Круги на воде
В жопу засовывать (зачеркнуто) заливать клиззмой. Обмазываться уже предложили.
🤣

А что, собственно, тут смешного? Например, шоколадные обертывания в реальности уже давно существуют...

омикрон - тот самый
Надо, надо клизмой заливать. И назвать эту процедуру "Шоколадный глаз".

Поливаться им. :))

Обмазываться уже предложили.

— Я предлагаю не тебе, Поляков, — рявкнул Каркаров, и заботливый отеческий вид мгновенно испарился. — Ты опять, неряха, закапал едой всю мантию!

С Феячкой вопросов нет, она или тролль, или реально странная. Возможно, и то и то сразу. Плюс, возможно, писать правда хочет, но не умеет.

Это тот самый Поляков, которого любят упоминать в фанфиках?) И что, его делают каким-то гением?)

Круги на воде
Ну а что? Поляков упомянут дин разочек, мы про него ничего не знаем - значит можно написать любого, и тут у кого фантазия менее сдержанная.

ФеЯчКа кста умеет писать. У неё хороший язык и есть свой стиль. Вот эта её рваная манера повествования и парадоксальные перемены тем в соседних предложениях интересны и могли бы стать её фишкой, как автора. Но она увлекается троллингом и бесить подписчиков ей интереснее, чем тянуть сюжет. Она свои истории заводит в какое-то болото абсурда и там бросает, а читательские остаётся в ахуе недоумении чтоэтаващебыло

Круги на воде
Поляков из фанфиков это обычно единственный член команды Дурмстранга с именем. Ну, кроме Крама, разумеется.
Гений - не гений, но раз в команду попал, то не совсем дурак.

Но я не уверена, что она умеет писать иначе. Хотя я, конечно, недостаточно ее читала,

Одним апрельским безоблачным утром на Диагон-аллее появилась весьма приметная молодая пара. Джейсон Блэк и его китайская супруга чинно шли под руку в сторону банка Гринготтс, уверенно рассекая людской поток магического квартала. Джейсон, разумеется, мог воспользоваться родовым порт-ключом и оказаться у входа в банк одним мгновением, однако на этот раз уступил желанию жены и предпочёл прогулку по сердцу британского магического мира.

Сюэ с неподдельным интересом рассматривала окружающие лавки, вывески и витрины. В Англии она жила уже не первый год, но в магическом квартале прежде не бывала: британские волшебники традиционно отличались редкой негостеприимностью к тем, кто слишком явно выбивался из их привычного круга. А Сюэ выбивалась сразу во всём.Вообще, многое в британцах казалось новоиспечённой миссис Блэк странным, если не сказать — нелепым. Взять хотя бы их одежду. Зачем взрослым женщинам облачаться в эти бесформенные, унылые мантии, скрывая сам факт своего положения и достатка? С момента замужества Сюэ решительно исправила этот диссонанс и заказала себе целый гардероб привычной статусной одежды для замужних китаянок. В нём преобладали ципао строгих силуэтов, а также тщательно подобранные наряды от европейских модных домов, безупречно сочетающиеся с восточной эстетикой.

Не меньшее недоумение у неё вызывали и причёски британских ведьм. В Китае искусство укладки волос было неотъемлемой частью демонстрации статуса, возраста и семейного положения. Сейчас волосы Сюэ были собраны в традиционную причёску цзы — сложный узел на затылке, закреплённый парными нефритовыми заколками. Семья Линь веками собирала коллекцию таких заколок-артефактов, и они с сестрой, как последние представительницы рода, поделили её между собой — разумеется, с одобрения тётушки Линь Жуй.

Гордо шествуя по Диагон-аллее, Сюэ то и дело ловила на себе завистливые, а порой и откровенно недовольные взгляды британских ведьм и с трудом удерживалась от совершенно недостойного жеста — показать им язык, по-детски и с вызовом. В конце концов, она стала женой главы одного из самых богатых и влиятельных родов магической Британии. Муж полностью её устраивал: он с одинаковым равнодушием относился как к местным законам, так и к общественному мнению, а подарков делал столько, что у любой другой на её месте закружилась бы голова.

Впрочем, самые ценные из них были вовсе не золото, не артефакты и даже не книги из фамильной библиотеки Блэков. Главным подарком стала возможность свободно заниматься исследованиями в области некромантии — без запретов и лицемерных ограничений. И сейчас Сюэ была погружена в по-настоящему захватывающее дело: изучение крестражей одного необразованного, но чрезвычайно самоуверенного некроманта.

