Боже, только не снова! (джен)

— Эй, ребята, — произнёс Колин Криви, громко прочистив горло. Все сидящие в общей комнате Гриффиндора с любопытством обернулись. — Меня просили передать, что Ли Джордана и одного из друзей Гарри ждёт профессор МакГонагалл.

— Одного из друзей Гарри? — переспросила Гермиона. — Она не уточнила кого именно?

— Не думаю, что это имеет значение, — пожал плечами Колин. — Она сказала, ей нужен кто-нибудь. Завтра второе испытание, так что, может, всё дело в этом.

— В яйце что-то говорилось про сокровище, — добавил Гарри. — Итак… кто из вас желает быть моим сокровищем?

— Не я, — тотчас же заявил Невилл. — Я знаю, что Дамблдор никогда сознательно не причинит нам вреда, но всё обычно идёт наперекосяк, когда в деле замешан ты.

— Ты называешь это «наперекосяк», я же говорю, что «становится только интереснее», — возразил Гарри. — Ну а что вы? — спросил он двух других своих ближайших друзей-гриффиндорцев.

— Ты не воспринимаешь это испытание и вполовину достаточно серьёзно, для того чтобы можно было доверить тебе свою жизнь, — без обиняков отрезала Гермиона.

— Прости, приятель, — сказал Рон. — Я очень хочу посмотреть, как пройдёт испытание, и обычно такие мероприятия куда менее приятны, когда ты сам в них участвуешь.

— И что прикажете мне делать? — возмутился Гарри. — Луна тоже не может, потому что она судья, а троим моим лучшим друзьям, видите ли, не хочется утруждать себя.

— Я пойду, — вызвалась Джинни.

— Серьёзно? — Гарри окинул её удивлённым взглядом. — Но я думал, ты невысокого мнения о моих «геройских» способностях.

Джинни улыбнулась уголками губ.

— Я всегда верила в твою способность спасать людей, мне только хотелось бы, чтобы ты относился к этому более по-геройски, вместо того чтобы пытаться отвертеться и пойти на попятный.

— Ну, знаешь, почему бы и нет, если это работает, — пожал плечами Гарри.

Она закатила глаза.

— В один прекрасный день ты сделаешь что-нибудь по-настоящему легендарное. У тебя попросту нет другого выбора.

— Скорее всего, — согласился он. — Но не раньше, чем это будет совсем уж необходимо.

— Эй, Рон, разве тебя не должно беспокоить, что Джинни собирается рисковать своей жизнью ради Гарри? — спросил Невилл.

— С чего бы это? — удивился тот. — Гарри уже ясно дал понять, что пока не собирается ни с кем встречаться, чтобы больше времени уделять своему безумию.

— Большинство сказало бы «учёбе», — заметила Гермиона.

— Да, но это ведь Гарри, так что никто бы ему не поверил, — контраргументировал Рон.

— Пусть так, но я имел в виду, что Гарри не очень-то серьёзно ко всему этому относится, так что разве тебя не должна волновать безопасность твоей сестры, раз уж ты спокоен за её честь?

— Я не говорил, что не верю в способность Гарри спасать людей. Это всё вы с Гермионой.

— Знаешь что, если тебе от этого станет легче, Невилл, я дам Джинни свой любимый камень-талисман, — заявил Гарри, вытаскивая из кармана совершенно обычный на вид коричневый камешек.

— Это совсем необязательно, — возразила Джинни.

— Знаю, но мне хочется. Кроме того, так ты, по крайней мере, будешь знать, что я точно приду за своим камнем, — произнёс он без намёка на улыбку. — Возьми его, пожалуйста.

— Ладно. — Вздохнув, она взяла протянутый камень и убрала его себе в карман.

— Замечательно, — просиял Гарри. — Пусть он будет с тобой во время испытания: никогда не знаешь, когда что-нибудь может пойти не так и тебе потребуется немного дополнительной удачи.

— А что ты, Ли? — спросил Фред.

— Тоже откажешься, потому что мы ведём себя недостаточно «серьёзно»? — подхватил Джордж.

— Издеваетесь?— фыркнул Ли. — Если бы вы стали вести себя серьёзно, вот тогда я бы забеспокоился. Кроме того, вам очень нужен призовой выигрыш для открытия магазина, так что, полагаю, разумно считать, что я в безопасности. Только одно «но».

— Что?

— Если в процессе «спасения» вы превратите меня в канарейку, я перестану с вами разговаривать, — предупредил их Ли.

— Стали бы мы повторяться, — оскорбился Джордж.

— Вот и отлично, — с жаром отозвался тот, а затем повернулся к Джинни. — Пойдём, что ли?

