Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Откровенный разговор с Малфоем настолько тяжело подействовал на Северуса, что на несколько дней он погрузился в черную меланхолию. Друзья заметили произошедшую с ним резкую перемену и по очереди пытались вызнать причину его плохого настроения, но Снейп, разумеется, отмалчивался, и им поневоле пришлось оставить его в покое.

Как бы Северус ни злился на Малфоя, он прекрасно понимал подоплеку его малодушия. Не обладая никакими выдающимися талантами в области ментальных наук, Люциус всерьез опасался, что Темному Лорду не составит труда в нужный момент сломать его сопротивление и заставить заговорщика-неудачника выдать все тайны. Как собственные, так и своего малолетнего сообщника. Возраст Северуса не играл здесь ни малейшей роли. Возможно, Волдеморт не стал бы до поры до времени уничтожать двенадцатилетного школьника. Убийство ребенка, да еще из известного, хоть и обедневшего темного рода, вряд ли прибавило бы ему популярности среди Пожирателей смерти. Вероятнее всего, он бы просто взял Снейпа в заложники и, угрожая причинить вред любимому правнуку, принялся шантажировать Элеонору, требуя от нее безоговорочного повиновения.

Пожалуй, если бы Люциус согласился хотя бы обучаться легилименции, это обрадовало и обнадежило бы Северуса, но пока все мысли Малфоя занимали лишь перспектива получения Метки и вопросы выживания собственной семьи, а для постижения ментальных наук был необходим предельно ясный разум.

* * *

За неделю до начала подготовки к экзаменам, когда Северус возвращался в гриффиндорскую гостиную, нагруженный книгами по трансфигурации, его неожиданно окликнули.

— Мистер Снейп, можно вас на минутку?

Северус оглянулся и увидел парившего в нескольких футах от него Кровавого Барона — жутковатое привидение Слизерина.

— Вы не слишком заняты, мистер Снейп? Мы хотели бы переговорить с вами.

— Мы? — удивился Северус. — Кто это «мы»?

— Факультетские привидения Хогвартса, — последовал ответ.

— Ладно, — после секундного колебания Северус набросил на себя чары Отвлечения внимания и двинулся по коридору за своим призрачным провожатым. — Куда мы идем? — спросил он, когда Кровавый Барон плавно заскользил вверх по лестнице.

— В Выручай-комнату, кажется, вам уже доводилось бывать в ней.

— Да, — честно признался Снейп, гадая, чем станет Выручай-комната на сей раз.

Через несколько минут они уже стояли возле гладкой кирпичной стены. Кровавый Барон трижды проплыл мимо нее туда и обратно, и перед Северусом возникла маленькая латунная ручка, повернув которую, он очутился... в склепе. Дверь бесшумно закрылась, оставляя снаружи мир живых с его заботами и проблемами, а вместо напоенного ароматом цветения майского воздуха в ноздри Снейпа ударил запах тлена и сырости.

Он огляделся. Выручай-комната напоминала теперь настоящую средневековую гробницу. Вдоль стен, освещаемых тускло мерцавшими факелами, Северус рассмотрел множество саркофагов. Над ними, словно охраняя упокоившихся в них волшебников, возвышались каменные изваяния. Прямо на крышках саркофагов уютно устроилась весьма разношерстная компания привидений: Почти Безголовый Ник — частый гость гриффиндорской гостиной, Толстый Монах — добродушный призрак факультета Пуффендуй — и вечно печальная и отстраненная Серая Дама, редко покидавшая когтевранскую башню. Кровавый Барон поспешил занять место возле нее, но она тут же перепорхнула на надгробие, находившееся у противоположной стены. Ее реакция, правда, нисколько не удивила Северуса. Кровавого Барона — самого зловещего призрака Хогвартса — боялись абсолютно все, включая зловредного полтергейста Пивза, который, к слову, обходил Снейпа стороной с первого его появления в замке.

— Приветствуем вас в нашем скромном обществе, — радушно обратился к оторопевшему Северусу Почти Безголовый Ник. — Простите, что не вызвали вас на откровенную беседу сразу же после вашего прибытия в Хогвартс. Нам потребовалось некоторое время, чтобы приглядеться к вам поближе, а время у живых и привидений течет по-разному. Впрочем, мистер Снейп, вас ведь тоже нельзя с полным основанием назвать живым. Не пугайтесь, вы, конечно же, не имеете ничего общего с призраками, но Смерть наложила на вас столь сильный отпечаток, что мы — умершие когда-то, но оставившие в этом мире слепок своей души — незамедлительно это почувствовали. Как и то, что вы отнюдь не являетесь ребенком.

