Боже, только не снова! (джен)

После короткой остановки в Выручай-комнате, откуда Гарри забрал диадему Рейвенкло, он отправился в Визжащую Хижину, чтобы встретиться с Сириусом.

— Хвост объявился? — сразу перешёл к делу тот.

Гарри кивнул.

— Думаю, да. По крайней мере, Тайная комната была открыта и миссис Норрис пострадала.

— Миссис Норрис? — не понял Сириус. — Это новая кошка Филча?

Когда Гарри утвердительно кивнул, Сириус ухмыльнулся.

— Превосходно. Полагаю, он не такой уж и засранец, в конце концов. В смысле, я всё равно поквитаюсь с ним, как только увижу, но, по крайней мере, это смягчающее обстоятельство к его предательству.

— Ты же понимаешь, что Петтигрю одержим Волдемортом, да? — уточнил Гарри. — Так что, по факту, это он обездвижил миссис Норрис.

Сириус переварил эту мысль.

— Знаешь, никогда не думал, что скажу это, но, может быть, Волдеморт не…

— О, даже не начинай, — перебил его Гарри. — И, кроме того, я вернул её к жизни почти в тот же день.

Сириус выглядел словно громом поражённый, ни капельки не ужаснувшись.

— Во имя чего ты бы сделал нечто столь гнусное?

Гарри закатил глаза.

— Слушай, Сириус, я понимаю, что ты не любишь Филча и его кошек…

— Это преуменьшение года, — пробормотал Сириус. — Они — воплощение чистого зла!

— Но взгляни на это с моей стороны. Я приобрёл приличное количество зелья из корня мандрагоры во время летних каникул, и, если бы я не доказал, что оно работает, на кошке, никто не стал бы рисковать и пользоваться им на ком-то ещё, учитывая, что они в то время считали меня наследником Слизерина, — указал Гарри.

— Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, — неохотно произнёс Сириус. — Но Мерлин, Гарри, только Лили всегда была настолько подготовлена, что закупала лекарства на случай возможных катастроф.

Гарри хмыкнул.

— По правде говоря, она проводила слишком много времени с тобой и твоими друзьями.

— Подробности, подробности… — отмахнулся Сириус. Его глаза расширились. — Погоди-ка, они думали, что ты наследник Слизерина? — Гарри кивнул. — То есть, сейчас они так не думают? — Ещё один кивок. — Подробности! Подробности!

— Я всего лишь убедил их, что нашёл бы способ нажиться на своём таланте вводить людей в оцепенение, если бы я обладал таковым, и, очевидно, я проводил так много времени с Локхартом, что они поверили мне, — объяснил Гарри, пожимая плечами. — И, позволь тебе сказать, мне определённо нравится быть вне подозрений по делу о нападениях на магглорождённых, в которых меня подозревали, несмотря на тот факт, что мои мать и лучшая подруга имеют именно этот статус крови.

— Это просто… Нет слов, чтобы описать это, — произнёс Сириус, качая головой в благоговейном шоке.

— Знаю, я изумительный, — самодовольно ответил Гарри. — Но ближе к делу: я достал диадему-крестраж из Выручай-комнаты; могу я предположить, что ты освоил Адское Пламя?

Сириус поморщился.

— По большей части.

— Сириус!

— Что? Не пойми меня неправильно, я совершенно точно могу уничтожить крестраж с его помощью, и у меня получается более или менее нацеливать пламя — требуется только некоторое время, чтобы устранить его после.

— Господи Боже, — несколько раздражённо проговорил Гарри. — У тебя было три месяца!

— И это значительный прогресс. Не думаю, что ты действительно понимаешь, как сложно совладать с Адским Пламенем, — парировал Сириус.

Вспомнив, что, когда он впервые видел Пламя в действии, в одно мгновение был уничтожен очередной крестраж, Крэбб лишился жизни, а Драко оказался перед Гарри в неоплатном долгу, он встряхнул головой.

— Ты прав, извини. Просто… Неконтролируемое пламя на территории Хогвартс? Звучит как очень плохая идея.

Сириус пожал плечами.

— Возможно, так и есть, но, по крайней мере, в данном случае минимален риск заразиться ликантропией в отличие от наших предыдущих подвигов.

— Это точно, — согласился Гарри. — Так это всё, чем ты занимался всё это время? Обучался Адскому Пламени?

— Не совсем. Также я анонимно продал Кричера — не спрашивай — Гринграссам, нашёл то, что, я предполагаю, представляет собой крестраж-медальон, и отправлял Римусу письма дважды в неделю. Он не ответил ни на одно из них, но, по крайней мере, не сдал меня аврорам, — рассказал Сириус Гарри.

