омикрон - тот самый
В моем идеализированном представлении, если человек не с уровнем эмпатии как у тумбочки, он должен как-то по-живому относиться к окружающим.И если вокруг будет вполне реальная картинка окружения, то будет странно, сверхпотребительское отношение. Черт, за очевидно выдуманных персонажей книг,кино, сериалов и мультсериалов люди переживают. а когда посреди них, и пофиг.

Там Астория попадает в прошлое и становится приёмной матерью Тома Риддла. История про беззаветную материнскую любовь.

Тощий Бетон_вторая итерация

То ли подлизнул себе с фейка, для оправдания смаргулисов, то ли читатель такой дурак, что без подсказок мастара не понимает, как нужно относиться к тексту в главе

С Эверетта, который говорил, опять таки, про то же: любая логически непротиворечивая история, которую способен вообразить человеческий мозг, с математической неизбежностью уже существует как одна из квантовых веток Мультивселенной.

, не знаю, бывают ли они именно на самом деле, но в книгах про наш нормальный мир они случаются), считающие только себя "настоящими", а остальное человечество - только существующим "для них

Бывают, кстати, и в реальности психи (то есть, не знаю, бывают ли они именно на самом деле, но в книгах про наш нормальный мир они случаются), считающие только себя "настоящими", а остальное человечество - только существующим "для них". :))

Frau Selig
Он ее пришил в итоге? ;)

Целое философское течение такое есть - солипсизм (ссылка на описание)
https://share.google/hRhGMDhKxOmmmjYQ1

виртуальной реальности, НЕотличимой от реальной по любым ощущениям

А где это вы такую виртуальную реальность видели?)

Netlennaya
Ну, философы никого не трогают, а вот психи, убеждены, что весь мир существует только ради них и с ним можно делать все, что угодно... ;)
Кстати, в связи с этим у меня частенько при прочтении всяких там литрпг возникал вопрос: те люди, которые в виртуальной реальности, НЕотличимой от реальной по любым ощущениям, намеренно играют за "зло" и убивают-пытают-насилуют НПС - они нормальны или все уже нет, столь же ненормальны, как те, кто этим занимается в реальности?

Frau Selig
Но тут есть каноничный нюанс: Реддл не мог любить никого в принципе. Не умел, не был способен.
Наверное, в этом фанфе этот момент не принят во внимание?..

После встречи Том шёл по коридору приюта и чувствовал, как в груди разрастается холодная тяжесть.

В голове уже долгое время крутилось имя. Роберт. Тот самый мальчик, которого миссис Коул предлагала Астории вместо него. «Хороший», «тихий», «без странностей».

Они хотели отдать Роберта. Забрать его. А Тома — оставить гнить здесь. Этого нельзя было простить.

Он хотел, чтобы Роберт исчез. Сам. Чтобы никто не заподозрил. Но чтобы все пожалели.

Перед глазами стояло лицо Астории, когда Коул говорила о Роберте. Её голос: «Тот ребёнок, которого я выбрала, — это Том».

Она выбрала его. Не Роберта.

Том закрыл глаза.

Он тоже сделал выбор.

Роберт спал на койке через две от его. Обычный мальчик. Русые волосы, веснушки на носу, безобидный, обыкновенный.

Том смотрел на него в темноте.

Он не знал, как это работает. Не знал, получится ли. Но он должен был попробовать.

Он подошёл к спящему ребёнку, положил руку ему на лоб, закрыл глаза и сосредоточился. Представил Роберта. Представил его мысли: такие серые, скучные, пустые. И начал вплетать в них свою.

Тёмную. Тяжёлую. Как нить, которую протягивают сквозь ткань.

«Ты никому не нужен».

«Они будут счастливы, когда тебя не станет».

«Ты им только мешаешь».

Он не знал, сработает ли это. Не знал, услышит ли Роберт. Когда он открыл глаза, мальчик напротив вздохнул во сне и повернулся на другой бок.

Том холодно улыбнулся.

Она позвала его к себе в последний день.

Двадцать четвёртое августа. Ровно пятнадцать лет назад она стояла в парке, сжимая в руках каменный шарик, и прошептала: «Покажи, когда я стану мамой». И шарик перенёс её сюда. В это время. К нему.

Том сел на край кровати, взял её руку. Лето заливало комнату светом, но она уже не смотрела в окно — только на него.

— Я хочу, чтобы ты знал, — сказала она тихо. — Я не жалею. Ни об одном дне.

— Не говори. — Его горло сжалось.

Она слабо улыбнулась.

— Том. Ты был моим сыном. И это — лучшее, что у меня было.

Он хотел ответить, но слова не шли.

— Я горжусь тобой, — сказала она. — Ты слышишь? Я так горжусь.

Том не мог говорить. Он только сжал её руку.

— Не уходи во тьму, — прошептала она. Её дыхание становилось всё тише.

Астория сжала его пальцы, и он понял — это последнее, что она может сделать.