— Вы... — Северус ощутил, как пол уходит у него из-под ног. Он совершенно не ожидал, что его тайна будет раскрыта. Он сделал неуверенный шаг назад и буквально упал в подлетевшее к нему кресло. — Вы знаете, кто я такой?

— Разумеется, знаем. Мне искренне жаль, мистер Снейп, что потомок великого Салазара Слизерина так недостойно обошелся с вами, — печально сказал Кровавый Барон. — Вы были одним из лучших деканов за последнее столетие. В отличие от вашего предшественника Слагхорна, вас по-настоящему волновало благополучие вверенных вам детей. Вы всегда старались оградить их от несправедливых нападок. А позже, став директором, оберегали и защищали всех студентов и преподавателей и от садистов Кэрроу, и от их безумного Хозяина. Вы сделали для обитателей замка все, что в ваших силах. Известие о вашей трагической кончине глубоко потрясло всех нас. Признаться, я несказанно возрадовался, обнаружив первого сентября, что вы живы, пусть и оказались вновь в детском теле. И хотя по какой-то странной прихоти судьбы вы избрали факультет Гриффиндора, клянусь честью, что буду во всем помогать вам и предупреждать о грозящих опасностях в стенах Хогвартса. Обычно нам, привидениям, запрещено вмешиваться в дела живых, но те, кто отмечен печатью Смерти, являются исключением. А вы не просто отмечены ею. Вас сочли достойным вернуться из-за грани. За все свое многовековое существование я не припомню еще одного подобного случая. Так что вы можете смело рассчитывать на нашу поддержку и покровительство.

— Со своей стороны, я горжусь тем, что вы учитесь на факультете благородного Годрика Гриффиндора, и клянусь вам в верности! — торжественно заявил Почти Безголовый Ник, отвешивая Северусу церемонный поклон, отчего его плохо отрубленная голова чуть не слетела с плеч.

— Не думайте, юноша, что мы — лишь бесполезные тени, отголоски далекого прошлого, — вступила в разговор Серая Дама. — Нам ведомы практически все секреты Хогвартса. Даже директор Дамблдор не знает того, что знаем мы, — с многозначительным видом произнесла она.

В мозгу Северуса вдруг возник дерзкий план. Дамблдор дал ему в свое время только частичную информацию о крестражах, а что, если он внезапно обрел новых, неожиданных союзников, к тому же поклявшихся во всем помогать ему?

— Значит, как я понимаю, вы обещаете защищать меня и хранить любые мои секреты? — осторожно поинтересовался он, внимательно оглядывая призраков.

— Вы совершенно правы, мистер Снейп, — кивнул Толстый Монах, — однако имеется непременное условие. Ваши помыслы должны быть чисты. Мы не будем помогать человеку, задумавшему злое дело. Однажды кое-кто из нас уже попался на приманку и невольно стал пособником темного волшебника, — при этих словах Серая Дама пристыженно опустила голову. — Больше мы этого не допустим.

— Вы можете быть уверены, — для пущей убедительности Северус прижал руку к сердцу, — моя конечная цель — расправиться с волшебником, который принес столько горя нашему миру.

— Тогда мы полностью на вашей стороне, мистер Снейп, — церемонно ответил Кровавый Барон. Остальные призраки склонили головы в знак согласия.

— В таком случае... — Северус секунду поколебался, а потом быстро выпалил: — Что вам известно о крестражах?

— Юноша!.. — Северусу показалось, что Толстый Монах даже сделался еще более прозрачным от негодования. — Это же наитемнейшая магия! В стенах Хогвартса подобным интересовался лишь один студент — Том Риддл — и, не сомневаюсь, вы прекрасно осведомлены, куда это его завело.

— Я клянусь, что спрашиваю не из праздного любопытства или, и того хуже, сам мечтаю о бессмертии! — воскликнул Снейп. — Мне вполне хватит и этой жизни. В прошлом я натворил много ошибок и намерен исправить их. Но поймите же, чтобы победить Риддла, мне необходимо найти его крестражи и уничтожить их все до единого! Поэтому если вы в курсе, что они из себя представляют и где мне их отыскать...