— Ну, это уже что-то, полагаю. Дай-ка я взгляну на этот медальон, — когда Сириус протянул его Гарри, тот внимательно осмотрел его.— Да, это определённо точно он. Тебе следовало хотя бы сообщить Кричеру о том, что ты собираешься уничтожить крестраж, прежде чем продавать его. Он на самом деле не такой уж плохой.

Сириус хмыкнул.

— Я поверю в это, когда увижу собственными глазами.

— Ты никогда не узнаешь теперь, ты ведь продал его! — воскликнул Гарри.

— У него был шанс. Я маялся с ним целую неделю, прежде чем прибег к решительным мерам, — огрызнулся Сириус.

— Как великодушно, — с сарказмом произнёс Гарри.

— С чего бы ему вообще беспокоиться о медальоне? — спросил Сириус без особого интереса. — Или он одержим каждой тёмномагической реликвией чистокровной семьи?

— Потому что твой брат пожертвовал своей жизнью, чтобы украсть этот медальон у Волдеморта, и доверил Кричеру его уничтожение прямо перед своей смертью? — предположил Гарри.

Сириус лишь уставился на него в абсолютном шоке.

— Разве я забыл упомянуть об этом, когда встречался с тобой летом? — неуверенно спросил Гарри, потирая шею.

— Да, полагаю, ты забыл, — выдавил Сириус, когда к нему наконец вернулась способность говорить. — Мой младший брат пытался победить Волдеморта и узнал о крестражах. Вероятно, он считал, что у Волдеморта он всего один, но всё же… Никогда бы не подумал…

Дав Сириусу некоторое время, чтобы прийти в себя, Гарри положил диадему и медальон на пол Визжащей Хижины.

— Ну, что ж, приступим?

Как только чаша присоединилась к объектам тёмной магии, лежащим на полу, Сириус вызвал Адское Пламя и полностью сжёг само строение и прилегающую к нему территорию. Возможно, это было не очень-то практично, но зато определённо действенно.

* * *

— Гарри! — воскликнул Рон, затягивая того в пустой класс.

— Зачем вы похитили меня? — спросил Гарри, подозрительно оглядывая Невилла и Гермиону, которые уже были в комнате.

— Мы не похищали тебя, — ответила Гермиона, закатывая глаза.

— Так, значит, вы позволите мне покинуть эту комнату прямо сейчас? — уточнил Гарри, направляясь к выходу.

— Прости, приятель, но для начала тебе придётся выслушать нас, — сообщил ему Рон, перекрывая путь к отступлению.

— Повторяю: зачем вы похитили меня? — переспросил Гарри.

— Потому что ты склонен играть на публику и вовлекать в своё представление всех вокруг, а нам нужно сохранить это в тайне, — объяснила Гермиона.

— К тому же, тебе не понравится то, к чему они пришли, — добавил Невилл.

— К чему они пришли? — повторил Гарри. — То есть, ты не согласен?

— Нет, — энергично подтвердил Невилл. — Потому что, в отличие от них, у меня есть унция веры в тебя.

— Унция? — не понял Рон.

— Небольшое количество, — на автомате пояснила Гермиона. — И у нас тоже достаточно веры в Гарри!

Гарри и Невилл кинули на неё скептический взгляд. Она покраснела.

— Что? Только потому, что я не желаю соглашаться со всем, что ты говоришь, не значит, что я не верю в тебя! Ради всего святого, на прошлой неделе ты сказал Перси, что Рон хочет сменить пол!

— Не вижу, к чему ты клонишь, — прямо сказал ей Гарри.

— О, не бери в голову, — раздражённо произнесла Гермиона. — А сейчас, хоть я и не говорю, что сомневаюсь в профессиональных знаниях твоего, эм, шрама по поводу этих нападений, я предполагаю, что, возможно, этот — как его там? Предположительно мёртвый нелегальный анимаг-крыса…

— Предположительно мёртвый родителепредатель-крыса-нелегальный-анимаг, — поправил её Гарри.

— Да, он, — рассеянно согласилась Гермиона. — Вероятно, ему помогает кто-то в замке. И пока профессор Дамблдор не всегда с особой тщательностью подходит к выбору персонала, учитель Защиты от Тёмных Искусств обычно является тем, кто доставляет неприятности всем вокруг, однако Локхарт не похож на человека, который мог бы выкинуть что-то подобное.

— Именно поэтому мы думаем, что это Малфой, — подхватил Рон.

С минуту Гарри вглядывался в их серьёзные лица, прежде чем разразиться смехом.

