Времена не выбирают (джен)

Дом Грейнджеров не выделялся ничем на фоне соседей — обыкновенный двухэтажный дом с гаражом и цветником, немного больше, чем дом Дурслей… И окружённый магической защитой. Посредственной, на взгляд Гарри — но для Ордена Феникса вполне достойной.

— А вот это уже интересно… — произнёс он, остановившись на границе действия чар и надев очки. — Руксэндра, конечно, наговорила бы гадостей, но для Ордена вполне достойно… И Пожиратели вряд ли смогут её взломать, вот снести — запросто, если вообще соизволят обратить внимание. Ну, я думаю, нам лишний шум не нужен?..

Обойти защитные чары оказалось несложно, но только потому, что они сочли Гарри и Гермиону своими, иначе возиться пришлось бы гораздо дольше — Гарри даже зауважал того, кто их накладывал.

— Вот мы и дома… — мечтательно протянула Гермиона, открыв дверь. — Добро пожаловать, мистер Поттер! Теперь это твой дом…

— Сердечно благодарю вас, миссис Поттер, — улыбнулся Гарри, переступив порог. — Вы что, тут гэнкан устроили?

— Ага, — Гермиона сняла плащ и принялась разуваться. — Маме эта идея очень понравилась, так что в уличной обуви у нас в доме нельзя… Мордред, вот ещё калашом я себя по ноге не лупила!

— Да поставь его где-нибудь, — Гарри последовал собственному совету, поставив автомат под вешалкой, снял плащ и потянулся. — Слушай, давай введём в моду косплей? Надо же будет как-то развлекаться, когда всё это закончится, да и… Развернувшись, он направил палочку на открывшуюся дверь, но Гермиона его опередила.

— Папа!! — завопила она, бросилась к стоящему на пороге Дэну Грейнджеру и повисла у него на шее, едва не сбив с ног.

— Вот коза! Свалишь ведь! — улыбающийся Дэн попытался отцепить дочь. — Да дай хоть револьвер убрать! И кстати, что это за парень? Вроде я его уже видел…

— Гарри Поттер, мой муж, — ответила Гермиона. — Привет, мам!

— И мы встречались, — добавил Гарри, пока Гермиона обнимала мать. — Нагасаки, семьдесят восьмой…

— Так… — Дэн Грейнджер на некоторое время ушёл в себя, вернулся, видимо, не обнаружив искомого, и изрёк:

— Я предлагаю выпить, ибо на трезвую голову это никак не воспринимается…

— А у тебя есть кечкеметская палинка? — поинтересовалась Гермиона.

Полчаса спустя Грейнджеры сидели на диване, слушали рассказ устроившихся на диване напротив Поттеров и пытались осознать… Но даже венгерский абрикосовый бренди из запасов Гарри этому не сильно помогал.

— Вы извините, ребята, но это звучит как полнейшая дичь, — Дэн поставил стакан. — Нет, я вам верю… Просто потому, что всю эту дичь иначе не объяснишь. Но…

— А это неважно — верят или нет. Важны факты — и факты таковы, что мы здесь и с новыми возможностями. Кстати… — Гермиона допила палинку, поставила стакан и посмотрела на родителей. — Я должна признаться: изначально я хотела стереть вам память о себе и внушить желание уехать куда-нибудь подальше. Если бы мы погибли, вы бы не расстроились, а если бы выжили, я рассчитывала вернуть вам память… Но к счастью, мне хватило ума сообразить, что это слишком рискованно. Так что наорала ты на меня не просто очень натурально, но и, в общем-то, за дело…

— Ну раз уж мы говорим честно — мне много раз хотелось на тебя наорать, — вздохнула Джин. — Или даже выпороть… Да и твоя затея с прятками мне очень не понравилась, так что я действительно была зла. Нуда что уж теперь… Что дальше-то делать будете?

— Для начала — отдохнём и осмотримся, — ответил Гарри. — Кстати, кто защиту накладывал?

— Чудная девчонка, сказала, что её зовут Тонкс и никак иначе, — хмыкнул Дэн. — То ли рокерша, то ли панкушка — чёрт знает, я во всём этом не разбираюсь…

— Ну, зовут её вообще-то Нимфадорой, но она это имя люто ненавидит, — хмыкнул Гарри. — А вообще-то она молодец, но можно сделать гораздо лучше — чем я сейчас и займусь. Поможешь?

— Само собой, — кивнула Гермиона. — А потом можем хоть до утра болтать.

