Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Дамблдор уже несколько минут как уселся обратно в свое кресло, отдаленно напоминавшее трон, а студенты все не двигались с места. За столом Слизерина все выглядели абсолютно потерянными. Некоторые старшекурсницы тихо плакали. Регулус с отрешенным видом смотрел в одну точку. Даже без применения легилименции Северус отлично представлял, что творилось у него в голове: Блэк выглядел как человек, терзаемый угрызениями совести. Наверняка сейчас он корил себя за то, что косвенно причастен к решению Эйвери-старшего покинуть Англию и к тому, что произошло вслед за этим. С ним срочно требовалось переговорить: потеря такого талантливого союзника могла обойтись Северусу слишком дорого. Самым правильным было бы сейчас встретиться с Регулусом с глазу на глаз, однако этим намерениям Северуса помешала спланировавшая перед ним почтовая сова с большим конвертом в клюве.

— Ты подписался на «Практику зельеварения»? — поинтересовался Сириус, когда Снейп вытащил из конверта журнал в глянцевой обложке.

«Нет, но теперь придется!» — с раздражением на несдержанность друга подумал Северус.

— Да, выписал пробный номер, — сказал он вслух.

— Ну, чем займемся? — поинтересовался Джеймс, чья деятельная натура не терпела бездействия. — Раз в Хогсмид сегодня нельзя — может, организуем дополнительное занятие по ЗОТИ? Сбор часа, скажем, через полтора?

— Лучше — после обеда, — отозвался Северус.

— Неужели вот это, — Джеймс кивнул на журнал, — интереснее и важнее наших занятий?

— Ты же понимаешь, что «вот это» — моя будущая профессия? — без тени раздражения отозвался Снейп. — Так что — да, я собираюсь сначала прочитать «Практику зельеварения», а потом буду готов к любым предложениям, в том числе и к тому, чтобы потренироваться в Выручай-комнате, поскольку это и в самом деле важно.

Северус не врал. Он действительно горел желанием изучить журнал от корки до корки. Но вовсе не потому, что так уж интересовался его содержанием, — ему совсем не хотелось в очередной раз читать приторные восхваления гильдии зельеваров в адрес профессора Дамблдора, неизвестно каким образом заполучившего в свои руки патент на зелье от Драконьей оспы. Нет, вовсе не поэтому! Северус не сомневался, что в журнале спрятано послание. Оставалось выяснить, от кого?

Вернувшись в спальню, Северус улегся на постель поверх покрывала, задернул полог и принялся внимательно просматривать журнал страницу за страницей. И вот, ближе к последнему листу, между строк одной из научных статей обнаружилось короткое послание.

«Нам необходимо встретиться. Буду ждать тебя сегодня до полудня в Хогсмиде. В «Трех метлах». Приходи под чарами Конфиденциальности. Кстати, жена считает, что черный идет мне гораздо больше, чем платиновый».

Снейп, разумеется, тут же узнал каллиграфический почерк Люциуса. Наверняка случилось нечто из ряда вон выходящее, если обычно такой осторожный Малфой рискнул написать ему. Пусть даже и столь витиеватым способом. И уж раз Малфой пошел на такой риск, значит, ему действительно требовалось срочно встретиться с Северусом. Как же некстати отменили их поход в Хогсмид!

Снейп уменьшил журнал заклинанием и сунул в карман мантии.

«Кажется, Малфой решил поиграть в шпиона: «приходи под чарами Конфиденциальности…» Разумеется, а как иначе я смогу с ним встретиться в таком людном месте, как «Три метлы»? «Жена считает, что черный идет мне гораздо больше, чем платиновый…» А вот это наверняка относится к самому Люциусу. Значит, мистер Малфой явится под чарами Гламура…»

В спальне раздался взрыв, а затем грохот. Умирающие от скуки Джеймс и Сириус затеяли игру во взрывающиеся карты, купленные ими в лавке «Зонко» еще в прошлом году. Грохот же произвел Питер, от неожиданности свалившийся с кровати.

— Так! — Северус отдернул полог и решительно встал. — Пойду-ка я в библиотеку. Вы мне сосредоточиться мешаете.

— Зануда! — бросил через плечо Джеймс.

— Пироман! — не остался в долгу Северус.

Покинув Гриффиндорскую башню, Северус быстро окружил себя чарами Отвлечения внимания, однако направился он вовсе не в библиотеку, а в коридор на третьем этаже, где стояла статуя Одноглазой ведьмы. Поскольку в замке Северус мог ориентироваться с закрытыми глазами, он без труда нашел нужное место.

— Диссендиум! — прошептал он, легонько пристукнув волшебной палочкой по холодному камню.

