Второй шанс для Лили Эванс (гет)

В конце первого сдвоенного урока зельеварения, на котором Северус старательно балансировал между «Удовлетворительно» и «Выше ожидаемого», при этом пытаясь окончательно не испортить Бодроперцовое зелье, Слагхорн попросил их с Лили задержаться буквально на секундочку.

— Ну вот, молодые люди, — торжественно провозгласил он, сцепив руки на внушительном животе, обтянутом бархатным жилетом, — как вы и сами знаете, я приглашаю некоторых особо отличившихся студентов в свой клуб. Первое заседание состоится в ближайшее воскресенье в семь вечера. А теперь — идите, — он махнул рукой, отпуская их, — профессор МакГонагалл не потерпит, если вы опоздаете на трансфигурацию.

* * *

До заветного воскресенья оставалось всего два дня, а Северус так и не придумал, как заставить Слагхорна поделиться с ним воспоминаниями о Темном Лорде. Сделать это после заседания Клуба Слизней не представлялось возможным, ведь Северуса пригласили на вечеринку вместе с Лили, а значит, и уйти они должны были вместе.

Застать же Слагхорна одного после уроков не удавалось еще никому. Профессор всегда являлся в класс последним, а уходил первым.

Единственное исключение на памяти Северуса он сделал несколько дней назад, чтобы пригласить их на первое в этом учебном году заседание Клуба Слизней.

Как ни крути, выход у Северуса был всего один — нарваться на отработку. Однако осуществлять свой план Снейп решил не сразу, а, по крайней мере, подождать до следующей недели. Ведь помимо отработки он мог лишиться привилегии отправиться на вечеринку к Слагхорну, а это существенно испортило бы настроение Лили, огорчать которую Северусу совершенно не хотелось.

* * *

В субботу, едва закончились уроки, Северус вместе с Джеймсом отправился в свою первую из многих последующих экспедиций по замку. Сириус горел нетерпением приступить к составлению Карты Мушкетеров, а для этого ему требовался подробный план Хогвартса. Разумеется, как человек, бывший в своей прошлой жизни директором школы Чародейства и Волшебства, Снейп мог без особого труда предоставить Блэку все необходимое для работы над артефактом, но такая осведомленность привела бы к ненужным вопросам. Поэтому Северус справедливо рассудил, что гораздо правильнее будет пожертвовать несколькими часами времени и исходить весь замок ногами. Существовал, конечно, и более легкий выход из положения. Снейп не сомневался, что во время составления карты Мародерам активно помогал Петтигрю, способный в образе крысы пролезать во все самые тайные закоулки. Однако предложить задействовать Питера в очередной их затее Северус не рискнул. Петтигрю и так проник в их тайный и незаконный план сделаться анимагами. Не стоило делиться с ним и остальными планами.

Так что теперь, вооруженные мантией-невидимкой, пергаментом и Прытко Пишущим Пером, они намеревались дважды в неделю отправляться гулять по замку.

Само собой, Ремус и Сириус тоже не собирались упускать своего шанса побродить по школе в поисках тайных проходов и закоулков. В конце концов они договорились отправляться в свои вылазки по очереди.

Помимо точного плана Хогвартса, Сириусу требовался подробный список всех обитателей замка, включая живших на кухне эльфов. И вот тут им очень пригодились дипломатические способности Лили. После первого же визита на кухню она вернулась, держа в одной руке список имен абсолютно всех домовиков, включая новорожденных эльфят, а в другой — корзинку с пирожными.

— Как тебе удалось за такое короткое время втереться к ним в доверие? — недоумевал Сириус, с аппетитом уплетая изумительно вкусное пирожное. — Ты ведь и на кухне-то побывала всего один раз в прошлом году.

— Считай, что на них подействовало мое неотразимое обаяние! — засмеялась Лили.

— С этим не поспоришь! — сдался Сириус. — Твое обаяние — мощное оружие. Не только эльфы, но и Северус не устоял.

— А что, по-твоему, я хуже эльфов? — отшутился Снейп, давший Лили слово не обсуждать их отношений даже при закадычных друзьях.

Лили промолчала и лишь благодарно улыбнулась ему.

Даже не обладавший врожденным тактом Сириус решил не развивать эту тему, чему Северус был несказанно рад.

* * *

Первая учебная неделя пролетела практически незаметно. Наступило долгожданное воскресенье.

— Смотри не объешься там, у старика Слагги, — напутствовал Северуса Блэк, во взгляде которого читалась досада, что ему не удалось получить приглашение на званый вечер.

— Повеселитесь хорошенько! — похлопал друга по плечу Люпин.

— А вы как следует обследуйте второй этаж, — вместо ответа отозвался Северус.

— Вот только Джеймс вернется с тренировки — и пойдем, — кивнул Люпин.

Северусу пришлось ждать в гостиной еще четверть часа, прежде чем Лили наконец закончила приводить себя в порядок.

