Восемнадцать - четырнадцать (гет)

Планы изменились. Кража тела и признание Апполин отошли на второй план, ибо в эту самую минуту вся группа лицезрела человека, что стал причиной их гнетущего состояния. Великий, мудрый, добрый и могучий Альбус Дамблдор, этот светоч магического мира в глазах ворвавшихся в Отдел Тайн был не более, чем чудовищем. Гнусным, лицемерным, безжалостным. Из-за него Сириус гнил в Азкабане, по его вине отпрыска Лили травили в стенах школы, с чем Северус смириться не мог. Именно он проигнорировал замысел Апполин и лишил Ави Флёр, а Гермиону — Гарри. Даже Луна оказалась невольно втянута в его козни, и сейчас все они напрочь позабыли, с какой целью оказались здесь.

— Крысы? Уж кто бы говорил, — молвил Снейп, буравя старика взглядом. — Ты ведь недавно тут очутился? Мы уже были здесь.

— Ох, Северус, — Дамблдор укоризненно покачал головой, — не пойми меня неправильно. Я с самого начала знал о том, что вы сюда придете, посему оказался в Министерстве с утра пораньше, — он окинул взглядом Гермиону. — Да, мисс Грейнджер, я видел, как вы вошли в атриум и как встретились с мадам Боунс. Это я послал ее к вам.

— Вы?! Но зачем?

— Да это и так понятно, — прорычал Сириус, — он хотел, чтобы ты максимально быстро оказалась на девятом уровне, верно?

— Истинно так, — Дамблдор легонько ему поклонился. — Знаешь, хоть ты и был идиотом все эти годы, но сейчас с мозгами все стало в порядке, не так ли?

Старик говорил спокойно и весьма непринужденно, однако волшебная палочка в его руке ставила под сомнение его искренность. Дамблдор был собран и решителен, не было вечной радушной улыбки, не было игривого проблеска в глазах. Прямо перед группой стоял человек, готовый сиюминутно обрушить на их головы целый поток заклинаний. Да, он был один, однако против него выступала несовершеннолетняя девушка, две юные волшебницы и полуобморочная вейла, чьи чары на него не действовали. Для Дамблдора угрозой были лишь двое — Северус со своей Темной магией и Сириус с его безрассудством.

— Ну так что? Арестуешь нас? — сказал тот с издевкой. — Ты ведь так хотел упечь меня в Азкабан, подумать страшно, что ты чувствовал, когда узнал о моем побеге!

— Я чувствовал изжогу, Блэк, — просто ответил Дамблдор, — не более. Тебе было позволено сбежать. Да и потом, я здесь не для того, чтобы вас арестовывать, нет-нет.

— Слышь ты, старый пень, — подала голос Ави, — ты зубы-то нам не заговаривай. Ты ведь знал о тех телах в колбах?

— Разумеется, — он улыбнулся, — с самого начала. Теперь знаете и вы. Да, мои дорогие, Том Реддл был уничтожен вашим ненаглядным Гарри. Подумать только...

Дамблдор чуть повернул голову и вслушался. Тишина в помещении стояла гробовая, но старый волшебник будто что-то почувствовал.

— Он тоже здесь, — едва слышно прошептал Альбус, — в Отделе Тайн, прямо сейчас. Выжидает нужного момента, чтобы...

— Довольно! — Сириус стиснул палочку. — Пора положить этому конец! Сколько людских жизней ты успел загубить!

— Вынужден с тобой согласиться, — Северус поднял палочку повыше, метя старику в сердце, — слишком долго он игрался с нами.

— С вами? О, мой скользкий друг, ты не прав, — Дамблдор чуть отошел от арки и стал неторопливо расхаживать взад вперед под прицелом палочек, — только с тобой. Посуди сам, просто подумай на мгновение. Блэка я отправил в Азкабан за то, что само его присутствие мне было невыгодно. Лавгуд и Грейнджер я вообще в расчет не беру, мне они неинтересны. Впрочем, как и эти, — он небрежно кивнул в сторону француженок, — они сами влезли в эту щекотливую ситуацию. Нет, Северус, игрался я лишь с тобой.

По спине Снейпа пробежал холодок. Как бы он хотел заткнуть рот Дамблдору раз и навсегда, и факт того, что он им нужен живым, терзал его. Альбус увидел его смятение и тихонько засмеялся.

— Видишь ли, так уж оказалось, что мы оба наблюдали друг за другом, — старик все также вальяжно прохаживался по платформе. — Надо отдать тебе должное, ты благополучно раскрыл мои карты три года назад. Мне следовало быть более осторожным, но это уже неважно. Важно лишь то, что козырей в моем рукаве побольше, чем у тебя. Я ведь знаю причину, по которой ты опустился до такого. Мы в этом так похожи.

Тон его голоса был столь же мягок, сколь и ядовит. Дамблдор походил на змею, что готова вцепиться Северусу в горло, однако яд он пустил по его венам гораздо раньше укуса. Снейп побелел. Страх и ненависть прибили его к земле, заставили его голос задрожать и стать ломким:

— Лучше бы тебе заткнуться прямо сейчас...