* * *

— Всё путём, Гарри? — шёпотом спросил Бэгмен перед началом второго испытания. — У тебя есть план?

В его голосе звучали нотки сомнения — не то чтобы Гарри мог его винить. В отличие от остальных участников, которые — помимо ещё разве что только Джорджа, который, в свою очередь, считался участником только наполовину — были одеты в купальные костюмы, Гарри предстал перед зрителями и судьями в спортивных штанах и кофте. Впрочем, было холодно, так что с чего ему вдруг оголяться?

— Что-то изменилось бы, если бы его у меня не было? — с невинным видом уточнил он.

— Ну, нет, вообще-то нет. — На лице Бэгмена отразилось крайнее беспокойство. — Но всё равно я…

— Не волнуйтесь, всё продумано, — заверил его Гарри. — Я бы не стал позориться перед журналистами, — добавил он, заметив в первых рядах Риту Скитер в компании её фотографа.

Бэгмен перевёл дух просто до неприличия очевидно: даже если бы Гарри не знал в чём дело, актёр из него был никудышный, — а затем, приставив палочку к горлу, протараторил:

— Сонорус. Итак, наши чемпионы готовы приступить к прохождению второго испытания, которое начнётся по моему свистку. У них есть ровно час, чтобы вернуть то, что было у них украдено. На счёт «три». Раз… два… три!

Фред что-то быстро засунул себе в рот, в то время как Флёр и Седрик наколдовали головные пузыри, а Виктор трансфигурировал свою голову в подобие акульей. Через мгновение все четверо уже были в воде.

— Ты разве не собираешься нырять? — будничным тоном осведомился Джордж, заглядывая в зеркало, которое достал из кармана.

— А ты? — перевёл стрелки Гарри.

Джордж отрицательно покачал головой.

— Не-а, у Джорджа всё под контролем. Я тут просто в качестве моральной поддержки: жду, пока он достанет Ли. А ты-то что стоишь? За тебя-то спасать пленника некому, и, сколь бы безопасно это всё ни было, речь всё-таки идёт о моей младшей сестре.

— Слышала бы она, что ты намекаешь, что она нуждается в спасении, она бы тебя прокляла, — заметил Гарри.

— Знаю, — согласился Джордж. — Но учитывая, что сейчас она на дне озера и, скорее всего, без сознания, думаю, я в относительной безопасности.

— Пока, — подтвердил Гарри. — Но это ненадолго.

И в самом деле: не прошло и пяти минут, как рядом с Гарри появилась насквозь промокшая, едва пришедшая в себя Джинни.

— Как ты это сделал? — недоумевал Джордж. — Мало того, что ты не нырнул в озеро, ты даже палочку свою не достал. Как она здесь оказалась?

— Я бы сказал тебе, — ухмыльнулся Гарри, — но тогда…

— Тебе пришлось бы убить меня? — подсказал Джордж.

— Нет, это уже перебор, — покачал головой Гарри. — Но мне бы не хотелось рассказывать это тебе, а потом ещё раз объяснять всё то же самое судьям.

— К слову, они, кажется, зовут тебя к себе, — заметил Джордж.

Гарри взглянул на судей, которые, по всей видимости, действительно хотели с ним поговорить.

— Я пообщаюсь с ними после того, как проверю, как там Джинни. — Подойдя к «пленнице», он протянул ей полотенце. — Всё прошло не так уж и плохо, да?

— Сколько у тебя ушло на то, чтобы достать меня? — спросила та, с благодарностью принимая предложенное полотенце. — И почему ты не мокрый? Если ты знаешь заклинание, с помощью которого можно сушить людей, меньшее, что ты можешь сделать, — это использовать его на мне, раз уж я оказалась единственной, кто рискнул доверить тебе свою жизнь.

— С тобой было бы всё в порядке… — закатил глаза Гарри. — На всё про всё ушло около десяти минут, потому что я, как ты, наверное, и ожидала, прибегнул к очередной увёртке. Я даже не нырял в воду. Если хочешь узнать, что именно я сделал, можешь пойти со мной к судьям.

— Ладно, — согласилась Джинни, следуя за Гарри, который в свою очередь направился к трибуне, на которой сидели судьи.

— Молодец, Гарри, ты вернул свою «пленницу» чуть больше чем за десять минут, — поздравил его Бэгмен, сияя.

— Да, весьма впечатляюще, — дипломатично согласился Крауч. — Но так как вы не ныряли в воду и не доставали свою волшебную палочку, мы просим вас пояснить, что вы сделали, чтобы мы могли решить, действовали ли вы в рамках правил или нет.

