Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Изготовление антидота к Изумрудному зелью заняло у Снейпа больше недели кропотливого труда, на протяжении которой он ни днем ни ночью не отходил от котла. Он был настолько занят работой, что попросту отмахнулся от трех писем подряд, присланных ему Регулусом. Что бы ни написал ему Блэк, это могло подождать до того момента, как зелье будет готово, иначе все пойдет насмарку. Однако Регулус явно так не считал. На пятый день бдения Северуса в лаборатории перед ним возник Патронус-ворон.

— Я знаю, что ты очень занят, однако постарайся встретиться со мной как можно скорее, — сказал он голосом Регулуса.

«Кажется, мы не проходили на наших занятиях вызов говорящего Патронуса», — машинально подумал Снейп. Он очень не любил колдовать в лаборатории, поскольку это могло оказать нежелательное влияние на варящиеся в котлах зелья, но раз уж Регулус ради него освоил столь сложное волшебство, то игнорировать это было бы просто непедагогично.

Северус взмахнул палочкой и продиктовал появившемуся перед ним Патронусу-лису:

— Занят варкой сам знаешь чего, — поскольку в Блэк-хаусе и у стен запросто могли иметься большие эльфийские уши, следовало проявлять осторожность и соблюдать конспирацию или хотя бы ее подобие. — Освобожусь в воскресенье. Надо еще убедиться, что все действует как положено.

Лис исчез, а через минуту перед Северусом вновь возник серебристый ворон.

— Ладно, пусть будет воскресенье, только постарайся никуда не отлучаться из дома, — произнес он. — В одиннадцать я навещу тебя в Принц-хаусе. Кстати, у меня все готово, — добавил ворон.

Похоже, Регулусу в самом деле требовалось обсудить с Северусом нечто срочное. Однако при чем тут сказанная Патронусом фраза «только постарайся никуда не отлучаться из дома»? Поняв, что окончательно запутался, а заодно отвлекся от котла, в котором побулькивал антидот, Северус решил пока не размышлять на тему необъяснимого поведения друга. До воскресенья оставалось три дня. Вот тогда все и прояснится. А пока следовало сосредоточиться на зелье. Иначе оно свернется, и придется начинать все сначала, включая покупку ингредиентов, поскольку для изготовления антидота Северус потратил абсолютно все, что приобрел на деньги Риддла.

* * *

В субботу утром Изумрудное зелье сперва сделалось светлым, а затем и вовсе стало прозрачным. Снейп счел это хорошим признаком. Теперь можно было приступать к эксперименту. Дождавшись, когда зелье остынет, он перелил его в колбу, а потом сделал несколько глотков из фиала с ярко-изумрудной жидкостью. В глазах моментально потемнело, во рту и желудке начало печь так, словно там разгорался огонь, а в голове замелькали образы мертвой Лили. Сотрясаясь от неконтролируемых рыданий, почти ничего не видя от слез, Северус схватил емкость с антидотом, залпом осушил ее, и… ничего не изменилось. Он по-прежнему страдал от ужасных галлюцинаций, болей во всем теле и непереносимой жажды. Такой, что хотелось биться головой о стол. Северуса охватила паника. Не считая эльфийки Присси, он был в доме совершенно один — Элеонора, зная, что правнук возится в лаборатории с антидотом к Изумрудному зелью, отправилась навестить Эйлин и Эйприл. Северус не стал тревожить миссис Принц известием о том, что сегодня собирается ставить на себе эксперимент. Элеонора и так сильно сдала в последнее время. Не хватало ей нового потрясения от наблюдений за страданиями любимого правнука. Портрет Септимуса остался в спальне. Да и чем, собственно, он мог помочь в этой ситуации? Северус уже совершенно отчаялся, как вдруг почувствовал резкое и значительное облегчение. Сперва он решил, что ему почудилось, но уже несколько минут спустя симптомы улетучились, оставив лишь ужасающую слабость.

«Бедняга Регулус! — подумал Снейп, вытирая холодный пот со лба. — Ему ведь тоже придется пройти через этот ужас! Хорошо хоть антидот подействовал достаточно быстро. Кроме того, в отличие от меня, Регулус хотя бы не будет один. Интересно, что же такого ему понадобилось срочно сообщить мне и почему мне лучше не отлучаться из дома?»

* * *

— Я думала, ты не очень жалуешь слизеринцев, — усмехнулась Элеонора, когда утром Северус сообщил ей, что снова собирается встретиться с Регулусом. — Или ты рассорился со своими друзьями? C начала каникул от них ни слуху ни духу, а с юным Блэком ты видишься уже второй раз.

— Я ничего не имею против тех слизеринцев, которые не примкнули к Сами Знаете Кому, — вернул шпильку Северус. — А с Регулусом мы и вовсе в приятельских отношениях.

— «Сами Знаете Кто», — фыркнула Элеонора. — Слишком много чести мы отдаем этому выскочке. Даже имя его называть боимся… А ведь он уже совсем не так силен, как прежде. После того, как бедняга Люциус покончил с собой — ужасный конец, даже представить страшно! — не думаю, что у нашего мистера Риддла осталось много желающих взять его на свое содержание. Пока ты был занят со своим зельем, я посетила Вальбургу. Она намекнула мне, что Риддл предлагал ей и Ориону свое покровительство.