— Ох, ну что с тобой поделать, — Альбус обреченно развел руки в стороны, — ты всегда таким был. А теперь давайте начистоту, — он остановился, — я вызвался проверить Отдел Тайн на предмет постороннего вмешательства. Один мой сигнал — и начнется штурм. Вас всех арестуют и быстро конвоируют в Азкабан.

— Тебе ведь это только на руку, — рыкнул Сириус, встав рядом со Снейпом, — ты ведь спишь и видишь, как бы избавиться от нас, не так ли?

— Ты опять не так меня понял. У меня нет никакого желания вас арестовывать. Нет-нет, — Альбус покачал головой, — я всего лишь вас убью. Всех вас. Единственный человек, кто уцелеет от моей экзекуции и останется нетронутой, это Луна Лавгуд.

Все взгляды перешли на нее. Девушка, вновь очутившись перед аркой, завороженно смотрела на черный гобелен, сжимая в руках свой кулон.

— Да, мои дорогие, Луна, как оказалось, куда важнее всех вас вместе взятых, включая меня. Обидно, но я это переживу, — Дамблдор обвел взглядом группу, — а вот вы нет. Слишком долго я ждал этого момента, и вам меня не остановить. Я сметал людей со своего пути не для того, чтобы шайка беглых оборванцев смогла мне что-то противопоставить.

— Прежде, чем мы начнем, — Северус дрожал от боевого гнева, — скажи мне напоследок. Гарри мертв? То, что написано на колбе с рукой — это правда?

— В попытках накормить свои гнилостные чувства надеждами и ложью ты прослушал то, что я уже сказал, — Альбус неторопливо поднял палочку, — не вы одни проникли в Министерство. Ах, да, — он повернул голову в сторону Ави и Апполин, — вы вовсе не обязаны сражаться. На вашем месте я бы не лез. Быть может, тогда я вас пощажу.

— Не обязаны? — в глазах Авелин аж потемнело. — Ах, не обязаны?! Конченая м'газь, это ведь ты все подст'гоил! Но спасибо за твои слова, — она шумно выдохнула носом, — теперь мне еще сильнее хочется размазать тебя по стенке!

— Ты ведь знал? — тихо молвила Апполин. — Ты ведь знал, что я вытворила вместе с Олимпией, верно? И ты не вмешался. Ты ничего не п'гедп'гинял. Ничего. Абсолютно. Если бы ты действительно... я бы не смогла...

— Вот только не надо перекладывать совершенный тобой грех на мои плечи. Даже если бы я пресек твою попытку отправить Гарри вместе с Флёр на кладбище, тот факт, что ты задумала это сделать, ставит на тебе клеймо.

— Клеймо... — плечи женщины задрожали, а меж тем когти на ее руках стали вытягиваться и покрываться искрами. — Сколько можно клеймить нас... порочить нас... Ты хоть понимаешь, до какого отчаяния нас довели, раз я решилась на такое?!

— Нет, не понимаю, — Альбус равнодушно окинул ее взглядом, — в отличие от тебя, я свою кровь берегу.

Наступила пауза. Вместе с этим Дамблдор напрягся, ибо в попытках зафиксировать свое внимание на Сириусе и Северусе он не счел нужным усомниться в боевых качествах сломленной Апполин Делакур. Все это время он думал, что результат ее решений и мыслей подкосит ее окончательно, так и произошло, вот только больной разум вейлы нашел неожиданную отдушину. Вместо того, чтобы пасть на колени, Апполин насытилась своей магией до краев, и это преобразило ее — в прямом и переносном смысле. Женщина сгорбилась, из лопаток прорезались крылья, лицо вытянулось, став птичьим. Она припала к земле, и ее глаза загорелись.

— Тогда я заставлю тебя понять.

Как бы Северус не хотел первым завязать поединок, начало осталось за обезумевшей Апполин. Мелькнула алая вспышка, громыхнул взрыв чудовищной мощи, что откинул с платформы Авелин и Луну, и в тот же миг слетевшая с катушек вейла ринулась на Дамблдора. Все ее тело окружало неугасающее багровое пламя, такое же пламя плясало в ее когтистых руках. Гермиона, Северус и Сириус пытались оттеснить Альбуса на земле, тогда как взбешенная Апполин на крыльях парила над его головой, поливая его огненными шарами и молниями. Битва началась.