— Что ж, вчера ко мне и моим друзьям подошёл Колин и сказал, что один из них должен пойти к профессору МакГонагалл. Они догадались, что, скорее всего, это нужно для сегодняшнего испытания, но ни Рон, ни Невилл, ни Гермиона не считали, что я достаточно серьёзно отношусь к подготовке, для того чтобы они могли доверить мне свою жизнь; некоторые просто хотели следить за ходом испытания с трибун. Так или иначе, они отказались, и Джинни великодушно согласилась их заменить.

— А я-то гадал, почему вашим пленником был не мистер Уизли, мистер Лонгботтом или мисс Грейнджер, ведь вы практически всё время проводите вместе, — между делом заметил Дамблдор.

Гарри пожал плечами.

— Если бы Колин сказал, что это должен быть кто-то из них, уверен, кто-нибудь бы в конце концов согласился, но так как ваши указания были не настолько точны, свою помощь предложил другой мой друг.

— Так я теперь «друг»? — пробормотала Джинни. — Пару недель назад я была всего лишь знакомой.

— Ну, ты согласилась быть пленницей для меня, когда мои так называемые «лучшие друзья» отказались, — заметил Гарри. — Если и оставались какие-то сомнения, то это уж точно закрепило за тобой статус друга.

— Приятно слышать, — отозвалась Джинни.

— Раз уж даже его ближайшие друзья не верят в него настолько, чтобы принять участие в испытании, когда сам Альбус Дамблдор следит за тем, чтобы всё прошло как по маслу, думаю, это кое о чём говорит, — не преминул вмешаться Каркаров.

— И правда, это довольно необычно, особенно принимая во внимание, что они даже не знали, в чём заключается испытание, — поддержала его мадам Максим. — Однако оставим это, расскажите нам, что вы сделали.

— Я отдал Джинни камень-талисман, чтобы успокоить своих до ужаса негативно настроенных друзей, переживающих, что я умудрюсь налажать с её спасением, и, по счастливому стечению обстоятельств, этот камень оказался порталом. Кто бы знал?

— Вот как это делается! — одобрительно воскликнул Локхарт.

— Не знаю… — протянула Луна. — Думаю, я должна добавить баллы за творческий подход, но снять за недостаток старания в целом.

— Да это же чистой воды обман! — возмутился Каркаров. — Он использовал чёртов портал!

— В своде правил ничего не говорится о запрете использования порталов, — возразил Крауч. — И поверьте, я бы об этом знал.

Каркаров явно хотел сказать что-то ещё, но замер, когда увидел, как Джордж целенаправленно подошёл к берегу и прокричал, направив палочку в сторону воды:

— Акцио Фред Уизли!

— Призвать пленника невозможно, — фыркнула мадам Максим. — Глупый мальчишка.

— Но он-то призвал чемпиона, — поправил её Дамблдор, пристально следя за водной гладью.

Какое-то время казалось, что ничего не произойдёт. А затем Фреда буквально вытолкнуло из воды, так что он врезался в своего брата. И он был не один — с ним был Ли Джордан.

Гарри подбежал к ним.

— Как вы это сделали? Мадам Максим сказала, что призвать пленника невозможно, и я был склонен с ней согласиться, но даже если это не так, это слишком просто — даже для меня.

— Невозможно, — подтвердил Джордж. Фред начал задыхаться и нырнул обратно в воду. — Но Джордж съел жабросли, доплыл до пленников, освободил Ли и постучал по сквозному зеркалу. Как только я это заметил, я призвал его, и пускай Ли невозможно призвать, чары и его тоже притянули. Джордж, разумеется, застрял в озере, пока не кончится действие жаброслей — где-то на час или около того.

— О, да ладно тебе. Я в курсе, что Джордж — это ты.

— Нет, не я.

— Тогда почему ты призвал Фреда Уизли? — спросил Гарри, зная, что победил.

— Потому что в противном случае Каркаров опять завёл бы волынку, что это «нечестно», что мы оба принимаем участие в соревнованиях, или ещё что-нибудь наподобие, и, к тому же, он официально сменил имя, так что он тоже Фред Уизли, — парировал Джордж.

— …Сдаюсь.

Через час все участники вернулись со своими пленниками. Седрик вынырнул посреди победного танца Джорджа — уже после того, как объявили об окончании испытания. Действие жаброслей Фреда прошло примерно в то же самое время, так что он появился на поверхности вместе с Седриком и Чжоу. Флёр прибыла спустя десять минут, а Виктор с Парвати — спустя ещё пятнадцать. Гарри удивился успеху Флёр, смутно припоминая, что в первый раз ему пришлось спасать Габриэль, так как ей не удалось пройти дальше, но в конечном итоге совершенно необязательно, что то же самое должно было повториться дважды.

