Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Известие о том, что Выручай-комната снова отказалась помочь в исполнении их замысла, глубоко опечалила Мушкетеров, как с легкой руки Лили они теперь себя называли.

— Значит, не стать нам анимагами, — вздохнул Сириус, — а я так надеялся, что у вас хотя бы сегодня получится отыскать нужную книгу!

— И мы обязательно ее найдем! — уверенным тоном заявил Северус. — Ты слишком быстро сдаешься, Сири, а ведь мы лично знаем одного анимага. Неужели ты думаешь, что МакГонагалл целый месяц таскала во рту лист мандрагоры?!

— С ее-то терпением? — фыркнул Блэк. — Уверен, она бы все что угодно проделала, лишь бы научиться превращаться в кошку.

— А мне кажется, Северус совершенно прав, — неожиданно поддержал Снейпа обычно всегда и во всем соглашавшийся с Сириусом Джеймс. — МакГонагалл жуть как не любит ставить себя в глупое положение. А что может быть глупее, чем следовать этой идиотской книжонке?

— Ну и где вы планируете раздобыть, возможно, вообще не существующую книгу? — не собирался сдаваться Блэк. — Искать в библиотеке Хогвартса нельзя из-за мадам Пинс, в мою собственную мне без разрешения родителей хода нет, а такого разрешения я никогда от них не получу! От Выручай-комнаты тоже толку никакого! Отстань уже от меня! — он с раздражением спихнул с колен ластившегося к нему книзла, но тут же охнул от боли: не терпевший грубости Спотти полоснул его по ноге острыми когтями.

— Скажи своему книзлу, чтобы держался от меня подальше! — вконец обиделся Сириус.

— Если бы ты вежливо попросил его слезть, он бы тебя не тронул, — парировал Снейп, успевший уже порядком привязаться к своему фамильяру.

— Будьте добры, ваше кошачье величество, покиньте мои колени! Вот как надо обращаться к Споту, — засмеялся Джеймс.

— Задать бы хорошую трепку этому кошачьему величеству, — раздраженно пробормотал Сириус, потирая оцарапанную ногу. — Может, ты не будешь таким занудой и объяснишь нам свой план, если он, конечно, у тебя имеется? — он сердито взглянул на Северуса.

— Без проблем! — усмехнулся тот. — Пообещай не цепляться к Споту, и я все вам расскажу.

— Зануда и есть! — буркнул Блэк. — Ну ладно, обещаю почтительно обращаться с твоим любимчиком и регулярно чесать у него за ухом. Ну что, доволен? Теперь выкладывай, что ты задумал.

— На самом деле ничего особенного, — пожал плечами Северус. — Через два месяца у нас первое посещение Хогсмида, так? МакГонагалл сказала, что это будет одиннадцатого ноября.

Все дружно закивали, только Люпин горько вздохнул и сказал:

— Одиннадцатого ноября я точно не смогу пойти ни в какой Хогсмид, ведь десятого — полнолуние! Отец обещал написать МакГонагалл и попросить ее передвинуть дату. Надеюсь, она так и сделает!

— Даже не сомневайся! — подбодрил друга Снейп. — МакГонагалл очень хорошо к тебе относится и совершенно точно не позволит пропустить такое значительное событие.

— Вообще-то, на первые выходные ноября уже назначен матч по квиддичу, — виноватым тоном произнес Джеймс.

— Значит, ей придется перенести дату выхода в Хогсмид на восемнадцатое, только и всего, — твердо заявила молчавшая до сих пор Лили, сверившись с наколдованным календарем. — А то получится жуткая несправедливость по отношению к Ремусу!

— Давайте исходить из того, что она так и поступит, — кивнул Северус. — Я предлагаю следующее: в Хогсмиде мы разделимся. Я отправлюсь во «Флориш и Блоттс» и просмотрю все книги по анимагии, которые у них имеются... Ну, — Северус осекся, — если они у них, конечно, имеются. В случае чего скажу, что пишу эссе, чтобы поднять отметку по трансфигурации, и материала из библиотеки Хогвартса мне не хватило. Это точно не вызовет подозрений. А через час встретимся в том пабе, про который рассказывал Джеймс.

— Да, в «Трех метлах», — подсказал Поттер, — там потрясающее сливочное пиво! Вы просто обязаны его попробовать!

— Вот и попробуем, — кивнул Северус. — Ну как, согласны с планом? Или бросим это дело к мордредовой бабушке? — хитро сощурился он.