Статуя моментально пришла в движение: горб распахнулся, открывая темный лаз, из которого пахнуло сыростью. Северус невольно усмехнулся, вспомнив, как на этом же самом месте поймал Гарри Поттера. Тогда этот несносный мальчишка только и делал, что нарушал школьные правила и постоянно влипал в неприятности. Впрочем, сейчас и сам Северус, собиравшийся отправиться в Хогсмид, несмотря на запрет директора, вел себя ничуть не лучше. Северус отлично помнил, как все произошло в тот день. Отправив своих подопечных в Хогсмид, он загрузил оставшихся в подземельях студентов первого и второго курсов дополнительной домашней работой. Разумеется, это было не слишком справедливо по отношению к ним, ведь в то время, как их старшие товарищи развлекались в Хогсмиде, младшие корпели над эссе, но иного способа выиграть хотя бы немного тишины и покоя у Северуса не имелось. Загрузив юных змеек работой, Северус закрылся в своих покоях, чтобы наконец прочитать один весьма любопытный трактат по зельям, купленный еще перед началом учебного года. Какое там! Не прошло и часа с того момента, как в гостиной поубавилось народа, а в дверь Снейпа уже ломился заплаканный и грязный с ног до головы Драко. Перемежая рассказ притворно громкими рыданиями, Малфой наябедничал своему декану, что сперва кто-то имел наглость бросаться в него навозными бомбами, а затем прямо перед ним неизвестно откуда возникла голова Поттера.

— Отдельно от тела? — уточнил профессор Снейп.

— Да. Она висела в воздухе! — подтвердил Драко.

— Хорошо. Ступайте мыться, мистер Малфой. Я во всем разберусь.

— Так вы накажете Поттера? — Малфой перестал размазывать сопли по и без того грязному лицу, и его глаза алчно сверкнули.

— Вы плохо слышите, Драко? Или вам в уши грязь попала? Я же сказал вам: я разберусь.

Выставив Малфоя, Снейп пулей понесся в коридор Одноглазой ведьмы. Откуда он знал, что Поттер обнаружится там? Где находятся все потайные ходы, ведущие прочь из Хогвартса, Снейп выяснил много позже, уже будучи директором. Именно он и запечатал все имеющиеся проходы, отлично представляя, что, а точнее, кто поджидал студентов на выходе из каждого из них. Разумеется, ученики проклинали «убийцу и Пожирателя смерти Снейпа», тогда как он просто спасал их жизни, получая вместо благодарности одну лишь ненависть. Сейчас же у него элементарно сработала интуиция. Магглы сказали бы, что его радар был настроен на Поттера. Так или иначе, Снейп появился в нужном месте в нужное время. Именно там, в коридоре Одноглазой ведьмы, в этот момент очутился Поттер, возвращавшийся из своей несанкционированной вылазки в Хогсмид. В тот вечер произошло много интересного для Снейпа и не слишком приятного для Поттера, но главное — Северус едва не конфисковал у Гарри ту самую Карту Мародеров, в создании которой он принимал участие в этой жизни.

«Как же странно все обернулось, — думал Северус, шагая по довольно широкому проходу, ведущему в «Сладкое Королевство», — если бы тогда Люпин не отобрал у меня карту в попытке спасти сына Поттера от предвзятого профессора Снейпа, я бы гораздо раньше обнаружил на ней якобы покойного Питера Петтигрю и тогда…»

Впрочем, что случилось бы «тогда» Северус так и не придумал, поскольку в этот момент он наткнулся на груду ящиков, загораживающих выход в «Сладкое королевство».

* * *

Какими бы манящими и соблазнительными ни были сладости, разложенные на полках и витринах, Северус прошел мимо них, даже не оглянувшись. Скрытый чарами Отвлечения внимания, словно мантией-невидимкой, он вышел из магазина и зашагал по центральной улице Хогсмида, направляясь к самому известному заведению — пабу «Три метлы». В паб как раз собиралась войти шумная компания, и Северус присоединился к ним, чтобы пару мгновений спустя присесть за столик в дальнем углу зала, за которым сидел волшебник самой заурядной внешности с густой копной черных как смоль волос, спадающих ему на глаза и мешавших изучать журнал «Практика зельеварения». Тот же самый выпуск, что лежал у Северуса в кармане. Перед волшебником стоял почти пустой стакан с огневиски, из чего Северус сделал вывод, что пьющий исключительно баснословно дорогие эльфийские вина Малфой смертельно напуган.

— Привет! — на грани слышимости сказал Северус.

Малфой вздрогнул, положил журнал на стол и указал взглядом на лестницу, ведущую на второй этаж.

«Уверен, что это не ловушка, подстроенная Темным Лордом? — тревожно всколыхнулось подсознание. Однако Северус моментально заставил его заткнуться. Он много лет вращался в кругу Пожирателей смерти и отлично знал все их повадки. Поведение Малфоя яснее ясного указывало на то, что он действовал по своему почину. А еще от него буквально разило не просто страхом — животным ужасом. Мерлин, что же такого должно было с ним произойти?!

Малфой отпер обычным маггловским ключом дверь в одну из комнат, которые мадам Розмерта сдавала внаем, и сделал приглашающий жест. Снейп не торопился войти. Их приятельские отношения с Малфоем не отменяли элементарной осторожности.

«Гоменум ревелио!» — мысленно произнес Северус. Комната была пуста. Это уже обнадеживало.

Пропустив Малфоя внутрь, Северус сам поставил на дверь Запирающие и Заглушающие чары. Даже если это все же ловушка, чтобы ворваться в комнату, теперь придется изрядно попотеть. А за это время он разоружит Малфоя, сотрет ему память и уйдет через окно.

— Тебе нечего опасаться, — голос Люциуса звучал хрипло, точно у него сильно болело горло. — Я пришел один. И по собственному почину. Темный Лорд не знает, что я здесь.

— А если узнает? — поинтересовался Северус, на всякий случай покрепче стиснув рукоятку волшебной палочки.

— Он убьет меня. И отца. И Нарси…