— Мне абсолютно точно известно местоположение одного из темных артефактов, созданных человеком, которого когда-то звали Том Риддл, — высокомерно произнесла Серая Дама, — и в свое время я непременно сообщу вам, в каком направлении вести поиски.

— В свое время?.. — растерянно переспросил Снейп. — Но вы же знаете: скоро Волдеморт от слов перейдет к делу и начнет убивать волшебников и магглов! Если я могу остановить его раньше...

— В том-то и проблема, что не сможете, юноша, — печально улыбнулся Толстый Монах. — Крестражи чрезвычайно трудно разрушить. Даже профессор Дамблдор — при всей своей мощи — пока не догадывается ни о существовании данных темных артефактов, ни тем более о способах их уничтожения...

Снейп задумался. Он отлично помнил, как после разговоров с Дамблдором попытался выяснить, каким образом «осколок души» волшебника способен вселиться в другого человека. Снейп искал ответы на интересовавшие его вопросы в Запретной секции, но не обнаружил ни одной книги, объяснявшей, как подобное вообще возможно. На термин «крестраж» Снейп случайно наткнулся в невероятно древнем фолианте в библиотеке Малфой-мэнора. Однако и там автор, точно боясь самого себя, не стал вдаваться в подробности, а лишь указал, что речь идет о «наитемнейшем волховании». Тем не менее, обладая столь скудной информацией, Северус не сомневался, что Дамблдор далеко не без причины попросил его передать Поттеру меч Гриффиндора. Именно с помощью этого удивительного артефакта Дамблдор разбил кольцо, защищенное мощнейшим проклятием. Хорошая новость заключалась в том, что теперь Северус и сам учился на факультете легендарного Годрика Гриффиндора. Плохая — что до сражения Поттера с василиском меч, судя по всему, являлся просто красивой безделушкой, и только. Северус, разумеется, не знал всей подноготной той эпической битвы (Дамблдор умел великолепно хранить тайны — как свои, так и чужие), но факт оставался фактом: Гарри вернулся из подземелья живым, а мифическое чудовище Слизерина больше никогда не тревожило обитателей Хогвартса. Не требовалось быть мудрецом, чтобы догадаться: как раз во время сражения гоблинская сталь впитала в себя яд василиска. Впрочем, сейчас меч, по-видимому, не представлял ни малейшей угрозы для темных артефактов, а значит, был бесполезен для Снейпа.

— Возможно... — медленно произнес Северус, — с крестражами справится Адское пламя.

— Браво, молодой человек! — зааплодировал Почти Безголовый Ник. — И именно поэтому вам пока рано заниматься таким опасным делом, как уничтожение темных артефактов.

— Но почему?! — взвился Снейп. — Почему не покончить с одним из них безотлагательно?

— Да потому, что, применив столь темное колдовство, вы совершенно определенно станете сквибом! — назидательно изрек Кровавый Барон. — Мы прекрасно помним, что вы — невероятно одаренный взрослый волшебник, но ваша телесная оболочка еще слишком юна. Ваше магическое ядро пока не сбалансировано в полной мере. Скорее всего, вам даже удастся вызвать Адское пламя, но после этого магия навсегда покинет вас. Так что, как это ни прискорбно, придется подождать как минимум пару лет.

— Но... — оторопел Северус, — тогда хотя бы расскажите о существовании крестража Дамблдору! Для него не составит труда... — он осекся, увидев, как призраки дружно покачали головами.

— Профессор Дамблдор никогда не сможет одолеть Темного Лорда, — тихо сказала Серая Дама. — Все уже предрешено в тех самых сферах, которые вершат нашими судьбами. В той, иной, реальности эту миссию возложили на Гарри Поттера, а теперь, — она глубоко вздохнула, точно опасалась сообщить Снейпу тяжелую новость, — покончить с тем, кого когда-то звали Том Риддл, суждено именно вам. Поэтому мы и призваны помочь Избранному Госпожой.

— Не представляете, как меня обрадовали ваши слова! — торжествующе улыбнулся Северус. — Волдеморт лишил меня всего, что было мне дорого. Я с огромным наслаждением избавлю мир от этого чудовища! И чем быстрее, тем лучше.

