Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Вплоть до третьего в этом учебном году матча по квиддичу, состоявшегося накануне Дня святого Валентина, дела у Северуса и его друзей шли на удивление гладко. Почти как у самых обычных школьников, не обремененных ни магическим даром, ни осознанием того, что за стенами Хогвартса вовсю идет война. Они готовились к приближавшимся экзаменам, дважды в неделю устраивали дополнительные занятия по ЗОТИ — теперь практически официально одобренные директором Дамблдором, — бегали на свидания — точнее, последнее относилось к Северусу, Джеймсу и Сириусу, у которого, судя по его таинственному виду, тоже появилась пассия. Словом, вели себя как и положено шестнадцатилетним подросткам.

Несмотря на обилие домашних заданий, Северус за эти недели настолько окреп и отдохнул — исполняя данное Лили обещание он ни разу не наведался после отбоя в Выручай-комнату, — что почти играючи вывел несколько возможных комбинаций ингредиентов для будущего зелья. Разумеется, все его новые наработки требовалось тщательно проверить сперва с Септимусом, а после в лаборатории. Однако Снейп почти не сомневался — хотя бы одна из формул непременно войдет в рецепт столь необходимого им с Малфоем снадобья. Самое удивительное во всем этом было то, что все эти комбинации Северусу, можно считать, подсказали. В какой-то момент — чаще всего самый неожиданный и неподходящий — в голове начинал звучать монотонный голос, диктовавший Снейпу список ингредиентов и последовательность приготовления зелья. Когда это происходило на уроках, Северус просто делал вид, что записывает за преподавателем, однако пару раз таинственный голос — позже исчезнувший так же внезапно, как и появился — принимался за диктовку во время трапезы или когда они вместе делали домашнее задание. Дважды, когда это случилось в Большом зале, Снейп понадеялся на свою память, а потом с горечью понял, что попросту упустил момент и не сумел воспроизвести ничего из «продиктованного» таинственным голосом. А однажды вечером на его странные конспекты обратила внимание Лили.

— Сев, ты не отвлекайся от темы! Мы ведь пишем эссе по истории магии, а у тебя тут...

— Рецепт нового зелья, да... — усмехнулся Северус, машинально водя пером по пергаменту и пытаясь успеть за бубнившим в голове голосом.

— Тогда я сделаю так, чтобы тебя не тревожили, — шепнула Лили, окружив его чарами Конфиденциальности.

— Ты потрясающая! — не отвлекаясь от работы, выдохнул Снейп.

— Я в курсе, — улыбнулась своей солнечной улыбкой Лили. — Надеюсь, потом ты расскажешь мне, что это за зелье.

Северус не ответил, притворившись, что полностью поглощен своими записями. Впрочем, он уже и так знал, что не станет сообщать Лили страшную гипотезу, высказанную Септимусом. Он и без того взвалил на хрупкие плечи подруги свою самую сокровенную тайну. Северус осознанно пошел на этот риск не только чтобы продемонстрировать свое безоговорочное доверие Лили, но и с целью уберечь ее от опрометчивых поступков, свойственных многим истинным гриффиндорцам. И в конечном итоге не прогадал: всего несколько недель назад Лили фактически отвергла заманчивое предложение Дамблдора вступить в Орден Феникса. Да, Лили бесспорно была достойна доверия, однако Северус решил, что не будет посвящать ее в их с Септимусом предположения. И не только потому, что без подтверждения на практике — это была всего лишь гипотеза. Да, вполне правдоподобная, но тем не менее — гипотеза. Но главное, Северус, практически не сомневался — с таким помощником, как Септимус, ему непременно удастся решить эту сложную задачу, а значит, не стоило расстраивать Лили.

Оглядываясь назад, Снейп мог бы с уверенностью сказать, что период с середины января по середину февраля 1976 года был одним из самых спокойных в его жизни. К сожалению, выработанная годами привычка не расслабляться и в любой момент ожидать подвоха не позволяла ему в полной мере наслаждаться выдавшимся затишьем, однако, по крайней мере, у него получилось окрепнуть и набраться сил после тяжелого ранения.

А потом события понеслись вперед с такой скоростью, что Северус уже почти скучал по обычной школьной рутине.

* * *

Все началось за пару суток до Дня святого Валентина, который они с Лили собирались провести самым романтическим образом, наведавшись в воскресенье в кафе мадам Паддифут. Северус не слишком жаловал это пошловатое заведение, прямо-таки располагавшее студентов ко всякого рода глупостям. В бытность деканом Снейп обожал ловить тут нарушителей общественного порядка, целовавшихся на виду у всех, даже не потрудившись поставить чары Конфиденциальности.

Однако планам не суждено было осуществиться. Неприятности начались с, казалось бы, совершенно не относящегося к делу события. А именно с того, что команда Слизерина, в этом учебном году практически полностью сменившая состав игроков, с разгромным счетом выиграла у команды Когтеврана.

— Не понимаю, чего вы все так распереживались, — пожимал плечами Питер, глядя на расстроенные лица друзей. — Ну и что, что теперь Слизерин почти догнал нас по призовым очкам. С нами же Поттер — самый лучший ловец за последние сто лет. Я не сомневаюсь, что мы непременно выиграем.

— Да. И в прошлом году я бы даже не волновался за исход финального матча. Но в этом году, помимо моего младшего братца, который в этой игре показал настоящий мастер-класс, у змеек появились потрясающие загонщик и охотник. Оба настоящие виртуозы, в отличие от прежних, не гнушавшихся грубой игрой и постоянно нарывавшихся на штрафные. Так что да, лично я очень волнуюсь.

