#ГП #переводческое #листая_старые_страницы #длиннопост
Просматривала старые заметки lotostata — критические соображения по поводу первых двух томов: Том первый с карандашом и Второй том с карандашом
Претензии насчет сюжетных ходов, проработки сеттинга и т. п. — с ними всё понятно, и давно постановлено, что Дж.Р. — не Дж.Р.Р.
Отдельные замечания, правда, сделаны сгоряча. Например:
Очевидно, имелись в виду круглые числа. Ну, так как денежная система магов явно сложилась до 1971 года, то чтобы в этом плане от английских магглов отличиться, действительно нужно было немного выпендриться. Хотя бы заменив некруглые составные числа на некруглые простые.
Но что интересно, так это критика по деталям: она опирается на перевод «Росмэн», на фоне прочих еще довольно точный, — к слову сказать, на Фанфиксе представлен именно он.
Я сверила замечания lotostata с оригиналом, и вот кое-что из обнаруженного в ходе проверки.

В переводе выглядит так, будто «нынешняя молодежь» — это мысли Вернона (тем самым он как бы записывается в старички). Но слова «нынешняя» в оригинале нет:
Mr. Dursley couldn't bear people who dressed in funny clothes — the getups you saw on young people.
Смысл скорее сводится к тому, что консервативного Вернона раздражают люди, которые одеваются экстравагантно / странно / «не по возрасту».

Пропущено одно-единственное, но важное слово — «некоторые»:
Some of 'em came outta kinda trances. — Некоторые из них вроде как из транса вышли.

Еще один переводческий грош в копилку «угнетенного Гарри». На самом деле придаточное предложение выглядит так:
The shelves were stacked to the ceiling with books as large as paving stones bound in leather… — Полки до потолка были заставлены огромными томами в кожаных переплетах.

Да нет. Просто «cats of every color» — кошки всех мастей, ну или разномастные.

«Трона» не было: только золотой стул / кресло с высокой спинкой (a large gold chair). Сравнение — от переводчика.

Нет, взмахом палочки: «with one wave of his wand».

Отсебятина.
Harry panted, leaning against the cold wall and wiping his forehead. — Гарри тяжело дышал, прислонившись к холодной стене и вытирая лоб.

Переводчик решил сделать поживописнее. Хотя добиваться выразительности путем сгущения красок, по типу «адские муки» и «страстная любовь», — это совсем не айс.
На самом деле резко похолодало только в коридорах, где гулял сквозняк, а окна в классах дребезжали от жестоких порывов ветра. К самим аудиториям, Большому залу и гостиным претензий не было:
While the Gryffindor common room and the Great Hall had roaring fires, the drafty corridors had become icy and a bitter wind rattled the windows in the classrooms.

Вообще «shape» — это, конечно, «форма», но не только. В данном случае:
— Weird! — he said. — 'NMat a shape! This is money? — Ну и ну! Это деньги? Какие-то они странные с виду.

Ну, вот тут человек догадался. Да, речь про облезшую позолоту, конечно: «peeling, faded gold letters».

Снова автор отдувается. «Different ways of treating werewolf bites» здесь не «исцеление», а скорее «лечение» в смысле «обработка». Чтоб жертва хоть концы не отдала.

В оригинале — не «to earn», а «to get back», т. е. не «заработать», а «вернуть». Подразумеваются 150 баллов, потерянных из-за похождения с Норбертом незадолго до конца семестра и подведения итогов. Вуд неприкрыто намекает на то, что Гарри подставил факультет, а теперь собирается умыть руки.

Он выразился все-таки повежливее:
— It's sort of secret. — Это типа секрет / У нас тут секретное дело.
В такой формулировке это скорее констатация факта, чем предложение отвалить.

Ну, «return to power» — это не только «прийти к власти», но еще и «вернуть силу».

В общем контексте явно стоило перевести «to steal food» как «полакомиться».

Очередной камень в огород АПВБД — результат полисемии: слово «funny» имеет два основных значения.
Funny, the way people's minds work, isn't it? — Не правда ли, как причудливо устроен человеческий ум?

Конечно, не бока, а зад — «his bottom».

