Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Портрет давно опустел: очевидно, Септимус отправился проверить, как дела у супруги, а Северус все лежал без сна. Разговор с прадедом не на шутку взволновал его, и, несмотря на чудовищную усталость, он никак не мог уснуть. Северус прекрасно понимал, что прадед был абсолютно прав. Попытка в одиночку обезглавить разрастающуюся с каждым днем армию Пожирателей смерти, лишив ее самых выдающихся и жестоких последователей Темного Лорда, и главное — расправиться с тем, кто заварил эту кашу, почти наверняка кончилась бы для Северуса трагически. И мало того, что он умер бы и, скорее всего, умер в невообразимых мучениях — его смерть стала бы абсолютно напрасной, поскольку он не довел бы до конца то, за что боролся и в прежней жизни. А вот этого допускать было никак нельзя. Тем более что, зная его друзей, они все равно не остались бы сторонними наблюдателями в то время, как темные и светлые маги косили друг друга направо и налево. В принципе, они уже и сейчас поговаривали о противостоянии Темному Лорду и не сомневались, что именно с этой целью и создан их тайный кружок ЗОТИ.

«Значит, тебе придется уподобиться Дамблдору и взять на себя роль полководца, посылающего солдат в самое пекло? — язвительно поинтересовался внутренний голос, бывший, как подозревал Северус, гласом его совести. — Тоже будешь рассуждать о великой силе любви и вербовать сторонников, оставаясь при этом в безопасности?»

«В том-то и разница, что я НЕ собираюсь отсиживаться в стороне, направляя и дергая за ниточки, как это делал Дамблдор. Я объясню Ремусу, Джеймсу и Сириусу нашу задачу и попробую с их помощью убрать ключевые фигуры с этой шахматной доски. Тогда остальные разбегутся сами, как это произошло во время прошлого падения Темного Лорда в ночь на Хэллоуин восемьдесят первого. И, разумеется, не стану посвящать их в свои планы раньше, чем им исполнится по шестнадцать лет и они как следует овладеют защитными и атакующими чарами. На это уйдет еще минимум полгода».

«А что с крестражами? — снова подала голос совесть. — Продолжишь искать их в одиночку или все-таки привлечешь к поискам Мушкетеров?»

«Пока это будет возможно, постараюсь держать их подальше от столь Темной магии. Кроме того, мне нужно расправиться с Темным Лордом самолично».

«Гордец! — фыркнула совесть. — Готов ради вендетты поставить на кон провал своей миссии?»

«Не переиначивай мои слова! Я не говорю, что в любом случае не попрошу у друзей помощи, — огрызнулся Снейп, — лишь надеюсь, что сумею обойтись собственными силами. В конце концов, я намного опытнее их, а кроме того обладаю способностью чувствовать присутствие крестража».

«Ну-ну, — усмехнулась совесть, — смотри не надорвись. Лили не простит тебе, если ты бросишь ее. Снова! Пусть и во имя великой цели».

«Между прочим, если уж быть откровенным, это она меня бросила».

«Ага, после того, как ты сперва сдружился с будущими Пожирателями смерти, а потом назвал ее при всех грязнокровкой».

«Я не собираюсь сейчас обсуждать свое славное прошлое, — отрезал Снейп, а затем усмехнулся, осознавая, как глупо выглядит, вступив в перепалку с самим собой. — Было бы неплохо, если бы ты лучше придумал, как отвратить от Темного Лорда Макнейра и Эйвери. У тебя осталось не так много времени: сейчас их отцы наверняка уже познакомили отпрысков с Темным Лордом. Не пройдет и года, как они примут Метку и тут же примутся участвовать в рейдах, обагрив руки кровью сперва магглов, а потом и магов. Если уж даже пророчество, выпущенное мной на первом курсе, не возымело на этих немыслимых болванов никакого действия...»

— Мерлин всемогущий! — Северус хлопнул себя по лбу и буквально скатился с постели. — Септимус, — позвал он, глядя на нарисованное кресло прадеда, — Септимус, мне срочно нужно с вами переговорить.

— Похоже, что выспаться сегодня мне не удастся, — послышался с портрета ворчливый голос, и на холсте возник Септимус Принц собственной персоной. — Ладно — я. Как ты понимаешь, отдых мне не нужен вовсе. А вот почему ты до сих пор не в постели?

Северус улыбнулся. Мистер Принц говорил с ним так, точно забыл, что перед ним не подросток, а взрослый волшебник, волею Госпожи находившийся в теле пятнадцатилетнего мальчишки, однако, как ни странно, это было даже приятно.

— Мне пришла в голову одна идея, и я захотел обсудить ее с вами.

— В третьем часу ночи? — притворно возмутился Септимус, явно польщенный доверием, какое оказывал ему правнук.

— Ну... если вы так устали, я, пожалуй, лягу спать, — Северус нарочито сладко зевнул и потянулся. — Завтра и послезавтра я обещал Эйлин уделить внимание ей и сестре, так что в Принц-хаус приду снова, скажем... послезавтра вечером.

— Нет уж! — теперь Септимус на самом деле выглядел рассерженным. — Раз из-за тебя я был вынужден прервать беседу с супругой, изволь изложить мне свой план сейчас же!

Северус прикрыл окно, из которого потянуло ночной прохладой, и вновь устроился в кресле.