— Отлично выглядишь! — улыбнулся он, галантно подавая ей руку. — Синий тебе идет.

* * *

Едва гости уселись за роскошно накрытый овальный стол, как Слагхорн принялся по очереди бомбардировать их вопросами, причем начал с самых младших, впервые посетивших Клуб Слизней.

— Расскажите о ваших близких, мисс Эванс, — обратился Слагхорн к Лили, с любопытством рассматривавшей преподавательские покои. — Они ведь не волшебники?

На лицах нескольких слизеринцев появилось выражение брезгливости, однако, памятуя произошедшие в Хогвартсе полтора года назад события, никто не решился даже прошептать слово «грязнокровка». И правильно сделали! Потому что Северус и не думал отменять табу, а значит — у любого, кто произнес бы оскорбление в адрес магглорожденных, немедленно полезла бы изо рта мыльная пена, а зад украсился бы болезненными прыщами.

— Мой папа работает на фабрике инженером-механиком, — с вызовом глядя на сидевшую напротив старшекурсницу-слизеринку, сказала Лили.

— Инженер-механик? — с явным интересом переспросил Слагхорн. — А чем конкретно он занимается?

— Следит за тем, чтобы станки, выпускающие ткань, работали исправно. Если где-то происходит сбой, папа должен обнаружить, в чем дело, и наладить работу станка. Однажды он водил меня на завод и показывал, как производят ткань. Это очень увлекательно, — с жаром пояснила Лили. — На раму натянуто много нитей, между ними бегает челнок, и таким образом создается ткань, — попыталась она объяснить магам принцип работы ткацкого станка.

— Мерлин, как увлекательно! — всплеснул руками Слагхорн и повернулся к Северусу. — Расскажите о вашей замечательной прабабушке... Для тех, кто не в курсе, прабабушка мистера Снейпа — досточтимая Элеонора Принц — несколько лет назад изобрела Волчье противоядие. Так как же получилось, что она открыла это потрясающее зелье?

— Прабабушка давно сотрудничала с больницей Святого Мунго. Когда они сообщили ей, что в отделении Травм от магических животных находится волшебник, укушенный оборотнем, она решила помочь ему и за несколько месяцев создала Волчье противоядие, — соврал Северус.

— И за эти заслуги получила орден Мерлина второй степени, — добавил Слагхорн. — Потрясающе! А вы, мисс МакФи? — обратился он к очень некрасивой застенчивой девочке, в отличие от всех прочих сидевшей с пустой тарелкой. — Ваша двоюродная тетушка так и продолжает работать няней у непослушных маггловских детей? (1)

— Да, — еле слышно пролепетала девочка.

— И, насколько я слышал, очень помогает их отчаявшимся родителям?

— Да, — еще тише подтвердила девочка.

— Славно! — одобрительно кивнул Слагхорн. — Очень славно. Давайте я представлю вам остальных членов нашего клуба. Мисс Селвин, — он указал на ослепительно красивую блондинку — ну, с ней вы все знакомы. Мисс Селвин в этом году стала старостой школы.

Девушка степенно кивнула.

— Мисс Шафик.

Не менее красивая жгучая брюнетка холодно кивнула новичкам.

— Мистер Боуд — его двоюродный брат делает весьма стремительную карьеру в Министерстве. Эмма Ванити — капитан команды Слизерина по квиддичу. Лайел Олливандер — племянник уважаемого Гаррика Олливандера. Мистер Эйвери — весьма многообещающий юноша. Сэмюэль Фадж — племянник Корнелиуса Фаджа. Для тех, кто не знает: Корнелиус — заместитель главы Отдела магических происшествий и катастроф. Кажется, я никого не забыл.

Северусу, разумеется, не требовалось представлять всех сидевших сейчас за столом студентов. Со многими из них — во основном, конечно, со слизеринцами — он был знаком лично, а благодаря своей предыдущей жизни отлично знал, что с ними случилось в будущем. Виола Селвин, блестящая ученица и староста школы, вскоре после окончания Хогвартса вышла замуж за Энтони Гринграсса и родила ему двоих дочерей, младшую из которых — Асторию, насколько Северус был в курсе, еще с колыбели прочили в жены Драко Малфою. Оставалось лишь надеяться, что Энтони Гринграсс не передал дочери по наследству родовое проклятие, согласно которому многие члены семьи умирали, не дожив до сорока лет.

Элоиза Шафик — роковая красавица, еще будучи студенткой обручившаяся с Флимонтом Забини. Про Элоизу ходили жутковатые слухи. Первого супруга и отца своего единственного сына Блейза она похоронила, еще будучи беременной. Вдовствовать ей пришлось недолго. Вскоре миссис Забини вновь весьма удачно вышла замуж. Однако по несчастливому стечению обстоятельств ее второй супруг не протянул и года, оставив безутешной вдове приличное состояние. То же самое случилось и с третьим отчаянным смельчаком, позарившимся на прелести Элоизы. И с четвертым. И с пятым, и с шестым, и с седьмым. Мужчины точно мотыльки сгорали от страсти рядом с роковой красавицей, отдавая ей не только свою жизнь, но и наполненные банковские сейфы. Примечательно, что, несмотря на ужасные слухи вокруг миссис Забини, против нее ни разу не было выдвинуто обвинение в убийстве, а Аврорат признал, что все ее несчастные мужья скончались от естественных причин.