Автор этого пояснения не делал — как и многих других. Просто переводчик настроился на семилеток. Что, впрочем, не оправдывает таких вольностей — хотя бы потому, что, в отличие от автора, он не знает, куда потом всё повернется. (Вот так и появляются Злодеусы.)

То же самое. Пояснение в скобках сделано переводчиком, но получилось так, словно сам Гарри шарил в словарях, выискивая значение фамилии. (А Малфой тогда уж скорее не Дураков, а Невернов или Вероломнов.)

Обращение «Dear Mr. Potter» стандартное, в данном случае переводится как «уважаемый»; а «We have received intelligence» — «мы получили информацию».

«Не поможешь» — тоже вставка. Молли просто хотела спихнуть это действо на эльфов, с магией или без: «Mum’s always wishing we had a house-elf to do the ironing».

Еще один подарок перевода. В тексте просто «hopefully» — «надеюсь» (что не заметит).
Но вообще-то у Роулинг персонажи (как и маггловские атеисты) тоже периодически поминают бога в составе междометных выражений: во что бы они там ни верили сейчас, язык у них с магглами общий.

— Though if his grades don’t pick up, — said Mr. Malfoy, more coldly still, — that may indeed be all he is fit for…— Хотя если его оценки не улучшатся, — еще более холодно сказал Малфой, — возможно, только на это он и способен.
Замечание по факту адресовано не Борджину, а Драко. Это видно из того, что Драко немедленно начинает оправдываться.

Beetle-black eyes flashing over his great bristling beard. — Его глаза блестели на заросшем густой бородой лице, как два черных жука.

В оригинале не «knocked», а «knocking»:
Hagrid seized Harry by the scruff of the neck and pulled him away from the witch, knocking the tray right out of her hands. — Хагрид схватил Гарри за шиворот и оттащил прочь от старой карги, [при этом] выбив из рук ведьмы поднос.
Тут вопрос возник всего-то из-за того, что обстоятельственный оборот сделан частью главного предложения, и это переместило акцент: побочный результат действия превратился в действие целенаправленное.

«Head and shoulders taller» — букв.: «на голову и плечи». По-русски так не говорят, поэтому тогда уж «на две головы» или только «возвышаясь над прохожими».

Не очень удачный подбор соответствия.
— Potter, you’ve got yourself a girlfriend! — Поттер, ты, никак, подружкой обзавелся!

Вот так и подкидывают дровишек в костерок читательского отношения.
— Muggles do know more than we give them credit for, don’t they? — Магглы изобретательнее, чем нам представляется.

Ну, раз переводчик настроился на малолеток, то его такие вещи не смущают. У Роулинг это мысли Рона, выделенные курсивом, — он представляет реакцию матери.
… said Ron, stuffing the now hissing wand into his bag. — ‘It’s your own fault your wand got snapped… ’ — …буркнул Рон, заталкивая в сумку шипящую палочку.— «Ты сам виноват, что твоя палочка сломалась…»

Фраза про «мелюзгу» принадлежит переводчику, который решил открыть нам глаза на причины бегства Гарри. Чем и навлек на него упрек в истинно снейповском духе.

Преувеличение: «through the teeming corridors» — это «пробирались между заполнившими коридор учениками».

То же самое: «the class began to leave» — «начали выходить из класса».

У автора страницы «the damp-spotted pages» — в пятнах (от влаги).

Сдвинут акцент: не вообще «попасть в лапы», а быть застигнутым за ограблением его кабинета: «let Snape catch him robbing his office».

А это уже придирка. «Позеленел от злости» — популярная идиома. Хотя в данном случае «Snape was looking murderous» — выглядел готовым на убийство / был в ярости.

Ну-у… Переводчик просто опустил эпитет, решив, что все уже запомнили цвет снейповских глаз. Как выяснилось, нет.
Но в любом случае «стальной блеск» чаще относят к серо-голубой гамме. У Роулинг — «сверкнул черными глазами» (black eyes glinted).

В тексте «to attack» — «напасть».

«Грозило» в оригинале нет — только «предпочли»:
Fred, George, and Ginny had chosen to stay at school rather than visit Bill in Egypt with Mr. and Mrs. Weasley.

Harry opened the last present. — Гарри развернул последний подарок.

…to some Muggle orphanage — …в какой-нибудь маггловский приют.