Альбус Дамблдор — величайший волшебник всех времен. Эту фразу слышали многие, ее печатали в газетах и учебниках, слухи о его гениальности обошли весь магический мир. Уже то, что он победил Грин-де-Вальда и внушал страх самому Волдеморту, говорил о многом. Для этого человека не существовало аспекта магии, который он бы не отточил до совершенства, и это было козырем в его рукаве. Мало кто видел Дамблдора в действии, и сейчас вторженцы в Отдел Тайн поняли, что тот не шутил, когда сказал, что убьет их всех. Он поражал и вводил в ступор — как такой старый человек мог двигаться так быстро, и в то же время плавно, грациозно? Альбус не перемещался по полю боя — он танцевал. Стремительный вальс, который он вел, поражал воображение, как и то, что этот человек творил. Для рядового волшебника даже просто защититься от троих человек и вейлы было подвигом, но для Дамблдора это казалось небольшим неудобством. В борьбе с нахальными крысами он применял два ответвления магии, которые в Хогвартсе не изучают и никогда не будут. Боевая аппарация и безпалочковая магия. Первая требовала возвести три "Н" — Нацеленность, Настойчивость, Неспешность — в абсолют. Дамблдор постоянно прыгал с одного места на другое, мелькал среди вспышек заклятий, при этом его лицо было непринужденным и расслабленным. Будто не было в его голове дилеммы разделить фокус с атаки и защиты на три "Н". Альбус справлялся и с тем и с другим, попутно демонстрируя второе ответвление магии. Магия — духовная сила, и для ее проявления в окружающий мир волшебнику необходим инструмент. Это необязательно должна была быть волшебная палочка — посох мог подойти для этого, как и жезл, как и кольцо. Иными словами, проводник, посредник. Преподаватели же Уагаду, африканской школы магии, как и волшебники до них имели свое мнение на этот счет, и их мнение вылилось в безпалочковую магию — невероятно трудное ремесло, требующее многих лет практики и познания своего тела. У Дамблдора все это было, в чем удостоверились те, кого он нещадно теснил.

Два человека пока что не удостоились чести испытать на себе премудрости Альбуса, их попросту отбросило с платформы. Луна лежала на ступенях амфитеатра, мало заботясь о том, какое безумие творилось около арки. Ее вспотевшая рука будто намертво приросла к кулону, глаза девушки закатились и грозились вылезти из орбит. С ее губ постоянно слетал сбивчивый шепот, будто она отвечала кому-то. И даже если бы Луна оказалась дееспособной, что она смогла бы предложить в этом поединке? В атакующей и защитной магии она слаба, ибо душа ее тяготела к магическим созданиям. Поэтому ей по-настоящему повезло, что вспышка, вызванная Апполин, снесла ее прочь с платформы.

У Ави на этот счет были свои думы, отнюдь не самые добрые. Та сразу поняла, чего добивалась Апполин, и это ее бесило. Луна — несовершеннолетняя, ввязываться в столь чудовищный поединок ей ни в коем случае нельзя, что же касается Авелин...

"Пытаешься таким образом извиниться?! — она оббегала платформу снизу, обстреливая Дамблдора заклинаниями. — Поздновато спохватилась!"

Воздух вокруг арки вибрировал, насыщенный магией. Задумка Ави поначалу давала свои плоды, ибо Дамблдору приходилось думать теперь о трех позициях сразу — платформа с Сириусом, Северусом и Гермионой, верх с начисто поехавшей вейлой, теперь еще и низ. И все же... все же...

Группа проигрывала, даже будучи в большинстве. Защита Дамблдора была не просто непробиваемой — она была абсолютной. Вдобавок ко всему нечто отличало хорошего дуэлянта от превосходного. Хороший мог знать уйму заклинаний и контрзаклинаний, уметь применять их, за считанные доли секунд решать, что делать дальше. У превосходного же в арсенале было кое-что еще — умение адаптироваться. Пока Дамблдор отбивал заклинания и насылал свои, он мгновенно прочел своих оппонентов, их сильные и слабые стороны. Он понял, что Гермиона исключительно искусна в трансфигурации и защитных чарах, однако применение атакующих чар вызывало у нее задержку буквально в пару мгновений. Девушка колебалась. Авелин, что продолжала бегать снизу платформы, имела необычную особенность — то ли из-за палочки, то ли из-за склада ума, но все чары, исходившие из ее руки, были жалящими, точечными, очень колкими. Щитовые чары Альбуса без труда отклоняли все это, но старик каждый раз чувствовал сильную отдачу в свою руку. Северус оказался полной противоположностью Гермионы. Если та старалась быть щитом их группы, всячески перенаправляла заклятья на себя и блокировала их, то Северус будто наплевал на защиту. Тот применял исключительно атакующие чары, причем крайне мощные, и все же Альбус отметил, что Снейп придерживал в своем рукаве козырь — Темную магию. Хитрец в обычной жизни, хитрец и в дуэли. Последним остался Сириус. Вот уж кто действительно удивил Альбуса. Вся группа олицетворяла что-то свое — Гермиона защиту, Северус атаку, Авелин пробивную силу. Блэк же блефовал и финтил, всячески старался притупить внимание Альбуса. Пару раз Сириус вербально произносил одно заклинание, однако невербально насылал совершенно другое. Тем не менее, Дамблдор привык и к этому, также как и к Апполин. Та не колдовала, она перенаправляла свою ярость в родную ей стихию — пламя.

Пока воздух платформы искрил и чуть ли не плавился, Ави выцелила спину старика и крикнула:

— Депульсо! — Сбивающие чары были с легкостью отклонены в сторону Гермионы, пока та прикрывала странный тандем Сириуса и Северуса.

Гермиона резко крутанулась на месте, пропуская заклинание Ави, и в тот же миг Сириус метнул ей за спину Разоружающее, ибо ему удалось просчитать, куда переместится Дамблдор. Так и случилось — зеленый луч Убивающего проклятья встретился с алым лучом, и это дало Гермионе момент отскочить в сторону. Снейп незамедлительно оттащил ее подальше, ибо Альбус свободной рукой метнул пару молний в ее голову.