— До утра не выйдет, — с сожалением вздохнула Джин, — но про ваши похождения я с большим удовольствием послушаю…

— И автоматы из прихожей уберите, — добавил Дэн. — А то ещё придёт кто-нибудь — а тут такое…

С защитой Гарри не мелочился и использовал тот же комплекс, что и в константинопольской штаб-квартире — для здешних магов он непреодолим, а если кто-нибудь всё же сумеет пробиться грубой силой — это займёт слишком много времени, эвакуировать Грейнджеров они точно успеют — было бы куда… Но этим он займётся чуть позже — для начала необходимо выяснить, что творится в магическом мире. Маги после визита Тонкс Грейнджеров не беспокоили, но и новостей они не знали… Возможно, и к лучшему.

Гарри покосился на взлетевшую с крыши соседнего дома галку и хмыкнул — вроде бы обычная птица, но чёрт его знает… С другой стороны, из британских волшебников фамильяр был только у Дамблдора, да и не была галка фамильяром — уж с такого расстояния он бы почуял. Нет, птица была самой обыкновенной — но всё равно подозрительной. Впрочем, защита установлена, а значит, всё это уже неважно… Хотя надо будет аварийные телепорты Грейнджерам сделать. Но это, опять-таки, подождёт до завтра, а сегодня разведать обстановку хотя бы в общих чертах…

И Гарри, вернувшись в дом, поднялся в комнату, подмигнул развалившейся на кровати Гермионе и произнёс:

— Добби!

Домовик с тихим хлопком возник посреди комнаты, неверяще уставился на Гарри а затем набросился на него с криком:

— Гарри живой! Гарри живой! Добби так боялся! Добби было так плохо! Гарри так долго не было! — вцепился в Гарри и расплакался.

— Живой, живой, — улыбнулся Гарри, положив руку на голову домовика. — И помирать не собираюсь. Лучше расскажи, что мы пропустили…

Знал Добби не так уж и много, но Гарри хватило и этого — Волдеморт оказался ещё большим идиотом, чем он думал. Тратя время и силы на борьбу с «грязнокровками» и набивание карманов, Пожиратели игнорировали всё остальное — и магическую Британию ждали очень неприятные времена. Экономика трещала по швам, но Волдеморта это не интересовало, как не интересовало исключение из МКМ и фактическая блокада, объявленная всем остальным миром… Большая часть Армии Дамблдора и остатков Ордена Феникса ушла в подполье, но некоторых всё же схватили… И, что хуже всего — Луну Лавгуд.

— Добби, а ты можешь найти Луну и доставить её сюда? — спросила Гермиона.

— Добби может… Но Добби не знает, где она, Добби только догадывается. И Добби не знает, пропустит ли магия Гарри Поттера, сэра, удивительную Луну. Магия Гарри Поттера, сэра, сначала даже Добби не хотела пускать…

— Не беспокойся, друзей она пропустит, — улыбнулся Гарри. И вот ещё что — никто пока не должен знать, что мы вернулись.

— Добби всё понял, Добби будет молчать, — и домовик с хлопком исчез.

— Что будем делать? — поинтересовалась Гермиона.

— Разберём хотя бы часть барахла, — предложил Гарри, — и вытащим самое необходимое. А потом пойдём спать.

— Согласна.

Добби появился утром, во время завтрака — и не один.

— Луна! — Гермиона выскочила из-за стола и бросилась к подруге.

— Там был ещё один волшебник, Гарри Поттер, сэр, — доложил Добби. — Но Добби перенёс его в другое место.

— И правильно сделал, — Гарри кивнул. — Пока посмотри, что у остальных, только на глаза никому не попадайся.

Добби с хлопком исчез, а Гарри, подойдя к Луне, обнял её вместе с Гермионой.

— Рад снова тебя видеть, — улыбнулся он.

— Я тоже, — безмятежно улыбнулась Луна. — Ждать вас миллионы лет было немного скучно…

— Чего?..

— Так, Луна, это тебе, — Гарри протянул ей карту памяти… превратившуюся в серебристую нить воспоминания.

— Ну, я чувствовала, что вы живы, — ответила Луна, отпустив Гермиону, — но не сейчас. А очень давно… Но все думали, что я это говорю, чтобы их утешить.

Она прижала нить к виску, зажмурилась…

— Боже правый! — выдохнула Гермиона. — Ты видишь?

— Вижу, — кивнул Гарри.

Луна неуловимо изменилась — и теперь у него не было и тени сомнения: Широцуки была Луной. Эта Луна — та, что стояла перед ними — ещё не была ей, но станет… А ещё она была Эдх, Той, что видит…

— Вот как… — Луна открыла глаза. — Спасибо. Я пока не знаю, зачем это надо, но я знаю, что это надо и в нужный момент смогу воспользоваться…

— Гермиона…

— Да, мам, извини, — кивнула Гермиона. — Это Луна Лавгуд, наша подруга, она на курс младше и учится на Рэйвенкло. Луна, это мои родители, Дэн и Джин.