Эммет Боуд, закончивший Когтевран, не стал примечательным, в отличие от его двоюродного брата Бродерика, который благодаря своему пытливому уму в конце семидесятых годов был принят в Отдел тайн и долгие годы работал в Зале пророчеств, где, помимо всего прочего, хранилась запись предсказания, касавшегося Темного Лорда и Гарри Поттера, сделанного Сибиллой Трелони в пабе «Кабанья голова». Именно его услугами решил воспользоваться Темный Лорд, после того как в девяносто четвертом году вновь вернул себе тело. Зациклившись на идее во что бы то ни стало узнать полный текст пророчества — разумеется, не рискуя самолично явиться в Министерство, — он приказал Люциусу Малфою наложить заклятие Империус на волшебника, вхожего в Отдел тайн. Выбор пал на Бродерика Боуда. Невыразимец отлично знал, что взять пророчество с полки и не сойти при этом с ума мог лишь тот, о ком в нем говорится. Бродерик из последних сил сопротивлялся Империусу и в конце концов попал в больницу Святого Мунго с сильнейшим душевным расстройством. Возможно, если бы Боуд не пошел на поправку, его оставили бы в покое и позволили бы дожить свой век в закрытой палате для хронических больных. Однако этого не произошло. Боуд был задушен дьявольскими силками, присланными ему в качестве рождественского подарка от неизвестного благожелателя.

Про то, как сложились после Хогвартса судьбы Эммы Ванити — капитана команды Слизерина по квиддичу, Лайела Олливандера — племянника знаменитого изготовителя волшебных палочек и Сэмюэля Фаджа — родственника будущего министра магии — Северус не знал. И, наверное, это было к лучшему для всех троих. В те годы на страницы «Ежедневного пророка» попадали в основном сведения об убитых в схватках с аврорами Пожирателях смерти или погибших от рук слуг Темного Лорда волшебниках.

Зато про Маркуса Эйвери — своего однокурсника и «коллегу» по цеху Пожирателей смерти — Северус мог рассказать столько, что хватило бы на несколько пергаментных свитков. После принятия Маркусом метки Темный Лорд включил молодого и ретивого новобранца в группу боевиков, специализировавшуюся на пытках и убийствах магглов. Эйвери с большим удовольствием выполнял любую грязную работу, получая садистское наслаждение от страданий своих беспомощных жертв. После внезапного исчезновения Темного Лорда Маркус быстро открестился от своего хозяина, сообщив на допросе в Аврорате, что находился под воздействием Империуса. Именно это помогло ему избежать Азкабана. Впоследствии он все же угодил в самую страшную магическую тюрьму и был освобожден из нее Темным Лордом, собиравшимся развязать Вторую магическую войну. О том, что стало с Маркусом во время битвы за Хогвартс, Снейп не знал, но предполагал, что тот либо погиб, либо оказался в Азкабане.

— Северус, положите запеченной куропатки мисс МакФи, — голос Слагхорна вернул Снейпа к действительности.

— Да, профессор, — кивнул он, протягивая блюдо с куропатками тихой незаметной девочке, перед которой стояла почти пустая тарелка.

В этот момент девочка подняла на него взгляд, и Северус вздрогнул. Энни МакФи! Не пройдет и пяти лет, как она сама, двое ее братьев, мать и отец погибнут от рук Пожирателей смерти. Северус прекрасно помнил ту карательную акцию, случившуюся через несколько месяцев после принятия им Черной Метки. Именно в ней особенно отличился Маркус Эйвери, хваставшийся потом, что лично прикончил по меньшей мере двоих из этих «магглолюбцев». Именно так Темный Лорд наказал Матильду МакФи за то, что она устраивалась няней исключительно в маггловские семьи. А ведь ее предупреждали не растрачивать свой уникальный дар понапрасну. Но упрямица ничего не желала слушать и заплатила за свою непокорность самой дорогой ценой — жизнью близких.

— Сев, ты в порядке? — шепнула Лили, дотронувшись до его руки.

— В полном, — натянув на лицо дежурную улыбку, отозвался Снейп.

До смерти Энни МакФи оставалось еще целых пять лет. Возможно, к этому времени он успеет остановить чудовище, именуемое Темным Лордом. Но для этого требовалось собрать как можно больше информации о крестражах, чтобы в нужный момент оборвать нити, привязывавшие Темного Лорда к жизни. И один из важнейших источников информации как раз сейчас сидел перед Северусом, а он пока так ничего и не сделал, чтобы узнать, что за тайны скрывает профессор Слагхорн.