But the only thing Harry felt he was really good at was Quidditch. — Но единственным предметом, в котором Гарри чувствовал себя по-настоящему уверенно, был квиддич.
«Лежала душа» — это действительно из серии «пофиг на всё, кроме квиддича», а тут скорее трезвая самооценка: я не так хорош в остальных областях.

Да, это ляп переводчика.

Клык «делся» благодаря тому, что его вынесли в отдельное предложение. В оригинале — «But with no Hagrid visible from the castle windows, striding the grounds with Fang at his heels» — т. е. не было видно и Хагрида с его верным Клыком (по пятам).

Переводчику явно казалось, что великану-Хагриду подойдет только самая крупная порода. Но в итоге, по мере развития сюжета, это вылезло вот такой несообразностью.
Как ни забавно, у автора Фанг (Клык) — борзая (boarhound). Вообще-то термином «boarhound» описывается целая группа пород, включая не особо крупные. И хотя Хагрид едва ли держал при себе какую-нибудь мелочь, борзую с перепугу еще можно осилить.

Вот только часть тех несообразностей, которые бросились в глаза одному-единственному читателю, просмотревшему менее 14% текста (два первых тома — самые маленькие по объему). А ведь подавляющее большинство переводческих новаций вообще незаметны при чтении, потому что не сопровождаются очевидными логическими сбоями.
И сколько к этому можно добавить! Открываем первый том. Уже в 4-м абзаце:
«Мистер Дурсль что-то напевал себе под нос, завязывая самый отвратительный из своих галстуков».
Что это за эстетический изврат?
А это переводчик так тонко намекает, что дядя — плохой. В оригинале галстук — «скучный», офисный (out his most boring tie for work). То есть Вернон просто упертый консерватор.
Чуть дальше:
«Но он сидел к окну спиной и не видел пролетающих сов — подумать только, сов, летающих не ночью, когда им и положено, а средь бела дня! И это уже не говоря о том, что совы — лесные птицы, и в городах, тем более таких больших, как Лондон, не живут».
Оригинал: «He didn't see the owls swooping past in broad daylight». (Точка.)
Открываем второй том: героев застукали рядом с тушкой окоченевшей кошки, и Снейп допытывается, почему они ушли с вечеринки привидений. Он что, успел в мозгах у них покопаться? Нет, в оригинале — «the Halloween feast».
Открываем третий том. Фадж откровенничает насчет злодея-Блэка: «Схватить его могла бы только полиция маглов». Надо же, каким авторитетом маглы пользуются у министра магии! А у автора — «Hit Wizards from the Magical Law Enforcement Squad», «ударный отряд магического правопорядка».
И так далее, и тому подобное.

И вот еще что важно. Это отмечалось, в частности, в одном основательном разборе русских переводов ГП (авторства d88).
Переводчики серьезно сдвинули «фокал».
У Роулинг фокальный персонаж — Гарри. Мы почти всё видим его глазами. А в переводе возникает, как в скверном фанфике, куча «заместительных», которые дают точку зрения «со стороны».
Гарри не шизофреник, он не может воспринимать себя или другого знакомого человека как «мальчика», «гриффиндорца», «брюнета» или как-то еще. У Роулинг используются имена и местоимения. В переводе же то и дело — взгляд взрослого, со стороны и сверху вниз:
Оригинал: «Дамблдор устремил на Гарри проницательный взгляд…» → Перевод: «Дамблдор устремил на мальчика…»
Гарри, Рон и Гермиона… → Неразлучная троица…
Они вошли в кабинет Снейпа. → Незадачливые путешественники очутились в кабинете Северуса Снегга.
Он продолжал разглядывать их. → Директор школы продолжал взирать на жалких подсудимых.
Заинтересовавшись, Гарри… → Любознательный Гарри…
Гарри, Рон и Гермиона… → Наши друзья: Гарри, Рон и Гермиона…