— Я люблю тебя, мама, — сказал он тихо. — Я никогда тебе этого не говорил. Но я люблю тебя.

Мама улыбалась. Её глаза были открыты, но в них уже не было жизни. Только покой.

Том сидел не двигаясь с идеально ровной спиной. Часы на его руке тикали — ровно, спокойно, как ни в чём не бывало. Мир продолжал жить. А Том сидел в комнате, где пахло увядающими розами, сжимал руку матери, смотрел куда-то вперёд.

По его щекам текли слёзы.

Как вам ужин?

Свадьба мистера Снейпа, главы рода Принц, и девы Линь Шуан, родной сестры миссис Блэк, была назначена на двадцать второе марта. Разумеется, Джейсон не мог пропустить это событие вне зависимости от собственных желаний. Такие мероприятия не относились к числу тех, от которых можно было вежливо уклониться: род, обязательства и негласные правила магического мира не оставляли пространства для манёвра. И, разумеется, китайские родственники…

Поэтому с самого утра все Блэки прибыли в поместье жениха, чтобы участвовать в подготовке торжества. Дом Принцев, утопающий в зелени даже в первый весенний месяц, жил сегодня особым, торжественным ритмом: слуги сновали между павильонами, расставлялись столы, накрытые тонкими скатертями, а в воздухе уже витал сложный, терпко-сладкий аромат зелий и цветущих растений.

Род Принц заключал браки исключительно полным магическим союзом, без всяких, по их мнению, сомнительных излишеств вроде церковных венчаний, столь любимых Блэками. Джейсон лишь вздыхал, наблюдая за этой суетой. После первой брачной ночи ему хотелось одного — остаться в постели с женой, наслаждаясь редкими часами покоя, и никуда не спешить. Однако Сюэ была непреклонна. Замуж выходила её единственная младшая сестра, и пропустить такое событие для неё попросту невозможно.

Свадьбу решили провести в великолепном парке небольшого поместья, раскинувшегося среди холмов Сноудонии. Конец марта здесь ощущался иначе: деревья уже покрылись молодой листвой, а многие магические растения начинали цвести, словно подчёркивая значимость момента. В саду потомственных зельеваров иначе и быть не могло — каждая клумба, каждая дорожка были частью тщательно продуманного живого узора, созданного поколениями мастеров.

Джейсон взял с собой Майкла Блэквуда, и теперь они вместе с женихом устроились чуть в стороне, под раскидистым старым деревом, чтобы не мешать последним приготовлениям. Отсюда было удобно наблюдать за происходящим: за тем, как будущие гости постепенно наполняют парк, а грядущее празднество обретает зримые очертания.

Торжество ещё не началось, но в воздухе уже ощущалось напряжённое ожидание — то самое мгновение перед событием, когда всё кажется возможным.

Свадьба мистера Снейпа, главы рода Принц, и девы Линь Шуан, родной сестры миссис Блэк, была назначена на двадцать второе марта. Разумеется, Джейсон не мог пропустить это событие вне зависимости от собственных желаний. Такие мероприятия не относились к числу тех, от которых можно было вежливо уклониться: род, обязательства и негласные правила магического мира не оставляли пространства для манёвра. И, разумеется, китайские родственники…

Поэтому с самого утра все Блэки прибыли в поместье жениха, чтобы участвовать в подготовке торжества. Дом Принцев, утопающий в зелени даже в первый весенний месяц, жил сегодня особым, торжественным ритмом: слуги сновали между павильонами, расставлялись столы, накрытые тонкими скатертями, а в воздухе уже витал сложный, терпко-сладкий аромат зелий и цветущих растений.

Род Принц заключал браки исключительно полным магическим союзом, без всяких, по их мнению, сомнительных излишеств вроде церковных венчаний, столь любимых Блэками. Джейсон лишь вздыхал, наблюдая за этой суетой. После первой брачной ночи ему хотелось одного — остаться в постели с женой, наслаждаясь редкими часами покоя, и никуда не спешить. Однако Сюэ была непреклонна. Замуж выходила её единственная младшая сестра, и пропустить такое событие для неё попросту невозможно.

Свадьбу решили провести в великолепном парке небольшого поместья, раскинувшегося среди холмов Сноудонии. Конец марта здесь ощущался иначе: деревья уже покрылись молодой листвой, а многие магические растения начинали цвести, словно подчёркивая значимость момента. В саду потомственных зельеваров иначе и быть не могло — каждая клумба, каждая дорожка были частью тщательно продуманного живого узора, созданного поколениями мастеров.

Джейсон взял с собой Майкла Блэквуда, и теперь они вместе с женихом устроились чуть в стороне, под раскидистым старым деревом, чтобы не мешать последним приготовлениям. Отсюда было удобно наблюдать за происходящим: за тем, как будущие гости постепенно наполняют парк, а грядущее празднество обретает зримые очертания.

Торжество ещё не началось, но в воздухе уже ощущалось напряжённое ожидание — то самое мгновение перед событием, когда всё кажется возможным.