— Мне кажется, тебе лучше успокоиться, — невозмутимо произнес Северус. — Проиграть слизеринцам — это, конечно, не слишком приятно, но у тебя сегодня еще занятие по ЗОТИ. А преподаватель должен быть полностью сосредоточен на предмете, а не на переживаниях по поводу того, что еще не произошло.

— Легко тебе говорить! — огрызнулся Блэк. — Ты и на квиддич ходишь только для того, чтобы лишний раз пообниматься со своей невестой.

— К твоему сведению, обниматься мы с Лили можем и в гостиной. Именно для этого изобрели чары Конфиденциальности и Отвлечения внимания, которыми кто-то постоянно пренебрегает.

Это был камень в огород Сириуса. Причем камень, пущенный твердой и меткой рукой. Не далее как вчера вечером Северус увидел его в коридоре целующимся с Валери Хоббс, учившейся на параллельном курсе на Когтевране.

— Ну забыл я, забыл, — моментально полез в бутылку покрасневший как рак Сириус. Судя по тому, какую тайну обычно беспечный Блэк делал из своих встреч с Валери, относился он к ней более чем серьезно. — У меня на уме было несколько иное.

— А я разве имею что-нибудь против? — пожал плечами Северус. — Целуйся с кем хочешь. Меня это совершенно не касается.

— И кто же эта таинственная ведьмочка, по которой сохнет наш Сири? — поинтересовался Джеймс, которого очень задевала скрытность друга.

— Раз Сириус предпочитает держать это в тайне, то я, само собой, не стану его выдавать, — к огромному разочарованию Поттера произнес Северус.

— Ну ладно, ладно, все равно вы все скоро узнаете, — махнул рукой Сириус. — Это — Валери Хоббс. Кстати, если никто не возражает, я собирался пригласить ее сегодня на занятия.

— Только предупреди ее о том, что потребуется дать Клятву о неразглашении, и тогда — без проблем, пусть приходит, — кивнул Снейп. — Чем больше людей сумеет защитить себя и своих близких — тем лучше.

— Кстати, Сев, а зачем вообще нужно брать эту Клятву, если Дамблдор дал нам добро на проведение занятий? — встрял в беседу Джеймс.

— Затем, что одно дело — учить двадцать человек, и совсем другое — сто, а может и больше, — моментально отозвался Люпин. — Вы ведь понимаете, сколько студентов захотят овладеть практически необходимым в нынешней ситуации колдовством?

— А еще прибавь к этому, что к нам могут присоединиться слизеринцы, — добавил Сириус. — Прикажешь и их учить? Чтобы они потом тебе же и наваляли.

— У нас, между прочим, и так есть два слизеринца! — аккуратно напомнил Люпин.

— Регулус и Барти — практически свои люди. На них можно положиться! — к радости Северуса, заявил Блэк. — А вот насчет остальных я не был бы так уверен. Скорее, наоборот. Лично я не собираюсь учить защите детей Пожирателей смерти.

— Кстати, об учебе. Раз к нам присоединится Валери, может, сегодня занятия лучше проведет Джеймс? Чтобы ты не отвлекался, — предложил Северус.

— Нет-нет, — торопливо произнес Сириус, очевидно планировавший покрасоваться перед девушкой своими знаниями. — Я буду очень внимателен.

* * *

За обедом Северус обнаружил на своей тарелке маленький свиток пергамента, перевязанный серебряной шелковой лентой. От кого пришло письмо, сомневаться не приходилось: обычно подобные послания содержали приглашение на очередное заседание Клуба Слизней.

— Надеюсь, что ужин у профессора Слагхорна назначен не на сегодняшний вечер, — в унисон мыслям Северуса произнесла Лили, разворачивая свиток. — О! Замечательно! Он ждет нас четырнадцатого в девять вечера.

— И отлично, — кивнул Сириус, выглядевший одновременно довольным и взволнованным, предвкушая приближающуюся тренировку, а заодно и свидание. — Так вы не пропустите наше занятие.

— И чему ты собираешься сегодня посвятить тренировку? — поинтересовался Северус.

— У нас по плану магическая дуэль! — широко улыбнулся Сириус. — Без применения тяжелых заклинаний, но с выведением противника из строя.

— Не забудь перед началом дуэли повторить заклинания, которыми разрешается пользоваться во время дуэли, а то, не дай Мерлин, кто-нибудь использует Бомбарду.

— Почему ты всегда так драматизируешь?! — возвел глаза к потолку Сириус.

«Наверное потому, что я двадцать лет преподавал самый травмоопасный предмет в Хогвартсе! — подумал Снейп. — И, несмотря на все мои предупреждения, снятые баллы и царившую на уроках железную дисциплину, какой-нибудь недоумок все же обязательно умудрялся взорвать котел».

— Потому что, если что-то может пойти не так, оно обязательно пойдет не так, — отозвался Северус.

— Опять вычитал в какой-нибудь книге, причем наверняка маггловской! — тяжело вздохнул Блэк. — И не скучно тебе жить без риска, Сев?

— Представь себе — нет! — моментально ответил тот.

Слова «нам еще предстоит рисковать жизнями и не раз» едва не сорвались с языка, но Северус вовремя остановил себя. Пусть Сириус пребывает в уверенности, что его друг — перестраховщик. В той, иной жизни Северуса многое слишком часто шло не так, и сейчас он хотел сделать все возможное, чтобы это не повторилось.