Баллы распределились следующим образом:

Гарри Поттер: 8, 5, 10, 10, 10, 7, 10;

Фреды Уизли: 8, 5, 10, 10, 9, 10, 10;

Седрик Диггори: 7, 5, 9, 9, 9, 9, 9;

Флёр Делакур: 9, 5, 8, 9, 8, 8, 7;

Виктор Крам: 6, 10, 7, 8, 8, 8, 8;

от мадам Максим, Каркарова, Дамблдора, Крауча, Бэгмена, Луны и Локхарта соответственно.

С учётом предыдущих испытаний за Гарри, как и за Фредом, числилось по 121 баллу, у Седрика было 113, у Флёр — 111, а у Виктора — 95.

Никто не выказывал свою предвзятость так очевидно, как Каркаров, но, по мнению Гарри, только Дамблдор и, может быть, Крауч ставили оценки честно. Луна не пыталась хитрить, в этом он не сомневался, но разве не должны были он и близнецы автоматически получить наивысший балл за то, что оказались единственными, кто уложился в заданный час? Очевидно, Каркаров, мадам Максим и Луна так не считали.

— Итак, Виктор, — обратился к нему Гарри. — Почему именно Парвати? В смысле, ничего личного, она классная, но я знаю, что тебе нравилась Гермиона до того, как Рон пригласил её на Святочный бал, так что едва ли ты знаком с Парвати больше трёх месяцев. Но даже если и так, взгляни на Флёр: она ходила на Бал с Роджером Дэвисом, и пусть они провели время не лучшим образом, как мне кажется, (по крайней мере, она), пленником необязательно должен был быть соученик: как оказалось, они были готовы привезти для неё пленника из Франции.

— Твоя правда, — согласился Виктор. — Но я не очень-то близок с ребятами из нашей делегации, а мои друзья и родные не пожелали ехать сюда из Дурмстранга или же Болгарии.

— Логично, — кивнул Гарри. — В конце концов, Францию от Великобритании отделяет всего лишь канал — эта поездка куда короче.

— Я был прав: намного лучше было следить за ходом испытания, чем без сознания болтаться под водой в феврале, — заявил Рон, когда он, Невилл и Гермиона наконец добрались до Гарри. — Хотя нам ничего, в общем-то, не было видно, пока всё не закончилось.

— И я была права насчёт того, что Гарри не относится к испытаниям достаточно серьёзно, — заметила Гермиона.

— Я отнёсся вполне себе серьёзно! — возмутился Гарри. — И более того, я прошёл испытание за десять минут!

— Но был ли у тебя запасной план на случай, если портал не сработает? — вдумчиво спросил его Невилл.

— Ну… нет, — признал тот. — Но я практиковался в создании порталов!

— И потом ты удивляешься, почему никто из нас не согласился на это, — покачала головой Гермиона.

— По крайней мере, Джинни я до сих пор нравлюсь, — скрестил руки на груди Гарри.

— Меня подкупил шоколад, — отмахнулась та, разворачивая очередную плитку «Hershey». — Я никогда раньше не пробовала маггловские сладости.

— Ты многое потеряла, — сказала Гермиона. — Может, маггловские конфеты и не такие интересные, как их магические собратья, но, по крайней мере, они никогда не будут пытаться от тебя убежать, не превратят тебя в птицу и не окажутся на вкус как рвота.

— Разве твои родители не стоматологи? — озадаченно посмотрел на неё Невилл. — В смысле, разве это не значит, что они не очень-то приветствуют поедание сладостей? Или я неправильно понял, чем они занимаются?

— Мне кажется, ты понял всё просто прекрасно, — заверила его Луна, появляясь позади них. — Но вам пора понять, что, будучи дочерью стоматологов, Гермиона просто обязана поддерживать заговор гнилозубов.

— Луна… — устало протянула Гермиона.

— И вот ты снова поставила мне низкий балл, — возмутился Гарри. — На этот раз ты оценила меня даже ниже, чем того, кто финишировал на двадцать пять минут позже положенного срока!

— Я же сказала, что мне придётся снять баллы за недостаток старания, — пожала плечами Луна. — Если бы я не накинула баллов за то, что ты уложился в срок, я бы поставила тебе пять.

— Почему ты не оцениваешь других участников так строго?

— Потому что все они действительно работают на победу. Даже Фреду пришлось доплыть до дна озера, прежде чем Джордж призвал его.

С этими словами она развернулась, чтобы вернуться к судейской трибуне.

— Знаешь что, мне начинает казаться, что лучше бы я попросил быть моим представителем Снейпа! — крикнул он ей вслед.

— Вполне возможно, — отозвалась она. — Но десять к одному, что он заставил бы тебя носить форму.