— О, так вот значит как? — разъярённо заявила Гермиона. — Ты можешь представить себе существование Великой Тыквы и Заговора Садовых Гномов, но не принимаешь всерьёз нападения на школу?

С превеликим усилием Гарри удалось подавить свой хохот.

— Прости, Гермиона, я серьёзно отношусь к тому, что ты сказала, но серьёзно? Драко? Как вы пришли к этому умозаключению?

— Мы знаем, что он считает магглорождённых отребьем, и он сказал: «Ты будешь следующая, грязнокровка!» — когда мы увидели эту надпись на стене на Хэллоуин, — произнёс Рон, словно указывая на очевидное. Гарри тоже точно так же делал поспешные выводы в своё время? Довольно удручающая мысль. — Что ещё тебе нужно?

— Доказательство? — предложил Гарри.

Невилл, стоящий рядом с ним, застонал:

— Тебе не следовало говорить этого…

Гарри был озадачен:

— Почему?

— У них есть план приготовить оборотное зелье, чтобы мы могли проникнуть в гостиную Слизерин, изображая Крэбба и Гойла, и спросить его напрямую, имеет ли он к этому отношение. Откровенно игнорируя тот факт, что никто в здравом уме не признается этим двоим, они также хотят украсть некоторые ингредиенты, чтобы приготовить зелье, из личных запасов Снейпа, и им нужно взорвать котёл, предположительно ранив и/или убив любого, находящегося в непосредственной близости, в зависимости от того, какое зелье там будет готовиться и проглотят ли они его, для отвлечения внимания, — разъяснил Невилл, качая головой. — Я сказал им, что даже ты не согласишься на это.

— Конечно нет, — изумлённо ответил Гарри. — Такой уровень риска безопасностью просто неприемлем. Что хорошего будет в том, что мы узнаем, что Драко причастен к этим нападениям и предотвратим несколько из них, если мы убьём половину первокурсников с Гриффиндора и Слизерина?

— Значит, мы найдём другой способ достать ингредиенты, — решительно настроилась Гермиона. — Потому что так или иначе, но мы сделаем это. Если есть хоть малейший шанс, что Малфой в этом замешан, мы должны это узнать. Я знаю, что он твой друг, но взгляни на это со стороны…

— Я и смотрю, — возразил Гарри. — Это вы двое ослеплены своей ненавистью к нему. Я даже закажу вам чёртово зелье, но говорю вам: это не он.

— Откуда ты знаешь? — возмутился Рон. — Только потому, что он хорошо общается с тобой, не значит, что…

— Я ЗНАЮ, — снова перебил его Гарри. — Но как он вообще может оказаться наследником Слизерина? Его мать — Блэк, и в жилах многих людей течёт кровь Блэков, даже если Сириус и является последним из живущих ныне волшебников с этой фамилией.

— Может быть, твой крёстный — наследник Слизерина! — созрела новая теория Рона.

— Зачем бы моему крёстному отцу, который находится в бегах, пробираться в Хогвартс только для того, чтобы натравить на людей змею? Есть множество более эффективных способов убийства.

— Ты говорил, что преступник одержим дневником с чёрной магией, — напомнил ему Невилл, который быстро стал голосом разума в этой комнате.

Гарри посмотрел на него испепеляющим взором.

— Огромное спасибо за напоминание.

— Стараюсь.

— Мой крёстный никогда не стал бы писать в дневнике. Он считает, что ведение дневника автоматически снижает уровень крутости до двадцати процентов, — пояснил Гарри.

— Откуда ты это знаешь? — спросила Гермиона.

Гарри ухмыльнулся и открыл рот.

— И если ты скажешь, что так тебе сообщил твой шрам, пощады не жди, — пригрозила она.

Гарри пожал плечами.

— Тогда мне нечего тебе сказать. Ещё одно очко в пользу Драко: профессор Снейп не змееуст.

— Это-то тут вообще при чём? — раздражённо поинтересовалась Гермиона.

— Потому что умение разговаривать на змеином языке передаётся по наследству. Если профессор Снейп не может разговаривать на нём и поэтому, соответственно, не может быть наследником, тогда как может им быть Драко? — с невинным видом уточнил Гарри.

— Всегда есть вероятность, что Малфой в самом деле Малфой, — вклинился Рон.

Гарри уставился на него в непонимании.

— Хорошо, можешь не помогать нам, — фыркнула Гермиона. — Мы с Роном можем сделать это и сами, раз уж только мы всерьёз беспокоимся о безопасности этой школы. Ты хотя бы купишь нам зелье?

— Конечно, — согласился Гарри. — Только убедись, что волос действительно принадлежит человеку, в которого ты собираешься превратиться, а не его кошке.