Сначала муж принёс ей медальон с запечатанными оболочками тонких тел мага. Именно на его основе Сюэ создала поисковый артефакт, способный отследить местонахождение остальных фрагментов. Второй осколок появился у них благодаря Северусу — ещё до Святочного бала. Это была древняя диадема удивительной хищной красоты, безнадёжно изуродованная варварским ритуалом.

Позже они с Джейсоном сумели определить местонахождение ещё двух фрагментов. Однако путь к ним оказался закрыт: земли рода Гонт. Даже выродившийся, этот род оставался древним магическим семейством, чья родовая защита не позволяла пройти туда ни силой, ни хитростью. Оставался лишь последний доступный осколок, и именно за ним они сейчас направлялись в Гринготтс.

Всего два дня назад, в Берне, у магического нотариуса, Рудольфус Лестрейндж подписал документы на опеку над несовершеннолетним Корвином Лестрейнджем. Вместе с этим Джейсон Блэк получил полное право распоряжаться сейфами рода Лестрейндж. Формальность, на первый взгляд, но именно она открывала им нужную дверь.

Изъять крестраж из сейфа Беллатрикс решили сегодня. Дальше тянуть было нельзя: уже в ближайшие дни Корвина должны были перевезти из швейцарской клиники, и тогда времени на подобные дела просто не останется.

Джейсон галантно распахнул перед женой массивную, окованную металлом дверь банка и пропустил её вперёд, полностью игнорируя нервный, настороженный взгляд гоблина-охранника, скользнувший по Сюэ. Тот явно не знал, как относиться к этой женщине, в чьей ауре чувствовалась сила, непривычная и неприятная для обитателей подземелий.

Операционный зал Гринготтса был оживлён, как и всегда. Маги сновали туда и сюда, кто-то нервно сжимал папки с документами, кто-то пересчитывал мешочки с галлеонами. Гоблины за стойками обменивались короткими фразами с клиентами, их острые лица светились профессиональным, хищным удовлетворением.

Мистер и миссис Блэк подошли к свободному гоблину у стойки информации.

— Нам необходимо посетить сейф моей племянницы, Беллатрикс Лестрейндж, — ровно и спокойно произнёс Джейсон, выкладывая на стойку золотой ключ от сейфа.

Гоблин внимательно осмотрел ключ, проверил его магическую подпись и, коротко кивнув, поднял взгляд.

— Разумеется, мистер Блэк. Прошу вас и вашу прекрасную супругу следовать за мной.

Он вышел из-за стойки и направился к противоположному концу зала, где за массивной дверью начинался спуск к тележкам, ведущим в глубины хранилищ Гринготтса.

Гоблинские «русские горки» не произвели на супругов Блэк ни малейшего впечатления. Резкие повороты, падения и подземные тоннели лишь вскользь напомнили Джейсону некоторые операции из прошлой жизни, а Сюэ и вовсе сохраняла безмятежное выражение лица. Наконец, тележка замерла, и массивная дверь сейфа распахнулась, открывая взору ослепительное зрелище.

Хранилище Беллатрикс Лестрейндж было забито золотом до отказа. Монеты, кубки, украшения и слитки лежали беспорядочными грудами, отражая свет магических светильников холодным блеском. Среди этого хаоса одна вещь выделялась особенно: в отличие от всего прочего, она не валялась среди груд золота.

— Вот это, — спокойно сказала Сюэ, безошибочно указывая на золотую чашу, установленную на изящной подставке в самом центре сокровищницы.

Джейсон скользнул по помещению равнодушным взглядом, будто находился не в родовом сейфе среди приданного собственной племянницы, а на заурядном складе. Он достал из сумки с расширением компактный контейнер для особо опасных артефактов — чёрный матовый куб с рунической гравировкой — и следом две пары защитных перчаток из драконьей кожи.

Работали они слаженно, без слов. В четыре руки, аккуратно и без суеты, супруги подняли чашу и поместили её внутрь контейнера. Крышка замкнулась с тихим щелчком, и куб исчез в сумке Джейсона, будто там и был всегда.

— Это всё, можно ехать обратно, — ровно произнёс он, оборачиваясь к гоблину.

Уже в тележке Сюэ повернулась к мужу и, чуть прищурившись, улыбнулась:

— Кстати, дорогой. Сегодня в Министерстве магии открывают приём заявок на досрочную сдачу СОВ. Ты обещал Гермионе, что она сможет уже этой осенью поступить в колледж магического права при Салемской академии.

Джейсон устало вздохнул. Дел действительно было много, и список задач только рос.

— Дорогая, а ты не могла бы сходить с ней и подать заявление? — после короткой паузы спросил он. — У меня намечается деловая встреча. Или, может быть, попросить Андромеду?