— Вероятно, Госпожа питает к вам особую симпатию, раз соизволила вернуть из-за грани, — добавил Кровавый Барон с уважением в голосе. — Как вы, наверное, и сами понимаете, подобные вещи не происходят просто так. Вам дан уникальный шанс изменить и свою собственную судьбу, и судьбы ваших близких. Мы наблюдали за вами, и пока ваши поступки заставляют наши сердца — выражаясь фигурально — преисполняться радостью и гордостью. Впрочем, выбор тех или иных действий всегда останется за вами. Мы не вправе вмешиваться в дела живых. Мы можем лишь помочь в том случае, если нас попросят об этом.

* * *

После беседы с хогвартскими привидениями Северус долго не мог заснуть, хотя, отговорившись усталостью, покинул гриффиндорскую гостиную раньше всех. К счастью, друзья не стали приставать к нему с расспросами: в последние дни все они также выматывались до предела и не видели ничего удивительного в том, что Северусу захотелось поспать лишний часок-другой.

— Я вообще не понимаю, для чего ты столько занимаешься?! — подавив зевок, осведомился Джеймс. — Ты и так все знаешь и почти наверняка без труда сдашь эти мордредовы экзамены.

— Прабабушка считает, что круглые отличники учатся только на Слизерине, — отшутился Снейп, — вот я и намерен доказать ей обратное. А если еще и вы четверо получите приличные отметки, ее аргументы разлетятся в прах. Так что смотрите — не подведите меня!

— Иди дрыхни уже, профессор Снейп! — поддразнил друга Сириус. — И не волнуйся, твой заместитель, — он выразительно кивнул на Лили, — не даст нам отлынивать от занятий.

Оказавшись в тишине спальни, Северус плотно задернул полог и действительно попробовал задремать. Тщетно! В его ушах продолжали звучать слова, произнесенные Серой Дамой: «Профессор Дамблдор никогда не сможет одолеть Темного Лорда... Все уже предрешено в тех самых сферах, которые вершат нашими судьбами. В той, иной, реальности эту миссию возложили на Гарри Поттера, а теперь покончить с тем, кого когда-то звали Том Риддл, суждено именно вам».

Снейп еще какое-то время ворочался с боку на бок, а затем резко откинул одеяло, набросил на полог мощные чары Конфиденциальности и призвал из стоявшего возле кровати сундука перо, чернильницу и свиток пергамента.

— Итак, что мы имеем? — спросил он сам себя, обдумывая список крестражей, которые ему предстояло найти и уничтожить до финальной схватки с Темным Лордом. — Кольцо, едва не погубившее Дамблдора, — это первый из известных мне крестражей. Второй — неведомый мне — совершенно определенно находится в Хогвартсе. Привидения прямо сказали мне об этом. Гарри и Нагини в расчет вообще брать не следует — оба живых вместилища души Темного Лорда еще не существуют... Сколько же всего крестражей создал этот маньяк?! Зная точное число и что они из себя представляют, можно было бы потихоньку разработать план их уничтожения... Мордред! — он что есть мочи хватил кулаком по матрасу, чуть не опрокинув при этом чернильницу. — Это ужасно, что я ничего не могу сейчас предпринять! Зачем ты поместила меня в тело такого беспомощного сопляка?! — раздраженно прошептал он, обращаясь, по-видимому, к самой Смерти. — Впрочем, возможно, иначе я бы не сумел поступить на один факультет с Лили и оградить ее от слишком тесной дружбы с Поттером... Значит, придется просто ждать и набираться сил, а пока стоит сделать мой список невидимым для посторонних глаз.

Северус понимал: если бы по недосмотру или чьему-нибудь злому умыслу свиток пергамента случайно попал к Волдеморту, тот наверняка стер бы род Принцев с лица земли. Именно для того, чтобы не допустить этого, Северус наложил на свои крамольные записи чары Невидимости, скрепив их для верности парой капель собственной крови.

Вот в эту секунду он и убедился, что привидения не солгали и двенадцатилетнему подростку действительно не следовало прибегать к столь сложному и темному колдовству. Перед глазами внезапно все поплыло, сознание помутилось, и Северус лишь в последний момент успел призвать фиал с Укрепляющим, которым снабдила его Элеонора. С огромным трудом вытащив плотно притертую пробку, Снейп дал самому себе обещание не рисковать попусту и не применять темное и кровное колдовство до тех пор, пока ему не исполнится четырнадцать лет.