— Что… — начала Гермиона.

— Не беспокойся об этом. А теперь, раз уж вы оба совершенно точно сумасшедшие, мы с Невиллом пойдём поищем Луну.

* * *

— Мистер Поттер, — окликнула его МакГонагалл, когда Гарри направлялся в замок после квиддичной тренировки. Выглядела она необыкновенно мрачно.

— Да? — вежливо отозвался Гарри, размышляя о том, что же такого он мог сделать, чтобы расстроить её и о чём бы она знала. Он потерпел в этом неудачу.

— Ещё одного ученика обнаружили в состоянии оцепенения, так что было бы весьма своевременно, если бы Вы могли принести зелье мандрагоры в Больничное Крыло, — сказала ему МакГонагалл.

— Конечно, я могу пойти прямо сейчас, — согласился Гарри, следуя за ней в Больничное Крыло. — Кто это, к слову?

— Вы, возможно, не знакомы, это хаффлпаффец по имени Захария Смит, — сообщила ему профессор Трансфигурации.

Гарри откинул голову назад и застонал.

— Не можем мы просто оставить его в таком виде?

— Мистер Поттер! — возмущенно воскликнула МакГонагалл. — Двадцать баллов с Гриффиндор за ваши бессердечные замечания.

— О да! — обрадовался Гарри.

— Мистер Поттер?

* * *

— Гарри! — воскликнул Драко, как только увидел его.

— Упс, — произнёс Гарри, проклиная себя за то, что попался. Он так старательно избегал Драко в последнее время, а сейчас, очевидно, его удача подошла к концу.

— Теперь, когда я наконец смог выловить тебя два месяца спустя, не потрудишься ли ты объяснить мне это? — требовательным тоном проговорил Драко, швыряя довольно толстую книгу ему в голову.

После того, как она ударила его, Гарри поднял книгу и осмотрел её.

— Это автобиография профессора Локхарта «Я — волшебник». Что такое? Ты разучился читать, или ослеп, или что?

— Нет, — прорычал Драко. — Ты не видел отрывок о моём происхождении?

— Нет, не видел, — искренне ответил Гарри. В конце концов, он не утруждал себя чтением книг Локхарта, потому что ему всегда приходилось быть внимательным во время занятий, когда Локхарт заставлял его помогать ему воспроизводить разные сцены. В отличие от прошлого раза, однако, Гарри не сопротивлялся: его и так уже блестящее актёрское мастерство быстро развивалось благодаря разным ролям, которые ему приходилось исполнять. — Не все вокруг одержимы твоим происхождением, Драко.

— Он посвятил целую главу тому, как «трогательная история» тайной любви моей матери и профессора Снейпа изменила его жизнь! — завопил Драко.

— У твоей матери была интрижка с профессором Снейпом? — повторил Гарри, широко распахнув глаза.

— Нет, — мрачно ответил Драко.

— Но ты только что сказал… — начал Гарри.

— Локхарт услышал эту идиотскую сплетню, которую ты пустил, поверил ей, опубликовал это, и теперь все его безумные фанатки поверят в неё, и это никогда не закончится, — стенал Драко. — Надеюсь, ты счастлив.

— Я всегда счастлив, — беспечно произнёс Гарри. — Но я не понимаю, как ты можешь винить меня. В смысле, да, конечно, я пустил слух, но я упомянул об этом всего раз, всё остальное сделали Фред и Джордж!

— И ещё раз в книжном магазине, когда ты не хотел, чтобы тебя фотографировали, — напомнил ему Драко. — И это только то, о чём мне известно.

— Хорошо, — признал Гарри. — Значит, только два раза. Но, серьёзно, я не виноват…

— Ты сказал это прямо перед ним! — продолжал давить Драко.

— Знаешь, — произнёс Гарри, скрещивая руки на груди. — Именно поэтому я и избегал тебя.

— Просто перестань распускать слухи, ладно? — попросил Драко. — Рано или поздно кто-нибудь упомянёт об этом в разговоре с моим отцом.

— Он до сих пор ещё не слышал? — удивлённо спросил Гарри. — Сто лет уже прошло. И он был в книжном магазине, когда я говорил об этом во второй раз.

— Никто не хочет расстраивать моего отца, допуская, что моя мать изменяла ему с его близким другом, — объяснил Драко. — Многие боятся его и его богатства. Не совсем уверен, почему он ничего не заметил в том магазине, но он был чем-то озабочен в тот день. Точно не знаю чем.

— Я честно постараюсь, — пообещал Гарри.

Драко вздохнул.

— Полагаю, это большее, на что я могу надеяться…