— Сосредоточься! — крикнул он ей, и сам же попал впросак. Связь заклинаний разорвалась, и Дамблдор не преминул этим воспользоваться. Он увернулся и от огненного шара Апполин, и от последующего Парализующего заклинания Сириуса, после чего рассек воздух палочкой. Раздался свист.

Одна секунда промедления могла стоить им всем жизни — искривленное пространство лезвием пронеслось параллельно платформе, норовя рассечь всех пополам, благо троица мгновенно припала к земле. Сириус тут же вскочил и резко зашел Альбусу вбок. Взмахнув палочкой, он намеревался ослепить старика, однако Слепящие чары ударились в ветхий свод арки — Дамблдор аппарировал за спину Снейпа и незамедлительно послал Убивающее проклятье прямо в него. Северус же последовал примеру Гермионы, он извернулся, пропустил заклинание мимо, позволил Чарам помех Авелин попасть в цель и, воспользовавшись тем, что старик принял их Щитовыми чарами, метнул сдвоенное Оглушающее.

— Дерзость! — Дамблдор отклонил одно из них прямо в пикирующую ему на голову Апполин, отчего ту отбросило в воздухе, второе принял Разоружающим, однако поддерживать столкновение заклинаний не стал, и на то была причина.

Апполин — вейла. Не человек. Людские чары хоть и имели против нее силы, но волшебная кровь работала у женщины на всю мощь, посему в оглушении она побыла секунды две от силы. Это дало ее ярости раскалиться добела. Ревя и рыча, она собрала пламя в очередной огненный шар и двумя руками с силой метнула его в Дамблдора. Тот, разорвав связь заклятий, отклонил Останавливающие чары Гермионы и одновременно аппарировал прочь от огненного шара. Троица на платформе приготовилась принять взрыв на себя, однако его не было — все пламя оказалось собрано Дамблдором и пущено кинжальной струей прямиком в Авелин. Для нее это стало сигналом к тому, что в низине оставаться ныне небезопасно, старику надоели ее выходки. Струя огня просвистела мимо ее уха, оставив сильный ожог на щеке, однако эта боль дала возможность адреналину побудить Ави вскочить на платформу... и словить заклинание Сириуса. Тот решил заморозить ноги старика дабы хоть на время лишить его возможности аппарировать по полю боя, но Альбус, видя, как Ави забирается на платформу, отклонил замораживающий луч в нее, попутно многократно усилив. Такие чары могли бы запросто убить девушку, превратив ее в ледяную статую, более того, чары достигли цели, и Ави отправилась прямиком на свидание со смертью, если бы не Апполин. Та обостренным до предела зрением увидела, как голубой луч просвистел в сторону Ави, и поняла, что к чему. Она спикировала к девушке и окружила ее своим пламенем. Огонь и лед вступили в схватку, и оба проиграли, дав Авелин возможность пожить немного дольше.

— Опять ты?! — процедила она, видя, как Апполин взмыла в воздух вновь и принялась собирать пламя вокруг себя. — Подумай о себе, тупица! Придумай что-нибудь! (фр.)

Она и придумала. Вейла явно что-то затеяла, раз перестала поливать поле боя огнем. Вместо этого она испускала пламя и тут же сдавливала его в своих руках. Махнув на это рукой, Ави ринулась в гущу сражения, добежав до троицы, она вскинула руку с палочкой. Одна мысль пронеслась уже у четверых, и эта мысль обернулась одновременным выкриком:

— Экспеллиармус!

— Экспеллиармус!

— Экспеллиармус!

— Экспеллиармус!

Сразу четыре красных луча пронеслись в сторону Дамблдора, однако он не аппарировал и не отвел заклинания в стороны. Нет, он сделал нечто более интригующее — три алых луча он принял уже своим Разоружающим заклинанием, поднял левую руку, и из пальца выстрелила белая молния, что столкнулась с четвертым лучом. Альбус со вскинутыми руками боролся с нарастающим напряжением в правой руке — удерживать три заклинания было занятием очень и очень непростым, но сделал он это не потому, что так более эффектно. Он почувствовал, как воздух в амфитеатре перестал быть холодным, напротив, поднялся сильный жар. Над их головами Апполин нагрела в своих руках огонь до такой степени, что тот обернулся слепяще белой шаровой молнией, и приготовилась превратить Дамблдора в пыль.

— Дура!!! — все, что успела выкрикнуть Ави.

Альбус сразу понял, почему вейла перестала атаковать — она готовилась. Собственно, поэтому он дал ей эту возможность, удерживая четыре Разоружающих заклинания. Старик припал на колено, резко поднял руки вверх и свел их воедино. Золотистое зарево от столкнувшихся заклинаний он поднял над головой, и именно туда угодила шаровая молния. За миг до катастрофического взрыва Северус понял, что никакие защитные чары их не уберегут, они покойники. Так что он решился пойти на риск: облачившись черным дымом, он пронесся по платформе, сбивая с нее всех оставшихся, после чего укрыл собой Луну. У Снейпа теплилась надежда, что старику не удастся среагировать, но увы, ему удалось. Когда прогремел взрыв, Альбуса у арки не было.