Всё это всплывает постоянно — и всего этого в оригинале просто НЕТ. А смена точки зрения — очень небезобидная вещь. Между героем и нами переводчик помещает некоего авторитетного повествователя, с одинаково снисходительным отношением и к персонажам, и к читателю. Последний по умолчанию тоже предполагается ребенком, причем маленьким. И ему втолковывают, разжевывают, жирно подчеркивают…
Именно точку зрения этого посредника с его субъективным отношением, которое исподволь, но активно навязывается, текст и начинает выражать. Так возникают смысловые деформации, наподобие приведенных выше, и отсебятина на ровном месте.
Например, в оригинале — «Ron groaned». В переводе:
«Рон застонал — видимо, несмотря на все свои сомнения, он верил, что попадет туда же, где были его братья, а учиться вместе с настырной и всезнающей Гермионой ему явно не хотелось».
Ведь по контексту непонятно, чего это он застонал! Книга же для дошколят, нет?
Или вообще замечательное: «Комиссия по учету маггловских выродков». У автора никаких «выродков» НЕТ. Это всё те же «muggle-born» — магглорожденные. Но вдруг читатель не поймет, что эта комиссия — плохая!

Есть и другие ляпы. Совы, например, живут в каком-то «домике» (снова плод фантазии). Не раз говорилось про сову, которую зовут в честь святой Хедвиги — Hedwig, а не Headwig, что вызвало ошибочную ассоциацию с париком: парик → букли.
«Swish and flick» — «Кисть вращается легко, и резко, и со свистом».
Эй, кто умеет рукой вращать, чтоб со свистом?
Люциус Малфой «звонит» (called) в Хогвартс; Локхарт тоже получает «срочный звонок» (а не «вызов»). Частая невнимательность в любительских переводах.
Флёр называет Гарри «пти гарсон», и Гарри возмущается. Он чуток знает по-французски? Нет, это тоже дар перевода. В оригинале Флёр всё говорит по-английски.
Сцена в «Норе» Уизли:
— Крути меня! Крути! — верещало что-то, слегка напоминавшее человека.
Мазохист? На самом деле:
“Gerroff me! Gerroff me!” squealed the gnome. — Отстань от меня! — верещал гном.
Волдеморт на кладбище:
— У вас не останется ни малейшего сомнения, кто из нас двоих сильнее. — Чуть-чуть сильнее, Нагайна, — шепнул он змее.
То есть сообщает своей змее, что лишь немного сильнее подростка. Тут неверно понято выражение «just a little longer». Лорд предлагает Нагини «немного подождать», пока можно будет скушать поверженного Гарри.
Еще пример: некоторые изменения, возникшие в образе Рона.
Рон сочувственно улыбнулся: — Даже жалко его <Филча>, правда.
Это Филча-то Рону жалко?! На самом деле:
Ron gave a satisfied smile. ‘He’s bitter.’ — Рон довольно улыбнулся: — Он завидует.
Рон смотрит на свою усталую сову:
— Бедняжка!
Какой сентиментальный Рон, оказывается. В оригинале:
— Pathetic! — Бедолага! / Жалкое зрелище!
И — кто бы мог подумать — его беспокоят школьные правила:
— Ты когда-нибудь еще видел план действий, в котором было бы сразу столько нарушений школьных правил?
Оригинал:
— Have you ever heard of a plan where so many things could go wrong? — Ты когда-нибудь слышал о плане, где столько всего может пойти не так (= о таком ненадежном плане)?
А вот Рон после сессии:
— До объявления результатов экзаменов у нас еще целая неделя.
На самом деле:
— We’ve got a week before we find out how badly we’ve done, there’s no need to worry yet. — У нас есть неделя, прежде чем узнаем, что всё завалили, а пока — гуляем.
Ну и куда пропала шутка, а заодно и часть харизмы?
Все искажения сами по себе незначительны. Но они накапливаются, и мало-помалу читательский взгляд на героев сдвигается, сдвигается…
А ведь это еще наиболее адекватный перевод из имеющихся…