— Очень приятно, — сообщила Луна. — Я так и думала, что вы классные.

— А тот ушастый карлик?

— Добби, домовой эльф. Волшебный слуга, — пояснила Гермиона, — и помощник вроде брауни. Вот только волшебники с ними часто скотски обращаются — пользуются тем, что домовик не работать не может… И обычно подчиняется беспрекословно, это Добби уникум… Так, Луна, пошли, я тебе покажу комнату, а потом подберём что-нибудь из вещей и палочку — у нас есть несколько штук в запасе…

Проводив девушек взглядом, Гарри негромко произнёс:

— Джин, вы же работали на местах терактов?

— Пару раз случалось, а что?

— А то, что это — только что освобождённый заложник. И как я понимаю, она ещё хорошо держится… Впрочем, тут есть один момент… — Гарри покачал головой. — В общем, присмотрите за ней, ладно? Ни я, ни Гермиона ни черта в этом не смыслим…

— Присмотрю, конечно, всё-таки, в медицине катастроф я кое-что смыслю, так что… А ты что будешь делать?

— Пока что займусь разведкой, да и то предварительной — высунусь в «Дырявый котёл» и послушаю, что болтают, если вообще болтают, может быть, подловлю кого-нибудь из Пожирателей и расспрошу поподробнее…

Как именно — Гарри уточнять не стал. В конце концов, мессир Жак был не столь необщителен, как казалось сначала, и кое-чему Поттеров научил…

Косой переулок представлял из себя жалкое зрелище: закрытые магазины, брошенные дома, редкие прохожие, старающиеся поменьше смотреть по сторонам и побыстрее пройти по улице, наглые самовлюблённые рожи чистокровных… Гарри смотрел по сторонам и презрительно кривился — Волдеморт старательно уничтожал экономику, даже не понимая, что он делает, и не задумываясь об этом. Что характерно, наглые сопляки соваться к нему не рисковали — боялись. Пожиратели в большинстве своём вообще были довольно трусливы…

И в «Дырявом котле» его тоже никто не побеспокоил — некому было беспокоить. Впервые на памяти Гарри заведение пустовало…

— А вы не теряли время зря, — хмыкнул Гарри. — Всё успели отправить в сортир, или что-то ещё осталось?

— Слушай, парень, я тебя не знаю, — Том наклонился и понизил голос, — но лучше бы ты такого не говорил. Лучше в наши времена вообще ничего не говорить…

— Слушай, Том, меня здесь не было семь лет, и за новостями я не особо следил — но вот это уже что-то за гранью добра и зла. Что, ради Пантократора и шестидесяти шести Его Атрибутов, вы здесь устроили? И да, налей-ка виски — похоже, на трезвую голову это воспринимать не выйдет, — Гарри поморщился от мимолётного укола сожаления: ждать продолжения приглянувшегося цикла теперь придётся лет тридцать…

— Да, за семь лет у нас много чего случилось… — вздохнул Том, налил и принялся рассказывать.

Разумеется, почти всё это Гарри знал и сам — но не торопил Тома. Во-первых, время есть, а во-вторых — как оказалось, «Почти всё» — это изрядный оптимизм: пропустил он многое… И опять-таки не мог не задаться вопросом: а что (или кто) мешало ему всем этим интересоваться? Ну и, конечно, события последних месяцев — в подполье было не до новостей — Гарри были известны лишь в общих чертах, не говоря уж о том, что было после их с Гермионой исчезновения…

— Да… — протянул он, когда Том закончил. — Ну что тут скажешь — обделались вы знатно. Этого не отнять… Хотя, конечно, без работы я тут не останусь.

— А ты, собственно, кто? — неожиданно спросил Том. — Вроде я тебя видел…

— А я, собственно, соло, — оскалился Гарри, — и зовут меня Крысоловом… но обычно я сам прихожу. Ладно, бывай!

Бросив на стойку галлеон, Гарри вышел из паба.

— Как там Луна?

— Пьёт чай с мамой, — улыбнулась Гермиона. — Вообще, конечно, она на удивление легко всё это перенесла… Кстати, знаешь, кого ещё Добби вытащил у Малфоев? Олливандера. Добби перенёс его к Биллу с Флёр — и Рон там же отсиживается. Всё, как мы и думали — медальон у него отобрали и упаковали, но дошло ли до него хоть что-нибудь — неизвестно. А у тебя что?

— Много мелочей, но главное — всё ещё хуже, чем мы думали. Этот самозванный лорд с его свитой скоро развалят вообще всё, так что даже свои начнут задавать неудобные вопросы, и почти наверняка попытаются поправить дела маленькой победоносной войной. С маглами, естественно…

— Будет бойня, — скривилась Гермиона. — Ну что ж, значит, будем действовать быстрее. И ещё — оказывается, есть некая радиостанция «Поттеровский дозор», диджеем на которой Ли Джордан, Луна может на неё настроиться, и ближайший выпуск — сегодня вечером.