Взрыв оказался такой мощи, что стены амфитеатра стали осыпаться, ступени близ платформы разнесло в пух и прах, но вот что странно — ни сама платформа, ни арка не пострадали. Пыль еще не успела осесть, как раздался спокойный голос Дамблдора:

— Инкарцеро, — откуда-то из облака пыли вылетели веревки и сбили Апполин в полете. Та рухнула по другую сторону платформы.

Вейла временно выбыла, и слава богу, подумала разъяренная Ави, однако та увидела, как обломки камня взмыли ввысь и понеслись в их сторону, прямо на лету превращаясь в заостренные шипы. Северус витиевато взмахнул палочкой и отскочил в сторону, продолжая сражаться с Альбусом. Червоточина, что он образовал, засосала шипы внутрь, как и пыль в амфитеатре. Видимость была восстановлена, и очень вовремя. Теперь вся группа оказалась в низине.

— К черту! — рявкнул Сириус.

Зажав в зубах палочку, он превратился в черного пса и понесся прочь от сражения. Могло казаться, что тот струсил, но нет, Сириус решил действовать иначе — он стал носиться вдоль стен амфитеатра, скрываясь в полумраке и продолжая напрягать старика. Гермионе, пусть та и поняла, чего добивается Сириус, пришлось теперь нелегко. Она полностью ушла в оборону, позволив пробивной Ави и атакующему Северусу теснить старика... и это сработало. Дамблдор все также держал их в ежовых рукавицах, не позволял им найти его слабые зоны, держал на коротком поводке, но понемногу тот начал сдавать. Он успел вовремя аппарировать с платформы, но ударная волна все-таки вынудила Дамблдора наколдовать барьер. Тот взрыв травмировал его руки, лишив от отдачи чувствительности. Попутно с этим он пару раз краем глаза видел мелькавший во мраке собачий силуэт, однако Ави пошла на опережение.

— Фумос! — из кончика ее палочки вышел густой черный дым, который она постелила по всем ступеням амфитеатра на уровне бедер. Дым не имел запаха, так что Авелин понадеялась, что Сириус в обличье пса вынюхает старика.

Одновременно с этим Апполин, видимо, надоело валяться на ступенях связанной. Она взревела, все ее тело покрылось голубым ярчайшим пламенем, и даже веревки Дамблдора дали слабину. Вейла взмыла ввысь, у нее над головой образовались огненные сферы, которые нещадно взрывали все пространство вокруг Дамбдлора, и теперь ситуация изменилась. Раньше Дамбдлор защищался, дабы контратаковать, теперь же он просто... защищался. Неосознанный тандем двух француженок вынудил его прекратить аппарировать. Перемещаться в дыму он не мог, ибо Нацеленность перестала работать — старик понятия не имел, что творилось на земле и ступенях, плюс Сириус рыскал в дыму, а это не давало Альбусу возможности сконцентрироваться. Платформу же оккупировала Апполин, едва он перенесется к ней, как тому придется пусть и на время, но заняться ей, а это даст шанс остальной группе. Те же решили поступить иначе. Не прекращая поливать Альбуса заклятиями, они по одному забрались на платформу, и теперь лишь он один оказался в низине. Поединок прервался.

— Что, старик, зажали мы тебя? — издевательски пропела Ави, запоздало поняв, что ее дым сыграл ключевую роль. Сейчас он полностью скрыл амфитеатр, превратив его в черную чашу. — Старость на радость, и все такое?

— Вы правы, и все такое, — Дамблдор согласно кивнул, все еще ощущая онемение в руках, как и подкравшееся истощение. — Как вы верно подметили, староват я стал для такого.

— Играешь на нашем чувстве стыда? — Северус удерживал того на прицеле палочки, как и Апполин со своими огненными сферами. Гермиона стояла впереди всех, готовясь выставить самые мощные щиты, на какие она способна.

— Ох, нет, не совсем, — Альбус хмыкнул, — всего лишь заговариваю тебе зубы. Я ведь в этом мастак.

— О чем это ты?

— Один против пятерых, хм? — старик обвел взглядом группу на платформе и развел руки в стороны. — Как интересно. Признаюсь, давно я так не волновался. Что ж, если вы позволите, я внесу небольшое изменение в этот несправедливый баланс. ФОУКС!

Прежде, чем группа успела среагировать, на парящую Апполин спикировал феникс Дамблдора, и на сей раз он был громадным. Альбус наверняка усилил его своей магией, ибо теперь он казался в размерах больше человека. Теперь две птицы сражались не на жизнь, а насмерть. Чаша весов дрогнула.

— Ах, ты... — не успела Ави выругаться, как услышала за своей спиной хлопок аппарации и тихий шепот Убивающего проклятья.

"Пиздец..." — возможно, именно эта мысль стала бы для нее последней, однако ее спасла Гермиона. Та стояла в стороне сбоку и среагировала молниеносно.

— Экспеллиармус! — алый луч ударил по зеленому под прямым углом, дав Ави шанс круто развернуться.

— Петрификус Тоталус!

Парализующие чары Ави Альбус принял щитом, заколдованным свободной рукой, ибо Северус не стал долго ждать. Козырь, который тот хотел разыграть, вышел наружу.