— Помните, я рассказывал вам, что на первом курсе выпустил в Большом зале мнимое пророчество по поводу Темного Лорда?

— Да, конечно, это была довольно искусная работа для волшебника, чье магическое ядро еще не работало в полную силу.

— Благодарю! — усмехнулся Снейп. — В тот раз у меня ничего не вышло. Пророчество слегка напугало слизеринцев, о нем несколько дней шушукались в коридорах. Возможно, даже наверняка, какое-то время его обсуждали родители студентов с моего бывшего факультета, но и только. Единственный плюс состоял в том, что я не попался во время проверки волшебных палочек. Теперь же мне пришло в голову проделать нечто похожее, но тем не менее принципиально отличающееся. Вы в курсе, что на факультете Слизерин существует приватная гостиная, в которой родители раз в несколько месяцев могут повидаться со своими отпрысками?

— Разумеется, — кивнул Септимус. — Я и сам бывал там несколько раз, правда, уже в качестве сперва отца, а затем и деда. Мои собственные родители были не слишком чадолюбивыми и считали, что каникул для общения со мной вполне достаточно. Вообще, в пору моей учебы, насколько я помню, этой привилегией пользовались только самые родовитые слизеринцы. А Принцы, как тебе известно, не входят в их число.

— Да, точно так же было и во времена моей учебы, а потом и деканства, — подтвердил Северус. — В отличие от родителей Мальсибера и Эйвери, моя мать не особенно рвалась повидаться со мной, а потом и вовсе умерла...

Северус зябко передернул плечами, некстати вспомнив, как стоял возле свежей могилы, с трудом сдерживая подступавшие к глазам слезы. Плакать при своем отце, которого Северус всем сердцем презирал, он считал ниже своего достоинства.

— Северус, — в голосе Септимуса послышались теплые нотки, — сейчас все совершенно по-иному. Твоя мать жива, счастлива, и, насколько я могу судить, ваши с ней отношения складываются несравнимо лучше, чем в твоей прошлой жизни.

— Да, конечно! — кивнул Северус, пытаясь отогнать болезненное воспоминание, ставшее теперь не более реальным, чем ночной кошмар. — Так вот. Я отлично помню, что Мальсибер и Эйвери с завидной регулярностью встречались со своими отцами в Хогвартсе. Поначалу примерно раз в три месяца, а ближе к совершеннолетию и принятию ими обоими Метки чуть ли не ежемесячно. Уверен, сейчас происходит точно так же. Я думаю, стоит попробовать показать им нечто страшное, такое, что заставит отцов отговорить сыновей поступить на службу Темному Лорду. И это должно быть что-то гораздо сильнее пророчества. Возможно, если бы мне удалось создать нечто вроде поддельных воспоминаний о том, как Визенгамот приговорил их обоих к поцелую дементора, они бы уже не так рвались в Пожиратели смерти.

Повисла пауза. Септимус обдумывал предложение правнука, а Северус пытался представить, как именно осуществить задуманное.

— Идея, несомненно, весьма интересна. Однако я, еще не углубляясь в тему, вижу на поверхности сразу четыре большие проблемы. Первая: откуда ты достанешь достоверные воспоминания о том, как выглядит Визенгамот. Старшие Мальсибер и Эйвери очень опытные маги, и если им всучить неумелую подделку, вряд ли она произведет на них нужное впечатление.

— С этой проблемой справиться проще-простого. Вы забыли, что я сам некоторое весьма короткое время провел в Азкабане. Дамблдор устроил из моего освобождения целое представление, включавшее в себя кресло с цепями и дементорами, стоявшими на страже у выхода из залa и готовых наброситься на меня, если мои показания не удовлетворят судей.

— Борода Мерлина! — теперь уже Септимус передернулся от нескрываемого ужаса. — Хорошо, что это тоже осталось в прошлом.

— Надеюсь, так и будет, — вздохнул Северус. — Ведь в этой жизни мне еще не исполнилось двадцати лет, так что наверняка знать пока просто невозможно. В любом случае у меня, разумеется, сохранились подробные воспоминания о том, как происходит суд, и на их основе я сумею создать подделку. Теперь, когда мы разобрались с этим вопросом, в чем состоит вторая проблема?

— Тебе придется проделывать свой трюк дважды... — начал было Септимус.

— Не придется, — перебил его Северус, — отцы Мальсибера и Эйвери очень дружны между собой и часто навещают сыновей вместе.

— Хорошо, значит, и вторая проблема отпадает, — довольно кивнул Септимус. — Тогда спрошу насчет того, как ты собираешься осуществить свой план? Ведь говорящая сфера для этого теперь не подойдет.

— Честно? Пока не знаю, — признался Северус, — я просто не успел об этом подумать, но до окончания каникул обязательно что-то придумаю. А что в-четвертых?

— Собственно, то, как именно ты проберешься в гостиную, чтобы показать Мальсиберам и Эйвери свое предупреждение? Ведь для этого нужно знать пароль, впрочем... — Септимус покачал головой и улыбнулся, — я же говорю с человеком, не только возглавлявшим факультет Слизерин, но и бывшим директором Хогвартса.

— Вот именно, — поддакнул Северус, — так что пароли мне отлично известны. Кроме того, мне кажется, я знаю кое-кого из слизеринцев, кто с большой охотой поможет мне с этим проектом.