— Не надо, — тут же отрезала Сюэ. — Анди ты и так загрузил сверх всякой меры. Я сама схожу с девочкой, артефакты никуда не убегут. Кстати, спасибо тебе за новый сейф. Он прекрасно экранирует эманации магии смерти, — добавила она с очаровательной улыбкой.

Гоблин-возница заметно вздрогнул и поспешно отодвинулся подальше, старательно избегая смотреть в сторону миссис Блэк. Сюэ этого не заметила или сделала вид, что не заметила вовсе. Гоблины всегда казались ей забавными: живут под землёй, ворочают несметные богатства и при этом до дрожи боятся магов смерти.

Возвращаться обратно супруги решили при помощи семейного порт-ключа. Всё-таки при них находился артефакт, ценность и опасность которого не стоило демонстрировать.

древняя диадема удивительной хищной красоты, безнадёжно изуродованная варварским ритуалом

С осени прошлого года жизнь Гермионы Грейнджер изменилась до неузнаваемости. В какую сторону — к лучшему или к худшему — девушка до сих пор не могла сказать с уверенностью. После заключения контракта её мир не раз переворачивался с ног на голову, а затем вновь вставал на место, но каждый раз — уже другим, непривычным, лишённым прежней наивной целостности.

То, что Гермиона узнала за последние месяцы о магическом мире, поразило её в самое сердце. Разумеется, она и раньше знала об ограниченных правах маглорождённых и собиралась бороться с этим — последовательно, упорно, не отступая ни на шаг. Однако истинные масштабы происходящего стали ей ясны лишь после месяца, проведённого в библиотеке Блэк-хауса. Старые фолианты, архивные отчёты Визенгамота, сухие формулировки законов и подзаконных актов складывались в пугающе цельную картину.

Осознание того, насколько близко она была к катастрофе, пришло сразу после медицинского обследования. Профессор Снейп без лишних эмоций и преувеличений объяснил, к каким последствиям могут привести зелья ментального воздействия — особенно любовные, которыми её опоили. Тогда Гермиона впервые по-настоящему поняла, что подобные составы просто невозможно использовать без ведома школьной администрации и медицинского контроля.

Одним росчерком пера мистер Блэк сделал для неё больше, чем директор Дамблдор и профессор Макгонагалл вместе взятые. Это открытие оказалось болезненным. Когда твои представления о мире рассыпаются в одно мгновение, больно не только от утраты иллюзий, но и от осознания собственной беспомощности.

Тяжелее всего было смириться с отсутствием людей, которые действительно тебя понимают. Ещё тяжелее — признать, что таких людей в её жизни нет и, возможно, никогда не существовало.

Мистер Блэк относился к ней внимательно, пусть и по-своему. Он проверял выполненную работу, давал задания, требовал отчётов и безжалостно заставлял тренироваться физически. При этом он был совершенно не толерантен и категорически отвергал некоторые общепринятые в обществе теории. Раньше Гермиона ни за что не доверилась бы человеку вроде Джейсона. Если он говорил, что женщине на войне делать нечего, переубедить его было невозможно. Любая попытка настоять на своём заканчивалась удвоенным количеством тренировок и дополнительных заданий.

Это задевало, было обидно и раздражающе несправедливо. Однако с появлением госпожи Линь всё это как-то отошло на второй план.

Сначала эту даму они с Гарри не восприняли всерьёз. Спокойная, сдержанная, изящная в своих движениях, она не походила на тех людей, чьё присутствие может повлиять на расстановку сил. Потом Гарри выяснил род её занятий — и это откровение шокировало Гермиону. К тому моменту Джейсон уже успел основательно вбить племяннице в голову простое, но жёсткое правило: сначала нужно собирать и анализировать информацию и лишь потом предпринимать какие-либо шаги. Причём какими именно будут эти шаги, можно решать только после кропотливой и беспристрастной работы с фактами.

Поэтому, как прилежная ученица, Гермиона отправилась в библиотеку — на этот раз в раздел магического права. И там её ждало новое потрясение. Оказалось, что во многих странах мира в структуре магической полиции абсолютно легально работают эксперты-некроманты. Не подпольные персонажи и не полулегендарные изгои, а специалисты с прекрасным образованием, лицензиями, контрактами и чётко прописанными полномочиями.

Именно с этого момента Гермиона неожиданно для самой себя всерьёз заинтересовалась магическим правом.

А потом всё снова изменилось. Мисс Линь стала невестой мистера Блэка, и мир в очередной раз сместился, готовя новые вопросы и новые, ещё не до конца осознанные ответы.

Эта женщина разительно отличалась от всех, с кем Гермионе доводилось общаться прежде. Впервые в жизни девушка столкнулась с по-настоящему восточным менталитетом — цельным, иерархичным и лишённым привычных для неё полутонов.