— Сектумсемпра!

Его собственное заклинание, его гордость и гадость. "От врагов" — так он описывал его в своем учебнике по зельеварению. Это заклинание невидимыми лезвиями резало человека — очень сильно, глубоко и резко. Снейп едва не убил им Эмбер, теперь оно нашло свою истинную цель. И Дамблдор ответил жестокостью на жестокость. Мановение палочки — и заклинание срикошетило Гермионе прямо в лицо. Раздался звук рассекаемой плоти, следом последовал громкий вскрик. Гермиону слетела с платформы, выбыв окончательно, она скрылась в дыму... и передала эстафету Сириусу. Пока Альбус занимался Ави и Снейпом, из черного дыма выпрыгнул громадный пес. Одним махом вскочив на платформу, пес на лету преобразился в яростного Сириуса, и это стало для старика неожиданностью.

— БОМБАРДА! — сила взрывного заклинания была колоссальной, но Альбус справился и с этим, он попросту перенаправил его в воздух. Он не шибко беспокоился за Фоукса, ибо тот переродится в случае чего, да и потом, он мог зашибить таким взрывом вейлу.

Альбус ошибся с самого начала. Как только он оказался в Министерстве, Дамблдор счел лишь Сириуса и Северуса достойными противниками, однако все оказалось как раз наоборот. Эти двое теперь лишь защищались, тогда как сверху мелким дождем заморосил алый дождь. Апполин пребывала в такой безумной ярости, что даже магически усиленному Фоуксу было не избежать своей участи. Вейла вцепилась фениксу в оперение, круто развернулась в воздухе, пропуская заклинание Сириуса, а затем широко разинула свою птичью пасть. Феникс, чья голова оказалась зажатой в клюве Апполин, попытался испепелить ее изнутри, он вспыхнул и загорелся. Его панический клекот только подлил масла в огонь, ибо впервые за многочисленные жизни его оппонентом стала чистокровная вейла. Делакур буквально всосала пламя Фоукса в себя и перекусила его череп, умертвив окончательно и бесповоротно. Она оторвала голову от шеи уже мертвой птицы, сплюнула ее в сторону, после чего пронзила птицу когтями и с маниакальным ревом разорвала феникса на части, вызвав тот самый дождь. Видя, как Альбус теснил Авелин, та спикировала вниз и, подхватив девушку за талию, взмыла в воздух.

— Господи, ну ты и психичка! — Ави с отвращением попыталась отстраниться от окровавленной Апполин. — Ладно, черт с этим! Летай вокруг, я попробую достать его с воздуха! (фр.)

Битва продолжалась. Сириус и Северус одновременно поймали своими заклинаниями зеленый луч Дамблдора, тогда как Ави метнула Разоружающее в старика. Альбус церемониться не стал и пошел ва-банк — отвел связь заклятий в сторону и аппарировал прямо в воздух, туда, где летали француженки.

— Депульсо, — сила Сбивающих чар и его ярость за смерть Фоукса откинули их двоих к стене и приложили так, что Апполин и Ави рухнули ну ступени амфитеатра без сознания. Черный дым тут же рассеялся.

Параллельно с этим Северус взмыл ввысь в дымном облачении. Как старик играл грязно, так и он последовал его примеру. Два события случились в один миг. И Северус, и Альбус, они оба заполучили в свои руки заложника. Снейп метнулся к полуобморочной Луне и перенес ее на платформу с палочкой у шеи. Альбус же с воздуха аппарировал прямиком к Сириусу и парализовал его. Теперь оба прикрылись другими, как щитом, стоя друг напротив друга. Битва остановилась вновь.

— Отпусти его, — Северус старался перевести дыхание от такого затяжного поединка, как и Дамблдор, впрочем.

— Не думал, что тебя вообще волнует его судьба, — тот вскинул брови. — Я поражен.

— Плевал я на него, и это нас разнит. Тебе ведь нужна Луна, да? Что за козни ты строишь за нашими спинами, старик?

— Как будто я так просто дам тебе ответ, — Альбус усмехнулся, однако Северус увидел в его глазах проблеск тревоги.

— Я не сомневался в тебе. Нужна Луна? Забирай.

Северус вспомнил слова Дамблдора перед началом поединка. Из всей их группы только Луна Лавгуд останется нетронутой. Причем не просто убитой или раненой, а именно нетронутой. Из этого он сделал ключевой вывод — его заложник был важнее. Снейп толкнул Луну вперед, вскинул палочку, нацелился на ее спину и проговорил:

— Сектумсемпра.

— НЕТ!

Альбус не ожидал такого, и это было Северусу только на руку. Дамблдор с паникой на лице отшвырнул Сириуса прочь и отклонил заклинание, и это стало его роковой ошибкой, ибо вслед за первым заклинанием последовало второе, ускоренное и усиленное эйфорией и злобой Снейпа. Вместо нескольких лезвий, тот создал одно единственное, которое резануло старика в живот и отшвырнуло к арке. Величайший волшебник всех времен проиграл, будучи скованным важностью Луны и приказом Эфеба.

— Ах ты, выродок, — он прижал руку к животу, откуда стекала кровь.