Некоторые примеры ляпов Спивак, приведенные у d88:
Рукоятка метлы выполнена «из отборного пепла» (вместо ясеня — ash); Дамблдор носит не наушники, а пинетки; хлопушки (cracker) превратились в крекеры, секундант — во «второй номер», игрушка йо-йо — в «укокошные уй-йяшки»…
Фокал тут скачет еще сильнее, чем у «Росмэн». Гарри то и дело оказывается объектом чьего-то стороннего взгляда: то он «племянник», то «хозяин совы», то «друг Рона», то «больной», то и вовсе «маленький колдун»…
Но самое убийственное — бесконечные инфантильные хохмочки, которые придуманы под предлогом «надо объяснить читателю» и «надо читателя повеселить».
Конечно, кого-то это веселит (а кого-то — раздражает), но… Роулинг хохмочек особо не планировала — в таком количестве так уж точно. Сюжет становится все более серьезным и даже трагичным, а текст продолжает игриво приплясывать и сюсюкать. Хотя это нравится поклонникам Спивак, однако едва ли такие вольности с переводимым текстом могут порадовать какого бы то ни было автора.
Тыквеченьки, хохмазин, хахачары, совяльня, важнокадабра, ГрандУлет, колдульон, сменобраз (боггарт!), гладкокладкеровское прилизелье, «Малолетстон юнайтед»… И это всё там, где у Роулинг — обычные тыквенные пирожки, магазин приколов, веселящие чары и т. д.
А «Махаон» именно спиваковский перевод взял за основу — хотя к этому времени сага вышла уже полностью и все смысловые акценты в ней прояснились. (До этого многие переводческие ошибки можно было оправдать движением вслепую: например, перед выходом заключительного тома он анонсировался у нас как «ГП и Роковой День всех святых» — ну так кто ж знал, о чем там будет!)
«Махаон» убрал кое-что, вроде Длиннопоппа и мадам Жукпук, «буфет под лестницей» все-таки превратился в чулан, — зато еще больше добавил собственных «находок», типа Прельстины Солоуэй, Стэна Самосвальта или Ах Айдамастера. А второе имя бедняги Рона — не Билиус, а Вредни. Почему? Да так просто.
Шляпа-Распредельница, мракёр (делюминатор), шкаф-исчезант, злокозявистое заклятие (Летучемышиный сглаз), Миротварево, ряборылица, Паскуд-пламень (Адскоe пламя), шокоГадушки (бывшие спиваковские шоколадушки — вот уж поправили так поправили!)
Плюс — чего не сделаешь ради «оживления» — «Махаон» насыпал от себя кучу просторечий и жаргонизмов: глазеть, зыркать, цапнуть, шваркнуть, сверзиться, долдонить, шнырять, могёшь, сбрендивший, дeбильный, дурка, дурындас, кретин, сволочь, чокнутая бабка (это о Фигг — и добрый же мальчик Гарри!) и т. п.
Вишенка на торте: они смешаны с архаизмами. Что еще больше усиливает разрыв между речью персонажей и невесть откуда взявшегося внешнего повествователя. Впрочем, подростки в этом переводе тоже иногда употребляют словечки — словно прямиком из русской классики: батюшки, ну-с, дружок, милуешься, напраслина, превзошла самоё себя, вот те на….
А Мародеры здесь и вовсе называют себя Каверзниками! Слово, которое ощущалось как архаичное уже в XIX веке.
О вкусах не спорят — речь не о вкусах, а о правах автора. Сами по себе все эти слова вполне допустимы, но когда они появляются там, где у Роулинг — лексически нейтральная литературная норма, то искажают образы или вообще делают их неправдоподобными.
Еще один из многих примеров «усовершенствований», произведенных «Махаоном»: Люциус в магазине Борджина выражал надежду, что его сын способен на большее, чем стать вором или грабителем. А в новой версии:
— Надеюсь, мой сын станет не просто вором или грабителем.
«Не просто»?! Страшно подумать…
Причем, так как Спивак переводила с американского издания, в переводе осталась еще и отсебятина американцев. Например, у Роулинг в главе про распределение Дин Томас вообще не упоминается. Но в американской версии его туда добавили, чтоб был чернокожий персонаж:
«Томас Дин, чернокожий мальчик еще выше Рона, сел за стол Гриффиндора».
И одно из любимых слов — «злой». Злой колдун. Типичный персонаж детской сказки, прямо Карабас-Барабас. Там, где у Роулинг куда более серьезные «темные маги» и «темная магия». Слова с разных стилистических уровней.
Вот так с помощью чисто языковых средств и переводческой отсебятины довольно серьезная книга превращается… превращается… в элегантные шорты
***
Доп.: интересные статьи:
ГП и трудности перевода
ГП: какой перевод лучше?
Как понять, о чем говорит Хагрид