— Только покровительство? — с напускным спокойствием поинтересовался Северус.

— Не только, — серьезно глядя на него произнесла Элеонора, — он пожелал видеть Регулуса в рядах своих Пожирателей смерти, как только ему исполнится шестнадцать. Хвала Мерлину, до этого еще почти целый год! Так что Вальбурге даже отказываться не пришлось. Мало ли что может приключиться за такой продолжительный период.

Северус внутренне содрогнулся. Он отлично помнил их с Регулусом давний разговор и решимость юного Блэка сделаться шпионом в стане Темного Лорда. Правда, сейчас события разворачивались с такой бешеной скоростью, что Северус искренне надеялся — Регулусу не придется идти на такой опасный шаг. Впрочем, в ближайшее время опасностей им обоим предстояло хоть отбавляй. Поскольку антидот был готов, тянуть с похищением и уничтожением четвертого крестража не имело никакого смысла. Вот только Северус пока не представлял, как добыть последний артефакт — чашу Пенелопы Пуффендуй, — надежно спрятанную в сейфе Лестрейнджей, но ведь и медальон казался ему вне досягаемости всего каких-нибудь пару недель назад. Теперь же мысль о том, что скоро у Риддла останется всего один крестраж, заставляла его сердце учащенно биться от волнения.

* * *

На сей раз Регулусу не удалось отвертеться от второго завтрака.

— В моем доме принято сажать гостей за стол! — тоном, не терпящим возражений, заявила Элеонора. — Присси с раннего утра возится на кухне. Извольте уважать ее старания, молодые люди.

Регулус бросил беспомощный взгляд на Северуса, но тот лишь развел руками. В доме прабабушки законы устанавливала только она одна. Так что важный разговор пришлось ненадолго отложить, поскольку их ждали крошечные сэндвичи с копченой рыбой и мясом и пудинг с заварным кремом.

— Ваша Присси потрясающе готовит, миссис Принц, — сказал, с трудом поднимаясь из-за стола, Регулус.

— Да, — с достоинством кивнула пожилая леди, — этого у нее не отнимешь. Впрочем, ваш Кричер тоже весьма и весьма неплох. На днях я пробовала его стряпню и осталась довольна.

— Благодарю вас, — улыбнулся довольный похвалой Регулус. — Я обязательно передам ваши слова Кричеру.

* * *

— У меня стойкое ощущение дежавю, — сказал Регулус, устроившись в наколдованном для него Снейпом кресле. — Как будто и не уходил из этой комнаты. Хочешь посмотреть, что у меня получилось? — поинтересовался он.

Северусу показалось, что Регулус намеренно тянул время, словно не решался сообщить им с Септимусом новость, из-за которой посылал одно письмо за другим.

— Разумеется, хочу, — кивнул Снейп, решив подыграть другу и не давить на него. Сам скажет, когда созреет, ведь именно для этого он и пришел.

— Вот, — Регулус вынул из кармана какой-то предмет и положил на стол. — Я видел настоящий медальон мельком и, конечно, не сумел сделать точную копию. Но, если бросить его в чашу с зельем, догадаться о подделке будет практически невозможно.

— Полагаю, ты прав, — сказал Северус. — Хочешь оставить его здесь или забрать с собой?

— Лучше оставь. Вдруг Кричер наткнется на него во время уборки. Я не хочу лишних расспросов.

— Договорились. Нам нужно сегодня еще успеть испытать мой артефакт и антидот. А для этого тебе придется сначала выпить Изумрудное зелье. Мне кажется, ты должен в полной мере понимать, на что соглашаешься.

— Каким бы ни было его действие, у нас все равно нет выхода. Зелье необходимо выпить. И сделать это могу только я, потому что иначе у нас нет шансов выбраться из той пещеры живыми.

— Ладно, — кивнул Северус, — пусть будет так, как мы решили.

— Северус, я хотел рассказать тебе об одном странном происшествии, — внезапно произнес Регулус. — Несколько дней назад мы с Барти и Питером отправились в Косой переулок. Нам с Барти требовалось купить книги во Флориш и Блотс, а Питер написал, что ему скучно, поскольку вы не виделись с начала каникул, и, по сути дела, напросился с нами. После магазина мы зашли в «Дырявый котел» перекусить, чтобы потом прямо оттуда отправиться камином по домам. В пабе почти никого не было, кроме пары-тройки волшебников и какой-то девушки, сидевшей спиной к нам. Присмотревшись, я узнал в ней Сибиллу, кажется, Трелони… ту странную студентку с Когтеврана… Мы заказали сосиски с картошкой, но не успели приступить к еде, как Трелони вдруг заговорила странным потусторонним голосом. Она словно впала в транс.

Северус почувствовал, как ему стало тяжело дышать. На его памяти Сибилла Трелони уже произносила роковое пророчество, стоившее жизни Лили Эванс.

— И что же она сказала? — дрогнувшим голосом поинтересовался он.

— «Тот, кто повернул свою судьбу вспять, раскрыл тайну Темного Лорда. Тот, кому благоволит сама Госпожа, лишит Темного Лорда всей его силы. Близится день решающей битвы, в которой сойдутся в схватке жизнь и смерть».