— Вспомни то, что я сделал в твоем кабинете. Я не намерен играть честно. Я знал, что ты замешкаешься, потому пошел на такое, — Снейп с жадностью смотрел, как старик пытался залечить рану, но знал, что тому это не удастся, ибо это заклинание было "от врагов". К тому же он видел, как длительное сражение истощило Альбуса. — Ну же, ублюдок, что ты выкинешь на этот раз? Ты без феникса, я — без этой вшивой шайки. Остались мы вдвоем.

Они оба подняли палочки и направили их друг на друга. Воцарилась тишина. Оба понимали, что теперь все решит один момент, одно заклинание, одно стремление. Сейчас.

— Экспелли...

— Авада...

Дамблдор стоял спиной к колыхающемуся черному гобелену, и именно оттуда высунулась чья-то рука. Схватив Альбуса за ворот мантии, некто с умопомрачительной силой втянул раненого внутрь, и тот исчез. Ткань тут же успокоилась.

— Что за?!

Снейп так и стоял с поднятой палочкой и адреналином в крови, силясь понять, что вообще сейчас произошло. Мгновение назад старик находился прямо перед ним, уставший, раненый и решительный. Находился...

Внезапно со стороны ступеней раздался крик, полный боли. Гермиона пришла в себя после падения и заклинания Северуса и теперь стонала где-то внизу. Мелькнула тень — это Сириус, освободившийся от паралича, метнулся к ней.

— Все хорошо, сейчас, дай я осмотрю твое лицо, — донесся его тихий дрожащий голос, — ничего, ничего, сейчас. Эпискеи. Черт, не помогает.

Луна, совсем недавно побывавшая в заложницах, все смотрела на арку, ее ладонь стискивала кулон с такой силой, что вот-вот из ладони засочится кровь. На окружающих ей было плевать, зов арки усилился. Она была рядом. Мама...

Сириус поднялся на платформу вместе с Гермионой в обнимку. Как только Северус увидел ее лицо, как мигом пришел в чувство. Стараясь зацепить Дамблдора, он ненароком изувечил ее, оставив глубокий кровоточащий рубец. Рана наискось рассекла Гермионе бровь, глазницу и обе губы, и теперь девушка осторожно ощупывала то место, где когда-то был левый глаз. Тот попросту вытек.

— А ничего другого тебе в голову не могло прийти, идиот? — прорычал Сириус, успокаивая бледную Гермиону.

— Вулнера Сонентур, — Снейп подошел к девушке и палочкой провел по кровоточащей ране. — Если ты не заметил, мы все были в шаге от смерти, — он огрызнулся, косо поглядывая на пребывающую в трансе Луну, — так что пришлось действовать наверняка. Я успел его достать.

В этот момент на платформу приземлилась Апполин с Ави. Едва вейла отпустила ее, как Авелин подбежала к Северусу и со всего размаху влепила пощечину.

— Ты совсем в к'гай охуел, ублюдок?! — завопила она, пальцем указывая на раненую Гермиону и Луну. — Посмот'ги, что ты натворил! Решил п'гик'гыться девочкой как щитом?! — она замахнулась еще раз, но подоспевшая Апполин перехватила ее руку.

— Перестань!

— Ты вообще не лезь, сука! — Ави сошла с ума от ярости. — Ты видно думала, что после этой потасовки я кинусь обнимать тебя?! Пару раз защитила меня, и что?! Лучше бы дочь свою так защищала!

— Ави, тебе надо успокоиться, — Сириус пытался было ее утихомирить, но та обозлилась пуще прежнего.

— Успокоиться?! Эта летучая мышь сделала нашу заучку уродиной, попутно взяв Луну в заложницы!

— Ну спасибо за уродину, — тихо хмыкнула Гермиона, приняв новую деталь на своем лице. Ави осеклась.

— Э... а ты чего такая спокойная?

— По двум причинам, — она отстранилась от Сириуса, — во-первых, как я поняла, Дамблдор ранен той же мерзостью, что наградила меня шрамом, — в ответ на это Снейп мрачно кивнул, — во-вторых, раньше я думала, что эта арка как-то связана со Смертью, ведь Луна слышала свою маму. Однако Дамблдор исчез рядом с гобеленом.

— Кто-то втащил его туда, — Луна все не отрывала взгляд от арки, — я видела чью-то руку. Это не Арка Смерти, но нечто... иное. Портал.

— Чего-чего? — Ави опешила. — Какой к черту портал? Луна, солнце мое, как ты...

— Есть кто-то по ту сторону, — ответила она просто и незатейливо, — а значит, за гобеленом кто-то стоит.

Все переглянулись. Вывод напрашивался сам собой — проследовать за раненым Дамблдором дальше, но страх неведомого тормозил их.

— Старик сказал, что по его команде Отдел будут штурмовать, — Сириус нахмурился, — но команды не было.

— Зато была сработавшая сигнализация, — процедил Снейп, не отрывая взгляда от гобелена, — твою ж...

— Значит, тела мы заб'гать не можем, потому что Министерство на ушах, — подытожила Ави, — и последовать за стариканом тоже не в состоянии, потому что ссымся этой арки. Блеск.