— Нет уж, — решительно отрезал Сириус, — ничего мы бросать не будем. Твой план очень толковый. Именно так мы и поступим.

* * *

Как и предполагал Северус, МакГонагалл вняла просьбе Люпина-старшего и передвинула дату выхода в Хогсмид на третье воскресенье ноября. Прочитав об изменении на факультетской доске объявлений, многие студенты недовольно зароптали: конец ноября в этих краях славился отвратительной погодой, а путь до Хогсмида был неблизким. Особенно возмущались старшекурсники, мечтавшие наконец вырваться из рутины школьных занятий. Северус и представлять не хотел, что бы случилось, узнай они, из-за чего им причинили подобные неудобства. Немного подсластило пилюлю то, что на первое воскресенье назначили матч по квиддичу с командой Слизерина. Многие, особенно те, кто наблюдал за тренировками, не сомневались: с таким ловцом, как Джеймс, Гриффиндор непременно ожидает победа.

* * *

Сентябрь пролетел для Снейпа как одно мгновение. Им стали задавать значительно больше уроков, и хотя Северус без труда справлялся с непрерывно сыпавшимися на них эссе, даже на него порой накатывало ощущение полной беспомощности.

«Бедные студенты! — думал он, корпя над очередным сочинением по истории магии или чарам, — как я мог заваливать их таким необъятным количеством работы?! Ведь они наверняка засиживались за моими заданиями до глубокой ночи! Неудивительно, что на следующий день они ничего не соображали от усталости и то и дело взрывали котлы!»

Вероятно, именно так и случилось с Барти Краучем-младшим, однажды получившим за завтраком вопиллер, который голосом мистера Крауча громогласно обвинил сына в порче школьного имущества.

«В нашей семье не место неудачникам и лодырям! — надрывалось парившее над тарелкой с овсянкой послание. — Я лично потребую от декана Слагхорна назначить тебе самое суровое наказание за устроенный на уроке взрыв!»

Бедняга Барти! Он сидел с таким несчастным и потерянным видом, что Снейпу даже стало жаль его. И не ему одному. Пока мистер Крауч отчитывал сына, старшекурсники-слизеринцы кривились от отвращения. В чистокровных семьях подобные публичные отповеди были попросту не приняты. Исключение из правил составляла, пожалуй, лишь Вальбурга Блэк, приславшая Сириусу вопиллер после его поступления на Гриффиндор вопреки семейным традициям.

Северус смотрел, как Барти с трудом сдерживает слезы, и его переполняла ненависть к мистеру Краучу, своими поступками буквально толкнувшего сына в ряды Пожирателей смерти. Они пересекались лично всего раз. После того как Северуса выпустили из Азкабана, именно Крауч настоял на унизительной процедуре «подтверждения лояльности», которую в обязательном порядке должен был пройти выпущенный под честное слово Дамблдора Пожиратель смерти. Процедура, больше походившая на допрос с пристрастием, состоялась в малом зале суда Визенгамота. Позже Северус узнал, что Крауч настаивал на присутствии суда в полном составе и лишь из уважения к заслугам Дамблдора в конечном итоге отказался от этой идеи. Снейпа доставили в Министерство прямиком из Азкабана, в грязной, вонючей арестантской робе и в цепях. От горя и близкого общения с дементорами он не запомнил никого из присутствующих. В память врезалось лишь искаженное ненавистью лицо председателя специальной комиссии по делам Пожирателей смерти, начальника Департамента по магическому законодательству Бартемиуса Крауча. Похоже, тому было совершенно безразлично, что сидевший перед ним узник не понимает практически ни единого слова из сыпавшихся на него градом вопросов, больше походивших на обвинения. Сколько длилась эта пытка, Северус не знал. За две недели в Азкабане он спал лишь по несколько часов кряду и почти ничего не ел. У него едва хватало сил лишь беззвучно кивать или отрицательно качать головой. В какой-то момент ему показалось, что сейчас он попросту потеряет сознание. Именно тогда прозвучал властный голос Дамблдора:

— Достаточно, мистер Крауч!

Председатель комиссии замолчал на полуслове, точно ему влепили пощечину, гневно вылупился на Дамблдора, а затем явно нехотя объявил Пожирателя смерти Северуса Снейпа свободным при условии полного и бесповоротного отречения от служения силам Зла.