— Стоит послушать, — кивнул Гарри. — А потом и выйти на него — пригодится. А завтра, пожалуй, навестим Тонкс… И Уизли, если останется время.

— Которых?

— Билла. Заодно и Рону морду набью…

Луна установила верньеры настройки в явно нештатное положение и уселась на кровати по-турецки.

— Сейчас начнётся, — сообщила она.

И действительно, минуту спустя шипение смолкло и в эфире раздался знакомый голос:

— И снова здравствуйте! Вновь в эфире «Поттеровский дозор» — последние, кто говорит правду о магической Британии, и Ривер, его бессменный ведущий! Наш первый сегодняшний гость — Марко, и он объяснит вам, что творится с ценами и чем всё это кончится…

— Добрый день, — судя по голосу, «Марко» был Джастином Финч-Флетчли. — Экономика многим кажется скучным и непонятным делом, поэтому я буду краток. Марионеточное правительство, действуя в интересах нескольких чистокровных семей, либо обложило маглорождённых и полукровок непомерными налогами, либо просто отобрало их предприятия. В магловском мире это было бы неприятно, не более, но в масштабах нашей экономики стало просто катастрофой…

Джастин действительно оказался краток, и излагал вполне понятно, вот только…

— Интересно, почему Марко?

— Потому что не Иоанн, — безмятежно заметила Луна.

— А теперь — к новостям, — продолжал Джордан. — Очередной виток развязанного марионеточным правительством по приказу Неназываемого террора…

Гарри слушал новости с особым вниманием — и поражался как тупости Волдеморта, так и ничтожеству волшебников. Даже с егерями, оборотнями и наёмниками у Волдеморта набиралось около тысячи человек — тогда как магов в Великобритании было немногим меньше двадцати тысяч. И учитывая, что магов можно было без вреда мобилизовать больше, чем маглов, тысяч десять-двенадцать бойцов можно было выставить. Численность полноценной дивизии… Только это даже не фольксштурм, это просто вооружённая — кое-как вооружённая — толпа. Которую, конечно, можно превратить в армию, но для этого нужны профессиональные военные… И вождь. А ни первого, ни — особенно — второго не имелось, и в итоге сопротивление ограничивалось парой десятков человек, половина из которых вообще школьники.

— Новый список пропавших без вести, — продолжал Джордан, зачитывая имена. — Кроме того, мы получили подтверждение гибели десяти человек из прошлого списка и успешного бегства шестерых. Их имена…

Закончив со списком, Ли объявил:

— Что ж, до встречи в эфире, магическая Британия, новый пароль — «Регулус», и помните: мы — последние, кто говорит правду!

— Ну что сказать, — хмыкнул Гарри. — Неплохо, но можно лучше… Интересно, какая у него аудитория?

— Трудно сказать, — Луна пожала плечами. — Но его слушают, иногда обсуждают, когда уверены, что рядом нет чужих… Люди боятся, Гарри. Тем более после того, как ты исчез. Люди ведь не знают, где ты был…

— И пусть пока не знают, что я вернулся, — ответил Гарри. — Волшебник не опаздывает и не приходит рано — он появляется именно тогда, когда нужно…

За ужином обсуждали всякую ерунду — трепать себе нервы зазря не хотелось никому. К тому же Грейнджеров неожиданно заинтересовали загадочные твари Луны, и они принялись подробно её расспрашивать — и кажется, даже что-то во всём этом поняли. Луна, разумеется, была в восторге, и Гарри с Гермионой искренне порадовались за подругу — она тяжело сходилась с людьми, к тому же её нередко считали не вполне нормальной… А ещё ей было тяжело без отца — но Ксенофилиусу пока не стоило знать, что его дочь на свободе: явись к нему Пожиратели, он не сможет ничего сказать, даже не догадываясь о случившемся, и Пожирателям придётся оставить его в покое. Под наблюдением, конечно — но от него при необходимости будет не слишком сложно избавиться.

А потом, с ногами забравшись в кресло у камина, Луна, сжимая в ладонях кружку с чаем, тихо рассказывала о том, что ей пришлось пережить — и Джин, не выдержав, подошла к ней, села на подлокотник и обняла, словно родную дочь, шепча какую-то ласковую чепуху.

— Кажется, мы тут лишние, — улыбнулся Дэн.

— ВЫ не лишние, — тихо откликнулась Луна. — Вы нужные. Очень. Будьте всегда. Пожалуйста…

— Будем, — усмехнулся Гарри. — Обязательно будем.