— Ну... что-то типа того, — Гермиона кивнула, — ссымся.

Ави и Гермиона посмотрели друг на друга и одновременно прыснули. Прежде непримиримые, теперь их связывало нечто большее, чем просто знакомство. Они прикрыли друг другу спины, и огрубевшая Ави неохотно приняла Гермиону в свое сердце. Глядя на это, Апполин тихонько улыбнулась. Ей-то оставалось о таком только мечтать.

— Как выберемся отсюда, дам тебе адресок одного ателье, — Ави хлопнула Гермиону по плечу, — там тебе сделают модную повязку.

— Как тебе сделали твой прикид?

— Ну-у, да, но... а... а...

Ави неожиданно осеклась и медленно повернула голову в сторону Апполин. Перед ней внезапно предстала горячо любимая женщина, которая почему-то вдруг стала не такой, как раньше. На шее женщины красовался рубец, а лицо было измазано кровью. Та далеко не ушла и вовсю пялилась на то, какой тощей и осунувшейся стала Авелин.

— М-мадам Делакур? (фр.)

— Ави, солнце! — женщина подбежала к ней и приложила теплые ладони к ее щекам. — Бог ты мой, что с тобой стряслось?! И где это мы?! (фр.)

— Это я у вас хочу спросить! Вы вся в крови! (фр.)

Сконфузившись, они принялись осматривать друг друга, и в этот самый момент произошло два события: страшный крик неверия Гермионы, что вцепилась пальцами в новенький шрам на лице, и хлопок столкнувшихся заклятий. Сириус и Северус будто вмиг обезумели, два зеленых луча боролись за превосходство, между ними полыхало золотистое пламя.

— Я убью тебя! Я УБЬЮ ТЕБЯ! — ревел Сириус, всем телом наваливаясь на палочку.

Северус же молчал, он с неприкрытой ненавистью буравил своего злейшего врага взглядом. Золотое пламя освещало их лица — серые, изнуренные, дикие. Будто в их жизни кто-то дернул рубильник, высвободив весь негатив, что таился в их душах.

— Ну попробуй, — Северус прошипел сквозь зубы и приготовился разорвать связь, чтобы полоснуть псину Сектумсемпрой, но до этого, к счастью, не дошло.

Как по щелчку пальцев к ним всем вернулось понимание. Оборвался вопль Гермионы, Ави и Апполин отпрянули друг от друга, первая с отвращением на лице, вторая — с изумлением. Два Убивающих проклятья одновременно потухли, дуэлянты недоуменно воззрились друг на друга и в один голос закричали:

— Ты чего удумал?!

— Что ты творишь?!

Все присутствующие замерли. На пару мгновений нелепый абсурд накрыл их глаза руками и очень заботливо убрал из их сознания одного человека — причину, по которой они все были здесь, и ее последствия. Из-за него Апполин пошла на непростительный грех, а Авелин возненавидела некогда любимую женщину и мать своей подруги. Из-за этого человека два злейших врага вынужденно пожали друг другу руки, именно по этой "причине" Гермиона приняла свой шрам на лице. Одновременно с этим группа внезапно вспомнила слова Альбуса Дамблдора перед началом схватки. Слова, которые они вместе отложили на потом, готовясь дать бой.

Он тоже здесь, прямо сейчас. Смотрит на нас, выжидает нужного момента, чтобы...

— В нее кто-то вошел, — мечтательно сказала Луна, она отпустила кулон на своей шее и пальцем показала на арку, — совсем недавно. Я увидела его спину.

Все мигом отбросили придурковатость Луны и ее пространные речи. Подтверждением ее слов служил черный гобелен, который буквально пару мгновений назад колыхался как ненормальный. Арка приняла в себя еще одного посетителя, а раз так, то вывод оставался один.

— Мы не можем позволить ему добраться до старика первым! — Северус подбежал к гобелену и обернулся к остальным. — Зная его, он без промедления убьет Дамблдора!

— Так вот, как ты себя повел, — тихо прошептала Гермиона, осознавая неприятный факт: Гарри все это время был здесь, в амфитеатре. — Нам придется идти дальше.

— Я пойду первой, — внезапно сказала Апполин под издевательский смешок Ави.

— Что, так не терпится поп'госить п'гощения? — но женщина уже не слушала. Она бесстрашно подошла к гобелену и прошла внутрь арки. — Сумасшедшая бестолочь.

Никакого сигнала они не дождались — Апполин будто в воду канула. Ни звуков, ни жестов, ничего. Это встревожило группу не на шутку, однако колебаться времени не было, ибо откуда-то сверху стали доноситься громкие голоса: ищейки нашли их. Сириус встрепенулся.

— Всё, потом будем думать, — он подошел к гобелену следующий, — нам все равно не привыкать.

Теперь исчез и он. Гермиона взяла Луну под руку и мягко сжала, пока Северус исчез в арке следом.

— Ты готова? — они посмотрели друг на друга. — Никто не знает, что по ту сторону, а ты еще несовершеннолетняя.

— Это ничего, — Луна покачала головой, — и, кстати, Авелин не права. Ты не уродина.

Поставив на сомнении точку таким своевольным ответом, две девушки вошли в объятья Смерти.