* * *

Пока Северус ломал голову, как подобраться к Барти раньше, чем это сделают лояльные Темному Лорду старшекурсники-слизеринцы, через пару недель ему внезапно улыбнулась удача. Во время написания очередного длиннющего эссе по Трансфигурации в библиотеке к нему неожиданно подошел Регулус и, смущаясь и стараясь не смотреть на брата, попросил помочь с домашним заданием по зельям. За соседним столом Северус заметил склонившегося над книгой Барти. Извинившись перед друзьями, Снейп подсел к Регулусу и принялся объяснять ему свойства рябинового отвара и чем тот отличается от бодроперцового зелья.

— Твое объяснение куда лучше того, что написано в учебнике, — послышался за его спиной негромкий голос: Барти, как и все прочие студенты, до смерти боялся грозной библиотекарши миссис Пинс и вел себя в ее капище тише воды, ниже травы.

— Откуда ты знаешь, что там написано? — искренне удивился Снейп. — Ты ведь будешь проходить эту тему только на следующий год.

— Отец заставил меня прочитать все учебники на два года вперед. Он считает, что только так я сумею стать лучшим учеником на курсе, — отозвался Барти. — Регулус много рассказывал о тебе. Ты не мог бы... заниматься и со мной тоже, если, конечно, выкроишь для этого время?

Слова о том, что он теперь далеко не восходящая звезда Гриффиндора, застряли у Снейпа в горле. Не являясь студентом Слизерина, он вряд ли мог сблизиться с Барти и Регулусом каким-то иным способом.

— Согласен, — кивнул он после короткого раздумья. — Я свободен по вторникам в семь вечера. Вас обоих это устроит?

— Отлично, — просиял Барти, — только... — он опустил голову, и у него враз заалели уши, — ты не станешь возражать, если я ничего не сообщу отцу о наших занятиях? Он считает, что я до всего должен доходить собственным умом.

— Делай, как считаешь нужным, — пожал плечами Северус, в душе радуясь, что все складывается настолько удачно.

— Чего от тебя хотели эти малявки? — ревниво поинтересовался Сириус, едва Снейп вернулся за свой стол.

— Просят немного подтянуть их по зельям, — безразличным тоном ответил Северус. — Оказывается, Барти уже проштудировал учебник за второй курс. Так что я могу помогать им обоим.

— Постой, ты серьезно будешь заниматься со слизеринцами? — возмутился Джеймс. — Значит, сам ты не сумеешь набирать баллы, зато наши противники благодаря тебе вновь возьмут кубок школы?! — в запале обиды на лучшего друга он забыл о незыблемом правиле соблюдать тишину в стенах библиотеки.

— Что вы себе позволяете?! — тут же налетела на них похожая на голодного стервятника миссис Пинс, умудрявшаяся даже кричать шепотом. — Как вы смеете мешать другим студентам? Немедленно покиньте библиотеку!

Северус думал, что по дороге в гриффиндорскую башню возмущение Джеймса хоть немного уляжется, но он просчитался.

— Ладно помогать Регулусу — хоть он и слизеринец, но все-таки родной брат Сириуса! — не унимался тот. — Но Крауч-то тут при чем? Представляешь, что случится, если они оба начнут благодаря тебе блистать на зельях? Слагхорн обязательно наградит своих «змеек» призовыми баллами, а мы снова останемся в дураках.

— А самым большим дураком окажешься ты, — поддержал друга Блэк, — потому что продолжишь учиться кое-как, зато другие благодаря тебе выберутся в отличники!

— А по-моему, это очень благородно — помогать более слабым! — вступилась за Северуса Лили.

— Мерлин всемогущий, откуда вы выискались, такие благородные! — завел глаза к потолку Сириус. — Можно подумать... — он внезапно осекся на полуслове.

— Можно подумать — что? — Северус остановился и внимательно посмотрел ему в глаза.

— Нет, ничего, — буркнул Блэк, опуская взгляд, очевидно, и сам испугавшись, что оброненная в запале ссоры фраза о не слишком чистокровном происхождении Северуса и Лили могла стоить им дружбы.

— Думаю, нам всем стоит успокоиться, — миролюбиво сказал Люпин, — лично я тоже считаю, что Северус не совершает ничего плохого. Если бы ты был в нормальных отношениях с Регулусом, то наверняка тоже не отказал бы ему в помощи, ведь правда? — с нажимом добавил он.

— Правда... наверное, — сдался Блэк.

— Ну вот и не будем больше об этом говорить, — подытожил Ремус, — честное слово, это не стоит того, чтобы мы ссорились.