. Разговор больше напоминал допрос: домовик изворачивался, кривился, но в итоге выложил свои тайны. Из своей маленькой кладовки он принес артефакт — тёмный, холодный, гадко фонящий мертвечиной. Даже воздух вокруг него казался тяжёлым и затхлым, словно кусок кладбища занесли прямо в дом.

И тогда открылась жуткая правда. Младший сын Вальбурги каким-то образом заполучил эту вещицу… и заплатил за неё жизнью.

Джейсон смотрел на находку и не понимал.

Хотел добыть артефакт? Так почему не продумал отход?

Хотел уничтожить? Тогда зачем поручать это духу-прислужнику с ограниченными возможностями?

Вроде парень умный, а шаги — один глупее другого. Или это был такой извращённый способ самоубийства?

Мысли раздражали. Джейсон знал по опыту: если не видишь логики, это не значит, что её нет. Наоборот — она всегда есть. Просто открывается она в самый неподходящий момент, когда ты уже по горло увяз в драке за жизнь.

Он вспомнил прошлые операции. Если планируешь — всегда имей два пути отхода, а лучше три. Спонтанность? Пусть она будет уделом романтиков. У него на спонтанность никогда не было права.

Джейсон взял себе сутки — выстроить план и продумать каждый шаг.

Вечером того же дня Джейсон вместе с Кричером аппарировал к месту упокоения одного из британских Блэков.

Свинцовое небо низко нависало над морем. Ветер рвал одежду, швырял в лицо солёные брызги. Скалы уходили в туман, и всё вокруг казалось безжизненным, словно сама земля отвергала людей.

Джейсон спустился на скальный выступ и прищурился, оценивая место. Точный расчет — и небольшой направленный взрыв обнажил вход. Камни с грохотом покатились вниз.

Он нахмурился.

Оставлять здесь кровь? Никогда. Это всё равно, что расписаться под смертным приговором и активировать чужие капканы. За прошлый год он повидал десятки подобных мест в обеих Америках, и каждое было смертельной ловушкой для дурака, решившего срезать углы.

Мужчина шагнул уверенно в темноту пещеры. Палочка в руке вспыхнула ярким люмосом, и луч света прорезал густой мрак.